- -
- 100%
- +
Глава 1
Шарлотта Королева
– Чарли, ну, посмотри, какой комплект, как сидит, а? – Слава тычет мне в нос глянцевым журналом.
Подруга счастлива, а я в ужасе. Уже два часа! Два! Как она пытается обновить мой гардероб.
– Отличный комплект, – вздыхаю, не глядя, – для фотомоделей.
– Ну почему? – не унимается она. – Он совсем не подчеркивает фигуру. В смысле, не обтягивает.
– Потому что там обтягивать нечего! – психую я и бросаю взгляд в окно.
Там на противоположной стороне улицы мой любимый «Кренделек», кондитерская со сдобными булочками и вкуснейшим какао. Слюна моментально собирается во рту, и я даже чувствую вкус пончиков, покрытых шоколадной глазурью.
– Все, Слав, заканчиваем, – этой тростиночке пойдет все. Ее даже в мужских семейниках можно на подиум выпускать. Один фиг, все будут, разинув рты любоваться и оголтело хлопать в ладоши.
– Чарли! – подруга откладывает журнал. – Ну, почему ты такая упертая? А? Я стараюсь, хочу, чтобы в свои тридцать два ты выглядела как женщина, чтобы блистала, а мужики от тебя голову теряли. Представь только, идешь вся такая и навстречу тебе твой бывший Лёлик.
– Во-первых, Слав, прекрати называть меня Чарли. Терпеть не могу это имя. Во-вторых, сделать из меня женщину больше, чем в этом преуспели родители, у тебя вряд ли получится. Ну, и про Лёлика – табу, я тебя предупреждала.
Бросаю не подругу красноречивый взгляд, чтобы поняла, о бывших, как о мертвых, либо хорошо, либо… Правды мне хватило, а хорошего сказать нечего.
– Ну, Шарлотта – это длинно и не молодежно совсем, – игнорирует мой главный посыл подруга. – Лично я, когда слышу имя Шарлотта, представляю себе эдакую засушенную английскую бабушку в шляпке.
– Лара, простое имя, легко запомнить, не вызывает привыкания и ассоциаций с бабушками, – выдаю и быстро собираюсь, потому что весь мой пятьдесят шестой уже давно сидит за столиком в пекарне напротив и доедает третий пончик.
Позорно сбегаю, оставив подругу наедине с каталогом и надеждой на мое преображение.
Стыдно?
Уже лет семь как нет. Выживая в глянцевом мире идеальных девушек и истинных мачо, хочешь не хочешь, а отрастишь броню. Привычным движением толкаю дверь кондитерской, улыбаюсь мелодичному позвякиванию дверного колокольчика и шагаю к прилавку. Желудок урчит, и я мысленно уговариваю его потерпеть.
«Мы на месте, всего-то одна девушка впереди, чего разнылся-то? Не одни мы…» – замолкаю, рассматривая незнакомку.
Странное сочетание: спортивная сумка, джинсы, коробка пирожных с кремом? Все ясно, очередная начинающая спортсменка, пытающаяся втиснуть свои аппетитные формы в заветный XS.
«Сильно начинающая, – отмечает внутренний голос, – даже жаль ее. Сейчас как натренируется, а потом с горя уничтожит целую коробку сладостей. Проходили».
– Мне четыре пончика и большой какао с маршмеллоу, – озвучиваю свой заказ и чуть отступаю, чтобы «спортсменка» могла протиснуться к выходу.
Девушка с грацией кошки обходит меня, умудряясь одной рукой нести коробку со сладостями, а второй – прижимать к уху смартфон. Занимаю свое место у кассы и в нетерпении постукиваю уголком банковской карты по стеклянной витрине.
– А-ах! – возмущается спортсменка. – Вы когда-нибудь смотрите по сторонам?
– А вы?! – вторит ей не менее возмущенный мужской баритон.
Не могу удержаться и поворачиваюсь в сторону шума.
На входе в кондитерскую стоит представительный мужчина и раздраженно изучает несчастную спортсменку. Не сразу понимаю, что случилось. Мужчина вполне себе приличный, масс-маркет, можно сказать: гладко выбрит, в костюме, при галстуке. Типичный белый воротничок. Наверняка, из нашего офисного небоскреба сбежал. Спускаюсь взглядом ниже и замечаю, как из-под его руки испуганно выглядывает кудрявая рыжая макушка. Дочка? Девочка испуганно рассматривает спортсменку с коробкой и крепко держит мужчину за руку. Точно, дочка.
– И что мне теперь с этим делать, – устало произносит девушка, указывая на живописную мазню из розового крема, украшающую прозрачную крышку коробки.
– Я оплачу, она нечаянно, – оправдывается белый воротничок. – Мы не хотели. Да, Лиза?
Ребенок виновато кивает. Конфликт исчерпан. Вкусняшки, конечно же, жалко, а дети, на то и дети, чтобы бегали и прыгали. Вот я уже не попрыгаю. Теряю интерес к происходящему, но где-то на подсознании все-таки отмечаю, что мужчина не такой уж и масс-маркет, симпатичный.
– Ваши какао и пончики, – отвлекает меня мелодичный голос хозяйки.
Забываю про странную троицу, переключая все внимание на сладости. Вместе с драгоценной ношей занимаю единственный свободный столик и прикидываю, смогут ли четыре пончика компенсировать мне потерянный от общения с подругой серотонин?
«Не хватит, возьму еще», – успокаиваю себя, цепляю пальчиками десерт, покрытый шоколадной глазурью и, жмурясь от удовольствия, откусываю кусочек, а потом еще и еще…
Отхлебнув сладкого какао, я открываю календарь и просматриваю список дел на сегодня.
– В десять собеседование с кандидатами на вакансию аналитика, потом сразу проектные менеджеры. Пум-пу-пум, – листаю расписание. – До двенадцати надо успеть как-то или скинуть менеджеров на Анжелу.
Провожу пальцем по экрану, сверяю запись в календаре с записью в приложении клиники и, убедившись, что время совпадает, ставлю звуковое напоминание на одиннадцать тридцать.
Славка бы была в бешенстве. Это не мой мешковатый костюмчик оверсайз, который она ненавидит, а целая клиника репродуктивной медицины. Я ей сказала, что отказалась, а сама даже не нашла времени позвонить. Получается, сегодня у меня плановый и последний прием у репродуктолога.
Блокирую телефон и кладу его на стол рядом с тарелкой стремительно заканчивающихся пончиков. Кофейня постепенно заполняется посетителями, и обычно я стараюсь поскорее все съесть и сбежать. Обычно, но не сегодня. Настроение отвратное, но ведь и какао еще не закончился? Обняв большую теплую кружку ладошками, я отворачиваюсь к окну и мыслями возвращаюсь в тот день, когда все сломалось… Полгода прошло, а почему-то вспомнилось.
Глава 2
Шарлотта Королева
Полгода назад
– Я не пойду в клинику.
Леша стоял в дверях кухни и всем своим видом показывал, что принятое решение менять не собирается. Уверенный, гладко выбритый, родной…
– Что-то случилось? – попыталась отсечь эмоции.
– Нет, просто считаю, что наше решение по ЭКО было… – Леша несколько раз перекатился с пятки на носок, – поспешным, что ли.
– Три года?
Вместо ответа Леша развел руками, и я только тогда поняла, что все это время он как-то прятал их в карманах своих узеньких джинсов.
«Неудобно ведь», – почему-то пришло мне в голову.
– Ладно, – словно сдался Леша. – Не буду врать, я был у врача.
Я не стала комментировать эту новость. Отключила плиту и развернулась к нему, готовая услышать настоящую причину.
– Он сказал, что у меня могут быть дети, – вывалил Леша с какой-то гордостью и, увидев мое недоумение, пояснил: – нормальным путем, как у всех, Шарлот.
– Замечательная новость. Возможно, никакое ЭКО и не понадобится.
Я развернулась к плите, словно прячась. Если я не вижу, то и меня не видят? Так? Пока я переводила дух, Леша молча подошел к столу, с грохотом отодвинул стул и сел.
– Ты не поняла, – наконец-то произнес он. – Это значит, что проблема в тебе. Три года, Шарлот.
– Мы пошли в клинику, чтобы выяснить, кто виноват или?
Закончить фразу я не успела. Догадка, словно молния, выстрелила точно в цель. Я резко развернулась и практически придавила Лешу взглядом.
– То, что у нас три года не получалось не моя вина, – объяснил он мне как ребенку. – Ты тоже не виновата, так бывает. Просто сделаешь ЭКО без меня. Я – все.
– Как это без тебя?
– Вот так, – снова развел руками Алексей. – Я ухожу от тебя. Со мной все в порядке, Шарлот, я здоров и не хочу, чтобы моих детей какой-то посторонний мужик в пробирке выращивал. У меня все нормально может быть.
– Ах, нормально, – еле успела глотнуть воздуха, – тогда беги, Лё-лик!
Специально назвала его так. Знала, что взбесится, всегда бесился, если Славка его так называла. Невзлюбила она его с первой встречи и, как теперь вижу, не зря. Одна я три года с ним носилась!
Все сошлось. Сложилось один к одному: слякотная майская погода, магнитные бури, головная боль… Наверняка, и планеты объединились и выстроились против меня, но этого уже не узнать. Я вообще плохо помню, что было после того, как прицельно метнула в Лешу сковородой с грибами.
Пришла в себя только после его пронзительного визга, а хлопнувшая дверь и брошенное напоследок: «Дура!» – окончательно вернули меня в реальность.
Спустя пять минут я прошлась по квартире и собрала в мусорный пакет все, что не забрал Леша. Туда же отправились испорченные грибы, которые я долго и старательно отскребала от пола и стен.
Злость, обида, жажда мести и… бессилие – вот что я чувствовала. Что бы я ни сделала, ни сказала, все останется на своих местах: я в своей квартире и Лёлик, шагающий навстречу своему правильному счастью!
– Сволочь! – выкрикнула я и усилила нажим на швабру.
Масло никак не хотело отмываться, а я терла и терла пол, подливая побольше ароматного средства, словно хотела стереть не только все жирные пятна, но и свою память.
Спустя полчаса я оценила результат своих трудов и бросила швабру.
– Главное, что следов этого козлевича не осталось, на остальное плевать.
Сказала и перевела взгляд на притаившийся у двери мешок с мусором. Нет, это не просто мешок мусора, это как раз они, следы! Я решительно направилась к пакету и, подхватив его за узелок, вынесла к мусорным бакам. По сути, мелочь, не способная успокоить бушевавший внутри меня дикий ураган, но в тот момент, когда я выбрасывала Лешины вещи в контейнер, немного отпустило.
Вернувшись домой, я продолжила спасительную уборку. До дыр затерла зеркала и стекла и, кажется, на молекулярном уровне уничтожила пыль во всей квартире. Даже грязное белье, что неделю лежало в корзине перестирала.
Дом блестел, я вымоталась, но ничего не изменилось.
Факт, что меня красиво бросили, обвинив в неполноценности, никакой генеральной уборкой не исправишь. Обиднее всего другое – это был предлог. Да, я – идиотка, раз за три года не разглядела в своем Алексее самого обычного Лёлика, но не настолько, чтобы не понять этого.
Предлог… и меня накрыло.
Вряд ли я кому-то расскажу, как весь следующий день позорно лежала на диване, капала себе в кружку настойку пустырника, плакала и спала. Пустырник помогал слабо, но в домашней аптечке больше ничего не нашлось, а вставать с дивана я не хотела.
– Девушка, у вас свободно?
Голос сначала звучит в голове, перемешиваясь с воспоминаниями того самого дня, когда мы с Лешей расстались. Пытаюсь пристроить фразу к ситуации хоть как-то, а когда не получается, нехотя возвращаюсь в реальность.
– У вас свободно? Можно присесть?
Офисный клерк «масс-маркет», как я окрестила его раньше, стоит возле моего столика с дочкой и ждет. Волей-неволей начинаю рассматривать его: дорогой костюм, фирменные часы, парфюм. Нет, он явно нерядовой клерк.
– Я уже ухожу, – натянуто улыбаюсь мужчине и встаю.
Стул предательски скрипит тонкими железными ножками по полу, но это еще не все. Точно так же скрипит соседний, который я двигаю, чтобы пройти. Пытаюсь ускориться и непослушными пальцами хватаю висящий на спинке этого самого скрипучего стула ремешок сумки.
Боже, какая я растяпа! Провалиться хочется, особенно от того, как смотрят на меня этот мужчина и его дочка.
«Да, я не из тех, кто протиснется где угодно!» – бросаю на клерка красноречивый взгляд.
Кажется, эти двое все понимают и отводят глаза, а мне становится стыдно. Вот что я срываюсь на людях? Они тут вообще никаким боком. Это мне пора прощаться с прошлым. Идти на работу, проводить собеседование, а после ехать в клинику, чтобы разорвать договор на ЭКО.
«Соберись, Лара, соберись», – пинаю себя мысленно и ухожу из кофейни.
Глава 3
Шарлотта Королева
Время на собеседованиях пролетает быстро.
Как только срабатывает напоминание на мобильном, я передаю Анжеле анкету лучшего, на мой взгляд, кандидата и сбегаю в клинику. Здесь рядом, две остановки – если на транспорте, а если прогуляться через дворы… Времени у меня не так и много, поэтому вариант «через дворы» отметаю и прыгаю в удачно подвернувшийся мне автобус.
Добираюсь быстро и захожу в просторный холл.
– Вы на двенадцать? – тормозит меня, несущуюся на всех порах к кабинету, девушка-администратор.
– А, да, – хлопаю себя по лбу и возвращаюсь к регистратуре. – К Чепиковой.
– Королёва Шарлотта? – не отрывая глаз от монитора, уточняет девушка.
– Она самая.
– Паспорт, пожалуйста.
Тяжело вздыхаю и лезу в сумочку за документом. На часах, что висят за спиной администратора без двух минут двенадцать.
Нервничаю.
Паспорт с хлопком ложится на столик регистрации, и я, поглядывая на часы, раздраженно тарабаню пальцами, пока девушка что-то проверяет и записывает.
– Ваша карта, – невозмутимо произносит она, поправляя обтягивающий тоненькую фигурку халатик, – третий этаж тридцать второй кабинет.
Спешу. Быстрым шагом преодолеваю ступени, кое-где перескакивая через одну. Потому что могу, потому что не права Славка… Глаза скользят по дверям в поисках нужного номера. На экране зажатого в руках мобильного ровно двенадцать, и я, не оставив себе времени перевести дух, врываюсь в тридцать второй кабинет.
– Можно?
– Шарлотта Королева? Да, проходите.
Карточка перекочевывает из моих рук в руки врача, и я даю себе немного времени, чтобы собраться и озвучить то, за чем я пришла.
– Так, анализы готовы, – проговаривает вслух доктор.
– Все в норме?
– Да, но, – начинает женщина и не успевает договорить.
– Я бы хотела отказаться от процедуры.
Сказала.
Всматриваюсь в ее немолодое, но красивое лицо и немного завидую светлым, собранным в пучок волосам.
«Не то что мои черные вихри».
– Перенести хотите?
– Что? А, нет. Совсем отказываемся. Решили попробовать без всего этого.
– Мысли верные, с такими анализами надо сначала пройти курс лечения, – кивает женщина, а я рассматриваю ее морщинки вокруг глаз.
– Какими такими? Со мной что-то не так? – вытягиваюсь по струнке и не отрываю взгляда от врача.
– Не переживайте, все решаемо, – улыбается доктор.
«Морщинки от доброты. Бывает же». – мелькает в голове.
– У вас все в пределах нормы, Шарлотта. Но у вашего мужа…
– Боже упаси! – вскидываю ладони вверх и тут же возвращаю их на колени.
– Что?
– Я не вам, простите. Так-так, что там с его анализами?
– У вашего мужа… – начинает она, листая карточку. – А он разве не сказал?
Врач отрывается от документов и сканирует меня взглядом. Отдаю должное ее интуиции и цежу сквозь зубы: «Муж бы, может, и сказал».
– Что, простите? – уточняет врач.
– Не сказал, – отвечаю громче, – и уже вряд ли скажет.
– Как?!
– Ой! Все нормально с ним, не переживайте. Просто не муж он мне – это, во-первых, а, во-вторых, мы с ним расстались.
Вот и все, больше не нужно строить из себя счастливую семейную женщину.
Доктор тоже облегченно вздыхает и по-женски, с сочувствием рассказывает, что у Леши, безусловно, могут быть дети, зачатые естественным путем, но только после хорошего, а главное, длительного лечения.
Что я чувствую, покидая клинику? Полгода назад злорадствовала бы и, может, даже отпраздновала эту новость. Сейчас же мне совсем не интересны подробности. Последние ниточки, связывавшие меня с прошлым, разорваны, и впереди меня ждет…
Что-то точно ждет.
Находясь в какой-то прострации, я прохожу мимо остановки, а когда это понимаю, решаю не возвращаться. Пройду через парк, подушу воздухом. Благо, у меня в запасе целый час обеденного времени, а сентябрь сегодня радует теплой погодой.
В голове пусто. Я медленно бреду по центральной аллее, рассматривая роскошные клумбы, и боюсь разрушить хрупкое чувство равновесия внутри. Сегодня сошлось все: правда про Лешу, расторжение контракта, погода, прогулка…
Где-то в стороне от дороги заиграла музыка, и я отвлеклась от мыслей, чтобы найти ее источник.
Кафе.
Небольшой домик с витиеватой надписью «Лукоморье» стоит метрах в пятидесяти от дороги. Он действительно напоминает избушку из русской сказки и настолько органично смотрится среди деревьев и цветов, что я не могу сдержаться и сворачиваю на тропинку, ведущую к центральному входу.
«Как удачно все складывается: прогулка, обед и на работу успею вернуться».
Я уже заношу ногу, чтобы поставить ее на первую ступеньку резного крыльца, когда мобильный в моем кармане взрывается знакомой мелодией. Подруга словно следит за мной. Вспоминаю ее нравоучения про правильное питание и спорт и, вздохнув, отвечаю на звонок: «Да, Слав».
– Шарлотт, танцуй! – возбужденно пищит она в трубку – У меня для тебя шикарная новость, просто бомбезная!
Закатываю глаза, радуясь, что Славка меня не видит и жду. По опыту знаю, мое участие в разговоре не потребуется, подруга вывалит все сама.
– Ты в курсе, что Дворец спорта открывают, – сообщает известный факт – Так вот, торжественная церемония сегодня в четыре. Сначала там всех будут благодарить, потом поздравлять, а потом. Та-дам! Потом, Чарли, будет фуршет и не простой, с выступлениями артистов и танцами.
– И? – не выдерживаю я.
– Ну, что ты такая нудная, а? Приглашения я достала на двоих. Сбегаешь пораньше с работы, наряжаешься, и к шести чтобы была там!
– Нет, Слав. Спасибо, но нет.
– Господи, почему я тебе все должна разжевывать?! Думаешь, мне есть дело до этого самого дворца? Пятьсот раз нет, Чарли! Мы должны пойти туда, потому что все лучшие мужики города будут там! Это шанс, подруга. Ничего не надо делать, просто подобающе одеться и красиво постоять с бокалом шампанского!
– Нет, Слав, я пас. Уговаривать бесполезно.
– Бла-бла, Чарли! Я ничего не слышала, в шесть у входа. Жду пять минут и захожу. Не придешь, тебе же хуже, будешь своего принца у окошка до пенсии ждать.
Звонок обрывается, вернее, Слава его завершает, а я так и остаюсь стоять перед входом в сказочное Лукоморье. Солнечная погода уже не радует, музыка раздражает, а аппетит…
– Вот умеешь же ты, Славка! – бросаю в сердцах и разворачиваюсь.
Возвращаюсь на центральную аллею и быстрым шагом иду к выходу. Вместо обеда покупаю несколько пирожков в хлебном ларьке у ворот и направляюсь в офис.
Глава 4
Шарлотта Королева
Сижу в кабинете за маленьким столиком, спрятанным за стеллажом с документами. Начальство категорически против посиделок на рабочем месте, вот нам и приходится шифроваться. Я не жалуюсь, нет, уголок для отдыха и перекуса получился очень даже уютный. Делаю глоток чая из большой керамической кружки и тянусь за вторым пирожком, когда слышу хлопок двери.
– Шарлотт? Ты здесь? – кричат на весь кабинет.
– Да, за шкафом – откликаюсь я.
Слушаю торопливое цоканье каблучков, и вот передо мной стоит взволнованная Анжела.
– Слава богу, ты здесь, – берет стул, двигает его поближе к столу и садится.
– Что случилось? – интересуюсь у коллеги, а сама разламываю пирог пополам и пробую.
– Руководство из Москвы пожаловало! – шепчет она, словно нас кто-то подслушивает, а сама тянется к коробочке с чайными пакетиками. – Велели подготовить большую переговорку.
Анжела достает свою чашку, а я неопределенно пожимаю плечами, мол, ничего особенного. Начальство, оно на то и начальство, приедут, посовещаются, уедут, а мы будем дальше работать.
– Говорят, нашего Палыча в Сочинский филиал переводят, – продолжает делиться секретной информацией Анжела, пока наливает кипяток в свою чашку.
– Были такие слухи. Угощайся, – киваю на пакет с еще теплой выпечкой.
– С чем? – принюхивается она и сглатывает слюну.
– Картошка, грибы, лук, – отвечаю и с аппетитом откусываю от пирожка кусок побольше.
– М-м-м, – вздыхает Анжела, – с капустой я бы еще рискнула, а так… Три кило после отпуска набрала, надо сгонять.
Закатываю глаза и быстро запихиваю остатки пирожка в рот. Диета, так диета, кто я такая, чтобы спорить?
– Так что там с начальством? – возвращаюсь к разговору.
– Говорят, но это еще не точно, что учредители привезли нового генерального. Хотят все здесь, – многозначительно описывает круг головой Анжела, – реструктурировать.
– Понятно. Звучит красиво, – с грохотом опускаю свою тяжелую кружку на стол. – Сокращения, слияния отделов и работа за троих, вот что нас ждет на самом деле.
– Думаешь? – Анжела цепляется за свою чашку и кусает губы. – Может, обойдется?
Качаю головой. Мне ли не знать, чем все эти телодвижения руководства заканчиваются? Если владельцы хотят все оставить, как есть, они не привозят нового руководителя «со стороны», а выбирают кого-то из коллектива. Оценивают заслуги, изучают личные дела… Ничего такого в последние полгода не было, а значит…
– Уверена, Анжел, – двигаю пакет с пирожками к ней поближе. – Ешь, силы нам с тобой понадобятся.
Обед подходит к концу. В кабинет потихоньку возвращаются коллеги, и, как я понимаю, все уже в курсе главных новостей. Анжела в расстройстве доедает пирожок и тычет пальцем в экран мобильного.
– Мне нельзя без работы, сына к школе готовить надо, – жалуется она. – Закину резюме, а там, пока то да се… Может, что-то и найду подходящее.
– Может, и не сократят, подожди паниковать.
Пытаюсь успокоить коллегу, хоть и понимаю – нечем. Все зависит от нового руководства. Бывали случаи, когда весь коллектив старый выкашивали и приводили костяк со старого места работы.
– Так, девочки, через полчаса в большой переговорке нам представят новое руководство и озвучат цели компании на ближайшее время. Явка обязательна, – гремит на весь кабинет голос Ларисы Львовны.
Изображаю испуганное лицо, прячу кружку и покидаю наше с Анжелой укрытие.
«В любой ситуации, каждый прежде всего должен выполнять свою работу», – проговариваю про себя любимую фразу нашей начальницы и удивляюсь, насколько права Лариса Львовна.
Оставшиеся полчаса до массового сборища оформляю документы на нового аналитика. Бессмысленная работа, учитывая последние новости, но о плохом стараюсь не думать.
– Девочки, пора, – заглядывает к нам в кабинет Лариса Петровна.
Мы нервничаем, но послушно встаем и дружно следуем на пятый этаж в большой зал для переговоров. Идем не спеша, в надежде, что все первые ряды займут юристы и финансовый отдел, но, когда заходим, понимаем, что просчитались, ближайшие к столу стулья достаются именно нам.
– Все в сборе? – довольно потирает ладони высокий седой мужчина в дорогущем костюме. – Тогда начнем! Рад вас всех видеть! Сразу представлюсь, я – новый владелец АО «Аванта», меня зовут Игорь Святославович.
По рядам пробегает волнение, юристы оживленно обсуждают причину внезапной продажи. Переспрашивают что-то друг у друга. Бухгалтерия напрягается так, словно их уже увольняют. Одни мы спокойны. Кого-кого, а нас если и сократят, то только после того, как мы сократим их всех.
– Давайте я сначала расскажу о своих планах, а потом дам вам возможность задать вопросы, – обращается к самым разговорчивым Игорь Святославович.
Все затихают, а новый владелец компании подтверждает версию Анжелы и сообщает, что наш генеральный уходит на повышение, а нас ждет полная реорганизация и оптимизация ресурсов.
– Капец, – шепчет мне на ухо Анжела.
Вздыхаю в ответ, показывая, что слышу, понимаю, но обсуждать здесь и сейчас не готова.
– Простите, что опоздал! – доносится со стороны входа— Всем добрый день, рад всех видеть.
Невольно оборачиваемся в сторону радостного говорящего и замираем, пытаясь угадать, кто он. Только я замираю еще и потому, что уже встречалась с этим опаздывающим. По проходу вдоль стены бодро вышагивает тот самый молодой клерк из кондитерской. Это он, ошибка исключена. В том же модном костюме, рубашке… только без дочки.
– Давай, проходи, Егор, – вскидывает руку в приглашающем жесте Игорь Святославович и обращается уже к нам. – Коллеги, позвольте представить вам нового генерального директора.
– Добрый день, я Астахов Егор Игоревич, – представляется он.
Глава 5