- -
- 100%
- +
–Достойный поступок, – пробурчал Эйден рядом со мной, и я хмыкнула, посмотрев на него.
–Думаю деньги для него не проблема, – ответила моя мама, наблюдавшая за происходящим. Все стояли смирно, а девушки поправляли свои платья в знак вот-вот намечающегося танца. Я посмотрела на мистера Райта, такого гордого и красивого, словно греческого бога. Его осанка прямая и уверенная, голова держится высоко, что говорит о самоуверенности. Лицо мужественное, с четкими и выразительными чертами. Его наличие в комнате сразу заметно, он выделяется своим изяществом и непринужденностью. Идеал любого художника и мои руки зачесались, желая нарисовать широкие плечи и узкую талию, что создает эстетическую гармонию.
Его взгляд бродил по толпе девушек, пока не наткнулся на меня. Голубые глаза словно небо в безоблачный день, наполняются светом. А взгляд опасный и хладнокровный.
–Мисс Тереза Хендерсон, – сказал он грубым баритоном, и я подпрыгнула на месте от неожиданности. Гримаса на лице моего отца выражала шок, а мама прикрыла рот в смущении. Эйден стоял хмуро, смотря на непоколебимого мистера Райта. Я встала в ступор, как только произнесли моё имя, захлопав ресницами, я осмотрела свою семью. Дороти довольно улыбалась и кивала мне в сторону мужчины. Заиграла музыка и четкие шаги мистера Райта направились ко мне. Все моё тело будто наполнили свинцом, я не могла сдвинуться с места и забыла, как дышать.
–Потанцуете со мной, – вроде спросил или приказал мистер Райт. Его самодовольная улыбка отозвалась внутри меня, и протянутая сильная рука выбила с толку. Я вложила в неё свою дрожащую руку, и он потянул меня к центру. Плохой тон – отказывать в танце. Плохой тон – не согласиться, когда было пожертвовано столько денег.
Я стояла на своих каблуках, смотря снизу-вверх на статного мужчину в черном костюме. Он одним движением притянул меня к себе, очаровывая в объятия танца. Я сильно вдохнула воздух в легкие от столкновения со стальной грудью мужчины. Почему он так груб? Его руки, с одной стороны, держали мою так легко и плавно, а на талии он вцепился в меня. Опасность – это тёмная сторона страсти, которая приказывает терять голову, но и оставаться на стороже.
–Почему я? Вы должны были пригласить Мэл Полсон, – сказала я, смотря куда угодно, но не в глаза мистеру Райту. Послышалась его ухмылка и я вздохнула запах дорогих духов. Он пах сандалом и чем-то ещё, незнакомым мне. Его аура ощущалась как безоблачное небо и туманная дымка, иногда она становилась ловушкой, из которой трудно выбраться.
–Вы уже давно мысленно согласились на танец со мной, – ответил мужчина приятным голосом. Мы кружили в танце, будто две звезды на ночном небе, погружаясь в музыку. Он профессионально вел меня в танце, прижимая ближе к себе. Горячие руки плавили нежность моей кожи через ткань платья.
–Я Вас впервые вижу и вряд ли несу такую ценность, – буркнула я, заглядывая в прищуренные глаза мужчины. Четкие черты лица смягчаются намеком на улыбку, которая придает ему привлекательность. Я осознала, что пугает меня в мужчине. Его глаза. Они как будто заморожены, словно ледяные сосульки в холодной зимней ночи. Они не выдают никаких эмоций, но он старательно пытается это скрыть за лёгкой улыбкой.
–Ошибаешься, Тереза, – возвысив голос, сказал он. Я не могла отвести взгляд от его лица, хоть и прекрасно понимала, какое количество человек сейчас смотрят на меня. В моих движениях не читалась неловкость, потому что мама всегда учила держать голову на весу, даже когда ситуация выходит из-под контроля.
–Вы не выглядите напуганной резким танцем со мной, – признал Харрис Райт, и я отвела взгляд на секунду, наблюдая за искрами лампы.
–Это Ваш план? Смутить меня перед большим количеством людей? –вежливо спросила я, чувствуя его широкую ладонь на своей талии, опоясывающую меня. Моё сердце билось так сильно, что казалось, она бьёт мистера Райта в его стальную грудь.
–Разве такое возможно? Смутить Терезу Хендерсон? – с кошачьей улыбкой спросил мужчина и я сглотнула. Привлекательный. Опасный. Холодный. Он – тайна.
–Думаете, что знаете меня? Танец со мной не несёт абсолютно никакой ценности и большинство девушек в зале с куда большим удовольствием потанцевали бы с Вами, – мой голос прозвучал громко и уверенно, несмотря на замкнутость внутри и неловкость, давящую на голову.
–Это и было одной из причин, почему я выбрал тебя, – двояко ответил мужчина. Вдруг я отчетливо ощутила запах его духов, он близко наклонился к моему уху.
–Дело в том, что в твоем доме я нашел нечто более ценное, чем просто вещи – я нашел тебя, – проговорил он так тихо и я вжалась в себя, сердце билось быстрее, в то же время я ощутила такую пустоту внутри. Мой разум будто отключился, и я не могла осознать, что происходит. Я не двигалась, а мистер Райт продолжал вести танец и ухмыляться.
–Что? – на выдохе произнесла я, боясь посмотреть на мужчину. «В твоем доме я нашел нечто более ценное» … Кто он такой? Что он только что сказал? Это было признание или глупая шутка?
–Вы шутите? – поражено выдохнула я, опустошив свои легкие. Он выгнул густую бровь и продолжил улыбаться, смотря на меня. Я была поражена и смущена, у меня дрожали конечности от страшных слов. Глаза Харриса Райта словно говорят: «Я знаю все и могу все, но ты не узнаешь мою истинную суть».
–Я похож на комика? – спросил он. Мужчина был похож на Лугнаса, самого красивого кельтского бога с холодным обаянием.
–Вы не похожи на грабителя, мистер Райт. Если это всего лишь глупая шутка, то сейчас не самое удачное время для неё, – взволнованно воскликнула я, желая, чтобы все вокруг услышали мои слова. Он поступает подло, насмехаясь над моей семьей.
–Я не думала, что настолько влиятельные люди могут опускаться до такого уровня, подшучивая надо мной перед всем Дублином, – мой голос был напуганным, от чего нижняя губа подрагивала и голубые глаза упали на мои губы. Его взгляд вдруг стал таким серьезным, пропала та наглая ухмылка самоуверенности. Мужчина наклонился ко мне, я ощутила сильный запах дерева. Он был так близко к моей щеке, что его дыхание опалило нежную часть моего лица. Прикосновения мужчины становятся острыми и холодными, но по-прежнему притягательными.
–Вы станете моим следующим ограблением, – он прошептал мне свой следующий ход. Взгляды наши встретитесь в мраке, и я поняла, что этот момент станет для меня большим, чем просто ограбление. Все, что говорит этот мужчина даже близко не похоже на шутку. Он был серьезен, холоден и расчетлив в своих словах. Когда музыка закончилась, он у всех на виду взял мою руку в свою и поцеловал тыльную сторону. Ток напряжения прошел сквозь его пухлые губы и отдавался где-то глубоко внутри меня. Голубые глаза все время тщательно следили за мной, не пропуская ни одну эмоцию на лице.
Весь мир будто померк, когда он развернулся и ушел, оставив только мрачные слова и легкие прикосновения в моей памяти.
–Тереза! – услышала я, даже не заметив сколько простояла на одном месте и смотря в одну точку. Впечатление, которое он произвел на меня оказалось сильнее, чем я думала. Его слова не были шуткой, они стали неким вызовом для меня. Эйден взял меня за руку, выводя из состояния ступора и я прохлопала ресницами, приводя в порядок ракурс своих глаз.
–Всё хорошо? Ты выглядишь испуганной, – тревожно спросил друг, положив руку на моё голое плечо. Я посмотрела на него, осмотрела свою улыбающуюся маму и отца, который молча смотрел на толпу людей. Что с нами будет? Что, если украденные документы будут использованы против нас? Отец лишится своей компании и основных денег.
–Да, хорошо, – сказала я на автомате, не смотря на тревожного друга. Было ли признание мистера Райта правдивым? Почему следующим его ограблением буду я? Это так похоже на неудачную шутку, что вериться с трудом. Он притягивает и отталкивает одновременно, заставляя дрожать от его магнетизма и опасности.
Глава 4.
Я видела пустоту, утрату и одиночество. В моем сне было что-то неопределенное, оно вызывало во мне сильное беспокойство. Чувство недостатка, которое вызывает чувство незавершенности. Той ночью я не видела своего темного незнакомца из сна, зато проснувшись, на меня нахлынуло сломленное чувство подавленности.
Открыв глаза, я пару минут смотрела в потолок, потому что просто не понимала, где нахожусь. Это не был потолок моего дома, дома Эйдена или другой любой дом. Мне было страшно отвести глаза от белого чужого потолка, но услышав потусторонний шум, все же пришлось сделать это. Просторная комната в черно-белых тонах, гладкие линии и какое-либо отсутствие излишних деталей. Металлические и стеклянные элементы на мебели: стол с хромированными ножками, стильный ковер и большая кровать, с которой я только что встала. Панорамное окно было закрыто плотной шторой, из-за которой даже не видно времени суток. Я осмотрела растения, картины с изображением толп людей и увидела часы. Утро. Тревожность поселилась внутри меня, я будто все ещё спала, но была в той же одежде, без телефона и сумки. Я была одна в просторной и пугающей комнате. Надо мной будто проводили эксперимент, где словно зверька поселили в незнакомом и опасном месте.
Первым делом я встала на ноги, дернувшись от холодного пола покрытого глянцевой белой керамической плиткой. Где я? Что я здесь делаю? Почему моё последнее воспоминание – это то, как я садилась в машину к своему водителю? Мы собирались ехать домой после окончания раута, но мне необходимо было остаться одной, и я поехала первой, намного раньше. Мне необходимо было подумать о словах, которые только сейчас снова вспыли в голову. Ограбление! Мистер Райт сказал, что следующим его ограблением буду я. Я ещё раз осмотрела стильную комнату и нахмурилась. Это не похоже на ограбление, я не связана и не в такой уж опасности. Меня не пытают в подвале и мои руки свободны. Я могу спокойно передвигаться по комнате и не чувствую давящую угрозу.
Шум. Дверь открывается, и я ахаю, увидев пожилую женщину с сильной сединой волос, собранными в высокую шишку. Она была в костюме горничной, в руках держала кувшин с водой и пустой бокал. За её спиной я увидела ещё одну женщину, выглядела она намного моложе и везла на подносе еду.
–Вы проснулись, – спокойно сказала женщина с кувшином, чья белая ткань фартука была испачкана в джеме. Да, это точно джем.
–Где я и кто вы? – спросила я, уверенно устояв на ногах и презрительно осматривая пару горничных. Неизвестность окутывает меня, будто плотный туман, сковавший горло. Момент движения их губ наполнен тревогой.
–Мисс Хендерсон, не мы должны отвечать Вам. Покушайте и спускайтесь вниз, там Вам все расскажут, – тепло отозвалась зрелая женщина и прошла внутрь комнаты. Я моментально отошла к окну, рассматривая глазами что можно было взять для самообороны. Женщина с подносом поставила его возле кровати, и я увидела на нём завтрак. Солнечно-желтые с вздутыми белками яйца, пикантные колбаски, хрустящий бекон и хешбраун. Сладкие пышные блинчики с кленовым сиропом и тосты с мягким пюре авокадо, а рядом в стеклянной чаше – йогурт с гранулой и фруктами. Богатый завтрак, однако есть я не намерена.
Я презрительно отвернулась к окну, показав тем самым свое отрицание завтрака и характер.
–Мы не знали, что подать из напитков и обошлись водой. Если у Вас есть предпочтения, скажите сейчас, мисс, – почтительно проговорила женщина и поставила кувшин с водой на тумбу.
–Я не намерена завтракать здесь без объяснений, можете не стараться, – сказала я, не смотря на горничных. Все это выглядело совсем не как ограбление, а скорее попытка подлизаться ко мне. Тем не менее, чувство неизведанного пугало меня, даже если они пытаются создать безопасную атмосферу. Они стараются передвигаться медленно и держать свои руки на уровне моих глаз.
–Мисс, тогда нам придется насильно заставить Вас завтракать, –сказала вторая женщина и зрелая горничная цокнула языком за некультурные слова. Я обернулась, нахмурив брови и смотря на их натянутые улыбки.
–Вы не понимаете в каком я положении? Стали бы вы есть завтрак в незнакомом для вас месте? Вели бы себя мило, оказавшись неизвестно где и каким способом? – я говорила быстро и злобно, чтобы до них наконец дошло. Они внимательно слушали мои вопросы и изредка переглядывались.
–Мы понимаем, но это наша работа. Если Вы отказываетесь от завтрака, нам придется позвать мистера… – начала одна из них, но была прервана на полу слове.
–Нет необходимости меня звать, – в дверном проеме стоял мистер Райт. Я сжалась в штору, стиснув зубы и кулак в страхе. Это и правда он… Мой похититель. Женщины тут же заворковали и подошли к мужчине. Он был в белой рубашке, расстегнутой на первые пуговицы, заправленной в классические черные штаны и поддерживающий его торс элегантный ремень. Рукава его рубашки были закатаны, виднелись крепкие мышцы и часы на левой руке. Я сглотнула и попятилась к стене, пока не столкнулась с ней спиной. Лицо, словно скульптура, в каждой черте которого таится опасность. Красота, что таит в себе темноту, напоминающий цветок с ядовитым нектаром.
–Она отказывается принимать завтрак, – отозвалась горничная и бросив на меня последний взгляд, они обе поспешно скрылись за дверью. Когда я услышала щелчок, означающий закрытие двери, дрожь прошла по всему телу, начиная с пяток. Мы остались одни. Я и мой похититель остались в напряженной тишине, взгляды наши пересекались, и я ощутила, как мой страх смешивается с любопытством.
–Почему я здесь? Разве это похоже на ограбление? – я осмотрела комнату и обвела её рукой, намекая на шикарный завтрак.
–А ты предпочитаешь порку и связывание? – хмыкнул он и я расширила глаза в удивлении. Какая порка? Порка за то, что они похитили меня?
–Я предпочитаю, когда на мои вопросы отвечают, – грубо отозвалась я и он сделал пару шагов ко мне. Его руки находились в карманах классических штанов, а глаза прикованы ко мне. Такие голубые, не скрывающие правду и не тая от меня прямых разглядываний.
–Я предпочитаю, когда маленькие девочки не приказывают мне что делать, – сказал он, его приятный голос… Почему его голос так отличается от самой его натуры? Каждое произнесенное слово, как ласковое прикосновение, держащее в скрытой руке лезвие ножа.
–Так Вы не шутили, когда говорили об ограблении. Все слова я считала глупой шуткой, но это оказалось правдой, – сказала я и все разом пришло в мою голову. Если он действительно тот самый грабитель, то бумаги моей семьи находятся здесь? Стоп. Зачем ему было грабить компанию отца? Какой в этом толк? Он и так является одним из самых богатых людей Ирландии. Так зачем ему документы? Я была слишком юна, но это не означало скованность и наивность моих мыслей. Отец готовил меня к способности разрабатывать стратегии развития компании, определять ее конкурентное преимущество, я знала корпоративное право, налоговое законодательство, законы о труде и других регуляторных актов, применимых к бизнесу. Я была более чем готова к управлению компанией, чем только закончивший учебу студент, потому что была обделена опытом.
–Ты действительно сейчас в моем доме в качестве заложницы и скоро, – сделав паузу, он посмотрел на часы.
–Подадут заявление в полицию о твоей пропаже, – объявил он и я сильно выдохнула. Мама, папа и Дороти… Слишком многое свалилось на их плечи, а еще и я создала кучу проблем. Я злобно подняла свои глаза с пола и посмотрела на него. Во мне бушевал огонь, разжигающийся у кончиков моих ногтей, впивающихся в ладонь.
–Что Вам нужно? Почему я здесь? Я не желаю разговаривать со стеной, получая ответы скрытыми загадками. Я имею право знать, – вскрикнула я, но успокоилась сразу же, как была притянута за руку к нему и опущена прямо на кровать. Я плюхнулась на мягкую поверхность кровати и сразу же подняла на него глаза, чтобы всегда держать его на виду.
–Не в твоем положении что-то делать, Тереза. Я понимаю, у тебя много вопросов, ответы на которые я могу тебе дать в случае, если ты согласишься сотрудничать со мной, – он легким движением руки коснулся моей шеи. Я сглотнула ком, когда его пальцы аккуратно прошлись по моей лебединой шее. Казалось бы, такое лёгкое движение, но для меня оно было интимным. Ему будто не составляло никакого труда касаться меня, хотя я ему не позволяла.
–Я ограбил твой дом, я украл важные документы, но сделал скучную ошибку – украл не то, что мне нужно, – сказал он и взгляд его бродил по моей шее, на которой находились его пальцы. Я ощущала, как приятны мне его действия и как сильно они отдаются в позвоночнике. Холодный взгляд, а в центре зрачков одержимое желание. Меня вводила в панику его отстраненность и непонятное желание в глазах мужчины.
–Что Вам нужно? – спросила я. Мне было страшно даже шевельнуться под напором его глаз. И я наконец поняла в чем причина страха. Они не выражали абсолютно ничего, нет активности или стимула, когда он смотрел на меня. Взгляд бесцветный и неиссякаемый, словно весь огонь в них был подавлен дикой усталостью.
–Ты оказалась ценнее любых документов, – ответил мужчина и поднял голубые глаза выше на меня. Я вздрогнула, когда его рука резко обхватила моё горло, но не сжало его, а лишь притянуло ближе к его лицу. Я оказалась почти вплотную к пустому лицу мистера Райта и ужас стоял в моих глазах. Я попятилась назад, отводя свой корпус тела, но его рука сильнее притянула меня и сжала горло. Ужас дышал в затылок. Я ощутила покалывание в голове, обхватив его предплечье своими руками, я не могла сделать ничего, кроме коротких глотков воздуха. Он душил меня слабо, грозно смотрел в глаза прищуренным взглядом. Харрис выглядел дико. Дикий озлобленный хищник. Бесчувственный монстр в обличие греховно красивого мужчины.
–Откажешься от сотрудничества со мной, Тереза, я устрою Ад на земле для тебя и твоей семьи и поверь, ни одна новостная газета и программы никогда не узнают, что это был я, – прошептал он, ослабевая хватку моей шеи. Я взмылила, посмотрела на него со слезами на глазах и увидев это, он отпустил руку. Его грубость улетучилась и подойдя к кожаному креслу, он сел. Я заплакала, как ребенок. Нет. Я заплакала, как самый обычный напуганный человек и в этом нет ничего постыдного. Слезы бежали из моих глаз, а когда я начинала думать об его словах, все начиналось заново. Пощипывание глаз раздражало меня, я протерла глаза белым платьем, желая вырвать себе горло от образовавшегося кома.
–Прекрати реветь, – апатично отозвался Харрис на кресле, я вытерла свои щеки ладонями и растерла свой макияж.
–Я не хочу, не хочу сотрудничать с Вами. Я чувствую, что Вы ужасный человек, Вы сломаете меня, Вам что-то от меня нужно и Вы будете изводить меня, пока не получите это, – ответила слезливо я и не могла посмотреть на него. Вся ситуация неимоверно раздражала и пугала меня. Как я здесь оказалась? Почему я? Какую ценность я несу?
–Ты поняла это, по сказанным словам, что я сломаю тебя? – переспросил с усмешкой мужчина. Я шмыгнула носом, поднимая помутневший взгляд к его фигуре.
–Вы пусты, по Вам видно бесчувственное сердце, – бурчала я, заглядывая в удивительную пустоту глаз. Харрис секунду посмотрел на меня, а после на его выкованном мрамором лице появилась усмешка.
–Бесчувственность всегда была моим лучшим качеством. Разве не это единственный способ выжить? – он задумчиво склонил голову, разглядывая меня.
–Вы боитесь своих чувств? Многие тратят миллионы, чтобы осознавать и выражать. Их избегают, скрывают, отрицают и запрещают себе чувствовать. Мы видим своих родителей, мы видим своих братьев и сестер в вечной борьбе. Мы смотрим на них и понимаем, что их чувства отвергаются каждый день… Я выбираю чувствовать, а не закрываться, поэтому нет, не единственный способ. Вы многое упускаете, вечно ходя с гранитным инеем на лице, – уверенно выдаю я, задетая высказыванием мужчины.
–К сожалению, я не ярый поклонник твоих красноречивых речей, Тереза. Я не выбирал с какими эмоциями мне родиться. У меня никаких чувств, один ум, и он полон, а моё сердце, по твоим словам, действительно пусто, – он выглядел непоколебимо каменным, уверенно держал руки на своих сильных ногах. За белой рубашкой скрывались отточенные трудом мышцы.
–О каком сотрудничестве идёт речь? – я перевела тему, так как разговор о его эмоциях перестал меня привлекать.
–Услуга за услугой. Ты поможешь мне, в ответ можешь рассчитывать на мою помощь, – деловито произнёс мужчина. Я поёрзала на месте, ощущая следы от засохших слёз на щеках.
–И чем подтверждена Ваша ответная услуга мне? Вы думаете, я буду нуждаться в Вашей помощи? – от него исходила самоуверенность, что уже знатно начало раздражать. Он вел себя так, будто знал всё наперед.
–Ты будешь нуждаться во мне, – самодовольно ответил Харрис, сверкнув сталью в глазах, побуждая мои конечности задрожать под его натиском.
–Вряд ли, – прошептала я.
–Тогда все потеряно, Тереза, – сказал он, продолжая смотреть на меня. Я ужаснулась, когда в голове всплыла фраза: «Возможно, для тебя не все потеряно, и я могу вернуть то, что украл, взамен на то, что я обрел, Тереза».
–Это правда был ты…–на выдохе произнесла я, пораженная происходящим. Он был в моей комнате, он тот самый незнакомец, за чью нить между сном и реальностью я зацепилась. И будь я в другой ситуации, обрадовалась бы.
–Но как? – спросила я, надеясь, что он расскажет мне подробности ограбления. Мужчина хмыкнул и дверь с хлопком открылась, от чего я дернулась на месте. В дверном проеме стоял высокий и стройный парень, чьи яркие белые волосы обрамляют перламутровую кожу. Знакомый, махающий парень с грозным оскалом лица. Он будто отбрасывает легкое сияние со своей кожи, а тем временем его лицо и темные густые брови кажутся хмурыми и грубыми. Нахмурившись над глазами, они добавляют выразительности его взгляду. Он был одет иначе, в черную облегающую его тело футболку и телесного цвета брюки. Сильный, как будто каждый мускул и кубик виден под футболкой. Он обвел меня карими глазами и вернулся лицом к Харрису.
–Уже довел её до слез? – спросил он, облокотившись о дверной косяк. Становилось ещё опаснее, теперь я была в комнате с двумя мужчинами. Скуластое лицо Харриса, словно вылепленное из грубого камня не выражало эмоций. Он лишь холодно изучил блондина и вернулся взглядом к моему завтраку.
–Либо ты ешь и следуешь моему плану, либо остаешься голодной, и я создам для тебя новые жестокие правила, включающие настоящее похищение с поркой и связыванием. И поверь, Тереза, в похищении лучше меня нет, – улыбнулся краем губ Харрис и встал с кресла, подойдя к подносу с едой.
–Если действительно осмелишься противоречить, дай мне знать, и я начну прямо сейчас, – властно проговорил мужчина, держа руки в карманах штанов. Я сглотнула и бросила короткий взгляд на аппетитный завтрак.
–Начнете прямо сейчас что? – не поняла его фразы я и переспросила. Он натянуто улыбнулся, а я поразилась его привлекательности.
–Наказывать тебя, – сказал Харрис, и я ахнула, услышав одновременно смех блондина в дверях. Не смотря на все моё недовольство по отношению к этой ситуации, моё недоверие и полное нежелание находиться здесь – я подсела ближе к подносу. Взяв вилку, я отрезала кусок яичницы, положив мягкую еду в рот. Прожевав, я покорно подняла глаза на мистера Райта и увидела лишь апатию. Он довольно кивнул и молча вышел из комнаты, оставив меня одну с едой и мутным блондином.
–Лучше тебе съесть все, хорошая девочка, – кинул в меня парень и развернулся, направившись за Харрисом. Я буркнула, сжала вилку и сильно выдохнула, смотря на завтрак. Что я творю? Вместо того, чтобы постараться помочь своей семье и раздобыть украденные документы, я как ребенок поныла и теперь послушно ем их завтрак. Спрятав вилку в рукав платья, я выдохнула, мне больше кусок в горло не лез, но еда мне необходима.
Когда большая часть подноса осталась пуста, я зашла в уборную комнату. По стилю она была похожа на комнату, в которой я проснулась. Меня напрягал холодный пол и то, что я без своих каблуков. Осмотрев себя в зеркало, я выдохнула: тушь потекла, подводка размазалась, помада стерлась, волосы в полном кошмаре. Не успела я открыть кран, чтобы умыться, в дверь ванной постучали. В дверном проеме показалась уже знакомая мне пожилая женщина, которая держала в руках косметическую сумочку.
–Мисс Хендерсон, мистер Райт просил передать, что Вам позволено перемещаться по дому и ещё кое-что… это Ваше, –проговорила она и поставив розовую небольшую сумочку на столик, скрылась. Я сразу же потянулась за сумкой, открыв которую, нашла внутри дорогие крема для лица, новую зубную щетку, пасту, расческу и косметику. Хмыкнув, я улыбнулась и спокойно умылась, довольная оказанными ими услугами.
Горничная сказала, что я могу передвигаться по дому, а значит и изучить обстановку и найти выход будет легче легкого. Я вышла из комнаты, изучая стиль дома и спустилась вниз по лестнице. Просторный коридор с большими окнами без рам добавляют дому прозрачности. Мебель и декор стен из современных материалов: стекло, металл и кожа. Заходя в гостиную, я увидела блондина за барной стойкой и сидящего в телефоне Харриса. Они оба подняли на меня взгляд и осмотрели мой свежий вид.