Райская долина

Глава 1. Аспирант Андрей впервые узнает о научном эксперименте профессора

На расширенном заседании Ученого Совета Новокузнецкого института (филиала) КемГУ с докладом «О неизвестных землях на юге Кузбасса» выступил профессор Ястреб. В докладе он изложил, что в горах юга Таштагольского района имеются неисследованные зоны, куда не ступала нога человека, соответственно, там могут существовать животные и птицы неизвестные науке, произрастать уникальные и неизученные виды растений. Возникла необходимость совершить в летнее время научную экспедицию в этот регион и найти хотя бы одну такую зону, для последующего всестороннего изучения флоры и фауны. Я этим летом планирую совершить такой поход, для чего приглашаю желающих аспирантов присоединиться в мою группу, в количестве не более двух человек. Чем меня привлекают горы Шории? Я отвечу кратко – чистотой! У меня на сегодня есть договоренность с представителем местного населения поселка Усть-Кабырза, который выступит в качестве проводника, и если определяться еще два аспиранта, то этого будет достаточно для первого похода. Этот поход не опасен, но чрезвычайно интересен для науки. Аспиранты должны быть подготовленными к длительным путешествиям и заинтересованы в приобретении уникальных сведений о флоре и фауне, неизвестных нашей науке. Финансового обеспечения экспедиции, со стороны учебного заведения не потребуется, поскольку расходы будут минимальными, то я их беру на себя. Такая смелость и решительность профессора вызвала ропот в научной среде, постепенно зазвучали голоса оппонентского смысла, мол, стоит ли так рисковать не только собой, но и жизнью молодых аспирантов или студентов. Кто, наконец, будет нести ответственность за опасный шаг? Мнения ученых разделились, т.к. некоторым ученым также захотелось либо поучаствовать в такой экспедиции, поскольку надоело сидеть в кабинетах и что-то придумывать, либо материально поддержать эту важную миссию. В конце концов, ученый совет в целом одобрил идею профессора Ястреб и пожелал успехов в проведении первой, смелой научной экспедиции этим летом и доложить о результатах только данному Научному Совету НФИ КемГУ и не печатать в средствах массовой печати что-либо без согласования с ними.

Аспирант Андрей прилетел в Новокузнецк из Москвы рано утром (в 6 час. 55 мин. по местному времени), в аэропорту встретили его шумные друзья, разместившись в микроавтобусе, они покатили в Шерегеш, чтобы весело провести долгожданный отпуск. Аспиранту не давали и рта раскрыть, рассказывая очередные байки о жизни Горной Шории и так до самого Шерегеша. Когда устроились на квартире и сели за стол перекусить, разговоров, отчасти пустых было предостаточно, затем рассевшись, кто в кресло, кто на диване, мне, наконец, предоставили возможность что-либо вразумительное сказать, как будущему ученому в области медицины (я учился в аспирантуре). Конечно, пришлось прихвастнуть, как трудно учиться в аспирантуре, но очень важно высказать в диссертации свое новое, неизвестное еще науке слово.

Из обилия смешных (но коротеньких) рассказов моих друзей, я сказал, что меня заинтересовал рассказ об ученом (профессоре), который провел оригинальный эксперимент с кедром, но у ребят этот эксперимент ассоциировался как анекдот. Суть в следующем: на даче 111 км на электричке от Новокузнецка за Запсибом, профессор с коллегами и студентами провели оригинальный эксперимент в летнее время. Будто "от нечего делать" подключили к кроне кедра, высотой около 10 метров, датчики в пяти местах: один на самом верху, два по бокам на средней высоте и два на нижних ветках, подключили к осциллографу и изредка стали наблюдать, за возможными импульсами. Неделю прождав (причем наблюдали днем и ночью), надеясь как-то обнаружить реакцию кедра на погоду или еще на что-нибудь. Увы, прибор никак не показывал каких-либо изменений в жизни кедра. Тогда они (профессор с коллегами) пошли на следующий безжалостный шаг: попросили знакомого студента взять топор и отрубить у кедра одну нижнюю ветку. Стоило произвести акт, т.е. отрубить сучок, как профессора изумлялись как дети, восторгу было предостаточно, на экране осциллографа появились синусоидные линии! Кедр почувствовал боль и «сообщил» об этом через прибор. Когда мои друзья об этом рассказывали, еще в микроавтобусе у всех был радостный и дружный смех! Они явно считали, что это забавная байка как-то меня удивит. Только позже в квартире пообедав, я позволил себе обратить внимание на эту байку своих друзей: это точно байка или реальная история? Мнение присутствующих разделилось: большая часть ответили, да это байка, один воздержался и только один из них по имени Егор сказал, что это правда, больше того добавил он, я смогу выйти через своих однокашников на этого профессора. Его сообщение как-то отрезвило друзей, после чего одна из подружек Элеонора, сказала, что все это чепуха, гуляем и веселимся, что и происходило до позднего вечера. Утром всей компанией поехали на гору Мустаг, почувствовать драйв от спуска на сноубордах по длинным, безопасным и при этом живописным трассам!

Вечером, поужинав, мы также всей компанией, принялись веселиться, вновь рассказывать еще не досказанное. Незаметно для окружающих я обратился к Егору выйти на лоджию, на приватную беседу. Оставшись наконец-то одни, я сразу перешел к теме меня заинтересовавшей: это правда, что был такой эксперимент, на что Егор, ответил – обижаешь? Эту историю я им рассказывал несколько раз, с различными вариациями, но моим друзьям этот научный эксперимент очень нравится и они видят в нем только смешное, не правдоподобное. Веселые ребята, к сожалению, не имея серьезного образования, не имеют интереса к науке, поэтому во всем хотят видеть и слышать только смешное и анекдотическое.

Обращаясь к Егору, я поинтересовался можно ли встретиться с профессором и когда? Да, всё можно, только он (профессор) как неуловимый, позволяет себе находиться в любом городе России, т.к. ведет активный образ в научном мире со своими коллегами, участвует в научно – практических конференциях, симпозиумах, в научных встречах и путешествиях. Поскольку он холостой, то он практически всегда в разъездах, телефоном пользуется лишь для того, чтобы кому-нибудь позвонить и договориться о встрече. Его телефон всегда отключен и он совершенно не контролирует, кто ему звонил и когда. В Новокузнецке, в ученой среде, у него есть несколько коллег, которые могут приблизительно сказать, когда и где его можно встретить, причем в летнее время он имеет обыкновение путешествовать по горам Горной Шории, Горного Алтая и Хакасии.

Зверей он не боится, они его уважают, даже сопровождают. Что он ищет в горах – его тайна, об этом он ни с кем не делится своими мыслями. Говорит, что просто отдыхает ежегодно в тайге, причем самое благоприятное время его путешествий с конца июля и до середины августа. Считает, что это благоприятное время года, когда нет надобности, с кем-либо из коллег встречаться, о чем-либо дискутировать, а надо «мысленно общаться» с природой. Причем, уходя в природу (его выражение) он снаряжается по минимуму, легкий рюкзак и все. Он загадочный, если точнее сказать, он таинственный человек, что-то важное знает, но ни с кем не делится информацией. Скорее всего, общение с природой и есть его тайна, разгадать которую никто не в силах. Я про себя отметил – уж я-то непременно разгадаю, надо только с ним встретиться, уж очень он заинтересовал меня. Обращаясь к Егору, я предложил ему, как можно быстрее найти его научных коллег в Новокузнецке, дать информацию для связи (номер телефона), а далее я сам приложу усилия его разыскать, сблизиться с профессором и максимально войти в доверие, с тем, чтобы участвовать в его проектах и походах.

Глава 2.

Знакомство с загадочным профессором

Накатавшись вдоволь, я уехал в Москву, но телесвязь с Егором установил надежную. Не прошло и месяца, а именно в апреле Егор сообщил мне – срочно приезжай в Новокузнецк на научно-практическую конференцию, которая состоится 22 апреля в здании НФиКемГУ (Новокузнецкий Филиал институт Кемеровского Государственного Университета), профессор точно там будет. Я проявил оперативность по учебе, т.е. договорился в аспирантуре, чтобы не было каких-либо задолженностей по учебе. Прилетел к открытию конференции и был зарегистрирован, как участник научной конференции вместе с Егором.

В большом зале – гвалт, суета, почетные гости, я с нетерпением спрашиваю – где таинственный профессор, в моем воображении рисовался либо лысый, либо седой мешковатый, обрюзгший человек, но когда Егор указал на мужчину среднего роста, стройного, с аккуратной прической, в черном костюме, белой рубашке и красным галстуком – я не поверил своим глазам. Это был профессор, возраст – предпенсионный, но не старше 50 лет, яркий представитель коренного населения юга Кузбасса, подтянутый, спортивного вида, держался подчеркнуто строго. Наконец все разместились на своих местах, он слился с общей массой людей и ничем не выделялся.

После окончания первой части конференции, был перерыв, и можно было подойти в столовой к профессору поближе, но аудиенции нельзя получить, ибо все стремились хоть что-нибудь перекусить. Мы стали ждать окончания конференции, председатель Ученого Совета предоставил слово профессору Григорию Ястреб выступить с докладом: «Актуальные аспекты разведения кедровых плантаций на территории Горной Шории». Доклад длился не более 15 минут, он ровным, но уверенным голосом приводил убедительные факты в пользу излагаемого материала. Присутствующие внимательно выслушали доклад, который пересыпался немецкими, латинскими и шорскими фразами (с переводом на русский язык). По окончании доклада – взрыв аплодисментов, что свидетельствовало об актуальности темы про кедр, убедительности фактов и горячее желание приступить к высадке кедра в любом доступном месте. В конце было сказано, как будто приказано, что трудиться надо:

– с энтузиазмом Фарадея,

– настойчивостью Эдисона,

– и виртуозностью Эйлера!

И это все о кедре! А причем здесь Эдисон или Эйлер? Если один изобретатель, другой математик, но вникнув в тему, понимаешь логику актуальность изложенной темы.

В перерыве научно-практической конференции, Егор поздоровался со знакомым доцентом, который хорошо знал профессора Ястреб, выслушав наш довод, он согласился познакомить нас профессором. Предоставив нас профессору, доцент тактично удалился, оставив нас наедине с профессором, мы, осознавая, что находимся на научно-практической конференции, были краткими, у нас было не более минуты на знакомство, мы попросили составить нам аудиенцию, хотя бы на 5 минут и предложение было принято без каких-либо условий.

Конференция затянулась на целых 2 часа. Наконец-то после объявления окончания конференции, зал шумно отреагировал овацией и не спеша участники направились к выходу. Мы также двинулись к выходу, не упуская из виду профессора. Выйдя в фойе, мы обнаружили, что профессор находится, как и многие докладчики в плотном кольце, заинтересованных людей. Я, слегка отодвигая молчавших оппонентов – выпалил: «рад с вами познакомиться и представиться, Андрей, аспирант московского медицинского института, если позволите задать несколько вопросов о кедре? К моему удивлению всех, кто слышал нас, он задал встречный, обескураживший меня вопрос:

– «А вы видели, как пляшут кедры?»

– «Никогда в жизни! А это может быть в жизни?»

– «Чтобы увидеть такое, приглашаю Вас приехать в Таштагол в этом году 29 июля, я отправляюсь в тайгу на недельку, заодно посвящу Вас в некоторые тайны кедра, договорились? Возьмите с собой только спальный мешок (легкий вариант), охотничий нож (среднего размера), фонарик, немного еды для себя и стальную кружку (чтобы в походе случайно не сломать). Вы принимаете мое предложение?»

–«Конечно, мне не просто интересно, но и важно для будущей профессии, я же будущий врач и мне далеко не безразлично на себе испытать определенные трудности и испытания в суровой среде – как тайга.»

Так я познакомился с профессором и сразу же был озадачен, его странным и смелым предложением мне поехать в тайгу с минимальным набором, казалось самых необходимых предметов, совершенно не знакомым аспирантом, или даже просто личностью.

Семестр пролетел быстро, но достаточно успешно, т.к. я стремился учебные дела закончить как можно лучше, без «хвостов». Затем, не оповещая друзей о своих планах, стал тщательно готовиться к поездке в Таштагол.

29 июля прилетев в Новокузнецк рано утром, выходя из аэропорта, был приятно удивлен, увидев Егора, ожидавший меня как на боевом посту, рядом со своей машиной. Выразив радость встречи, мы вновь сели в машину, слава богу, без шумной компании и двинулись в Таштагол. Через два часа мы были в Таштаголе, но выяснилось, что дом его находится в поселке Бахаревка, а туда добраться можно только пешком, вниз по реке Кондома километра два. Дороги как таковой туда нет и идти пришлось по каменистым выступам скал, поддерживая равновесие тела, цепляясь руками за торчащие камни. Добравшись к дому профессора, мы увидели, что дом одноэтажный, деревянный, внешне выглядел красиво. Зайдя в дом, мы обнаружили, что внутри просторно, высокие потолки, светло, и с приятным ароматом смолянистого запаха кедра, захотелось дышать в полную грудь здоровым воздухом. В одном углу в крупном кашпо стоял пушистый букет из нескольких стволов молоденьких кедров. Скромность обстановки в доме сразу подсказало, что в доме нет женщины, т.к. уют, ниже среднего, но чистота помещения идеальная. В одном углу стоял компьютер, а на стенах ровными рядами и аккуратно тянулись книжные полки, сплошь заставленные книгами, различных форматов, рассматривать которые и тем более знакомиться с авторами произведений – сразу было неудобно. У окна стоял широкий, солидный стол, выполненный из сосны, на котором были разложены кипы бумаг, а также различные книги. Во всем, тем не менее, виделся разумный порядок. В углу справа стояла кирпичная печь, возле которой на небольшом расстоянии стоял обыкновенный обеденный стол и тумбочка, а рядом бачок с питьевой водой. Минимум кухонных и столовых принадлежностей, говорило о том, что хозяин аскет, уделяет питанию минимум внимания, а может, питается особенной пищей, которая нам не известна, последнее надо было бы проверить и убедиться. Все что окружало профессора в этом доме, стало для нас очень интересно и таинственно. Несмотря, на дружеское гостеприимство все равно осознаешь – не то… хозяйка поддерживала бы особенную обстановку, и в доме веяло бы домашними пирогами, уютом. Профессор представил нам аспиранта Константина, который учился в СибГИУ и с большим увлечением интересовался проблемами экологии, как в Кузбассе, так и в целом по Сибири. Таким образом, как и предполагал профессор, нас стало трое, вполне достойных, крепких мужчин, желавших для науки совершить что-нибудь важное, добраться до неизвестного на сегодняшний день. Разложив свои вещи по отведенным местам, мы были приглашены за стол, выпить чашечку чая, и провести познавательный разговор, обменяться накопившейся у каждого богатой и животрепещущей информацией. Заварка чая была особенная, вкус сочетал кедровых орехов и каких-то трав, скорее всего зверобоя и листьев земляники, мне посвященному себя медицине – не составило труда, определить по вкусовым свойствам перечисленный состав, так в дальнейшем я убедился в своей правоте. Вечером Егор, сославшись на необходимость, завтра быть в Новокузнецке, попрощался с нами и уехал. Профессор Ястреб поинтересовался у аспирантов – что они взяли с собой в поход, поскольку поход будет кратким, не более чем на два дня и предстояло переночевать только одну ночь в тайге, поэтому необходим минимум вещей. Важно было взять с собой только самое необходимое: кружку, нож, котелок (это был постоянный атрибут профессора), фонарик, лечебный бальзам и сменное белье на ночлег, а также три сачка для ловли бабочек и две металлические сетки, выполненные в форме коробочки для сохранения и транспортировки в перспективе пойманных редких экземпляров бабочек. Современных приборов – смартфоны и другие гайжеты с собой не брать, их необходимо оставить здесь в Таштаголе. Питание с собой не брать – воспользуемся дарами природы. Вот такие можно сказать суровые требования со стороны профессора нас совершенно не удивили, мы и сами до сих пор идя в походы, придерживались таких же правил.

Глава 3.

О путешествии на гору Патын

30 июля рано утром приехали на автовокзал г. Таштагола и сели на рейсовый автобус Таштагол – Кабырза в 7час. 40 мин. Приехав в Кабырзу около 9 час. утра мы направились к известному человеку по Таштагольскому району Тортумашеву В. Ф. в это же самое время у него собрались одноклассники и односельчане, друзья из Таштагола, Междуреченска для обсуждения поселковых новостей и проведения вечера встречи. Там были Арбачаков Николай из Междуреченска, почетный шахтер Кузбасса, а сейчас пенсионер, Тортумашев Владимир, бывший военный летчик (сейчас на пенсии) и их прекрасные жены, которые не оставляют своих мужей ни на один свободный вечер, а также родственники Тортумашева Владимира. Профессор был знаком с Тортумашевым В. Ф. еще в прошлом году по своей научной тематике и общению по Шорскому Национальнму парку, и свято выполнял требование Тортумашева – когда приезжаешь в Кабырзу, непременно зайти. На сей раз, научная экспедиция заехала к нему для решения транспортной проблемы, но разговор пошел на научные темы. Всем было интересно от таких разговоров и Тортумашев Владимир, предложил гостям остановиться у него в доме хоть на неделю, предложение было принято без возражений, а вечером можно будет прогуляться по берегу реки Мрассу, вспомнить одноклассников, школу, учителей, о юношеских мечтах, и других новостей необходимых всем.

Опишем всех присутствующих, поскольку все представляли собой уникальность, например, Арбачаков Николай Макарович, несмотря на возраст, выглядел энергичным, веселым собеседником, воспоминая о школьных годах, были интересными и полными оптимизма событиями. Его супруга Алла была гораздо сдержанней и рассудительной, о школьных годах ей не интересно было рассказывать, т.к. она родилась, жила и училась в г. Междуреченске, а не в Кабырзе.

Владимир Тортумашев, достаточно крепкий, физически сильный мужчина, с гордой осанкой, и его воспоминания также были категоричными, не требующими возражения от слушателей. Весьма важным периодом его жизни, была служба в авиационном подразделении, где он преуспел достаточно много, но распространяться, более подробно он не смел, все-таки военная тайна и офицерский этикет были для него важнее всего. Его супруга Ольга была душой компании, она была не только хлебосольная, но и остроумная, веселая рассказчица о своих школьных годах.

Профессор Ястреб, сообщил гостям о том, что они собираются посетить гору Патын исключительно для сбора ягоды для приготовления варенья на зиму и главное – посещения северного склона горы, ради научного интереса и поиска каких-либо артефактов. Он обратился к Владимиру Тортумашеву с просьбой: оказать помощь в транспорте (ГАЗ-66), всего лишь надвое суток, на котором можно было бы съездить к горе Патын туда и обратно. Владимир, дал добро насчет транспорта, т.к. у него знакомый друг располагал подобным транспортом, и его машина всегда находилась на ходу. Вечер провели в воспоминаниях (радостных и приятных) и допоздна сидели за чашечкой чая (алкоголь никто не употреблял).

31 июля рано утром, а день обещал быть солнечным, без осадков, прибыла машина, отряд под предводительством профессора без суеты собрался, удобно разместился на кузове машины – друзья пожелали нам удачи, счастливой дороги, скорейшего возвращения назад. Выехали рано утром, когда стоял еще туман. Переехав через реки Мрассу и Кабырзу, мы оказались на правой стороне поселка Усть-Кабырза, проводник Максим нас уже ждал, с ним также профессор договорился заранее (тем более это уже не первый их совместный поход), все были рады встрече – наконец вся команда оказалась в сборе. Познакомившись, затем уточнив, все необходимые вопросы мы поехали далее, впереди нас ожидали такие поселения, которые надо было проехать, как: Парлагол, там и сейчас живут трудолюбивые жители, бывшая пасека Коровино, поселок Кантус, Сарасет в этих поселках сейчас никто не живет, а раньше десятками стояли добротные дома. Жители держали скот, пчел, последний населенный пункт – это загадочный поселок Сензасс. Прибыв в Сензасс к 9 часам, проводник – Максим, предложил сделать короткую остановку в поселке и, несмотря на то, что время было утреннее, местные жители достаточно быстро собрались вокруг нас, посыпались обычные вопросы: кто Вы, откуда Вы, с какой целью приехали и привезли ли с собой продукты питания, водочки, сигарет? Профессор ответил на их вопросы простым, но убедительным ответом: едем собирать ягоду: чернику, землянику, малину, смородину – ну и что попадет, а также полюбоваться природой говорят, что с горы Патын открываются великолепные панорамные виды на все четыре стороны света.

Фото 1. На карте изображена гора Патын.

Более того, профессор решил также уточнить: что означает гора Патын, т.е. как правильно переводится Патын на русский язык и почему так? Все присутствовавшие однозначно без спора назвали, что гора Патын переводится как … болото! Сами не понимаем, почему издревле так именуют эту гору. Во всяком случае, вокруг горы у подножия, на расстоянии 2-3 км – действительно болотистое место и даже звери не рискуют добираться до горы. Очень уж скверная местность, вообщем, трудно проходимая территория, но проехать можно только в одном месте, по которой мы и ходим за черникой.

Профессор спросил: «Но это вокруг горы болото, а почему гору называют – болото? А на горе что тоже болото? И как это понимать?»

Гору Патын ещё называют «недотрога», потому что по их поверью трогать, выворачивать или передвигать камни на горе нельзя, иначе вода, бьющая из земли, ввиде ключа может исчезнуть. А ключей с бьющимися фонтанами – довольно много. Причем вода, вытекающая из земли ввиде мощной струи, далеко не течет, а через каких-то 5 – 7 метров поток буквально погружается в землю. И таких бьющих ключей на склонах горы достаточно много, во всяком случае, очень часто встречаются, поэтому по горе лучше ходить в резиновых сапогах. Мы сразу представили, что камни, лежащие по руслу ручьев, должно быть являются как бы клапанами, и стоит сдвинуть камень или убрать – вода изменит свое направление и утечет в недра. Для нас это было своевременным открытием, т.к. нам предстояло как раз, двинутся в горы и кто знает, сдвигали мы бы камни на горе или нет. Вот по этому, пожалуй, именуют и подразумевают гору Патын – как болото.

Кто-то из сельчан добавил: «Ни о какой охоте или за другими видами деятельности мы туда не ходим, да и вам не советуем».

Другой добавил: « Гора, также загадочная тем, что хвойные деревья растут, начиная с подножия крупные, а вверх по склону до самой макушки ввиде невысоких, так что можно наклонив ствол собирать кедровые шишки. Высота горы около 1630 метров, большая часть склоны горы покрыта кустарниками и травой, там много ягоды: черники, голубики, морошки, клюквы, смородины, земляники, малины и брусники (причем у брусники одна сторона повернута на юг и она красная, другая сторона белая – она обращена на север)».

Один из сельчан, должно быть заядлый охотник вставил:

– «Знаете, что по утрам лучше охотится на птиц (рябчиков, глухарей, тетерев), т.к. они по утрам усиленно питаются ягодой, а днем слетают вниз в таежные дебри и проводят там весь день, затем вечером вновь летят вверх в гору, чтобы наесться (наклеваться) ягодой. Самое удобное время охотится на них – утром, но не подумайте, что так легко их отстреливать на открытой местности. Обнаружить их в кустах сложно, они значительно быстрее увидят вас и отлетают подальше, поэтому лучше использовать петли, а отстреливать – больше шуму, грохоту на полгоры, и птицы разлетятся кто куда».

Еще один сельчанин говорит, что:

– «Есть одна странная особенность на этой горе, там никто никогда не видел крупных животных, например: медведей, лосей, маралов, кабанов, даже наши кони, коровы туда не ходят. Мы иногда слышали на склоне горы, что даже после легкого удара ногой по камню – как из недр горы раздавался продолжительный, неприятный звук, вызывающий чувство страха – такое ощущение, будто мы стоим на крыше огромного помещения и под нами огромная пустота. Конечно, нас охватывал ужас, будто мы вот-вот провалимся вниз».

Далее профессор, воспользовавшись сложившейся удобной обстановкой, предложил затронуть тему:

– «Были ли у местного населения какие-либо загадочные, для них необъяснимые явления или события в лесу, в горах или просто в природе?»