Чистый дом

Глава 12

– Где я? – недоумевающе воскликнул Дмитрий, как только оглянулся по сторонам. – Где величественные строения, монументы, фонтаны? Где техника, автомобили? Что это за безумное место? Что это?

Дмитрий стоял на небольшой площади, служившей одновременно центром и плацем для пограничной деревни, которая выполняла роль крепости, защищающей южные границы государства Бенгалия от нападений соседей.

Населенный пункт находился на небольшом холме, который сплошь до горизонта был окружен густыми лесами. Только с одной стороны виднелась узкая полоса степи, уходившая далеко на север.

Деревушка была не самая большая и насчитывала чуть больше сорока строений, окруженных большими каменными стенами. Дороги являлись простой утрамбованной землей и были выложены по бокам неровным булыжником.

Только у центрального здания – судя по всему, местной администрации, – вырисовывалась хоть какая-то архитектурная и творческая мысль. Но все равно оно представляло собой весьма жалкое зрелище. Остальные дома и вовсе являлись грубо сколоченными деревянными постройками. Цивилизации, о которой так грезил Дмитрий, здесь явно не было.

Он не мог поверить в то, что видел. Дмитрий трогал на ощупь дома, надеясь распознать в них декорацию или голографическую иллюминацию. Он переходил из одного места в другое, всматривался куда-то вдаль, потом возвращался. Дмитрий приседал и трогал землю, делал глубокий вдох, и каждый раз с некой беззвучной мольбой в глазах оборачивался к Капитану.

– Где я?

– Добро пожаловать в Бенгалию, мой друг, – усмехнулся Капитан. – В Крепость Розенборг.

– Крепость Розенборг?

– Эта крепость была построена полсотни лет назад, когда мы смогли прогнать зверей с этих мест. Старцы тогда приняли решение не продлевать продвижение на юг, а установить границы государства здесь. Тут очень удобное месторасположение, подобраться к крепости незамеченным невозможно. А дальше на юг идут густые леса, полные болот. Так что Крепость Розенборг является самой южной точкой нашего государства.

– Но как? – продолжал недоумевать Дмитрий, больше обращаясь самому к себе, чем к Капитану. – Как вы можете жить тут? Это же не город! Это даже хуже мусорной свалки после пожара! Как вы это все допустили? Что случилось с прекрасными, четко структурированными городами, полностью подчиненными симметрии? Где ваши пароплановые кабины и ретрансляторы? Где аллеи, цветы, сады? Где четкость, красота и гармония? В конце концов, где же вы предаетесь Порядку?

Дмитрий не мог понять, что произошло. Неужели это не та Земля, на которую летел? Неужели он где-то ошибся и очутился на чужой планете, с дикими варварскими нравами, присущими только животным? Разве может быть ошибка? Конечно же нет. Но что тогда произошло? Что случилось с идеальным Порядком, который так превосходно регулирует жизнь людей на его родной планете вот уже две тысячи лет? Что бы тут ни произошло, Дмитрий понимал: его встреча с мечтой – с родиной Порядка – снова откладывается. «Как тяжел путь к нашим грезам, – думал Дмитрий. – Порой кажется, что все – за соседней дверью, которую стоит только открыть. Но, отворив ее, видишь за ней точно такую же дверь, а за ней еще одну, и так далее».

Дмитрий пытался найти оправдание тому, что его окружало, найти причину всему происходящему. Но не мог. «Может, это заповедник, инсталляция? Но я не припомню, чтоб хоть где-то было бы что-нибудь подобное. Порядок не приемлет демонстрацию дикости и жестокости. Зачем показывать то, чего не было, нет и не будет? Или, возможно, это эксперимент? Но тогда для какой цели его проводить? Что подобный варварский эксперимент способен подтвердить или доказать? Могут ли люди превратиться в животных или нет, если их изъять из системы и изгнать из общества? Но человек выше всего этого. Ничего не понимаю».

Из оцепенения его вывел Капитан, положивший руку ему на плечо:

– А что ты ожидал увидеть?

– То же самое, что и на моей планете, только лучше, больше, выше. Я в школе изучал географию Земли, градостроительство, устройство мегаполисов, парков, садов и всего-всего. Всех нас с детства учат тому, как все должно быть устроено: населенные пункты, жизнь людей. И нам говорили, что Земля полностью покрыта городами, по образу которых мы строим свои на Ферусе, – пытался объяснить Дмитрий.

– Это как?

– Так же, как и на Земле, – не успокаивался Дмитрий. – В центре любого города находится площадь. С западной стороны должна быть построена администрация, а с восточной – здание Порядка. На север и юг от площади отходят дороги, вдоль которых расположены хозяйственные и социальные объекты города, парки, места общественного отдыха. А по периметру этого комплекса в несколько рядов проложены дороги, по которым построены дома граждан. Все здания одинаковы, имеют идентичный участок, построены по стандартному чертежу. Так выглядят все города.

– Да уж, – задумчиво проговорил Капитан. – У нас все немного по-другому.

– Неужели все ваше государство состоит из подобных поселений?

– Конечно нет. Это лишь малое поселение на самой окраине. Да это даже и не деревня. А приграничная крепость. Есть крупные города с высокими строениями…

– Значит, я, может, поспешил с выводами, – тут же ухватился за надежду Дмитрий. – Может, все как и должно быть, по Порядку в городе? Ведь много лет прошло. А это место – просто новое веяние. Мне нужно попасть в город, я должен встретиться с Хранителем Порядка ближайшего города.

– Встретишься, только позже и не совсем с ним. Но обязательно встретишься.

Глава 13

– Я объявляю совет старейшин Бенгалии открытым, – произнес седой старик уставшим голосом. – Прошу садиться.

В просторном зале, залитом светом дневного солнца, находилось тринадцать человек. Это были мужчины в уже весьма почтенном возрасте, о котором напоминали длинные седые бороды.

Председатель совета, отец Верши, был облачен в красную мантию, два его заместителя – в синие, а остальные – в черные.

Совет старейшин Бенгалии был верховным органом управления в государстве. Ему принадлежала вся полнота законотворческой, исполнительной и судебной власти. Совет состоял из тринадцати старейшин, которые выбирались народным собранием по одному от каждой из тринадцати областей Бенгалии. При этом стать старейшиной мог только мужчина, достигший шестидесятилетнего возраста. Нового старейшину выбирали только в случае смерти другого, что случалось, впрочем, не так часто, так как в среднем старейшины доживали до восьмидесяти-девяноста лет, что на удивление не мешало сохранять им острый и четкий ум. Раз в пять лет старейшины выбирали председателя совета и одного заместителя. Второго заместителя назначал сам председатель совета.

Решения по вопросам принимались с помощью простого голосования. При этом председатель совета включался в него только в том случае, если мнения по какому-либо вопросу делились поровну. В ином случае он мог только давать заключение по повестке, но не высказываться за ее принятие или против нее.

Большее количество времени старейшины находились в собственных областях и являлись там единоличными правителями – наместниками совета старейшин. При этом старейшина в вверенной ему области не мог принимать решения, которые отличались бы от тех, что приняты на общем совете, или противоречили им. При выявлении злоупотреблений своими правами старейшину ждало единственное наказание – смертная казнь через отсечение головы.

Раз в три месяца старейшины собирались в столице для определения решений по накопившимся вопросам, для принятия новых законов и издания указов. Однако в чрезвычайных случаях возможны были и внеочередные заседания совета. Как раз одним из них и стало сегодняшнее собрание.

– Как я полагаю, вы уже осведомлены, по какому поводу я вас вызвал на внеочередное заседание совета? – обратился отец Верши к находящимся в зале. – Речь сегодня пойдет о необычном незнакомце, который словно упал с неба недалеко от крепости Розенборг.

– Как это возможно? – изумился отец Мартий. – Я был уверен, что это только слухи и домыслы. Все знают, что небо для полетов закрыто со стародавних времен.

– Вы, конечно, правы, отец Мартий, – отозвался старец по имени Дунган, сидящий напротив него. – Но разве окружающая нас природа вещей постоянна? Разве она не претерпевает изменений, которые пусть и не видны нашему глазу, но заметны поколениями. Так что удивительного в том, что небо стало открытым, хотя мы и не заметили, когда именно это случилось?

– Давайте не торопиться с выводами, уважаемые старцы, – прервал председатель совета. – У нас пока нет ни данных, ни параметров. Чтобы выяснить истину, мы и собрались сегодня здесь. Пока достоверно одно: что объект не летел, а, скорее, падал, что сразу отметает теорию о том, что небо снова открыто для человека.

– Но откуда объект мог упасть, если он не прилетел с неба?

– Я предлагаю заслушать доклад свидетеля, который не только воочию видел странный объект, но и лично общался с незваным гостем, который называет себя Дмитрием. Отец Петри, я передаю вам слово.

– Достопочтенные старцы, – начал он свою речь, – то, что произошло, является знаменательным событием. Я предполагаю, что оно может отразиться не только на Бенгалии, но и на других государственных образованиях. Каким именно образом? – Тут старец сделал паузу. – Этого я сказать пока не могу. Так как для меня в данном вопросе слишком много неизвестных параметров, большое количество непонятного и даже невозможного. Отец Дунган, вы сказали, что ничего нет постоянного и все меняется.

– Совершенно верно, все меняется.

– Но разве подвержены изменениям законы физики? Разве могут быть преобразовываться параметры вещества?

– Мы знаем то, что нам известно. И можем изучать только наше познание, ведь невозможно исследовать то, о чем мы не ведаем. Поэтому мы можем знать и изучать одно, считать это истиной, а на деле быть круглыми дураками. Природа вещества настолько многогранна, что вряд ли кто-то осмелится сказать, что вот это или то абсолютная истина.

– В ваших словах, отец Дунган, есть доля правды, – обернулся в его сторону отец Петри, – но разве вы или кто-то другой может предположить вероятность полета к другим звездам?

– Это исключено, – высказался отец Мартий. – Даже если предположить, что мы выберемся за пределы планеты, никогда не преодолеем пространство до других звезд.

– Позвольте с вами не согласиться, – возразил отец Дунган. – Расстояние – величина, равная времени, умноженному на скорость. Таким образом, в обсуждаемом нет ничего невозможного. Вопрос только в том, сколько времени на это понадобится и как преодолеть притяжение Земли, а потом Солнца. Но согласен с тем, что сейчас подобных технологий нет и вряд ли они появятся в обозримом будущем.

– А вот Дмитрий считает иначе. Он утверждает, что прилетел к нам с другой планеты, которая находится на орбите звезды, расположенной в сотнях миллионах километрах от Земли. И на такое путешествие у него ушло чуть больше четырех месяцев, если я его правильно понял.

После этих слов по залу прошла волна шепота, но под взглядом председателя совета гул понемногу стих.

– Он сумасшедший, – невозмутимо заявил отец Мартий.

– Я бы с вами полностью согласился, если бы не видел Дмитрия собственными глазами, не разговаривал с ним. Его речь логична и конструктивно построена. Он говорит о необычных невиданных вещах, но спокойно, не сбиваясь. В любой момент может вернуться к интересующей меня части разговора и все дословно повторить. Его глаза светятся разумом. Нет, он точно не сумасшедший, – отец Петри немного помолчал. – А что я могу сказать про машину, на которой он свалился? Ничего подобного я никогда не видел. Там неизвестные механизмы, новые металлы. Но есть и еще одно обстоятельство. Это язык, на котором разговаривает Дмитрий.

– На каком наречии он говорит?

– Это не наречие. Беркасский язык он вообще не понимал. А вот говорил на чистейшем русском.

– На русском? – удивился отец Морган. – Но ведь это мертвый язык. Уже больше тысячи лет на нем никто нигде не разговаривает, и только ученые старцы, как отец Нонан, изучали его. Откуда он может его знать?

– Это неизвестно. Я был учеником отца Нонана и лично знаю всех, кто бы мог говорить на русском и обучать этому языку. Но Дмитрий говорит на нем немного по-иному, нежели те, кто учил этот язык. Можно подумать, что русский – его родной язык. Настолько хорошо Дмитрий им владеет. Кроме того, он употребляет слова, значение которых мне совершенно неизвестно. Так же следует упомянуть об очень необычном поведении Дмитрия. Он абсолютно не приспособлен к нашим условиям жизни.

– Расскажите поподробнее совету, – попросил отец Верши.

– Его отношение к окружающей действительности, к устоявшимся порядкам, к пище и воде совершенно не соответствует отношению обычных людей, таких как мы. Он постоянно спрашивает о чем-то несуществующем и удивляется нашему образу жизни, приходит в изумление, видя самые привычные предметы, которые окружают каждого с рождения. И поверьте, это не поддельное удивление, а самое настоящее, как у ребенка. Этот человек абсолютно не приспособлен к нашим условиям проживания. Кроме того, он постоянно ищет какой-то «порядок» и хочет переговорить с его хранителями.

– Возможно, так именуются старейшины той местности, откуда он прибыл к нам?

– Конечно возможно, сейчас нельзя отвергать ни одну из версий. Но ни я, ни кто-либо из моих знакомых никогда не слышали о «хранителях порядка».

– А что говорят свидетели? – поинтересовался отец Морган.

– Все знают нашего Капитана, его доблесть и храбрость, – отец Петри обвел взглядом присутствующих. – Так вот, все это происшествие случилось как раз во время его дежурства. Он и его солдаты подтвердили, что объект действительно упал с неба, в нем был один человек – Дмитрий, который общался на непонятном языке и вел себя очень странно. Капитан мне и сообщил о находке, после чего я сразу же прибыл в крепость Розенборг.

– Какое мнение у него сложилось о Дмитрии?

– Он как истинный солдат и слуга нашего государства первым делом позаботился о безопасности вверенных ему людей. Поэтому Дмитрий был посажен в тюрьму под пристальным надзором солдат. А своего мнения Капитан не высказывал, оставляя решать судьбу «гостя» старцам, чтобы решение было полным, обдуманным и взвешенным. Но, по словам Капитана, агрессии в действиях Дмитрия он не замечал.

– Он считает, что пришелец не опасен?

– Это только предположение, и я его разделяю. Но однозначно сказать пока нельзя. Мы не можем знать истинных намерений этого Дмитрия.

– Нужно доставить его в столицу, изучить и как следует допросить, – обратился к присутствующим отец Мартий. – И нельзя медлить. Мы действительно не знаем, что замышляет этот человек. Может, он вражеский шпион, а все его поведение – лишь фарс, маскировка.

– Что вы думаете, достопочтенные старцы, по этому поводу? – отец Верши решил, что собрание пора заканчивать. – Что нам следует предпринять в отношении Дмитрия?

– Я скажу, – начал отец Дунган, – что сейчас я соглашусь с отцом Мартием. У нас, как и прежде, слишком мало данных и слишком много вопросов. Нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть ни один из вариантов появления этого человека, в том числе и космический. Да-да, именно космический. Но пока все слишком размыто. И доклад отца Петри добавил больше вопросов, чем ответов. В том числе и в отношении целей визита этого человека. Поэтому сейчас действительно лучшим решением будет незамедлительно доставить его в город вместе с кораблем, на котором он прилетел, и приступить к исследованиям.

– Все так считают?

– Да, – единогласно принял решение совет.

– Что же, на том сегодня и постановим. Отец Петри, вам поручается в кратчайшие сроки организовать доставку Дмитрия и его корабля в столицу. Пусть с ним прибудет и Капитан с солдатами. Нам будет необходимо переговорить и с ними. На этом заседание объявляю закрытым.

Глава 14

– Здравствуйте, Юрий Георгиевич, вы очень пунктуальны. Люблю это в людях, – подошел к профессору Андрей Иванович, протягивая руку. Сегодня тон его общения был более дружелюбным, нежели вчера в университете. – Позвольте вас познакомить с вашими будущими коллегами.

С этими словами Андрей Иванович подвел профессора к столу, вокруг которого стояли, что-то обсуждая, четыре человека в белых халатах.

– Господа, прошу минуту внимания. Юрий Георгиевич, разрешите представить вам: Рустэм Амирович Берилов. Выдающийся ученый в области космостроения, профессор физических наук.

– Можно просто Рустэм, очень приятно познакомиться.

– А это Стуканов Михаил Петрович. Профессор в области химии, инженер. За свою жизнь изобрел множество аппаратов, которые бороздят просторы космического пространства.

– Здравствуйте, интеллектуальное пополнение нам не помешает, – протянул руку Михаил Петрович.

– А это наши коллеги из Америки, доктор Аллон и доктор Пристон.

– Здравствуйте, коллега, – отозвались американцы на русском языке, в котором сильно чувствовался западный акцент.

– Американцы? – удивился Юрий Георгиевич.

– Не удивляйтесь, профессор. И среди западных развращенных стран есть те, кто не равнодушен к миру и считает, что будущее за Россией. Господа Аллон и Пристон всецело на нашей стороне, они сделали свой выбор. А вот еще один член научной команды, – с этими словами Андрей Иванович повернулся к только что подошедшему седовласому мужчине, – профессор Максим Михайлович Зельцин. Интеллигент, выдающийся ученый, профессор биологических, физических, химических наук. Инженер-конструктор. Одним словом – гений нашего времени. Он возглавляет научный комитет по проекту «Чистый дом», так что он будет вашим непосредственным руководителем. С остальными вы познакомитесь позже.

– Очень приятно познакомиться, – протянул руку Юрий Георгиевич. – Я читал многие ваши труды. Работы и теории, описанные в них, просто потрясающие, особенно теория перемещения.

– Рад, что в наше непростое время остались еще люди, читающие не только детективы и любовные романы, написанные за сутки интеллектуальными рабами, – в ответ протянул руку Максим Михайлович.

– Господа, теперь разрешите представить вам нового коллегу. Юрий Георгиевич Остров, профессор инженерных наук в сфере космического строения. Возможно, вы знакомы с некоторыми его работами, которые уже успешно используются как в быту, так и в военных и космических отраслях. А теперь разрешите мне откланяться, ждут государственные дела. Юрия Георгиевича передаю на ваше попечение. Введите его в курс дела. Всего доброго, господа.

Глава 15

– Раз вы находитесь здесь, то можно предположить, что в общих чертах вас ввели в курс дела, Юрий Георгиевич? – обратился Максим Михайлович к профессору.

– Меня ознакомили с проектом «Чистый дом». И можете называть меня просто Юрий, я не сторонник формальностей в общении.

– А вот это очень правильно, Юрий. В нашей с вами профессии условности и формальности только мешают. Наука требует полного сосредоточения над предметом деятельности, и любые мелочи, даже самые неприглядные, могут поставить крест на всей работе. Значит, вы ознакомились с содержимым желтой папки? – улыбнулся Максим Михайлович.

– Разве это возможно? Я изучал вашу теорию перемещения в пространстве. Но неужели она работает?

– Это уже не теория, Юрий, а самая что ни на есть практика. Способ перемещения в пространстве через космические норы – моя гордость, возможно, апогей всей моей работы за всю жизнь.

– Как это работает? Расскажите.

– Что ж, учитывая, что вы будете работать над конструированием корабля, введу вас в курс дела. Так что мы можем потратить на это некоторое время. Чаю или кофе?

– Лучше кофе, со сливками, но без сахара.

Профессора поднялись по лестнице на этаж выше, где находился буфет. Там они заняли дальний столик, где меньше всего было посетителей и, сделав заказ молодому официанту, закурили сигары.

– Скажите, Юрий, что вы знаете о космосе, Вселенной?

– Это слишком обобщенный вопрос. Вселенная включает в себя очень много понятий, чтоб ответить одним предложением.

– А вы смотрите на вещи гораздо проще, не углубляясь в их суть. Вселенная – это что?

– Совокупность галактик. Галактики – это…

– Правильно, – перебил собеседника Максим Михайлович. – Но не надо углубляться. А где она находится?

– Вселенная бесконечна. Она везде.

– А вот это уже распространенное заблуждение. Ошибка, которая не позволяла ученым открыть истинную природу вещей.

– Значит, вы считаете, что Вселенная имеет начало и конец?

– Я не считаю, а утверждаю. И это напрямую следует из теории Большого взрыва. Следует различать понятия «Вселенная» и «пустота». Они не идентичны и имеют разные характеристики. У одной из них есть начало и конец и, как следствие, время и пространство, а другая является бесконечной и в ней нет места времени.

– Вы хотите сказать, что Вселенная конечна? Но ведь доказано, что она расширяется.

– Разумеется, после Большого взрыва все расширяется. И это не противоречит моим словам. Только ответьте на вопрос: как Вселенная может расширяться, если она бесконечна? Так вот, именно из этого следует, что Вселенная как материя, имеющая начало и конец, расширяется в пустоте, которая не имеет ни начала, ни конца, ни времени. Объясняется все очень просто: в момент Большего взрыва было одно пространство, заполненное пустотой. Не было ни материи, ни времени. В какой-то момент, как объясняется теорией Большого взрыва, произошло мощное высвобождение энергии, положившее начало времени и известному нам понятию пространства. То есть образовалась материя, которая стала разлетаться в разные стороны от точки взрыва. Как следствие, момент взрыва – начало времени, расстояние от точки выброса энергии до материи – известное нам пространство.

– Это так.

– Теперь смотрим дальше. Материя после взрыва разлетается. Где? В пустоте, которая была изначально. Материя, долетая до определенной ее точки, порождает там время и пространство. Таким образом, после Большого взрыва материя, двигаясь по пустоте, порождает время и пространство, хотя изначально таких физических свойств там не было. Именно это и определяет постоянное расширение Вселенной, но именно в пустоте, а не само по себе. Следовательно, мы видим, что Вселенная – понятие вторичное, тогда как пустота – первичное. Скажите, с какой скоростью расширяется Вселенная?