На крыльях любви. Лебедь
- -
- 100%
- +
– Привет… – залилась румянцем садюга.
Она неловко улыбнулась, но вышло довольно искренне… как операция на открытом сердце. Получал нездоровое наслаждение от происходящего.
– Как жизнь молодая? – удерживая ее на мушке.
И эти застывшие слезы в глазах. Топили. Тошно от них. Раскаленной лавой в горло. Заливали кадык. Как можно было так ошибиться в человеке?
Отвечай, когда я к тебе обращаюсь. Лебедева.
– Алина? – за секунду разгон до сотки.
– Да помаленьку… – она комкала пальчиками фартук. – А у тебя, Кирилл?
Кирилл…
Ох.
Нокаут. Выносите тело.
Еще раз повтори…
Повтори, мать твою-ю!
Внезапно понял, что я гораздо слабее, чем себя позиционирую. Какая там температура плавления у гранита? Надо бы срочно сворачивать незадавшийся с первых слов разговор.
– Нормально, – вытолкнул сухо. – Путешествия. Бизнес.
Поднялся, припечатывая предательницу тяжелым взглядом.
Здравый смысл окончательно испарился. Не останавливало даже то, что в любой момент вернется Лиза. Плюс меня как бы тут все знают. Вообще без разницы.
Я как угашенный шел на неё…
– Мелочь.
Остановился. Слишком близко. Выдохнул. Вздохнул.
Запах твой. Лебедева Алина. Все так же терзает нутро.
Накрыла такая лютая похоть.
Не сказать чтобы я испытывал недостаток в сексе. Но тут, прости Господи, чуть не отошел в мир иной, как представил Лебедеву передо мной на коленях. Обнаженной. Вымаливающей прощение.
Простил бы?
– Ляля.
Ну вот и печальный итог – голос начал предательски садиться. Уже никакие хваленые ораторские навыки не спасали.
– Не надо… – Моя темная принцесса жалобно закусила губу.
Да если б я мог… Алинка.
Видит бог, даже после всего… не хочу делать тебе больно.
Лучше беги от меня… Беги без оглядки.
Потому что я…
Нависнув над девчонкой, пытался вытравить из головы «веселые картинки». Получилось? А-ха. С разбегу…
Садюга нервно одернула юбку. Шумно сглотнула. Как почувствовала, что меня от нее повело, будто и не было тех пяти лет. Неутоленное. Не отболело. И эти ночевки… испытание для и без того расшатанной нервной системы.
– Помнишь? – опустил голову, затягиваясь ею до рези в легких.
Кивнула. Покорно. Так искренне посмотрела в глаза.
Да ты ж моя хорошая…
Выхватил взглядом ее серьги. Те самые. За которые отвалил последние деньги. И эти серебряные капельки в ее аккуратных ушах… Контрольный в голову.
«Следующие будут золотые… Обещаю».
Зачем их нацепила?
Теперь уже я ни капли не сомневался, что это какой-то извращенный план по возвращению в мою жизнь. Только зачем устраивать цирк? Если нужны деньги – так бы и сказала… Что ж я, совсем конченый? Не помог бы соседке?
Практически прижимаясь к сережкам губами, прошептал:
– Не верится, что я был таким лохом…
Лебедева шумно выдохнула. Облизала порнушные губки. А я развернулся, возвращаясь к столу. Оберегал свою девочку. От всех оберегал. От себя в первую очередь… Хотелось, чтобы все было правильно. По уму. Влюбленный до слепоты. А девочка любила играть в куклы. И с моими чувствами.
– Я так понимаю, будем иногда пересекаться? – открыл портмоне, вытаскивая деньги, чтобы закрыть счет.
Воспользовался налом, снятым для одного дела. Непроизвольно стиснул кулак. Не хотелось, чтобы она снова приближалась ко мне с этим долбанным терминалом. Достаточно. На сегодня.
Вдруг взгляд упал на ее туфли. И вот когда ты думаешь, что хуже уже быть не может… Ну, вы понимаете. Память любезно подкинула воспоминание. Да не одно…
Сколько раз мы с мелочью сидели за последней партой, и я часами пялился на ее ножки в этих самых туфлях, мечтая под покровом ночи пробраться в спальню к своей небожительнице.
Вот зачем я до сих пор держал в башке столько ненужного хлама?
Откровенно говоря, теперь мне реально стало ее жаль. Видать, дела совсем плохи, раз притащилась сюда, наплевав на свою гордость. Достал еще купюру.
– На чай.
* * *POV Алина
Вечер субботы сохранился в моей памяти одним смазанным невнятным пятном. С горем пополам закончив смену, я вернулась домой и просто легла спать. Даже сил на душ не осталось.
Встреча с мальчишкой из прошлого вытянула из меня всё.
Полностью обесточенная, я отключилась от источника питания и спала бы, наверное, сутки напролет, если бы не нужно было вставать и идти на работу. Да, пока не приняли второго администратора, чтобы мы сменяли друг друга, приходилось трудиться практически без выходных.
К моему огромному облегчению, сегодняшняя смена прошла совершенно спокойно. Больше никаких неожиданных встреч… Кроме того Наталья Леонидовна сдержала обещание, выписав мне щедрую премию.
Мысленно с этих денег я купила себе не только новые туфли, но и уже отложила кое-что на покупку швейной машинки. На «Авито» часто попадались хоть и старенькие, но вполне рабочие варианты.
Прикинула, что с такой зарплатой через пару месяцев я вполне смогу ее потянуть. Очень уж хотелось поучаствовать в конкурсе молодых дизайнеров, который традиционно проходил перед Новым годом. У меня уже были отрисованы все эскизы и кое-что даже отшито – дело за малым: приобрести инструмент для работы.
В целом все было очень даже неплохо… Однако я никак не могла выкинуть из головы встречу с Кириллом.
Разумеется, его «барские» чаевые сразу же отправились «в общак». (В течение месяца ребята откладывали небольшой процент от своих чаевых в жестяную банку с изображением красного «Ламборджини», а потом шли кутить на них в ближайший бар).
Вернувшись поздно вечером домой, я хотела расспросить Свету о своем новом работодателе, ведь она уже давно подрабатывала в «Патриках»: днем училась в Гнесинке, а несколько раз в неделю пела в злачных заведениях, зарабатывая себе на жизнь. Но соседка, похоже, снова осталась у своего бойфренда с ночёвкой. Тогда, сгорая от любопытства, я решила поискать информацию во всемирной паутине…
Разумеется, знала, что ресторан «Патрики» входит в группу компаний «Апостол», но представить не могла, что Кирилл имеет какое-то отношение к этому огромному холдингу. К сожалению, по моему запросу выпало не так много сведений. Все сводилось к тому, что «Апостол-групп» занимается строительством элитной недвижимости, имея кроме основной компании еще несколько дочерних предприятий. Все они с многомиллионным оборотом…
А потом я все-таки вбила в поисковик ФИО своего бывшего парня и, честно говоря, удивилась. Помнится, после переезда в Европу Воронов снес все свои социальные сети. Сколько бы я ни пыталась его разыскать, результат был один…
Зато в последние месяцы, вы только посмотрите, прямо король информационного пространства! По несколько сотен лайков под каждой фотографией…
Тут тебе и портрет из кабинета с видом на Патриаршие пруды и геолокацией бизнес-центра, в котором располагается ресторан… И за рулем автомобиля… И на фоне какой-то поражающей своим масштабом стройки…
Взгляд остановился на последнем снимке, выложенном пару дней назад. Кирилл, развернувшись вполоборота, разглядывал бескрайнюю бирюзовую морскую гладь. Как красиво… Воронов уже столько всего успел посмотреть. Его жизнь била ключом.
Не могла не отметить, что на всех фотографиях он был один.
И, разумеется, я обратила внимание на комментатора, оставляющего смайлы-сердца практически под каждым его снимком. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, кто это…
Перешла на страничку Лизы, и мое сердце сжалось.
Прямо иллюстрация к учебнику по счастливой жизни: путешествия, шикарные выходы в свет, демонстрация люксовой одежды и аксессуаров, бранчи с такими же великосветскими подружками и… Кирилл… Кирилл… Кирилл…
Будто это резервная страница Воронова, ей богу.
Разумеется, сразу стало ясно, что на Мальдивах они отдыхали вместе. И не только там. Как минимум он брал ее с собой в Питер и Казань.
Лиза не стеснялась выкладывать довольно пикантные снимки, глядя на которые даже у умственно отсталого человека не осталось бы сомнений – между этими двумя секс. Зачем же так навязчиво транслировать это на свою отнюдь не малую аудиторию?
Бегло пролистала фотографии, и мое нехорошее предчувствие все-таки подтвердилось – они живут вместе.
Не сказать что я еще на что-то надеялась, просто видеть рядом с Кириллом другую девушку, которая, скажем честно, во многом меня превосходила, было больно.
«Я в раю» – гласила подпись под одной из картинок с отдыха, где загорелая красотка с идеальным телом, улыбаясь во все тридцать два, повисла у Кирилла на шее.
Закрыв ее страничку, я еще некоторое время сидела в полной прострации. Запрокинув голову, сделала судорожный вдох. Как бы ни скребли на душе кошки, не хотелось больше разбивать свою психику на мелкие кирпичики.
Ну что ж… Такова жизнь. Когда-то я совершила непоправимую ошибку и теперь в полной мере пожинала её плоды. Похоже, и мне пора его отпустить и двигаться дальше…
В этот миг телефон на столе сигнализировал о входящем сообщении. Слабо улыбнулась. Знала – это мой ангел-хранитель на связи…
Глава 6
– Привет, Егор.
– Могу набрать?
Ответила подмигивающим смайлом и уже спустя пару секунд услышала в трубке расслабленный мужской баритон:
– Привет! Уже поздно. Боялся тебя разбудить.
– Я еще не ложилась. Как дела?
– Норм. Аль, что у тебя с голосом?
Почувствовал.
– Да так…
– Что случилось? – встревожено.
– Работы много. Ты же знаешь, я пока одна за двоих. Устала. Настроение так себе…
Удивительная штука жизнь. Иногда мы получаем помощь откуда совсем не ждем. До сих пор не верится, что мы с Егором Безруковым смогли стать друзьями, и именно он помог мне перебраться в Москву.
Но обо всем по порядку…
После смерти папы благодаря плодотворной работе с психотерапевтом я вновь начала потихоньку являть себя этому насквозь прогнившему миру: хоть и через силу, но публиковала что-то в социальных сетях, даже ответила на симпатию одногруппника, который давно оказывал мне знаки внимания.
Тогда же совершенно неожиданно получила сообщение от Егора. На тот момент он учился в Москве, я в Томске. Обычная переписка ни о чем.
Он и раньше интересовался моей жизнью, но я, будто находясь в летаргическом сне, игнорировала его, за что теперь стыдно. А ведь человек проявлял искренний интерес, без какой-либо подоплеки…
Егор, как и большинство, не был в курсе истиной причины моего скоропалительного отъезда. Я попросила Ксюшу и Марину сказать в школе, что мы переезжаем, потому что папе предложили новую работу в другом городе. Зачем кому-то было знать про его больное сердце? Только девчонкам и доверила. Жаль, наше общение почти сошло на нет.
Однако со временем я рассказала обо всем и Егору. Ну, почти… Не стала упоминать только про недоотношения с Вороновым…
Устала держать эту боль в себе, открыла душу. Помню, мы проболтали до самого утра. У Егора еще была глубокая ночь, у меня – рассвет. И впервые с похорон отца я выла белугой…
Сама не ожидала, что Егора так тронет моя никчемная жизнь. Возможно, так вышло, потому что он знал не понаслышке каково это – потерять родителей. Он ведь попал в интернат совсем малышом…
Но наше общение было построено исключительно на простой человеческой потребности в душевном тепле. Он стал моей жилеткой, спасательным кругом, ангелом-хранителем… Тому, кому я могла позвонить посреди ночи, зная, что он не пошлет.
Хотя в ту пору я еще наивно полагала, что у меня есть тетя Лена. Надеялась, мы будем держаться вместе. Верила в ту чушь, которую она плела про «невероятную силу центра спасения», на полном серьезе пыталась изучать «заряженную светом» литературу, даже не догадываясь, что так называемый «центр спасения» – секта, зомбирующая людей.
Осознание ударило как гром среди ясного неба. Когда родственница заявилась ко мне в квартиру с чемоданами. В ту самую квартиру, где когда-то мы были так счастливы с мамой и папой…
Как выяснилось, тетя Лена совершила «обряд посвящения в истинные адепты центра спасения», и ее однокомнатная квартира в центре города стала тем самым «пожертвованием». Опустим мои безрезультатные попытки до нее достучаться с помощью психотерапевтов, юристов и даже полиции. Родственница подписала все бумаги по собственному желанию. И теперь она входила в особый круг «посвященных», наслаждаясь личной аудиенцией лидера центра – преподобного Авраама.
На деле обыкновенного шарлатана с телом Шварценеггера, обиравшего одиноких женщин. За те полгода, что мы прожили под одной крышей, тетя Лена вынесла из квартиры все, что не было приколочено. А когда я вернулась с защиты диплома, планируя до конца лета закончить работу над коллекцией и отправить ее на конкурс, обнаружила, что тетя отнесла в ломбард мою швейную машинку – последний подарок отца. И мою отдушину.
Это и стало краем.
Через пару дней приехал Егор. Он помог мне собрать немногочисленные пожитки и просто увез из этого дурдома. Несколько дней я перекантовалась у него, но так как Безруков имел активную личную жизнь, оставаться дольше было просто неудобно. Все тот же Егор помог мне найти жилье: в квартире его знакомой, которую та сдавала «только для своих», освободилась комната. Она и стала моей.
Кстати, мой ангел-хранитель самым наглым образом подкинул мне довольно крупную сумму денег в кошелек. Еще и ни в какую не согласился забрать их обратно!
– Аль, ты меня слышишь? Прием! – громко позвал Егор. – Так что с настроением? Кто обидел?
– Да никто…
Я сама себя обидела. Что уж там…
– …Ты лучше скажи, когда вернешься?
Егор уже четвертую неделю находился в Геленджике. Не так давно они с мамой основали образовательный центр, одним из направлений работы которого стала реабилитация детей из детских домов и интернатов. Этим летом благодаря выигранному гранту мой друг организовал несколько смен в лагере на море для детей, особо отличившихся в течение года, поэтому пол-лета он провел в разъездах.
– Скоро. Последняя смена как-никак. Бархатный сезон… М-м… – многозначительно рассмеялся. – Не скажу когда вернусь. Я же пропустил твой день рождения. Устрою сюрприз…
– Егор, только не надо сюрпризов, ладно?
– Ничего не слышу! Бла-бла-бла…
Я закатила глаза.
– Безруков, ну кончай уже, а?
– Кончать? Уже? А не рановато ли, подружка?
– Б-е-е… Прибереги эти фразочки для своих горячих девчонок!
В школе он краснел при одном упоминании нетленки «Пятьдесят оттенков серого», а тут прямо Кристиан Грей во плоти, только кожаной плетки не хватает.
– Кстати, о горячих девчонках. – Безруков хмыкнул. – Я знаю, как поднять тебе настроение. На этой неделе у меня одно свидание «лучше» другого! Рассказать?
– Ну и чем же ты сможешь меня удивить?
В ожидании очередных историй, я плюхнулась на кровать. В одном у нас с Егором действительно было много общего – личная жизнь никак не клеилась. Только Егор, в отличие от меня, активно пытался это исправить, знакомясь в «Тиндере».
– Пару дней назад у меня было свидание-собеседование.
– Это как?
– Ну, за полчаса она задала мне более пятидесяти вопросов.
– Ого! – я не смогла подавить смешок.
– Девчонка, кстати, ничего. По шкале от Свинки Пеппы до Джи-Джи Хадид – очень даже. Но как только открыла рот… А сколько ты зарабатываешь? А машина есть? Квартира? Какое любимое блюдо? Животное? Птица? Страна? Музыка? Кино? Сериал? А как учился в школе? Во что любил играть в детском саду?..
Представив эту картину, я уже не могла подавить широченную улыбку.
– …И это только малая часть вопросов! Можешь себе представить?
– Может, девушка разволновалась? И, кстати, сам ты свин!
– Вчера у меня тоже было свидание…
– Ну и? – я зевнула.
– Она пришла и с ходу заявила, что ненавидит всех мужиков, а мой член нужен ей только для потрахона!
Вот тут мой живот реально свело от смеха.
– Для потрахона! Слово-то какое… – зажала рот ладошкой, хихикая, как вышеупомянутая свинка Пеппа. – И чем все закончилось?
– Точно хочешь знать? – Егор с напускным эротизмом понизил голос.
– Пожалуй, уже и так понятно…
– Какая у меня понятливая подружка! – приправил похабным смешком.
Да, Егор сильно изменился со времен одиннадцатого класса. Как-то в задушевной беседе он признался, что окончил школу девственником. Зато в университете оторвался на полную катушку. И, судя по всему, продолжал делать это и по сей день…
– Ладно, мне пора выдвигаться на очередное свидание мечты! – хохотнул. – Но сюрприз все-таки состоится!
– Пожалуйста, давай без сюрпризов…
Однако друг уже отключился.
Я уже хотела лечь спать, но вздрогнула от настойчивого звонка в дверь. Света сегодня осталась у бойфренда, гостей я не ждала… Подняла трубку домофона, услышав бодрый мужской голос.
– Откройте, курьер.
– Это какая-то ошибка. Я ничего не заказывала.
– Вы Лебедева Алина? – И далее точный адрес.
– Да…
– Тогда никакой ошибки нет. Подарок примете?
– Ну… ладно.
Сразу вспомнились слова Безрукова про сюрприз. Может, это он и есть? Пока я закуталась в халат и открыла дверь, парень уже успел подняться. Он вручил мне внушительного размера коробку. Дождался, когда распишусь, и откланялся, а я, закрывшись на все замки, еще некоторое время растерянно разглядывала подарок. Никаких карточек не было. Вообще никаких опознавательных знаков.
Вздохнув, разорвала упаковочную бумагу и уставилась на логотип бренда. Это был люкс. Причем тяжелый. А когда подняла крышку… Увидела такие шикарные туфли, что на некоторое время утратила способность говорить… Знала, сколько примерно они стоят. Это были туфли-лодочки моей мечты…
И кто же волшебник?
Разумеется, я не могла принять такой подарок. Он обязывал. Как назло, курьер не оставил контактов отправителя… Так бы я сразу подарок вернула.
А вдруг это все-таки Егор? Я догадывалась, что он хорошо зарабатывает, плюс обмолвился про сюрприз на день рождения…
Вернувшись в комнату, я отправила герою-любовнику сообщение с вопросом. Однако, зная, что у Безрукова свидание, не ожидала получить ответ быстро.
Был у меня еще один поклонник. Ох! Вот о нем даже вспоминать не хотелось… Палата номер шесть на гастролях! И, увы, он тоже вполне мог оказаться дарителем.
Судя по некоторым косвенным признакам, с вероятностью сто из ста этот мужчина одевался в бутиках и разъезжал на здоровенном черном «Гелендвагене». И уже дважды приносил мне дизайнерские букеты… Да только его поведение было настолько неадекватным, что временами я не знала, как реагировать…
Так и не дождавшись ответа от Безрукова, с тяжелым сердцем я все-таки отправилась спать.
* * *Следующие пара недель пронеслись как в тумане. Я с утра до ночи работала и к концу смены просто валилась с ног. Эти дни прошли без заметных событий. Наверное, потому что Кирилл ни разу со дня нашей знаменательной встречи так больше и не появлялся в «Патриках».
Расстраивало, что я настолько ему неприятна, что он даже перестал здесь обедать. Да-да, с подачи Инги я случайно узнала номер автомобиля Воронова и каждый день наблюдала его на парковке бизнес-центра, только сам владелец черного «Мерседеса» предпочитал оставаться в тени.
– Алин, там Левицкий снова тебя требует! – скорчила рожицу коллега.
– Что на этот раз? – вздохнула я. – Сахар сильно сладкий? Или перец жгучий?
– Сказал, я слишком широко ему улыбнулась, и это задело его тонкую душевную организацию! – хмыкнув, Инга изобразила рвотный позыв.
Спокойствие, только спокойствие!
Я сделала глубокий вдох как перед погружением на глубину, потому что этот шизанутый мужик в очередной раз собрался трепать мне нервы.
За полтора месяца работы уже успела познакомиться с несколькими токсичными клиентами, однако этот переплюнул всех. И вроде внешне вполне себе ничего. Высокий. Подтянутый. Со стильной короткой стрижкой и серьгой в ухе. Разумеется, с ног до головы в кричащих брендах. Но по тому, как он себя вел, – дурак дураком.
А со слов Вадика, еще и бабник с извращенными наклонностями.
Ну кому еще как не мне могло так подфартить?
– Здравствуйте, дорогая Алина! – оголяя белоснежные виниры, улыбнулся шизоид.
– Добрый день, – ответила я натянутой улыбкой.
– Скажите на милость, как реагировать, когда официантки строят мне глазки? – с видом человека, оскорбленного до глубины души.
Ну просто МХАТ по нему рыдает.
– Прошу прощения. Я проведу с Ингой разъяснительную беседу. Она больше не будет вам улыбаться.
Внезапно он схватил пустую тарелку и, не сводя с меня сального взгляда, принялся тщательно слизывать с нее остатки бальзамического уксуса.
– Я могу вылизать не только тарелку… – сообщил, понизив голос, от чего Артем Александрович, который тоже, на мое несчастье, присутствовал за столом, чуть не поперхнулся.
– Сразу видно, какая вы разносторонняя личность! – парировала я сухо, ежась под пристальным взглядом шефа.
От того, как внимательно он меня разглядывал, стало не по себе… Вдруг Артем Александрович поднял руку, салютуя кому-то у входа.
– Кирюх, ты че там шифруешься? Иди к нам!
Посмотрев через плечо, я напоролась на обжигающие темные угли. Дыхание перехватило. Горло сжалось. Воронов так усердно меня разглядывал, приближаясь к нашему столу…
Глава 7
На миг мы с Кириллом замерли и еще какое-то время смотрели друг на друга. Я первая опустила глаза, уставившись на свои новые туфли. Те самые, которые приобрела с последней премии. Не бренд, но довольно стильные и удобные. А главное – я сама на них заработала.
К слову, личность тайного дарителя люкса так и осталась неизвестной. Хотя меня не покидала ощущение, что это какая-то ловушка по типу бесплатного сыра. Вдруг очередной «гениальный» план Левицкого? Ведь пару раз он уже пытался всучить мне пакеты из ЦУМа, которые, разумеется, сразу же возвращались к адресату. Возможно, горе-поклонник только и ждал, что я поведусь, и как только это произойдет, собирался выкатить «счет».
– Здорово! – Мужчины обменялись рукопожатиями.
– Я принес то, что ты просил. – Кирилл передал какую-то папку Артему. – Ладно, погнал на встречу.
– Да погоди ты, неуловимый! Куда потерялся? К конкурентам обедать, что ли, ходишь? – язвительно хмыкнул шеф.
– Дома обедаю. – Воронов пожал плечами. – Лиза готовит.
Лиза готовит.
Или коротко о том, как убить двумя словами.
– Ну тушите свет! Походу мы его теряем! В рядах женатиков скоро пополнение? М? – возбужденно предположил мой поклонник. – Кир, на мальчишник-то раскошелишься? Переплюнем этих неудачников из Вегаса? Я возьму на себя организацию! – хохотнул Левицкий, делая большой глоток американо.
– Не беги впереди паровоза, Павлик, – тихо ответил Воронов, не встречаясь ни с кем взглядом.
– Примерный семьянин. Ну хоть кофе с нами выпей? – Артем Александрович прищурился, круговым движением массируя висок.
Его брат покосился на часы.
– У меня есть минут десять.
– Тём, как малец-то оперился! – заржал Левицкий. – Десять минут у него есть! Вот нам фартануло! – согнувшись пополам, он поклонился Кириллу в ноги. – Не вели казнить, великий государь! Вели слово молвить!
На заросших трехдневной щетиной щеках Кирилла проступили желваки. Эмоцию в его глазах мне считать не удалось…
– Паш, ты, может, лучше угомонишься? М? – выразительно посмотрев на шута, он все-таки присоединился к мужчинам за столом.
– Не вели казнить! Челом бить буду…
Я кашлянула, вновь привлекая к своей скромной персоне внимание достопочтенных господ.
– Прошу прощения. Если проблема решена, я могу идти? – обратилась скорее к Артему Александровичу, чтобы его полоумный дружок вновь что-нибудь не выкинул.
– Кирилл, ты ведь уже знаком с Алиной? – вопросительно выгнув густую темную бровь, поинтересовался у брата шеф. – Наш новый администратор.
– И моя девушка! – Левицкий ударил себя кулаком в грудь.
– Я не ваша девушка! – уже по инерции его осадила.
– Да кто ж шутит такими вещами, родная? – сложил пальцы в крестном знамении. – Аминь!
Ар-р.
Хотелось вызвать ему дурку. Совершенно не смешно. Своим странным поведением этот мужчина меня пугал.
Расслабленно откинувшись на спинку стула, Воронов сосредоточил на мне свой равнодушный взгляд. Надеялась увидеть на его лице проблеск хоть какого-то интереса, но его не было. Непроницаемая маска. Лед. Сталь.
– Уже имел честь познакомиться… – с подчеркнутой учтивостью. – Она обслуживала меня несколько дней назад.
Обслуживала…
Я закусила внутреннюю сторону щеки, стараясь не выдать свою реакцию на этот выпад, да и на всю неприятную ситуацию в целом.
– У нас тут, между прочим, страсти кипят похлеще, чем в турецких сериалах. Павлик ухаживает за Алиной. Уже целая оранжерея на барной стойке! – шеф повернул голову в сторону ровного ряда букетов, из-за которых не было видно бармена Вадика. – Может, наконец, пристроим этого мудака? – Артем Александрович многозначительно мне подмигнул.