Ночь с последствиями

One Night, Second Chance © 2014 by Robyn Grady

«Ночь с последствиями» © «Центрполиграф», 2017

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2017

Пролог

Повернувшись спиной к зеркалу, занимавшему всю стену, Грейс Манро расстегнула платье и, как только оно соскользнуло на пол, перешагнула через него. Она сбросила туфли, сняла бюстгальтер и трусики и завернулась в мягкое пушистое полотенце. Однако когда она выходила из ванной, по ее спине пробежал холодок.

Грейс сделала глубокий вдох и сказала себе:

«Я взрослая. Я хочу этого.

Надо расслабиться.

Пусть будет так, как будет».

Секунду спустя Грейс вошла в спальню. Она подошла к кровати, сняла покрывало и позволила полотенцу упасть к ногам. Молодая женщина уже лежала, когда в дверном проеме показался силуэт. Ее охватил жар. Она никогда не оказывалась в подобной ситуации и больше никогда не окажется. Но сейчас она хотела этого.

Сейчас она хотела его.

Приблизившись, он расстегнул рубашку, затем ремень. Склонился над ней и кончиком языка лизнул ее сосок. Голова у Грейс закружилась.

Его щетина коснулась ее кожи, и он прошептал:

– Я хотел бы узнать твое имя.

Она улыбнулась:

– А я хочу, чтобы ты лег рядом.

Этот вечер начался с прогулки, на которую Грейс отправилась, чтобы проветриться, – после возвращения в Нью-Йорк ее преследовали воспоминания и сожаления.

Проходя мимо бара, она услышала звуки пианино и зашла туда, чтобы послушать. Рядом с ней у барной стойки остановился мужчина. Он был очень хорош собой, и женщины оборачивались ему вслед. Однако Грейс была против случайного знакомства – сегодня ей хотелось побыть одной.

К ее удивлению, он сделал небольшое замечание насчет исполняемой мелодии и, выпив заказанный напиток, отошел. Грейс не смогла забыть его улыбку. Она почувствовала, как сердце перевернулось в груди и ее охватило сладостное томление.

Окликнув его, Грейс спросила, не желает ли он присоединиться к ней. Всего десять минут. Она не задержится здесь. Мужчина собрался представиться, но она подняла руку и сказала, что, если он не возражает, она не хочет ничего знать ни о нем, ни о его жизни. Он согласился, отсалютовав ей бокалом.

Следующие двадцать минут они наслаждались игрой пианиста. Когда возникла пауза, Грейс поднялась и пожелала незнакомцу спокойной ночи. Тот сказал, что ему тоже пора. Так уж получилось, что, покинув бар, они пошли рядом, обсуждая песни и спорт, любимые блюда и театр. С ним было очень легко говорить и смеяться. В его улыбке, в его голосе Грейс чудилось что-то знакомое. Порой ей казалось, что они знают друг друга много лет. Около одного здания он остановился, сказал, что живет здесь, и поинтересовался, не хочет ли она подняться к нему. Грейс не чувствовала себя обязанной, но и не испытывала и неуверенности.

Сейчас, в спальне, когда его губы прильнули к ее губам, она также ни о чем не жалела. Однако такой опыт был для нее внове. Это прогресс или элементарный побег?

Год назад она встречалась с мужчиной. Сэм был пожарным, уважающим своих родителей, ценящим традиции своего круга. Он на все был готов ради семьи и друзей. Он любил ее и однажды вечером предложил выйти за него замуж. Прошло двенадцать месяцев, а Грейс все еще не могла забыть то время.

Но не сейчас.

Язык незнакомца вторгся в ее рот, и Грейс ощутила желание. Когда он прервал поцелуй, желание не угасло. Молодую женщину этот незнакомец привлекал во всех смыслах, почему – она не могла объяснить. Грейс была бы не против увидеться с ним снова. К несчастью, это было невозможно. Их сего дняшняя близость была импульсивной, основанной на сексуальном притяжении.

Секс на одну ночь.

Таким он и останется.

Глава 1

– Прекрасна, не правда ли?

Уинн Хантер криво улыбнулся пожилому мужчине, стоявшему рядом.

– Не хочу вас обидеть, но эта подружка невесты для вас немного молода.

– Конечно. – Брок Манро распрямил плечи. – Она моя дочь.

Уинн замер, в его мозг словно вонзились тысячи иголочек. Наконец он вспомнил, что умеет дышать. Он сглотнул и попытался совместить все детали. Да, конечно, у Брока три дочери. Так вот кто эта девушка!

– Это Грейс?

– Да. Взрослая Грейс.

Броку не обязательно знать, насколько она повзрослела.

Если бы Уинн знал об этом три ночи назад, он ни за что не пригласил бы ее в свою квартиру в Верхнем Ист-Сайде. Причем не из уважения к Броку, который был другом его отца, австралийского медиамагната и главы «Хантер энтерпрайзес Гатри Хантер». Дело в том, что в детстве Уинн ненавидел Грейс Манро. Он заскрежетал зубами.

Как могло случиться, что он получил огромное удовольствие от секса с этой девушкой или, правильнее сказать, женщиной?

– Грейс унаследовала красоту матери, как и две ее сестры, – продолжал Брок, когда заиграла музыка и засияли огни в зале, украшенном для свадебного приема. – Помнишь наши совместные каникулы? Да уж, то Рождество в Колорадо было особенным.

Брок познакомился с Гатри на отдыхе, после окончания Сиднейского университета, и они многие годы поддерживали дружбу. Два десятилетия спустя Манро и Хантеры решили отдохнуть вместе. Уинну было восемь лет. Стоило ему и его старшим братьям слепить снеговика перед шале, которое занимали две семьи, как Грейс и младшая сестра Уинна, Тиган, тотчас его ломали. Тогда мать Уинна, этот ангел, была еще жива. Она объяснила, что шестилетки просто-напросто тоже хотят принимать в этом участие.

Сейчас Уинн руководил «Хантер паблишинг», филиалом «Хантер энтерпрайзес» в Нью-Йорке. И он гордился своим дружелюбием. В то Рождество, о котором вспомнил Брок, Грейс подставила ему подножку и загнулась от смеха, когда он шмякнулся в сугроб, ударившись лбом о скрытый под снегом камень. Уинн взорвался. Она бросилась прочь, ее косички развевались, а брат Уинна, Коул, пытался удержать его.

Сколько времени прошло с тех пор… Но Уинн не сомневался, что до сих пор не встретил человека, который бы так же сильно досаждал ему.

Ее косички превратились в блестящий каскад золотистых, как пшеница, волос, а ножки-палочки – в стройные изящные ноги. Уинн вспомнил кошмарного ребенка, который не давал ему прохода, а затем – их поцелуи в ту ночь, когда они занимались любовью. Когда они встретились в том баре, Грейс понятия не имела, кто он.

Ведь не имела же, верно?

– Как обстоят дела у твоего отца из-за той ситуации? – спросил Брок, пока Грейс танцевала с шафером. – Мы с ним говорили пару месяцев назад. Я имею в виду заварушку, связанную с тем, что его кто-то хочет убить. В это невозможно поверить. – Брок, облаченный в смокинг, скрестил руки на груди и покачал головой. – Власти разобрались, кто за этим стоит?

Краем глаза наблюдая за Грейс в сексуальном красном платье, Уинн сказал:

– Спустя пару недель после того, как машину отца попытались угнать, кто-то стрелял в него. К счастью, киллер промахнулся. Телохранитель бросился за ним, но его насмерть сбила машина.

– Разве потом не было других инцидентов?

– Да, на отца было совершено покушение. – Вспомнив звонок встревоженного Коула, Уинн почувствовал, что ему стало трудно дышать. – Мы подключили полицию, а мой брат к тому же нанял частного детектива, своего друга.

Брэндон Пауэлл и Коул подружились, когда служили в военно-морском флоте. Теперь Брэндон разъезжал по Сиднею на «Харлее» и руководил собственным детективным агентством, также оказывающим охранные услуги. У него был нюх, и – с этим все соглашались – он был отличным профессионалом.

Темп музыки ускорился, свет замерцал чаще. На танцевальной площадке зажигала Грейс Манро. Нет, строго говоря, ее па не были провокационными, но все-таки она двигалась так, что… В общем, она выделялась. Уинн отметил, что не он один оценил это: ее первого партнера сменил парень, которому, судя по всему, стоило больших усилий держать руки при себе.

Уинн осушил бокал.

Вряд ли Грейс заметила его среди трех сотен гостей. Сейчас, когда он знал, кто она такая, у него были причины держаться подальше от нее – слишком некомфортно становилось при мысли, что она его увидит и все поймет.

Уинн махнул рукой в сторону выхода и извинился перед Броком.

– Мне пора. Завтра встреча рано утром.

– В воскресенье? Хотя, наверное, вам пришлось попахать, после того как «Хантер паблишинг» приобрела «Ла тробс» два года назад. Крупная сделка. – Брок сочувственно покивал головой. – Да, тяжелые времена, – пророкотал он. – Приспосабливайся или умри. Видит бог, рекламные агентства тоже вылетают в трубу.

Брок был основателем и председателем «Манро силект эдвартайзинг», компании, имевшей офисы во Флориде, Калифорнии и Нью-Йорке. Уинн не знал, помогал ли Броку кто-либо из членов семьи. Той ночью, которую он провел с Грейс, они не делились личной информацией. Никаких телефонов, сведений о работе. И уж конечно, никаких имен. Сейчас же в нем пробудилось любопытство, и Уинн спросил:

– Грейс работает в вашей компании?

– Пусть она тебе сама скажет. Она идет к нам.

Уинн взглянул на танцевальную площадку. Грейс его узнала, и улыбка исчезла с ее лица. Однако она не отвернулась и не сбежала. Нет, она распрямила обнаженные плечи и, усмехнувшись, продолжала двигаться сквозь толпу.

Через несколько секунд она поцеловала пожилого мужчину в щеку, затем повернулась к Уинну. Склонив голову так, что ее пшенично-золотистые волосы каскадом упали на одну сторону, Грейс посмотрела на него. Уинн вспомнил, как прикасался к этим волосам, как тело прижималось к телу…

– Вижу, ты нашел знакомого, – сказала она громко, перекрывая музыку.

Брок загадочно улыбнулся:

– Вы тоже встречались раньше.

Глядя на Уинна с выражением, которое нельзя было интерпретировать иначе, как «давай сохраним все в тайне», Грейс поинтересовалась:

– Правда?

– Это Уинн, – сообщил ее отец. – Третий мальчик Гатри Хантера.

Ее завораживающие глаза, по оттенку близкие к волосам, моргнули.

– Уинн? – прохрипела она. – Уинн Хантер?

– Мы предавались воспоминаниям, – сказал Брок, ставя пустой бокал из-под шампанского на поднос проходящего мимо официанта. – Вспоминали Рождество в Колорадо.

– Это было давно. – Грейс взяла себя в руки и приподняла бровь. – Полагаю, ты больше не лепишь снеговиков?

Уинн окаменел:

– Слишком опасно.

– Опасно? – Ее озадаченный взгляд спустя мгновение прояснился. – О-о-о, кажется, припоминаю. В то утро ты был в саду с братьями. Ты ударился головой.

Уинн потер голову у виска:

– Мне еще не представилась возможность поблагодарить тебя за шрам.

– Ну, не стоит беспокоиться, – проворковала Грейс.

– Ты поставила мне подножку, – напомнил он.

– Насколько я помню, ты запутался в штанах, – заявила она. – Ты всегда в них путался.

Уинн открыл рот, собираясь запротестовать, но вмешался Брок.

– Грейс подружилась с невестой еще в старших классах, – попытался он сменить тему.

– Мы с Джейсоном учились в Сиднейском университете, – бросил Уинн, по-прежнему горя желанием установить истину.

– Линли и Джейсон встречались три года, – сказала Грейс. – Я никогда не слышала, чтобы они упоминали твое имя.

– Мы давно не общались, – объяснил Уинн и добавил: – Я не ожидал, что получу приглашение.

– Похоже, мир полон сюрпризов.

Уинн удерживал взгляд Грейс. Брок поспешил снова поменять тему:

– Уинн управляет филиалом «Хантер энтерпрайзес» здесь, в Нью-Йорке. – Он обратился к Уинну: – Коул по-прежнему возглавляет ваш отдел радиовещания в Австралии?

Уинн кивнул:

– Да. Кстати, он женится.

– Коул всегда был предан компании. Трудоголик, совсем как его отец, – с нежностью произнес Брок. – Рад, что он заводит семью. Это доказывает, что пара найдется для каждого.

Он не сдержался, и его неуверенный взгляд скользнул в сторону дочери. Грейс тут же опустила глаза. Брок поспешил отсалютовать друзьям, стоящим поблизости.

– Я вижу Дилшансов. Пойду поболтаю с ними. – Он поцеловал дочь в щеку. – Оставляю вас, чтобы вы заново познакомились друг с другом.

Как только Брок отошел, Уинн решил успокоить Грейс. Хотя их сегодняшняя встреча получилась немного неловкой, проведенная вместе ночь тем не менее была волшебной. Детали той ночи очень личные и, что касается его, личными и останутся.

– Не волнуйся. – Он подошел ближе. – Я не скажу ему, что мы уже встречались.

На лице Грейс было написано изумление.

– Я и не думаю об этом. Вряд ли ты стал бы болтать направо и налево, что мы сняли друг друга в баре.

Весьма откровенно.

– По-прежнему ничего не хочешь знать обо мне? – спросил он.

– Да ведь мы уже знакомы, не забыл?

– Я не имел в виду то, что было двадцать лет назад. Я говорю о настоящем.

Усмешка Грейс заледенела. Она вздернула подбородок:

– Лучше не стоит.

Уинн вспомнил замечание отца Грейс о том, что пара найдется для каждого, и реакцию Грейс. Вспомнил, как она не стремилась говорить ни о чем серьезном в тот вечер. У Грейс Манро есть свои секреты. Впрочем, это его не касается. У него в жизни и так полно стрессов. Однако прежде чем они расстанутся, ему хочется кое-что выяснить.

– Скажи мне одну вещь. Ты имела представление о том, кто я, в ту ночь?

Грейс рассмеялась:

– Смотрю, у тебя есть чувство юмора.

Она попыталась уйти, но Уинн схватил ее за запястье. По его руке пробежал электрический разряд. Грейс качнула головой – ее волосы слегка задели Уинна. Выглядела она испуганной. Это в его намерения не входило.

– Потанцуй со мной, – предложил он.

Ее глаза цвета меда расширились.

– Не хочу.

– Ты не хочешь воспользоваться шансом и снова поставить мне подножку?

Грейс усмехнулась.

– Признайся: ты был недотепой.

– А ты была той еще штучкой.

Уинн повел Грейс к танцующим парам. Спустя несколько секунд после того, как он обнял ее, Уинн был вынужден признать: хотя ему не нравилась маленькая Грейси Манро, ее повзрослевшая версия интриговала его. Он изучал ее тонкое лицо, вдыхал аромат ее волос.

– Ну, как дела? – поинтересовался Уинн.

– Пока все чудесно.

– Нет желания зацепить лодыжкой мою ногу и дернуть?

– Если что, я тебя предупрежу.

Уинн усмехнулся. Он был готов держать пари, что она действительно предупредит.

– Где твоя мама?

Ее озорная улыбка потухла.

– Осталась с бабушкой. Та плохо себя чувствует.

– Надеюсь, ничего серьезного?

– Она тоскует. Мой дед недавно скончался. Он был скалой для Нэн. – Взгляд Грейс смягчился. – Мои родители несколько лет назад были на похоронах твоей матери.

В животе у Уинна все перевернулось. Даже сейчас воспоминания о том, как его отец чуть не слег после невосполнимой потери, заставляли его стиснуть челюсти. Определение «святая» как нельзя лучше подходило его матери. Ее никогда не забудут. Ее всегда будет недоставать.

Но жизнь продолжается.

– Мой отец снова женился.

Грейс кивнула, и Уинн припомнил, что ее родители присутствовали и на свадьбе.

– Он счастлив?

– Вероятно.

На ее лбу появилась морщинка, она испытующе всмотрелась в его лицо:

– Но ты не уверен.

– Моя мачеха – дочь одной из лучших подруг моей матери.

– Ух ты! Как все сложно.

Можно было сказать и так.

Коул и Декс, второй сын Гатри, считали, что Элоиза вышла замуж только ради денег. Уинн же сказать что-то определенное насчет Элоизы Хантер не решался. Все-таки она была матерью его младшего брата Тейта.

Поскольку тот, кто покушался на их отца, все еще был на свободе, маленькому Тейту не нужны были лишние проблемы, тем более проблемы взрослых, и тем более касающиеся его родителей.

Уинн любил Тейта больше всех своих братьев и сестры. Было время, когда он мечтал о том, что у него будет сын, похожий на него.

Теперь он об этом не мечтал.

Уинн почувствовал, как его похлопали по плечу. Невысокий человек с глуповатой улыбкой поправлял галстук-бабочку.

– Не возражаете, если я встряну? – спросил он.

– Возражаю, – отрезал Уинн.

Грейс покачала головой, когда он снова повел ее в танце.

– Это было невежливо.

Он улыбнулся.

– Это был друг, – объяснила Грейс. Она вгляделась в него пристальнее. – Я в тупике. Из того, что я слышала, Коул – трудоголик, а Декс – плейбой. По идее, ты должен быть человеком совестливым.

– Я вырос.

– И заматерел.

– Тем не менее тебя ко мне влечет.

Губы ее изогнулись.

– Я бы так не сказала.

– Значит, мне приснилось, что три ночи назад ты побывала у меня дома?

Грейс даже не покраснела.

– Я хотела себя побаловать. Мне кажется, мы оба почувствовали, что между нами образовалась связь.

– На случай, если ты не заметила, – Уинн склонил голову набок, – эта связь по-прежнему существует.

Ее рука надавила ему на плечо. Грейс отвела взгляд.

– Я никогда не бывала в подобной ситуации.

– Как и я, – признался он.

– Я не сожалею о той ночи. – Грейс выдохнула. – Но я не заинтересована в отношениях. Неподходящее время.

Его улыбка погасла, но затем снова появилась.

– Не помню, чтобы я спрашивал об этом.

– Значит, рука, которая обнимает меня, притягивая к тебе… Я, знаешь ли, воспринимаю это как намек. – Грейс слабо улыбнулась. – Повторяю, я не ищу отношений, Уинн. Не сейчас. И никаких.

Уинн пригласил ее потанцевать, чтобы доказать… ну, хоть что-нибудь. Он даже не знал толком, что именно. Три ночи назад его привлекла ее внешность. Он был заинтригован ее шармом. Прикосновения к ней сводили его с ума. Если честно, Грейс была права: она правильно описала, что он чувствует в настоящий момент.

Но Грейс Манро расставила точки над «i». Уинн отпустил ее и отступил в сторону.

– Возвращайся к своему партнеру, – сказал он.

В ее взгляде промелькнуло что-то. Уважение?

– Передавай от меня привет Тиган и братьям.

– Обязательно.

Хантеры виделись не часто. Но вскоре семья должна собраться на свадьбе Коула с австралийским продюсером Тэрин Куинн. Там будут присутствовать все, включая их хитрую как лиса мачеху и отца, на которого объявлена охота. На таком мероприятии все, без сомнения, начнут спрашивать, когда свой статус изменит Уинн.

До недавнего времени считалось, что он – а не Коул или Декс – скоро остепенится и обзаведется семь ей. Это было до того, как любовь его жизни, Хизер Мэттьюз, объявила, что вообще-то поменяла планы. Когда взорвалась эта бомба, Уинна обуял гнев. Теперь гнев поутих, и он продолжал жить по инерции. Честно признаться, такое положение дел его более чем устраивало, поэтому он не хотел снова обнажать свое сердце, тем более перед сексуальной Грейс Манро.

Уинн нашел жениха и невесту и пожелал им счастья. Выходя из зала, он снова столкнулся с Броком. У него появилось ощущение, что эта встреча не случайна.

– Я видел, как ты танцевал с моей дочерью, – сказал Брок.

– Так, вспомнили старые времена.

– Она, наверное, рассказала тебе, что год назад уехала из Нью-Йорка. Она проведет несколько дней на Манхэттене, чтобы повидаться со старыми друзьями. – Брок назвал престижный отель. – Если бы ты захотел посмотреть, как она поживает… Я был бы тебе признателен. Может, это сумеет ее заставить забыть… – Брок понизил голос. – Недавно она потеряла…

– Грейс упоминала деда…

– Нет, я не о нем. – Брок невесело улыбнулся. – Он был пожарным. Хороший человек. Они собирались объявить о помолвке.

У Уинна пол закачался под ногами. Он потер висок.

– Грейс была обручена?

– Да. Неделю назад исполнился год, как произошел несчастный случай.

Все части головоломки встали на место. В ту несчастливую годовщину Грейс просто старалась забыть о случившемся в обществе Уинна. Он не был огорчен. Он понимал ее мотивы лучше, чем кто-либо. Разве он не находил успокоения и забвения в чужих объятиях?

– Она держится с достоинством, – продолжал Брок, бросив осторожный взгляд на зал. – Но здесь, на свадьбе лучшей подруги, рядом с людьми, которые знали… К этому времени она могла бы быть замужем. – Он сгорбился. – Никому не нравится, когда его жалеют. Никто не хочет быть один.

Брок пожелал Уинну удачи в делах. Уинн был почти у двери, когда музыка умолкла и диджей объявил:

– Вниманию всех незамужних дам! Соберитесь вместе. Невеста готова бросить букет.

Уинн с интересом отметил, что Грейс не приблизилась к толпе жаждущих поймать букет.

В динамиках раздался грохот барабанов. Сияющая невеста в пышном белом платье повернулась, поднимая тяжелый букет над головой. Все дружно выдохнули, когда букет пролетел высоко над ними в сторону Грейс. Она догадалась о замысле подруги в последнюю очередь, но вместо того, чтобы поймать его, отошла, и букет упал возле ее ног. Затем, словно его тянули за невидимую веревку, он заскользил по полированному полу и остановился в дюйме от ботинок Уинна. Зал замер.

Романтично настроенные умы увидели бы в этом любопытном событии предзнаменование. Глядя на букет, скользнувший от Грейс к Уинну, можно было подумать, что им суждено быть вместе. Однако большинство присутствовавших на свадьбе гостей знали: Грейс не нужен жених. Она все еще оплакивает того, кого потеряла.

Воцарилась тишина. Уинн и Грейс смотрели друг на друга. Уинн почувствовал, как та часть его души, которая была заморожена в течение последних нескольких месяцев, начала оттаивать.

Наклонившись, он поднял букет – красные и белые розы в обрамлении папоротника – и под пристальными взглядами всех присутствующих подошел к Грейс. Уинн не стал отдавать ей букет. Обвив свободной рукой ее талию, он намеренно медленно наклонил голову.

Глава 2

Губы его приближались, и в голове Грейс пронеслось: «Боже, что задумал Уинн Хантер?»

Следующая мысль так и не успела оформиться, потому что его губы коснулись ее губ. В то же мгновение Грейс обмякла, ее руки автоматически ухватились за лацканы его пиджака. Желание, огромное и неистовое, накрыло женщину с головой.

Поцелуй Уинна был сказочным. Его вкус, его запах – волшебными.

С того времени, как она ушла из его квартиры той ночью, Грейс задавалась вопросом: не приснились ли ей часы, которые она провела у него? Но этот поцелуй был реальным, и ей захотелось испытать все заново – его губы, ласкающие ее груди, его руки на своем теле, ритм их движений…

Губы Уинна наконец оторвались от ее губ, но желание не исчезло. Глаза Грейс оставались закрытыми. Краем затуманенного страстью сознания она уловила громкий вздох толпы. Голова у нее все еще кружилась, когда она подняла потяжелевшие веки. Уинн стоял склонившись над ней и мягко улыбался.

За каких-то несколько секунд он заставил ее забыть обо всем. Ведь они договорись сохранить их встречу в тайне, а сейчас сцена разыгралась перед толпой людей. Людей, которые были ее друзьями и друзьями друзей и знали, что произошло год назад.

Или думали, что знали.

Приглушенным, дрожащим голосом Грейс спросила:

– Что ты делаешь?

– Прощаюсь с тобой должным образом. – Его рука по-прежнему обнимала ее за талию. – Ты можешь стоять сама?

Ступор, в котором пребывала Грейс, прошел.

– Конечно, могу!

Но когда она попыталась отступить, ноги у нее задрожали.

С понимающей усмешкой Уинн протянул ей букет, который Грейс автоматически приняла. Послышался голос диджея:

– Ну и ну! Что скажете? Может, это наша следующая невеста?

Поначалу раздались редкие хлопки, но вскоре зааплодировали все. Грейс не понравилось внимание, проявленное к этой сцене. Но, с другой стороны, она испытала неимоверное облегчение. Все лучше, чем сочувствующие лица.

– Если хочешь, – прошептал Уинн, – я могу задержаться.

Грейс провела рукой по юбке и собралась с мыслями.

– Ты уже достаточно сделал.

Уинн посмотрел ей в лицо, его взгляд задержался на ее губах, по-прежнему влажных и полураскрытых. Сам он выглядел как голливудский актер. Ни слова не говоря, он развернулся и ушел.

Свет приглушили, заиграла музыка, и Эми Калхаун схватила Грейс за руку. Она потащила ее в спокойный уголок, подальше от всех, ее рыжие локоны подпрыгивали от любопытства.

– Кто это был? – выдохнула она.

Голова продолжала кружиться, и Грейс прислонилась к стене.

– Не важно.

– Я наблюдала за вами, пока вы танцевали. Вы только сегодня познакомились? Впрочем, можешь ничего не говорить. Я просто любопытна, как все друзья. – Эми сжала руку Грейс. – Так здорово снова видеть тебя счастливой!

– Я выгляжу счастливой? – Грейс чувствовала себя взбудораженной и взволнованной. Ей определенно не помешал бы холодный душ.

– Если хочешь знать, ты выглядишь так, словно у тебя выбили почву из-под ног. – Пухлые губы Эми изогнулись в улыбке. – Мне вообще показалось, что он готов подхватить тебя на руки и унести прочь.