Спарринг-партнеры

Серия «Гришэм: лучшее»

John Grisham

SPARRING PARTNERS

Перевод с английскогоВ. Антонова («Возвращение домой»), А. Кабалкина («Земляничная луна», «Спарринг-партнеры»)

Печатается с разрешения литературных агентств The Gernert Company и Andrew Nurnberg.

© Belfry Holdings, Inc., 2022

© Перевод. В. Антонов, 2022

© Перевод. А. Кабалкин, 2023

© Издание на русском языке AST Publishers, 2024

Возвращение домой

Это был один из тех февральских понедельников, когда на улице сыро, ветрено, тоскливо и все вокруг вызывает чувство глубокой депрессии. Заседания суда не проводились. Телефон почти постоянно молчал. Мелкие преступники и другие потенциальные клиенты занимались своими делами, совершенно не помышляя о найме адвокатов. Время от времени, правда, звонили мужчины и женщины, еще не успевшие прийти в себя после праздничных трат, – они искали совета, как быть с неоплаченными счетами по кредитным картам. Таких клиентов старались побыстрее отваживать.

Джейк сидел за столом наверху, безуспешно пытаясь навести порядок в кипе скопившихся бумаг, до которых не доходили руки неделями, а то и месяцами. Поскольку на предстоящие дни не было запланировано ни суда, ни слушаний, то сейчас было самое время разобраться со старыми делами. У любого адвоката имелся балласт из дел, за которые он когда-то взялся в силу разных причин, а теперь мечтал от них избавиться. Преимущество юридической практики в маленьком городке, особенно родном, заключалось в том, что тут все тебя знают, а именно это тебе и требуется. Важно, что у тебя хорошая репутация, что тебя любят и уважают. И если у соседей возникнут проблемы, ты хочешь, чтобы они обратились к тебе. Обратной же стороной такой известности было то, что дела знакомых всегда оказывались самыми что ни на есть заурядными и редко приносили прибыль. Но ты не мог им отказать. Дурная молва разнесется мгновенно, и адвокат, отвернувшийся от друзей, долго не протянет.

Из приступа хандры Джейка вывел звонок его секретарши Алисии, работавшей на полставки.

– Джейк, тебя тут хочет увидеть одна парочка.

Парочка. Наверняка женаты, но хотят развестись. Очередной дешевый развод. Он бросил взгляд на ежедневник, хотя знал, что записей там нет.

– У них назначена встреча? – спросил он исключительно для того, чтобы напомнить Алисии: его не следует беспокоить обычными зеваками.

– Нет. Но они очень милые и утверждают, будто это очень срочно. Они не уходят, говорят, что отнимут всего несколько минут.

Джейк ненавидел, когда его загоняли в угол в собственном офисе. В более загруженный день он бы точно встал в позу и отказался принимать таких клиентов.

– По их виду можно сказать, что у них есть деньги?

Ответ на подобный вопрос прежде всегда был отрицательным.

– Ну, они кажутся довольно богатыми.

«Богатыми»? В округе Форд! Звучит интригующе.

Алисия продолжила:

– Они из Мемфиса, проездом, но, опять же, говорят, что это очень важно.

– Есть идеи, о чем речь?

– Нет.

Ну, если они из Мемфиса, то речь точно не о разводе. Джейк прикинул возможные варианты: завещание бабушки; какой-нибудь старый участок семейной земли; может, их отпрыск задержан за наркотики в Университете Миссисипи. Поскольку ему было скучно, а тут вдруг стало любопытно и появился предлог, чтобы не заниматься бумажками, он спросил:

– А ты сказала им, что у меня сейчас совещание онлайн по компромиссному урегулированию с дюжиной адвокатов?

– Нет.

– Ты сказала, что я должен предстать перед федеральным судом в Оксфорде и могу уделить им только пару минут?

– Нет.

– Ты сказала им, что у меня запланировано много встреч?

– Нет. Совершенно очевидно, что в офисе никого больше нет и телефон не звонит.

– Ты где сама?

– Я на кухне, так что могу говорить.

– Ладно, ладно. Свари свежий кофе и отнеси в переговорную. Я спущусь через десять минут.

Первое, что бросилось в глаза Джейку, – их загар. Они явно где-то загорали. В феврале в Клэнтоне ни у кого загара не было. Второе, на что он обратил внимание, – это шикарная короткая стрижка женщины, стильная и явно дорогая, и ее волосы чуть тронуты сединой. Он заметил на джентльмене красивый спортивный пиджак. В отличие от обычных посетителей, оба были хорошо одеты и ухожены.

Джейк пожал им руки и узнал их имена. Джин и Кэти Рупп из Мемфиса. Лет пятидесяти с небольшим, эти люди явно умели расположить к себе, уверенно улыбаясь и демонстрируя безупречные зубы. Таких легко представить на поле для гольфа во Флориде, где они живут в особняке за оградой и с охранниками.

– Чем могу быть вам полезен? – поинтересовался Джейк.

Джин, сверкнув улыбкой, начал первым:

– Что ж, как ни прискорбно, но мы здесь не в качестве потенциальных клиентов.

Джейк сохранил невозмутимость, изобразил улыбку и пожал плечами, как бы говоря:Какого черта? Разве время адвоката хоть что-нибудь стоит? Однако он решил дать им еще минут десять и по чашке кофе, а потом отправить восвояси.

– Мы только что вернулись после месяца отдыха в Коста-Рике, это одно из наших любимых мест. Вам доводилось бывать в Коста-Рике?

– Нет. Но я слышал самые восторженные отзывы.

Ничего подобного Джейк не слышал, но что еще ему оставалось сказать? Он никогда не признается, что за свои тридцать восемь лет покидал Соединенные Штаты лишь один раз. Путешествие за границу было только мечтой.

– Нам там нравится, настоящий рай. Прекрасные пляжи, горы, тропические леса, вкусная еда. У нас есть друзья, имеющие там недвижимость, – она довольно дешевая. Люди чудесные, образованные, почти все говорят по-английски.

Джейк ненавидел светские разговоры о путешествиях, поскольку никогда нигде не был. Особую неприязнь у него вызывали местные врачи, которые всегда хвастались посещением самых модных курортов.

Кэти тоже не терпелось поучаствовать в разговоре, и она добавила:

– Гольф там просто невероятный, полно потрясающих полей.

Джейк не играл в гольф, потому что не был членом загородного клуба Клэнтона. Среди его членов числилось слишком много врачей, карьеристов и потомственных богачей.

Он улыбнулся и кивнул ей в ожидании продолжения. Из сумки, которую ему не было видно, она достала фунт кофе в блестящей банке и сказала:

– Это вам небольшой подарок, «Сан-Педро селект», наш любимый сорт кофе. Он просто невероятный. Мы везем с собой целый ящик.

Джейк из вежливости подарок принял. Вместо перевода денежного гонорара клиенты нередко с ним рассчитывались арбузами, свежей олениной, дровами, ремонтом машин и прочими товарами и услугами – всех и не перечислить. Его лучший приятель-адвокат Гарри Рекс Воннер однажды взял в качестве платы самоходную садовую косилку, правда, она вскоре сломалась. С другим адвокатом, уже отошедшим от дел, его клиентка по бракоразводному процессу рассчитывалась сексуальными услугами. Когда он проиграл дело, она подала жалобу, ссылаясь на нарушение этических норм и заявив о «ненадлежащем исполнении» обязанностей. Как бы то ни было, Джейк восхитился банкой кофе и попытался прочитать этикетку на испанском. Он заметил, что они не прикоснулись к предложенному им кофе, и вдруг забеспокоился – вдруг офисный напиток совсем не отвечает их запросам как знатоков и ценителей.

Джин продолжил:

– Итак, две недели назад мы были в одном из наших любимых экокурортов высоко в горах, в глубине тропического леса, в маленьком местечке всего с тридцатью номерами и невероятными видами.

Сколько раз они могут использовать слово «невероятный»?

– И мы завтракали на открытом воздухе, наблюдая за паукообразными обезьянами и попугаями, когда к нашему столику подошел официант, чтобы налить еще кофе. Он был очень дружелюбен…

– Люди там такие приветливые и любят американцев, – вставила Кэти.

А разве могло быть иначе?

Джин кивнул:

– Мы немного поболтали с ним, он сказал, что его зовут Джейсон, сам он из Флориды, а в Коста-Рике живет уже двадцать лет. За обедом мы снова его увидели и опять немного поболтали. Потом еще несколько раз встречались и всегда наслаждались дружеской беседой. За день до нашего отъезда он пригласил нас выпить по бокалу шампанского в маленьком баре, устроенном на дереве. Он уже закончил работу и хотел нас угостить. Закаты над горами невероятные, и мы отлично проводили время, когда он вдруг стал очень серьезным.

Джин замолчал и посмотрел на Кэти, которая тут же подхватила:

– Он сказал, что хочет сообщить нам нечто очень важное и конфиденциальное. Сказал, что на самом деле его зовут не Джейсон, и что он не из Флориды. Извинился, что ввел в заблуждение. Сказал, что на самом деле его зовут Мак Стаффорд и что он из Клэнтона, штат Миссисипи.

Джейк попытался сохранить невозмутимость, но ему это не удалось. Его рот открылся, а глаза округлились.

Руппы внимательно следили за его реакцией.

– Насколько я понимаю, вы знаете Мака Стаффорда, – произнес Джин.

Джейк выдохнул, не зная, что сказать.

– Господи Боже!

– Он сказал, вы с ним старые друзья, – добавил Джин.

Ошеломленный, Джейк никак не мог опомниться.

– Я просто рад, что он жив.

– Значит, вы хорошо его знаете?

– О да, очень хорошо.

Тремя годами ранее город потрясла скандальная новость о том, что Мак Стаффорд, известный адвокат, сошел с ума, подал заявление о банкротстве, развелся с женой и прямо посреди ночи бросил семью. Сплетни не утихали неделями и подпитывались всевозможными домыслами, а когда пыль начала оседать, выяснилось, что большинство слухов, пусть это и удивительно, но иначе как правдой и не назовешь. Мак занимался практическим правом семнадцать лет, и Джейк хорошо его знал. Он был крепким юристом с неплохой репутацией. Как и большинство коллег, он вел текущие дела своих клиентов, и едва держался на плаву. Его жена Лиза работала заместителем директора средней школы Клэнтона и получала приличную и стабильную зарплату. Ее отцу принадлежал единственный в округе завод по производству готовых смесей, что ставило ее семью на пару ступеней выше многих, но все же значительно ниже врачей. Лиза, в общем-то, была неплохой женщиной, но довольно заносчивой и с гонором, отчего Джейк с женой никогда не дружили со Стаффордами семьями.

Когда подтвердилось, что Мак действительно исчез, откуда-то просочилась весть, что он уехал из города, прихватив чужие деньги. При разводе Лизе досталось все имущество, хотя активы пары почти не превышали ее пассивов. Мак свалил свои дела, клиентов и юридическую практику на Гарри Рекса, который по секрету сообщил Джейку, что за хлопоты ему заплатили наличными и что Мак оставил немного денег для Лизы и их двух дочерей. Лиза якобы понятия не имела, откуда у него деньги.

Неожиданный и успешный побег Мака лишь подогрел слухи о том, что он замешан в чем-то неблаговидном, и наиболее вероятным объяснением его исчезновения представлялось воровство денег клиентов. Каждому адвокату доводилось распоряжаться средствами клиентов, пусть даже недолго, и самым быстрым и наиболее распространенным способом лишиться адвокатского статуса было запустить в эти средства руку и немного отщипнуть от «пирога». Время от времени возникали скандальные дела, когда адвокаты, не устояв перед искушением, обнуляли опекунские счета и пускали по миру трастовые и прочие фонды. Обычно потом им удавалось какое-то время скрываться, но в итоге их все равно ловили, лишали прав и отправляли в тюрьму.

Однако Мака так и не поймали, и о нем никто ничего не слышал. Шли месяцы, и Джейк спрашивал Гарри Рекса за кружкой пива, нет ли новостей от Мака. Тот постоянно подтверждал, что нет, и среди местных адвокатов родилась легенда, будто Мак совершил великий побег, разом оставив в прошлой жизни и несчастливый брак, и жалкую работу. А теперь он вовсю наслаждался жизнью, потягивая ром на каком-нибудь экзотическом пляже. По крайней мере, так хотелось думать оставшимся в городе адвокатам.

Кэти продолжила:

– У нас сложилось впечатление, что он здесь что-то натворил, хотя он ничего не стал об этом рассказывать. Я хочу сказать, у такого парня, как он, живущего под вымышленным именем в столь экзотическом месте и все такое, наверняка должно быть довольно яркое прошлое. Но, опять же, от него мы ничего не узнали.

Джин добавил:

– Вернувшись домой, мы немного покопались и нашли пару статей в местных газетах, но там оказались лишь самые общие сведения о его разводе, банкротстве и исчезновении.

– Можем ли мы спросить вас, мистер Брайгенс, совершил ли Мак что-то предосудительное? Он в бегах? – поинтересовалась Кэти.

Джейк не собирался откровенничать с этими двумя незнакомцами, пусть и производящими хорошее впечатление, ведь он, скорее всего, никогда их больше не увидит. К тому же Джейк и сам не знал наверняка, совершал ли Мак что-то противоправное. Он уклонился от прямого ответа, сказав:

– Я так не думаю. Нет ничего преступного в том, чтобы развестись и уехать из города.

Ответ их совершенно не устроил. На несколько секунд повисло молчание, после чего Джин, подавшись вперед, спросил:

– Мы совершили ошибку, поговорив с ним?

– Разумеется, нет.

– Что-то типа «пособничества и соучастия»?

– Ни в коем случае! Без вариантов. Не волнуйтесь.

Они с облегчением выдохнули.

– А теперь главный вопрос: какова цель вашего визита ко мне? – спросил Джейк.

Супруги обменялись понимающими улыбками, и Кэти полезла в сумку. Она вытащила простой конверт из плотной бумаги без марок и штемпелей и протянула Джейку, тот взял его с некоторой опаской. Клапан был заклеен, прихвачен скотчем и дополнительно скреплен степлером.

– Мак попросил нас зайти и передать вам привет. И еще он попросил нас доставить вот это. Мы понятия не имеем, что там внутри. – Кэти снова занервничала и спросила: – В этом же нет ничего особенного, верно? Мы ни в чем не оказались замешаны?

– Конечно, нет.

– Он сказал, вам можно доверять.

– Так и есть. – Джейк понятия не имел, в чем именно ему можно довериться, но не хотел давать им повода для беспокойства.

Джин протянул ему клочок бумаги со словами:

– Это номер нашего телефона в Мемфисе. Мак хочет, чтобы вы позвонили нам через несколько дней и просто сказали «да» или «нет». Ничего больше. Просто «да» или «нет».

– Хорошо. – Джейк взял клочок бумаги и положил рядом с конвертом и фунтом кофе.

Кэти, наконец, сделала глоток из своей чашки, и на ее лице ничего не отразилось.

Они выполнили свою миссию и были готовы уйти. Джейк заверил их, что все будет храниться в строжайшей тайне и что он никому не расскажет об их встрече. Он проводил их до входной двери, вышел на тротуар и смотрел, как они садятся в сверкающий седан «БМВ» и уезжают.

Затем он поспешил обратно в комнату для переговоров, закрыл дверь и вскрыл конверт.

Письмо было напечатано на листе простой белой бумаги и сложено втрое вместе с застрявшим в сгибе конвертом меньшего размера.

Мак писал:

Привет, Джейк!

Ты уже познакомился с двумя моими новыми друзьями, Джином и Кэти Рупп из Мемфиса. Они хорошие люди. Перейду сразу к делу. Я хочу поговорить с тобой здесь, в Коста-Рике. Я хотел бы вернуться домой, Джейк, но не уверен, что это возможно. Мне нужна твоя помощь. Я прошу тебя и Карлу взять небольшой отпуск и приехать ко мне в следующем месяце во время весенних каникул. Полагаю, что Карла все еще преподает и что обычно школы устраивают каникулы во вторую неделю марта. Я оплачу ваше пребывание в «Терра-лодж» – на чудесном экотуристическом курорте в горах. Вам понравится это место. Прилагаю 1800 долларов наличными, этого более чем достаточно на два билета туда и обратно из Мемфиса в Сан-Хосе, Коста-Рика. Там вас будет ждать машина, чтобы отвезти на место. Поездка займет около трех часов, и дорога очень живописна. Номера, питание, экскурсии – все за мой счет. Отдых мечты всей жизни. Как только ты придешь сюда, я тебя сам найду, и мы поговорим. Конфиденциальность – это то, что у меня сейчас во главе угла, и уверяю, что о нашей встрече никто никогда не узнает. Чем меньше будет сказано об отдыхе, тем лучше. Я знаю, как в этом ужасном городе люди любят почесать языки.

Пожалуйста, сделай это, Джейк. Вы точно не пожалеете о потраченном времени, это путешествие в любом случае станет для вас незабываемым.

Лизе нездоровится. Можно обсудить это с Гарри Рексом, но, пожалуйста, пусть этот болтун поклянется хранить тайну.

Я не сделаю ничего, что могло бы поставить под угрозу ваше благополучие.

Обдумайте это. Через несколько дней позвоните Джину и скажите либо «да», либо «нет».

Ты мне нужен, приятель.

Мак.

В маленький конверт была вложена красивая брошюра с рекламой отеля «Терра-лодж».

По понедельникам самым опасным местом в центре Клэнтона, несомненно, становилась юридическая контора Гарри Рекса Воннера. Обладая заслуженной репутацией самого крутого адвоката по разводам в округе, он привлекал клиентов тем, что находил активы, за которые стоило бороться. Понедельник был жарким днем по разным причинам: плохое поведение в субботу вечером; слишком много времени проведено дома в нескончаемых спорах и склоках; традиционный скандальный воскресный обед с родственниками. Недостатка в детонаторах не было, и издерганные и взбешенные супруги спешили обратиться за помощью к юристу как можно скорее. К полудню контора превращалась в пороховую бочку: телефоны звонили без перерыва, а клиенты – как старые, так и совершенно новые – ждали назначенной встречи или требовали их принять немедленно. Измученные секретарши пытались поддерживать порядок, а Гарри Рекс то выскакивал, срываясь на всех, кто ему попадался под горячую руку, то скрывался от шума и гама в своем похожем на бункер кабинете. По понедельникам он вполне мог вылететь из своего кабинета и велеть клиенту или еще кому-то убраться к черту.

Зная крутой и непредсказуемый нрав адвоката, люди его всегда слушались и никогда ему не перечили. Подобное отношение он вполне заслужил. Несколько лет назад к нему в кабинет ворвалась секретарша и сказала, что только что разговаривала с чьим-то разъяренным мужем, который уже направился к ним, прихватив пистолет. Гарри Рекс подошел к шкафу и выбрал из внушительного арсенала свой любимый помповый дробовик «Браунинг» 12-го калибра. Когда разгневанный муж припарковал свой пикап возле здания суда и направился к офису Рекса, тот вышел на тротуар и дважды выстрелил в воздух. Мужчина вернулся к своей машине и уехал. Выстрелы, прогремевшие над площадью, оказались такими громкими, что их вполне можно было сравнить с залпами гаубиц. Офисы и магазины сразу опустели, поскольку все бросились посмотреть, что происходит. Кто-то вызвал полицию. Когда шериф Оззи Уоллс припарковался перед офисом, на лужайке перед зданием суда на безопасном расстоянии уже собралась большая толпа. Оззи вошел внутрь и встретился с Гарри Рексом. Стрельба в общественных местах считается преступлением, но в округе, где почитается Вторая поправка в Конституции, гарантирующая право граждан на хранение и ношение оружия, и в каждой машине имеется не меньше двух единиц огнестрельного оружия, к закону относятся весьма своеобразно. Гарри Рекс заявил о самообороне и пообещал в следующий раз прицелиться лучше.

После наступления темноты в понедельник Джейк обогнул площадь и, избегая толкучки перед входом, нырнул в переулок и прошел в офис через заднюю дверь. Гарри Рекс сидел за столом, как всегда помятый и неопрятный – галстук развязан, на рубашке пятна от еды, волосы взлохмачены. Улыбнувшись, он поинтересовался:

– Что, черт возьми, ты здесь делаешь?

– Нужно выпить пива, – ответил Джейк.

Это была их кодовая фраза, означавшая:Нам нужно поговорить, причем не откладывая, и это совершенно конфиденциально. Гарри Рекс закрыл глаза и глубоко вздохнул.

– Что случилось? – спросил он тихим голосом.

– Мак Стаффорд.

Еще один глубокий вздох, затем недоверчивый взгляд Гарри.

– Встречаемся на «Ривьере» в восемь, – сказал Джейк.

Дома Джейк целовал и обнимал Карлу, пока та ставила курицу в духовку и готовила ужин. Поднявшись наверх, он убедился, что Ханна делает уроки. Затем направился в комнату Люка – тот тихо играл под кроватью. Вернувшись на кухню, Джейк попросил жену сесть за стол и передал ей письмо. Читая, она стала качать головой и постукивать по зубам накрашенным ногтем – давняя привычка, сейчас это могло означать что угодно.

– Вот негодяй!

– А мне всегда нравился Мак!

– Он бросил жену с детьми и исчез. И разве он не украл деньги у своих клиентов?

– Это просто домыслы. Он исчез три года назад, но жену на самом деле не бросал. Они готовились к разводу. А что, она болеет?

– Ты что, Джейк? У Лизы уже год рак груди. И ты был в курсе.

– Наверное, выскочило из головы. Сейчас многие болеют раком. Насколько я помню, она тебе никогда не нравилась.

– Да, не нравилась. – Карла снова посмотрела на письмо. – Проверь картошку.

Джейк подошел к плите и помешал в кастрюле варившийся картофель. Налив стакан воды, он вернулся к столу.

– Зачем ты ему понадобился? Разве не Гарри Рекс был его адвокатом?

– Да, думаю, им Гарри и остался. Может, это потому, что Гарри Рекс боится летать на самолетах и Мак знал, что от путешествия он откажется. Нет ничего плохого в том, чтобы туда слетать, я имею в виду, нет ничего незаконного.

– Ты шутишь.

– А что тебя смущает? Неделя на модном курорте в горах с оплатой всех расходов.

– Нет.

– Ну же, Карла. У нас много лет не было настоящего отпуска.

– У нас никогда не было настоящего отпуска, такого, чтобы сесть на самолет и куда-то улететь.

– Вот именно! Такой шанс выпадает раз в жизни.

– Нет.

– Но почему? Парню нужна помощь. Он хочет вернуться домой и, не знаю, может, еще намерен наладить отношения с семьей. Нет ничего плохого в том, чтобы слетать и встретиться с ним. Мак хороший парень.

– У него есть две дочери, которых он бросил.

– Да, и это ужасно. Но возможно, он хочет загладить свою вину. Давай дадим парню шанс.

– Он в бегах?

– Не знаю. Я встречаюсь с Гарри Рексом в восемь, и у меня есть несколько вопросов. Ходили слухи, что Мак скрылся из города с кучей чужих денег, но я не припомню, чтобы кто-нибудь выдвигал обвинение или что-то в этом роде. Он подал заявление о банкротстве и разводе и исчез. Большинство юристов города ему только позавидовали. Не я, конечно.

– Конечно, нет. Я помню, какие тогда ходили сплетни. В городе месяцами ни о чем другом не говорили.

Джейк подвинул ей брошюру, и она ее взяла.

«Ривьера» представляла собой небольшой мотель в стиле 1950-х годов на окраине города. В нем было два крыла, множество крошечных комнат, причем некоторые из них, по слухам, сдавались на несколько часов. Здесь также имелся грязный бар, где собирались юристы, банкиры и бизнесмены, желавшие обсудить то, что не предназначалось для чужих ушей.

Джейк там не был много лет и при входе поймал на себе несколько внимательных взглядов. Он улыбнулся бармену, заказал два бокала разливного пива и отнес их на столик возле музыкального автомата. Он ждал пятнадцать минут, не спеша потягивая пиво. Гарри Рекс всегда опаздывал, особенно на выпивку. Тем не менее завлечь его в бар было несложно, а вот вытащить оттуда обычно оказывалось целой проблемой. Отношения с третьей женой у него складывались не очень, и он предпочитал держаться от дома подальше.

Рекс появился в 8.20 и неуклюже зашагал к столику Джейка, остановившись перекинуться парой слов с тремя джентльменами, сидевшими вместе. Иногда Джейку казалось, что Гарри знаком буквально со всеми.

Упав на стул напротив Джейка, он схватил свой бокал и сразу осушил наполовину. Джейк знал, что это не первая его порция за вечер. У себя в офисе он держал холодильник, наполненный бутылками «Бад лайт», и каждый вечер отмечал уход последнего клиента открытием крышечки.

– Опять переманиваешь моих клиентов, да? – спросил он.

– Вряд ли. Сомневаюсь, что Мак ищет нового адвоката.

– Расскажи, что тебе известно.

– Сколько уже прошло времени с тех пор, как он уехал из города? Три года? Он вообще давал о себе знать?

– Нет. Полная тишина. В последний раз я разговаривал с Маком, когда он в моем кабинете просматривал документы о разводе. Он оставил ей все плюс пятьдесят тысяч наличными. Это указано в акте раздела имущества после расторжения брака. Ее адвокатом был Нэш, который позже сказал мне, что у них никогда не было не только пятидесяти тысяч наличными, но даже сопоставимой с этим суммы. Он разговаривал с Фридой, его бывшей секретаршей, и та понятия не имела, откуда взялись деньги. Сказала, что оплату счетов за месяц иногда приходилось задерживать.