Заветы великой Ванги. Как быстро получить денежную помощь

Говорят, что с судьбой не поспоришь. Быть может, это и в самом деле так; но мне больше нравится другая поговорка: ленивого судьба тащит, а храброго – ведет. Храбрость эта порой заключается в простом выборе. Или череде выборов, которые мы совершаем каждый день, порой даже не замечая того. Один такой незаметный выбор изменил всю мою жизнь.

Странный Новый год

Новый год – волшебный праздник, которого ждут дети и взрослые. Казалось бы, ничего особенного не происходит: просто в календаре меняется одна цифра, однако новогодней ночью никто не ложится спать, словно все боятся пропустить что-то важное. В ночь с 2006 на 2007 год не спала и я, но вовсе не из-за праздника. Новый год застал меня в поезде: я задержалась в служебной командировке, а встречать праздник в чужом городе не хотелось. Столица провожала меня огнями и фейерверками, вагонный коридор был ярко освещен и украшен сияющими гирляндами; потому, войдя в полутемное купе, я не сразу заметила, что в нем еще кто-то есть. Надо сказать, настроение у меня было совсем не праздничное. Я ехала домой – но совсем не была уверена, что найду свой дом целым и невредимым.

…Наша семья всю жизнь прожила в историческом центре Северной столицы. Иметь квартиру в самом сердце Питера когда-то считалось престижным, но сейчас нам бы не позавидовал никто. Крупной строительной фирме приглянулся участок земли в центре города, и дома, построенные два и более веков назад, стали скупаться под снос. Наш дом тоже хотели снести; а на его месте должен был появиться торговый центр. Деньги, которые предлагались жильцам за их квартиры, были просто смешными: за такую сумму люди купили бы разве что времянку где-нибудь в сотне километров от Питера. Некоторые наши соседи подумывали о продаже квартир – не потому, конечно, что их устраивали условия застройщиков, а оттого, что испугались угроз (руководство фирмы понимало, что добровольно люди на такие условия не согласятся, а потому в ход шло все). Никого не заботило то, что большинство жильцов должны были просто оказаться на улице. Некуда было деваться и нашей семье. Несколько лет мы вели войну с корпорацией, писали письма чиновникам, даже в Москву жаловались; но в подобных войнах выигрывают те, у кого больше денег. Денег было больше у застройщиков. Накануне моего отъезда нам принесли уведомление о том, что, согласно постановлению, демонтаж дома должен начаться в январе будущего года. Вот почему праздник был мне не в радость: наступал тот самый январь.

Я тяжело опустилась на полку, закрыла глаза, и стала думать, что мне делать. Моей зарплаты для жизни достаточно, но даже если я буду работать в нескольких местах сразу, мне все равно не скопить на квартиру. Снимать жилье мне тоже не по карману… И почему в этом мире все так несправедливо устроено?

Грохот фейерверков постепенно стихал: поезд уносился от Москвы все дальше и дальше. Наконец, стал слышен только мерный перестук колес и смех в купе проводника (там отмечали Новый год). Вдруг в купе раздался негромкий голос:

– Не так уж плохо устроен этот мир, девушка.

От неожиданности я подскочила и тут же ударилась головой о верхнюю полку. Напротив меня сидела женщина, судя по голосу, немолодая (лица было почти не видно из-за темноты, только глаза блестели из-под светлой челки).

– Извините, что напугала, – продолжала женщина. – Надо было сразу поздороваться, с праздником поздравить, Новый год как-никак… да вижу – вам не до того. Проблемы?

Я не успела ответить: дверь купе отодвинулась. В проеме появилось раскрасневшееся лицо проводницы.

– Шампанского не желаем, девушки? Шоколад имеется, апельсины…

– Спасибо, – как-то сразу откликнулась моя попутчица. – Нам бы чайку покрепче. С сахарком.

– Чайку так чайку, – добродушно согласилась проводница и исчезла в сверкающем коридоре.

Внезапное явление проводницы избавило от необходимости отвечать на вопрос. Незнакомая женщина в купе понравилась мне своим спокойствием и приветливостью, но я совсем не хотела посвящать кого-либо в свои безрадостные мысли. А потому решила сменить тему:

– Не пьете шампанское? А коньяк? У меня с собой есть настоящий армянский коньяк. Хотите?

(Бутылка у меня действительно была: подарок к празднику от московских коллег.)

– Не хочу, – просто сказала она. – Не потому что не пью совсем. Просто пить нужно, когда на сердце радость. А какая же мне радость, если вы горюете.

– Я не горюю… – неуверенно протянула я.

– Звать меня Варвара Семеновна, – продолжала женщина. – Семьдесят два года мне. Гостила у внуков в Москве, думала на Новый год остаться, да сын позвонил – приезжай, говорит, срочно: дочь из Владивостока прилетела, денек только побудет, а потом самолет у нее, в Европу на праздники собралась. Вот я и сорвалась с места. А ты… – Варвара Семеновна осеклась. – Можно на «ты»? А то так на внучку мою похожа, старшенькую…

– Конечно, конечно, – быстро ответила я. – Пожалуйста. Меня зовут Катя. Я из командировки домой возвращаюсь.

– А что на сердце так тяжело?

– Да ничего. Просто устала.

– Все устают к концу года, да в Новый год веселятся. А тебе, смотрю, не до веселья. Рассказать не хочешь? Вижу – не хочешь. Гордая: думаешь, если сама со своей бедой не сладишь, то другие и подавно не помогут. Только я тебе вот что скажу: если нужна тебе помощь – проси! Не стесняйся! Бог услышит – поможет, да и мир не без добрых людей.

– И не без злых, – вздохнула я. – А добрые люди мне не помогут: у злых власти больше. И денег.