Хакеры Неограда. Главная уязвимость системы по-прежнему человек
- -
- 100%
- +
— Да он почти не курил, — Нэнад насупился. — А пил уж точно меньше нашего.
— Меньше не меньше, а каждый день и то и другое. — Неманья вздохнул.
— Ну такое.
— Да вот такое, — кивнул Неманья, проводя тыльной стороной кисти по щеке Ирэн, которая подкатила к нему и тоскливо прижалась к руке своей головой.
На время между собеседниками повисла пауза.
— Ну ладно, — Иван резко мотнул головой. — Хрена нам живым ныть. Давайте лучше делать ставки, кто будет вместо Радана. Я бы поставил на Стефана, он толковый парень, из нужной семьи и всё такое, но что-то мне кажется, он сам не особо горит желанием.
— Почему так думаешь? — спросил оживившийся Нэнад. Тема поднятая Иваном его взбодрила, вернув в организм волнение, ушедшее было под давлением тоски.
— Да у него ни одного левого ствола нет. — Иван пожал плечами. — Это ненормально.
— А это показатель? — Нэнад посмотрел на Ивана.
— Да ясен хрен! — воскликнул тот. — Как это…
— Вообще не показатель. Я думаю это Стефан, без вариантов. — Неманья перебил Ивана. — Других вариантов в принципе нет, как по мне. По статусу и степени погружения во все сферы, особенно цифровые, никого даже близко нет кроме Стефана. Готов косарь поставить, что это будет он.
Уверенность и акценты, с которыми Неманья произнёс последние слова, неожиданно задели Нэнада. И он уже собрался ответить товарищу в довольно провокационной форме, но сработал почти безотказный в таких случаях внутренний тормоз. Нэнад умел когда надо брать себя в руки и держать язык за зубами.
— Ну хрен знает. Мне тоже, кажется, что Стефан себе на уме. Слишком уж он погружен в дела игровых клубов, — протянул Нэнад, уверенно изображая сомнения.
— Забьёмся? — Неманья с усмешкой протянул руку.
— А давай! — Нэнад резко шлепнул по руке парня. — Ставлю две сотни, что это будет не Стефан.
— Принимаю один к одному, что это будет он.
Иван разбил рукопожатие.
— Ну хоть какое-то развлечение. — Ирэн изменилась в лице, сменив тоску и уныние на свое обычное шальное выражение. После этого все проследовали к столу.
Усевшись за стол, Нэнад задумался над словами Неманьи. По факту тот, конечно, был прав. Но Нэнад не мог себе представить вариант при котором Стефан решил бы так пошутить над ним. Эта логическая загвоздка напрягла Нэнада, и в итоге он передумал пропускать каждую вторую рюмку, решив пить вместе со всеми.
Иван, порядком раскрасневшийся после пятой рюмки, придвинулся к Нэнаду и без предисловий начал затирать про новые стволы в их арсенале. У него от опьянения случалось словесное недержание и спастись в таком случае можно было только бегством. Нэнаду деваться было некуда, поэтому он оказался идеальной жертвой.
Когда несколько человек встали из-за стола напротив, сказали прощальные слова и затем покинули застолье, Нэнад проводил их спины хмурым взглядом. Это был явный признак того, что никакого публичного назначения не будет. Не зная, что и думать, Нэнад налил себе вне очереди.
— Я те грю на дыне просто персик! — просиял Иван, перехватывая бутылку и наливая себе.
— Нэнад. На пару слов, — раздавшийся за спиной голос Стефана заставил Нэнада вздрогнуть так сильно, что даже Ирэн это заметила.
Нэнад медленно развернулся, посмотрел на Стефана, затем взглянул на опустевший стол правления и кивнул.
— Стеф, здорова! — Иван повернулся к парню и протянул руку.
— Привет-привет. — Стефан приветливо кивнул, отвечая на рукопожатие Ивана и Неманьи.
— Нэн, всё в порядке? — произнесла осторожно Ирэн. Стефан поприветствовал её кивком.
— Конечно, — ответил Нэнад и быстро встал. — Я мигом.
Выйдя из-за стола, Нэнад направился за Стефаном, который проигнорировал попытку Ивана завязать беседу.
— Ты так наваливал на ракию, что я уже начал беспокоиться, — произнёс Стефан с усмешкой, когда они вышли в холл. — Не знаю почему, но планы изменились. Тебя должны были назначить при всех, но Новак в последний момент поменял формат. Правление хочет поговорить с тобой тет-а-тет.
Нэнад кивнул и ничего не ответил, потеряв на вспышке волнения две десятых промилле.
Кабинет Новака Вучича, бессменного главы правления на протяжении всех лет, что Нэнад состоял в нём, находился на четвертом этаже. Они поднимались туда молча.
Перед самой дверью мандраж стал сильнее, но Нэнад сумел с ним справиться. Уверенно кивнув Стефану в ответ на его вопросительный взгляд, Нэнад открыл дверь и вошёл в кабинет с непроницаемым лицом.
— Нэнад Срэчан. Правление клана приветствует тебя, — произнёс Новак манерно, встречая вошедшего коротким кивком.
Нэнад знал два выражения лица Новака: первым тот смотрел мудро и по-отечески, так что хотелось слушать его и доверять свою жизнь; во втором взоре, напротив, присутствовала леденящая душу строгость и жестокость. От последнего у стоящих перед ним людей обычно сильно сжималось всякое в разных частях тела. И вот прямо сейчас в одном взгляде как будто смешались оба выражения. Нэнад видел такое впервые.
Справа от Новака сидела Драгана, беспринципная женщина, голос которой в некоторых вопросах имел даже больший вес, чем у главы. Её волосы были затянуты в тугой хвост, что было известным признаком серьёзности грядущего разговора.
Слева от Новака расположился Зоран, который улыбнулся и подмигнул Нэнаду. Среди всего правления он явно накатил больше всех. На его лице не было ни напряжения, ни строгости. Что бы Нэнада не ждало впереди, один союзник в этой комнате у него, вероятно, имелся.
Именно этот триумвират семей являлся центром принятия всех важных решений клана.
— Новак, приветствую вас. Драгана, мое почтение. Зоран, — произнес Нэнад, поочередно обращаясь к каждому члену и уважительно кивая. Стефан в этот момент незаметно вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.
— Тебе лучше сесть, — Драгана скривила губы в улыбке, взглядом показывая на дубовый резной стул напротив стола Новака.
— Спасибо, — Нэнад кивнул и последовал совету женщины.
— После намёков Стефана, ты, вероятно, ожидал несколько иного формата данного разговора, — начал спокойно Новак, беря рассудительный тембр голоса и поднимая взгляд на Нэнада. — И по правде говоря, он бы таким и был, если бы не один неожиданный нюанс, который нам стал известен буквально сегодня утром.
— Неожиданный и чертовски позорный нюанс, прошу заметить, — проскрипела Драгана, сверля Нэнада взглядом.
Нэнад нахмурился. Он уже догадался, что правление чем-то недовольно, и возможно даже им, но где именно он накосячил было совершенно не ясно.
— Господи, Драгана, ну не так жестко, — Новак нахмурился, глядя на взволнованное лицо Нэнада. — Во-первых, я уверен, что Нэнад вообще не в курсе. Во-вторых, ответственности за дела даже самых близких родственников у нас нет. Да и мы не собирались никого наказывать. — Новак перевел на Нэнада выразительный взгляд. — Однако в связи с тем, что после смерти Радана у нас на тебя и твою сестру были определенные планы, сейчас крайне желательно избавиться от кой-чего, что в дальнейшем может создать не только репутационные риски.
Услышав эти слова, Нэнад недоуменно захлопал глазами. Драгана одобрительно кивнула.
— Зоран, расскажи ему, — Новак бросил короткий взгляд в сторону своего партнера. Тот еле заметно кивнул.
— Нэнад, тут короче такое дело, — начал Зоран, не сумев скрыть неловкости. На пьяном лице это проявилось особенно чётко. — Вчера вечером ко мне заглянул один старый товарищ, работающий в особом отделе МВД, и по старой дружбе поделился довольно специфичным секретом. На днях им кто-то анонимно слил информацию о том, что Ирэн, твоя сестра, занимается созданием и распространением детской порнографии. — На последнем слове лицо Зорана сконфужено зарделось. Драгана, наоборот, строго прищурилась, пожирая Нэнада взглядом.
— Чего? — крякнул Нэнад, не поверив своим ушам.
— Да. Я отреагировал примерно так же. А потом товарищ переслал мне часть материалов, которые они получили. И… — Зоран стушевался ещё сильнее, став практически пунцовым. — И получается так, что Ирэн с помощью искусственного интеллекта обрабатывает свои видео, а затем распространяет их как детское порно.
— Ааа, эээ… — выдавил Нэнад, становясь пунцовым под стать Зорану. Мир вокруг него пошатнулся. — Это невозможно.
— Мы понимаем твоё недоумение, — слово взял Новак. — Так же мы понимаем какая у Ирэн непростая жизнь, и как сильно это может повлиять на рассудок. Но ты должен понимать, что это совершенно недопустимо.
— Я клятвенно заверил своего товарища, что мы сами решим эту проблему, и что не стоит заводить на Ирэн дело, — продолжил Зоран. — Мы не хотим вдаваться в детали и выяснять что, зачем и почему. Поэтому решили поговорить в узком кругу напрямую с тобой. Ты её старший брат, поэтому должен решить этот вопрос.
— Мы очень хотим, чтобы всё закончилось быстро и без лишнего шума, — вставила Драгана. — Это очень важно для всех нас.
— Простите, — Нэнад тряхнул головой, пытаясь переварить услышанное. — Здесь точно нет ошибки? Я просто… не могу поверить…
— К сожалению, нет, — ответил Зоран, отводя взгляд в сторону. — Мне очень неловко это говорить, но я видел собственными глазами твою сестру до и после обработки сетями. Доказательства очень убедительные.
— Какой позор… — пролепетал Нэнад, ощущая себя настолько плохо, насколько это возможно. Ему было сложно принять слова правления, но не существовало причин не верить им. С вероятностью сто процентов сестра устроила за его спиной ужаснейшее непотребство, а он проморгал.
— Да, ситуация неприятная, — произнес Новак. — Но мы не сомневаемся в том, что этот нюанс разрешится наилучшим образом, и в скором времени просто забудется. Человек Зорана пообещал опустить все концы в воду, если Ирэн перестанет продолжать это делать.
— Понял, хорошо, да. — Нэнад несколько раз кивнул.
— Отлично. Теперь, что касается основной темы нашей встречи. Мы решили выбрать тебя в качестве преемника Радана по двум причинам, — на этих словах Новак чуть расслабился и откинулся на спинку своего большого черного кресла. — Во-первых, от этой должности отказался Стефан. Он, скажем так, имеет на это некоторые основания. А во-вторых, помимо тебя сейчас нет свободных и, что более важно, надёжных людей, которые имеют такой разносторонний опыт. А твоя уважаемая семья, везение, свидетелями которого мы в очередной раз стали, и манера ведения дел позволяют выдать большой кредит доверия.
— Мы знаем, что в технологических вопросах тебе помогает Ирэн, и хотим чтобы вы продолжили работать в таком тандеме и дальше, но на более высоком уровне, — добавил Зоран. Нэнад неуверенно кивнул.
— Ты будешь назначен как временно исполняющий обязанности, — произнесла Драгана без душного тона в голосе, стягивая резинку и распуская шикарные длинные черные волосы. — Это несколько уменьшит возмущение, которое в любом случае поднимется от такого назначения.
— Но со временем, если все пойдет гладко, мы проведем официальную встречу и закрепим за тобой должность по всем правилам, — произнёс Зоран. — В курс текущих дел и проблем тебя введёт Стефан. Он же будет помогать большую часть времени на старте. Ну и потом, если нужно будет. От этого он, слава Богу, не отказался.
Нэнад молча кивнул. Он хоть и слушал самую важную информацию в своей жизни, но его мысли крутились только вокруг позора Ирэн.
— Понятно ли тебе всё? — спросила Драгана после затянувшейся паузы уже совсем мягким голосом.
— Да, кажется, да.
— Хорошо. — Новак хлопнул в ладоши и слегка улыбнулся. — Прогресс по вопросу с Ирэн мы проверять не будем. Думаю, тут мы можем полностью положиться на тебя.
— Мой товарищ пообещал в случае чего держать меня в курсе. — Зоран посмотрел на Нэнада. — Но я очень надеюсь, что нам больше никогда не придётся возвращаться к этой теме.
— Конечно, это даже не обсуждается, — протараторил Нэнад.
— В таком случае, на сегодня всё. — Драгана улыбнулась.
— Спасибо за доверие. Я всё сделаю. Я не подведу. — произнес Нэнад, неуклюже вставая.
— Мы не сомневаемся, — кивнул Зоран. Ему вторили Новак и Драгана.
Выйдя из кабинета, Нэнад облокотился на стену и закрыл глаза. К таким поворотам судьбы он не был готов.
Глава 4. Гуру
Небоскрёб «Западные Ворота», известный в прошлом как Башня Генекс, был четвёртым по высоте зданием Белграда. Построенный на месте старого небоскрёба, он сохранил его знаковую архитектуру: две плоские башни, разделённые широким проёмом и соединённые стеклянным мостом с Парящим Рестораном. В отличие от своего предшественника, ресторан начал работать сразу после открытия и быстро вошёл в число самых престижных заведений страны.
Парящий Ресторан был излюбленным заведением Олега Шишкина, более известного как Гуру. Олег очень любил смотреть на город сквозь прозрачный пол заведения, когда оно во время своего кругового движения проходило над пустотой. В этом действии он, впрочем, ничем не отличался от других посетителей этого места. Особенно от тех, кто бывал здесь первый раз, как, например, некоторые его партнеры.
Впрочем, Олег ходил в этот ресторан не только ради сделок. Сегодня он был на обычном бизнес-ланче, скромно сидя за столиком в углу общей залы и глядя на изыскано приготовленную гурманскую утку из нового меню. Он часто обедал в одиночестве, отдаваясь в этот момент своим мыслям и чаяниям.
— Дорогая! — Олег поднял руку и щёлкнул пальцами, обращаясь к молодой симпатичной официантке, которая стояла неподалеку в ожидании распоряжений.
— Что изволите? — произнесла брюнетка с осиной фигурой и пухлыми губками, оказавшись у столика за считанные секунды.
— Сделай, пожалуйста, скромный снимок меня и этой утки. — Олег кивнул на блюдо и подал ей свой смартфон, запущенный в режиме съёмки.
— Да, конечно, — девушка улыбнулась, осторожно беря смартфон и начиная прикидывать, как тут можно умудриться сделать скромный снимок.
Олег поправил хвост волос, подвинул ближе бокал вина, затем сложил руки перед собой на столе и смиренно наклонил голову. Блюдо выглядело красиво и очень скромно, поэтому он решил отметить этот факт в своем публичном сетевом профиле.
После нескольких попыток снимок получился что надо. Чистое голубое небо на фоне, диетическая утка, серая холщовая рубашка, сшитая ему полгода назад скромным модельером, и смиренный взгляд идеально вписывались в его публичный образ. Если бы ещё нос картошкой и морщинистые мешки под глазами так не выделялись… Но тут ничего нельзя было поделать. Время брало своё, а сделать неприметную операцию или подтяжку уже не было возможности. Кроме остановки роста волос на лице он не позволял себе других модификаций.
Скинув фото помощнице и сообщив под каким соусом он хочет подать снимок, Олег поблагодарил официантку, послав ей свою коронную улыбку и приступил к еде. Блюдо оказалось очень вкусным, но слишком уж лёгким. Быстро разделавшись с ним, Олег заказал классическую плескавицу.
Ресторан постепенно заполнялся людьми и фоновым шумом. Окинув взглядом посетителей, Олег не увидел знакомых, и повернулся к панорамному окну, глядя на проползающий мимо мегаполис.
Последнее время у Олега было отличное настроение. Непрекращающаяся война на Ближнем Востоке гарантировала бесконечный поток дешёвых ресурсов, новых клиентов и последователей было хоть отбавляй, а каких-либо проблем не наблюдалось уже лет пять, если не больше. Стабильность, наступившая в его жизни, радовала Олега. Он чувствовал, что к своим шестидесяти годам сделал достаточно, чтобы перестать находиться в постоянной борьбе, и эти мысли приносили ему удовлетворение.
На таком фоне его жизненная энергия била ключом. Ещё перед обедом у него появилось желание выпороть кого-нибудь, поэтому за трапезой он перебирал варианты. Официантка намёк поняла, но очень вежливо и стеснительно отказала ему. Смиренно кивнув, мужчина попросил счёт и забронировал себе аэротакси.
Расплатившись за обед и оставив хорошие чаевые, Олег вышел из ресторана на стеклянный мост, который соединял башни. Прилетевшая несколько минут назад капсула ждала его на взлётной площадке на второй башне. Забравшись внутрь, мужчина надел наушники, откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Снаружи раздался приглушенный шум заработавших винтов мультикоптера. Через несколько секунд пассажирская капсула поднялась в воздух и полетела в направлении загородного особняка Олега.
Он почти неделю не видел своих любимых сыновей, и после отказа официантки решил изменить планы. Сегодня вечером он собирался убить сразу двух зайцев: побыть заботливым отцом и заодно развлечься с матерью своих самых удачных детей.
Когда коптер приземлился на площадке особняка, Олег находился в состоянии сексуального возбуждения. Во время полёта он не удержался и посмотрел одно из свежих видео с пытками и казнью молодого курда, которое недавно смонтировала его команда. Сценарий был довольно стандартный, но новый человек есть новый человек. Получаемые эмоции даже от просмотра видео с годами не ослабевали.
Однако на половине пути к особняку Олег нахмурился. В конце дорожки, окруженной с двух сторон благоухающими цветами и ухоженным кустарником, стояла Светлана — единственная женщина, которая смогла родить ему здоровых сыновей. Напряжённая поза в которой стояла женщина не сулила ничего хорошего. Увидев заплаканные глаза женщины, Олег стиснул челюсти.
— Прости меня, отче! — Светлана сорвалась с места и бросилась в ноги к Олегу, когда тот подошёл достаточно близко. — Прости, что не уследила! Прости и помилуй… Прошу! Умоляю!
— Что… — начал было Олег, но осекся, посмотрев на Альфреда, его семейного доктора, который со скрещенными на груди руками стоял в дверном проёме террасы. На его морщинистом лице пролегла тень, а умудренные опытом голубые глаза с беспокойством смотрели в сторону Гуру.
— Атипичная лихорадка, африканский штамп, — произнёс холодным голосом Альфред, делая несколько шагов навстречу и выдерживая суровый взгляд Олега. — У младшего.
— Твою мать! — процедил Олег, ощущая холодную поступь мурашек по спине. — Где он подцепил это дерьмо? — Мужчина опустил гневный взгляд на Светлану. Женщина начала рыдать, вцепившись в его бедро.
— Скорее всего во время отдыха в Египте, — ответил Альфред за женщину. — Там как раз обнаружили вспышку. Неудачное совпадение.
— Проклятье! — Олег сжал кулак, но на глазах Альфреда прикладываться к Светлане не стал, решив разборку с ней отложить на потом. — Какой прогноз?
— Без иммуностимуляторов и госпитализации — плохой, — произнёс беспристрастно доктор. — И Андрея нужно срочно привить.
Олег скрипнул зубами. Его пацаны не были привиты — он растил детей в максимально натуральных условиях, ибо считал, что только так они могут стать по-настоящему сильным.
А между тем Руслан был не просто четвертым естественно рождённым сыном. Он являлся его самым любимым ребёнком от женщины, которая должна была стать матерью множества детей. Но, к великому сожалению, после рождения Руслана Светлана ради сохранения собственной жизни лишилась возможности рожать ещё. Это сильно ударило по Олегу, который, как тогда казалось, наконец-то нашёл нужную ему роженицу.
— Олег, — произнёс тихо Альфред, беря мужчину под локоть и взглядом показывая Светлане, чтобы та исчезла с глаз долой. Она намёк уловила, отцепилась от Олега и скрылась за дверью задней пристройки. — При всём моём уважении к твоим принципам, я считаю необходимым как можно скорее начать применение иммуностимуляторов и дальнейшее восстановление здоровья Руслана с помощью современной медицины. Пока ещё есть время.
Мужчины отошли от здания и направились по дорожке к парку, который находился в стороне от особняка. Олег никак не отреагировал на слова доктора, молча достав из кармана чётки и погрузившись в свои мысли.
— На правах не только доктора, но и вашего друга, я буду откровенен, — продолжил Альфред, поправляя кончики седых усов. — Вы уже не молоды, вы не сохранили в своё время свежего семени, генетические модификации всё ещё не дают надёжного результата, поэтому вероятность появления у вас здоровых детей уменьшается каждый день. И я имею в виду детей обоих полов, не только сыновей, проблема с которыми никуда не делась. Вы читали мой последний отчет по здоровью ваших дочерей, рожденных за последние несколько лет?
— Нет, — соврал Олег. Он начал читать, но не закончил. Слишком паршивая информация там была. — Мне неинтересна жизнь дочерей.
— Понимаю, — Альфред кивнул, на мгновение давая волю своим эмоциям, проявившимся в движении его бровей и губ. — Однако в том отчёте есть важная информация. Многие ваши дочери либо рождаются с отклонениями, либо…
— Я в курсе, не слепой! — Олег грубо оборвал доктора. Вот только отчёта о его плохих генах ему сейчас не хватало.
После этого воцарились тишина, нарушаемая лишь шуршанием листьев деревьев от легкого ветерка и шорохом шагов мужчин по гравийной дорожке. Злость и досада исчезли с лица Олега так же быстро, как и появились. Он уже принял решение и теперь обдумывал каким образом сможет извлечь из этой ситуации свои бенефиты. Прогулка вместе с Альфредом по парку успокаивала Олега, поэтому он решил растянуть её на подольше.
— Альфред, — произнёс через какое-то время Олег. Он остановился, взял доктора за обе руки и посмотрел прямо в глаза. — Спасай моих сыновей теми способами, какими считаешь нужным. Но сделай это так, чтобы ни одна божья тварь не усомнилась в моей вере. Мы обсудим заявления, которые нужно будет сделать. Ты должен понимать, насколько это важно.
— Разумеется, я всё понимаю, — Альфред кротко улыбнулся. — Спасибо тебе, Олег. Это очень мудрый поступок. Я убежден, Господь одобрит это решение, ибо оно спасёт жизни его достойнейших сынов.
— Будем молиться об этом, — промолвил Олег, кивая. — Все будут молиться об этом.
— Да, отче, — Альфред крепко сжал руки своего друга. — Позволь мне скорее направиться к Руслану и исполнить волю Божию.
— Позволяю, — Олег кивнул, отпуская мужчину. — Позволяю.
Проводив взглядом Альфреда, Олег положил чётки в карман и хрустнул костяшками пальцев. Ситуация напрочь лишила его настроения и выбила из духовной колеи, но доктор был прав. Господь не даровал ему вечной молодости или хотя бы возможности обновлять до седин своё семя, поэтому смерть Руслана стала бы для Олега очередной невосполнимой потерей. За самым первым сыном в своей прошлой жизни он не уследил, и сейчас повторять этот опыт не собирался.
Прочитав молитву за здоровье детей и осенив себя крестным знамением, Олег достал смартфон и набрал Джинни, свою помощницу. Ему требовалось перепланировать ближайшую неделю, освободив как можно больше времени для внеочередной проповеди, которую Олег решил провести в контексте болезни его сына. Прожив больше полувека, Олег прекрасно знал, что посылая ему испытания, Господь всегда давал возможность компенсировать случившуюся потерю или лишение. И этот раз не был исключением.
Обсудив с помощницей основные моменты и назначив на понедельник начало организационных работ, Олег встретился со Светланой и старшим сыном, Андреем. Женщина к этому времени успокоилась, узнав от Альфреда, что их сына спасут. Взяв своего восьмилетнего сына на колени, Олег спокойно и доходчиво объяснил Светлане, как она должна себя вести, что может говорить, а что нет. Женщина, ещё час назад попрощавшаяся со своим сыном, слушала мужчину, упав на колени.
— Как жаль, что ты не успела родить мне больше сыновей, — в очередной раз напомнил Олег, отпуская сына к няне, и убирая руку от рта женщины. Та подняла на него раболепный виноватый взгляд.
— Умоляю, прости меня, отче. — Светлана склонила голову, поправляя выпавшую из-под платка длинную прядь русых волос.
Олег промолчал, чувствуя как в его теле разгорается желание. Униженный взгляд больших голубых глаз Светланы и заискивающие мольбы возбуждали его с чудовищной силой.
Проведя рукой по лицу женщины, Олег дотронулся пальцами до её губ и сильно надавил. Светлана послушно взяла его пальцы в рот и начала старательно обсасывать.
— Ты должна будешь заслужить прощение за все свои ошибки, — произнёс Олег с вожделением, грубо хватая Светлану за язык и заставляя поднять голову. Женщина покорно заморгала, готовая принять и исполнить любую волю своего покровителя.