Шарлоттка для генерального

Глава 9

Шарлотта Королева

«Удаляй анкету», — падает мне в мессенджер послание от Славы.

С нашего разговора с подругой прошло три дня, и я не сразу понимаю, о чем она.

«Ни тебе здрасьте, ни до свидания», — перечитываю сообщение подруги.

- Черт!

Похоже, Славка сдержала слово и создала мне новый аккаунт на сайте знакомств и теперь просит удалить старый.

-Ты чего такая испуганная? Домой идешь? — останавливается у моего стола Анжела.

В последнее время мы сдружились. Нет, мы и раньше не враждовали, просто все эти события: новое руководство, перестановки и переживания о будущем сильно нас сблизили.

- Все хорошо, забыла кое-что сделать, а дома ноута нет. Минут пятнадцать подождешь?

- Ой, Шарлотт, прости, побегу, мне Севу из садика забирать.

- Беги, конечно, — машу ей рукой и включаю компьютер.

Анжела уходит, а я остаюсь одна в пустом кабинете. На стене громко тикают часы, за дверью в коридоре кто-то ходит и разговаривает по телефону. Очень хорошо, значит, не только я сегодня задерживаюсь.

- Бр-р-р, — передергиваю плечами, вспоминая, как в прошлый раз пришлось пробираться к лифту по мрачным офисным коридорам.

Монитор мигает, и на экране появляется флажок загрузки. Быстро. Еще бы пароль от личного кабинета вспомнить.

- И зачем я на это подписалась?! - нервно ерзаю на стуле, пока загружается сайт знакомств.

Копирую и вставляю в окошко адрес электронной почты и, немного подумав, набираю один из своих любимых паролей.

- Мимо, — перезагружаю страницу и делаю все заново.

«Удалила?» — мигает от Славкиных сообщений экран мобильного.

«Нет еще», — набираю в ответ.

Если и он не подойдет... Дую на взмокшие ладошки, хватаю мышку и навожу курсор на большую надпись «ВХОД».- Только нервировать и может, — бурчу на подругу и, скрестив пальцы, ввожу третий вариант пароля.

- Уф! Повезло.

Сразу нахожу в настройках пункт «Удалить анкету», но не нажимаю, зависаю, гипнотизируя курсор на экране.

- Может, не удалять? — пробегаюсь взглядом по анкете и замечаю маленький желтый конвертик в углу экрана.

- Хм, а Славка сказала, что нет толку.

Сообщения от подруги продолжают сыпаться в мессенджер, но вместо того, чтобы отвечать, я внимательно прохожусь взглядом меню и нахожу кнопку «Скрыть анкету».

- Вот так — довольная собой кликаю мышкой. - Пригодится еще.

С чистой совестью отчитываюсь подруге, что все сделано, и в нетерпении нажимаю на желтый конвертик. Внутри все замирает от предвкушения, но прочитать ничего не успеваю. Как только я открываю сообщение, раздается тихий стук в дверь.

- Да! Заходите! - кричу и быстро сворачиваю окошко браузера.

«Чтобы ты всю жизнь так свои любимые сериалы смотрел», — ругаюсь на незваного гостя.

Поворачиваюсь к двери и тут же расплываюсь в улыбке.

- Здравствуйте, — произносит девочка, в которой я сразу узнаю дочку нового генерального.

- Здравствуй.

Гостья останавливается у двери, молча опускает свои глазки в пол и мнет в руках красивую темно-синюю ткань платья.

«Надо что-то сказать, Шарлотт», — пинаю себя.

Только что? Мой уровень общения с мужчинами и детьми даже до уровня «Новичок» не дотягивает.

- Ты с папой здесь? Да? — задаю логичный вопрос?

Девочка поднимает голову, кивает, а после, отпустив подол, сразу же прячет руки за спину.

- А, папа?

- Папа Пушка ищет.

«Они что, додумались в офис кота притащить?! — закатываю глаза. — Час от часу не легче».

- Он маленький еще и скучает, когда мы уходим. Я его в переноску положила, а он сбежал.

- Так, — пытаюсь успокоить в первую очередь себя — Как тебя зовут?

- Лизавета, — шмыгает носом девочка.

- Так, вот, Лизавета, не надо так расстраиваться, — встаю из-за стола и подхожу к малышке — Пушок обязательно найдется, он просто заскучал в переноске и решил выйти погулять. Сидит сейчас в каком-нибудь кабинете и ждет, когда ты за ним придешь. Где, говоришь, переноску оставила?

- В комнате отдыха, у окна, там еще рядом большой шкаф с шоколадками.

«Так, где у нас может быть шкаф с шоколадками, да еще и большой?.. Вендинговый автомат!» - складывается пазл.

- Идем искать твоего Пушка? Ну, и папу заодно.

Протягиваю Лизе руку и бросаю взгляд на монитор.

«Не выключать? Сейчас же быстренько найдем кота... Ну, в самом-то деле, где у нас в офисе можно спрятаться? Пройдемся по кабинетам, покискискаем. Котенок, наверняка, голодный, вылезет».

Оставляю компьютер включенным и отправляюсь на поиски. Начнем с комнаты отдыха. Как сказала Лизавета...

«Лизавета, имя-то какое интересное. Не Лиза, а Лизавета... Звучит!»

- Здесь оставила, да? — спрашиваю, когда мы заходим в просторное помещение.

- Вон она.

Девочка показывает пальчиком на красивый рюкзак с круглой прозрачной вставкой из пластика, лежащий на ярко-оранжевом диване. Маленькая такая переноска, но котенок влезет?

«Должен влезть, конечно, а иначе как она его принесла?» — уговариваю себя, хотя интуиция вопит вовсю.

Не сходится что-то, но разве меня это когда-нибудь останавливало?

Подгоняемая любопытством хочу побыстрее найти кота, а в идеале передать ребенка в руки отца и сбежать читать сообщение от таинственного незнакомца.

- Пушок, кис-кис — зову я и обхожу комнату по периметру.

- Пуша, пунечка, — подхватывает Лиза.

Глава 10

Шарлотта Королева

- Пушок, кис-кис — зову я и обхожу комнату по периметру.

- Пуша, пунечка, — подхватывает Лиза.

В комнате пусто. Останавливаюсь у окна и отодвигаю жалюзи. Подоконник чист, как ни странно. Опираюсь руками о холодный пластик, смотрю в окно и вспоминаю, что еще любят кошки, кроме посиделок на окне? Спать на диванах и креслах, прятаться в коробках или на шкафах. Разворачиваюсь и еще раз внимательно осматриваю комнату, представляя, куда бы на месте кошки залезла я. Шкафов здесь нет, диван пуст, за ним тоже проверяли. Лиза на цыпочках отходит от дивана и направляется к автомату с шоколадками.

- Почему ты крадешься?

- Т-с-с! - девочка прижимает палец к губам. - Пушок не любит, когда шумят и топают. Он так не выйдет.

Перевариваю сказанное Лизаветой, и в голове красной лампочкой сигналит: «Лара, не сходится!».

Но я опять все игнорирую.

Жалюзи чуть колышутся от сквозняка и цепляются за тонкий трикотаж платья. Отхожу немного в сторону и слышу чьи-то торопливые шаги в коридоре.

Ищут девочку?

Так и есть.

Дверь открывается, и в комнату отдыха врывается горе-отец.

- Вот ты где, Лизавета Егоровна! Я же предупреждал... — с порога отчитывает дочку генеральный, но, увидев меня, осекается.

- Я Пушка искала, пап.

- Лиз, я же просил... Оу... Шарлотта Владимировна, вы нашли нашего Пушка?

- Пушок! — складывает перед собой ладошки Лиза.

Стоп! Я стою у окна, рядом никого нет. То есть совсем никого, ну или никого похожего на Пушка.

«Но кто-то же есть? Они его видят!».

Мне становится не по себе от того, как смотрят на меня эти двое.

- Я. Никого. Не. Находила, — медленно и четко выговариваю каждое слово.

- Пушочек, — тянет руки и идет ко мне на цыпочках Лиза.

А меня словно выстрелом пронзает догадка, и от этого внутри все холодеет. Я давно отошла от окна. Оно закрыто, и жалюзи спокойно висят в нескольких сантиметрах от моего плеча. Тогда почему что-то до сих пор цепляется за рукав платья? Интуиция, долго пытавшаяся достучаться до меня, притихает, и я наконец-то задаю себе правильный вопрос. Да, с запозданием, но правильный: «Лара, а с чего ты взяла, что Пушок — это маленький котенок?»

Дальше в ход идут инстинкты.

Лиза бежит ко мне, а я, медленно, мало ли кого эти двое назвали безобидным именем Пушок, поворачиваю голову налево.

- Лизавета, не смей трогать паука голыми руками!

- Ну, пап! Дедушка сказал можно, — тоненький голосок ребенка сочится обидой.

- С дедушкой я отдельно поговорю! — строго осаживает отец дочку. - Где перчатки, что я купил?

- В переноске, и, пап, он не кусается.

- Кусается, Лизавета, а еще он сбрасывает волоски! Опять чесаться будешь, — строгим голосом отчитывает девочку Егор Игоревич. - И не надо сейчас из меня делать тирана! Я разрешил держать его дома только с одним условием...

- Прекратите! — кричу и не узнаю свой голос. - И уберите с меня это чудовище немедленно, или я за себя не ручаюсь!

- Шарлотта, вы, главное, не кричите и не трогайте его! — успокаивает меня генеральный и, выставив руки вперед, пытается побыстрее натянуть перчатки.

- Я не собираюсь трогать эту гадость!

Пытаюсь выглядеть грозной, но на самом деле меня жутко потряхивает. Я не трусиха, нет. Могу взять в руки мышь, лягушку, змею да кого угодно, но только не паука. Боюсь этих тварей панически, и страху этому ровно столько же лет, сколько и мне. Всю свою сознательную жизнь я стараюсь обходить этих восьмилапых монстров стороной, а сегодня не удалось. Дрожу всем телом и неотрывно смотрю на волосатую тушку паука, нагло устроившегося на моем предплечье.

- Ой! А куда он? — пищу, когда замечаю движение.

Монстр поднимает передние волосатые лапки и, чуть качнувшись в такой воинственной позе, делает шаг.

- А-а-а! — кричу так громко, что у самой в ушах звенит.

Паук на моей руке замирает, поджимает лапки, а потом...

Я не помню, что происходит потом, потому что становится темно и тихо. Страх отпускает, и я радуюсь внезапно окутавшему меня спокойствию. Вот только длится оно совсем недолго.

Сначала сквозь темноту прорывается боль. Тихая такая, но назойливая до тошноты. Она сверлит и сверлит плечо до тех пор, пока я не просыпаюсь.

- Она умерла? — долетает до меня тоненький расстроенный голосок.

- Нет, очень испугалась и упала в обморок, — строгим басом отвечает кто-то. — Сейчас вызову врача. Оставь паука в покое, Лиз!

Мужской голос продолжает отчитывать ребенка. Детский же всеми способами пытается оправдать волосатого монстра.

- Пушок Альбисум, пап, самый мирный и безвредный паук.

- Ты это Шарлотте Владимировне расскажешь, когда она очнется.

- А она точно очнется?

- Арахнофобия не опасна, но вот то, что она упала и ударилась, вполне может иметь последствия.

- Арахно что?

- Боязнь пауков, Лиз. Не все люди их любят.

- Но... — вздыхает детский голосок.

- И выучи уже, наконец, если вы с дедом такие натуралисты, твой Пушок относится к роду Брахипельма Альбопилосум — это, во-первых. Во-вторых, пауки животные-одиночки, они не умеют скучать, и вот такие вот вылазки для них — стресс.

- М-м-м, — мычу от боли, когда открываю глаза и делаю попытку встать. — Он меня все-таки укусил, да?

- Нет, с чего вы взяли? Что-то болит?

Прислушиваюсь... нет, не к приятному мужскому голосу, а к себе. На шефа, что сейчас стоит рядом с диваном и практически нависает надо мной, стараюсь не смотреть.

- Голова и рука, плечо, где он сидел. Ой! - дергаюсь от боли — Он точно не укусил? Он же ядовитый!

- Не больше, чем оса, — вклинивается в разговор Лиза.

- Лизавета! — строго останавливает ее отец. — Вы лежите, Шарлотта Владимировна, сейчас врач приедет и вас осмотрит.

Глава 11

Шарлотта Королева

- Ничего серьезного, — врач скорой закрывает чемоданчик. — Обычный ушиб, выпишу мазь и обезболивающее.

- А обморок? — спрашиваю, косясь на переноску с Пушком.

- Нервы, испуг, если я правильно понял предысторию, — перехватывает мой встревоженный взгляд на причину испуга доктор и устало улыбается.

- Спасибо.

Подрываюсь проводить врача, но меня тут же укладывают обратно. Тянусь, пытаясь забрать рецепт на лекарства, но Егор Игоревич перехватывает бумажный листок, игнорируя мой недовольный взгляд.

- Да, мы все купим, — отвечает врачу. - Лично прослежу, чтобы все принимала и отлежалась.

Суетится, трет лоб и вчитывается в размашистые врачебные каракули, а потом, словно вспомнив о чем-то, срывается вслед за доктором. Решаю воспользоваться отсутствием начальника и встать, но с первого раза не получается. Голова не кружится, нет, но общая слабость ощущается хорошо. Не сводя глаз со злополучной переноски, сажусь на диване и уточняю у Лизы: «Как твой Пушок?»

- Не шевелится совсем. Надо дедушке звонить.

- Он, наверное, тоже в обмороке, — шучу я и тут же прикусываю язык.

Пожалуй, лучше помолчу, пока не вернется ее отец, а потом вызову такси и поеду домой. А дома? Дома кушать и баиньки.

- А вы, правда, так сильно пауков боитесь? — отвлекается от своего питомца девочка.

- Очень боюсь.

- Не бойтесь. Они хорошие и тихие, — гладит выпуклое стекло переноски Лиза и вздыхает.

Я тоже вздыхаю, рассматривая девочку. Милая она, а еще добрая. Так переживать за паука? Примеряю на себя ситуацию...

- Бр-р-р! - вздрагиваю всем телом, и именно в этот момент Егор Игоревич возвращается в комнату.

- Вам нехорошо? Знобит? - сканирует взглядом, словно рентгеном. - Доктор сказал полежать часик, а потом домой.

- А можно наоборот: сначала домой, а потом полежать? Поздно уже.

- Шарлотта Владимировна, мы вас отвезем, вы не переживайте. Все-таки это мы виноваты, точнее, я. Простите. Не уследил.

- Прощаю.

Других слов нет, а фразу, что животному в офисе не место, все это время крутившуюся у меня на языке, я так и не решаюсь произнести.

- Простите, — присоединяется Лиза к отцу — Мы с Пушком не специально.

От такого потока извинений я краснею. Бурчу под нос слова благодарности и встаю с дивана.

- Все-таки я домой, — поправляю платье под пристальным взглядом генерального. - Можно?

- Да, да, — спохватывается он. — Лиза, собирайся. Сначала заедем в аптеку, потом поужинаем где-нибудь и отвезем Шарлотту Владимировну домой.

- Нет, нет, что вы, — начинаю нервно размахивать руками. — Меня только домой! Аптека прямо в моем доме, хорошая аптека, я там все-все куплю, честно. Выпью лекарства, поужинаю и отдыхать. Обещаю.

Впервые за все это время смотрю прямо в глаза новому боссу и понимаю, не отпустит. Настроен решительно, и словно в подтверждение моих мыслей слышу: «Ну, нет. Вы не представляете, как мне неудобно. Вся эта ситуация... Я требую, чтобы мне позволили хоть немного искупить свою вину. Да, и нам с Лизой приятно будет. Мы новенькие в этом городе, друзьями пока не обзавелись, поэтому всегда рады компании».

Сдаюсь. Как тут откажешь?

Тем более с друзьями у меня тоже так себе. За три года отношений с Лешей осталась одна Славка, но мы с ней в последнее время не очень ладим. Думаю о нас с подругой и послушно лежу на диване еще целых пять минут, а потом не выдерживаю и встаю. Возвращаюсь к себе в кабинет, забираю вещи и в сопровождении генерального и Лизаветы покидаю офис.

На улице уже темно. Теплый сентябрьский вечер грозится с минуты на минуту разразится дождем, и где-то в глубине души я рада, что не придется добираться домой на автобусе.

- Вы какую кухню любите? — уточняет Егор Игоревич, помогая мне забраться в его внедорожник.

- Любую вкусную, — отвечаю честно и тут же ругаю себя, вспоминая Славкины наказы.

«Даже если ты любитель навернуть тарелку пельменей под водочку, на свидании заказываешь устриц и лучшее вино. Так, ты покажешь, что ты не какая-то там Маша Пупкина, а дама, с которой не стыдно выйти в люди».

- Тогда предлагаю классику. Русская кухня: картошечка, селедочка. Шучу, — тут же добавляет генеральный.

Сижу... Не разинув рот, нет, но обалдев от его слов точно.

- Да, макарончики с котлеткой я бы съела, — добивает меня Лиза.

Они с Пушком сидят на заднем сиденье. Расчет был на то, чтобы я ненароком не отключилась, когда мохнатая паучья лапа помашет сквозь выпуклое стекло переноски.

- Договорились, — кивает отец Лизе — Как Пушок?

- Не шевелится, — вздыхает она, и генеральный послушно набирает чей-то номер на телефоне.

- Привет, пап. Дома? — уточняет он по громкой связи.

- Да, слушаю.

Приятный мужской голос звучит на весь салон. Я сразу узнаю говорящего и вжимаюсь в кресло, словно меня могут увидеть. Беседа продолжается. Лиза и ее отец коротко пересказывают злоключения Пушка, рассказывают о доведенной до обморока сотруднице, и после этих слов я, кажется, перестаю дышать.

- Ох, нежные дамы пошли, — ворчит новый владелец нашей компании. - Пушка не трогайте. Живой — это главное, а стыдно должно быть даме, что так маленького паучка напугала.

- Дедушка, а дама тебя слышит, — сдает меня Лизавета.

- Кхм, да, пап, ты это... на громкой связи.

- И что? — без тени смущения в голосе спрашивает Игорь Святославович.

- Шарлотта Владимировна тебя тоже слышит.

- Ну тогда извините, Шарлотта Владимировна, советую проработать арахнофобию с психологом. Любую фобию надо прорабатывать со специалистом.

- Спасибо, учту, — выдавливаю из себя.

У меня и так не было аппетита, а после этого разговора... Домой хочу, к моему холодильнику с бутербродами, жареной картошечке и баварскими колбасками. От одной мысли об одиноких колбасках, лежащих в темной и холодной морозилке, желудок сжимается и тихонько бурчит. Отворачиваюсь к окну и с интересом рассматриваю здание небольшого ресторанчика, к которому мы подъезжаем. Хороший выбор. Я бывала здесь, правда, давно, почти в прошлой жизни.

- Здесь хорошая кухня, — поворачиваю голову, и наши глаза встречаются.

«Почему он так странно смотрит? И в офисе, в комнате отдыха, тоже странно себя вел. Словно он не большой босс».

Глава 12

Шарлотта Королева

- Командой, получается, могу руководить, а собственной дочерью... Не успеваю все... Сейчас срочно ищу няню. В Москве как-то проще было, где родители помогали, где няня, а здесь, в новом городе, не обжились еще.

Мы сидим за столиком в ресторане, ждем наш заказ и общаемся. Вернее, Егор Игоревич общается, а я слушаю его и рассматриваю помещение. Здесь все изменилось, уютнее стало, что ли... Раньше все было в темных тонах, мрачно, но соответствовало определению «дорого, богато». Сейчас же, в интерьере много золота и кремовых оттенков. Смотрится тоже статусно, но теплее, что ли?

- А почему переехали?

Вопрос давно крутится на языке и, наконец-то обдумав, решаю, что ничего слишком личного в нем нет.

- Год назад отец купил дачу в вашем городе. Сказал, что устал от мегаполиса и пора...

Рассказ генерального прерывается ровно на время, которое требуется официанту для того, что бы расставить блюда.

- Решил, что пора на пенсию, — продолжает он, когда мы снова остаемся одни, — природа, речка, чистый воздух.

- А вы? — решаю наглеть по полной.

- А я никогда не любил столицу. Поэтому даже обрадовался его решению. Вот так мы здесь и оказались.

- И как вам наш городок?

- Обычный, — пожимает босс плечами, — тихий, спокойный. Два часа от большого города, а ощущение, что лет на десять в прошлое вернулся, но мы потихоньку привыкаем. Да, Лиз?

Девочка кивает. Мне тоже хочется поддакнуть, сказать, что он прекрасно справляется. Дочка милая, воспитанная, в платье с пышным подъюбником из фатина, в белых туфельках... Истинная леди. Если бы у меня было что-то подобное в детстве...

«Смысл фантазировать, если бы, если бы... В те времена с деньгами плохо было, а если что и покупалось, то непременно немаркое, и чтобы и в пир, и в мир. Мама, конечно, старалась, и на утренниках я всегда была в каком-нибудь костюме...»

- Шарлотта, а я вас помню. Это же вы тогда в Крендельке были? Лиза еще девушке пирожные испортила?

Фраза генерального очень вовремя выдергивает меня из невеселых воспоминаний.

- Вы пили какао, — продолжает он, — и как-то очень задумчиво смотрели в окно. Я еще подумал, такая милая девушка и грустит.

Замираю с вилкой в руке и как идиотка хлопаю глазами.

- Вы еще пончики с какао и с этим... — босс щелкает пальцами в воздухе, пытаясь вспомнить.

- Маршмеллоу, — подсказывает дочка папе.

- Вот, вот, — улыбается он. — Какао с маршмеллоу пили.

«Странно, все странно. Он - мой начальник, я - рядовой сотрудник, и сегодня мы здесь только... Благодаря Пушку, получается? Да уж, точнее и не скажешь».

Я опять молчу, но ни мужчину, ни дочку это совсем не смущает. Лиза за обе щеки уплетает оливье, а мой новый босс невозмутимо разрезает на мелкие кусочки отбивную. Получается, что одна я считаю это все неестественным?

- Да, помню вас, — выдыхаю, как только расслабляюсь.

Вроде ничего особенного не сказала, а генеральный оживает. Рассказывает о жизни в Москве, о переезде, планах на компанию.

- Мы можем брать большие проекты и за счет того, что находимся не в столице, немного снижать стоимость. Совсем немного, но для столичных корпораций с кучей задач получается хорошая экономия. Новые контракты, что я привез, — это стартовое. Да, первое время придется ужаться, зато потом начнем расти.

Генеральный воодушевленно делится планами, а я внимательно слушаю. Напряжение между нами незаметно растворяется, и я начинаю есть. Отбрасываю все предрассудки и с аппетитом поглощаю ароматное жаркое из горшочка.

- Я даже больше скажу вам по секрету как кадровику. В течение года мы постараемся вернуть всех сокращенных сотрудников. Не в один день, постепенно, а там, и про повышение зарплат поговорим.

- Это хорошо, — улыбаюсь я. — У нас в городе непросто найти работу, и многие, узнав о сокращениях, расстроились.

Мне не верится. Хорошие новости, да на сытый желудок? Фантастика какая-то!

- Ваш десерт, — вышколенный официант ставит передо мной и Лизой тарелочки.

Рассматриваю изящную корзиночку, наполненную воздушным кремом и украшенную вишенкой.

«Боже, это же произведение искусства! Плевать на все предрассудки и Славкины наставления, я просто не смогу не съесть этот шедевр».

Перевожу взгляд на Лизу. Ее глаза тоже сияют, и, кажется, я понимаю почему. Запускаю ложку в витую башенку из крема и, зажмуриваясь, отправляю в рот кусочек счастья.

- Все-таки все женщины - сладкоежки.

Резко открываю глаза, но во взгляде мужчины не читается ничего, кроме радости от доставленного нам с Лизой удовольствия.