Как я встретила вашего папу

Пролог

Хьюго Мальбони

Проснулся от головной боли.

Снова перебрал, хотя собирался провести трезвый вечер. Черт.

Откинув одеяло, сел на постели и посмотрел на свой стояк. Кто о чем, а член помнит о своей основной миссии.

Твою мать. И как теперь в туалет сходить?

Осмотревшись, нашел нужную дверь. Заодно понял, что отель нормальный, номер престижный. Хоть это сделал правильно – не хотелось снова просыпаться в клоповнике среди проституток. Расту.

Обернувшись, приподнялся на носках, глянул в кровать. Там кто-то спал. Блондинка с длинными волосами и маленьким вздернутым носиком. Симпатичная. Зачем я тогда так нажрался?

Пожав плечами, решил про себя: облегчусь и разбужу нимфу сексом. Это лучше зарядки я считаю.

Через минуту, во время которой я успел рассмотреть в зеркале свою заросшую щетиной рожу и дойти до унитаза, уперся рукой в стену и взял дружка в руку, приготовившись сделать дело.

И тут что-то пошло не так.

Еще до того, как прицелился в писсуар, замер. Остолбенел!

Взгляд был прикован к руке, которой подпирал стену напротив. Пять пальцев, “Ролекс” на запястье – вроде все как было. Только небольшой инородный предмет выбивается из привычной картины. Вообще неуместный.

Кольцо.

Простой круг из белого металла.

– Что за херня? – Я чуть склонил голову, поднес руку ближе к глазам. – Ты что такое?

Член вяло повис в правой руке.

Я опустил взгляд и шокированно уставился на дружка. Тот совсем упал.

– Эй! – Раздосадованно дернув его вверх, покачал головой: – Не смей. Мы со всем разберемся!

Это был первый обморок моего члена за всю жизнь. Неудивительно, что меня накрыло холодной волной. До тошноты.

Не помня себя, я добежал назад, к кровати, и сдернул одеяло.

Блондинка что-то промычала и стала шарить рукой вокруг в поисках тепла. А я снова охерел. В кубе уже, мать его. Так охерел, что даже пискнул что-то неразборчивое. Тоже впервые.

– Эй, – она открыла один глаз, – что происходит?

Посмотрела на меня, моргнула. И как заорет:

– Кто вы такой?! Полиция!

Я все еще смотрел на ее руку. Как завороженный. Не мог ничего сказать, только смотрел и чувствовал, что член умнее меня – он сразу отключился, пока проблема не будет решена. А мне расхлебывать это!

– А-а-а! – продолжала верещать девица.

Я отмер. Приложил руку ко лбу, поморщился.

– Заткнись, – попросил ее ласково, – пока не прибил.

– Что? – Ее лицо вытянулось.

– Дай руку. – Я шагнул ближе. Ее взгляд скользнул к моим ногам. Но не дошел. Уперся в член и там застрял. Стало неловко.

– Эй, смотри мне в глаза, – попросил нервно. – Ты его смущаешь!

– Кого? – она продолжала пялиться на Хью-младшего.

– Не будь идиоткой! – Я злился, да. – Кто ты такая?! И почему на наших пальцах кольца? Чем ты меня накачала?

– Кого? – продолжала тупить девица, не сводя глаз с члена.

– Да твою ж мать! – Я схватил подушку и прикрыл друга в беде. – Смотри в лицо, сказал!

Она послушалась. Но ненадолго. Сначала подняла руку и уставилась на свой безымянный палец, потом на мой, потом на подушку. И наконец, закатив глаза, рухнула в постель без признаков сознания.

– Просто отлично. – Я откинул подушку в сторону и осмотрелся снова. – Это что, блять, какое-то шоу? Где камера?! Уже не смешно.

Глава 1

За сутки до этого

Эмма

– Как тебе отель? – Генри улыбнулся, подошел ко мне и обнял за талию. – Мне кажется, все складывается как нельзя лучше.

– Он волшебный.

Я едва удержалась, чтобы не расплакаться от умиления. Я и Генри в Вегасе! Сбежали от всего мира и обязательно станем мужем и женой! Сегодня же! Спасибо тебе, Вселенная, за этого мужчину и за эту жизнь!

– Ты бледная. – Генри нахмурился. – Все еще болит живот?

Я покачала головой, собираясь солгать – мол, нет, прошло, – но в тот же миг снова кольнуло внизу и скрутило спазмом, отзываясь даже в гортани. Охнув, я чуть согнулась и схватилась за плечо любимого.

– Тебе лучше прилечь, малыш. Похоже, все-таки укачало. Ты ведь не переносишь такие дальние поездки на машине. Прости. Я должен был найти денег на перелет.

– Ничего. Мне просто нужно немного времени.

Тошнота усилилась.

Пришлось вынырнуть из объятий Генри и добрести до кровати. Укачало меня и правда сильно. Все-таки его старенький форд меня доконал. Эх, скорее бы папа принял нашу с Генри любовь. Он такой упрямец! Ну ничего, вот поженимся – тогда родители изменят решение.

– Я схожу прогуляюсь по отелю, не хочу вызывать у тебя чувство вины своим присутствием, – услышала я. – Представляю, как ты переживаешь, малыш, что слегла в такой ответственный день, а тут еще я давлю.

– Но ты не давишь. – Чуть подняв взгляд, снова поморщилась. Становилось совсем плохо. – Мне легче от того, что ты рядом.

– Но мне тяжелее. – Генри покачал головой и, взяв пиджак со спинки кресла, пошел к двери. – Не хочу смотреть, до чего довел тебя. Пойду проветрюсь, малыш. Скоро вернусь, а ты пока постарайся уснуть.

– Что ж, – я вымученно улыбнулась, – хорошо.

– Хорошая моя, – ласково отозвался Генри. – Спи.

Он ушел, а я прикрыла глаза, мечтая о том, как все будет в нашей жизни дальше. Миссис Эмма Аут – так меня будут звать, когда вернемся в родной Бруклин. И папа перестанет считать меня младенцем и опекать, как сумасшедший. Мне, в конце концов, уже двадцать один год! И Генри любит меня по-настоящему. Чего еще ждать?

Удивительно, но стоило настроиться на позитивный лад, как телу тоже полегчало.

Тошнота отступила, и уже через пару минут я заказала в номер крепкий чай, чтобы окончательно отпраздновать победу над недугом.

Возможно, всему виной были приближающиеся “эти дни”, но я всегда четко вела календарь, и до даты икс еще оставалось несколько дней. Ведь я специально все рассчитала: мы с Генри сегодня узакониваем свои отношения, а после нас ждет первая волшебнейшая брачная ночь. И я не хотела, чтобы она омрачилась еще чем-то кровавым, кроме потери моей девственности.

Я продумала все, каждую мелочь, каждую крохотную детальку…

Даже свое платье на сегодня…

Щелкнув замками, я открыла чемодан и достала его.

Серебристо-белый наряд, обтягивающий мою фигуру, как вторая кожа. Моя лучшая подруга Мелани посоветовала выбрать именно этот фасон, хотя мне он и казался жутко вульгарным.

– Ты не в монастырь идешь, а замуж, – вспомнились слова подруги. – Твой Генри должен закапать слюной весь путь до алтаря, лишь только думая о том, как снимет с тебя это платье. И запомни, не одевай под него трусиков. Все испортишь.

Разумеется, я не собиралась выполнять последнее требование. Для меня это было ну вообще слишком.

В итоге целый час я провела перед зеркалом: заменила очки на линзы, сделала макияж, тут ведь ничего сложного, особенно если кожа у тебя хорошая, а глаза от природы большие. Подкрасила ресницы, долго думала, какую помаду подобрать, но в итоге остановилась на ярко-красной – на ней тоже настаивала Мелани.

Своим отражением я осталась довольна, но ровно до того момента, пока не пришло время надеть платье.

Стринги просвечивали, как бы я того ни не желала, но контуры тесемок отчетливо проступали под тонкой тканью… Засада…

Мучительно покраснев, я ощутила себя загнанной в угол, но трусы все же сняла и засунула в крошечную сумочку-клатч. Так, на всякий случай. Потому что даже ощущение, что они где-то рядом, делало меня чуточку увереннее.

– Теперь все, – посмотрела я на себя в зеркало последний раз девственницей. – Сейчас найду Генри и…

Что “и” – и так было понятно. У нас уже была оформлена запись на полночь в одной из часовен Вегаса. Там, как в лучшем классическом фильме про казино, нас ждал Элвис, который и узаконит брачный союз.

Подхватив мобильный телефон, я вышла из номера и, попутно вызванивая жениха, спустилась на лифте в холл.

Здесь было оживленно и весело… Как-никак тут только на верхних этажах отель, а снизу карты, рулетка, игровые автоматы, пестрота разноцветных огней и бесплатная выпивка. Последнее для того, чтобы многочисленные клиенты теряли самоконтроль и тратили-тратили-тратили…

Ко мне тут же подлетел официант, предлагая бокал шампанского, но я отказалась, не хватало еще напиться перед свадьбой.

Тем временем Генри на звонки не отвечал, я уже начинала беспокоиться – ведь гудки все это время шли. Решив, что жених просто не слышит звонка из-за громкого шума, я приняла решение пройтись по бару-ресторану и казино в его поисках.

Пока блуждала, все же выпила содовой, потому что начинало пересыхать в горле от волнения. А минуты все утекали…

Хоть в самом казино часов не было, но я прекрасно ориентировалась по тем, что в телефоне… Вывод был неутешительным, я не обошла еще даже половину зала, а потратила уже полчаса, и вдобавок меня постоянно преследовало ощущение, будто все окружающие на меня пялятся, тыкают пальцами и шепчутся, что на мне нет нижнего белья.

Решив, что так больше не смогу и плевать на все, я нашарила взглядом первый попавшийся указатель в туалетные комнаты и поспешила туда. Вдобавок еще и содовая, будто насмехаясь, запросилась наружу…

В заветном закутке меня встречало две двери – с треугольником вверх и треугольником вниз. Я потянула ручку от женского туалета, и тут меня постигло разочарование. Дверь была наглухо заперта, и только табличка “Просим прощения за доставленные неудобства. Вы можете воспользоваться уборной в другом конце зала” немного отрезвила.

– Что за издевательство! – вслух воскликнула я, и со мной согласилась другая незнакомая девушка, которая тоже подошла сюда по нужде.

– Интересно, а мужской работает? – спросила она у меня, будто я знала ответ.

Язык у нее немного заплетался, и было явно заметно, что девчонка уже порядком перебрала, а потому и комплексы у нее отсутствовали.

Не дождавшись от меня ответа, она просто нажала на ручку мужского туалета и, воскликнув “Дивненько, и мужиков нет”, вошла внутрь.

Я была шокирована. Никогда бы себе подобного не позволила, для меня это казалось вопиющим.

Но… мой организм считал иначе – мочевой пузырь был полон. Да и в конце концов, может, это и неплохо – иногда вести себя чуточку наглее.

Боясь передумать, я буквально влетела в чужую уборную, добралась до кабинки и там, с облегчением сделав свои дела, полезла в сумочку за трусиками. Надену и буду спокойна…

Внезапно какие-то непостижимые звуки коснулись моего слуха. Стоны, самые натуральные девичьи стоны раздавались из какой-то кабинки по соседству.

– Еще! О! Да! – недвусмысленно выдала незнакомка, и у меня аж челюсти свело.

Фу, какая гадость!

Мне от одной мысли становилось дурно, что кто-то занимается сексом вот так попросту рядом со мной – в туалете! Это было как минимум негигиенично, как максимум – противно!

Захотелось побыстрее сбежать, а перед этим вымыть руки с мылом. Просто потому, что ощущение грязи повисло в воздухе.

Я вышла из своей кабинки и уже направлялась к умывальнику, когда мужской голос буквально заставил меня остолбенеть.

– О да, детка! Да, дай сюда свою попку! – Звук смачного шлепка раздался по уборной.

Я стояла и, кажется, не моргала.

Из дальней кабинки вышла та самая девица, которую я встретила в коридоре:

– Ничоси дают, – тихим шепотком выдала она, включая воду. – Так стонет, что мне даже завидно!

А вот мне завидно не было, внутри меня разливалась злость. Потому что я узнала голос…

Генри!

Мой жених!

И Мелани – лучшая подруга.

Я медленно, словно во сне, подошла к дверце и потянула ее на себя. Они не закрылись. Любители острых ощущений стояли ко мне боком. Генри был в Мелани. Та упиралась руками в стенку кабинки, подставляя моему жениху роскошную попу. Он активно двигался, она стонала.

Меня затошнило. Сильно, неумолимо.

И голос пропал. Я только и могла, что пропищать нечто невразумительное, умоляя о пощаде.

Где здесь можно самоубиться? Я бы хотела без очереди, пожалуйста!

– Эмма!

Меня заметили. Сразу два голоса прокричали имя с разными интонациями.

– Это не то, о чем ты… – начал было Генри.

– Пусть она все узнает! – закончила за него Мелани. – Давно пора было!

Я отшатнулась. Почувствовала, как завибрировал в руках мобильник. Кто-то звонил мне. И это заставило вернуться в реальность. Посмотрев на телефон и не видя экрана от набежавших на глаза слез, я снова услышала голос Генри.

– Да отпусти ты меня! Эмма, иди сюда и поговорим.

Я моргнула, смахивая слезы и уставившись на жениха. Тот все еще не мог избавиться от Мелани – она оттолкнулась и прижала его к противоположной стене, требуя:

– Не смей так со мной говорить! Пусть проваливает!

И я кивнула. Будто получила инструкцию к действию.

Швырнув в сторону завибрировавший снова телефон, побежала прочь, не разбирая дороги.

Меня трясло от ужаса и шока, внутри колотило от бешенства. Я все еще не могла принять того, что увидела. Не могла осознать.

Ноги несли все дальше и дальше. Сначала хотела вернуться в номер, но промахнулась дверью. И оказалась не в холле, а в огромном ресторане. Все вокруг смеялись, играла тихая музыка, девушка пела приятным сопрано…

Прислонившись к стенке, я осмотрелась совершенно невменяемым взглядом и поняла, что должна выпить. Не просто глоток шампанского, как делала это на праздниках, а чего-то крепкого. Много!

Обнаружив барную стойку чуть поодаль, слева, ринулась туда, крепко прижимая к себе сумочку.

– Виски, – попросила хрипло, едва оказалась на месте. – Крепкий. Со льдом.

Понятия не имею, зачем попросила лед. Папа всегда так делал на вечеринках, устраиваемых меценатами, куда мы ходили вместе. С мамой он был в разводе, а будучи успешным хирургом, новой женщиной так и не обзавелся. Не было времени…

– Что вы хотели? – Бармен чуть склонился ко мне, видимо, не услышав первую просьбу.

– Виски, – сказала, облизывая пересохшие губы. – Пожалуйста.

– С вами все в порядке? – зачем-то спросил он.

– Да. Я хочу выпить. С этим есть сложности?

Упрямо вскинув подбородок, постаралась придать лицу выражение уверенности. Бармен кивнул и отвернулся, чтобы взять бутылку. И тут меня окатило холодной волной. Я вспомнила, что не переложила кошелек в сумку, вынув его еще в номере…

– Ох, – выдала тихо, беспокойно оглядываясь.

– Вы мне? – тут же спросил незнакомец, приблизившийся к стойке. Его чуть качнуло, но он удержался и, замерев на миг, гордо показал мне большой палец.

Красивый. Высокий, широкоплечий брюнет с темными глазами и совершенной улыбкой. Странно даже, что он заговорил со мной. Уж я бы точно не набралась смелости начать диалог.

– Ваше виски, – услышала сзади и вздрогнула.

Мне же нечем платить! Я снова облизнула губы, прикусив нижнюю от ощущения полной безнадежности.

– Повторите, – снова заговорил незнакомец, пахнув на меня непередаваемым амбре.

Он был пьян, теперь я поняла это четко. Не до такой степени, чтобы упасть и уснуть где попало, но до той, чтобы уже с трудом держать равновесие. Нормальная разумная девушка сбежала бы. Но я в тот миг не была ни нормальной, ни разумной.

– Мне тоже, что и даме, – сказал тем временем мужчина, щелкая пальцами.

Он сел на соседний стул, бросил на стойку хрустящие купюры, вынутые прямо из кармана брюк. Много. На эти деньги можно было напоить целую компанию, а не только одну меня.

“Нормально ли соглашаться на компанию незнакомца?” – услышала я голос разума в последний раз за тот вечер.

Посмотрев на красавчика, пожала плечами и решила представиться:

– Эмма.

– Хьюго.

Ну вот, разум, прощай. Оставь меня и нового друга в покое.

– Против кого пьем? – уточнил мужчина.

Я пожала плечами. Мне было все равно.

– Тогда за любовь, – сразу предложил он альтернативу.

– Только не за нее, – поморщилась я. – Ненавижу это все!

Хьюго чуть расширил глаза, потом улыбнулся и протянул мне стопку, чуть плеснув ее содержимое на мое платье.

– Понимаю, – сказал, поднимая уже свою выпивку. – Поддерживаю. Ну, понеслась?

Понеслась.

Мы быстро расправились с той бутылкой. Точно помню, что пока сидела у стойки, не чувствовала опьянения. А когда встала, пришлось опереться на руку мужчины. Он так внимательно слушал и пил еще яростнее меня – будто и сам ненавидел всю эту чушь про верность, любовь и свадьбы…

Потом я почему-то решила показать ему, где именно собиралась выйти замуж. Мы отправились туда, прихватив еще одну бутылку, напевая старые песни Бритни Спирс и придумывая клички всем встречным людям.

Это было настолько не похоже на меня и так весело…

Пока не настало утро. И прозрение.

Я проснулась в нашем с Генри номере, скромном, но милом. Улыбнулась, хоть и чувствовала некоторую ломоту во всем теле, потянулась и попыталась найти одеяло или мужа.

Но нащупала лишь пустоту.

А потом и вовсе услышала посторонний писк и, приоткрыв один глаз, спросила, что происходит.

Мне не ответили. Пришлось сосредоточиться и посмотреть на Генри. Только вот его не нашлось рядом. Нашелся другой тип, стоящий у моей кровати и… голый!!! Совсем!

Я закричала.

Он что-то сказал, но, не получив ответа, разозлился. Рявкнул громко, напугав и заставив замолчать. И тогда я посмотрела ниже.

Стоит ли говорить, как потрясло меня зрелище?! Мужской фаллос, висящий прямо перед глазами. Я хотела визжать, но крик застрял в горле.

А мужчина чего-то требовал и говорил о каких-то кольцах.

В следующий миг меня будто в ледяную воду окунули. Я вспомнила. “Обменяйтесь кольцами”, – сказал некто. “Кольца-ми”, – замедленно прокрутилось в голове.

Взгляд уперся в собственную руку.

Я открыла рот, но не нашла что сказать. Посмотрела на… Хесуса, кажется? Он тоже был счастливым обладателем кольца. Того самого, что я лично купила для Генри. Нет!!! Я вдруг вспомнила, как облизала ему палец, чтоб кольцо лучше налезло, ведь оно оказалось маловато…

Туман совсем закрыл обзор. Руки и ноги стали ватными, а в голове легко-легко. Кажется, я впервые в жизни потеряла сознание.

Глава 2

Хьюго

– Так, ладно. – Я взъерошил волосы пятерней и попытался снять кольцо. Оно не поддалось. Сказать, что меня это напрягло, было бы преступлением, потому что не выразило бы и сотой доли бешенства внутри.

Взгляд, блуждающий по номеру, уперся в небольшую розовую сумку. Совершенно безвкусную вещицу, явно купленную на мексиканском рынке.

Девица лежала без сознания, я же судорожно соображал, нормальное ли для нее это состояние. Может, она больная?

Еще раз оглядев несчастную, решил, что быть замешанным в смерти предположительной проститутки не хочу, и полез в ее сумочку. Должны же быть там лекарства, если у нее частые проблемы со здоровьем?

Внутри крошечного по объему клатча нашлось непозволительно много: закрытая упаковка тампонов, женские трусики, помада кошмарно-красного цвета, документы девицы и свернутый вчетверо лист, развернув который, я выматерился на весь номер.

Копия сертификата о браке… пиздец! Колечки мы не просто так нацепили, надежда сдохла. Только этого не хватало!

Свое имя в бумаге я узнал сразу, второе – женское – сверил с документами девицы. Ошибки быть не могло…

На кровати без сознания валялась моя жена!!! И все бы ничего, если бы не ситуация. Как же я мог ТАК попасть?!

– Эй!.. – Я осторожно похлопал ее по щекам. – Подъем! Надо поговорить.

Реакции не было, пришлось отвесить легкую пощечину, только тогда блондинка зашевелилась.

– Эмма… – с некоторой запинкой произнес я, вспоминая ее имя по водительским правам.

В этот раз девчонка не верещала, мгновенно завернулась в одеяло и отползла от меня на другой край кровати, чтобы спросить:

– Вы кто такой?

– А ты не узнаешь? – вскинул бровь я. До этого момента был уверен: меня каждая собака в штатах знает – из газет, журналов, светских сплетен.

Но девчонка молчала, испуганно продолжая пятиться куда-то мне между ног. Да твою ж мать. Пришлось снова прикрыться подушкой и нашарить взглядом свои боксеры. Они валялись на полу вместе с серебристым платьем.

Вот в этот момент я начал что-то припоминать…

В Вегас я приехал помянуть последние холостяцкие деньки. Точнее последний месяц собственной свободы перед свадьбой с Терезой – супертелкой, моделью, мисс Вашингтон прошлого года и просто отличной рабочей задницей…

Но даже на такой секси-крошке жениться мне смерть как не хотелось. Если бы не требования Мег – черт бы побрал эту чопорную английскую заразу, приходящуюся мне бабулей по матери… Полгода назад вдовствующая графиня Финли прибыла в Америку из Англии, бросив обожаемое имение и заявив, что хрен мне, а не наследство, если я не остепенюсь, не женюсь и минимум два года не проведу в законном браке, сделав ей наследника. Мой обычный стиль жизни ее, видите ли, не устраивал, а потому она лично поселилась в доме родителей. Наблюдать, ждать и помогать мне принять решение угрозами…

Конечно же, я вспылил, но на сторону Мег встал отец, высказав мнение, что его достали мои выкрутасы. Под страхом закрытия личных и корпоративных счетов меня вынудили принять волевое решение – выбрать спутницу жизни. Прикинув все варианты, я выбрал Терезу, тем более эта продажная во всех смыслах девица была только рада, здраво рассудив, что век модели недолог, а стать матерью потенциального наследника многомиллионного состояния – весьма выгодное вложение работы собственной матки. В общем, она согласилась и уже с месяц с удовольствием тратила неограниченный бюджет на подготовку свадьбы. Наняла лучшего в Нью-Йорке распорядителя церемонии, подбирала цветы, договаривалась с журналистами, выбирала цвет приглашений…

И вот тут такой облом.

Я задумчиво осмотрел Эмму. Воробушек, ептыть. Сидит в одеяле, сверлит меня огромными глазками и еще на подозревает, что развода я ей не дам. И причина у меня, как у взрослого двадцатидевятилетнего мужика очень уважительная!

Потому что мне бабушка запретила.

Переведя взгляд на ее платье, с трудом вспомнил, где вообще выцепил эту девицу. Я пил у стойки, когда она подошла и села неподалеку. Помню, меня аж перекосило от безумного цвета платья, совершенно не идущего девице. Серебро на и без того бледной коже и просто ужасающая помада. Такая жесть, что мимо не пройти, хочется вызвать экзорциста. Или выпить на пару. Я выбрал второе….

– Так кто вы? – вновь чирикнула женушка, едва шевельнувшись в кровати.

– Твой муж, солнышко, – оскалился я. – Хьюго. Рад познакомиться.

Судя по лицу, девица была готова скатиться в очередной обморок. Ее огромные глаза увлажнились, а губы затряслись в преддверии истерики.

– Только не ной, – попросил, чувствуя невнятное пока еще раздражение. – Давай поговорим нормально. Кто ты есть? Откуда?

Вместо ответа она еще больше подтянула под себя ноги и…

“Ебанный стыд…” – мысленно протянул я, глядя на капельки крови на простыне, потом на девицу. Снова на кровь и снова на девицу…

– Месячные? – спросил с надеждой.

Эмма завыла.

– Твою ж мать! – Меня перекосило. – Тебе сколько лет?! Или ты из какой-то секты? Нельзя никому давать до свадьбы?

– Чтоб ты сдох! – сквозь всхлипы крикнула она.

– Верующая так бы не сказала, – заключил я. – Хорошо. Хоть с этим разобрались.

Она зарыдала громче.

Это мне не нравилось. Такое себе знакомство с супругой, а ведь нам еще жить и жить, детей делать.

Покосившись на кровь, сделал шаг назад. Вспомнил, что есть какая-то херня новая в медицине. Там даже спать не надо вместе, только сперму сдать. Может, ей подсадят моего сына, и разбежимся потом нормально?

– У-у… – выла она.

– Эй, ну эй… – Я честно попытался подобрать слова и даже хотел было присесть, обнять там, по спинке погладить, но при малейшем движении в ее сторону девица едва с кровати не свалилась.

– Хватит скакать! – посоветовал ей. – Что с тобой?

– Вы меня изнасиловали! – трагично выдала она.

– Воу! – вскинул я руки. – Ты ври, да не завирайся. Посмотри на меня, детка, этот парень не тащит к себе насильно.

– А меня притащил!

Я попробовал вспомнить, может ли она быть права? Нажрался ведь сильно, кто знает?

Твою мать…

– Какие твои доказательства? – спросил, приготовившись к самому страшному.

– Я не помню ничего!!! – прокричала она.

Вздохнув с облегчением, я усмехнулся:

– Еще бы, столько виски прикончить. И, в конце концов, как приличный джентльмен, я на тебе даже женат. Какие проблемы?