Наставник по соблазнению

Robyn Grady

THE CASE FOR TEMPTATION

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме. Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S.A.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав. Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя. Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

The Case for Temptation

© 2020 by Robyn Grady

«Наставник по соблазнению»

© «Центрполиграф», 2021

© Перевод и издание на русском языке,

«Центрполиграф», 2021

Глава 1

Пока лифт поднимался в президентский номер отеля, Джейкоб Стоун любовался стоявшей рядом с ним женщиной. Длинные шелковистые светлые волосы. Платье с открытыми плечами, расшитое стразами и наверняка стоившее целое состояние. Но на этом теле оно оправдывало каждый потраченный на него цент.

И если бы его стали допрашивать под присягой, он вынужден был бы признать, что у него на уме было желание не только смотреть на нее.

Наконец она взглянула на него.

– Вы осознаете, что пялитесь на меня?

– Это сумасшествие… Но со мной такое впервые.

– Если вы хотите сказать, что до сегодняшнего вечера никогда не приглашали кого-нибудь выпить к себе в номер, прошу прощения, – рассмеялась она. – В это я не поверю.

Джейкоб закусил нижнюю губу и прислонился спиной к зеркальной стене лифта, сложив руки на груди. Речь шла не только о бокале вина.

– Мы знакомы всего три часа. Максимум четыре.

Она приподняла бровь.

– Идете на попятный?

Ни за что.

Шесть недель назад старый друг Маркус Лейн пригласил его на свою свадьбу. Так что Джейкоб купил себе билет первого класса на самолет, летевший из Нью-Йорка в Лос-Анджелес, чтобы присутствовать на пышной церемонии, антураж которой затмевал самые дорогие декорации в голливудских блокбастерах. И он был счастлив за своего друга и его молодую жену.

Но мысли Джейкоба все время были заняты многомиллионным иском, который ждал его дома. Пока он не увидел эту женщину, возникшую словно ниоткуда.

Когда она остановилась у его столика, он мгновенно вскочил и отодвинул для нее стул. Они представились друг другу, и он разлил вино по бокалам. Он был потрясен красотой ее зеленых глаз – самыми чувственными, самыми томными из всех, которые ему доводилось видеть.

Ее звали Тиган. А фамилию он не расслышал.

Они так увлеклись разговором, что он не мог припомнить, что они ели или кто произносил заздравные тосты. Он забыл о своем иске. И после традиционного первого танца молодоженов, когда в зале приглушили свет и заиграла медленная мелодия, он взял Тиган за руку и повел на танцпол. Прижавшись щекой к ее сладко пахнущим волосам и положив руку ей на талию, он чувствовал себя так, словно они были одни в целом мире.

Джейкоб не любил загадывать заранее, но он уже решил, как должен закончиться этот вечер. И когда он предложил ей зайти к нему выпить, она лишь сказала:

– Давайте сделаем это.

Но сейчас, когда двери лифта открылись в его номере, Джейкоб заметил, что Тиган замерла в нерешительности, и это, конечно, заставило и его заколебаться.

Их разговор за ужином крутился вокруг политики, бизнеса и общих интересов. У нее было свое дело в Сиэтле, фитнес-центр под названием «Хай Ти Джим». Он рассказал ей о юридической практике, которую унаследовал, но не уточнял, что имеет репутацию настоящего убийцы в зале суда.

Они рассказывали друг другу о своих друзьях, но он избегал упоминаний родственников. И его заинтересовало то, что и Тиган не упомянула своих. Ни единым словом.

И сейчас, когда она, шурша платьем, вошла в его роскошно обставленную гостиную, он призадумался. Она выглядела настоящей аристократкой, но он знавал множество простых людей, которые с успехом освоили светские манеры, включая его самого. Может ли быть, что ее происхождение было таким же, как и его? Очень отличным от всего этого блеска и великолепия?

О котором лучше было бы забыть.

Но когда она повернулась к нему и улыбнулась… Черт, какая разница? Джейкоб отбросил всякие сомнения, подходя ближе к ней. Значение имел лишь их первый поцелуй. А все остальное, включая иск против «Хантер пабликейшн», могло подождать.

Джейкоб Стоун был совсем не в ее вкусе.

«Я люблю синие глаза», – напомнила она себе.

Живые и глубокие, как океан. Нежные и добрые. Такие, какие были у ее первой любви в колледже.

Глаза мистера Стоуна были янтарно-золотистыми, и в сочетании с черными как уголь волосами напоминали ей пантеру – завораживающего мускулистого самца. Когда Джейкоб положил электронную карту-ключ на мраморный столик и направился к ней, она была близка к панике. Он даже двигался как большой кот. Но она ведь предпочитала собак!

Но когда его губы оказались в дюйме от ее губ, по ее телу пробежала дрожь. И она отбросила всякую осторожность. И снова это была не ее обычная реакция. Разве для настоящих чувств, даже для сексуального влечения, не требуется больше времени?

И, словно прочитав ее мысли, он отступил на шаг. Он слегка нахмурил брови, и его золотисто-янтарные глаза изучающе посмотрели на нее. И снова по ее телу пробежала дрожь предвкушения.

– Тиган? Вы в порядке?

Она взяла себя в руки и пожала плечами.

– Ну, когда в последний раз видела себя в зеркале, я была в порядке.

У него дрогнули губы.

– Вы кажетесь такой… нерешительной.

Она отвела глаза в сторону и глотнула воздуха.

– Я просто осматривалась, – пробормотала она в качестве объяснения.

Комната была отделана итальянским мрамором, повсюду была позолота, а идеально подсвеченные картины на стенах могли висеть в Лувре. Эти излишества напомнили Тиган о доме ее отца после того, как новая жена сделала там ремонт. Он, конечно, был миллиардером, но Тиган не любила излишеств.

Никто из детей не был счастлив, когда их отец женился во второй раз. Их мачеха Элоиза больше всего любила деньги. Но тем не менее они все поддержали отца и, конечно, своих новых маленьких брата и сестренку. Семья была важнее всего, несмотря на разногласия, а у них их было немало. Но если кто-то из них попадал в беду, они тут же смыкали ряды.

Джейкоб подошел к телефону.

– Я закажу шампанское.

– Честно говоря, я предпочла бы сок или воду.

Он тут же направился к бару.

– Сейчас что-нибудь поищу.

Разглядывая полки, Джейкоб сбросил галстук и расстегнул ворот сорочки. И взгляд Тиган упал на его грудь. Это снова вернуло ее к тому моменту, когда они были на танцполе… к тем чувствам, которые пробудило в ней его восхитительное мужественное тело.

Когда он сбросил пиджак, Тиган шагнула ближе к нему. Обтянутая белоснежной сорочкой, его грудь казалась сильной и мускулистой. Он закатал рукава, обнажив загорелые руки, и повернулся к холодильнику, чтобы изучить его содержимое. Тиган сказала себе, что не должна таращить на него глаза, но не смогла удержаться.

Длинные, мощные ноги.

И еще более мощные ягодицы.

Взявшись за спинку стула, Тиган откашлялась.

– Я обычно не пью алкоголя, – сказала она. – В последний раз я пила шампанское на свадьбе брата.

Джейкоб повернулся и поставил на столик рядом с ней коробку с охлажденными ягодами.

– Это был хороший день?

– Церемония была прекрасной. Не такой, конечно, гламурной, как эта.

Нет нужды распространяться о том, как тот день закончился – взрывом настоящей бомбы. Этот инцидент был последним из серии покушений на ее отца, и маньяк, виновный в этом, все еще был на свободе.

– Я встретилась там со своей подругой, – сказала она, беря из коробки холодную ягоду. – Наши семьи как-то отдыхали вместе на Рождество. Мы с Грейс Монро стали переписываться, но потом потеряли связь на несколько лет. И когда я узнала, что она встречается с моим братом, я чуть со стула не упала.

– Вы имеете в виду того брата, который женился?

– Другого, – сказала она и положила ягоду в рот.

– Значит, у вас два брата?

– У моих родителей было четверо детей: я и три моих старших брата. Когда мой отец женился во второй раз, у него родились еще двое детей – сын и дочка.

– А ваша мать тоже вышла замуж во второй раз?

– Она умерла.

Джейкоб перестал выкладывать на стол содержимое холодильника.

– Мне очень жаль.

Тиган кивнула. «Спасибо, мне тоже».

– Моя подруга и мой брат обручились на Рождество, – сказала она. – Это забавно, потому что, когда мы были моложе, они ненавидели друг друга.

Она была счастлива за них. И даже завидовала им. Семья, дети, совместная жизнь до глубокой старости… В своем будущем она не видела этого. Этому просто не суждено было случиться.

Джейкоб нашел ананасовый сок, ванильный сироп, колотый лед и сверкающий серебристый шейкер. А Тиган с упоением следила за ним. При виде того, как двигался этот мужчина, все ее нервные окончания оживали. А он всего лишь только начал. После того как Джейкоб добавил сиропа в шейкер, он подбросил его в воздух и поймал той же рукой у себя за спиной, не пролив ни капли.

Она рассмеялась.

– Эй! Отличный трюк для вечеринки!

– Я работал барменом, чтобы оплатить учебу в юридическом институте.

Тиган выпрямилась на стуле. Интересно. Он родился в богатой семье – он упоминал о том, что унаследовал юридическую компанию. Но он не полагался на деньги своей семьи. Может быть, он все же больше в ее вкусе, чем она думала.

В отличие от своих братьев, которые работали в их семейной фирме, Тиган решила самостоятельно сделать карьеру. Хотя в последнее время она подумывала о том, чтобы вернуться в семейный бизнес. Все с волнением ждали следующей атаки на их отца. И она должна была быть рядом со своей семьей.

Джейкоб тем временем наливал в шейкер сок, как заправский профессионал.

– Работать и учиться одновременно было настоящим вызовом, – сказал он. – Но я наслаждался каждой минутой. Стать адвокатом всегда было моей мечтой.

– А на чем вы специализируетесь? На уголовных делах?

– Я работаю на восстановлении репутаций. Клевета. Дискредитация.

– О, как тот случай, о котором недавно писали во всех газетах? – Она стала припоминать детали. – Знаменитый кинорежиссер подал иск против журнала, когда они написали, что он кого-то грубо оскорбил?

– Журнал проиграл дело. Мы выиграли.

– Так это вы вели дело?

– Да, ваша честь.

Ей следовало поздравить его. Но здесь была и другая сторона.

– Сумма, которую запросил режиссер, была просто чудовищной. Руководство журнала беспокоилось о том, что это разорит их. И многие люди потеряют работу.

Джейкоб внимательно посмотрел на нее, прежде чем добавить в шейкер льда.

– Это уже меня не касается.

– Хотите сказать, что вы сделали свою работу.

– Хочу сказать, что, если ты распространяешь грязную ложь и сталкиваешься со мной, приготовься заплатить за свои дела.

Джейкоб казался решительным и уверенным в себе. Как ее братья. Как и вся ее семья, с ее огромной медийной корпорацией. И отец всегда напоминал ей о том, что в ее жилах течет та же кровь. Он говорил, что она не сможет спрятаться от того, кем была. ДНК не врет.

Когда Джейкоб закрыл крышку шейкера, Тиган спросила:

– Можно я попробую?

Он протянул ей шейкер:

– Прошу.

Она стала энергично трясти шейкер, и Джейкоб с удивлением посмотрел на нее.

– Я привыкла смешивать протеиновые коктейли, не алкогольные. – Она прижала руку к сердцу. – Клянусь.

После того как она разлила коктейль по бокалам, он произнес подходящий тост:

– За правду, и ничего, кроме правды.

Тиган чокнулась с ним.

– И да поможет мне Бог.

Тиган сделала глоток и вздохнула. Что касается этого тоста…

– Я должна признаться, – сказала она, ставя бокал на стол. – Кое в чем.

– Ну, если вам нужен хороший адвокат…

Тиган улыбнулась.

– Для меня это впервые… то, что мы с вами здесь вот так…

Он посмотрел ей в глаза.

– Как два человека, которые только что познакомились и ушли с вечеринки вместе?

Женщина кивнула.

– Которые захотели уединиться на час-другой.

Его янтарные глаза приняли хищное выражение. И когда он шагнул к ней, положил руку ей на затылок и склонился над ней, не имело значения, что он был не тем, в ком она нуждалась, кого заслуживала. Когда его губы прикоснулись к ее губам, осталась одна лишь правда. Правда, которую невозможно отрицать.

Она и вправду была дочерью своего отца. По имени Хантер[1]. И охотницей по своей природе. И сегодня ночью, черт возьми, ее мучил голод!

Глава 2

Когда их губы соприкоснулись, Джейкоб почувствовал, как женщина тает в его объятиях. Она обвила руками его шею, и он, поставив стакан на стол, стал гладить ее бедро. Ее губы приоткрылись, она встала на цыпочки и прижалась грудью к его груди. Ее пальцы запутались в его волосах, и он понял одно: им понадобится больше чем час-другой.

Джейкоб поднял голову и посмотрел на ее губы.

– Все происходит не слишком быстро?

Тиган улыбнулась.

– Не для меня. А как насчет тебя? Все в порядке?

Еще в каком порядке! Особенно когда она начала расстегивать пуговицы на его сорочке, ноготком водя по его груди. Чтобы не отстать от нее, Джейкоб расстегнул молнию на ее платье, позволив тому упасть на пол. А потом поспешно стянул с себя сорочку и тоже бросил ее на пол. И снова прижал девушку к себе и впился губами в ее губы.

Но теперь этого было уже недостаточно.

Он подхватил ее на руки и понес в свою спальню.

С той минуты, когда Джейкоб обнял эту восхитительную женщину на танцполе, словно они были одни в том зале, она ждала этого момента. То, что он так быстро снял с нее платье, явилось для нее приятным сюрпризом. И когда он поднял ее на руки, не переставая целовать, ей стало интересно, насколько хорошо все это может быть.

Джейкоб внес ее в спальню и уложил на холодную хрустящую простыню. Когда он поднял голову, в полумраке она залюбовалась его волевым подбородком и точеным римским носом. Его янтарные глаза, казалось, сияли, и, когда он улыбнулся, по ней пробежала дрожь предвкушения.

– Я должен кое-что сделать.

– Тебе не нужно спрашивать моего разрешения.

– Ты уверена?

Он склонился над ней, и Тиган почувствовала, как ее тело словно вспыхнуло. Она с трудом сдержала стон. Тиган инстинктивно выгнулась ему навстречу, что, казалось, его совсем не удивило, Джейкоб не двигался, и она согнула ногу в колене и провела ею по его ноге.

– Да, Джейкоб.

Да, да, да.

Он отступил на шаг и стал снимать с нее туфли, которые один за другим упали на пол. Когда он включил настольную лампу, она залюбовалась его мускулистым торсом. Но на нем все еще были брюки, в то время как Тиган была практически обнажена. И он не мог не заметить шрам, который ей приходилось видеть отраженным в зеркале почти половину своей жизни.

Если он спросит, откуда этот шрам, Тиган скажет ему, что в детстве упала с велосипеда. Но, похоже, шрам остался незамеченным.

Он провел кончиком языка по ее животу, а рукой коснулся ее груди и стал ласкать подушечкой большого пальца ее сосок.

Тиган руками вцепилась в простыню, закрыла глаза и снова выгнулась ему навстречу.

– Нужно разобраться вот с этим, – внезапно сказал он.

С ее трусиками?

Она была готова сама снять их, но он не позволил ей сделать это. Просунув одну руку под ее ягодицы, Джейкоб другой рукой стянул с нее трусики. И, склонившись над ней, стал целовать и ласкать языком самые интимные части ее тела. Его язык дразнил ее, пока она не почувствовала, что все мысли оставили ее. Тиган приподняла бедра, когда его палец скользнул внутрь ее лона, и зарылась пальцами в его волосах, словно предупреждая – не останавливайся.

Но Джейкоб отстранился, взял со столика свой бумажник и вынул маленький пакетик из фольги. Потом сбросил с себя брюки и туфли, в то время как женщина с жадностью следила за всеми его движениями.

Его бедра были стройными и мускулистыми, но взгляд притягивало, как магнитом, то место, где эти бедра соединялись. И когда он снова склонился над ней, упираясь коленом в матрас, она потянулась навстречу, обвив его шею руками.

Их поцелуй длился целую вечность, и, когда наконец прервался, Джейкоб пробормотал, с улыбкой глядя ей в глаза:

– Ты кое-что сказала.

– О том, что тебе не нужно спрашивать моего разрешения?

– Нет, о том, чтобы уединиться на час-другой. Этого будет мало.

Она провела кончиком пальца по его уху.

– Ты следишь за временем?

Мужчина улыбнулся.

– Нет, я слежу за тобой. – Он наклонился и легко коснулся губами ее губ. – Останешься со мной до утра?

Он что, шутит? Конечно, она останется.

Джейкоб надел презерватив и склонился над ней. И когда он вошел в нее, она задрожала и потеряла способность мыслить. В полумраке он долго изучающе смотрел на ее лицо, а потом начал ритмично двигаться, а она обхватила руками его шею, подчиняясь заданному ритму. Джейкоб двигался все быстрее и быстрее, и Тиган закусила губу, чувствуя приближение оргазма и подозревая, что он будет таким, какого она еще никогда не испытывала.

И она оказалась права.

Глава 3

Аромат свежесваренного кофе разбудил ее.

С трудом разлепив глаза, Тиган напомнила себе, что она находится не в своем номере. Кровать выглядела так, будто по ней пронесся ураган. Повсюду была разбросана одежда, но Джейкоба Стоуна в кровати не было, хотя Тиган продолжала ощущать мускусный запах его тела.

Она обхватила руками голову. Что за удивительная ночь! Самая страстная, самая прекрасная ночь в ее жизни. С того момента, как они встретились, ее потянуло к нему…

То, что это закончилось именно так, закономерно. Решение, они, возможно, приняли под влиянием момента, но их ночь любви была невероятной. И Тиган готова была, не раздумывая, повторить ее.

Улыбнувшись, она закусила нижнюю губу.

Сколько осталось времени до ее рейса?

Спрыгнув с кровати, Тиган уловила аромат блинчиков и внезапно почувствовала себя очень голодной. Но если бы в эту минуту в спальню вошел Джейкоб, она забыла бы о еде. Он тот звонок будильника, какой ей нужен в этот момент.

Она всегда гордилась своей силой. Своей стойкостью. Но несколько месяцев назад у нее случился выкидыш, а отношения, которыми она так дорожила, были прерваны. Сейчас же, направляясь в душ, Тиган почувствовала облегчение. Она наконец-то может смотреть на случившееся, как на горький урок.

После того несчастного случая в детстве, от которого у нее остался шрам, ей сказали, что она не сможет забеременеть. Но потом прогноз изменился. Все же существует большой риск того, что она потеряет ребенка еще в первом триместре.

Но ночь, проведенная с Джейкобом, помогла ей перевернуть эту страницу. Она всегда будет помнить ту боль – и физическую, и душевную, – но погоревала достаточно. Ее жизнь все еще может стать счастливой и полной смысла.

Хотя и не такой, какую она выбрала бы для себя, если бы это было в ее силах.

Тиган вошла в столовую, завернутая в огромный гостевой халат. Ее волосы были мокрыми, а на лице не было макияжа. Она с интересом посмотрела на Джейкоба, одетого в серую футболку и домашние брюки, а потом перевела взгляд на стол и рассмеялась.

– Кое-кто сильно проголодался.

Он взглянул на ее губы.

– Я всегда голоден.

Они двинулись навстречу друг другу, и, когда их тела соприкоснулись, он обвил ее рукой за талию и прижался губами к ее губам.

Но этот поцелуй был… каким-то другим. Потому что он был последним? Или означавшим новую ступень в их отношениях?

Когда поднял голову, он не смог отстраниться от нее. Потому что уже снова чувствовал себя заведенным. Готовым на все, чтобы доставить удовольствие этой женщине.

Но сначала…

– Нам нужно выпить кофе, – протянул он руку к серебряному кофейнику. – По крайней мере, мне это нужно.

Он разлил кофе по чашкам, и Тиган сказала:

– Мне без сахара, пожалуйста.

Он протянул ей чашку, а в свою положил два кусочка сахара и налил сливок. А потом выдвинул для нее стул, после чего взял с тарелки кусочек хрустящего поджаренного бекона.

И пир начался!

Тиган с интересом посмотрела на основное блюдо, накрытое стеклянной крышкой.

– Это стейк?

– Филе-миньон. Бесподобен с голландским соусом.

На столе стояло блюдо с жареными помидорами, пюре из авокадо, запеченными грибами, золотистые картофельные оладьи и многое другое. И все это пахло великолепно. Но Тиган лишь насыпала в тарелку немного мюсли, в то время как Джейкоб наполнил свою тарелку до краев разными яствами. Этим утром он готов был есть за двоих.

Тиган потянулась за блинчиками.

– Это должно быть вкусно, – пробормотала она и добавила: – Наверное, тебе нужно освободить номер и ехать в аэропорт?

Джейкоб налил им в стаканы сока и сказал:

– Мой рейс вылетает в час дня.

– Мой примерно в то же время.

– Тебя подвезти в аэропорт?

– Нет. Я просто не хотела тебя задерживать.

– Я никуда не спешу. А ты?

Она допила сок и поставила стакан на стол.

– Сегодня воскресенье.

Верно.

– Выходной день. Время расслабиться. И забыть о работе.

Хотя завтра его ждал сумасшедший день. В полдень у него назначено совещание с клиентом относительно того дела о дискредитации. «Хантер пабликейшн» ждет хороший пинок в задницу. Можно поднять продажи журнала, выдумывая небылицы, но мораль заключается в том, что за нечестность нужно платить.

– Наверное, быть известным адвокатом хлопотно?

– Да, иногда работы бывает много.

– Даже в выходные дни?

– Не в эти выходные, – сказал он.

– Ты уверен?

Он чуть не рассмеялся.

– Абсолютно.

– Просто у тебя был немного озабоченный вид.

– У тебя тоже свой бизнес, так что ты должна понимать, что мысли о работе всегда преследуют тебя, даже во время уик-энда.

– У меня очень маленький бизнес. Но каждый сам делает свой выбор. Иметь амбиции не всегда плохо.

Амбиции – это очень хорошо, особенно когда ты вырос в нищете.

– У меня было странное детство. Полагаю, этим и объясняются мои амбиции. А ты?

– Что касается моих амбиций? Я хочу, чтобы мой бизнес процветал.

– Это важно для тебя?

– Конечно.

Он решил прямо спросить это у нее.

– А что насчет твоего детства?

– Не могу сказать, что оно было странным. Просто у меня было много всякого, полагаю.

Но ему хотелось больше знать о ней.

– Где ты росла?

– В Австралии. В Сиднее. – Она взяла из тарелки с фруктами большую ягоду клубники. – Моя семья все еще живет там. Мой отец, его жена и их дети. И еще мой старший брат с женой.

– А остальные?

– Два других моих брата теперь тоже живут в Штатах. Один из них здесь, в Лос-Анджелесе. А другой брат в Нью-Йорке.

– Да, мир тесен.

– Винн – настоящий трудоголик. Но сейчас, когда он помолвлен, надеюсь, это изменится.

Джейкоб, подливавший им кофе из кофейника, замер. Нехорошее предчувствие овладело им. Но он отбросил его и заставил себя улыбнуться.

– Винн? Какое необычное имя. Я сейчас работаю над одним делом. И ответчика тоже зовут Винн.

– Вот это да! Надо же.

Он кивнул и снова улыбнулся.

– Подумать только.

Но, словно прочитав его мысли, Тиган рассмеялась.

– Не беспокойся. Он не может быть моим Винном. Он не любит распространяться о своей работе, но, если бы его привлекли к суду за клевету, он рассказал бы. И пресса только об этом и писала бы.

– Никто пока ничего не знает. Мы еще не подавали иск в суд.

Тиган потянулась за следующей ягодой, а Джейкоб допил вторую чашку кофе.

После чего вернулся к их разговору.

– Так чем занимается в Нью-Йорке твой брат? Мы, возможно, знакомы с ним.

– А как много людей по имени Винн ты знаешь?

Он улыбнулся, сдаваясь.

– Только одного, и то по бумагам.

– Так что ты не можешь знать моего брата.

Верно. И все же…

– Так чем он, ты сказала, занимается?