От души

Все пройдет

Перед вами – история Ирины. Очень тяжелая, но с хэппи-эндом. Хочу рассказать о ней, чтобы подчеркнуть, что все пройдет, и то, что сегодня ужас-ужас – завтра покажется ерундой.

Передо мной – молодая пара, здоровая девушка и молодой человек с единичными сперматозоидами. Помочь им забеременеть можно только с помощью ЭКО+ИКСИ (процедура, при которой яйцеклетку прокалывают иголочкой и вводят в нее сперматозоид, выполняется в случаях, когда сперматозоидов очень мало или они неподвижные). Программа прошла без сучка, без задоринки, все отлично, вот только наступившая беременность оказалась внематочной… И это еще не все – на операции хирурги посчитали, что вторая труба тоже не очень, и заодно удалили и ее. Однако это тоже не конец. Едва отойдя от шока, Ирина узнала, что муж ушел к другой женщине, старше него и с детьми. Свой поступок объяснил так: мол, давно собирался, но не решался…

Тут надо взять паузу и представить себе состояние девочки, совершенно здоровой девочки (!), которая пошла на ЭКО из-за мужа. В итоге получила развод и абсолютное бесплодие из-за отсутствия труб. Очень страшная история… Впору вешаться.

Но Бог есть! Буквально через три месяца – новые отношения с мужчиной, которому Ирина честно выложила всю правду о себе чуть ли не на первом свидании. И вслед за этим свадьба! И вновь она моя пациентка. ЭКО – опять без сучка без задоринки, только теперь без ИКСИ, так как мужчина здоров, остался только трубный фактор. Беременность – двойня! Два здоровых ребенка – сын и дочь. Недавно звонила, от замороженных эмбрионов отказывалась, больше не надо, говорит.

Я даже не знаю, вспоминает ли Ирина неудачный брак, предательство первого мужа, но я ее историю хорошо помню. И как бы не было тяжело, знайте – ВСЕ ПРОЙДЕТ!

Когда мне бывает тяжело…

Когда тяжело, я всегда вспоминаю историю своей давней пациентки, сумевшей перебороть несчастную судьбу и собственными силами выковать свое счастье.

Наташа А. вышла замуж по большой любви совсем юной девочкой. Пышная свадьба, пожелания счастья и медовый месяц. Супруги сразу захотели ребенка, и желанная беременность не заставила себя долго ждать. Через девять месяцев супруг отвез Наташу в роддом, где она родила чудесную доченьку: 3200 грамм – вес и 52 сантиметра – рост. И тут началось… Через три часа Наташу с тяжелейшим кровотечением отвозят в операционную, хирурги пытаются остановить его, но девушка продолжает истекать кровью. Ради спасения ее жизни врачи принимают решение удалить матку. Через пять дней умирает ее единственное дитя. Наташу выписывают из роддома, и вроде все должно хоть как-то вернуться на круги своя… Но нет, ее ждал пустой дом – любимый супруг не вынес такого испытания и бросил ее один на один со своей бедой…

Я пыталась представить себя на ее месте и не могла понять – сумела бы я после ТАКОГО продолжать жить и бороться. Не знаю, хватило бы у меня на это сил…

Но Наташа справилась. Сдюжила! «Жизнь продолжается», – сказала она сама себе и пошла вперед. Через восемь лет она повторно вышла замуж, честно рассказав будущему мужу о том, что не сможет родить ему наследника.

Во второй раз ей повезло больше. Ильдар очень хотел детей и сразу сказал Наташе, что ребенок у них обязательно появится и что современная медицина творит чудеса и не может не помочь в их сложной ситуации.

Так и состоялось мое знакомство с этой парой. При первой встрече Ильдар показался мне очень надежным и сильным мужчиной, а Наташа – ранимой мягкой девушкой. Первое впечатление подчас обманчиво, но по поводу Ильдара я не ошиблась, а вот Наташа оказалась настоящим стоиком – маленькой женщиной с железным характером. Супруги уже были наслышаны о программе «Суррогатное материнство» и собирались в нее вступать после того, как накопят достаточно средств. Опуская излишние подробности, скажу только, что первая программа закончилась неудачей: несмотря на то, что были получены эмбрионы отличного качества, беременность у суррогатной мамы не наступила. Супруги затянули пояса, накопили на новую программу и поменяли суррогатную маму.

Вторая программа закончилась еще хуже – беременность у суррогатной мамы наступила, но эмбрион прикрепился в маточной трубе (кто не знает, к сожалению, в ЭКО такое редко, но бывает…). Последовала операция по удалению маточной трубы и внематочной беременности… Когда Наташа пришла ко мне на «разбор полетов», я была уверена, что она сломлена неудачами. Как же я ошибалась…

«Юлия Юрьевна, может это и ненормально, но я сразу настроилась, что легко не будет, – сказала она мне. – Когда я потеряла и ребенка, и возможность стать матерью, то поняла, что Бог мне просто так ничего не даст, что он начнет меня испытывать. Я к этим испытаниям готова! И не отступлюсь! И муж меня в этом поддерживает. Мы не олигархи, накопить нужную сумму нам непросто. Но вы нас не теряйте, через год мы вернемся и обязательно добьемся своей цели!»

Когда примерно через год Наташа вступила в протокол, программа сразу пошла наперекосяк. Несмотря на хороший возраст и нормальный фолликулярный резерв, у нее при стимуляции созрело всего две яйцеклетки (для примера – в первой программе мы получили девять, а во второй одиннадцать ооцитов). Я даже предлагала им остановить протокол в связи с «бедным ответом» яичников на стимуляцию.

Наташа с Ильдаром приняли решение продолжать ЭКО, несмотря на пугающую перспективу. Пункция прошла без проблем, обе яйцеклетки были получены. Эмбриологи сделали все, что от них зависело. И теперь предстояла ночь ожидания – оплодотворятся? Или нет? И сколько?

Утром меня разбудил звонок моей коллеги Риммы Сагдулловны (я работала во вторую смену). Со страхом взяла трубку, помятуя английскую поговорку о том, что у плохих новостей есть крылья, но боялась зря – все прошло отлично, оплодотворились обе яйцеклетки.

Дальше кратко: пять дней ожидания и перенос суррогатной маме двух отличных эмбрионов. Еще десять дней – и ура-а-а! – ХГЧ – 457 (цифра выше 100 говорит нам о том, что беременность наступила точно)! Еще две недели томительного ожидания – и на УЗИ бьется два сердечка. Еще восемь месяцев радостного ожидания – и Наташу с двумя сыновьями встречает из роддома счастливый отец!

Дальше я потеряла их семью из вида, но всегда помню о них и желаю им счастья. Ведь кто-кто, а они его заслужили сполна! Вспоминая Наташу и ее трудную судьбу, я думаю о том, что Господь не посылает человеку испытаний, которые он не может перенести. Как бы не было трудно, больно и горько – нужно идти вперед – и все ОБЯЗАТЕЛЬНО получится!

Просто Мария

Никогда не знаешь, за каким поворотом ждет нас счастье… Оказывается, я так говорю. Нет, я, конечно, знаю, что иногда так говорю, но… Выяснилось, что мои «перлы» разлетаются на цитаты. И прилетают ко мне обратно, когда я уже не знаю, как поднять голову и реально подумываю сдаться…

История Марии… Девушки удивительного обаяния и с железным характером. Очень умной, очень знающей, очень рассудительной и логичной. С такими людьми работать непросто, им надо соответствовать.

Она пришла ко мне на прием, тридцать пять лет, в браке два года, за плечами два свежих протокола ЭКО+ИКСИ и два криопротокола в другой клинике, безрезультатных. Смотрю пациентку, смотрю ее предыдущие многочисленные анализы, думаю… Женщина здорова. Сама Маша на сто процентов убеждена, что у них мужской фактор. К такой уверенности ее подвели рассуждения лечащего врача. В случае «мужской» проблемы всегда делают ИКСИ. Спермограммы сделаны, причем их целая пачка – от средних до отличных, и ни одной плохой. Да и в первом браке у мужчины есть ребенок. У меня тут же складывается впечатление, что женщину просто «раскрутили», ведь не секрет, что ИКСИ – это дополнительные деньги, и некоторые клиники грешат излишним назначением ИКСИ там, где вполне можно провести обычное ЭКО (в случае ЭКО эмбриолог просто добавляет сперматозоиды к яйцеклеткам, и процесс оплодотворения происходит естественным образом). Пытаюсь переубедить, но безрезультатно. После первичного приема рекомендую попытаться забеременеть самим, без ЭКО, а если уж ЭКО, то тогда лучше поменять протокол и провести только ЭКО, без ИКСИ. Я железобетонно уверена в своей правоте. Ага, как же…

Через три месяца приходит ко мне снова. За это время успела сделать еще один пролетный протокол и опять с ИКСИ в той же клинике. Как на те же грабли. Понимаю, что мои слова пролетели мимо ушей, смиряюсь и начинаю готовить к протоколу.

Этот протокол был удивительным. Думаю, Бог захотел мне показать: мол, зарываешься, девочка, не будь такой самоуверенной! Началось с того, что Мария совулировала у меня в ДЛИННОМ протоколе. Другими словами, фолликулы лопнули, и я не успела забрать ооциты. Такое не редкость в коротком протоколе и естественном цикле, но практически не случается в длинном протоколе, от силы пару раз в год во всем мире. И вместо планируемых восьми клеток я получила только две. Второе – спермограмма вдруг оказалась крайне плоха, и мои великолепные эмбриологи, которые могут обработать и улучшить практически любую сперму, только развели руками и сказали: только ИКСИ. Шок. Просто шок. И у меня тоже. Обе клеточки, слава богу, оплодотворились. Но тут опять раз, и на тебе – клеточки прекрасно росли до третьего дня и внезапно остановились в развитии. Переносить нечего. А ведь есть такая теория – правда, ничем и никем не подтвержденная, но почему-то неумирающая – о том, что до третьего дня эмбрион растет за счет ооцита, а потом включается мужской фактор. То есть получается, что все-таки мужской фактор, и я была не права. Я в ужасе.

Маша, однако, не унывает. И просится в новый протокол. К нему подошли уже ОЧЕНЬ серьезно, с подготовкой у андролога, с разделением спермы на две порции – одна после заморозки для ИКСИ, вторая, свежая, без подготовки для ЭКО (вместе с андрологом даже целую теорию по преодолению мужского фактора разработали). Иксишные эмбрионы не доживают до пятого дня, а в ЭКО получаем три великолепные бластоцисты. Две из них переносим, одну замораживаем – и беременеем! В положенный срок рожаем прекрасную девочку Леночку. Спустя небольшое время беременеем сами, безо всяких ЭКО. Теперь, пожалуйста, вернитесь к моим рекомендациям на первичном приеме. Получается, я была права. Вот так-то.

С каждым случаем – успешным или нет – я учусь. Что я вынесла для себя из истории Марии? То, что несмотря на все свои знания и опыт, нельзя быть излишне самоуверенной… Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам[1]. Сомневаться надо! Особенно в такой отрасли как медицина, где все так индивидуально. Ну, и конечно – никогда не знаешь, за каким поворотом ждет нас счастье!

Форрест Гамп

В сотый раз пересматривали с детьми замечательный фильм «Форрест Гамп». Вторая дочь доросла до этого фильма. Смотреть старое кино новым взглядом, через призму восприятия ребенка, – особый кайф, скажу я вам! Вместе хохотать, вместе реветь… Обревелись вчера…

А я под впечатлением от фильма вспомнила свою пациентку. Пришла она ко мне в протокол ЭКО по ОМС, то есть по бесплатной программе. За плечами – два пролетных протокола в других клиниках. Полное обследование перед началом омээсного протокола на сто процентов обязательно, а тут загвоздка – у мужа ейного нет на руках свежего анализа на ВИЧ. По заверениям Гульнары, так звали пациентку, просто забыли забрать, сегодня же возьмут и завтра принесут. Ну, хорошо. Но закон есть закон: пересдайте у нас сейчас, готов тоже будет сегодня же, и начнем программу. Так и сделали. Кстати, на следующий день анализ действительно принесла – все чин чином.

Протокол ничем не примечательный, созрело пять фолликулов, получили пять яйцеклеток. На пятый день из них получилась одна красивая бластоциста и все; соответственно, на заморозку ничего не остается. Остальные эмбрионы остановились в развитии. Эмбриолог все рассказывает пациентке. Переносим эмбрион, даю рекомендации, прощаемся, желаем всем удачи и успехов. Про анализ, естественно, все забыли, да его никто уже и не ждет – в карте же лежит свежий хороший результат. И вдруг, как гром среди ясного неба, – в запечатанном конверте приходит анализ мужа, который делали очень долго, так как перепроверяли в центре по контролю за СПИД. Анализ положительный. Катастрофа… Эмбрион уже перенесли, сперму, естественно, никто не проверял, специальную обработку, которая положена в таком случае, не проводил…

Чтобы вы понимали, в случаях, когда муж ВИЧ-инфицирован, а жена здорова, супруги прибегают к ЭКО специально, чтобы зачать здорового ребенка. Для этого сперму специальным образом обрабатывают, делят на две части, одну замораживают и впоследствии используют для оплодотворения, а другую отправляют на анализ. Если анализ приходит отрицательный, значит, оставшийся в клинике материал тоже хороший; если же в отправленном образце все-таки находят вирус, то выкидывается и замороженный материал, ну и все заново. Понятно, что в случае с Гульнарой ничего подобного не сделали. Сижу дрожу. Не знаю, чего бояться больше – что беременность наступит, или не наступит.

После переноса проходит десять дней. Приходит Гульнара с отрицательным ХГЧ. Ревет. Я выдохнула. Показываю конверт.

– Не реви. Радуйся, что не беременна. Смотри, какие тут дела. – Я ожидаю испуг, панику. Да что угодно.

– А что это такое? – Глаза наивные, двадцать первый век на дворе…

– Ну как что? ВИЧ, СПИД. Слышала такое?

– Нет… Не слышала…

– Как не слышала?! – Объясняю, не понимает. Вот совсем не понимает, реально ни разу не слышала. Пишу направление обоим на обследование. Очень надеюсь, что дуракам везет, и анализ все-таки ошибочный, ведь лежит же в карте отрицательный результат того же анализа, сданного накануне в другой клинике.

Через две недели нахожу ее в WhatsApp – переживаю же – пишу ей, спрашиваю, что с результатами. Отвечает, что сама анализ получила, все хорошо, муж еще не получил. Ну, думаю, слава богу. Успокоилась, убрала из списка ежедневных тревог: есть у меня в голове такой список, постоянно пополняемый, к сожалению. Проходит еще некоторое время, и вдруг сообщение от Гульнары:

– У мужа все подтвердилось. Что теперь будете делать с нашими эмбрионами?

– Какими эмбрионами? – пишу в ответ.

– Было пять, перенесли одного, куда четыре дели?

– …

Нет слов… Форрест Гамп.

Все будет хорошо!

Недавно думала о том, правильно ли делаю, предлагая пациентке одновременно переносить свой эмбрион и эмбрион, полученный из донорской яйцеклетки. Предлагая подобное, я, как правило, в первую очередь руководствуюсь собственным восприятием. То есть всегда представляю, что бы я чувствовала, если это коснулось меня. Понятно, что такие ситуации возникают не от хорошей жизни. Если уж зашла речь о донорских клетках, значит свои – плохи… И тем не менее, женщины подчас бьются до последнего за собственные ооциты. И это, конечно, понятно…

Однако далеко не всегда в конце пути нас ждет победа. Моя любимая индийская пословица гласит: «В конце концов, все будет хорошо. А если пока не хорошо, значит это не конец». Но одно дело теория, а другое практика. Когда за плечами не одна, не две и даже не пять программ – а это и нервы, и слезы, и напрасные надежды, и рушащиеся семьи, и потраченные деньги – а результата все нет и нет, пациентки, в конце концов, принимают руку помощи в виде яйцеклеток женщины-донора. Но это очень тяжелое решение. Очень…

Облегчить такую ситуацию можно вот таким двойным переносом двух разных эмбрионов – одного отличного, донорского, второго, пусть и плохонького, но своего. Я бы при таком решении надеялась на то, что приживутся оба, ну а если один – то вдруг свой! Ну, может ему помощь была нужна, или соревнование. Ну, вдруг!

Я иногда спрашиваю пациенток, которые забеременели в результате такой программы: «Проверять будете? Ведь сейчас легко сделать ДНК-анализ». Ни разу не получила утвердительный ответ. Говорят: «Зачем? Мой ребенок! И все тут!»

Ко мне как-то раз пришла пациентка, назовем ее Татьяна. Программа ЭКО+ИКСИ+ТЕЗА, то есть нарушен выход сперматозоидов, и их приходится доставать с помощью операции. Программа сложная. Первый и второй раз получилось неудачно, вероятно повлияло качество эмбрионов. В третий протокол супруги решили половину ооцитов оплодотворить сперматозоидами мужа, а оставшиеся – сперматозоидами донора. В этот раз эмбрионы получились отличные – что с мужем, что с донором. Кстати, не раз замечала – у клеточек начинается какое-то соревнование, и качество неожиданно выигрывает. Я даже представить не могу, почему такие вещи случаются, но факт есть факт – случаются…

Так вот, вернемся к нашей Татьяне. Эмбрионы отличные – и с донором, что понятно, но и с мужем тоже, что удивительно. Таня настаивает на переносе двух, причем разных. Отговариваю. Очень отговариваю. Татьяна непреклонна. Ну что ж, хозяин – барин. Переношу два. Как вы уже догадались – беременность двойней. В положенный срок два богатыря по 3500 каждый. Дети и мама здоровы.

Спустя годы Татьяна пришла ко мне на прием. Я, не удержавшись, спросила.

– ДНК-экспертизу делали?

– Зачем! – Хохочет. – Паша же вылитый муж, а Петя – на меня похож. Любим обоих одинаково, никакой разницы!!!

Так что – в конце концов – ВСЕ БУДЕТ ХОРОШО!

Очень тяжелая история

Расскажу еще одну историю. Очень тяжелую и пока без хэппи-энда. Подробности того, как она жила до встречи со мной, я не знаю, но очень ярко могу представить переживания бедной женщины.

Итак, Светлана. Светлая женщина, и не только потому, что имя такое, она действительно светлая. Статная, высокая, такая русская красавица. Так сложилось, что с первым мужем разошлась, но от первого брака у нее остался ребенок. Вышла второй раз замуж, но детей долго не было. Решили выяснить причину, прошли обследование, в результате которого нашли причину – гидросальпинкс, то есть жидкость в трубах. При таком диагнозе трубы необходимо удалить. Сделали двустороннюю тубэктомию и поняли, что теперь только ЭКО.

Первый же протокол оказался удачным, вот только перенесли аж три эмбриона (тогда так можно было), и все прижились. Светлана была и счастлива, и напугана одновременно. Женщина верующая, о редукции – возможности убрать одного или двоих из тройни – даже думать не стала. К сожалению, на двадцать шестой неделе случились преждевременные роды, женщина потеряла всех троих.

Пережив боль утраты, стала бороться дальше. Прошла через десять (!) ЭКО. Вдумайтесь только! Не криопереносов, а полноценных программ ЭКО! К сожалению, на заморозку никогда ничего не оставалось. Последние две программы – в нашей клинике, у меня. Я не знаю, где она брала силы. Про средства просто молчу.

И вот, наконец, удача! Перенесли два отличных эмбриона, и один прижился. Счастью не было предела. Можно было бы и почивать на лаврах, но нет, Светлана не расслаблялась, постоянно наблюдалась в женской консультации, чуть что – ложилась на сохранение. Молилась на беременность. Тряслась за ребенка. В тридцать недель, пройдя очередной УЗИ-скрининг, обнаружила, что шейка начала сокращаться, пришлось срочно лечь в клинику и сделать ушивание шейки. Затем уже находилась в роддоме до самых родов. Роды, точнее кесарево сечение, провели в тридцать шесть недель, родился красивый мальчишка, весом в 3100. Показали его мамочке и унесли, сказав, что кислородом надо подышать. Потом, правда, принесли в отделение реанимации, где она лежала после кесарева, – такую операцию многим женщинам делали. Покормить не дали, но на руках подержала, сфотографировать успела…

Вот пишу, а у самой слезы на глазах. В общем, на следующий день врачи сообщили Светлане, что ее малыш умер. Она потом уже мне рассказала, что врач, который сообщил о смерти ее ненаглядного, такого долгожданного ребенка, первым делом накинулся на нее со словами: «А ты, мамаша, курить не пробовала бросить? Пить не пробовала бросить?» Нелепая и жуткая попытка переложить ответственность за смерть новорожденного на мать. Светлана очень стойко держалась: когда рассказывала мне и фотографию сына показывала, даже слезинки не проронила. А как дошла до этих слов – не сдержалась, зарыдала.

Как будто мало ей горя… Причину смерти ребенка она до сих пор не знает, врачам не верит. Это и понятно… Я – врач и, как все люди этой профессии, вижу много горя и прекрасно понимаю, что каждый раз с каждым пациентом получить инфаркт миокарда невозможно – сердце черствеет. Но вот ТАК – НЕЛЬЗЯ! Да даже если бы курила и пила! Хотя о чем я… Боюсь ввести вас в заблуждение, но повторюсь – Светлана молилась на беременность, ведь она уже пережила страшную потерю, и после этого столько лет не получалось забеременеть.

Не знаю, как завершить повествование, меня раздирают противоречивые чувства: и сострадание, и злость. Причем злость дикая. Рискую показаться пошлой, но приведу известную фразу: Бог создал болезни, но Бог создал и врачей! Профессия врача божественная! И если ты не смог стать врачом от Бога – уходи из профессии.

Я не знаю этого врача, я не стала даже спрашивать его имя и фамилию. Я – не судья. Но точно знаю, что такие есть. К огромному моему сожалению. Жестокие, черствые, убивающие словом.

Светлана выжила. И будет продолжать свою борьбу! Я ОТ ДУШИ желаю, чтобы Бог вознаградил эту сильную, смелую, не отчаявшуюся женщину, чтобы до него дошли ее молитвы. От всей души!

Пожалуйста, мои дорогие читатели, пожелайте и вы!

А потом как по маслу

Однажды на приеме моя пациентка расплакалась. Оказалось, что с мужем ссорятся, ругаются.