Разговор с Безумцем

Меня зовут Джереми Смит, я самый обыкновенный человек. По специальности я врач – терапевт, проработавший на этом поприще более пятнадцати лет. В настоящее время занимаю должность заведующего терапевтическим отделением крупной частной клиники в городе Чикаго. Я люблю свою работу, предан ей, и во многом даже живу мыслями о ней, с того самого момента как поступил на медицинскую службу в качестве студента – стажера, помогающего основному персоналу больницы. Со школьной скамьи я был уверен в том, что стану врачом, ведь это было моей заветной мечтой, как это было и не меньшим желанием моих родителей, которые очень хотели, чтобы дорогой сын пошел по их стопам. Мой отец Энтони Смит был частным массажистом, а мать Анна Флэнкс работала старшей медсестрой в государственной клинике города Беттендорф, что расположен в штате Айова, откуда я, собственно, и родом. Однажды отец решил сменить работу, поэтому получил дополнительное образование и перевелся работать в клинику на должность травматолога-ортопеда, в ту самую клинику, где работала моя будущая мать. Там они и познакомились. А со временем появился и я, тот, кто рос в окружении медицинских специалистов, тот, кому сама судьба благоволила стать успешным врачом и, как бы это нескромно не звучало, спасителем людей. После окончания школы я отправился в штат Иллинойс вместе со своим другом Майком, где мы поступили в престижный Чикагский медицинский колледж, а затем и в университет. Но мой друг Майк не остался в Чикаго, а переехал в Нью-Йорк по приглашению своего дяди, заведующего отделением одной из местных клиник. Майк звал меня с собой, но я уже привык к своему месту работы и не хотел уезжать, желая начать развиваться именно здесь. Помимо работы, есть и еще одна важная ценность в моей жизни – это моя семья. Моя супруга Дженнифер и дочь Энни. С Дженни мы познакомились на утренней пробежке в парке, после чего сдружились и стали часто встречаться, а через два года родилась и Энни. Жена работает старшим экономистом в банке, а дочь готовится к поступлению в первый класс, чего мы все, конечно, с нетерпением ожидаем. Теперь же моя жизнь разрывается между двух берегов: один работа, а второй семья. Так, собственно, и проходит все мое существование. Я строю карьеру успешного доктора и одновременно воспитываю свою маленькую дочь. Но ведь так происходит не только у меня, но и у каждого разумного человека. Любой нормальный член общества неизбежно сталкивается с тем, что необходимо разделить себя на несколько личностей: на профессионала своего дела и на, ничем несвязанного с ним, примерного семьянина. Поэтому на работе я становлюсь доктором Смитом, а дома уже любящим мужем и дорогим папочкой. Это словно два человека, которые ничем не связаны друг с другом, один выполняет одну роль, а второй совершенно другую, и между собой их роли никак не пересекаются.

Однажды вечером я сидел у камина в общей гостиной и пил виски. Иногда я позволял себе расслабиться и пропустить стаканчик после ужина. Дочка все равно уже спала, а жена смотрела любимую телепередачу, поэтому я никого не смущал алкоголем и мог отдохнуть в спокойной обстановке. Глядя на горящие поленья, у меня в голове вдруг возникла мысль: «А насколько вообще правильна моя жизнь? Почему я решил, что мой вариант существования самый нормальный и разумный из всех возможных? Почему врач? Почему не космонавт или художник? А может, писатель?» – спрашивал я себя. «Писатель, точно! А почему бы и нет?» Возможно, меня обуял профессиональный кризис, и я уже настолько истощил себя на работе, что меня начало тянуть к чему-то противоположному от того, чем я все время занимаюсь. От того, чему я посвятил половину своей жизни, нет, даже больше половины. В голову стали закрадываться различные мысли, касающиеся сути всего моего существования. Некоторые из них были столь депрессивными, что вызывали во мне чувство тягости и даже разочарования. Я стал ощущать, как внутренняя волна уныния начинает захватывать все мое естество, полностью подавляя во мне всякую адекватность и рациональность мышления. Меня словно засасывало в какую-то воронку нескончаемых переживаний, твердивших мне о том, что вся моя жизнь является одним сплошным абсурдом. Первое, что пришло мне в голову, – мысль позвонить Майку. Мы с другом давно не виделись, но созванивались регулярно. Возможно, он что-то подскажет по поводу происходящего со мной, ведь мы с ним одинаковое количество жизни посвятили бессменной работе, велика вероятность, что и он сталкивался с чем-то подобным. Я хватаю телефон и набираю номер старого друга, крепко прижимая трубку телефонного аппарата к своему уху, но в ответ слышу лишь протяжные гудки. Может, он занят чем-то важным? Или же вообще спит? Все-таки разница с Нью-Йорком целый час… Получается, что у него уже пол-одиннадцатого поэтому, возможно, лучше перезвонить завтра…

– Алло! Я слушаю, – раздался хрипловатый голос в трубке.

– Майк? – уточнил я.

– Джерри?! Это ты? – прозвучало в ответ.

– Привет, Майк. Я тебя не разбудил?

– Привет, дружище! Да нет, все в порядке. Что-то случилось? – по голосу Майка было понятно, что он только проснулся, но, видимо, решил меня этим не смущать, поэтому и не сознался.

– Извини, что так поздно. Просто у меня возникли странные мысли… точнее состояние… в общем, такого раньше не было, поэтому я решил позвонить тебе, – попытался я объяснить цель своего звонка.

– Джерри, давай поконкретнее, что у тебя стряслось? – уже более бодрым голосом произнес Майк.

– В общем, Майк, ситуация такая: я сидел у камина и пил виски, вдруг ко мне пришло состояние дикой опустошенности и уныния, будто вся моя жизнь не имеет ничего значимого, словно я вообще занимаюсь не тем, чем должен или чем мог бы заниматься. Я подозреваю, что у меня выгорание. Скажи, может, ты сталкивался с чем-то подобным? —более внятно рассказал я.

– Ну я лично не сталкивался, но о таком слышал. Оно часто случается, когда мы слишком много времени посвящаем работе, из-за этого эмоционально истощаемся и нам начинает казаться, что вся наша жизнь наполнена лишь глупостью и обманом. Будто мы сумасшедшие, у которых немножко поехала крыша, – хихикнул Майк.

– Но ведь она не поехала? Я не схожу с ума? – заволновался я.

– Нет конечно! Просто тебе, человеку стрессоустойчивому, сейчас сложно принять состояние внутренней нестабильности, когда кажется, что все, чему ты посвятил свою жизнь, являлось не таким уж и важным, а твоя самая главная цель вдруг оказывается вообще какой-то пустышкой. Но ведь мы оба знаем, что это не так, – успокоил меня друг.

– Так что же мне делать в этой ситуации? Попробовать не думать об этом? – спросил я.

– Тут я вижу два варианта. Первый – попробовать не думать об этом, собрать всю волю в кулак и жить дальше, трудясь на своем поприще, то есть занимаясь тем, в чем ты действительно хорош, а мы оба знаем, что ты первоклассный специалист и отличный доктор. А второй вариант – это сходить к психологу, который поможет тебе справиться с возникшими переживаниями, – посоветовал приятель.

– А если не сработает? – засомневался я.

– Джерри, ты для начала попробуй. Но если вдруг не поможет, то звони, мы найдем другое решение, – обнадежил Майк.

– Спасибо большое, друг! – поблагодарил я приятеля за поддержку.

– Да пока не за что, я ничего особо и не сделал. Кстати, как там Энни поживает? У Дженнифер как дела? – поинтересовался друг.

– Все отлично, Энни считает дни до начала учебного года. Ей не терпится поскорее пойти в школу. А Дженни скоро берет отпуск, хочет съездить в гости к родителям, – поделился я семейными новостями.

– Все вместе поедете? – уточнил Майк.

– Нет, они поедут без меня. У меня и так половина сотрудников в отпусках, не могу же я оставить отделение в таком положении, – вздохнул я.

– Понимаю, это досадно, но иногда приходится делать неприятный выбор, – поддержал Майк.

– Это точно, – прошептал я. – Ладно, Майк, не буду тебя задерживать, а то тебе все-таки утром на работу, – я не хотел отнимать у друга время, особенно предназначенное для сна.

– Ничего страшного, дружище. Давай ты мне завтра позвонишь и подробно расскажешь, как обстоят твои дела, договорились? – спросил приятель.

– Договорились. Завтра обязательно позвоню. Спасибо тебе еще раз! – поблагодарил я Майка, понимая, что он действительно потрясающий друг, готовый всегда прийти на помощь.

– До завтра, Джерри! – раздалось в трубке.

– Пока, Майк!

Положив трубку телефона, я стал обдумывать слова Майка. Собрать всю волю в кулак и попытаться жить так, словно ничего не происходило в моей голове? Не поддаваться этим мыслям, выводящим меня из строя? Либо же сходить к психологу? И попробовать с его помощью выйти из состояния эмоционального выгорания? Если честно, то к психологу я идти не хочу, поэтому, пожалуй, выберу первый вариант. Посмотрим, как у меня получится сохранить контроль над собой.

Утром я, как обычно, отправился в клинику, где все, в принципе, шло привычным образом. Погруженный в деятельность, я не допускал возникновения каких-либо мыслей, если они не имели отношения работе. Я вообще никогда не позволял себе на работе посторонних размышлений, даже о семье старался не думать, ведь это отвлекало меня, негативно сказываясь на результатах моих трудов. Поэтому, лишь сконцентрировавшись на работе, я спокойно и плодотворно провел свой трудовой день.

Вернувшись домой, я радостный позвонил Майку и сообщил, что все в полном порядке, поэтому он может больше не переживать за меня. Оставшееся вечернее время я провел, играя со своей дочкой, что тоже не позволяло мне вернуться к депрессивным рассуждениям. Однако, перед самым сном, когда я остался наедине с самим собой, меня вновь стали охватывать тягостные мысли. Они, словно ночные мотыльки, слетевшиеся на свет, кружили вокруг моей светящейся головы, внушая чувство грусти и необъяснимого одиночества. Я силился, я пытался отогнать их, боролся с ними, кричал на них, но они были непреклонны. Кажется, я совершенно не властен над ними, как и не властен над самим собой.

На следующий день я позвонил Майку и все рассказал ему о том, что со мной происходит, и почему я не хочу идти к психологу.

– Знаешь, Джерри, я тебя прекрасно понимаю. Но тебе нужно сходить к специалисту, и отнюдь не потому, что ты какой-то сумасшедший, а потому, что тебе крайне необходимо перебороть депрессию. А Она, видишь ли, свойственна каждому здоровому и разумному человеку. И в этом нет ничего постыдного, все ходят на прием к психологам, – объяснил Майк.

– Ладно, Майк, я подумаю… Может, и смогу себя пересилить, – вздохнул я.

– Я дам тебе номер своего хорошего знакомого, он может проконсультировать тебя прямо по телефону. А так как ты мой друг, то еще и абсолютно бесплатно. Как ты на это смотришь? – спросил приятель.

– Хорошо, уговорил. Диктуй номер, – поддался я.

Но утром выяснилось, что знакомый Майка находится в отпуске, отдыхает на Гавайских островах, следовательно, поговорить с ним в ближайшие пару недель точно не получится. Не желая затягивать с этим вопросом, я все же переборол себя и записался на прием к одному из психологов, чей номер нашел в газете объявлений. Но ближайшая запись была лишь на следующий вторник, а это получается, что мне предстоит ждать еще целую неделю, изматывая себя мыслями о мучительном приеме. Поэтому я сказал вежливой девушке на той стороне провода, что перезвоню позже, так как мне необходимо определиться со своим графиком. Но перезванивать я, естественно, не собирался. Я решил еще полистать объявления, в надежде отыскать что-нибудь привлекательное, но не смог найти ничего из того, что меня бы заинтересовало, вызывав во мне желание обратиться к указанному там специалисту. Утомленный, я закрыл газету и, перевернув ее обратной стороной кверху, продолжил пить утренний кофе. Пока я завтракал, мои глаза невольно проскользили по лежащей газете, где, среди рекламных заметок о продаже подержанных вещей, вдруг зацепились за одно интересное объявление:

«Потомственный психолог! Помощь в решении глубоких личностных проблем. Изготовим зелье от страданий, депрессии и прочих душевных заболеваний. Никаких занудных речей, никаких ядовитых пилюль и таблеток, только индивидуальный подход и глубочайшее уважение ко всякому страждущему». А снизу подпись: «Альберто Джеральдини» и номер телефона.

– Это любопытно, – усмехнулся я. Креативный подход, но на солидного специалиста не тянет, скорее на шутника, который еще и поглумится над своим клиентом. Хотя допускаю, что это лишь рекламный ход, чтобы выделиться на фоне других объявлений, ничем не отличающихся друг от друга. «Ну нет! Что за глупость? Не собираюсь же я обращаться к подобному специалисту? Я же не чокнутый!» Впрочем, не так уж и плохо я себя сегодня чувствую. Стоит ли тогда заморачиваться по этому поводу? Немного поразмыслив, я закончил с завтраком и отправился на работу, чтобы, наконец, погрузиться в свою привычную среду.

На работе все шло своим чередом, каждый день был похож на тысячи других дней, каждый час на тысячи предыдущих часов. Все подобное сменялось подобным, как и мы сами, сменявшие свою яркую однотипность на несравненную банальность. Супруга с дочерью уехали на две недели гостить к родителям Дженни, а я, уже отказавшийся от похода к психологу, остался дома один. В первый же день после отъезда родных я подвергся новому усиленному нападению терзающих мыслей, зазвучавших в моей голове, подобно некому чужеродному голосу, заглушить который я пытался с помощью крепкого виски, выпивая его солидными порциями. Так и продолжалось несколько дней, пока я не пришел на работу с больной головой, измученный и абсолютно не выспавшийся. Понимая, что подобное поведение до добра не доведет, я начал листать в голове возможные варианты решения данной проблемы, перечисляя порой несвязанные друг с другом слова: психолог, виски, Майк, Энни, работа, сон, художник, писатель, Альберто… Альберто? Что за Альберто? Ах да, это же имя психолога из газеты. Надо бы найти его объявление и еще разок взглянуть. Не звонить ему, нет, просто посмотреть на эту рекламную заметку, немного полюбопытствовать. Вечером, вернувшись домой с работы, я нашел ту старую газету, которую, по счастливой случайности, еще не выбросил в мусорную корзину. В газете я отыскал знакомое мне странное объявление, повторно прочитав которое, непроизвольно направился в сторону телефонного аппарата. – Джереми, нет! Ты сходишь с ума, – произнес я вслух. Хотя… что в этом такого? Чем я, собственно, рискую? А вдруг все же удастся подчерпнуть из этого что-то полезное для себя? Была не была… Набираю номер… гудок, два, три… трубку на том конце провода кто-то снимает.

– Алле, – произносит с оттяжкой мужской голос с ярко выраженным акцентом.

– Здравствуйте, увидел ваше объявление в газете, – взволнованно произнес я.

– Добрый вечер, месье! Рады, что вы обратились к нам за помощью! Меня зовут Джузеппе, я секретарь господина Джеральдини, – вежливо произнес собеседник.

– Я… я хотел бы записаться на прием к мистеру Джеральдини, это возможно? – спросил я.

– Безусловно! Как ваше имя, уважаемый месье? – поинтересовался секретарь Джузеппе.

– Меня зовут Джереми. А когда ближайшая свободная запись? – уточнил я.

– А когда бы вы хотели попасть на прием к господину Джеральдини, месье Джереми? – вопросом на вопрос ответил мне собеседник.

– Не хотелось бы откладывать в долгий ящик, поэтому чем раньше, тем лучше, – ответил я, понимая, что мне сложно быстро подобрать в голове подходящее время.

– Завтра в восемь вечера вас устроит, достопочтенный Джереми? – поинтересовался Джузеппе.

– Да, вполне, – согласился я.

– Тогда возьмите ручку и бумагу, чтобы записать наш адрес. Мы находимся в районе Бронзевил… Записываете, месье? – затараторил собеседник.

– Секундочку, – я схватил ручку, бумагу и стал записывать адрес, который надиктовывал мне секретарь господина Джеральдини.

– Записали? Ждем вас завтра в восемь вечера, месье, – очень быстро произнес Джузеппе.

– Да, завтра буду в назначенное время, – таким же быстрым темпом ответил я.

– До скорой встречи, месье Джереми, – уже куда медленнее, растягивая слова, произнес собеседник.

– До свидания, – попрощался я.

– Так, – я резко выдохнул. Первый шаг уже сделан. Посмотрим, что будет дальше. Не скрою, все это меня довольно сильно заинтриговало. Интересно посмотреть на этого господина Альберто. Но первое впечатление от обращения в его контору было довольно приятным, хотя и веяло некой наигранностью, даже пафосом, но, стоит сказать, от этого интерес лишь усиливался.

Я с большим воодушевлением ждал сегодняшнего вечера, чтобы попасть на прием к загадочному потомственному психологу, коим себя объявил мистер Альберто. Правда, офис мистера психолога располагался довольно далеко от меня, по сути, мне придется проехать даже больше, чем полгорода, чтобы добраться до него. Поэтому я решил не затягивать и отправиться сразу после работы, чтобы не опоздать, застряв где-нибудь в вечерних пробках.

Выскочив с работы, я заскочил в ближайшую закусочную – закинуть в себя пару хот-догов с крепким кофе, после чего двинулся на назначенную встречу. Ситуация на дорогах была на удивление благоприятной, заторы практически отсутствовали, а аварий и вовсе не было, поэтому поток машин двигался почти без остановок, сохраняя душевное спокойствие у едущих водителей. Единственными задержками были лишь вынужденные остановки на светофорах, что было просто неизбежно, ведь собрать в час пик зеленый свет на каждом перекрестке было бы равносильно волшебству или некому божественному вмешательству. Благодаря комфортной дорожной обстановке я был спокоен и собран, так как понимал, что определенно успеваю явиться на прием к назначенному часу.

Указанный Джузеппе дом удалось найти не сразу, он располагался в самом конце улицы, в довольно мрачном и плохо освещенном районе, словно специально притаился в кромешной темноте, подальше от посторонних глаз. Дом был очень старый, я бы даже сказал, старинный. Он был выполнен в довольно мрачном готическом стиле, при этом оборудованный большими окнами, закрытыми темными занавесками, через которые едва прорывался внутренний свет. Для полного антуража не хватало только стайки летучих мышей, кружащихся вокруг крыши этого гостеприимного строения. Да, выглядел он, действительно, немного зловеще. Здесь можно было бы снимать фильмы про вампиров, ведьм или про пугающих призраков древности. Почему-то именно такие ассоциации в голове вызывал внешний вид этого здания. Но это определенно был тот самый дом. Все верно, и адрес совпадает, все как записано на бумаге. Ну что же, тогда надо идти.

Я направился к воротам, которые, как и окружающий дом забор, были сварены из чугуна, поверхность которого местами покрывал разросшийся плющ и дикий мох. «А дальше все интереснее» – подумал я, и стал стучать в ворота дома старинным кольцом-ручкой, предназначенным специально для этой цели. Звонка нигде не было, поэтому пришлось прибегнуть к такому необычному способу, столь непопулярному в наше время. Ну а что делать, когда ситуация требует от тебя соответствующих действий. Зачем противиться, если вполне достаточно подыграть всему происходящему, изображая из себя актера, увлеченного своей, возможно, абсурдной ролью, временно позабывшего о привычной разумной жизни. Примерно через четверть минуты я услышал скрип открывающейся входной двери, а также знакомый мне голос, принадлежавший секретарю Джузеппе.

– Месье Джереми? Это вы? – раздалось со двора.