Как Гарри заколдовал мир. Скрытые смыслы произведений Дж.К. Роулинг

Поскольку именно магический сеттинг этих книг вызывает больше всего споров в религиозных сообществах и в то же время имеет самое важное и очевидное религиозное значение, наш разговор о том, что стоит за поттероманией, я начну с сеттинга и с формульного построения сюжета, которое Роулинг соблюдает в каждой своей книге.

Некоторые христиане осуждают «Гарри Поттера», поскольку оккультные практики прямо запрещены во многих местах христианского Священного Писания. Хотя читать об оккультных практиках не запрещено, эти христиане предпочитают (также в согласии с Писанием, которое увещевает родителей оберегать детей от зла) защищать своих детей от книг, в которых оккультизм изображается симпатичным и привлекательным. Эти христиане верят, что одобрение оккультизма и изображение его как чего-то нормального подталкивает людей к увлечению колдовством.

Меня самого чтение книг о Гарри Поттере убедило, что изображенная там магия не более способна подтолкнуть читателя к реальной ворожбе, чем научно-фантастические романы о путешествиях во времени – побудить к поиску путей в прошлое. Любящую семью многое в этих книгах порадует и едва ли что-то испугает. В том числе порадует традиционное и вполне безобидное волшебство, характерное для английской литературы, волшебство, воспитывающее в читателе духовный взгляд на мир и отнюдь не поощряющее тягу к оккультизму.

Я говорю об этом без всяких сомнений, поскольку магия в «Гарри Поттере» – это вовсе не «колдовство», иными словами, не инвокационная магия. В согласии с вековыми традициями английской литературы, волшебство, которым в книгах о Поттере пользуются и герои, и злодеи, – это инкантационная магия, отражающая в сказочной форме человеческую жажду выйти за пределы материального мира вокруг нас.

Разницу между инвокационной и инкантационной магией обычно не преподают в школах, так что позвольте мне объяснить. Слово «инвокационная» происходит от латинского invocare — «призывать». Именно такого рода магию чаще всего именуют «колдовством». Писания всех религий Откровения предупреждают нас, что «призывать» демонические силы и сущности себе на помощь для приобретения силы или достижения каких-либо личных целей – глупо и опасно. Исторические сочинения, священные писания и предания, художественная литература (вспомним «Доктора Фауста»), когда касаются темы колдовства, стараются показать нам: неутолимая жажда власти и успеха, толкающая человека на путь черной магии, приводит к трагическому концу.

Но в книгах о Гарри Поттере инвокационного колдовства нет.

Даже самые злые волшебники здесь орудуют исключительно заклинаниями. Ни один персонаж во всех семи книгах ни разу не обращается к каким-либо злым духам. Никто, никогда.

Такая магия, как в «Гарри Поттере», – осуществляемая с помощью заклинаний и волшебных палочек – именуется инкантационной; как правило, к ней применяется слово «волшебство». Слово «инкантационный» происходит от латинского incantare — «петь в лад», «гармонизировать». Чтобы понять, как она работает, нам придется отступить на шаг от материалистического кредо нашей культуры («все существующее измеряется в терминах исчислимой массы или энергии») и взглянуть на мир сверху вниз, так сказать, начиная с Бога.

Для некоторых из нас различие между инвокационной и инкантационной магией в новинку. Иногда меня спрашивают, к какой разновидности относится молитва. «Разве это не призыв? Разве мы, когда молимся, не обращаемся точно так же к Богу, призывая его имя? Почему же это оказывается „черной магией“?»

Призывать Бога – это, разумеется, не черная магия; и это соображение помогает нам прояснить разницу между колдовством и «белой магией» английской литературы. Это разница между психической и духовной сферами[28].

В материалистическую эпоху – такую, в какой живем мы сейчас, – различие между психическим и духовным трудно определимо, хотя его прекрасно сознают все традиционные религии. Для нас это различие теряется, поскольку нас учили, что все существующее состоит из материи и энергии в разных сочетаниях. Следовательно, все, что не является ни материей, ни энергией, слипается в единый ком чего-то периферийного или попросту иллюзорного. Трудно запомнить различия между вещами, вместе отправленными на помойку идей!

Однако разграничение между психической и духовной сферой очень важно. Психическая сфера – достижимая через душу и включающая в себя силы души, от эмоций и чувств до рассудка и интеллекта, – служит домом для демонических и ангельских тварных существ; это, чаще всего, падшее место, отрезанное от Бога. Духовная сфера – это «место Божье», трансцендентная реальность, выходящая за пределы творения, неподвластная ограничениям бытия, пространства, времени.

Инвокационная магия обращается к падшим обитателям психической сферы. Молитва – призывание имени Бога и готовность сознательно жить в его присутствии в рамках нашего времени и пространства.

Инкантационная магия в литературе – гармонизация материальной реальности со Словом Божьим – представляет собой фантастическую, сказочную версию того, что в жизни становится возможно с помощью молитвы. Призывание сил, обитающих в психической реальности, запрещено повсеместно, как в литературе, так и в традициях Откровения. Однако обращение к духовной реальности и получение благодати оттуда есть то, к чему призван человек, пока он остается Homo religiosus. Одна из функций традиционной английской литературы, частью которой является «Гарри Поттер», – поддерживать в нас память об этой духовной реальности.

Христианство, как и все традиции Откровения, верит, что весь тварный мир приходит в бытие благодаря животворящему Слову Божьему, Его песни. Как творения, созданные по образу Божьему, мы можем гармонизировать себя со Словом Божьим и волей Его и при этом ощущать присутствие силы Божьей. Магия и чудеса, о которых мы читаем в великой английской литературе, – просто отражения действий Бога в нашей жизни. Рискуя преувеличить и окарикатурить свою мысль, все же скажу: магия в «Гарри Поттере» и других хороших книгах в жанре фэнтези очень напоминает чудеса святых.

Разницу между инвокационной и инкантационной магией наглядно изображает К.С. Льюис в «Принце Каспиане». Как вы, возможно, помните, на принца Каспиана и лесных созданий, почитающих Аслана, нападает дядя принца. Дела у «стороны добра» идут худо: кажется, их вот-вот сомнут и вырежут. И вот двое героев с «хорошей» стороны решают, что им остается надеяться только на магию.

Примечания