ЗаКонъ

Глава

День за днем

— Снова выходной! — Даша села на постели и взъерошила волосы: эта привычка образовалась у неё с детства. — Скука смертная: вставай, чисть зубы, умывайся, одевайся и придумывай, как себя развлечь. Изо дня в день одно и тоже. Где магия? Где безмерное счастье? Где "ура, я отыскала смысл жизни!"? «Загадай желание, следуй намеченной цели, думай о хорошем и тогда будешь счастлива», — твердят психологи, да толку. Год я пытаюсь добиться поставленной цели, мечтаю и представляю всё в красках. — Даша скорчила кислую гримасу. — Семь дней назад загадала желание: «Пусть моя жизнь будет полна незабываемых приключений!». И-и-и? — Она осмотрела комнату, отыскивая следы видимых изменений. — Пусть всё катиться к прабабушкам и прадедушкам! Объявляю забастовку — буду лежать в кровати до посинения. — Она упала на подушку. — Интересно, можно помереть по желанию? Было бы здорово: захотел и — «покойся с миром» с печальным видом говорят те, кто пришёл проводить уме́ршего в последний путь, а ты лежишь в гробу и не замарачиваешься из-за того, что выглядишь не так эффектно, как на фото пятилетней давности! — Даша приняла позу покойника. — Но что, если захочется вернуться? «О, нет! — провозгласят ангелы. — Мы выдаем билеты лишь в один конец!». Подождите-ка, а как же перевоплощения! Сегодня ты синий кит, а пару веков спустя — султан Агрибат Пашапеевич! И всё по новой: вставай, чисть зубы, умывайся, одевайся и придумывай, как себя развлечь в выходной. Зараза! Помереть не получится — настроение не то. Придётся ползти умываться.

Даша включила музыку, пританцовывая, умылась, оделась, вскипятила чайник, пожарила яичницу, сделала пару тостов с маслом и поела.

Она деловито осмотрела пространство и убедилась, что уборка тому не требовалась. Пыль накануне стёрта с лица земли, светлый ламинат натёрт до блеска, цветы политы, рабочий стол, грамотно внедрённый при изготовлении мебели в небольшую стенку, чист, кресла и накидушки выбиты, кровать прибрана, — одним словом, порядок!

Даша прошла в нишу, где стояли кровать и гардероб, перемерила несколько нарядов, остановилась на тёмно-синем джинсовом костюме и длинной белой рубашке с полукруглой кромкой, которую при желании можно было надеть на выпуск, покривлялась перед зеркалом, покрутила у виска отражению и рассмеялась оттого, как чу́дно и чудно́ выглядела (её позабавили огромные глаза и взлохмаченные волосы), вспомнился мультфильм «Остров сокровищ» и необычные характеристики героев. Даша тут же составила и себе юмористический портрет.

Исмаилова Дарья Андреевна — очень хороший и «скромный» человек. Вежлива, правдива, остроумна, добра, слушает родителей, не хамит старшим, но, если хамят ей, умело огрызается. Тип личности оптимистический, сангвинистический, почти юмористический. Характер взрывной, опасный для окружающих. Лицо прямоугольное, брови восходящие, глаза серые, большие и любопытные. Волосы каштановые, волнистые и взлохмаченные. Лоб круглый, временами напрашивается на лёгкий щелбан. Рост средний, сложение худощавое. Барышня находится в свободном полёте, так что потенциальные женихи рассматриваются. Живёт в однокомнатном гнезде, куда временами таскает всякий жизненно необходимый хлам. Работает с удовольствием и нездоровым азартом. Спит без задних и передних ног и при этом временами ворочается.

Для завершения портрета не хватало фотографий в профиль и фас. Даша не растерялась и с помощью пальцев изобразила съёмку.

Всё! С портретом покончено, можно переходить к работе.

Двигаясь в музыкальном темпе, Даша разобрала документы, которые скопились на подоконнике, вымыла посуду, подкрасилась и отправилась в магазин за продуктами.

Прохожие косились на неё из-за странных движений, которые она воспроизводила, но её это мало волновало: жизнь одна, мнений много — всем не угодишь. По дороге обратно она остановилась во дворе и покачалась на качелях. К этому детскому развлечению с возрастом она ничуть не охладела и потому не понимала, почему во дворах перестали устанавливать качели для взрослых. Они что не люди? Да и дети не все маленькие. Есть же подростки.

Вернувшись домой, Даша быстро пожарила картошку и нарезала салат. Она обожала крутиться в своей шестиметровой кухне под названием «всё под рукой», оформленной в стиле ретро кафе. Обои под лозунгом «Мир кофе», деревянные панели, бра над столом по центру, венские стулья с полукруглыми спинками, картина с патефоном с одной стороны и экспозиция с пластинками с другой.

Хозяйка пообедала, села за компьютер и дописала статью, которую планировала показать на работе, включила аудиокнигу и, пока слушала, проутюжила белье.

Она позвонила родителям и убедилась, что у них всё в порядке. Потом снова включила музыку и упала на кровать, не зная, чем себя ещё занять. Вспомнила о любимом увлечении, вскочила, вытащила карандаши, бумагу и нарисовала гориллу, которую видела в зоопарке на прошлых выходных. Та вышла забавной и немного озорной. Даша порадовалась результату, всё убрала и включила корейский сериал — триллер, который быстро помог забыться. Сюжет умело держал в напряжении, да и актерский состав не подвёл. В любовную линию не внесли лишних соплей: чувства, есть чувства, кривляния и томные вздохи-охи там ни к чему. В повествование не встроили подмены понятий, вроде «богатый = успешный», или «молодой руководитель конгломерата», или «национализм = патриотизм». В структуре не замечалось нарушения логических связей: неземная любовь к тирану, или долгое любовное объяснение во время гонки на выживание.

Даша не любила веянье моды — снимать для всей семьи. Любовные страсти на фоне мести, драк и убийств плохо воспринимались.

Не нравилось ей и стремление корейцев к идеальной красоте. Что ни актер, то модель. Параметры 60/60/60 свойственны доске или брусу, но не человеку. Рост 190 см, вес 40 — 70. Не герои, а ходячие обложки известных журналов. К тому же, в погоне за идеалами, многие актеры, они же модели, они же певцы, делали пластику и становились «одинаково красивыми». Индивидуальность стиралась, харизма пропадала под слоем тонального крема и умелого макияжа. Отличить «Ким Хи Джин» от «Ли Су Ён» не было возможности.

Хвала небесам, в триллере, найденном Дашей, герои походили на людей: мужчины с пулевыми ранениями не скакали по крышам движущегося транспорта, женщины не выходили из душа с макияжем.

Стандартные шестнадцать серий дорамы посмотреть не удалось. На шестой серии Даша поймала себя на том, что несмотря на стремительное развитие действий, она клюёт носом. Даша выключила компьютер, обратила внимание, что за окном светает, расстелила постель и упала в мягкие объятия подушки с одеялом.

Ещё один выходной ушёл в небытие.

— Ура, понедельник! — несмотря на недосып, Даша соскочила с кровати. — Если любимый главред будет в ударе — работа закипит, а ум жаждет скрипа, трения, рождения образов и мыслей. Он готов поставлять оригинальные идеи, которые обязательно задвинут далеко на полку, потому что не пришло время свободы слова, но она всё равно вставит свои пять копеек, за что получит нагоняй и будет довольна до соплей. Высказаться удалось, жизнь прошла не зря. Ха-ха-ха, свободомыслящие огребают, помирают, но упрямо идут вперёд! Их жгли, топили, казнили, а результат тот же. Юху! — Она победоносно вскинула зубную щётку и посмотрела в зеркало. — Мать, опять тебя занесло, — набрала в рот воды и сплюнула в раковину пенную жидкость.

После получаса езды на общественном транспорте, (переполненный душный автобус), наконец, показалось старинное кирпичное здание с парадным входом, колоннами, пилястрами и балюстрадой — место, где она, возможно, проведёт большую половину жизни, где по правилам современного тотального контроля, будет вынуждена крутиться у всех на виду, почти как рыбка в аквариуме: отдельные кабинеты долой, да здравствует отсутствие перегородок. От уныния спасала уникальность архитектурного решения. Что ни помещение, то шедевр. Работать в таком пространстве — удовольствие. Возможно, лепить кабинеты в здании — кощунство, и Даша на корню не права. Ведь изменения затронут уникальный проект и перекроят то, что создал талант.

Даша быстро поднялась на пятый этаж, где располагался офис журнала «Стиль». Их отдел состоял из трёх просторных помещений: общего офиса, кабинета начальника и конференц-зала.

Даше нравилось, что пространство грамотно организовали и оформили в холодных сине-голубых тонах. Это и успокаивало в моменты творческого кризиса, и расслабляло в минуты мозговых перегрузок, и доставляло эстетическое удовольствие в любых ситуациях.

Как только она открыла дверь, расплылась в довольной улыбке — ещё каких-то двадцать пять шагов, и светло-серая рабочая поверхность стола будет целиком и полностью принадлежать ей.

Она вдохнула полной грудью — пахло каким-то отделочным материалом, камнем, чьими-то ненавязчивыми и приятными духами, новой техникой и, естественно, бумагой. Уже гудели компьютеры, тихо переговаривались коллеги, шуршали листы переворачиваемых документов.

«Вот он — рай земной!» — Даша поспешила к столу, но неожиданно поскользнулась и плавно спланировала под стол. При этом она сильно ударилась ногой и затылком. Из глаз незамедлительно посыпались искры. Не в силах подняться, Даша лежала и смотрела в тёмно-синий потолок с люстрами.

— Что делаешь? — озадаченно спросила Яна Владимировна — коллега, сидевшая через пару столов.

Чтобы не расплакаться от боли и обиды, Даша ляпнула первое, что пришло в голову:

— Звёзды считаю. Мне всегда говорили, что днём они лучше видны из колодца, но это враки — из-под стола они светят куда ярче. Протяни руки и бери! — Она изобразила собирательное движение и только потом потёрла ушибленное место.

Яна подозрительно нахмурилась: «О каких звёздах речь?». С первого дня ей не нравилась эта странная особа, у которой всегда было что сказать. Она натянуто улыбнулась и перечитала подготовленный материал.

В это время Даша составила и ей портрет, но уже в готическом стиле, то есть мрачный и зловещий: Яна Владимировна Гонорова — умная женщина чуть старше средних лет, предпочитает строгий стиль во всём, будь то одежда или жизнь, рост имеет высокий, так как стремиться подняться над всеми, голос строгий, от которого бросает в дрожь, взгляд оценивающий или хмурый, отчего кажется злее, чем есть, лоб большой, скулы высокие, брови круглые, лицо овальное, нос прямой, рот большой, того и гляди сожрёт. Улыбается редко. Если одеть в чёрную одежду и сделать макияж в тёмных тонах, сойдёт за вампира. Умела ли эта женщина, прокусывая шею, пить кровь, Даша не знала, зато знала, что при возникновении конфликтной ситуации, коллега высасывала из соперника все силы. Жажда «кровушки» поражала воображение.

Максим, занимавший должность дизайнера, наблюдал за сценой со стороны. Его, как и Дашу, считали странным. Но пришедшую недавно «лихачку» не понимали, потому что она была чрезмерно активной и не в меру изобретательной, а Максима сторонились и побаивались, потому что он был молчаливым, сдержанным и въедливым. Коллеги быстро закрепили за ним прозвище «ядовитая смесь». Его наблюдательный взгляд настораживал, а светло-синие глаза, которые контрастно выделялись на фоне чёрных, волнистых, забранных назад волос, казалось, обладали рентгеновским облучением. Прямоугольное лицо и длинные брови придавали лицу строгость.

Заметив падение коллеги, он нахмурился: невооружённым глазом было видно, что ей больно, но, когда она произнесла тираду о звёздах, невольно, еле заметно улыбнулся (сохранить чувство юмора в подобной ситуации способен не каждый), поймал себя на этом и снова нахмурился.

Кирилл Алексеевич Разов, главный редактор и начальник конторы, тоже видел стремительное падение. Про себя он отметил, что Даша сумела обратить на себя внимание его друга. Он задумчиво потёр подбородок, убедился, что подчинённая жива и здорова, и ушёл к себе в кабинет.

Максим подошёл и протянул молодой женщине руку. Та аккуратно поднялась и осмотрела одежду — и джинсы, и белую рубашку украшали мокрые кофейные разводы.

— Таким оригинальным способом я кофе ещё не принимала. — Взглядом она искала салфетки, чтобы привести себя в порядок.

— Лучше переоденьтесь, иначе будете ко всему прилипать, — посоветовал Максим.

— Есть запасной костюм моего размера? — острила Даша, чтобы не чувствовать себя неловко: мало того, что брякнулась у всех на виду, так ещё походит на чумичку. Идеальный момент для более тесного знакомства.

— Есть серая водолазка. Что касается нижней части гардероба, то напротив офиса магазин одежды.

— Знаете местечко, где можно душ принять? — распылялась Даша.

— Душ? — Максим сначала впал в ступор: не сразу сообразил, при чём тут душ, но, когда понял, ответил острячке под стать. — Могу полить вас из кружки. — Он указал на посуду, стоявшую у Даши на столе.

Та в красках представила картину: они стоят в туалете, поливаются и тут входит сдержанная и чопорная Яна, закатывает глаза, падает от непристойного зрелища в обморок, следом, споткнувшись о её ноги, расстилается Виталий, за ним Алина — вместо скромного душа, они всей толпой едут в больницу, где многоуважаемый врач ставит им диагноз — «отупение из-за однообразности рабочих будней».

— Коллеги нас не поймут, так что придётся обойтись влажными салфетками. — Она быстро дала задний ход: тихоня оказался весьма сообразительным. — За водолазку — спасибо, она меня здорово выручит.

— Сейчас принесу. — Максим прошёл к зоне отдыха, где стоял узкий высокий шкаф для сотрудников.

Даша купила прямые тёмно-синие брюки, затем, как могла, привела себя в порядок в туалетной комнате, надела серую водолазку и после вернулась на рабочее место. Вовремя. Из кабинета вышел Кирилл Алексеевич и объявил:

— Общий сбор. Есть идея, которую я бы хотел с вами обсудить.

Через пять минут все сидели за большим, овальным, тёмно-коричневым деревянным столом в конференц-зале. Чёрные ортопедические кресла с высокими спинками позволяли следить за осанкой, но не давали возможности расслабиться. Большой экран, на котором демонстрировались презентации, и трибуна, за которой стоял Кирилл Алексеевич, привлекали внимание. Экран яркими красками, а начальник — представительным видом. Шторы блек-аут вкусного шоколадного цвета кто-то предусмотрительно задёрнул и теперь дневной свет не мешал наслаждаться рабочим процессом.

— Хочу вас расшевелить и устроить конкурс на лучшую статью и её оформление. Предлагаю разбиться на пары и применить в работе лучшие навыки. Та пара, чья статья победит, получит премию и главные страницы в своих разделах. Срок — неделя — говорил Кирилл, пока Даша скользила взглядом по предметам, составляющим обстановку зала.

Даша любила большие помещения: в широком пространстве легко дышалось и лучше думалось, словно мозг освобождали от лишних оков.

Яна Владимировна, которая щепетильно относилась к работе, решила взять инициативу в свои руки и выбрать наилучшего партнёра прежде, чем его перехватят.

— Я не прочь поработать с Максимом Николаевичем. — «Он странный, но дело знает хорошо, — рассуждала она, — а мне, как, впрочем, всем, нужна только победа».

— Я уже распределил вас по парам. Список на экране. — Кирилл Алексеевич нажал кнопку на ноутбуке, и проектор отобразил принятое решение.

«Свезло, так свезло. — Даша вжалась в спинку кресла; её имя стояло напротив въедливого малоразговорчивого Максима. — За полгода, проведенных в коллективе, сегодня я услышала от него рекордное количество слов. Может, стоит выучить язык жестов — изъясняться будет проще. — Она аккуратно закусила левый уголок нижней губы и с трудом удерживалась, чтобы не скорчить гримасу. — Почему этот перфекционист свалился на мою голову? Чувствую, тучи сгущаются, гроза надвигается, даже озончиком отдает, до бури недалеко, как говорится — запахло жаренным. «Дарья под соусом "результатто трудетто"» — звучит вкусно». — Она сделала пометки в блокноте.

«Ничего кроме имени я о ней не знаю. — Максим временами поглядывал в сторону новоиспеченной партнерши, которая сидела от него наискосок. — Кирилл что-то задумал или я стал чересчур мнительным? Когда работаешь один, полагаешься только на свои силы. Я к этому привык и это меня вполне устраивает. Теперь же придётся довериться коллеге, о профессиональных навыках которой мне толком ничего не известно. С виду она походит на человека, у которого чувства на первом плане, значит, любое отклонение от задуманного, скажется на результате. Боюсь, это приведёт к печальным последствиям. Утренний случай с падением — яркий тому пример. К тому же, я буду вынужден, хочу того или нет, общаться с ней, поддерживать разговор, придумывать темы для бесед — обычная утомительная муть. Надо что-то сделать, чтобы избежать подобного "счастья"».

— Нам следует составить план работы. — Максим дал понять, что не намерен отвлекаться от поставленной цели.

«Началось! Проект — "Скука смертная" открыт. Аминь!» — в знак согласия Даша чуть склонила голову.

— В этом вопросе я доверюсь вам. — Она надеялась, что, уступая и позволяя командовать, избежит проблем.

«Похоже, она намерена свалить всю работу на меня, — теперь Максим разглядывал её, слегка прищурившись».

— Что если я составлю расписание, а вы не сможете его придерживаться, так как не учли собственного графика?

— Я подстроюсь, — мягко улыбнулась Даша.

— Хорошо, — в глазах собеседника промелькнул недобрый огонёк.

Даша невольно сжалась: «Мне кажется, соус будет называться не "результатто трудетто", а "поминки провидетто". Судя по выражению, появившемуся на его лице, он намерен уничтожить меня ещё до начала проекта. Когда буду возвращать водолазку, подложу в пакет коробку конфет или банку кофе — вдруг поможет. Но что если он не любит кофе, а на шоколад у него аллергия? Бедненький, он посереет, покроется аллергической чешуей и мне назло преобразиться в чудовище. Не попасть бы впросак. Надо разведать, как штурмовать крепость "Самозабаррикадетто". Попытаюсь быть полезной. Ему должны нравиться исполнительные люди».

Иждан Эмма Давидовна, рыжеволосая дама с бесцветными чертами и хитрым прищуром, который, казалось, никогда не сходил с лица, оказалась в паре с Яной. Сообразив, с кем придётся трудиться, она недовольно поджала губы, но усмешка осталась: «Уж лучше бы попалась вертлявая заноза Даша, чем умная зануда Яна. — Она мельком глянула на обеих».

Эмма работала в журнале так давно, почти с истоков, что считала себя вправе выбирать, но Кирилл каждый раз словно нарочно вставал у неё на пути. Казалось, он угадывал её скрытое желание наладить в коллективе подводные течения.

Виталий и Алина, самые молодые работники, пожали плечами. Это выставленное напоказ безразличие разозлило Кирилла.

— Имейте в виду, что размер премиальных выплат будет зависеть от результата. Хорошие продажи — тугой кошелек. Надеюсь, эта прямая зависимость подстегнет вас. Всем удачи, — закончил он на позитивной ноте, собрал бумаги и вышел.

— Хорош собой, но чересчур предприимчив. Однако самый большой его недостаток в том, что женат. — Эмма Давидовна томно вздохнула, провожая взглядом стройную фигуру начальника. — Я без ума от его профиля, не идеальный, но чётко прописанный. Интересной нахожу привычку поджимать губы.

— Смею напомнить, у нас не брачная контора. — Яна Владимировна не понимала, как можно так откровенно пожирать взглядом мужчину. Чтобы освободиться от внутреннего возмущения, она тряхнула плечами.

— Почему одно должно исключать другое? — изумилась Эмма и продолжила гнуть свою линию. — Где рабочей женщине искать мужа? Ответ очевиден.

— Приглядитесь к директору. Игорь Михайлович — завидный жених. — Виталий не пытался скрыть улыбку.

— Старый холостяк с головой на плечах? Смерти моей хочешь? — Эмма замахнулась на Виталия блокнотом. — Руководство на работе и дома — тихий ужас! Его внезапные «кхм» парализуют меня, словно он всё знает, но не говорит. Слава силам небесным, что мы переехали в новый офис на другом конце города.

— Хватит мыть кости начальству, — осекла всех Яна Владимировна: разговор мог уйти в ненужное русло. — Предлагаю обсудить детали совместной деятельности, — не дожидаясь ответа, она поднялась и кивнула Эмме. Та была вынуждена пойти следом.

— Ну что ему спокойно не живётся?! — эмоционально выпалила Алина — приятная девушка с мягкими чуть пухлыми чертами лица. Она порывисто поднялась. — Теперь не миновать дополнительных умственных хлопот. А-а-а! Ни минуты покоя в этом суматошном месте! — Она вышла, продолжая ругаться.

Виталий снова пожал плечами, нарисовал смайлик в правом углу тетради и поспешил за ней. Коллеги проводили взглядом его плотную, но подтянутую фигуру. Длинные волосы Виталий собирал в хвост, который теперь забавно топорщился.

Напряжение, которое чуть ранее зародилось между Максимом и Дашей, наполнило комнату. Чиркни спичкой — всё взлетит к чертям.

— Постараемся! — аккуратно и тихо вставила Даша, чтобы разрядить обстановку. Хотят они того или нет, им придётся поладить.

— Хорошо бы не спутать приставки «по-» и «пере-», — сухо прокомментировал Максим.

«Он считает меня чрезмерно активной или, что гораздо хуже, несобранной?» — Даша выдавила улыбку. Она открыла рот, чтобы сменить негативный настрой, но и чувство юмора, которое никогда не подводило, на призыв не откликалось. — «Болото "Влипалетто" с вязким вкусом — мой вердикт на сегодня. Потонула по самое некуда». — Она сверлила глазами страницу блокнота, где в тридцатый раз с силой выводила слово «подстроиться».

Придя домой, Даша устало опустилась на кровать, откинула голову и замерла.

«Весь вечер потратила на то, чтобы разведать о Ладове Максиме Николаевиче хоть что-нибудь, но кроме незначительных деталей — ничего. Создается впечатление, что он намеренно сторонится людей. Если так, трудные предстоят деньки. С первого взгляда видно, что он меня недолюбливает. Только не понимаю, зачем утром помог? — Даша оттянула ворот водолазки и посмотрела на ткань. — Чем вызвано проявление человечности и мягкости? Моим жалким видом? Скрытый гуманист в чехле "держись подальше, а то покусаю". Сочетание, однако. На повестке дня вопрос: как понравиться коллеге, которому никто не нравится? На ум приходит только один ответ — следовать по пятам и быть полезной, грандиозные идеи засунуть куда подальше и мило улыбаться при возникновении конфликтных ситуаций. Раз с манерой поведения определилась, стоит расслабиться».

Даша приняла горячий душ, поужинала жаренной картошкой с маринованными грибами и целиком отдалась простой телефонной игре, где не требовалось мозговой работы, а только умение тыкать пальцем в экран. На сон грядущий она послушала музыку и мирно уснула.

Мечта сбывается

«О, как приятно! — Даша чувствовала, как мягкая кисть скользит по лицу. Она поняла, что ей делают макияж. — Что за счастье! Хоть во сне можно почувствовать себя человеком. Интересно, как я выгляжу после работы профессионалов?». Она отстранила руку, наносящую последние штрихи, и, желая, как следует себя рассмотреть, подалась к зеркалу. Первые две-три секунды Даша пребывала в немом оцепенении, потом испуганно заорала на всю гримерную.

— Мать мою! Мать мою!

— Позвать вашу мать? — спросила обалдевшая от крика ассистентка визажиста.

— Мать твою! — продолжала причитать Даша, не понимая, что происходит.

— Мою мать? — девушка побледнела ещё больше и не раздумывая побежала за главным: видно звезде не понравился результат.

— Что происходит? — в комнату стремительно вошёл визажист — мужчина на вид лет пятидесяти. Он был подтянут и дорого одет.

— Что это такое?! — Даша указала на отражение.

— Твой образ на сегодня. Ты хотел именно такой.

— Я — транс…ал? — Даша ткнула в себя указательным пальцем.

— Ну, да! Мы долго шли к нужному результату. На днях даже волосы покрасили в естественный песочный блонд. Внешность — то, что нужно!

— И зачем такой… — не находя слов Даша жестикулировала руками, но потом нашлась: — имидж? — в этот момент она поняла, что голос у неё, хоть и мягкий, но мужской.

— Итен, не дури, тебя съёмочная группа ждёт.

— Съёмочная группа? — Даша по привычке взлохматила волосы. — Ничего не понимаю!

Визажист схватился за голову.

— Этот придурок причёску испортил! Срочно сюда Хью! — Он выскочил из гримёрной так же быстро, как прежде девушка.

У Даши появилась пара минут для осознания происходящего. Она вновь подалась к зеркалу.

— Что за нафиг! Почему я мужик, переодетый в тран…ала? Ну, точно! Я же сплю! — Даша оттянула веки, желая убедиться в правдивости слов, но ощущения сна не было, всё казалось реальным — и прикосновения, и чувства, и ощущения. Непривычный голос, исходящий из недр гортани, резал слух. Даша схватилась за подбородок. — Может, я померла и переселилась в этого придурка?