- -
- 100%
- +
Мы в срочном порядке отправились на почту и позвонили домой. Попросили родителей перевести почтовым переводом деньги, чтобы мы могли купить билеты на самолет. Родные сказали: «Хорошо, пойдем посмотрим, у кого можно занять, и пришлем». Понятное дело, что билеты на самолет стоили намного дороже, чем билеты на поезд. Родителям и так было сложно оплатить нашу поездку на поезде, а для авиаперелета пришлось занять. Но все оказалось не так просто. Когда на следующий день родители пришли на почту, выяснилось, что есть ежедневный лимит на сумму, которую можно отправить почтовым переводом. И чтобы получить деньги на четыре авиабилета, нам пришлось бы сидеть там еще 7 дней. Так как денег у нас уже было в обрез, мы не смогли бы продержаться еще неделю, оплачивая жилье и еду. Гор стал думать дальше и наводить справки. Выяснилось, что на электричках с несколькими пересадками нужно добраться до Пятигорска, откуда идут автобусы до Тбилиси. Если вы посмотрите на карту, то для того, чтобы добраться в Пятигорск, нам нужно было сделать крюк через север, в обратном направлении от Армении.
Мы уже не стали терять времени: собрали свои пожитки и отправились на вокзал. На вокзале Гор оставил меня и Нику с вещами в зале ожидания, а сам с Эриком пошел к кассам выяснять маршрут, расписание электричек и цены на билеты. Ждали мы с Никой долго. До этого я никогда так много времени не проводила на вокзалах, и опыт этот был не из приятнейших. Сами знаете, какая публика там обитает. Жара, забитый зал, ни одного свободного места, бомжи, пьяницы, попрошайки, грязь. Мы с Никой прижались друг к другу, боясь пошевелиться, и только махали руками и говорили «нет» любому подозрительному лицу, которое обращалось к нам с каким-нибудь вопросом или просьбой. Мы даже в туалет не рискнули пойти. Наконец мальчики вернулись. Они купили бутылку пива для какого-то бомжа, который достал нам билеты на электричку до Армавира, отбывающую через час. Уже хорошо! Мы оставили ребят сидеть с вещами, а сами пошли в туалет, который оказался платным. А теперь представьте картину: сразу за входом в туалет – стойка, за которой сидят две женщины. Как в гардеробной в театре. Ника кладет на стойку трехрублевую купюру и говорит: «Две дайте!». Тетя берет трешку, выдает сдачу в один рубль, затем берет рулон туалетной бумаги, отрывает от нее две полоски примерно по 50 сантиметров в длину и кладет на стойку. Ника берет полоски, одну выдает мне, и мы проходим направо, в женскую сторону. Вряд ли я когда-нибудь забуду этот театр-туалет!
До отправления нашей электрички мы успели зайти в магазин. Купили буханку черного хлеба и кусок сала. Все самое дешевое. И вот мы уже едем по направлению в Армавир. Дорога была длинной, ночевали в электричке. Народу под вечер стало немного, поэтому каждый из нас растянулся в полный рост на соседних скамейках и забылся сном, так как замотались мы изрядно. Проснулась я оттого, что кто-то бил меня по пяткам. Я, ошалевшая, открыла глаза, не сразу сообразив, где нахожусь и что случилось, и увидела, как Гор идет по направлению ко мне и кричит на кого-то. Оказалось, что некий мужчина сел на очередной станции, зашел в наш абсолютно пустой вагон, где кроме нас никого не было, но имелась куча свободных скамеек, и не нашел ничего лучше, чем ударить меня по пяткам, чтобы я проснулась, села, и чтобы он сел именно на мою скамейку. Гор вышел из себя: «Урод, тебе что недостаточно места? Видишь, человек спит!». «А что она тут разлеглась?». Тут уже и Эрик, и Ника проснулись, кое-как мы погасили эту ссору, отправили этого человека вглубь вагона и стали ждать прибытия в Армавир.
Помню, что мы гуляли в Армавире, но не помню, почему. То ли у нас было много времени до следующей электрички, то ли мы с одного вокзала шли на другой. Но в итоге краем глаза мы увидели этот маленький, но симпатичный город. Остальных деталей поездки не помню. Кажется, была еще пересадка в Невинномыске, и кажется, часть пути мы проехали зайцами и, к счастью, не были пойманы. Где-то в дороге познакомились с тремя грузинскими парнями нашего возраста. Они тоже ехали в Тбилиси и присоединились к нам. Наконец мы прибыли в Пятигорск. Сошли на вокзале и пошли пешком до автовокзала, спрашивая дорогу у прохожих. Шли мы через весь город под пялящим солнцем и, наконец, дошли до долгожданной цели. Сразу направились к стройному ряду автобусов, стоящих на площадке. И тут, к своей безудержной радости, мы увидели на нескольких автобусах надпись: «Ереван». Один из них мог отвезти нас домой. Но денег на билеты у нас не было. И тогда четыре загорелых, отощавших, голодных и уставших подростка нашли водителя автобуса и буквально взмолились: «Дяденька, возьмите нас с собой в Ереван, довезите до нашего дома, мы не смогли вернуться домой на поезде, так как сухумский мост взорвали. У нас нет с собой денег, но родители дома ждут, и заплатят вам, как только мы доедем». Сначала дяденька смотрел на нас с подозрением, но так как мы выдавали все больше и больше подробностей, он убедился, что мы не попрошайки, а действительно попали в сложную ситуацию. И он посадил нас в свой автобус. У нас уже вообще не осталось еды, но мы были счастливы, так как ехали прямо домой и, видимо, наши похождения подходили к концу.
На погранпункт Садахло автобус прибыл глубокой ночью. Мы вчетвером и наши трое грузин-друзей крепко спали на самых задних сиденьях автобуса и проснулись оттого, что водитель спрашивал наши паспорта. Пограничники поговорили с водителем, проверили документы, заглянули в автобус и готовы были отпустить нас. В этот момент один из служащих вошел в салон автобуса с задней двери, окинул нас подозрительным взглядом и приказал всем семерым выйти из автобуса. Мы не знали в чем дело, больше никого из пассажиров не досматривали. Меня с Никой отвели в одну комнату, а мальчиков в другую. Пограничница велела выложить все содержимое наших рюкзаков на стол, и стала дотошно все проверять. Излишне говорить, что кроме одежды и предметов гигиены там ничего другого не было. Как оказалось позднее, мальчикам тоже устроили шмон. А одного из грузинских парней обвинили в том, что он наркоман. Парня так искусали комары, что следы на руках бдители порядка приняли за уколы. Грузину пришлось долго доказывать, что он не колется и наркотиков у него нет, он даже показал все части своего тела, которые искромсали жадные до крови насекомые. В итоге, нас благополучно отпустили, и автобус продолжил путь. Уже потом мы поняли, почему вызвали подозрение пограничников. Мы были такие исхудавшие, с осунувшимися лицами от недосыпа и недоедания, к тому же настолько загорелые, что смахивали на цыган.
На следующий день ближе к вечеру автобус остановился рядом с домом номер 5 на улице Кошевого. Гор побежал домой за деньгами, а мы с Никой сидели в автобусе «заложницами». Водитель был доволен, что его не обманули, а мы по сей день благодарны этому человеку, что поверил нам и не оставил в беде. Мама чуть не расплакалась, когда увидела, во что мы превратились. Она накрыла на стол и наблюдала, как мы жадно поедали все подряд. И все время вздыхала: «Как же хорошо, что Гор поехал с вами!». Недавно папа вспоминал, что тогда в спешке взял деньги взаймы у своего коллеги и напрочь забыл об этом. Прошло несколько месяцев, и коллега ему спокойно напомнил о долге. Папа говорит: «Меня как будто оса ужалила, как я мог забыть! Стало так стыдно». Он извинился, сказал, что все произошло так быстро, что он просто забыл, что занимал деньги, и сразу вернул долг с первой же зарплаты.
***Летом 1998 года я с подругой-коллегой Натэллой поехала отдохнуть в город Алеппо в Сирии на неделю. Мы работали в «Армянских авиалиниях» и получили скидку на авиабилеты 50%. Перед вылетом папа сообщил мне, что в Алеппо живет его друг-однокурсник, Аветис Малакян. Они вместе учились в мединституте, по окончании которого Аветис уехал к себе на родину, и с тех пор, вот уже почти 20 лет, у них не было никаких контактов. У папы не было ни адреса, ни телефона. Единственное, что он знал – это то, что Аветис выучился на детского хирурга. Папа попросил: «Попробуй, поспрашивай, вдруг найдешь его», и дал мне фотографию Гора в возрасте 2-3 лет, когда его видел Аветис. И вот, прибыв в Алеппо, я всех встречных и поперечных спрашивала, не знают ли они, где мне найти доктора Аветиса Малакяна. Все было безрезультатно, пока случайные армянские парни не подсказали название улицы, где находятся частные клиники и кабинеты врачей, в основном, армян.
Вообще, в Алеппо исторически очень много армян, и, в основном, это врачи, юристы и ювелиры. Еще одна особенность Алеппо (и, возможно, других восточных городов) в том, что все первые этажи являются не жилыми, а коммерческими помещениями, а также товары на улицах здесь расположены по группам. Например, все магазины на этой улице торгуют мужской одеждой, на другой улице – детскими товарами и так далее. Так что я не удивилась, что есть улица армянских врачей. На следующий день с утра я и Натэлла отправились пешком по указанному адресу и стали изучать все таблички подряд. За два часа мы так и не обнаружили следов Аветиса. Становилось очень жарко, и мы порядком подустали. Я готова была сдаться и вернуться в гостиницу. Но тут Натэлла сказала: «Подожди, я еще туда за угол загляну». Через пару минут она вернулась сияющая и крикнула: «Я нашла его!». Мы подошли к двери, действительно: «Аветис Малакян». Нам открыла какая-то женщина, видимо медсестра, и провела в кабинет к доктору. Мы вежливо поздоровались на армянском языке. Я вытащила из сумки фотографию Гора, положила ее на стол перед Аветисом и спросила:
– Узнаете?
– Конечно же, это Гор, сын Геворга.
– А я дочка Геворга, Соси.
– Вай, Соси джан, как я рад тебя видеть!
Потом мы поехали домой к Аветису, познакомились с его семьей, а вечером они повели нас в армянскую общину Алеппо. Самое главное, что я привезла папе не только подарки от Аветиса, но и его адрес электронной почты и номер телефона. Они снова стали общаться друг с другом. Как устроена жизнь! После начала войны в Сирии8 семья Аветиса со своими родственниками, как и многие другие сирийские армяне, бежали из страны. Аветис обосновался в Степанаване, где папа помог ему устроиться на работу.
***Другая поездка на Ближний Восток была не просто удивительной, а волшебной. В январе 2016 года мы с Костей отправились в Израиль. Это действительно мистическая страна. Хотя при планировании поездки ни на какие чудеса мы не рассчитывали. Началось все с получения израильской визы.
В Израиле живет семья тети Сусанны и дяди Баграта. Их семья дружит с членами нашей семьи на протяжении трех поколений. Мама тети Сусанны, тетя Мэри, жила по соседству с моими бабушкой и дедушкой рядом со стадионом «Наири» на Третьем участке, и они были дружными соседями. После переселения на улицу Олега Кошевого семья тети Сусанны поселилась в доме №3, а наши – в доме №5. Тетя Мери была крестной9 на свадьбе наших родителей, которые очень дружили с тетей Сусанной и дядей Багратом. А когда родились мы и дети тети Сусанны, мы продолжили добрую традицию. Гаянэ была немного старше нас, Артур являлся нашим сверстником, а Давид родился на пару лет раньше Нанэ. Дядя Баграт очень талантливый художник и всю жизнь зарабатывал своим творческим трудом. Когда настали трудные времена, он открыл цех по производству чашек и другой керамической посуды, а также бумажных салфеток с надписями. Но так как в Армении электричество давали на два часа, невозможно было вести бизнес. Работы не было, семья голодала.
Помню, однажды ночью я проснулась оттого, что кто-то плакал. Оказывается, тетя Сусанна пришла к моей маме уже далеко за полночь поделиться своими проблемами и возможным решением.
– Я так больше не могу, – всхлипывала тетя Сусанна. – Чем мне детей кормить? Как выживать в этой стране?
Мама как могла утешала ее. И тогда тетя Сусанна с новым приступом рыданий поведала маме свою тайну.
– Рога, мы решили уехать в Израиль. Я же еврейка по маме. Я уже интересовалась, нас там примут. Остается все необходимые документы собрать и сходить в Синагогу в Ереване, начать иврит учить. Пускай меня все осудят, но я больше не могу так, правда, – и она снова расплакалась.
– Сусан джан, ну, раз вас примут в Израиле, то поезжайте. Кто же будет вас осуждать, если у вас нет работы и жить не на что?
– Я знаю, что когда Гевик узнает, не одобрит нашего решения.
– Да, Гевик не любит, когда люди уезжают со своей родины, но что поделать, раз жизнь так складывается.
И уже примерно через полгода семья тети Сусанны продала квартиру, упаковала вещи и была готова отбыть на историческую родину своих предков в полном составе. Гаянэ к тому времени вышла замуж и была практически на сносях. Все надеялись, что она родит в Израиле. Но судьба распорядилась иначе. За два дня до отъезда Гаянэ увезли в роддом, где на свет появилась малышка Алина. Пришлось ей с ребенком и мужем задержаться на некоторое время в Ереване, тогда как остальные улетели в Израиль на самолете из Тбилиси. Потом тетя Сусанна присылала нам восторженные письма. Она писала о том, как их хорошо приняли, что они учат язык и привыкают к новой обстановке. Она как чудо описывала прилавки магазинов, полные разнообразной еды без каких-либо талонов, а самое большое восхищение вызывали газ, вода и электричество в квартире. И вообще все улицы утопали в иллюминации в позднее время суток, и ее глаза не могли нарадоваться, что везде есть свет. Это был 1993 год. С тех пор дядя Баграт иногда приезжал в Ереван, так как у него много братьев и сестер. Гаянэ и Артур с детьми тоже наведывались в гости. Но тетя Сусанна и Давид не были в Армении после своего отъезда.
В начале июля 2020 года дядя Баграт скончался от рака. Совершенно неожиданно за несколько месяцев он буквально растаял на глазах и ушел в мир иной, оставив горевать тету Сусанну, детей и внуков. Дядю Баграта любили все, кто его знал, за его добрый нрав, скромность, сдержанность, а также художественный талант и тонкий вкус. Он оставил следы своего творчества повсеместно: даже на улицах Еревана можно встретить творения его рук, не говоря о многочисленных квартирах, домах, офисах и других местах, где обитают его работы. После смерти дядя Баграта его дети вспомнили случайный разговор, где он говорил о том, что «Вот бы знать, когда конец близок, чтобы умереть у себя на родине». Семья сделала вывод, что глава семьи хотел бы быть захороненным в Ереване. Эпидемия ковида-19 бушевала вовсю, границы были закрыты. Поэтому тело дяди Баграта кремировали, а прах хранили для перевозки в Ереван.
Только спустя год, на годовщину смерти, тетя Сусанна, Гаянэ, Артур и Давид с другом смогли приехать на историческую родину дяди Баграта и предать прах земле. Удивительный разговор у нас произошел с Давидом. Мы общались на армянском языке, что меня очень порадовало, так как Давид уехал из Армении в девятилетнем возрасте. Более того, он рассказывал мне и Ани о том, что когда узнал о смерти папы, свою боль он смог выразить только на армянском языке. Он сам, да и его мама, удивлялись, каким образом к нему приходили нужные армянские слова, о наличии которых в его лексиконе они и не подозревали. Действительно, когда очень больно, крик «Мама!» всегда вырывается на родном языке. Потом Давид поведал нам, что собирается приехать в Армению в следующем году и исследовать ее красоты. Он надеялся, что такие поездки станут регулярными, так как его стало тянуть к родине. Тетя Сусанна провела в Ереване целый месяц. И нередко во время наших бесед она затевала разговор о том, что, возможно, продаст свою квартиру в Маалоте и купит в Ереване, чтобы все члены ее семьи могли приезжать к себе на родину почаще. Вот так дядя Баграт связал прошлое и будущее, а также вернул своих родных к истокам.
***Тетя Сусанна всегда звала нас в гости. И когда я сказала Косте, что у меня в Израиле есть очень близкая семья, практически родственники, он предложил съездить к ним, так как я могла повидаться с родными мне людьми, а у Кости был в Израиле бизнес-интерес, и ему нужно было разведать обстановку.
Костя гражданин РФ, ему виза в Израиль не нужна. А мне тетя Сусанна и дядя Баграт прислали приглашение. Мы решили попробовать получить визу на Кипре, и я стала наводить в посольстве справки. За девять месяцев до предполагаемой поездки я написала им письмо, указав, что нахожусь на Кипре со своим мужем, гражданином РФ, по туристической мультивизе, а не на ПМЖ, и спросила, могу ли получить визу для поездки у них, хотя планируем лететь в Израиль в январе из Болгарии. Мне ответили, что да, они могут выдать мне визу, нужно лишь собрать необходимые документы и представить их максимум за три месяца до поездки. Это была хорошая новость, потому что на Кипре нам не удалось получить шенгенскую визу из-за того, что мы жили там по туристической визе. В таких случаях нужно обращаться в посольства по месту постоянного жительства.
И вот за три месяца до поездки я собрала все документы, и мы поехали с Костей в Никосию. Меня приняли благожелательно, служба безопасности сработала отлично: тщательная проверка при входе, отключение телефона, снятие ремня и обуви. Затем охранник провел меня в отдельную комнату, где я осталась ждать одна. Через пять минут в окошке появилась девушка, я сдала ей все документы, заплатила таксу, и она удалилась. Через какое-то время сотрудница вернулась, протянула мне деньги и бумаги и сказала: «Извините, мы не можем выдать вам визу. Вы находитесь здесь по туристической визе, хотите получить израильскую визу на Кипре, а лететь из Болгарии». Я возмутилась, но собралась и выдала ей на одном дыхании, что я все это предполагала, а потому писала им несколько раз и получила положительный ответ. Да, я лечу из Софии, но в Болгарию я попаду в середине декабря, там начнутся праздники, и я не успею получить визу на нужные мне даты. К тому же я не переписывалась с ними и не знаю, какой будет их ответ. А ваше посольство дало согласие. И теперь вы отказываетесь? Девушка сказала: «Минутку, подождите, пожалуйста!» и снова удалилась. Вернулась через десять минут с обворожительной улыбкой, сказала, что да, я права, мне выдадут визу, но нужна еще одна дополнительная справка из банка. Посольство есть посольство: последнее слово должно остаться за ним. «Нет проблем, я вернусь через пару дней», – ответила я.
Справку мы взяли в нашем отделении банка, и через два дня снова поехали в Никосию. На этот раз мне пришлось долго ждать у входа в здание. Я рассматривала цветы на газонах и спросила подошедшего охранника, что это за куст. Оказалось, декоративный гранат растет прямо на газоне, а у нас в Армении только в горшках на подоконнике. Это еще что! В посольстве Болгарии в Никосии растет огромное дерево с толстыми корнями, выходящими на поверхность земли, с обширным гладким стволом и густой кроной. Это не что иное, как фикус. А вы знали, что фикус – это дерево?
Мы разговорились с охранником, он спросил, где я живу.
– В Перистероне, это рядом с Полис Хризоху.
– Не может быть, я оттуда родом!
У меня глаза на лоб полезли. Такое совпадение?
– Как, оттуда родом? Вы знаете жителей Перистероны?
– Конечно, а вы кого там знаете?
– Андреас, мухтар деревни, наш хороший друг, мы арендуем у него дом.
– А, Андреас, отличный мужик. У меня в Перистероне жили бабушка и дедушка, а моя семья жила в Никосии. И иногда, когда я гостил на выходные в Перистероне, в понедельник утром Андреас возил меня на грузовике в Никосию, так как мне нужно было в школу.
Это было удивительно. Он назвал имена своих бабушки и дедушки, но я, к сожалению, не запомнила.
– Иногда я приезжаю в Полис и в Перистерону.
– Ну, так будете в следующий раз в Перистероне, приходите на чашку кофе.
– Хорошо, обязательно заеду.
Мое время подошло, меня впустили внутрь, и я получила визу.
Когда вернулись в Перистерону, я спросила у мухтара про маленького мальчика, которого он возил на грузовике в Никосию. Он пожал плечами и сказал, что не помнит такого. Я не обратила внимания. А в ближайшую субботу к нам в гости пожаловал тот самый охранник. В шортах, майке и сандалиях, он зашел в таверну и спросил, где живут Коста и Соси. Хозяин таверны привел его к нам домой. Мы угостили его армянским черным кофе, поболтали полчаса. Костя рассказывал ему о своих бизнес-планах и о том, чем нам интересен израильский рынок. Только через год Костя признался мне, что этот охранник, конечно же, никогда не был в Перистероне и приходил к нам на разведку.
– Сама посуди: твой муж гражданин РФ, ты гражданка Армении и хочешь получить визу в Израиль на Кипре, а лететь туда из Болгарии. Посольство заклинило от такой информации, они не могли понять, что к чему и где подвох. Вот и отправили к нам своего человека, чтобы убедиться, что наши намерения чисты и мы ничего не скрываем. Израильская бдительность!
***Сама поездка заняла почти весь день и потребовала смены нескольких видов транспорта. Сначала мы пешком спустились на автовокзал в Банско, затем на автобусе три часа ехали до центрального автовокзала в Софии. Затем – 45 минут на метро до терминала 2. После – 10 минут на трансферной маршрутке до терминала 1. Вслед вылетели на самолете и через пару часов приземлились в аэропорту Тель-Авива. Оттуда на электричке доехали до города Наария, где нас встретили дядя Баграт и тетя Сусанна, и на машине мы доехали до их дома в городе Маалот. «Мы сегодня только водным транспортом не пользовались», – сказала я Косте вечером.
Встретили нас отлично. Еще в Наарии нас повели в уличное кафе, где мы ели настоящую средиземноморскую шаурму с салатом. Оказалось, айраном (таном) ее запивать нельзя, пища должна быть кошерной. Так что пили кока-колу. Всю неделю нашего пребывания тетя Сусанна кормила нас на убой, каждый день готовя что-то новое и очень вкусное. Единственный минус, что в Израиле, также как и на Кипре, зимой в домах очень холодно, так как отопления всего дома нет, а полы каменные. Артур всей семьей болел гриппом и смог увидеться с нами только через пару дней. А потом и мы с Костей умудрились простудиться и один день провели в постели. Костя меня сразу предупредил, чтобы я не надеялась на посещение туристических маршрутов, что мы едем по делам и просто пообщаться. Я согласилась и, действительно, ничего не планировала, тем более что Маалот находится на севере страны, не рядом с Иерусалимом или Тель-Авивом.
Через знакомую тети Сусанны мы вышли на бизнес-контакт в Наарии. Это был среднего возраста еврей, очень умный и очень деловой. Переговоры длились почти два часа. И когда мы с Костей вышли на улицу, он мне сообщил с удивленным видом: «Все, Соси, нам больше никакие другие контакты не нужны. Что мне нужно было, я узнал, и этот парень меня устраивает как будущий партнер. Все, мы свободны, и, если хочешь, можем поехать на какую-нибудь экскурсию». Это было первое израильское чудо. Как признался Костя, за его долгую деловую жизнь никогда ничего подобного не было, и тем более не было такого, чтобы первой встречи оказалось достаточно.
Вторым чудом была наша экскурсия. Тетя Сусанна позвонила своей знакомой, и оказалось, что их компания предлагает однодневную экскурсию «Христианский Иерусалим» по очень низкой демпинговой цене, так как они совсем недавно стали набирать туристов прямо из Маалота и пока раскручивают это направление. Более того, автобус забирал народ буквально под окнами дома тети Сусанны – там был дорожный круг с установленным на нем корабликом. Так что нас даже возить никуда не нужно было, в четыре утра мы просто вышли из дома и сели в автобус. Тетя Сусанна дала нам в дорогу бутерброды и воду. До рассвета автобус заезжал в разные населенные пункты и собирал туристов, так что у нас с Костей была возможность подремать. Сначала мы приехали к Стене плача. Кстати, на английском и, кажется, на иврите, она называется «Западная стена» (храма), а вот на русском ее называют так трагически. Я постояла у нее, положила две записки со своими сокровенными желаниями. Мы походили по площади. Гид сказала, что в Купол Скалы могут пройти только мусульмане, и проверяется это очень просто. Охранник начинает проговаривать какую-нибудь суру из Корана, а посетитель ее должен продолжить. Только тогда он может войти в святилище. Хитро придумали, ничего не скажешь.
Следующим пунктом был Храм Рождества в Вифлееме. Мы ознакомились со всеми святынями, я пообщалась с армянскими священниками. Затем вышли на площадь Рождества. В центре красовалась огромная рождественская елка, украшенная шарами трех цветов палестинского флага: белый, зеленый, черный. Гид сказала, что елку устанавливают перед 24 декабря к католическому рождеству, а убирают ее 18 января после армянского рождества. Я была очень удивлена, так как мы празднуем Рождество 6 января, а не 18. Но армянские священники подтвердили, что в Израиле армянское рождество приходится на 18 января, а почему так и не объяснили. По старому стилю? Не знаю.
Последним пунктом был Храм Гроба Господня. По дороге гид сказала, что если нам повезет, и очередь в Кувуклию не будет слишком длинной, то мы в нее зайдем. Наша группа оказалась удачливой – людей было немного. Мы небольшими группами заходили в Кувуклию на несколько минут, чтобы прикоснуться к камню от гроба Христа. Там же мы зажгли наши свечи от благодатного огня. В это время началась служба. Сначала шли мусульмане-охранники, за ними шествовали греческие священники. Они вошли в зал, где стоял Пуп земли, и начали службу. Наш гид была поражена: она сказала, что за 20 лет ее работы она всего 2-3 раза попадала на службу в храме. Когда мы поднимались в зал по лестнице, меня догнала какая-то тетка и на английском спросила меня: «Ты христианка?». Видимо, она записала себя в какую-то полицию религии. Конечно же, мы зашли и в армянский предел, где был каменный ковер с армянскими надписями и алтарь с армянским крестом.