Детство Светломира

Лес выглядел гораздо ярче, чем обычно, – словно в него добавили новых красок и оттенков, которые в физическом теле не были так четко видны. Деревья излучали какой-то особый свет, тут и там летали маленькие огоньки, травы под ногами качались в потоках ветра, переливались разным цветом, и все казалось живым и по-особенному волшебным. Птицы на деревьях тоже светились каждая по-своему, а некоторые растения распустились сияющими цветами, настолько необычными, что было сразу понятно, что эти цветы видны только из этого измерения действительности. Светломир стоял на опушке завороженный и смотрел на чудесную картину, понимая, что ему сложно было бы представить такое даже во сне.

– Свет, взгляни вот туда, – тихонько произнесла Ида, показывая на поляну за деревьями.

Светломир посмотрел туда, куда показывала сестра, и сквозь деревья увидел идущее от какого-то предмета свечение. Он присмотрелся к его источнику и внезапно понял, что это был вовсе не предмет. Прямо посреди поляны светился небесными оттенками красивый большой олень. Могучий и статный, с огромными ветвистыми сияющими рогами, он стоял на поляне и слушал звуки леса. Олень излучал силу, мощь и вековую мудрость, и если бы Светломира спросили сколько этому оленю лет, – тот ответил бы, что точно не меньше нескольких сотен. Светящийся олень был частью леса, но одновременно и чем-то большим, вбирая в себя все окружающие энергии и привнося в них что-то очень своё, свою личную индивидуальность и красоту.

– Кто это…? – прошептал Светломир.

– Это дух леса, – тихо ответил подошедший к детям папа. – Он издревле живет в этом лесу и иногда показывается тем, кто первый раз сюда приходит и может его увидеть. Сегодня совпали все условия. Честно говоря, я надеялся, что он к нам выйдет.

Олень был очень красивый. Он медленно и плавно повернул голову и посмотрел прямо на Светломира. Мальчику показалось, что олень ему улыбается. Так они простояли несколько мгновений, смотря друг на друга. А потом олень, будто прощаясь, взмахнул рогатой головой, сорвался с места и, оставляя за собой светящийся след, унесся куда-то в чащу леса.

– Какой же он красивый… – произнес Светломир ему вслед.

– Да, – ответил папа. – Он очень красивый. И очень мудрый.

Они постояли несколько минут среди леса, наблюдая за живым разноцветным окружающим миром, его переливами и дыханием неведомой до этого момента стороны жизни. Этот мир был просто невероятный и поражающий глубиной красок. Мальчик смотрел на светящиеся цветы и листья, стараясь запомнить каждый момент этого путешествия, и одновременно чувствовал, что уже начинает немного уставать после их полетов и впечатлений – видимо, подобной практики было на сегодня уже достаточно.

– Пойдемте, наверное, обратно? – вторя его мыслям, предложил дядя Генри. – Детям хватит на первый раз.

Светломир бросил взгляд на цветущий лес и помахал ему на прощание рукой. Он знал, что когда-нибудь они опять вернутся сюда, но сейчас поток событий вел их в обратный путь.

– Да, нам пора, – ответил папа. – Для первого раза у вас получилось очень хорошо. Дети, а теперь, чтобы вернуться обратно, просто представьте, что возвращаетесь в своё тело. Подумайте о нем.

Светломир не успел точно понять, подумал ли он о возвращении обратно, как его куда-то дернуло, на мгновение он опять ощутил, что летит где-то быстро-быстро и, спустя долю секунды, мальчик вновь обнаружил себя сидящим в плетеном кресле возле стола – в своем физическом теле, там же, где он и оставил его полчаса тому назад.

Мир вокруг был опять таким же привычным, как раньше, но от этого ничуть не менее ценным. В ветвях деревьев пели птицы, теплый ветерок обдувал лицо и шевелил бумажные салфетки, лежащие на столе под тарелками с фруктами. Солнышко медленно клонилось к горизонту, косыми лучами вплетаясь в волосы Иды, играя с волосами Ярославы, перепрыгивая по плечам мамы и папы, дяди Генри и тети Авроры… Маленький Джонатан мерно посапывал в своей кроватке возле стола, где он уснул под разговоры взрослых задолго до их необыкновенного путешествия. Что это было? Сон или реальность? И, если сон, то почему такой четкий и настолько запоминающийся?

Все вокруг медленно приходили в себя, потягиваясь и разминая тело после долгого сидения в неподвижности.

– Папа, – произнес Светломир. – Скажи, это ведь всё было реально? Вы тоже видели оленя, светящийся лес, летали вместе с нами?

– Да, Свет, – ответил папа. – Мы все видели одно и то же.

Все сидели и молчали, привыкая к этому пониманию. Родители улыбались, наблюдая за детьми. Так прошло несколько минут полной тишины.

– А мы теперь всегда можем так делать? Или только с вами? – спросил, наконец, Светломир.

– Пока лучше с нами, – ответил папа. – Мы довольно долго этим занимаемся, поэтому всегда можем помочь и что-то подсказать. И мы очень хорошо друг друга знаем, мы усиливаем свои возможности, когда путешествуем вместе. Именно поэтому мы видели одно и то же и не теряли других из виду.

– Я понял тебя, папа, – сказал Светломир. – Тогда будем путешествовать все вместе.

Этот день был полон на события. Вначале встреча с прадедушкой, а теперь невероятный опыт полета за границами физического тела. Папа подготовил их к этому медитациями, погружением в прошлое и различными рассказами о жизни – но впечатлений за день всё равно набралось столько, что они едва-едва умещались рядом.

Состояние было такое, что говорить не хотелось, души напрямую общались с душами, и дети без слов, искренне, благодарили родителей за прошедший день, осознавая, что он делает их мудрее и лучше, дает увидеть мир таким, каков он есть на самом деле, и рождает новые мечты.

После практики папа и мама ещё немного посидели за столом – пили чай и говорили о разных вещах, о доме, о растениях, о планах на будущее. Светломир сидел с Идой и Ярославой, и они втроем молчали, не вмешиваясь в разговор, проживая увиденное и услышанное.

Солнце постепенно опускалось все ниже и ниже, практически подходя к линии горизонта над макушками деревьев, оставляя после своего ухода прохладу и всё больше расслабленной вечерней тишины.

– Вы уже, наверное, скоро поедете домой? – тихонько спросила Ярослава у Светломира.

– Да, я думаю, что да, – так же тихо отозвался мальчик.

– Приезжайте почаще. Я буду вас очень ждать, – немного смущаясь, сказала Ярослава.

Светломир пристально посмотрел на неё и кивнул девочке. – Мы обязательно будем приезжать.

Прошло еще какое-то время, и родители начали потихоньку собираться в обратный путь. Тетя Аврора сложила им в дорогу оставшиеся фрукты со стола, дети сердечно обнялись на прощание с Ярославой и потрепали по плечу маленького Джонатана, который как раз проснулся и засмеялся им в ответ. Потом они сели на заднее сидение машины, папа завел двигатель, а Светломир и Ида продолжали махать через стекло дяде Генри, тете Авроре и их детям.

– До свидания! Приезжайте ещё! – прокричали соседи им на прощание.

Папа нажал на педаль газа, и машина тронулась назад по тропинке – через поляну, выруливая на дорогу мимо озер, вдоль леса, к своему родному дому.

День, наполненный звуками и запахами, походом в гости, встречами, практиками и впечатлениями медленно подходил к своему завершению, оставляя за собой приятный оттенок свежести, благостного умиротворения и уюта в сердце. Этот день нёс с собой множество мыслей и образов, каждый из которых был бережно сохранен в душе и, если на то было желание, всегда давал возможность снова прикоснуться к себе.

Обратный путь все ехали молча, папа и мама давали детям глубже прочувствовать пережитое, а дети смотрели в окно, наблюдая, как солнце скрывается за линией горизонта, проживая настоящий момент, полный нового опыта и новых открытий.

Скоро дорога закончилась, и папа повернул на тропинку, ведущую через лес к их дому.

– Ида, ты не хочешь немного посидеть на холме перед тем, как возвращаться? – спросил сестру Светломир.

– Да, Свет, хочу, – ответила ему Ида.

– Папа, ты не подвезешь нас к холму? – попросил тогда отца мальчик. – Мы немного посидим, а обратно дойдем пешком.

– Хорошо, Свет, – откликнулся папа. – Как стемнеет – возвращайтесь, скоро будем ужинать.

Папа повернул машину на развилке налево, и они поехали в сторону холма. Холмом в их семье называли возвышенность, с которой открывался вид на долину, начинающуюся в пятидесяти метрах под ногами и уходящую на многие километры вокруг. Стоя на холме, можно было увидеть фигуры далеких гор на горизонте, а в солнечный день даже отблески солнца на водной глади моря, плещущегося между вершинами. Этот холм был их смотровой площадкой, местом для задумчивого созерцания и отдыха ума в царстве ветров и просторов. Дети часто приходили сюда по вечерам, когда дневные дела были уже закончены, но время сна еще не наступило. Они сидели на камнях, провожали солнце и ни о чем не думали, наслаждаясь открывающимся видом и состоянием вне времени и вне пространства, в единстве со всем, что видели и слышали, в единстве с самими собой и друг с другом.

Прошло ещё несколько мгновений, и папина машина остановилась на крошечной полянке посреди леса. Дальше деревья редели, а сквозь них пробивалось желто-оранжевыми лучами заходящее за горизонт солнце. Солнечные лучики прыгали по капоту машины, ярко сверкали в стекле фар, отражаясь от него маленькими светящимися бриллиантами.

– До встречи дома, дети, – сказал им папа. – Приходите к ужину.

Светломир и Ида вылезли из машины, попрощались до ужина с папой и мамой и одни пошли вперед – сквозь деревья, навстречу косым лучам заходящего солнца и шелесту ветра, играющего на косогорах и поднимающегося вверх, к лесу на холме. Через несколько метров они, раздвинув последние ветви, ступили на просторную опушку, в центре которой лежало много серых, потрескавшихся от времени валунов.

Под ногами же, если подойти к краю, насколько было видно раскинулась огромная цветущая долина. Травы перемежались камнями и тропинками, местами росли небольшие рощи, а сбоку вдаль медленно текла река. Чуть поодаль горели огоньки в доме соседей, за ними ещё одни, а на горизонте высились вершины гор, наполовину скрытые в вечерних сумерках и лишь с одного края подсвеченные почти полностью зашедшим солнцем.

По долине неторопливо стелился туман, укладывая землю спать. Он накрывал её мягким вечерним одеялом и баюкал шорохами засыпающего, уставшего за день мира. В кронах деревьев ложились спать птицы, звуки затихали, а пространство полнилось прохладой и тонким звоном особого вечернего состояния, пограничного между суетой дня и ночным успокоением.

Дети сели на теплые нагретые камни, прислонились друг к другу плечами и провожали солнце. Они молчали, потому что ни о чем не хотелось говорить голосом, но их сердца звучали в унисон друг другу и окружающему миру – полному тайн, загадок, открытий, ежедневной радости и глубокого чувства понимания своего настоящего предназначения. Дети не объясняли это словами, но чувствовали, что находятся на своем самом гармоничном и правильном месте – именно в том месте и тех условиях, в которых они действительно хотели находиться, проживая жизнь и каждый день в отдельности, которые действительно хотела проживать их внутренняя глубинная суть.

Солнце бросило последние лучики на камни и зашло за горизонт. Вечер плавно сменялся ночью.

– Хороший сегодня был день, да, Свет? – спросила брата негромко сестра.

– Да, Ида, – ответил ей Светломир. – Очень хороший.

Они так и сидели на камнях, прислонившись друг к другу и вспоминая всё, что с ними произошло за этот день, смотрели, как загораются огни фонариков в долине вокруг домов их соседей, как туман постепенно скрывает реку, рощицы, как темнеет небо, становясь из розового темно-фиолетовым, а дальше темно-синим бархатным и глубоким. В вышине зажглись звездочки, и чем темнее становилось небо, тем сильнее проступала необъятная вселенная над головами детей. Каждая звездочка светила своим особенным светом и о чем-то рассказывала, стоило только начать её слушать. Ветер доносил из долины запахи цветущей ночи и вплетал их в развевающиеся на ветру волосы брата и сестры, позволял глубже ощущать пространство жизни и заботливый добрый мир, простирающийся у их ног.

Дети посидели ещё какое-то время. Они слушали звуки мира и вдыхали ночные запахи. Когда же из-за гор поднялась красавица-луна – встали с камней и, взявшись как всегда за руки, не торопясь пошли домой. Луна освещала им путь по тропинке через лес, а засыпающие деревья охраняли покой их мыслей.

Прошедший один день в череде многих других дней принес детям множество открытий и множество новых историй, но они не интерпретировали сейчас это, не думали об этом, просто находились в моменте жизни – как говорил их папа, в единственном по-настоящему существующем моменте.

Когда брат и сестра подошли к дому, тот встретил их светом фонарей и запахами еды. Мама на кухне тушила овощи, папа нарезал салат и украшал кружочки помидоров пастой из семечек и орехов. Дети переоделись, помыли руки и пошли ужинать. После долгого полного событиями дня ужин казался невероятно вкусным. За едой мама рассказывала веселые истории из своего детства, которое прошло в доме по соседству с их домом, а папа шутил и громко смеялся. Светломир и Ида сидели рядом, ели и улыбались маминым историям и папиному смеху, чувствуя очень сильную связь со всем – и с этими историями, и со своими родителями, с этим домом, с пространством вокруг и всем большим миром, в котором они жили.

После ужина, сказав «доброй ночи!» папе и маме, уставшие дети отправились спать. Они поднялись на второй этаж, обнялись и, пожелав друг другу спокойных снов, пошли каждый в свою комнату.

Долгий день подошёл к своему концу. Один из череды таких же дней – неторопливых, душевных и чистых. А впереди была вся жизнь – радостная, добрая и очень-очень мудрая. В этой жизни не было преград, не было страхов или разочарований – только свобода выбора каждого, идущая из понимания целей своей души и внутренних истинных желаний.

– Хороший был день, да… – пробормотал засыпающий Светломир. – А завтра будет ещё лучше…

Через несколько минут в комнату вошла мама и, выключив ночник, поправила одеяло.

– Спи, мой хороший, – с любовью сказала она. – Я очень тебя люблю.

Луна заглядывала в окошко и мягким светом подсвечивала кровати. Звезды перемигивались в небе, о чем-то перешептывались, баюкая тихими голосами. Дети мерно спали, утомленные за день, и им снились волшебные сны – про Рода и прадедушку, про солнечный полный звуков и запахов лес, про полеты над вершинами деревьев и большого светящегося волшебного оленя…