- -
- 100%
- +
– Эй, да что с тобой происходит, бро? Тебе осталось продержаться всего пару месяцев, и с этой долбанной историей будет покончено! Зачем так подставляться?!
– Все, расслабься. Я всего лишь хотел проучить девчонку – напялила платье до пупа и строит из себя целку.
– Столько лишних телодвижений, чтобы кого-то проучить? – Гордеев ухмыльнулся. – Кажется, нашего красавчика продинамили? М-м… обожаю!
– Какая-то деревенщина, – я намеренно широко зевнул. – Разве не видел?! Стремная.
– Алик, какая потрясающая актерская игра! Оскар несите! – придурок так заржал, что подавился кофе.
Дружок хренов.
– Лучше угомонись. Мне реально плевать, – я хрустнул костяшками, ощущая, как заплывает глаз.
Провел ладонью по голове, с силой оттягивая волосы. Дерьмо. На благотворительный прием я, похоже, не попадаю. Зло пробирало еще и потому, что Гордеев отчасти оказался прав.
Да, я немного перегнул. Окей, не немного. Сильно. Не знаю, что меня зацепило: ее случайно брошенная реплика в туалете или то, что девчонка, похоже, реально понятия не имела, кто я такой.
Разумеется, я не собирался делать что-либо против ее воли. Просто не привык к отказам. Захотелось додавить. А тут на тебе – деревенщина с обостренным чувством собственного достоинства! Гремучая смесь. Какого хрена она стала меня чураться?! Радовалась бы.
– Алик, признайся, ты нахреначился?
Я вздохнул, переводя на Гордеева немигающий взгляд. Мы подружились сразу после той нелепой драки в песочнице, но мне до сих пор иногда хотелось натянуть задницу ему на лицо.
– Ты прекрасно знаешь, я уже давно, как праведник: не пью и не курю. Сегодняшний день не исключение.
– А ведешь себя, как обдолбанный псих! – Макс едко хмыкнул, откинувшись на спинку кресла. – А она боевая! – прищурился друг, указывая на мое лицо.
– Сучка. Мне завтра к первой паре в универ тащиться такому красивому. Кто-нибудь из преподов обязательно доложит отцу. Торжественный выход из академа! – я поморщился, проведя пальцами по саднящему участку кожи.
– Надо обработать щеку, – друг порылся в ящике стола и протянул мне аптечку с перекисью.
Мобила защекотала бедро. Несложно догадаться, кто трезвонил в первом часу ночи. Заскрипев зубами, я вырубил аппарат. Вся достопочтенная публика, с которой якшался батя, и так считала меня отбитым на голову типом. Не хватало только заявиться туда со свежим фингалом.
У отца могли возникнуть проблемы из-за меня. Снова. Поэтому, взвесив все возможные варианты развития событий, лучшим решением было просто не появляться на празднике.
– Эта девчонка теперь долго будет обходить клубы стороной.
– Ну и правильно. Нормальным бабам тут делать нечего.
Мы одновременно повернули головы на громкий стук.
– Я сказал Софье, чтобы беспокоила только в экстренном случае. – Макс нахмурился и, нехотя поднявшись, направился к двери. Я уже мысленно был готов проклясть сегодняшний день. – Сонь, что стряслось?! —
– Там Беляев и Ко нажрались и творят дичь. Парни интересуются, можно ли их выпроводить?! Помнится, вы говорили, чтобы их не трогали… – затараторила новенькая администраторша.
Я посмотрел через плечо, натыкаясь на озабоченный взгляд Гордеева.
Никита Беляев – сын местного авторитета. Все знали, что с ним лучше не связываться. Отец – махровый беспредельщик, а дитятко до сих пор решало свои проблемы через батю. Этот мелкий гаденыш повадился ходить в наш клуб. Мы бы и рады, щенок в легкую спускал по несколько тысяч баксов за ночь, однако существовала и отрицательная сторона вопроса: Беляев нажирался в дрова и начинал творить дикий треш, отчего страдали другие гости.
– Я разберусь, – наконец заключил Макс, подмигнув Софье. – Пойду угомоню этого недоумка, – и, не дождавшись моего ответа, он хлопнул дверью.
Стоило остаться в одиночестве и прикрыть глаза, как память моментально нарисовала живописную картину, и я вновь мыслями оказался в нашей «пыточной». Мы с Гордеевым так ласково прозвали потайную комнату со всякими увлекательными приблудами. Кстати, оттуда замечательно просматривался весь женский туалет.
Девчонки обожали крутиться перед зеркалом, а мне нравилось подглядывать. Посетительницы были все как на подбор: с одинаковыми волосами, губами и сиськами. Я уже несколько недель никого не снимал. Приелось. Особенно, когда даже сети расставлять не нужно – добыча сама кидается тебе в лапы.
Последнее время я вообще ничего не чувствовал, существуя будто по инерции. С другой стороны, это помогало – почти год без происшествий. Самый спокойный год в моей долбанной жизни. Я мог бы купить целую улицу с деньгами нашей семьи, но, по иронии судьбы, мечтал приобрести хотя бы одну человеческую эмоцию. Хоть какую-то.
Сразу заприметил эту деревенщину.
Как только девчонка зашла в туалет, на ее лице появилось такое брезгливое выражение, будто она оказалась в грязном сортире сельпо. Мы влили в интерьер столько денег, а этой бесцветной фифе что-то не понравилось!
Взгляд приклеился к ее заднице, обтянутой черной синтетикой. Даже странно: такая худая – и с задницей… Да плевать! Я видел столько ягодиц и сисек, что в какой-то момент их размер вообще перестал иметь значение. Самое главное в женщине – мозги. Но эта девчонка ими явно не блистала.
Скалясь на простушку, вдруг ощутил, как тесно стало в брюках. Твою ж! Какого…
Я открыл глаза, вновь прокручивая в голове события сегодняшнего вечера. Король триппера. Ха-ха. Она определенно не в моем вкусе. И одета будто из секонд-хенда. Безвкусная девица в нелепом платье испортила мне вечер!
Меня затрясло. Стиснул зубы, стараясь успокоиться. Какое-то извращенное желание прострелило каждый мускул. Член стоял колом.
Почему меня вообще это волнует? Мог увести с собой любую, они же только ради этого и приходят. Слухи о потайном траходроме Карабаса-Барабаса разлетелись по всему городу.
Шумно глотнул воздуха, щелкнув пряжкой ремня.
– Софья, зайди! – отдал приказ в трубку рабочего телефона. – Еще раз пройдемся по технике безопасности.
Я давно усыпил своего монстра. Какого хрена он вырвался на свободу, помирая с голоду?
POV. Катерина
– Натусь, ты чего не спишь?!
– Не лягу, пока не узнаю подробности! – сестра зевнула, кутаясь в мой розовый халат. – Ты же отдыхала в «Черной дыре»! У нас девчонки из блока на следующих выходных туда собираются. Я тоже пойду! – ее круглые глаза заблестели.
Я избавилась от туфель, со вздохом облегчения падая в кресло.
– Никуда ты не пойдешь.
– Сис, только со мной не надо включать «училку», ладно?!
– Наташ, я серьезно. Нечего там делать.
Я тяжело сглотнула, пытаясь прогнать из головы негативные мысли.
Сестренка этим летом поступила на филфак и тоже перебралась в Москву. Пару месяцев мы ютились в моей съемной однушке, однако из-за разных ритмов жизни добрососедства не вышло, и Наташа переехала в общежитие. Она сразу же заверила, что там гораздо веселее и возвращаться ко мне не планирует.
Откровенно говоря, я вздохнула с облегчением: все-таки не слишком удобно готовиться к лекциям, когда на заднем плане кривляется юная звезда социальных сетей.
– И все? К вам с Мариной даже никто не приставал?! – разочарованно протянула сестра, перекидывая каштановые волосы через плечо, явно не удовлетворенная моей наспех сочиненной историей.
Я пожала плечами, прокручивая в голове события последних часов: сперва неадекватное поведение девиц в туалете, а после коронный выход хозяина клуба. За этот вечер разве что метеорит не упал мне на голову.
– К Кислицыной – да, а ко мне – нет. И слава богу! Давай уже разбирать диван…
– Кать, слушай, давно хотела спросить… – Натуся прокашлялась. – А после Дениса ты с кем-нибудь встречалась?
Кажется, сегодняшний вечер можно было смело именовать вечером памяти уродов. В груди до сих пор немилосердно саднило при воспоминании о моем первом парне.
– Давай как-нибудь в другой раз.
– Ты всегда так говоришь. А, между прочим, после вашего расставания прошло уже два года. Неужели за это время у тебя никого не было?
Держись, Катя. Этот ужасный день вот-вот подойдет к концу.
– Натусь, мне завтра в универ рано вставать. Ты ведь знаешь, пока что я нахожусь в статусе ассистента профессора, и если Надежду Павловну все устроит, то через пару лет меня повысят до старшего преподавателя, – говоря это, я скрестила пальчики.
– Еще сомневаешься?! Таких умниц сейчас днем с огнем не сыскать! – сестра уверенно тряхнула головой, протягивая мне коробку с яблочным зефиром.
– Спасибо. Надеюсь, завтра все пройдет гладко.
– Даже не сомневаюсь! – Наташа захихикала, утыкаясь носом в смартфон. – И все-таки на следующих выходных я пойду в «Черную дыру»! – она развернула телефон ко мне экраном.
От неожиданности я чуть с дивана не улетела, уставившись на фотографию того психа.
– Я подписалась на Алихана Измайлова в телеграме. Правда, он уже года два ничего не выкладывает. Ритка Белова из соседнего блока знает девчонку, которая дружит с девчонкой, которая занималась с Аликом сексом. Говорит, таких озабоченных у нее еще не было!
– Натусь…
Сестра захихикала.
– Вот бы познакомиться с ним или с кем-то из его компании…
– Зачем?! – я не смогла скрыть досаду. – Неужели ты не понимаешь, что им всем надо?!
– А может, я смогу это дать! – она уставилась на меня с вызовом.
Я поежилась, узнав в этом колючем бескомпромиссном взгляде нашу многострадальную мать. Не хотелось, чтобы Наташа хоть чем-то на нее походила.
– Давай спать.
– Займешь мне денег на входной билет в клуб? – мелкая вертихвостка состроила глазки, как кот из легендарного мультфильма.
– Только если закроешь первую сессию на пятаки. Идет?
– Вредина ты, Катюша.
– Спи уже…
Я постаралась отогнать непрошеное воспоминание о холодных черных глазах, поселивших в груди липкое чувство тревоги.
POV. Алихан
– Ну, здравствуй, родимый! – я припарковался посреди университетской парковки, лениво откидываясь на спинку авто.
До первой пары оставалось минут десять. Давненько меня здесь не было. Год. Академ благополучно подошел к концу, настало время продолжить этот фарс. А как еще назвать учебу на спортфаке не самого топового вуза, учитывая возможности моей семьи?
Чего только не сделаешь, чтобы досадить отцу.
По большому счету, мне плевать на высшее образование, и без корочки башка неплохо варит, только у бати на этот счет другое мнение. Он реально свихнулся на интегрировании науки в бизнес, несколько лет назад открыв в Подмосковье аналог Кремниевой долины. Батя по всем параметрам образцово-показательный тип, чего не скажешь обо мне – хам и дебошир, еще и с условным в придачу. Вот такое яблочко упало с яблоньки.
Покинув автомобиль, я размашистым шагом направился ко входу в Alma mater.
– Алихан?! – тихий властный голос ударил в спину, заставив замедлить шаг и обернуться.
– Отец? – я сжал челюсти, скользнув взглядом по высокой подтянутой фигуре в веселеньком клетчатом пиджаке.
Помяни черта…
– Я так и знал – снова подрался!
Я инстинктивно погладил под глазом, где до сих пор саднило, и молча последовал за отцом по небольшой аллее возле корпуса.
– Ты меня подвел, сын. Вчера я очень на тебя рассчитывал. Но помахать кулаками для тебя оказалось куда важнее.
– Произошло недоразумение. – Я поморщился, понятия не имея, как объяснить истинную причину появившегося «фонаря». Даже если скажу, что мне прилетело от девчонки, не поверит же.
– Тебе уже двадцать один год, Алихан! Да я в твоем возрасте…
– Сорри, я на пару опаздываю. Вдруг у меня еще не все потеряно. М-м? – перебил я с напускным веселием.
– Ну ты ведь не дурак! Я все еще настаиваю на твоем переводе в МГИМО!
– Спасибо, но меня и тут все устраивает.
Мы пристально посмотрели друг на друга, оба на взводе.
– Качество образования здесь оставляет желать лучшего. Да любой университет страны с радостью распахнет двери для моего сына! Я договорюсь, правда! – в глазах родственника сквозила горечь.
– Когда же ты поймешь, что мне эта учеба на хрен не сдалась? – прищурился я, сверля отца прямым взглядом.
– Ты позоришь имя деда…
Ебен-бобен!
Когда отец вспоминал деда— академика и историка медицины, в честь которого меня и нарекли, – это означало высшую степень его озверения. Кровь-то дурная! Чего только у нас по мужской линии не намешано, у прадеда были даже арабские корни. В противовес им, моя матушка – чистокровная славянка: белокурая, с прозрачными голубыми глазами.
В груди натянулась тугая струна, стоило вспомнить, сколько месяцев мы уже не виделись. Новый муж и близняшки занимали все ее время.
– Ты мой единственный наследник, Алихан! А ведешь себя, как последний выродок! – прищуренные черные глаза бати налились кровью.
Я зевнул.
Сил на стычку не осталось: всю ночь гонял новую администраторшу так, что к утру у нее техника безопасности от зубов отскакивала. Теперь единственным желанием было выспаться на парах, чтобы оклематься к вечеру.
– После ссоры с отцом Дали послал ему свою сперму со словами: «Я не должен тебе ничего». Подумываю последовать его примеру, – я подмигнул, наслаждаясь замешательством старшего родственничка.
– Надеюсь, ты найдешь лучшее применение своей сперме… – окинув меня брезгливым взглядом, батя направился к черному внедорожнику, около которого дымил сигаретой его бессменный водитель Серега.
В два шага перепрыгнув крыльцо, я долбанул по тяжелой скрипучей двери так, что она отлетела к стене, и направился к нужной аудитории.
POV. Катерина
Я прислонилась к столу, заканчивая вводную часть лекции.
Первые две пары стояли у физкультурников. Надежда Павловна, моя наставница еще со времен работы в колледже, пояснила, что специально отдала мне весь спортфак. Программа по литературе там значительно проще, чем на остальных факультетах. Самое то, чтобы как следует отточить преподавательские навыки.
К счастью, студенты встретили меня довольно миролюбиво, и наше знакомство обошлось без происшествий. Выдохнув, я сообщила тему первой лекции, переворачивая страничку органайзера на нужное место.
Дверь аудитории громко хлопнула. Всего миг, и группа ожила: отовсюду послышались одобрительные возгласы, свист и даже аплодисменты.
Я повернула голову и обнаружила высокого темноволосого парня в белоснежном спортивном костюме, застывшего в дверях. Мало того, что наглец опоздал на двадцать минут, так еще и не торопился занять свое место.
Местный царек! Принесла же нелегкая!
Не хотелось в первый же день устраивать репрессии, однако стоило только мазнуть взглядом по его атлетической фигуре, как внутри зародилось нехорошее предчувствие. Словно уловив ауру моей тревоги, парень резко обернулся и встретился со мной взглядом.
Дыши, Катя, просто дыши.
На пару секунд я выпала из реальности, почувствовав нехватку воздуха в легких. Опрометчиво сделала глубокий вдох. Не помогло. Нарушителем порядка оказался Алихан Измайлов собственной персоной.
Он всего мгновение выглядел удивленным, а потом уголки его губ приподнялись в отвратительной полуулыбке.
– Что-то не так?! – с издевкой обратился ко мне студент.
Вот придурок!
– Вы опоздали на двадцать минут. Подождите, пожалуйста, за дверью.
Во взгляде парня промелькнуло изумление:
– Что-что?! – почесав багровый синяк, наглец беспечно направился вдоль длинного ряда парт.
С каждой секундой гул голосов становился все громче. Невооруженным глазом было заметно, как оживились девчонки.
– Вы мешаете мне читать лекцию. Повторяю последний раз: покиньте аудиторию до начала следующей пары.
Проигнорировав мой выпад, Измайлов уселся за дальнюю парту, вставил беспроводные наушники в уши и нахально прикрыл глаза.
Уму непостижимо!
Возможно, в другой ситуации я бы «съела» подобную наглость, но не в первый рабочий день. Если не поставить себя сразу, никто не будет воспринимать всерьез…
Я молча проследовала к нарушителю спокойствия. Замерев прямо над ним, вырвала пластиковое «ухо» и холодно отчеканила:
– Немедленно покиньте аудиторию, или мне придется сообщить об этом инциденте декану факультета.
Разом все голоса стихли. Измайлов чуть приподнялся, подаваясь мне навстречу. Черные глаза метали молнии, а весь вид кричал, что парень на взводе. Я старалась держать лицо, не обращая внимания на плывущие по телу мурашки.
Боже, Кать, ну как ты могла так вляпаться?!
– Идите… – пауза, а затем дьявольская ухмылка. – К декану. А лучше к самому ректору. Мы вас подождем. Бандиты, мы ведь обещаем вести себя тихо?! – нахал закинул руки за голову, еще сильнее разваливаясь на стуле.
– Дха-а-а… – студенты дружно загоготали, со всех сторон послышались гадкие шепотки.
Я почувствовала себя конченой неудачницей. А ведь все так здорово начиналось… Развернулась, нарочито медленно направляясь обратно к кафедре. Паника сдавила горло тугой удавкой – они все только и ждали моей капитуляции. Подонок Измайлов за считанные минуты выставил меня посмешищем перед всем потоком.
Сердце стучало, ладони сделались влажными от волнения, в голове неоновой вывеской вспыхнули слова моей наставницы: «Не дай им почувствовать свой страх».
Легко сказать…
Вернувшись за стол, я выпрямила спину, откашлялась и, взяв сумку, сделала несколько шагов к двери. Десятки враждебных глаз сканировали каждое мое движение.
Пятьдесят человек против меня одной.
Измайлов практически улегся на стол, выставив в проход длинные ноги в белоснежных кроссовках, украшенных известными логотипами. Он ликовал, упиваясь моим сокрушительным провалом. С каждой секундой оживление лишь усиливалось, как и моя паника.
– Катерина Борисовна, а можно я вас провожу?! – заорал с предпоследней парты какой-то идиот, салютуя моему мучителю. – И я, и я провожу! Катюша-а-а… Какие у вас планы на вечер?!
Только не подавай виду.
Я практически на носочках семенила к двери, представив, как унизительно в первый же день распинаться перед руководством в собственном бессилии.
Думай, Катя, думай!
А потом… Меня вдруг осенило. Вытащив из сумочки телефон, я обвела аудиторию пристальным взглядом.
– Зачем идти к декану, если я с утра уже у него была и получила дельный совет… – я включила видеозапись, направляя смартфон на притихших студентов.
– Что может быть лучше видеодоказательства срыва лекции?! – повернув голову, я посмотрела Измайлову прямо в глаза. – В третий раз прошу вас покинуть аудиторию! В противном случае из-за вас весь поток лишится возможности получить зачет автоматом, – невинно улыбнулась.
Кажется, мои слова достигли нужного эффекта, потому что все голоса разом стихли. В аудитории воцарилась звенящая тишина.
Наглец сжал челюсти, на его загорелой шее четко проступили голубые вены. Ухмыльнувшись, он поднялся, медленно двинувшись на меня. На дне черных глаз хозяина клуба плескалось такое-е… Я почувствовала себя мышкой, загнанной в угол.
Ну не нападет же он при полной аудитории свидетелей, в самом деле?!
Попятившись, я вернулась к столу, с опаской поглядывая на приближавшегося нарушителя порядка.
– Давненько меня здесь не было, – наглец зевнул. – Ну что ж. Пойду запишусь на спецкурс по половому воспитанию. Может, там и видео показывают…
Студенты загоготала. Я стиснула зубы.
Больной придурок.
– Алик, да тебе самому надо преподавать на этом курсе! – послышалось от группки девчонок с галерки.
– Куда уж мне. До сих пор не расчехлил свой пенсил! – он нагло засунул руки в карманы белоснежных штанов, оттягивая эластичную ткань в районе паха.
Хулиган беспечно улыбался, однако я нутром ощущала исходящее от него напряжение. Его глаза полыхали, извергая из мистической черной пучины колючие искры. Я поежилась, ощущая озноб.
– …Бандиты, мы ведь с вами не прощаемся? М? – обратился Измайлов к аудитории, нагло раздевая меня глазами.
– Алик, ты теперь правда будешь учиться с нами?!
– Алик, ты закрыл академ?
– Алик, Алик, Алик… – эхом доносилось со всех сторон.
– Сегодня всю ночь бесплатный вход в мой клуб по кодовой фразе «Добро пожаловать в ад!» – насмешливый голос невольно заставил меня вздрогнуть. – Катерина Борисовна, вы тоже приходите. Обещаю, вам у нас понравится! – распутная улыбка, адресованная мне, словно ударила под дых.
Импульсивно я потянулась к пуговице на блузке. От его близости и похабщины, читавшейся во взгляде, чувствовала себя голой.
– Продолжаем лекцию или кто-то еще желает последовать за студентом Измайловым? – ответом мне послужило отрицательное мычание.
Учебный год только начался, а мне хотелось, чтобы он поскорее закончился. Столько сил было вложено, и все пошло прахом.
Невезение – твое второе имя, Катюша.
Он давно ушел, а меня продолжало мурашить. В голове до сих пор отдавался звук уверенных глухих шагов. Всем своим видом мажор дал понять – мне это с рук не сойдет.
– Катерина Борисовна?!
– А? – я словно вынырнула из-под толщи воды.
– Вы читаете нам эту страницу уже второй раз! – улыбнулась красивая белокурая девушка с первой парты.
Кажется, она была старостой. Я опустила глаза в органайзер, беззвучно выругавшись.
– Простите… – прокашлялась, возвращая голосу былую уверенность, хотя внутри все содрогалось.
POV. Алихан
Катюша, значит.
Меня колошматило от гнева. Рвало изнутри. Злость стекала липкими сгустками, застревая поперек горла. Еще немного, и начну дышать огнем.
Провел подушечкой пальца по «отметине» под глазом, упиваясь своей ненавистью. Уже забыл, каково это – испытывать столь мощные эмоции.
Эта дура не только попросила свалить, но еще и начала снимать «мультик» на телефон! Да любой крысиный паблик с руками и ногами оторвет подобное «кино» с моим участием! Браво! Пять баллов! Она настолько бесстрашная?! Или просто тупая?
Слабоумие и отвага.
Если бы не «маленькие» разногласия с системой правосудия, я бы устроил ей незабываемое шоу. Раздраженно повел плечом, отвлекаясь на вибрацию телефона в кармане. На экране высветился номер моего доморощенного хакера.
– Да, Тох, – я прищурился, вслушиваясь в быструю путанную речь. – Выяснил, значит, имя и телефон нашей беглянки? – хмыкнул, в предвкушении покусывая нижнюю губу, и повторил, смакуя каждую букву: – Туманова Екатерина Борисовна! Нет, место работы не надо. Тут уж я как-нибудь сам… – отключился, разминая затекшую шею.
Разумеется, я записал номер такси, на котором она укатила в ночь, и собирался как-нибудь нанести визит строптивице. Только не ожидал, что судьба так скоро столкнет нас вновь.
– А она боевая… – вспомнились вчерашние слова друга.
Не такая уж и боевая. Просто храбрилась. Видел, как тряслись пухлые губешки, когда Катюша просила меня уйти.
– Воинственный котенок, – покачал я головой, открывая дверь тачки.
Эта встреча мне даже на руку: будет возможность поставить самоуверенную простушку на место. Но не сегодня. Пусть насладится своей эфемерной победой.
Давненько я не испытывал такой жажды знаний.
Но для начала нужно было разведать территорию.
Вооружившись коробкой конфет, приобретенных в буфете, я ввалился в тесное душное помещение деканата, нацепив на лицо свою самую козырную улыбку.
– Любовь Сергеевна! – протянул незамысловатый презент, привалившись бедром к заваленному бумагами столу.
– Ох, ну зачем?! Снова меня балуете, молодой человек! – секретарша Любочка расцвела.
– Откроете секрет, как вам удается всегда так прекрасно выглядеть? – я обвел секретаршу откровенным взглядом.
Такие примитивные подкаты всегда действовали беспроигрышно. Еще пара вульгарных реплик – и она ради меня родину продаст.
– Алихан Эдуардович, вы знаете, как найти путь к сердцу женщины… – молодящаяся блондинка поправила желтый завиток, выбившийся из старомодной прически.
– Ну, что ты, Люба, я совсем не умею льстить, – подмигнул, склонившись над ее раскрасневшимся лицом.
Некоторое время парализовал секретаршу взглядом удава. Не произнеся ни звука, словно невзначай задел костяшками пальцев ее худое плечо. Погладил. Любовь Сергеевна вздрогнула, облизав потрескавшиеся губы.
– Алик… кхе-кхе… Алихан… вы… – она прокашлялась, от волнения заикаясь через слово. – Ты… что-то… хотел?!
– Ничего особенного, – я равнодушно пожал плечами. – А вообще, ты ведь в курсе всех последних новостей? – улыбнулся, придвигаясь еще ближе.
– Д-да, мне положено быть в курсе…