Алиса и магия подземелья. Путешествие в параллельный мир

1.6. Спуск в шахту

Утро… Ранее утро… Как я не люблю вставать, когда ещё глубокий сон обволакивает моё подсознание как клей, еле-как просыпаюсь, потом чувствую дрожь в руках, когда бодрствую. Тяжко… Мне в любом случае помогает кофе, чёрный терпкий кофе, да покрепче. Словно горячий ручей, согревая все жилки, будит ещё дремлющий организм.

Надела чёрные брюки, белый топик и сверху чёрный пиджак. Мне позвонил Земенский раньше на пять минут, я ещё допивала кофе, попросил выходить, так как они уже подъезжают к моему дому. Всё-таки я допила кофе и чуть задержалась, на пять минут. Самое восхитительное в этой поездке – машина, в которой Земенский вместе со мной собирался ехать на рудник. Элитный огромный чёрный джип «Тойота Лэндкрузер». Это машина моей мечты! Я в неё влюбилась, как только увидела именно здесь на работе. Лэндкрузеры развозят только директорат и приближённых к генеральному директору коллег. Есть и белого цвета, но чёрный – мой идеальный.

Земенский сидел спереди, а я была сзади вместе с ноутбуком Земенского. Пока ехали, я слушала музыку, заранее взяла с собой наушники. Ноутбук взял с собой Земенский самостоятельно, поэтому мне не пришлось думать о его оргтехнике. Во время поездки любовалась природой и рассветом. Обожаю, когда тишина и ни одной живой души на свете, когда все ещё спят и даже природа, и наблюдать из полумрака, как таинственно и быстро она пробуждается, греет моё сердце. Джип мчался по масляной дороге, которая скоро закончится и начнутся кочки, которые продолжатся ещё полпути. В это время хочется забыть о работе и просто мчаться вдаль к чему-то неизведанному, необыкновенному и новому. Стереть все свои старые мысли, хочется начать новую жизнь. Я смотрела в окно глазами маленькой девочки в ожидании чуда. Как хорошо, что со мной рядом человек, который за короткий промежуток времени стал мне дорогим. Да, говорю именно про Земенского, который спал крепким сном.

Через два часа мы приехали на рудник. Я уже была в Жолтыре, только вот ни разу не спускалась в шахту. Мы поднялись на второй этаж рудоуправления. Жолтырь – это обыкновенный посёлок, а рудоуправление – это контора, в которой работают в основном люди из посёлка. Вы сами знаете, что особо комфортабельных условий быть не может, поэтому удивляться не нужно, все должны понимать, что они приехали в посёлок. По лестнице встретили много рабочих в шахтёрской одежде, которые спускались вниз, наверно, была перевахтовка. Секретарша нас тепло встретила. Сумки, мобильные телефоны, ноутбук Земенского – мы все ценные вещи оставили у неё. Затем нам необходимо было прослушать инструктора по технике безопасности и пройти небольшой осмотр у профпатолога, который измерил давление и спросил пару вопросов касательно самочувствия. После этого мы направились в раздевалку: я – в женскую, Земенский – в мужскую. Мне приготовили шахтёрскую одежду, нательное белье, сапоги, портянки, каску, фонарь. Первый раз в жизни я надевала портянки, честно, не знала, как их надеть, мне подсказала женщина, которая тоже собиралась спускаться в шахту, я смотрела, как она одевается, и повторяла за ней. В итоге меня уже заждались, даже пришли стучаться в раздевалку и надо мной смеялись:

– Ты там не уснула, Алиса? – со смехом Земенский. Конечно, мне не понравились его хиханьки и хаханьки, поэтому я начала торопиться.

– Сейчас, подождите, пожалуйста.

Через три минуты я была готова. Женщина помогла надеть фонарь на каску. С нами в шахту спускались начальник шахты и начальник отдела безопасности и охраны труда. Земенскому очень шла форма. Я тоже неплохо смотрелась, мне пришлось взглянуть на себя в зеркало и поправить каску. Мы пошли к спуску, который находился прям в рудоуправлении на втором этаже. Прошли через Департамент безопасности, который внимательно на нас посмотрел, по рации стали передавать, что будет производиться спуск на 800 горизонт. Ух! Стало реально страшно. Мы подошли к клети, по которой должны были спуститься, немного подождали, когда к нам поднимется так называемая кабинка, в которую мы должны зайти, как в лифте, и спуститься вниз. Буквально три минуты, и мы уже заходили по очереди в кабину. На меня сверху капнула вода, мне было страшно. Были случаи, когда клеть срывалась и погибали шахтёры, которые спускались по ней в шахту. Да, клеть – толстая канатная верёвка, которая рвалась, и тут уже тебя никто не спасёт. Это очень опасно, а так люди работают каждый день. Мы спускались, наверно, минут пятнадцать или двадцать, сердце уходило постепенно в пятки. Но когда мы приехали на нужный нам горизонт, сопровождающий человек сообщил по рации, что мы приближаемся, я стала успокаиваться. Пока ехали вниз, я крепко держалась за поручни, чтобы при любой качке не упасть, а капли продолжали сверху падать на мою каску.

Мы выходили по одному. И всё, что я увидела перед собой, – это туннели, большие туннели, которые когда-то вырыли проходчики. Стало спокойнее, что я стою на земле.

– Повторю наш маршрут на сегодня, – обратился к нам начальник шахты, которого я рассмотрела ещё ближе, это был мужчина в возрасте, азиат, невысокого роста, Рустам Шамилович, – вначале мы идём по горизонту, смотрим склад товарно-материальных ценностей и запчастей, потом спускаемся по восстающему на 860 горизонт.

– А почему мы не можем спуститься на 860 горизонт по клети? – прерывая начальника шахты, спросил Земенский.

– Мы просто не успеем вернуться. Если вам нужно на 860 горизонт, то только по восстающему спуститься и там остаться до утра.

– Ясно, – замолк Земенский.

– Ну всё, пошли, – прервал всех начальник отдела безопасности и охраны труда, которого мы все хорошо знали, так как он работает в офисе и периодически приезжает на рудники с проверкой, симпатичный высокий мужчина лет сорока, Виталий Николаевич.

И все пошли друг за дружкой по очереди, мы придерживались левой стороны, потому что правая сторона считалась дорогой, по которой проходили рельсы и в любой момент мог проехать электровоз.

– Смотрите под ноги, идите с чуть согнутыми ногами. В случае, если на что-то наткнётесь, чтобы не упали, – громко сообщил Виталий Николаевич.

Пока мы шли, я пыталась разглядеть полную картину, успели увидеть насосную станцию, трубы, которые проходили по верху. Проходя через насосную станцию, пришлось закрыть уши, потому что она очень шумно работала. Я увидела болты, которые были вкручены в породу, они назывались анкерными, необходимые для удерживания самой породы, чтобы не было обвалов. Местами было проведено электричество, где-то висели фонарики, а где-то вовсе была темень, поэтому фонарь, который был у нас на каске, спасал. Если попытаться выключить фонарь, то мы окажемся в кромешной тьме и поверьте, будет очень страшно. Ещё увидела надписи и рисунки на стенах, мысли которых были ярко выражены, в общем эротического характера. Получается, шахтёры, которые здесь работали, бывало, месяцами жили в шахте и за это время стали озабоченными, им не хватало сексуальной жизни. Не представляю, если здесь потеряется человек, к примеру, пойдёшь не в ту сторону, отстанешь от группы, то потеряешься как в пещере, в фильмах ужаса такие ситуации обычно показывают.

Мы прошли в место, где было много воды, наступая на деревянные перекладины, словно проходили по ручейку, главное было не поскользнуться и не упасть.

– А воду ведь должны выкачивать? – спросила я у Виталия Николаевича.

– Да, вообще должны, – ответил.

– А почему они это не делают?

– Скорее всего, напора не хватает.

Это было реальное испытание, ещё, как назло, лампочки не светили сверху, приходилось со своим фонарём нагибать голову, чтобы разглядеть, куда ступаешь, медленно, но верно, у меня получалось. И снова испытание за испытанием. Мы услышали звук приближающегося электровоза.

– Всем остановиться и прижаться к стене, – громко обратился Рустам Шамилович. Мы беспрекословно выполнили его требование. Приближался шум, и вот я в первый раз в жизни увидела электровоз с вагонетками, спереди был машинист, который управлял этим агрегатом. Он проехал, и мы продолжили свой маршрут. Воды под ногами уже не было, но мои сапоги были чёрные из-за грязи.

– В Жолтыре горизонты широкие, а вот в Альпеке они узкие, шахты маленькие, – начал разговор Земенский, я даже и не знала, что он уже успел спуститься в шахту на другом руднике. Догадывалась, ведь с генеральным директором ездил.

– Да, – подтвердил Виталий Николаевич, – там и почище, вот что это за мусор? – спросил у начальника шахты, показывая рукой вправо, где валялась скомканная бумага. – Делаю вам устное замечание.

– А посмотрите наверх, эти провода так и должны торчать? – спросила у Виталия Николаевича.

– Конечно нет, это полное нарушение техники безопасности. Рустам Шамилович, я же вам в какой раз уже говорю привести в соответствие, заземлить провода, – обратился к начальнику шахты и остановился, и мы тоже с Земенским вместе разглядывали провода, но тот даже не обратил внимания на слова Виталия Николаевича. Поэтому ему пришлось крикнуть, Земенский тоже помог.

– Рустам Шамилович, к вам обращаются, – прокричал Земенский вслед начальнику шахты.

– Подойдите к нам, – продолжил громким голосом Виталий Николаевич.

И вот Рустам Шамилович нехотя повернулся к нам и медленным шагом направился обратно.

– Я вам делаю строгий выговор, по-другому вы не понимаете, – сказал Виталий Николаевич, когда Рустам Шамилович подошёл к проводам и даже ничего не ответил. Все двинулись дальше. Навстречу нам шли мастера, мы с ними поздоровались. Через некоторое время мы подошли к вагонному депо, хоть и в маршруте не было предусмотрено, но мы зашли внутрь. Выглядело депо как небольшой гараж, где производили ремонт вышедших из строя электровозов и сломанных вагонеток. Внутри был мастер, который как раз-таки ремонтировал электровоз, увидев нас, он поздоровался и подождал, пока мы выйдем из гаража, потому что было очень шумно, так как он выполнял сварочную работу. Я осмотрела всё вокруг, разглядев внимательно вагонетки и электровоз, потому что ни разу не видела вблизи эти большие агрегаты. Теперь я имею представление об этих словах, которые записывала в протоколы. Всё оказалось проще простого. Вагонетка похожа на маленькие вагоны, отличается лишь тем, что в ней возят руду. А электровоз – маленький поезд, который везёт эти же вагонетки.

Неподалёку находился склад товарно-материальных ценностей и запчастей. Он тоже выглядел как небольшой гараж, только рядом с ним была так называемая каптёрка, комната приёма пищи, начальник шахты внутрь не зашёл, он вместе с Земенским разговаривал около склада, а я решила ознакомиться с ещё одним новым местом, в котором ни разу не была, вместе со мной был Виталий Николаевич. На вид была обыкновенная комната, напоминающая кухню с домашней утварью, также находился длинный стол, по бокам которого располагались скамейки, где сидели двое рабочих, они пили чай. Но самое странное, что рядом с этими рабочими сидел человек кавказской национальности в простой одежде: брюки, футболка, совсем не в рабочей, и как-то странно и подозрительно смотрел на нас. Я подошла к Виталию Николаевичу и шепнула на ухо:

– Это кто? Незаконный старатель что ли?

– Не знаю. Сделаем вид, что ничего не видели. Это не наша проблема, пускай разбирается начальник шахты. – Я была удивлена, что сам Виталий Николаевич боялся связываться с ними. Незаконные старатели – это простые жители, которые становятся ворами, преступниками, они незаконными путями проникают в шахту с целью воровства руды, которую потом переплавляют, сдают в ломбард или продают как-то, подробности не знаю. Это те люди, у которых каждый месяц меняются тачки и с каждым разом они становятся выше классом. Это люди, которые могут спокойно зарезать в шахте ни в чём не повинных людей, в общем, это опасные преступники. Здесь своя мафия, которую стоит опасаться. И мне стало страшно, я вышла из этой коморки, за мной последовал Виталий Николаевич. Хотелось быстрее уйти и забыть, что видела незаконного старателя, и ещё больше забыть то, что никому не сообщила о подозрительном типе.

– Пойдёмте уже, – обратился к нам Земенский, и мы с радостью двинулись дальше. Интересно, а начальник шахты в курсе, что у него незаконные старатели в рабочее время спокойно расхаживают по рабочим пунктам приёма пищи? А может, они заодно, ему платят за молчание? Вмешаюсь и пожалею.

– Сколько ещё нам идти до восстающих? – спросила у начальника шахты, идущего впереди меня.

– Скоро уже.

Да уж, а поподробнее ответить нельзя было, например в минутах. Признаюсь, что мне страшно спускаться по восстающим, из представления имею, что это простые деревянные лестницы или одна большая деревянная лестница, по которой нам необходимо спуститься вниз, метров так шестьдесят. Слышала, что как-то один из рабочих сорвался с такой лестницы, с восстающего горизонта. Они ведь ничем не закреплены, простые лестницы в окопах, надо держаться крепко за них и молиться, чтобы они не упали или не сломались, пока ты спускаешься. Вот мы и дошли по потёмкам. Нужно было подняться на бугор, чтобы начать спускаться, знаете, когда выкапывают глубокий колодец, тёмный, только с лестницами, так и здесь. Меня охватило сильное волнение. Первым стал спускаться начальник шахты.

– Надо по одному, через некоторое время спускаться друг за другом. Что, боишься? – обратился ко мне Валерий Николаевич.

– Да.

– Не бойся. Главное – крепко держись.

– О, вот весело будет, Алиса. Запомнишь это на целую жизнь! – довольным тоном произнёс Земенский.

– Да, это точно, – подтвердила. Следом пошёл спускаться Земенский.

– Тут такие крутые лестницы, Алиса, осторожней и медленней спускайся, – крикнул снизу Земенский.

«О, как я боюсь! Зачем я согласилась на эту экскурсию?! А с другой стороны, когда я ещё буду работать на горно-металлургическом предприятии и вообще увижу ли людей, работающих в шахте. Надо это пережить!» – думала про себя, а сердечко всё быстрее и быстрее поколачивало в груди. Настал мой черёд. Я поднялась на бугор, обошла с другой стороны, где размещалась деревянная лестница. Взялась крепко двумя руками за неё и сделала первый шаг, я посмотрела вниз, чтобы разглядеть следующую ступень, на которую медленно ступила другой ногой. Внизу увидела Земенского, который спускался достаточно быстро, в отличие от меня. Моё решение было – медленно, но верно. Тем более у меня была какая-то боязнь высоких лестниц, не знаю, откуда и почему. Даже как-то сны снились, когда очень длинные лестницы со множеством ступеней передо мной, да ещё и крутой склон, меня всегда охватывает страх. Боюсь упасть, ошибиться из-за волнения, неправильно ступить. Но тут немного по-другому, эти лестницы идут вниз без наклонов, они параллельны вырытой норке, это я так называю длинные восстающие горизонты, которые идут не по горизонтали, а находятся в вертикальном расположении. На этом восстающем горизонте была ни одна лестница, их было множество, одна за другой, и когда заканчивалась одна, мне приходилось аккуратно перестроиться на другую, ещё и расположенной на другой стороне, что усложняло передвижение и немного тормозило меня. Это было самое сложное, потому что можно было легко оступиться, поэтому я продолжала крепко держаться и очень сильно волноваться. По пути, пока спускалась по восстающему горизонту, я себя ругала, очень сильно ругала, что иногда берусь за то, что не могу выполнить, потому что не в силах перешагнуть через себя. Неправильно рассчитываю свои силы. Мне казалось, что выдержу это испытание, а на деле, чуть-чуть и я бы заревела. Волнение и упреки в свой адрес длились минут двадцать. После окончания я поняла, что больше никогда не буду спускаться по восстающему горизонту, мне хватило одного раза. Я себе доказала, что не такая уж и трусиха, но больше я доказывать этого себе не буду. Лучше найду какое-нибудь другое развлечение, когда захочу пощекотать свои нервы, чем вообще спуск в шахту. Просто сегодня могли быть моменты, когда мои нервы могли сдать и я могла остановиться на лестнице из-за страха и не продолжать больше двигаться. Это такой ступор, потому что боюсь умереть. Даже сама от себя такого не ожидала, всякое могло случиться, потому что мне было жутко страшно за свою жизнь, и такой опасности я подвергать себя не стану. Мужчины – они, наверно, более крепкие в этом плане, а я слишком впечатлительная и восприимчивая к боли. Даже могла расплакаться, но сдержалась. В этом моя проблема, наверно, по жизни, я пытаюсь перешагнуть через себя, через голову, как хотите это называйте, сама даже того не зная. А когда настает время подводить итоги, я перешагиваю и понимаю, что с этим не справлюсь, потому что слаба и неправильно опять-таки рассчитала силы, думала, что справлюсь, я сильная, а на деле больно и тяжело выполнять то, чего достигла. Так и с протоколами. Я их не люблю, но если бы не моё упорство и работа, мне бы не повысили заработную плату, хоть мне и тяжело работать каждый день. Как-то читала одного известного человека, который добился много в жизни, он сказал, что без боли нет достижений. Вот когда теперь мне становится больно, я вспоминаю его речь и заставляю уверять себя в том, что я на верном пути, если больно, значит, правильно всё делаю. С другой стороны, если бы мне было не больно, то было бы всё легко, значит, мне не увеличили бы заработную плату, потому что не доделывала бы вовремя свою работу, не оставалась допоздна, мне пришлось бы уволиться, чтобы не писать протоколы, от которых мне плохо, не стала бы тогда помощницей генерала, хоть и сейчас у него новый помощник, Земенский, но не суть. Можно по-разному это трактовать. Получается, если бы не потрудилась, то меня бы не выделили из общей серой массы, хоть мне это выделение стоило нервов и слез. Может, другим бы далось это легче, а вот мне это даётся тяжело. У каждого свой путь. Может, было бы лучше, если бы я уволилась и нашла новую работу, но я бы ушла тогда, когда мне было тяжело, это бы означало для меня и моей души с совестью, что я сдалась, не выдержала испытание. Ведь и на других работах тоже может быть нелегко, по-разному. Но либо надо сжать зубы, преодолеть и уйти, либо преодолеть и держаться. Ну, это мой такой характер, не знаю, может, где-то он проявляется как слишком терпеливый. Только не знаю хорошо это или плохо.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.