Башня ветров

© Грин И., 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

Автор благодарит

капитана 1-го ранга

Ислентьева Сергея Ивановича

капитана 1-го ранга

Роздина Александра Григорьевича,

за помощь в работе над книгой.

Все персонажи и события являются вымышленными.

Любые совпадения с реальными людьми и событиями случайны.

Во дворе было еще относительно тепло, но стоило Сергею Егоровичу открыть калитку и шагнуть в метель, как от ветра перехватило дыхание. Производители, которые обещали, что в куртке будет тепло даже при минус пятидесяти, не обманули, но перчатки, баснословно дорогущие, из дубленой кожи, на натуральном меху, абсолютно не защищали от холода, обжигавшего пальцы. Да и кепка, даже с опущенными ушами, годилась скорее для прогулок по набережной в штиль. Совершенно не функциональная кепочка, скорее для форсу. Впрочем, здесь, в Крыму, ей самое место. Разумеется, не в такие ветра. Тут больше бы сгодился шерстяной водолазный подшлемник, что закрывает голову и лицо, оставляя лишь небольшую прорезь для глаз, а также часть спины и груди, типа балаклавы. Такие давно ушли в историю, но наверняка на военных складах еще можно разжиться подобным головным убором. Но сейчас есть вещи поважнее, чем личный комфорт, а для тепла сгодятся любые подручные средства.

Он остановился, высвободил из-под куртки шарф – огромного желтого уродца – и обмотал его вокруг головы, сделавшись похожим на наполеоновского солдата, отступающего по разоренной Смоленской дороге. Стало ощутимо теплее, и мужчина машинально обернулся на окна дома, который он только что покинул, мысленно поблагодарив женщину, связавшую и, что важнее, навязавшую ему этот шарф. Неплохо бы сейчас оказаться там, в гостиной, дремать, утопая в кресле, под болтовню полусумасшедших старушек и потрескивание дров в камине. Но нельзя. Никак нельзя. Так и самому недолго растерять остатки рассудка. А рассудок ему сейчас ой как нужен.

Не прокиснуть окончательно мозгам Сергея Егоровича помогала игра в шахматы. Он регулярно посещал шахматный клуб, а обосновавшись в поселке Кара-Даг, нашел единомышленника в лице Карима, проживавшего неподалеку. Летом Карим с женой Ляйсан держали небольшое кафе, славившееся на всю округу блюдами крымско-татарской кухни. Сейчас кафе зимовало, Ляйсан готовила лишь для мужа и редких гостей вроде собственных сыновей. Стряпню ее Сергей Егорович уважал, но, оберегая хозяйку от лишних хлопот, ограничивался чаем из горных трав, собственноручно собранных ею на Чатыр-Дагском плато, и незамысловатыми домашними конфетами с чудным для русского уха названием «Парварда».

Расчищенная с утра дорога с трудом различалась. Глаза слезились, и все окружающее виделось словно через пелену – скрюченные ветром деревья, интуитивно угадываемая тропа и путеводная звездочка – едва теплящийся огонек в окне дома Карима и Ляйсан. Нога предательски скользнула, он дернулся, чтобы удержать равновесие, и поясницу пронзила острая боль. Чтоб тебя! Возраст, ничего не поделаешь. Остановился, отдышался, сделал несколько шагов и вдруг понял, что не видит огни дома Карима. Главное – под ногами не рыхлая снежная целина, а утоптанная, лишь слегка припорошенная дорога. И ветер не в лицо. Крепкий, не меньше пятнадцати метров в секунду – вон как раскачивает стволы сосен, прижимает ветви к снежному ковру. Идти против такого трудно. Можно, конечно, но тем, кто сейчас оказался в море, не позавидуешь. Громоздятся волны, заливая палубу, гребни срываются, пена ложится полосами по ветру. Но то – в море. На суше легче. Главное – дойти, а там можно воспользоваться знаменитым восточным гостеприимством и напроситься на ночлег. Позвонить Ермолаевым и остаться. Сергей Егорович похлопал по карману куртки, проверяя, на месте ли телефон. Как все-таки мы стали зависимы от этих гаджетов! Вроде маленькая штуковина, а лежит в кармане – и на душе спокойнее. Даже если забредешь не туда, обязательно найдут, помогут, отогреют…

Звонок с трудом пробился сквозь завывание ветра и теплый шарф. Поначалу Сергею Егоровичу показалось, что где-то рядом раздается звон корабельного колокола – рынды. Во времена парусного флота считалось, что в этом колоколе живет душа судна и в момент его гибели рында обязательно зазвонит. Когда-то, курсантом военного училища, Новиков и сам побывал на гибнущем судне, но вспомнить, звонил ли в этот момент корабельный колокол, не мог. Помнил звук двух – один за другим – взрывов, гул бушующего пламени, вырывавшегося через выхлопные крышки люков, когда от высокой температуры скручивался и плавился металл. Третий взрыв, самый сильный. Крик Пашки Воронцова:

– Твою мать, Новиков! Прыгай! – И ощутимый пинок пониже спины.

Сергей Егорович сдернул перчатку и вытащил телефон, продолжавший звонить. Номер незнакомый.

– Новиков! Слушаю вас!

– Здравствуйте, Сергей Егорович!

В отличие от номера, голос был ему хорошо известен.

– Что тебе надо? – Ветер завывал так громко, что Новиков практически ничего не слышал.

– Пересечься бы, есть к вам пара вопросов, – ответил его собеседник и добавил еще что-то.

Пальцы, державшие телефон, ломило от холода немилосердно. Сергей Егорович не стал переспрашивать и поспешил свернуть разговор:

– Давай завтра, я сегодня в шахматы играю.

– Что-то плохо слышно. В шахматы? У Карима?

– Да.

– Может, я туда подскочу?

– Нет. – Новиков представил, как всплеснет руками, засуетится Ляйсан при виде незваного гостя.

– Ну завтра, так завтра, – согласился собеседник.

Сергей Егорович сунул телефон в карман, натянул на побагровевшую руку перчатку, сделал шаг, еще один и провалился в снег по колено.

– Так не пойдет, – пробормотал он и не услышал своих слов – ветер подхватил их и с воем понес вниз, к морю. Пришлось опять стянуть перчатку с едва начавшей отогреваться руки и попытаться с помощью смартфона определить свое местонахождение. Очень вовремя он это сделал, потому что, сам не зная каким образом, умудрился пропустить поворот и теперь находился в опасной близости от довольно крутого склона. Чтобы вернуться на тропинку, ведущую к дому Карима, придется довольно долго, почти полкилометра, идти против ветра. Есть еще вариант – пройти тридцать метров по снежной целине, выйти на дорогу и спуститься по ней к морю. Если повезет, можно поймать попутку и доехать до «Райского сада», нет – позвонить Дамиру. Тот или сам подъедет, или кого-нибудь пришлет.

Одно дело – принять решение, и совсем другое – выполнить его. Спуск по глубокому, по колено, снегу – занятие не из легких. От напряжения дрожали ноги, дыхание со свистом вырывалось из груди. Зато холод уже не чувствовался, напротив, стало жарко, словно метель уступила место летнему зною. Почувствовав наконец под ногами твердую почву, Новиков с облегчением выдохнул. Расстегнул куртку, согнулся, упершись руками в колени, дождался, пока сердце успокоится. Еще раз сверился с навигатором и зашагал вниз, стараясь держаться середины дороги.

С каждым шагом все сильнее чувствовалось приближение моря. Оно гремело, ворочалось и громко дышало, наполняя морозный воздух запахом гниющих водорослей, выброшенных на берег штормом. Может, кто-то учуял бы сейчас аромат дальних странствий, изысканных цветов или экзотических фруктов, но Сергей Егорович привык быть честным с морем, не заигрывать с ним, и море платило ему той же монетой. Для него, выросшего в российской глубинке, за тысячи километров, оно так и не стало родным, как для Воронцова.

Мимо проехал автомобиль, показавшийся Новикову знакомым. Еще немного, и затянувшаяся прогулка подойдет к концу. Вот и набережная. Фонари, лавочки с высокими спинками. Цивилизация…

Он подошел, и море с разбегу обдало его пенными брызгами – поприветствовало.

– Привет тебе, – ответил Новиков, и в тот же момент его охватило чувство близкой опасности. Вроде неоткуда ей взяться – погода такая, что хороший хозяин собаку не выгонит. И все-таки неясное беспокойство заставило сердце биться чуть быстрее.

Он огляделся. Вокруг ни души, лишь неподалеку, под деревьями, стоит одинокий автомобиль. Фары выключены, но двигатель работает. И машина… не та ли, что недавно проехала мимо?

– А вот мы сейчас и проверим, – пробормотал Новиков.

Он сделал несколько шагов. Вдруг из темноты шагнула ему навстречу фигура.

– Ты? – Новиков почти не удивился. – Мы же договорились…

Рядом хлопнула дверь машины. Предчувствие неминуемой опасности, резкое, словно электрический разряд, заставило его шагнуть вправо. Затылок обожгла острая вспышка боли.

– Почему?.. – пробормотал Новиков, оседая на тротуар.

Сергей Егорович очнулся в ледяной воде. Это нестрашно… Когда-то он уже прошел через подобное… Сейчас главное – освободиться от куртки и ботинок, которые тянут на дно, и постараться добраться до берега. Температура воды – около двенадцати градусов. Прогнозируемое время выживания без спасательного жилета – около девяноста минут. Правда, только тридцать из них в сознании, но их должно хватить. Обязательно…

…Волна подхватила моряка, накрыла с головой, бросила на прибрежные скалы, и Новиков вдруг понял, что тридцати минут у него нет, скоро он попадет в Фиддлерс Грин, легендарную страну изобилия, где, согласно английской легенде, обитают души моряков, погибших в море. Там корабли всегда возвращаются домой, шторма и болезни обходят их стороной, много вкусной еды и дешевой выпивки, а дома встречают любимые женщины… Оля…

Глава 1

Генеральный директор детективно-консалтингового агентства «Кайрос» Кристина Светлова с трудом нашла свободное место на парковке у торгового центра, расположенного неподалеку от офиса. На лицо один из минусов опоздания на работу: когда она приезжала вовремя, свободных мест было на порядок больше. Конечно, можно оставить «Киа Рио» на небольшом – на три автомобиля – пятачке возле офиса, но место это, по негласной договоренности между членами маленького коллектива агентства, оставлялось для клиентов. Их было немного – «Кайрос» в своей работе за количеством не гнался. И в результате, абсолютно без каких-либо усилий со стороны сотрудников, имея в качестве рекламы лишь сарафанное радио, фирма зарабатывала неплохие деньги, ежегодно выплачивая собственникам приличные дивиденды. Однако сейчас, кажется, настал момент, когда надо что-то менять: набирать сотрудников, переезжать в новый, более просторный офис, расширять и рекламировать детективную составляющую бизнеса. Ибо, хотя фирма считалась детективно-консалтинговым агентством, основной доход приносил именно консалтинг, которым занимались Кристина и ее заместитель Тимур Молчанов. Детективная же деятельность сводилась в основном к рейдам тайного покупателя, которые проводили бывший оперативник Иван Рыбак и его подруга Ася Субботина. Случались, конечно, настоящие расследования, но их можно было сосчитать по пальцам.

Еще одним, пятым, сотрудником «Кайроса» являлся Федор Лебедев, талантливый программист, способный извлечь из своего компьютера любую, даже самую секретную информацию. Ну или почти любую. Всех членов маленького коллектива связывала прочная дружба. Ну или почти прочная: хотя Иван с Асей безуспешно собирались пожениться и ждали рождения ребенка, Федор был безнадежно влюблен в коллегу и питал надежды, что все еще может устаканиться, рассосаться и Ася непременно обратит взор в его сторону. Скрывал он эти надежды плохо, и этот факт вызывал определенную напряженность между ним и Рыбаком. До открытых конфликтов еще не доходило, все ограничивалось пикировками, в которых последнее слово обычно оставалось за более эрудированным программистом. Впрочем, обстоятельство это не особо удручало самоуверенного Ивана. На комариные укусы Лебедева он реагировал подобно слону на истеричный лай Моськи.

Именно будущий Асин ребенок, еще не успев появиться на свет, требовал перемен в привычной жизни «Кайроса» и его обитателей. Во всяком случае, так считала Кристина. Свою работу тайным покупателем Ася не любила. Конечно, Асе, как любому нормальному человеку, не нравилось, когда ей грубят или принципиально игнорируют, не обращая внимания на вопросы о качестве и наличии товара. Но еще больше ей не нравилось, что по результатам их с Иваном отчета начальство делает определенные выводы. Кто-то лишается премии, кто-то работы… В результате Ася порой возвращалась из рейдов без настроения, а то и с глазами на мокром месте. Кристина давно хотела освободить ее от неприятной обязанности – бумажная работа в офисе всегда найдется. Но тогда вставал вопрос: что делать с Рыбаком? Ему перекладывать бумаги с места на место не поручишь, мигом взвоет с тоски. Тайный покупатель из него никакой: мало кто отважится игнорировать его, а тем более грубить – себе дороже. Найти ему напарницу? Это, конечно, не проблема, но отсюда вытекает необходимость смены офиса, чтобы было куда поставить еще один стол. С одной стороны, это, конечно, прогресс, с другой – жалко покидать стены, ставшие почти родными. Но беременный детектив – это нонсенс. Ася же, очевидно, решила выполнять свои должностные обязанности до последнего. Перед глазами возникла картина – Ася, схватившись за живот, оседает на пол магазина, а вокруг бестолково мечется Рыбак. Нелепица какая-то. Почему именно в магазине, а не в кафе, например? И Рыбак бестолковостью не страдает. Но картинка меняться не хотела – Ася с искаженным от боли лицом и бестолковый Рыбак. Кристина помотала головой, чтобы избавиться от наваждения. Не помогло. Решено! Сегодня же надо поговорить с Асей… Вот только как? Аргумент о родах во время рейда не годится – подруга, чего доброго, обидится, а Кристине этого очень не хотелось бы. Что еще можно придумать?

Так ничего и не придумав, она забрала с заднего сиденья увесистую сумку с ноутбуком. Может, новый офис – не такое уж зло? Во всяком случае, можно найти с более удачным расположением. Например, в бизнес-центре «Плаза» с большим подземным паркингом. Вышел из автомобиля, поднялся на лифте – и ты уже на рабочем месте. Здравствуй, гиподинамия. Хотя там, кажется, есть тренажерный зал…

Стоило выйти из машины, как ледяной ветер набросился, словно цепной пес – зима все-таки, – и мысли о новом офисе с подземным паркингом приобрели еще большую актуальность.

Колокольчик над входной дверью приветствовал генерального директора мелодичным звоном. Кристина поздоровалась с коллегами – Лебедевым и Молчановым. Ася с Рыбаком еще не приехали. Отлично! Значит, есть немного времени на раздумья.

– Кофе? – как обычно, предложил Тимур, а Лебедев привычно полез в ящик стола, где у него хранился неиссякаемый запас разнообразных вкусностей, они же вредности – печенье, чипсы, сухарики.

Кристина кивнула:

– Не откажусь, на улице такой холод. – Она повесила в шкаф куртку и прошла к своему столу, потирая замерзшие руки.

– Надо было до офиса доехать, – проворчал Тимур, – вряд ли сегодня кто-нибудь приедет, по такой-то погоде.

Кристина пожала плечами:

– А вдруг?

Словно в подтверждение этих слов, из недр сумки раздался пронзительный звон мобильного телефона. Рингтон специальный, только для клиентов. На поиски гаджета много времени не ушло – он, как всегда, обитал в специально приспособленном кармашке. Глеб Ермолаев, значилось на экране.

Это был один из клиентов «Кайроса», и приехать сегодня он точно не мог, так как, оставив бизнес на своего заместителя и поручив «Кайросу» контроль над делами, поселился с женой и тещей в Крымских горах[1].

Подписывая договор с Ермолаевым, Кристина считала, что это ненадолго – не тот человек Глеб, чтобы, забив на дела, предаться беззаботному дауншифтингу. Одно из двух – или через пару месяцев, ну максимум год, он вернется, либо развернется на месте. Она оказалась права. Предпринимательская натура Глеба и в Крыму нашла точки приложения. По мнению Кристины, новый ермолаевский бизнес был скорее благотворительным и особого дохода не приносил. Он приобрел в поселке Морское здание пансионата, который влачил жалкое существование, привел его в чувство и организовал что-то типа частного дома престарелых под названием «Райский сад». Сад был не то чтобы садом – территория небольшая, но ухоженная. Скорее всего, создатель «Райского сада» имел в виду, что его обитатели имеют шанс еще при жизни попробовать условия жизни в раю и решить, подходят ли они им или скучновато и не хватает перчику. Так как с возрастом под руку идут всяческие болезни, Глеб дополнительно организовал медицинский центр, небольшой, из пяти кабинетов и ресепшена, однако с возможностью расширения в ближайшем будущем, отобрал хороших специалистов. Разумеется, не на полный день, а на несколько часов в неделю. Зарплату персоналу он положил хорошую, за экстренные вызовы платил щедро, поэтому врачи и медсестры за работу держались, и за здоровье обитателей «Райского сада» можно было не беспокоиться. Не прошло и года, как оба заведения – и пансионат, и медицинский центр – приобрели известность. Центр уже вел прием не только клиентов Ермолаева, но и жителей окрестных сел и деревень. До процветания было еще далеко, но часть первоначальных затрат уже окупилась.

– Здравствуйте, Глеб, слушаю вас! – поспешила ответить Кристина.

– Здравствуйте, Кристина Сергеевна. Кажется, без вашей помощи мне не обойтись.

Кристина поморщилась – не любила, когда ее называли по имени-отчеству, но, как говорится, клиент всегда прав, потому она нажала на кнопку громкой связи, чтобы Тимур с Лебедевым могли слушать разговор, параллельно включила запись и коротко поинтересовалась:

– Что случилось?

– У меня пропал один из гостей.

– Вы имеете в виду, один из проживающих в вашем «Райском саду»? – уточнила Кристина.

– Да, – подтвердил Глеб. – Мы называем их гостями.

– Когда это произошло?

– Три дня тому назад, в субботу.

– А в полицию вы обращались?

– Разумеется. – По тону, каким это было произнесено, Кристина поняла, что Глебу вопрос не понравился. – Он всегда по субботам ходил играть в шахматы. Возвращался поздно, пользовался отдельным входом. Строгого времени завтрака у нас нет, поэтому заметили его отсутствие только к обеду. Тут же позвонили в полицию. Они организовали широкомасштабные поиски с привлечением горноспасательной службы и добровольцев, обратились с призывом по местному радио и телевидению с просьбой звонить на специально открытую горячую линию, напечатали и расклеили листовки с фотографией и описанием пропавшего. Движухи много, результатов – ноль. В ту ночь еще погода была на редкость гадостная. Ураган, снегопад… Не сиделось ему дома!

Краем глаза Кристина увидела, что Лебедев что-то набирает на клавиатуре. Обычно он барабанил по клавишам увлеченно, с размахом, а тут едва касался их, словно крался на цыпочках. «Интересно, чем мы можем помочь?» – подумала Кристина. Присоединиться к добровольцам и прочесывать местность? Кстати, при чем тут горноспасательная служба, если пансионат, как ей было известно, находится на набережной? Старичок на ночь глядя решил заняться хайкингом?

– Понимаете, – продолжал тем временем Ермолаев, – Сергей Егорович Новиков – не простой клиент. – Он замолчал, очевидно, обдумывая дальнейшие слова. – Вы же помните мою тещу?

– В общих чертах, – ответила Кристина. – Знаю, что она не совсем здорова…

Теперь слова пришлось подбирать ей. Теща Ермолаева, Татьяна Максимовна Колобкова, долгое время находилась на лечении в психиатрической лечебнице.

– Помидоры! – шепотом подсказал Молчанов.

– Точно, – тут же нашлась Кристина. – Она выращивает замечательные помидоры. Какое-то сердце… Поломанное… Нет, ржавое.

– Заржавевшее! Это вчерашний день. Сегодня они с Матей – (Матя – это подруга Татьяны Максимовны, Матильда Аполлоновна Пасичник, – вспомнила Кристина), – они с Матей переключились на выращивание «спрутов».

– Спруты – это морепродукты?

– Нет, это тоже помидоры, но повышенной урожайности. Одним словом, у Татьяны Максимовны сейчас стойкая ремиссия. Ей порой не хватает общения в нашем доме в горах, и тогда она отправляется в пансионат, чтобы восполнить этот дефицит. Обычно хватает двух-трех дней, но иногда она привязывается к кому-нибудь и привозит его с собой.

– Я правильно поняла – Новиков как раз из тех, кого ваша теща привезла из подобного рейда?

– Нет, не совсем. То есть совсем нет. Привезла она троих: Ариадну Марс (Кристина сделала пометку на листе бумаги), Варвару Мельникову (еще одна пометка). Была еще одна гостья, Липа Петровна, она сейчас уехала, но должна вот-вот вернуться. Новиков же приехал сам. Сначала поселился в «Райском саду», а потом, узнав, что в горах находится что-то типа VIP-отделения, явился сюда. Готов был заплатить любые деньги, лишь бы поселиться в одном из наших гостевых коттеджей. Я, разумеется, был не против, но так уж получилось, что мое слово в этом вопросе решающим не является. Новиков должен был обаять Татьяну Максимовну и Матю.

– Насколько я понимаю, с этой задачей он справился.

– Не то слово. Он до такой степени обаял всех наших домочадцев, что сейчас они все в состоянии глубочайшей депрессии, и я опасаюсь обострения тещиной болезни.

– Понятно, – кивнула Кристина. – От нас вы чего ожидаете?

– Любой посильной помощи. Тут еще одна штука имеется. Дело в том, что Новиков, оказывается, сразу после того, как обосновался в нашем доме, оформил на меня завещание.

– Оказывается? То есть он сделал это, не поставив вас в известность?

– Да, я узнал только от полиции. Они нашли копию завещания в его комнате.

– А было что завещать?

– Было. Свою фирму. Так что у нашей полиции я теперь подозреваемый номер один, лицо кровно заинтересованное. Я уже адвоката своего сюда высвистал и попутно вас хочу подключить. Сможете? Даже если найти Новикова не получится – все-таки он не мальчик, и погода не располагает к таким длительным прогулкам на свежем воздухе, – может, удастся отыскать других кандидатов в подозреваемые. Что скажете?

Кристина задумалась. С одной стороны, дело казалось совершенно бесперспективным – пожилой человек поздним вечером, в метель, ушел в горы и пропал. Скорее всего, он погиб, и найти тело – дело времени. С другой – это отличный повод отправить Рыбака в Крым и усадить Асю за офисную работу. Лебедев будет искать следы пропавшего в интернете, она с Тимуром – заниматься финансовыми следами, а Ася – делать красивые отчеты для заказчика.

– Мы подключимся, – сказала она. – У вас же будет где поселить Рыбака?

– Конечно, два коттеджа возле нашего дома в его распоряжении. Даже если вы всей компанией соберетесь приехать, место найдется.

– Пока ограничимся Рыбаком. Он сегодня же с вами свяжется и обговорит детали, а я пришлю проект договора.

Закончив разговор, Кристина задумалась. Может, надо было сначала обсудить участие «Кайроса» в поисках ермолаевского пенсионера с коллективом, а потом уже давать ответ? Она посмотрела на Тимура. Тот, сделав вид, словно не понимает, чего от него хотят, повторил:

– Кофе? – и тут же поставил перед ней чашку напитка, успевшего слегка остыть за время переговоров с Ермолаевым. Сам он сел напротив в удобное кресло для посетителей.

– Спасибо! – Кристина кивнула и вдруг поняла, что, несмотря на свой совершенно индифферентный вид, Молчанов ее решение поддерживает. Лебедев, само собой, тоже – он уже не сдерживает бег своих пальцев, и они выбивают звонкую чечетку по клавиатуре, словно к подушечке каждого приделана маленькая подкова.

– А дед-то наш, Новиков, совсем непрост, – заявил тем временем Лебедев. – Кстати, печеньки будете?

Он собрался было вскочить, но Кристина жестом остановила его:

– Давай сначала про Новикова.

– Короче, пока в общих чертах. Шестьдесят пять лет, родился в деревне Нижние Грязи, после окончания средней школы поступил в высшее военно-морское училище по специальности «ракетное вооружение». Окончил с отличием, служил лейтенантом на эсминце… командовал одной из батарей… Заочно окончил приборостроительный институт… Высшие специальные офицерские классы ВМФ… Военно-морскую академию… Командир боевой части корабля… Старший помощник командира корабля… Командир корабля… Досрочно получил звание капитана второго ранга… Провел двенадцать дальних океанских походов и выполнил восемь боевых служб… Получил звание капитана первого ранга… Одним словом, героический дядечка. Сейчас в отставке, живет в Москве, разведен, имеет дочь Антонину, внучку. Является совладельцем смешанной вендинговой сети… Завидный клиент!

– Это точно, – подтвердила Кристина, попробовала кофе и улыбнулась: – Как всегда, замечательно. Клиент и правда неплохой. Не могу понять, что такой человек делал в доме престарелых? Пусть даже в VIP-отделении. Это точно про нашего Новикова?