Котобар «Депрессняк»
- -
- 100%
- +
– Мистер Роу, я тороплюсь домой. Очень тороплюсь, – с нажимом проговорила я, остановившись и пристально глядя в темные сейчас глаза мужчины. – Скоро приедет автобус и…
– Вот этот, что ли? – лениво кивнул Джон в сторону проспекта, по которому с шумом проехал… мой автобус!
– Вот же гадство! – расстроенно выдохнула я, прикусывая нижнюю губу и нервно стискивая в руках рюкзачок. – Что же делать?
– Прыгать вторым номером и держаться за меня. Так и быть, раз не хочешь смотреть звезды, то просто подкину тебя до дома. Или гордые девочки предпочтут до утра гулять?
Не стоит думать, что я согласилась сразу. У меня, как и у любой порядочной женщины, есть период «разгона» на оценку ситуации. Итак, что я теряю, если сажусь сейчас за спину к Джону Роу? Ну, кроме девичьей чести в ближайших кустах.
Шутка.
А по сути, ничего. Этот мартовский кот, несомненно, из той категории мужчин, которые свято уверены, что любая девушка будет счастлива от внимания его святейшества. Сомневаюсь, что мистер Роу является маньяком или насильником, ему просто не надо. Да и всегда можно предпринять ряд действий для перестраховки.
А плюсов у предложения владельца бара было заметно больше, чем минусов. Автобусы от станции Рединг до студенческого городка моего университета уже не ходят, денег на такси объективно нет, а завтра утром мне надо бодрой козочкой скакать на занятия.
И последнее. Я никогда раньше не ездила на мотоциклах, а ведь очень хотелось. И на меня никогда еще не смотрели ТАК мужчины вроде Джона Роу.
Что я теряю, если сяду к нему за спину?
Видя мои колебания, этот коварный тип протянул руку и вкрадчиво промурлыкал:
– Ну же, Маргарет… Это совсем не страшно и очень, очень захватывающе. – Он чуть прищурил глаза и более низким тоном добавил: – Ты забудешь, как дышать от восторга, детка.
И почему у меня есть некое ощущение, что в данный момент Роу вовсе не про мотоезду говорил?..
– Ладно! – решилась я и заметила, как на красивом лице работодателя расцвела торжествующая улыбка, которую даже не попытались скрыть. – Минутку…
Я полезла за телефоном, а после с огромным наслаждением сфотографировала недоуменную физиономию владельца «Депрессняка», насладилась перекосом на фото и, покачав головой, попросила:
– Мистер Роу, вы можете сохранить спокойное выражение лица? А то на себя не похожи.
– Зачем?! – воскликнул мистер Наглость и тихо выругался, когда ему в глаза повторно шибануло вспышкой.
– О, уже лучше, – одобрила придурковатого типа, смотревшего на меня с экрана смартфона. – А теперь «харлей»…
Пребывающий в шоке Джон Роу даже не возражал, когда я фотографировала номера его байка, хотя, судя по недоумению в глазах, уже раз пять пожалел о своем поспешном предложении.
– Так все же зачем? – повторно спросил он спустя минуту, наблюдая за тем, как я быстро отправляю сообщение с фотками.
– Секундочку, – я набрала номер соседки по комнате. – Привет, Джинни! Ага, все отлично, только закончила работать и меня тут предлагают подвезти. Автобусы уже не ходят, потому соглашаюсь. Да не, все хорошо. Не переживай, самаритянин надежный. Слушай, я тебе тут скинула пару фоток с информацией о человеке, если меня через часик не будет – ты знаешь, что делать. Ага, спасибо, пока.
Повесив трубку, я довольно улыбнулась и повернулась к хозяину бара.
– Я готова!
– Отлично, – усмехнулся он в ответ, судя по всему, уже отойдя от первого шока. – Оденься.
Мужчина неторопливо стянул с себя куртку и протянул мне, оставшись в легком джемпере.
– Зачем? – настороженно спросила я, не торопясь принимать чужую одежду.
– Затем, что на скорости в сотню в час тебя точно продует в легком жакете.
– А вас нет? – я выразительно покосилась на отлично обрисовывающую мускулатуру, но очень тонкую кофту.
– А я привычный, – легкомысленно отмахнулся Роу и, обаятельно улыбнувшись, добавил: – Плюс я не могу оставить даму замерзать, лучше сам обращусь в кусок льда.
Это могло бы прозвучать очень пафосно, но почему-то так не воспринялось. Глядя в глаза владельца «Депрессии», я поняла, что он действительно так считает.
Поставив рюкзачок у ног, я быстро завернулась в несоразмерно большую для меня куртку и, с грехом пополам найдя ее край аж на уровне колен, все же застегнула молнию.
– А тебе идет, – веселые искры вспыхнули и погасли в зеленых глазах байкера. – Держи защиту и садись.
Он протянул мне второй шлем, который достал, пока я разговаривала с Джин, и я, немного покрутив незнакомую штуку в руках, натянула ее на голову. Было… необычно и непривычно.
А садиться за спину байкеру вдвойне непривычно.
– Обними меня, – со смешком проговорил мужчина. – Или ты хочешь слететь с моего зверя еще на старте?
Ох, это почему-то сейчас так пошло прозвучало…
Я робко сцепила руки в замок на талии мужчины, но Роу покачал головой и, накрыв их своими пальцами, провел кончиками по костяшкам, заставив сместить хватку выше.
– Держаться надо за грудную клетку. Итак, теперь немного о том, как вести себя на байке и пару слов о технике безопасности. Это, конечно, «харлей», он как диван, но, как понял, ты катаешься в первый раз, а потому слушай.
Еще несколько минут я внимательно внимала инструктажу, а после Роу повернулся ко мне всем телом и за секунду до того, как надел шлем, подмигнул и сказал:
– Четыре колеса возят тело, а два – душу. Так что держи ее двумя руками, Маргарет, чтобы не улетела!
Мотор байка взревел, отзываясь вибрацией во всем моем теле, и мы рванули вперед. Ойкнув, я крепче стиснула руки и поняла, что надо бы, наверное, как-то ослабить хватку, а то я рискую переломать ребра своему, между прочим, прямому работодателю! Это будет самый оригинальный способ вылететь с работы!
А дальше… дальше я поняла, как же Джон Роу был прав!
Душу и правда стоило держать двумя руками, так как ее выдуло еще на первых сотнях метров, и сейчас она парила где-то надо мной, захлебываясь в воздушных потоках и с размаха ныряя обратно в тело, выбивая воздух из моей груди вместе с восторженным визгом.
Я прекрасно помнила, что Роу очень рекомендовал не орать в процессе и не отвлекать этим пилота, но я не могла! Я просто физически не могла молчать, когда мимо нас проносились улицы ночного Лондона, смазываясь в единое сверкающее полотно. Я не могла молчать, когда ветер трепал куртку так, что казалось, что еще немного и ее сдерет вместе с кожей. Я не могла молчать, когда мы огибали машины на трассе или закладывали такой крутой вираж, что до соприкосновения с асфальтом оставалось не более нескольких пядей.
Через десяток минут бескрайний ужас старта окончательно растворился в восторге полета над трассой. Я поняла, почему люди настолько фанатеют от мотоезды.
Это свобода. Нет, даже не так… это СВОБОДА.
Та самая настоящая, на которую подсаживаются, как на наркотик. Свобода от всего. Когда есть только ты, ветер и мощный зверь под тобой.
Если до поездки такое именование транспорта мне казалось пошло-пафосным, то сейчас я ловила себя на мысли, что оно очень точное.
Мы приехали до обидного быстро. Сначала я заметила знакомые очертания комплекса Редингского университета, окруженного аккуратными лужайками и подсвеченного прожекторами, а после и здания студенческого городка. Мы слегка затормозили и без слов поняв, что от меня требуется, я ткнула пальцем в нужное здание.
Мистер Роу лихо подрулил к подъезду и, поставив мот на подножку, помог мне слезть.
Я вскинула руки, чтобы снять шлем, но замерзшие пальцы плохо слушались, и Роу, заметив мою проблему, мягко перехватил несчастные конечности, поднес их к губам и осторожно подул на онемевшие подушечки. От контраста холода кожи и тепла дыхания мужчины у меня сердце застучало быстро-быстро, а щеки мучительно покраснели, и я поблагодарила небо, что мистер Наглость этого не видит.
Впрочем, именно в этот момент владелец бара протянул лапы к шлему и решительно стащил его с моей бедовой головушки.
Окинув меня веселым взглядом, он коснулся волос и проговорил:
– Ты такая взъерошенная. На котенка похожа.
– Это плохо? – почему-то спросила я и, не выдержав прямого взгляда мужчины, опустила взор, ощущая, как грохочет в ушах пульс.
Я вела себя странно и чувствовала себя так же.
В этот момент мне нужно было поблагодарить Роу за то, что довез, отдать вещи и, не оглядываясь, скрыться в подъезде. Нужно. Это было бы правильно!
Но я почему-то стояла в полушаге от него, краснела, как девочка, впервые оказавшаяся наедине с мальчиком, и никак не могла себя заставить поступить как взрослая.
Джон Роу тоже молчал и лишь так загадочно улыбался, что это окончательно отключало мой бедный разум.
– Никогда не замечал, как женщина может быть прекрасна в лунном свете, – задумчиво протянул Роу, перебирая мои локоны, скользя вниз от виска, зажав локон меж пальцев. – В свете ламп твои волосы искрятся медью, а сейчас они насыщенного каштанового цвета, и это потрясающе оттеняет бледную, почти прозрачную кожу. И веснушки… ты знаешь, что у тебя просто потрясающие веснушки?
От таких слов у меня, как у той вороны из русской басни, в зобу дыханье сперло. Краем сознания я, конечно же, понимала, что мистер Роу знает очень много приемов, которые могут отключить девичьи мозги, и, скорее всего, именно один из них сейчас испытывают на мне. Но это все логика. А ее, такую умную, решительно отпихнула в сторону хрупкая девочка по имени Романтическое Настроение.
Именно она отмечала, как красив этот бессовестный бабник, как ложатся тени на его мужественное лицо и какие чувственные губы, поцелуй которых она отчаянно желала почувствовать на своих.
Она ощущала тепло и тяжесть куртки Джона на плечах, чуяла смесь ароматов дорогой кожи и его одеколона, что щекотал ноздри и… трепетала.
Этот трепет отключал мне мозги, и я ничего не могла с этим поделать.
А может, и не хотела?..
В моей жизни долгие годы не было ничего, кроме учебы и долга перед собой и родителями. Я не ходила на свидания, да меня и не особо звали. Я только раз целовалась с юношей, да и это был друг детства, который предложил потренироваться перед взрослой жизнью. Мне тогда не понравилось.
Но это тогда.
А сейчас под моей кожей тек адреналин, зажигая кровь и заставляя быстрее биться сердце. А напротив стоял высокий, красивый и такой интересный мужчина подвида «сволочь обыкновенная».
А нам, девочкам, так нравится именно такой типаж.
Ночь, романтика и езда на мотоцикле толкают девочек на очень большие глупости. Наверное, именно поэтому я не отшатнулась, когда Джон Роу наклонился и коснулся моих губ поцелуем.
Жадным, страстным, уверенным. Он покорял, входил на территорию с уверенностью победителя, к ногам которого крепости падали практически сразу. Почувствовав язык на своих губах, а руки сначала на талии, а после и на ягодицах, я изумленно распахнула глаза и приоткрыла рот, чем мистер Наглость немедленно воспользовался, видать, посчитав проявлением восторга от его действий.
Пока я стояла в лютом шоке от происходящего, его лапы ощупали мои ягодицы и, решив не останавливаться на достигнутом, вернулись на талию, а после потянулись… к груди! Когда они с ходу стиснули бюст, у меня, наконец-то, пропал ступор, и я от души цапнула мерзавца за нижнюю губу.
Он с шипением отшатнулся, и я, размахнувшись, впечатала ладонь в щеку этого развратника. Вышло звонко и… больно. Ладонь горела так, словно я ее с одной стороны ошпарила!
– Не рассчитал, – с кривой усмешкой проговорил Роу и потряс головой. – Рука у тебя, киса, тяжелая. Аккуратнее, а? То, что мужчина неправильно оценил ситуацию, еще не повод бить его по роже.
– Как раз это и повод! – я резкими, отрывистыми движениями стянула с себя куртку и кинула в работодателя.
Подхватила рюкзак и, не прощаясь, побежала домой.
– Маргарет! – раздались за спиной разочарованный голос и быстрые шаги. – Ну давай поговорим? Ну, я не пра-а-а-а…
Остаток фразы поглотила тяжелая металлическая дверь, которую я, к счастью, успела захлопнуть перед самым носом этого отвратительного типа. Жаль, что не прищемила, ему было бы полезно! И в идеале не нос, а тот орган, которым он «неправильно оценил ситуацию»!
Глава 6
МаргаретГнев отпустил меня сразу же за дверьми квартиры. Кипевшее возмущение улеглось и осталось лишь здоровое недоумение, но не из-за Джона Роу, с ним как раз все понятно было.
Та же его фраза про «неправильно оценил ситуацию»… Если учитывать, несомненно, богатый опыт мистера Наглость, у него просто в голове была схема, до сегодняшнего вечера не дававшая сбоев. Ночная поездка, луна, романтика и закономерный финал в виде страстных поцелуев.
И, будем честны, я вела себя соответствующе до того момента, как Роу распустил руки. Если бы хозяин «Депрессии» поступил более осторожно, то совершенно неизвестно, чем закончился бы вечер.
Встряхнув головой, я постаралась выбросить из нее остатки романтической дымки и устало опустилась на стул, скинув с ноющих ног обувь и определив на вешалку жакет.
Привлеченная шумом, из своей комнаты с веселым возгласом выглянула Дженни:
– О, ты вернулась! Я уже думала начинать переживать.
– Все хорошо, – слабо улыбнулась я в ответ и, вытянув вперед ноги, с наслаждением пошевелила пальчиками. – Дико устала. Новая работа, конечно, интересная и прибыльная, но утомительная.
Джин лукаво прищурилась и, скрестив руки на груди, вкрадчиво проговорила:
– Работа – это, разумеется, отлично, но меня сейчас больше интересует тот красавчик, который страстно тискал тебя у подъезда!
– Э-э-э?!
Видимо, мои круглые глаза были настолько выразительны, что соседка, фыркнув, пояснила:
– То, что красавчик, было ясно по фотке, ну а сцену внизу я из окна видела. Кстати, ты молодец, а то уж больно резвый молодчик. Или это не первый ваш поцелуй, потому и распустил руки?
– Джинни, какие поцелуи! Это наша вторая встреча!
– Тогда вдвойне наглец.
– Да забей. Балованная богатая сволочь.
Я прошла на кухню, испытывая тягу выпить успокаивающего чаю с ромашкой, так как многовато потрясений для одного вечера.
– Прямо уж богатая? – соседка следовала за мной, как привязанная, заинтересованно сверкая зелеными глазами. Грубить не хотелось, потому я со вздохом смирилась с тем, что в одиночестве мне сегодня не побыть.
Джинни откинула за спину длинные светлые волосы и без лишних слов щелкнула выключателем электрического чайника, а после достала из шкафчика две большие кружки с веселыми котятами.
– Да, владелец того бара, где я работаю.
– Угу… – девушка ненадолго зависла, и я прямо-таки видела, как в ее голове крутятся шестеренки, подсчитывая возможный годовой доход мистера Роу. – Бар в центре Лондона, притом такой тематики, притом…
– Джи-и-ин! – Я закатила глаза и погрозила подруге пальцем. – Не-а!
– Что не-а? Между прочим, босс и официантка – самый распространенный сценарий отноше…
– Ты жизнь и фанфики по ее мотивам не путай, – фыркнула я в ответ, пренебрежительно отозвавшись о любимой соседкой прозе в жанре любовных романов.
– Я не путаю, я просто верю в перевоспитание козлов!
Я тоже в свое время страдала аналогичной ересью. И моя вера столкнулась с реальностью в лице «первого парня на университете».
Столкновение иллюзий и реальной жизни получилось болезненным. Побитая вера в лучшее выползла из этой аварии едва живой, и я клялась, что больше никогда не стану подпускать ее к мужикам.
От Джинни я в итоге отделалась уже проверенным способом: завела разговор на тему учебы. Соседка терпеть не могла беседы о делах за чаем, потому быстро сбежала в свою комнату.
Облегченно выдохнув, я щелкнула ногтем по краю кружки и, зевнув, отправилась спать.
* * *Очередная неделя пролетела, как скоростной экспресс.
В будни на меня падали гранитные плиты науки, а на выходных активно развлекала новая работа.
Я уже привыкла к персоналу и подружилась с кошачьим населением бара.
В общем, все было ровно и гладко… если бы не смутное ощущение глобальной подставы. Словно вокруг плетется паутина, и я, как та беспечная муха, даже не пытаюсь улететь, так как не знаю, с какой стороны подойдет паук.
Сегодня в одном из залов «Депрессняка» было выступление широко известной в узких кругах группы, потому вся публика кучковалась там. А мне выдали задание: тщательно пропылесосить общий зал, пока меломаны не набежали тискать котов.
Дверь хлопнула, диссонансом звука вмешиваясь в стройные гитарные переборы, эхом гуляющие по бару. На пороге стояли его величество Наглость, правитель бара, и Серый Кардинал – заместитель.
Я дернулась, нервно прижимая к себе гудящую машинку и понимая, что как обычно сделать ноги не получится. Реакция на этих мужчин у меня была однозначная: бежать.
Бенедикт Осборн нервировал настолько, что я ощущала себя зеброй в поле зрения голодного гепарда, который уже наточил клыки-когти и даже мысленно меня сожрал.
Владелец бара, наоборот, вызывал менее острую реакцию, но все равно беспокоил. Вопреки ожиданиям, Джон Роу не продолжал своего решительного наступления на рубежи обороны девичьей чести. В «Депрессию» он приходил стабильно раз в два дня, многозначительно смотрел на меня и либо уходил наверх к Бенедикту Осборну, либо занимал уже привычное место и заказывал американо. И пялился на меня час минимум.
В общем, я не ожидала, что девичьи мечты о внимании красивого и сильного мужчины воплотятся именно таким образом!
В любом случае мистер Роу – это полбеды. Одна большая и могучая беда – господин Осборн!
Он появлялся из ниоткуда в самые неподходящие моменты и так выразительно дышал над ухом, что я начинала на полном серьезе подумывать, что Бенедикт вполне может оказаться маньяком. Из-за него я разбила уже два стакана и один раз едва не опрокинула поднос на идеально выглаженный пиджак, который вырос прямо перед моим носом. Вместе с владельцем, разумеется.
Притом я практически кожей ощущала, что мужчина злится! Смотрит на меня и, скривившись, пытается похвалить за хорошую работу. Особенно потрясающе это смотрелось после того, как я кокнула об пол роксы[1]. Смотрит на осколки, потом на меня, потом на потолок и говорит, что я молодец. И даже без сарказма.
Очень хотелось посоветовать мужику провериться у психиатра!
Глава 7
Бенедикт ОсборнЭто полный кабздец дамы и господа.
Когда женщина едва ли не по-пластунски отползает от тебя под прикрытием барной стойки – это фиаско. Если раньше русская девчонка бесила просто так, то теперь к этому добавилось раздражение из-за того, что она не спешила трепетать от счастья.
И вообще, приходилось признать правоту Роу: я не умею «цеплять» девушек и раскручивать их на секс.
В моем мире все было проще. Во-первых, есть постоянная, ни на что не претендующая любовница, а во-вторых, вокруг столько облизывающих женских взглядов, что можно выбрать любую.
В общем, котенок нибелунга, кажется, начинал уплывать из рук. Недопустимо.
Но правда, как в наше прогрессивное время завоевывают женщин?
Логическая цепочка уцепилась за слово прогресс, а блуждающий по кабинету взгляд наткнулся на ноутбук. Руки невольно к нему потянулись и ввели в адресной строке:
«Как завоевать женщину…»
М-да… Ладно, пополним запрос!
«Как завоевать женщину, если ты ее ненавидишь?»
К сожалению, интернет искренне считал, что завоевывают прекрасных дам только в случае симпатии. А жаль.
В любом случае после получаса серфинга по просторам дебильных сайтов и не менее дебильных статей, я выцепил для себя несколько универсальных способов покорения девиц: цветы, бриллианты, покупка собачки породы «мелкая кабыздошка». Ну, и разумеется, недвижимость.
– Сто одна роза, – вслух повторил я свою же мысль и скривился. – Какая пафосная пошлость. Но надо – значит надо!
Судя по фотографиям, отрытым на просторах все того же интернета, цветы должны были быть всенепременно алыми и на длинных ножках. Счастливые девушки обнимались с этим огромным веником и даже второй рукой умудрялись делать селфи.
Прикидывая примерный вес подобного букета, решил, что фотомодели в прошлой жизни были минимум бодибилдерами.
А пока, дабы не терять драгоценного времени, я нашел в сети первый же сайт флористического магазина. Если смотреть по ценам, то весьма и весьма приличный.
Подгоняемый тем фактом, что Роу не так давно подвозил Маргарет до дома и мне теперь необходимо наверстывать упущенное, а в идеале даже переплюнуть, я решил впервые в жизни покреативить. Сто одна роза у всех. А я куплю сто пятьдесят одну!
Разместив заказ в интернете, я отдельно порадовался, что можно галочкой отказаться от общения с менеджером, а заказ привезут уже через несколько часов. Так и случилось: курьер связался со мной до пунктуальности точно и доставил товар к задней двери бара, так что я сумел незаметно для персонала принять груз.
Трудности начались уже на этапе подъема букета в кабинет. С трудом обхватив местами колючий «розарий», я поразился весу, оценив его килограммов в десять.
Возможно, я все же переборщил с размахом, но мне приятно грело душу, что счастье Маргарет при получении такого подарка должно просто зашкалить, сама девушка сразу все понять и радостно прыгать вверх (если ее не придавит розами), ну, а потом… спустя энное время, я заберу котенка нибелунга из-под носа Роу.
Потому что если верить интернету, после вручения такого букета дарителю всегда перепадает немного секса.
– Пчхи! – издал Янтарь, сунувший нос к букету, а после мейн-кун недовольно махнул хвостом и, гордо развернувшись, продефилировал к подоконнику, где и развалился своим немалым тельцем.
– Твои ставки, друг? – спросил у него. – Какие у нас шансы?
Янтарь фыркнул и отвернул морду, поджимая под себя лапы. И судя по виду, отвечать явно не собирался.
Глава 8
Маргарет НовиковаСегодня аншлаг.
Народа столько, что проще повеситься, чем всех обслужить. Была только середина вечера, а мои ноги уже отваливались, буквально умоляя где-нибудь посидеть хотя бы минут пять.
Но эта роскошь была такой непозволительной, что я только силой воли и упрямством гнала себя к очередному столику.
Напитки, как в той присказке, лились рекой, коты мурчали, а чаевые оседали в моем кармане. Именно последний факт радовал душу особенно сильно, потому что сегодня я смогу позволить себе даже такси, и никакой Роу, к слову, опять сидящий за отдельным столиком и бросающий на меня пугающие взгляды, не станет настаивать на «садись, красавица, подвезу».
Воодушевленная этой мыслью я настроила себя на последний час работы. Посетители потихоньку расходились, коты в большинстве своем дремали кто-где, а Тони уже приступил к финальному натиранию стаканов перед закрытием.
Мысленно я была уже дома в кровати, когда ко мне подскочила Линда и с огромными от ужаса глазами прошептала:
– Тебя наверх вызывают.
– Кто? – задала идиотский вопрос, потому что до этого момента была уверена, что Осборна в баре сегодня вообще нет.
Ответом послужили все те же горящие паникой глаза Линды, ну и напутствие:
– Если он решит тебя уволить, мы попробуем заступиться. Попросим мистера Роу замолвить словечко. Я сама не пойму, от чего Осборн сегодня такой злой. Ты ведь не косячила.
– П-понятно, – мой голос невольно дрогнул.
Ощущение, что меня на эшафот вызвали, и, что самое паскудное, причин своего обвинения я не знаю. Сердце с грохотом упало в пятки и теперь отдавалось громким «ды-дыщ» при каждом шаге по лестнице.
«Уволит – не уволит – прибьет – сожрет – полюбит…» – гадала я по ступенькам и с гадким ощущением замерла на последней, потому что «прибьет».
С тем же ощущением постучалась в двери.
– Войдите, – раздался командный голос мистера Зло, и я, опустив голову, шагнула внутрь.
– Мистер Осборн, вызывали? – все еще боясь поднять взгляд, пробормотала я.
– Да, дверь прикрой. У нас будет серьезный разговор.
Прикусив губу и очень внимательно разглядывая носки собственных туфель, я обернулась, закрыла двери. Она скрипнула так траурно, будто виолончель из похоронного «Реквиема».
Неужели это он меня за те стаканы ругать собрался? Но почему сейчас, спустя столько времени? Или до Осборна доходит как до жирафа?
– Я тут кое-что для тебя приготовил, Маргарет, – раздался голос таким тоном, что речь могла идти только о приказе об увольнении. – Надеюсь, тебе понравится. Однако я не хотел бы, чтобы об этом потом пошли слухи среди персонала.
Господи, он еще и садист! Ну кому может понравится такая психологическая экзекуция?
Наконец, я соизволила поднять взгляд и замереть. В полуметре от меня стоял гибрид букета и Осборна! Точнее, ноги были от менеджера по котам, а вот все, что выше, заслоняла убийственно-огромная охапка алых роз.