А сколько ещё неизведанного! Найду! Обниму! Не отдам никому! От ненависти до любви и обратно. Что обещает её лицо

Накануне отъезда Ирина Петровна позвала Светлану на разговор. Они уложили детей, сели за стол с обязательным ежевечерним чаем, и Ирина Петровна обрушила на Светлану рассказ о семейной жизни брата Вадима – Валентина с её дочерью Полиной.

Полина, оказывается, сначала познакомилась с Вадимом, и они даже жили какое-то время вместе. И хотя Вадим сразу предупредил девушку, что жениться не собирается, влюблённая по уши Полина втайне надеялась, что чудо произойдёт именно с ней. Да и какая девушка на её месте не надеется на сказку? Но Вадим как-то быстро охладел к Полине, а она как раз в это время поняла, что беременна и, зная, что предыдущих своих пассий любимый отправлял на аборт, нашла в себе силы уйти от него, ничего ему не сказав. Уходить было некуда, кроме как вернувшись к мамочке в родной город Людиново.

Ирина Петровна не осуждала дочь, наоборот, была горда первым таким решительным её поступком, поскольку росла Полина мягким до слабости, застенчивым человеком, а, учитывая, что родила её Ирина Петровна поздно, то очень переживала – как Полина будет преодолевать жизненные трудности, когда её не станет? Но, значит, есть в девочке внутренний стержень, а остальное – приложится. А ребёнок – что ж, это радость и счастье! Как-нибудь лет 10-15 Ирина Петровна ещё надеялась проскрипеть, так что поднять его на ноги успеем.

Через неделю в Людинове Полину нашёл Валентин. Известие о её беременности от брата не охладило его любовь к Полине. И через месяц они расписались. Любила ли Полина Валентина, Ирина Петровна не знает до сих пор. Скорее его любви хватало за двоих. Но жили супруги мирно. На семейном совете Валентин объявил, что в Москву они не вернутся, а будут обосновываться здесь, в Людиново. И ещё: Вадим о ребёнке узнать не должен.

Вскоре молодые купили квартиру в центре Людинова и съехали от Ирины Петровны. Валентин открыл небольшой магазин по продаже строительных и хозяйственных материалов. Откуда у него деньги спрашивать в голову не приходило. Москвич, что тут скажешь, они все богатые. А через семь месяцев родился мальчик, назвали Анатолием в честь дедушки, отца Валентина и Вадима. Анатолий Валентинович. Брату Валентин ничего не сообщил, и вообще прекратил с ним все контакты, и даже, как будто, побаивался его.

Только когда Ирина Петровна познакомилась с Вадимом на похоронах, она поняла, почему Валентин занял по отношению к брату такую жёсткую позицию. В Вадиме чувствовалась сила и власть. Такой своё никому не отдаст, и не важно, нужно оно ему самому или нет. Потому Валентин и боялся, что Вадим может забрать сына. Потому и отрезал всё под корень.

– Ты уж сама, Светочка, реши – рассказывать всё это мужу своему или пока нет. Ты, я вижу, деток обоих любишь одинаково, а вот он как к Алёнке будет относиться, когда узнает про родного сына – не знаю. И дети тебя любят, мамой зовут. Ты не переживай, я этому только рада. Ты – сильная, не то, что моя Полиночка была… Ты детей на ноги поставишь, я в этом уверена. Только и меня уж, старуху, не забывайте, хоть иногда навещайте, пока я жива, – закончила разговор Ирина Петровна.

А Светлане в сердце заползла холодная змея ужаса. Разве можно скрывать от отца, что у него есть родной сын? Нельзя не сказать. И сказать нельзя – ведь не отдаст он ей тогда Толика. Перелопатят со своим бриллиантовым юристом брачный договор и найдут, за что зацепиться, чтобы не выполнить его условия. Уж она-то это знала по собственному опыту. Знала бы Ирина Петровна, какую ношу взвалила на Светланины плечи, – не называла бы сильной. Ну, как найти силы на такой разговор? Когда читаешь в книгах или смотришь в фильмах, как герои маются от надуманных проблем, думаешь: чего уж проще, сели бы да откровенно поговорили (правда, тогда как бы сценаристы высасывали из пальца 200 серий?). А, когда доходит до собственной ситуации… Какая она сильная? Хотелось по-бабьи выть, уткнувшись в подушку.

Так и не найдя выхода из этого тупика, Светлана решила отпустить от себя ситуацию. А после сегодняшнего со всех сторон необычного вечера и тем более. «Посмотрим, что будет во время отпуска», – решила она. Трусость, конечно, но на другое решение сил не было.

14

В Серфаусе Вадим гонял по черным трассам, Светлана рассекала по красным, Толик занимался в группе начинающих сверстников, а Аленка с удовольствием ходила в детский садик. Уходить из него не хотела, ускользала юркой змейкой и пряталась. Приходилось всем вместе её отлавливать, а Вадиму потом тащить, брыкающуюся, в отель. Там она, правда, быстро успокаивалась очередной сказкой или рисованием. Толик был в восторге от лыж, каждый день с горящими глазами рассказывал, чему он научился сегодня, и с нетерпением ждал, когда он сможет прокатиться по горе вместе с родителями.

Хотя взрослые катались отдельно, обедали они вместе. Вадим, как всегда, первым подъехал к кафе около подъёмников и высматривал на красном спуске яркую куртку Светланы. А, вот и она. И вдруг Вадим увидел, как Светлану резко понесло в сторону, и она упала, подняв фонтан снежного крошева. Он бросил лыжи и устремился к горе. Идти, особенно вверх, в тяжеленных горнолыжных ботинках, было трудно, и продвигался он медленно, не сводя глаз со Светланы.

У Светланы никак не получалось встать в пушистом снегу и она пыталась отстегнуть лёжа лыжи. И ругала себя последними словами… Вадим был таким обаятельным в отпуске, внимательным, терпеливым, веселым, открытым и ещё кучу подобных эпитетов можно было к нему применить, что Светлана расслабилась и размечталась о том, чтобы их фиктивный брак плавно перетёк в самый что ни на есть настоящий… Отвлеклась, а горные лыжи такого не прощают, – хлоп, и она уже барахтается в снегу. Хорошо, что ещё в мягкий снег занесло, и ничего себе не переломала…

Тут Светлана заметила приближающего Вадима и, увидев его побледневшее встревоженное лицо, поспешила успокоить:

– Со мной всё в порядке, только встать не могу. Помоги лыжу отстегнуть…

Вадим молча сел на колени в снег, внимательно прощупал Светлану и, убедившись, что переломов действительно нет, отстегнул оставшуюся лыжу (с одной Светлана справилась сама), поднялся сам и помог встать жене. А потом крепко прижал её к себе и приник теплыми губами к её рту. По телу Светланы прокатилась горячая волна от губ до самых кончиков пальцев ног, а потом вернулась и ударила в голову. Она вся затрепетала в сильных мужских руках. Воздух в легких закончился, Вадим прервал поцелуй и сначала прижался лбом к лбу Светланы, а потом слегка отодвинул от себя её лицо и заглянул в глаза. И потемневшие до черноты карие глаза утонули в синих от ответного желания глазах Светланы. Вадим взвалил на одно плечо её лыжи, другой рукой взял её за руку и они начали долгий спуск с горы.

До закрытия трасс оставалось еще почти полдня, поэтому в кабинке на спуск они были одни. И целовались, целовались… Никак не могли оторваться друг от друга. В номере Вадим, собрав всю свою волю в кулак, ещё раз ощупал уже обнажённое тело Светланы трясущимися руками, а потом… Потом они занялись любовью – сумбурной, страстной, то ли от долгого воздержания, то ли от долго сдерживаемых чувств.

Вечером, когда Светлана привела в номер Толика, а Вадим принёс как всегда сопротивляющуюся Аленку, глава семьи объявил, что завтра они кататься не будут и в садик Аленка не пойдет. Дети тут же закапризничали, но Вадим их быстро успокоил, сказав:

– Наша мама упала и ей нужен выходной. И мы завтра все вместе поедем в одно сказочное место.

Толик тут же переключился на Светлану (он уже сам падал не раз и понимал, что это больно и опасно), а Аленка начала выспрашивать у Вадима в какую сказку они поедут…

Перед сном Вадим переформировал их две комнаты из женской и мужской в детскую и взрослую. Взбудораженные ожиданием завтрашнего приключения дети быстро уснули. А Вадим начал их первую ночь любви с осторожных поцелуев бедра Светланы, где уже вовсю наливался багровым цветом огромный синяк.

После утоления первой страсти Вадим признался, что нечаянно слышал их с Никитой разговор, из которого и родилась идея с праздником и отпуском. Мистика обрела черты реальности, но от этого не стала в глазах Светланы менее дорога. А Вадим, между тем, приподнялся на локтях над лежащей под ним женой, и, с подчёркнутой серьёзностью глядя ей в глаза, сказал, что больше он не потерпит рядом с ней никаких Никит и Эдурдов. Светлана тоже в долгу не осталась и потребовала таких же шагов и от него.

– Я вообще-то очень верный товарищ, – ответил Вадим, и лукаво добавил, – в каждый конкретный отрезок времени.

Шутка шуткой, но в каждой шутке, как говорится, есть доля правды, и Светлана поняла, что её мечты о счастливой семейной жизни рассыпались в прах, поскольку Вадим ясно дал понять, что краткосрочность их отношений остаётся в силе. Та Светлана, которой она была раньше, фыркнула бы на такие слова и послала нахала куда подальше… Но сейчас она была бесконечно далеко от той...

15

Следующий день они действительно провели в сказке. А началась она с волшебных улочек Инсбрука, до сих пор утопающих в праздничном оформлении. Над их головами залихватски дули в трубы ангелы с крыльями, переливались разноцветными гирляндами высоченные ёлки, а фасады домов соревновались друг с другом, кто украшен более изобретательно и богато. С городской башни перед ними засверкала на солнце знаменитая "Золотая крыша". Наискосок от неё так же аппетитно выглядел сверху, как и снизу, с площади, дом Хельбринга – кремовый торт. И даже открылась набережная реки с узенькими фасадами домов, плотно прижавшихся друг к другу и покрашенных в разные цвета: розовый, голубой, желтый… Удивительно, что это отсутствие порядка и гармонии не резало взгляд, а наоборот, радовало своей эклектичностью. Вдалеке за домами виднелись горы с шапками снега на вершинах. Дети забывали закрывать рот от восхищения, и даже Светлану отпустила вчерашняя боль, вызванная словами Вадима…

Следующее чудо ожидало их в церкви Хофкирхе. Алёнка даже сначала оробела от рядов «черных людей» – искусно выполненных в полный рост статуй рыцарей в полном облачении и дам в пышных кружевных нарядах, и спряталась за спиной Светланы. А потом её никак не могли оторвать от королей и королев и она забросала всех вопросами: из каких они сказок? А Толик с жадным интересом рассматривал рыцарей в доспехах и при полном вооружении. Еле их увели, пообещав ещё более волшебную сказку, которой оказался музей кристаллов Сваровски.

На входе в музей их встретил Великан, разлёгшийся на поляне, изо рта которого низвергался целый водопад, растёкшийся перед ним прудом. Алёнка с опаской на него косилась, сидя на руках у Вадима, пока они не зашли внутрь. А там уже и детям и взрослым пришлось крутить головами на 360о, поскольку в каждой витрине и за каждым углом открывались всё новые и новые чудеса из разноцветных камешков, искусно подсвеченных так, что отблёскивали всеми цветами радуги.

Выход из музея был, конечно, через магазин, где каждому досталось по подарку: Алёнке – очаровательное колечко с красным камешком в виде сердечка, Светлане – брошка с цветком из семи разноцветных камешков за не хилую цену. А мужчины выбрали себе скромные авторучки (цена, правда, у них была не маленькой). Когда они всей семьёй вывалились, наконец, наружу, здесь их ждало последнее на сегодняшний день чудо: уже стемнело и каждое дерево в парке могучего Великана светилось тысячью огоньков, что создавало совершенно мистическую атмосферу, которой прониклись не только дети, но и взрослые.

Вадим вёл арендованную машину и изредка поглядывал в зеркало на своё сонное царство на заднем сиденье. Первыми заснули дети, привалившись с двух сторон к Светлане. Полуобняв их, кажется, задремала и она, только, почему-то, хмурилась во сне. «Нога разболелась», – догадался Вадим, вспомнив её огромный синяк. «Отправлю её завтра кататься по синим вместе с Толиком, пусть только попробует возразить!»

Светлана только делала вид, что спала. На неё опять налетел страх за будущее, и она предпочла закрыть глаза, чтобы они её не выдали. Если во время отношений с девушками Вадим хотя бы наполовину вёл себя так, как сегодня, то каково же им, бедненьким, было, когда они расставались?!? Светлана невольно задумалась и о судьбе Полины. Как бы она поступила на её месте? Смирилась, согласившись на аборт? Или решилась защищать своего ребёнка и растить его сама? Или попыталась бороться за любовь Вадима? И что вообще это значит – бороться за свою любовь? Часто встречающееся в книгах и фильмах подобное выражение было для Светланы чем-то абстрактным, даже надуманным. Разве можно зажечь в человеке любовь какими-то специальными методами?

Начиная с восьмого класса школы, Светлана только благосклонно принимала или отвергала чью-то влюблённость, а позже любовь, но сама никого не добивалась. А когда отношения надоедали, решительно их рвала. И никогда не задумывалась – каково быть на противоположной стороне? Похоже, всё это ей вернулось бумерангом, да ещё с какой силой?!? Утроенной! Ведь она рисковала потерять не только Вадима, но и Толика, и Алёнку. В этой ситуации ещё благо, что у неё своих детей не может быть…

Что же делать? Если будет каждый день так мучить себя, то оставшиеся полгода превратятся в самую иезуитскую пытку. Может, всё-таки, попытаться бороться за шанс стать счастливой? Неужели она не достойна любви? И Светлана решила просто быть самой собой. Не угождать, не стелиться, но и не замыкаться и прятаться. Воспринимать каждый конкретный момент таким, какой он будет – счастливым или тревожным, веселым или грустным. И тогда у неё, по крайнеё мере, предстоят впереди 180 счастливых дней, а не полгода ожиданий несчастья. И Светлана заулыбалась…

Вадим поймал её счастливое выражение лица в зеркале и сам невольно расплылся в улыбке. И порадовался, что вовремя вспомнил, как Никита называл Светлану цветиком-семицветиком. А впереди после сказочного дня их ждала ещё более волшебная ночь!

16

Светлану мутило со вчерашнего дня. А после обеда на работе её вообще вывернуло наизнанку, она испугалась, что подхватила какую-то кишечную инфекцию и вызвала скорую. И хотя после рвоты заметно полегчало, но врач скорой намерил ещё и повышенное давление, и Светлана, побоявшись заразить детей, согласилась ехать в больницу.

Звонок от Светланы застал Вадима, когда он проводил совещание. Он очень удивился – что могло случиться? (Жена звонила ему в разгар рабочего дня только один раз, когда Алёнка заболела).

– Вадим, забери, пожалуйста, Аленку из садика в пять часов. Я тут немножко траванулась чем-то и меня везут в больницу, а у Толика сегодня олимпиада по математике, не хотелось бы его срывать…

Вадим скомкал совещание и решил ехать за Алёнкой сейчас же, а уже с ней вместе потом в больницу к жене. Чёрт, не спросил номер больницы! Но тут от Светланы пришло смс с номером детского сада и номером группы (Вадим ни разу Алёнку из сада не забирал), и он в ответ попросил прислать номер больницы и палаты. Пока ехал за Аленкой по навигатору составил маршрут.

На осторожный стук Вадима в дверь Аленкиной группы выглянула молоденькая воспитательница:

– Вы за кем?

– За Алёной Королёвой.

– А Вы ей кто?

– Отец.

– Сейчас.

Воспитательница исчезла и вскоре вернулась, держа за руку Алёнку. Присела на корточки перед девочкой и спросила:

– Алёнка, кто этот дядя?

Малышка вырвалась от воспитательницы и доверчиво вложила свою ладошку в руку Вадима:

– Это мой папа!

– Извините, – сказала, поднимаясь, воспитательница, – Алёнку всё время мама забирала или брат.

– Мама у нас заболела, а Толик в школе, – пояснил Вадим, которому понравилась бдительность воспитательницы.

В больнице Вадим решил сначала найти врача Светланы, попутно удивившись тому, что она оказалась в гинекологическом отделении, а не в инфекционном, а заодно посмотреть состояние больницы, чтобы сразу определиться: оставлять тут Светлану или искать другую больницу. Врач, принимавший больную, оказался тщедушным суетливым старичком, и Вадим сходу решил, что Светлану он отсюда заберёт сегодня же. Старичок усадил мужчину с девочкой за стол и начал бодренько сыпать словами:

– Беременна Ваша супруга, батенька. Четыре-пять недель. При её строении маточных труб – просто чудо! Кто будет – даже не спрашивайте, рано пока. Ранний токсикоз. Но это не смертельно. Можете забрать супругу, батенька. И к гинекологу на учёт. Вы, наверное, с супругой очень ещё детишек хотели? – и уставился на Вадима добрыми, почти прозрачными, когда-то голубыми глазами.

Вадим знал о диагнозе Светланы, да и никогда не задумывался: хочет иметь он детей или нет вообще, а не только ещё. И только после вопроса этого старенького Айболита понял: хочет! Конечно же, хочет! Девочку! От Светланы!

Светлана сидела в коридоре в ожидании Вадима и никак не могла привести свои чувства в порядок. Сначала не могла осознать и поверить, что произошло чудо, и она беременна. Потом покрылась холодным потом – как к этому отнесутся дети, особенно Толик. А ведь он спрашивал у неё, ещё когда был весь колючий, как ёжик, что будет с ним и сестрой, когда она родит своего ребёнка. А она уверила его, что такого не произойдёт… Выходит, обманула… Ну, ничего, Алёнка ещё маленькая, а с Толиком она уже прошла один сложный этап, пройдёт и второй. Дети увидят, что она всех любит одинаково и доверие будет восстановлено… А вот как к новости Вадим отнесётся??? Ой, мамочки!.. Аборт? Никогда и ни за что!!! Внезапно вспомнила Валентина и испугалась другой напасти – что Вадим отберёт у неё своего ребёнка. А потом Светлана вдруг ясно осознала, что она, действительно, сильная! Она поняла, что если она любит того Вадима, каким он ей представляется, то он никогда не посмеет отобрать у неё детей, даже если она сама ему наскучит. А если это другой Вадим, то и ей он такой не нужен. И она будет сражаться с ним и с его бриллиантовым юристом за детей, как тигрица! И обязательно победит! И не отдаст ему ни Толика с Алёнкой, ни его собственного ребенка. И ни к селу, ни к городу вспомнила мультик про Простоквашино, где Матроскин спорил с Шариком надо ли возвращать новорожденного телёнка вместе с коровой в магазин или он имеет право оставить его себе. И успокоилась.

Такой её и увидел Вадим: Светлана сидела, обняв живот обеими руками, как бы защищая от кого-то, и вся ушла глубоко в себя, и из этой глубины её внутренний свет вырывался наружу.

«Мамочка!», – кинулась к ней Алёнка и, как когда-то в Макдональдсе, вскарабкалась на колени и обхватила ручонками за шею. Светлана прижала к себе малышку и подняла глаза из-за её плеча на приближающегося мужа. Увидела его потрясённо-счастливое лицо и окончательно поняла, что всё у них будет хорошо, они справятся со всеми проблемами вместе. А Вадим подошёл к своим женщинам, присел на корточки и обнял их обеих. «Нашёл и не отдам никому!»

Эпилог

В мае Королёвы всей семьёй поехали в Людиново на годовщину гибели Валентина и Полины. Ирина Петровна была очень растрогана, когда Вадим подошёл к старой женщине и крепко обнял её. А потом мужчины пошли на кладбище, а Светлана с Алёнкой остались помогать Ирине Петровне накрывать на стол. Народу обещало быть не мало: и соседи, и сотрудники магазинов Валентина (Вадим не стал ничего менять после гибели брата, только назначил нового управляющего, решив разобраться с бизнесом через год).

Вадим стоял напротив памятника, держа за руку Толика, и мысленно разговаривал с братом: «Ну, здравствуй, Валька! И тебе – привет, Полина! С детьми всё в порядке, не волнуйтесь. Ты, Валька, конечно, наворочал дел, а мне теперь их разгребать, но уж как-нибудь справлюсь. А, если что – жена поможет, подскажет. Она у меня та ещё колючка, но я её люблю. Я ведь женился – представляешь? Я! Убежденный холостяк и бабник! А теперь глава семейства и уже почти отец-герой. Если ты пока не знаешь, то у меня скоро ещё один сын будет. И не дёргайся, Толику мы со Светланой решили ничего не говорить. Какая разница – отчество? Главное, что он – Королёв! Если, конечно, не случится чего-нибудь экстраординарного, что необходимо будет сказать. И за маму, Полина, не переживай. Мы её вообще хотим с собой забрать, что она тут одна будет куковать? А если не согласится поехать, то всё равно будем приглядывать. Но я надеюсь, что уговорим. А захочет в огороде копаться – так мои архаровцы мигом ей газон перед загородным домом вспашут. Да и за детьми пара дополнительных глаз не помешает. Толик в школе, Аленка в детском саду, скоро Валентин родится… Ты же не против, что мы сына твоим именем хотим назвать? Я вообще-то дочку хотел, так что мы над этим будем с моим Светиком-семицветиком усиленно работать. Эх, как же было бы здорово, если бы все вместе: ты с Полиной, я со Светланой, с детьми…»

– Папа, – вторгся в мысли Вадима голос Толика, – нам, наверное, надо уже возвращаться.

– Пойдём, сынок! («Пока, Валька! Пока, Полина! Земля вам пухом…»)

Декабрь 2016

ПРЕДИСЛОВИЕ

…Карие глаза встречаются примерно у 50% населения Земли.

Люди с карими глазами, отличаются импульсивностью, безудержной страстью, повышенной активностью. Они – лидеры. Они не терпят поражений и случаев, когда кто-то с ними не согласен: их мнение – единственно правильное, и никак иначе. Сексуальность, чувственность, обаяние – отличные дополнения к их личностным качествам.

Такие люди обладают природной красотой, отличаются умом, неугомонностью. Они не злопамятны, быстро прощают и забывают мелкие обиды. Карие глаза могут означать и некоторую ветреность: такие люди легко влюбляются, но столь же легко могут забыть объект своей любви.

Кареглазые леди необыкновенно быстро сходятся с людьми. Они общительны, не закомплексованы, уверены в себе «на тысячу процентов». Самооценка у них, в большинстве случаев, завышенная. Они этого, как правило, не замечают.

Кареглазые женщины неравнодушны к золоту, богатству, деньгам. Они хитры, умны, изворотливы, находчивы.

От грёз любви не отличим

Сочинение на тему «Как я провел лето»

Ради счастья, ради нашего, если мы хотим его…

Ох, и странные, эти русские! (продолжение рассказа «Кошка, которая гуляла сама по себе» из сборника «Зеленые глаза»)

И этим всё сказано

Сразу и навсегда!

Мой ангел смотрит на меня…

Уйти по-английски

От сердца к сердцу мост

Пришвартоваться в тихой гавани

Благодаря и вопреки

Перевоз Дуня держала

От ненависти до любви и обратно

Свадебный хоровод Созвездий

Одним росчерком пера

Что обещает её лицо или Женя, Женечка и Катюша

Это он – мой Мужчина!

От ненависти до любви и обратно

Ты знать не можешь, как тебя люблю я,

ты спишь во мне, спокойно и устало.

Среди змеиных отзвуков металла

тебя я прячу, плача и целуя.

Ф.Г.Лорка

1

– Малыш!..

(Он звал её Малыш, она звала его Стив. Они не имели права называть друг друга настоящим именем, да и не знали его)

– Малыш! Мне не нравится твоё новое задание…

– Чем? Оно точно такое же, как всегда, – ответила Малыш, пожав плечами, – Я такое делала уже не раз.

– В этот раз всё по-другому! Откажись от него.

«Волнуется за меня», – подумала Малыш. Это было приятно. Но вслух сказала:

– Ты прекрасно знаешь, что это невозможно без весомых аргументов, а их найти практически невозможно. Если что-то знаешь – скажи. Или оставим эту тему.