Ведьма Черневой тайги

Часть 1. Кто она?

На землю опустились сумерки. Тайга всё глубже погружалась в звенящую тишину. Легкий ветерок скользнул по прозрачной глади лесного озера. Из последних сил Ману ухватила его, словно за хвост, и прошептала: «Домой! Неси меня домой!» И ветер взмыл ввысь, закручивая в хороводы опавшую листву и рой светлячков, сверкающих в сгущающейся темноте.

Вихрь подхватил воздушным потоком уже практически бездыханное тело ведьмы, и понёс его сквозь расступающиеся кроны деревьев, рассыпая искры живых фонариков. Ветер поднимал её всё выше, над тёмными шпилями пихт и кружевами сосен, прямо под золотой диск полной луны. Глаза Ману сомкнулись, и она погрузилась в небытие.

В самой глубине Черневой тайги, куда не ступала нога человека, на поляне, затерянной между стволами могучих кедров, возвышалась медная скала, из расщелины которой струились лучи яркого света. Ветер мягко опустил ведьму на траву перед скалой, и подул на её бледное лицо.

Почувствовав прохладное дыхание, Ману очнулась и, цепляясь за траву и ветви деревьев, поползла на свет. Она чувствовала, что силы её иссякли, и ей во что бы то ни стало нужно попасть домой. Ману отчаянно пыталась сохранить сознание, и из последних сил схватилась за каменистый уступ скалы. Собрав остатки энергии воедино, с диким воплем она рванула в сияющий коридор. Подхваченная густым потоком энергии она понеслась на огромной скорости по спирали, уже не чувствуя и не слыша ничего, кроме тиканья часов вечности.

Очнулась она на мягком бежевом ковре посреди чистой светлой гостиной, сквозь огромные окна которой, светило ослепительное солнце. Всё убранство гостиной навеивало невероятный уют и покой: картины в дубовых лакированных рамах на белых стенах, каминный уголок с резными подсвечниками, а диванные пуфы и подушки так и зазывали нырнуть в них с головой.

«Я дома… я жива…» – глубоко вздохнув, прошептала Ману. Почувствовав прилив сил, она встала, распахнула окна и вышла на просторную террасу. Её взгляду открылся широкий песчаный берег и безбрежная синь океана, и босые ноги понесли её по горячему песку, прямо навстречу накатывающимся и разбивающимся о берег волнам.

Накупавшись вдоволь в морских водах, Ману вернулась в дом. Она упала на диван, хлопнула в ладоши, и откуда-то из глубины гостиной прозвучал бархатным тенором голос её сказочного дома:

– Что моя дорогая хозяйка желает посмотреть сегодня?

– Включи мне мои человеческие воспоминания, – ответила Ману, ощутив внезапный прилив ностальгии.

– Какой день моя дорогая хозяйка хочет посмотреть?

– Какой день… какой день… – Ману на мгновение задумалась, перебирая в памяти воспоминания, – пожалуй, это будет тот самый, день, когда для меня прозвучал последний школьный звонок.

И в тот же миг перед Ману возник огромной полупрозрачный экран, на котором она увидела себя, совсем юную, 16-летнюю, взволнованную предстоящими событиями. Ману порхала возле зеркала, её волосы были собраны на макушке в длинный хвост, обвязанный огромным белым бантом. На ней было маленькое, короткое синее платье с пышной юбкой, с белоснежным воротничком и такими же кипенно-белыми манжетами. В руках у неё была сумочка-клатч из жемчужной лаковой кожи, а на ногах шёлковые колготы и белые бабушкины туфли на огромных шпильках.

И хотя она и была, как и все в этом возрасте, чрезмерно самокритичным подростком, тем не менее, отражение в зеркале ей явно нравилось. Довольная своим видом, Ману побежала, цокая каблучками по подъездной лестнице вниз, и вышла на улицу, навстречу утреннему городу с его полусонными прохожими и снующими туда-сюда автомобилями.

Город встретил Ману восторженно. Проезжающие мимо автомобили притормаживали и сигналили ей, а проходящие мимо люди приветствовали её и останавливались полюбоваться прекрасной выпускницей.

Поначалу Ману испытывала смущение, её сердце бешено колотилось, а щёки залились румянцем. Она ещё никогда не притягивала к себе столько внимания и не вызывала у окружающих такого всеобщего восторга. Но постепенно чувство смущения переросло в нечто очень приятное и даже восхитительное. Она ликовала, почувствовав себя настоящей звездой, одариваемой поклонниками бесконечными комплиментами. Даже её походка стала увереннее, подбородок устремился вверх, плечи расправились, а глаза засветились счастьем. Без сомнений, это был фурор!

Ману свернула в проулок, где навстречу ей вышла женщина, которая вела за руку маленькую девочку лет четырёх-пяти. Они торопливо шагали по дорожке вдоль берёзовой рощи, за которой виднелось здание детского сада.

Девочка, увидев Ману, замерла на месте, хлопая ресницами огромных изумлённых глаз. Она схватила женщину за подол платья и закричала во весь голос со всей своей детской непосредственностью:

– Мама! Мама! Это принцесса?!

Женщина улыбнулась и ответила:

– Да, доченька. Это принцесса. Когда ты подрастёшь, однажды и ты превратишься в такую принцессу.

Смахнув слёзы умиления, Ману хлопнула в ладоши, и экран исчез, а вместе с ним исчез и один из самых любимых дней её прошлой человеческой жизни.

Да, мой дорогой слушатель, как ты уже, наверное, догадался, это история о девушке по имени Ману, которая когда-то была человеком. Но судьба распорядилась так, что она стала существом неведомого людям мира – самой, что ни на есть настоящей ведьмой.

***

Каждая ведьма имеет свой дом, своё убежище, вход в которое скрыт от человеческих глаз. Дом ведьмы защищён от кого бы то ни было, и без согласия хозяйки ни одна сущность не способна в него проникнуть. В своём доме ведьма набирается сил, пополняет энергию, переводит дух после бурных столкновений с соперниками, дальних телепортаций, сложных магических ритуалов и других энергозатратных ведьминских мероприятий.

Потеря энергии и силы представляет для ведьмы смертельную опасность. И если она вовремя не успеет добраться до своего дома и силы утратит окончательно, она исчезнет навечно, как исчезает утренний туман под лучами восходящего солнца.

Убежище ведьмы – это воплощение её собственной фантазии. Она рисует дом мечты в своём воображении, и картинка воплощается в реальность в параллельном мире, куда ведьма попадает из человеческого мира через спиралевидный тоннель вечности. И своё титульное имя ведьма приобретает по названию места, где находится вход в её дом.

Вход в дом нашей героини затерян где-то в глубине Черневой тайги – очень древней лесной экосистемы, расположенной в горных регионах Сибири (в среднегорном поясе Алтая, в Горной Шории, на западных предгорьях Кузнецкого Алатау, и на Салаирском кряже). Это настоящая зелёная жемчужина планеты Земля. Здесь можно встретить и осиновые заросли, и огромные берёзовые массивы, и лиственницы, и сосны. Но именно могучие тёмнохвойные пихты и кедры, под пологом которых всегда сумрачно, и предопределили название этого вида тайги.

Черневая тайга славится зловещей дремучестью и непроходимостью. Произрастающие здесь травы порой достигают трехметровой высоты. Заблудивших путников в этих таёжных дебрях ждёт печальная участь. Именно поэтому даже этнические жители с большим уважением относятся к своей тайге, и ходят только знакомыми тропами. А охотники перед каждым выходом на промысел обращаются за благословлением духов к местному шаману. Иначе идти нельзя – верная погибель.

Черневая тайга – это наполненное волшебством пространство, место силы, в котором каждое таёжное дерево, каждая речка, гора и скала намолены шаманами до такой степени, что невозможно не ощутить их невероятную энергетику. Здесь царствуют лесные духи и духи гор. И здесь, посреди тайги, где не ступала нога человека, нашла свой дом Ману.

А случилось это 13 мая в пятницу 2022 года, когда свершился знаменательный шабаш, и ведьминский круг пополнился ещё одной представительницей этой удивительной расы. Но всё по порядку.

***

Жизнь Ману, как и жизнь, любого другого человека, была наполнена разными событиями – удивительными, приятными, счастливыми и по-настоящему трагичными. Ману была сиротой, жила в небольшом шахтёрском городке вместе со своей бабушкой.

Бабушка была родом из таёжного поселка, затерянного где-то меж величественных скал Горной Шории, на берегу быстротечной реки Мрас-Су, в низовьях которой вьёт свои гнёзда черный аист, занесённый в Красную книгу.

Родовой дом бабушки сохранился до наших дней. И, как только наступало лето, она покупала билет на автобус, отправлялась в посёлок, и практически всё лето проводила в родовом гнезде, обрабатывая огород, и закручивая бесчисленные банки солений и варений на зиму. По вечерам она вытаскивала на веранду старое кресло-качалку, брала в руки спицы и клубки ниток, и, под свет горящей лампады, часами что-то вязала. Ману в свои выходные тоже иногда приезжала в посёлок, чтобы вдоволь накупаться в прохладных водах Мрас-Су, полюбоваться волшебными пейзажами окружающих посёлок гор, поросших черневой тайгой.

Других близких родственников у них не было. Поэтому, когда бабушке пришло время уйти в мир иной, Ману осталась совсем одна. Она очень любила свою бабушку и глубоко переживала её смерть. Конечно, Ману понимала, что человеческая жизнь не бесконечна, и рано или поздно люди отправляются на небеса, но потеря единственного родного человека просто выбивала её из колеи. Она стала задумываться о том, как несправедливо обошлась с ней судьба, ведь и родителей она потеряла очень рано.

Она была совсем крохой, которая по всем законом физиологии не должна была запомнить тот страшный роковой день. Как ни старалась она впоследствии вспомнить лица мамы и папы, но память этого не позволяла. Лишь старые фотографии в семейном альбоме могли рассказать ей, что это была замечательная, красивая пара беззаветно любящих её людей.

Всё что помнила Ману об этом страшном дне: лучи солнца, заливающие огромную комнату; руки отца, подбрасывающие её высоко под самый потолок; она хохочет и взвизгивает от удовольствия; размытый образ мамы, которая зовёт их на кухню завтракать; в воздухе струится аромат выпеченных блинчиков; на кухне по радио звучит какая-то весёлая мелодия.

А потом всё очень смутно и сумбурно: кто-то чужой вошёл в комнату; взволнованные голоса отражаются от стен подобно эху, и с каждой секундой они становятся всё громче и громче; кто-то чужой и отец борются и с грохотом падают на пол; в руке чужого сверкнул огромный нож; затем дикий крик матери, рванувшей к маленькой Ману; кто-то чужой обхватывает её шею рукой, и вот мама лежит на полу, а глаза Ману застилает пелена слёз. Она не понимает, что произошло, но ей очень страшно. Она сидит на полу в луже крови. Запах блинчиков куда-то исчез, вместо него в воздухе повис страшный, смертельный запах металла, а над головой малышки склонился он…

Ману не помнила лиц своих родителей, но лицо этого человека она запомнила навсегда – зловещее лицо чудовища, ворвавшегося в жизнь Ману, и жестоко расправившегося на её глазах с самыми близкими ей людьми.

Преступника так и не нашли. Мысль о том, что он остался безнаказанным, мучила Ману все последующие годы. Она часто видела его во снах, и это были её самые ужасные ночные кошмары.

Повзрослев, она регулярно обивала пороги полиции, и даже заказала у художника словесный портрет убийцы. Но всерьёз её никто не воспринимал, и при каждом обращении к следователю она слышала одно и то же: «Ты была слишком мала, чтобы что-то запомнить. Дело закрыто».

Да, дело было закрыто, но только не для Ману. Желание отомстить томило девичье сердце. Но, как и где искать преступника, она не знала. Как и не знала о том, что эта трагедия фактически предопределила её судьбу.

***

Дальнейшая жизнь Ману складывалась вполне обыденно, и, казалось, ничто не предвещало никаких чудес и превращений. Лишь однажды, будучи ещё школьницей, Ману столкнулась с необъяснимым явлением.

Каждое утро Ману встречалась во дворе своего дома с одноклассницей, которая жила по соседству, и подружки вместе шли в школу. Их дорога пролегала вдоль берёзовой рощи, детского сада и гаражного массива, проходя через который можно было значительно срезать путь. Вот и в это морозное утро девочки шли в школу привычным путём, о чём-то весело болтая без умолка.

Светало. В воздухе искрились снежинки, а утреннюю тишину нарушал лишь хруст льда под ногами. Когда девочки приблизились к гаражному комплексу, вокруг никого не было. И только впереди, примерно в пятидесяти метрах от них, шла женщина, особо не приметная, в тёмно-сером пальто с пушистым воротником. На голове у неё был повязан пуховый платок, а в руках она держала небольшую сумку-авоську, которая болталась по ветру, демонстрируя свою пустоту.

В общем, это была самая обычная женщина, коих мы ежедневно встречаем на своём пути. Девочки и не обратили бы на неё никакого внимания, если бы женщина внезапно не остановилась.

Замерев на месте, женщина резко обернулась. Её серое, будто каменное лицо покрывали глубокие морщины, щеки запали под скулы, а тонкие губы с опущенными вниз уголками были плотно сжаты. Из-под пухового платка выбивались седые спутанные космы. Взгляд у неё был пронзительный, холодный, и настолько пугающий, что по спине Ману побежали мурашки.

Так, недвижимая, чисто истукан, жуткая старуха несколько мгновений внимательно сверлила Ману своими чёрными глазами. А затем произошло нечто невероятное: женщина внезапно исчезла.

Нет, она не растворилась в воздухе как факир в клубах дыма, не рассеялась как утренний туман. Просто она была, и в миг её не стало. Девочки, сражённые этим обстоятельством, тут же смолкли, боясь нарушить тишину, сбавили шаг и медленно приближались туда, откуда пропала странная старуха. Поравнявшись с тем самым местом, подружка прошептала Ману:

– Где-е-е она?

– Не зна-а-а-ю…, – с ужасом в голосе тихо ответила ей Ману.

И в тот же миг со всех сторон раздался тревожный гул. Гаражи заскрежетали своими железными засовами. Заснеженная земля поползла под ногами, вздымаясь волнами, а лёд на застывших лужах трескался и скрипел, точно битое стекло.

С диким визгом девчонки бросились наутёк. Они бежали так быстро, что не чувствовали собственных ног, а оставшийся путь до школы был преодолён ими в считанные секунды.

Добежав до школьных ворот, девочки остановились отдышаться. Гул стих, а вокруг шумел только детский улей в ожидании нового учебного дня, и по признакам полного спокойствия на лицах ребят было понятно, что никакого странного шума и уплывающей из-под ног земли они не заметили.

– Давай не будем рассказывать о том, что мы видели одноклассникам, они всё равно нам не поверят, – предложила подружка, и Ману согласилась с ней, ведь прослыть врунишкой ей тоже вовсе не хотелось. Уж больно неправдоподобной казалась эта история.

Но, как только они шагнули на порог своего класса, тут же, наперебой начали рассказывать собравшимся вокруг них детям о престранном событии, свидетелями которого они поневоле оказались. Конечно, им никто не поверил, хотя и врушами называть не стали. Просто до следующей школьной перемены об этом инциденте всеми было уже забыто.

Ману часто вспоминала эту загадочную историю. Однако логичного объяснения случившемуся она не находила, поскольку произошедшее никак не вписывалось в ту картину мира, которая была ей знакома и понятна.

«А может то, что видят мои глаза, это лишь иллюзия? Если так, то как бы я хотела знать, каков мир на самом деле», – мечтала Ману, – «выйти за пределы человеческого сознания и восприятия, и увидеть объективную картину вселенной. Мир, природа, вселенная – это нечто объективно существующее. Однако ж кошка видит мир по-своему; птица его видит иначе, чем кошка; а мы видим иначе, чем все остальные. А мир один, общий для нас, кошек, птиц… Получается, что и мой взгляд на него весьма субъективен, и я не могу знать, как всё выглядит в действительности, какова она – реальность».

Так, размышляя о тайнах мироздания, Ману и не предполагала, что однажды они ей откроются. Ведь она была самой обыкновенной девчонкой, такой же, как та, что живёт по соседству: немного взбалмошна, слегка ветрена, и весьма любознательна.

Как всякий живущий на земле человек, она была талантлива. Ведь на земле вообще нет бесталанных людей. Хотя и гениальной её не назовёшь. И если вы спросите меня, в чём разница между талантом и гением, я точно не отвечу. Скажу лишь так: каждый гений талантлив, но не каждый талантливый человек гениален.

Так вот, Ману была талантливой мечтательницей. Да-да, так и есть, способность к необузданной фантазии – это, безусловно, тоже талант! В своих безграничных грёзах она путешествовала во времени, встречалась со знаменитыми историческими личностями, и сама участвовала в событиях давно минувших дней.

А ещё она мечтала о кругосветных путешествиях. На стене её комнаты висела огромная карта мира. И ей очень нравилось, зажмурив глаза, ткнуть в какую-нибудь точку на карте, а потом мысленно представить, как она волшебным образом оказалась в этом месте планеты, и гуляет по белоснежным пляжам Французской Полинезии, пробирается сквозь дебри тропических лесов где-то в районе реки Амазонки, катается на слонах в Индии, взбирается на пирамиду Хеопса в Гизе.

По окончании школы наша фантазёрка недолго думала над выбором института. «Следуй за своей мечтой!» – таким статусом Ману подписала каждый свой аккаунт. Потому и выбрала она сразу две специализации: историю и туризм.

Так, день шёл за днём, пока однажды не случилась в жизни Ману ещё одна невероятная история. А произошло это во время студенческой вечеринки по случаю Вальпургиевой ночи – очень древнего праздника, который многими европейскими народами принято отмечать в ночь с 30 апреля на 1 мая.

Часть 2. Не шалите в Вальпургиеву ночь

Вальпургиева ночь – это один из самых неоднозначных древних праздников, корни которого уходят глубоко в языческие дохристианские времена.

В традициях многих народов этот праздник имеет разное значение. Некоторые народы в этот день отмечают праздник весны и плодородия, водят хороводы вокруг Майских деревьев, наряжая их цветными лентами.

Другие же считают, что ночь с 30 апреля на 1 мая является самой страшной ночью в году, когда бесится нечистая сила, а ведьмы садятся на свои мётлы и слетаются на горные вершины, где творят всякие бесчинства.

Дабы изгнать нечистую силу, люди собирались целыми деревнями, жгли огромные костры, в которых сгорали заранее изготовленные чучела ведьм. И согласно поверьям, в эту ночь нельзя упоминать вслух всякую нечисть, а женщинам нельзя одеваться в чёрные одежды, дабы не быть спутанными с ведьмами.

Поскольку, несмотря на широкое распространение христианства, этот древний праздник был очень популярен в народе, католическая церковь, дабы отвратить народ от язычества, связала Первомай с именем святой Вальпурги – монахини, основавшей в 748 году монастырь в Германии.

Однако эта мера оказалась не особо эффективной, и до настоящих дней Вальпургиева ночь связывается людьми с культом ведьм, в которых, конечно, уже никто не верит, но практически каждый не чужд окунуться в мрачную сказку и испытать трепет перед неведомой силой.

Не стали исключением и студенты института истории, в числе которых оказалась Ману. Ребята задумали организовать бурную костюмированную вечеринку по случаю этого языческого праздника.

***

Праздник решили отметить в родовом доме бабушки Ману. Всем девчонкам надлежало нарядиться исключительно в чёрные одежды, а парням не возбранялось прикрепить к брюкам хвосты и нацепить на макушки нечто похожее на рожки. Кто-то даже прихватил с собой белоснежные клыки вампира – обязательный атрибут всякой «кошмарной» вечеринки.

Группа, в которой училась Ману, была небольшой – всего шестнадцать студентов (десять девчонок и шестеро парней). И по какому-то невероятному стечению обстоятельств, трое ребят не смогли принять участие в этой вечеринке, и на встречу отправились тринадцать студентов, разряженных в ведьм, чертей, вампиров и всякую другую нечисть. А тринадцать – число, ох какое сомнительное!

Для поездки в таёжный посёлок ребята арендовали небольшой автобус, загрузили в него снедь и напитки, и, с шутками и прибаутками двинулись в путь-дорогу.

Место проведения вечеринки было выбрано дружной компанией не случайно. Путник, заезжая в такой таёжный посёлок, сразу же почувствует какую-то странность, и, оглядевшись по сторонам, поймёт, что насторожило его внимание – это полное отсутствие линий электропередач. То ли в целях сохранения экологии, то ли по какой другой причине, но электричество так и не было проведено в дома малочисленных жителей таких таёжных посёлков.

Сегодня некоторые жители для выработки электроэнергии пользуются бензиновыми генераторами. Другим районные власти установили солнечные батареи. А третьи, в основном старики да шаманы, для обогрева своих жилищ топят домовые печи, тёмными вечерами и ночами жгут лампады, а посмотреть телевизор ходят в соседний посёлок к «богатому родственнику», прикупившему спутниковую антенну и бензиновый генератор. Согласитесь, это просто идеальные условия для проведения ведьминской вечеринки.

Но была и ещё одна причина, по которой выбор места празднования пал на дом бабушки Ману. Дело в том, что Ману родилась именно в Вальпургиеву ночь – 1 мая, и в этом году ей предстояло отметить свой двадцать первый день рождения. Поэтому, по праву именинницы, место празднования обоих событий определила Ману.

Весёлая студенческая братия прибыла в посёлок ещё до наступления темноты. Ребята, шумной толпой, нагруженные сумками и рюкзаками, вывалили из автобуса.

В поселке была всего одна улица в несколько домов, которые находились на значительном удалении друг от друга. Дом бабушки Ману был погружён в тенистый сад, окружённый невысоким деревянным забором. Вся атмосфера вокруг навивала приятное спокойствие, а таёжный воздух опьянял своей свежестью и весенними ароматами.

Ману достала из сумки ключи и отварила дверь в дом.

– Проходите, гости дорогие, располагайтесь, кухня справа, гостиная слева, – Ману, стоя на веранде возле входа в дом, и запуская вперед себя гостей, увидела, как на дорогу вышел старый шаман, дом которого находился на краю посёлка.

Старик с нескрываемым интересом наблюдал за компанией странно разряженных молодых людей, откуда ни возьмись, появившейся в тихом таёжном посёлке.

– Здравствуйте, дядя Талай! – окликнула его Ману.

– И тебе не хворать, Ману! – отозвался старик, – Что за нечистая вас, на ночь глядя, к нам посёлок принесла, и чего это вы так нарядились?

– Вы не переживайте, мы здесь только до восхода солнца, утром за нами приедет автобус. Мы Вальпургиеву ночь здесь будем праздновать, – ответила ему Ману.

– Тьфу на вас, сумасшедшие! – старик в возмущении топнул ногой, – Разве ж можно с тёмными силами в игры играть? Это вам не шутки! – старик затряс кулаком, пытаясь образумить молодёжь. Но его попытка с треском провалилась, поскольку предупреждение шамана явно никто не воспринял всерьёз.

– Мы, дедушка, нечистой силы не боимся, – крикнула шаману одна из участниц вечеринки, – мы боимся нашего декана, вот где исчадие ада, – и вся компания грохнула хохотом, явно разделяя эту мысль.

Шаман поворчал ещё немного и пошёл восвояси в сторону своего дома. А ребята принялись за подготовку вечеринки.

Девочки расставляли по всему дому свечи и лампады, накрывали на стол, а мальчишки кололи дрова, топили печь, выбрали место в огороде для разжигания костра, на котором планировалось в полночь сжечь чучело ведьмы.

У одного из ребят нашелся старинный патефон, который каким-то чудом сохранился в рабочем состоянии, и несколько пластинок к нему, с музыкальными записями 30-х годов ХХ столетия, звучание которых, сквозь шелест пластинки и потрескивание патефонной иглы, добавляло таинственности всему происходящему вокруг.

И вот, с наступлением темноты студенты, что называется, пошли в отрыв, и тому явно способствовали горячительные напитки, привезённые с собой. Тихий таёжный поселок сотрясался от дикого хохота юных вампиров, неистовых танцев молодых ведьм вокруг пылающего костра, и перезвона бокалов с коктейлем «Кровавая Мэри» – веселящим, но крайне вредным и опасным для здоровья напитком.