Туман нашей памяти

Мое сердце ухнуло, на душе лег камень. Они хотят, чтобы я съехала как можно скорее. Вот в чем дело. Решили жить вместе, и, зная Ингу, я не сомневалась, что Итан переедет к ней. Моя подруга стоит на пороге новой жизни, а я тот самый третий лишний. Я нервно затеребила пальцы, принимая необходимое решение, к которому была не готова, в считаные секунды.

– Хозяин сказал, что ремонт системы водоснабжения займет не более двух недель. Все остальное я смогу сделать постепенно, когда перееду, – я вскочила со стула и закружила по кухне в поисках своего мобильника. – Прямо сейчас позвоню ему.

И вновь парочка обменялась странными взглядами. Я остановилась перед ними, не в силах выносить этот пинг-понг глазами, и уперла руки в бока:

– Инга, послушай, я постараюсь съехать максимально быстро. Может быть, уже через несколько дней.

Моя подруга улыбнулась, встала из-за стола и обняла меня.

– С чего ты взяла, что я выгоняю тебя? То, что ты присмотрела квартиру – замечательно. Но торопиться совершенно некуда. Просто пока ты спала, мне позвонил давний приятель, не уверена, рассказывала ли я тебе о нем, – протарахтела Инга, обмениваясь очередной порцией многозначительных взглядов с Итаном. – Так вот, он уезжает в деловую поездку на пару месяцев и ищет человека, которому можно доверять, чтобы тот присматривал за его домом, цветами и собачками.

Я выпрямила спину, уже понимая, к чему она ведет, когда Инга продолжила:

– Девушка, которая обычно делала это, в последнюю минуту отказалась. И я подумала, почему бы тебе не воспользоваться подвернувшейся возможностью? У тебя будет жилье на время ремонта, и, кроме того, тебе заплатят какие-то деньги. А деньги не бывают лишними.

Мне нечего было возразить, и я лишь пожала плечами. Я понимала, что это и правда может оказаться идеальным решением.

– Ты ведь любишь маленьких собачек, – то ли спросила, то ли констатировала факт Инга, ободряюще улыбаясь. – И живет он совсем недалеко отсюда. Какое удачное стечение обстоятельств! Просто подарок судьбы.

Я любила кошек, но не стала возражать. Вне зависимости от моих предпочтений, она предлагала достаточно интересную сделку, хоть мне и казалось странным, что кто-то готов доверить свое жилище и собачек человеку совершенно незнакомому. Я поймала на себе пристальный взгляд Итана, рука которого удобно расположилась на бедре Инги, и что-то в нем давало понять, что мне стоит принять это предложение.

– Пожалуй, ты права. Что мне нужно сделать в связи с этим? – с показной бодростью проговорила я.

Мне показалось, или моя подруга с некоторой поспешностью выудила из кармана сложенный пополам листок бумаги и протянула мне? На её губах заиграла загадочная улыбка.

– Нужно прийти сегодня по этому адресу, хозяин ждет тебя.

Мои брови сами собой поползли вверх от удивления.

– То есть, еще не спросив меня, ты уже договорилась о встрече?

– Это вопрос срочный, он уезжает послезавтра. И я взяла на себя смелость допустить, что ты проявишь интерес к этому крайне заманчивому предложению.

То, как Инга проговорила последние слова, посеяло в моей душе зерно сомнения. Но она смотрела на меня такими глазами, что у меня не хватило духу возразить. Тем не менее мне необходимо было понять, почему от меня так настойчиво желают избавиться.

– Вы хотите съехаться? – вопрос слетел с языка прежде, чем я успела сообразить, насколько корректно он прозвучит.

Инга с Итаном обменялись растерянными взглядами. Мужчина вскинул брови и поднялся со своего места.

– Какая интересная мысль, – воскликнул он, потирая руки. – Хотя, наверное, подобное решение было бы несколько поспешным с учетом того, как недолго мы встречаемся.

Итан вопросительно посмотрел на Ингу, и впервые за все время нашего знакомства я увидела, как она залилась румянцем смущения.

– Но обещай мне, что подумаешь об этом на досуге, детка, – уголки губ Итана поползли вверх.

– Я подумаю, – пролепетала Инга, и я замерла на месте, глядя на нее во все глаза.

Итан расплылся в улыбке, притянул Ингу ближе и поцеловал так, что я немедленно почувствовала себя пятым колесом в тележке. После этой страстной, преисполненной недвусмысленностью сцены мне ничего не оставалось, кроме как позволить им остаться наедине. Я схватила со стола бумажку с адресом и спешно ретировалась из кухни, а спустя десять минут и из квартиры.

Мои мысли путались, а пульс зашкаливал к тому моменту, когда я обнаружила себя на крыльце перед дверью по адресу, указанному в записке, которую мне вручила Инга. Я огляделась вокруг и еще раз сверилась с номером дома, прежде чем решилась нажать на звонок.

В следующее мгновение дверь передо мной гостеприимно распахнулась, и я недоуменно моргнула, решив, что у меня начались оптические галлюцинации.

На пороге, в домашних брюках и футболке, такой уютный и знакомый, стоял Бен.

Он замер, широко раскрыв глаза и приподняв бровь, словно тоже не верил в происходящее. Затем мягкая улыбка вспыхнула и осветила все его лицо. Не в силах отвести взгляда от невероятных смеющихся глаз, я шумно выдохнула.

Надеюсь, я не окончательно слетела с катушек.

– Лиза, – его голос донесся откуда-то издалека. Бен запустил пятерню в свои волосы и жестом пригласил меня внутрь. – Ты пришла.

Я с трудом сглотнула вставший в горле ком и откашлялась, но по-прежнему не могла выдавить из себя ни слова. Ноги, превратившиеся в вату, тоже не слушались.

Лукаво посмеиваясь одними глазами, Бен покачал головой и осторожно взял меня за руку. От его прикосновения по моей спине побежали мурашки, и я ощутила, как каждая клеточка в теле вдруг забурлила от счастья.

– Рад, что ты согласилась прийти, – тем временем сказал Бен и деликатно потянул меня за собой, тем самым вынуждая сделать первый шаг в квартиру.

Я смотрела на него, буквально провалившись в омут его добрых глаз, в то время как мой мозг категорически отказывался воспринимать реальность. Наверное, мое состояние усугубилось, и мне следует немедленно связаться с миссис Брон, моим психиатром. Вот что случается, если постоянно думать о ком-то. Чердак съезжает, и ты начинаешь галлюцинировать наяву.

– Лиза, ты в порядке? – озадаченно спросил Бен, заглядывая мне в лицо, и я часто заморгала, ощутив его мускусный запах, который все еще так хорошо помнила.

– Ты мне снишься? – наконец выдавила я слова, и моё сердце рухнуло в область желудка.

– Я думал, это ты мне снишься, – Бен озорно подмигнул мне. – Но если мы оба не ошибаемся и это сон, то пусть он длится как можно дольше.

Его мягкая улыбка и спокойный голос принесли мне неожиданное облегчение. А вместе с ним на меня снизошло озарение.

– Они подстроили это, – почти рассерженно фыркнула я.

Бен вскинул брови, словно не понимая, о ком идет речь, но затем засмеялся, потирая ладонью лицо.

– Версия со сном устраивала меня куда больше, – в его взгляде в очередной раз проскочила искорка веселья. – Но я рад, что ты пришла, Лиза. И раз уж ты здесь, я должен познакомить тебя с моими хорьками.

Он махнул рукой, приглашая следовать за ним, и прошел вглубь квартиры, а я, наконец, смогла сфокусировать взгляд на окружающей меня обстановке. Жилье Бена представляло собой ультрасовременное и одновременно впечатляющее своей простотой и эргономичностью, с минимумом практичной мебели в стиле модерн и бытовой техники, пространство, выдержанное преимущественно в черно-белых тонах.

Я остановилась посреди гостиной, когда навстречу мне выбежали два шустрых забавных зверька с блестящей коричневой шерсткой и пышными хвостами. Они засуетились вокруг меня, вставая на задние лапки и опираясь о мои ноги. Маленькие любопытные хорьки были такими хорошенькими, что я не смогла сдержать смех и подхватила одного из них на руки. Второй продолжал настойчиво цепляться за мои ноги, вероятно, тоже желая оказаться наверху. Тот, которого я держала, начал меня обнюхивать и тихонько фыркать. Я хихикнула, ткнулась носом ему в шерстку и уловила тонкий мускусный аромат, похожий на тот, что исходил от Бена. Интересно, я тоже буду так пахнуть через пару недель жизни с этими «собачками»? Я не имела ничего против, этот запах уже прочно ассоциировался в моей голове с Беном. Теперь я знала, что даже в его отсутствие всегда буду помнить о нем.

– Поразительно, но факт. Вы уже подружились, – Бен появился на пороге гостиной и подхватил на руки второго хорька.

– Какие милые! – я не могла сдержать детского восторга, а Бен – довольной улыбки. – Как их зовут?

– Чип и Дейл, – он говорил совершенно серьезно, но его глаза, как обычно, хохотали от души. – Знаю, это банально, но ничего оригинального не пришло в голову.

– И кто из них кто? – поинтересовалась я.

– У Дейла на груди белое пятно в виде сердечка.

Я посмотрела на зверька в своих руках и покачала головой.

– Это Чип, – доложила я, и мы с Беном одновременно рассмеялись и опустили хорьков на пол. Те наперегонки помчались по своим делам, потеряв к нам интерес.

Мы стояли лицом друг к другу, вновь предоставленные самим себе. Между нами повисла неловкая пауза, грозящая вылиться в угнетающее молчание, но Бен спас ситуацию.

– Итак, – проговорил он, задумчиво потирая ладонью подбородок. – Лиза, ты согласна присмотреть за этим домом в мое отсутствие?

Что же… Значит, история с его отъездом – не шутка. Бен действительно должен уехать. Меня захлестнуло горькой волной разочарования. Было неожиданно обидно осознавать, что в очередной раз судьба так жестоко обламывает меня. Я тихо вздохнула, прогоняя накатившую ни с того ни с сего грусть. Развела руки в стороны и слегка пожала плечами.

– Если ты готов доверить мне свой дом и хорьков… – начала я, но мою речь прервал грохот и топот маленьких лапок, доносящийся из другой комнаты.

Бен вздрогнул и тихо выругался.

– Опять штурмуют кастрюлю с водой, – пояснил он, срываясь на хохот, и поспешил на шум.

Снедаемая любопытством, я пошла за Беном, подспудно переваривая мысль, какое беспокойное хозяйство мне придется вести. Как оказалось, звуки доносились из кухни, а неугомонные фретки, каким-то образом забравшиеся на столешницу, действительно покоряли большую кастрюлю. Бен подоспел, когда один из зверьков уже уцепился за край посудины и благополучно перевернул её. Мужчина подхватил кастрюлю, и вода вылилась на него, а я поймала хорька, который полетел со столешницы вниз. Я опустила его на пол, и оба маленьких преступника драпанули прочь из кухни под наш громкий хохот.

Мы смеялись, и, казалось, вместе с этим смехом напряжение и неловкость, которые прежде возникли между нами, бесследно растворились в воздухе. Бен потирал переносицу двумя пальцами, качая головой, а я думала о том, какой он красивый, когда смеется. Будучи взрослой женщиной, я понимала: невозможно вот так сразу влюбиться в почти незнакомого человека, но несколько недель, что я провела с Беном в своих мыслях, похоже, сыграли со мной злую шутку. Если я и не была влюблена, то, вне всякого сомнения, уже достаточно очарована этим весьма интересным мужчиной.

Мы перестали смеяться одновременно, и мое сердце пропустило удар. Я уставилась на прилипшую к животу Бена тонкую ткань футболки, сквозь которую отчетливо проглядывались рельефные мышцы пресса.

О Боже мой…

– Надеюсь, этот маленький инцидент не напугал тебя настолько, что ты откажешься присмотреть за двумя шалопаями, – с надеждой в голосе проговорил Бен. – Их не обязательно выпускать на вольные хлеба на целый день, чтобы они разгромили здесь все подчистую. У них есть домик, и они прекрасно там себя чувствуют.

– Думаю, я справлюсь, – пробормотала я, не в силах оторвать взгляда от его живота.

Бен посмотрел на свою мокрую одежду и развел руками.

– Отлично. Пойду переоденусь.

Он ушел, а я обессиленно огляделась вокруг. Мне с трудом удавалось осознать реальность происходящего. Еще пару часов назад я страдала от того, что никогда не увижу Бена, и вот теперь стояла посреди его кухни и ловила безалаберных хорьков. И любовалась его волевым подбородком, покрытым сексуальной щетиной, смеющимися глазами и идеальной фигурой.

Я огляделась в поисках какой-нибудь тряпки, чтобы убрать с пола пролитую воду, когда раздался настойчивый звонок телефона. Этот рингтон мне уже был знаком. В моей памяти он ассоциировался с тем, кто однажды ранним утром отнял у меня Бена.

Я заметила телефон на барной стойке. Подошла и взглянула на имя звонившего. «Дилли большой хер». Вот что я увидела на экране. Я фыркнула.

Определение, как нельзя лучше характеризующее придурка, который имеет моду трезвонить в самый неподходящий момент. Мобильник не утихал, и, вспомнив, что в прошлый раз звонок оказался важным для Бена, я взяла телефон и отправилась на поиски парня.

Пройдя через гостиную, я оказалась в коридоре и заметила, что дверь в одну из комнат приоткрыта.

– Ты оставил телефон на кухне, – с этими словами я шагнула внутрь и застыла на пороге.

Стоя ко мне спиной, Бен рылся в шкафу. Мышцы на его плечах и спине перекатывались, и я задалась вопросом, отдавал ли он себе отчет, насколько хорош собой. От одного взгляда на это великолепное тело моя кожа покрылась предательскими мурашками. Выудив из недр шкафа чистую футболку, Бен развернулся ко мне лицом, демонстрируя мощные плечи и рельефный торс с поясом Адониса, а в моей голове зароились не самые благочестивые мысли.

Мне хотелось прикоснуться к этим мышцам, ощутить под своими пальцами живую плоть, дотронуться языком. И спуститься ниже, чтобы почувствовать его запах и узнать, каков Бен на вкус.

Господи, откуда только взялись в моей голове такие глупые, похотливые мысли? Не помню, чтобы когда-нибудь меня настолько интересовали мускулы, твердая грудь и мужчины с безупречными фигурами, но сейчас мне хотелось расцеловать его родителей за то, что произвели на свет такого красивого сына.

Что с тобой творится, Гарбер?

Я смущенно отвела глаза и развернулась, собираясь спасаться бегством под пристальным взглядом Бена.

– Ты принесла мой телефон? – его вопрос прилетел мне в спину, как удар кулаком.

– Телефон? – быстро повторила я, поразившись звуку собственного голоса, хриплого и глухого.

Ах да, точно. Телефон. Я заставила себя повернуться к Бену лицом, пряча глаза и ругая свое сердце, которое колотилось так громко, что, казалось, его стук был слышен во всем квартале. Я уставилась на свою руку с телефоном, который вновь зазвонил. Вероятно, я вцепилась в мобильник с такой силой, что Бену пришлось осторожно разогнуть мои пальцы, чтобы забрать его у меня. Я прикрыла глаза, когда он поднес трубку к уху и коротко сказал что-то вроде: «Все в силе, перезвоню позже».

– Лиза, ты в порядке? – спросил Бен, вырывая меня из глубокой комы.

Я прочистила горло. Открыла глаза и уперлась взглядом в его обнажённую грудь. Бен стоял так близко, что я могла видеть мелкие бледные веснушки на ней. Сосчитать редкие волоски. Прикоснуться языком, чтобы познать то, чем были сейчас заняты все мои мысли.

Но я не решилась сделать этого. Бен сделал это сам.

Он аккуратно взял меня пальцами за подбородок, приподнял мое лицо, и наши взгляды пересеклись. Его глаза цвета медового виски, такие глубокие, что мне захотелось окунуться в их глубины. С минуту я плавала в этих красивых, улыбающихся глазах, забыв обо всем на свете, у меня закружилась голова. Все, что я ощущала в тот момент, это неудержимое влечение, и я не могла убедить саму себя отбросить эти непристойные мысли.

– Я думал о тебе все это время, – понизив голос, проворковал Бен. – Не знаю, как ты это делаешь, но ты буквально приворожила меня, Лиза.

Я слегка покачнулась, не в силах удержать равновесие, и когда другая рука Бена легла на мой затылок, упёрлась обеими ладонями ему в грудь. Я почувствовала, как по его телу пробежала дрожь, и весь мой мир накренился, грозя перевернуться, когда он накрыл мои губы своими. Его поцелуй был мягким как бархат. От прикосновения его губ у меня подогнулись колени, по телу разлилась горячая лава, капая все ниже, все глубже, растекаясь огненной рекой по низу моего живота.

– Что в тебе есть такого? – шептали губы Бена на моих губах. Дыхание словно застряло у меня в горле. Слов не было. Как и ответа на его вопрос.

Бен запустил руку мне в волосы и поцеловал еще глубже, прижимаясь ко мне всем телом. Внутри у меня все сжалось. Я опустила руки к его брюкам и резко дернула вниз, желая ощутить его рядом с собой. Он охнул и слегка отстранился, пытливо вглядываясь в мое лицо.

– Послезавтра я уеду почти на все лето, – проговорил Бен, словно давал мне последний шанс одуматься.

Но теперь этот довод не казался мне таким уж веским. Пусть лучше я буду вспоминать о том, что было, нежели фантазировать о том, что всего лишь могло случиться. Я покачала головой и улыбнулась, когда почувствовала под своими пальцами его пульсирующую плоть.

– Я не хочу больше ни о чем сожалеть, – прошептала я, и мой шепот утонул в его поцелуе.

– А я и не позволю тебе об этом пожалеть, – ответил Бен, прежде чем превратить все мои сладкие мечты в восхитительную реальность.