Наша маленькая фобия

Глава 1 Няня

ЕСЕНИЯ

Дверь открыл не Алексей Олегович. Разочарование с толикой облегчения. Моё обличение будет отсрочено ещё на пару жалких минут. На меня стальным серым взглядом смотрела женщина лет пятидесяти. Русые с проседью волосы аккуратно уложены в тугую шишку. Элегантный форменный костюм бордового цвета, сидел, как влитой.

– Добрый день, – вежливо поприветствовала она, вопросительно разглядывая меня.

– Я… Я приглашена на собеседование, – пояснила женщине, заполнив неловкую паузу.

– Проходите. Присаживайтесь. Я приглашу хозяев.

Замирая сердцем, ступила внутрь холла, оглядывая место, что успело в моей душе пройти путь от чуждого до самого светлого и родного. Опустилась на диван, стараясь сдержать эмоции. Здесь всё изменилось. Стены стали нежно-сиреневыми. На полках появились новые статуэтки, картины и прочая интерьерная мелочь. На журнальном столике красовалась ваза с живыми цветами. Я что ослепла? Это точно дом Марка?

Осторожно коснулась бутонов. Белые розы пахли насыщенно и опьяняюще, что слегка мутило рассудок.

– Ты съедена!

Вздрогнула от неожиданности, когда на плечи легли две плюшевых кошачьих лапок. Резко обернулась. На меня смотрели янтарные глаза с изумрудными крапинками. Пышные русые волосы вились в разные стороны, а милая детская улыбка с прорехой в зубах сияла ярче солнышка.

– Ар-р! – девчушка клацнула зубками и зашипела.

– Постой, я же невкусная! – придя немного в себя, улыбнулась девочке в ответ, с замершим сердцем поняв, кто передо мной.

Внутри творился настоящий кавардак, но я восхищенно рассматривая её, продолжала говорить. Боже… Говорить впервые с собственной дочерью, воочию глядя на самое прекрасное, что может быть на свете.

– Тигр-рица голодна и съест всех, кто попадётся на её пути, – озорно прорычала девчушка и вдруг обняла меня своими большими игрушечными лапами.

Волна небывалого счастья прокатилась от груди к желудку, и тело задрожало. Невольно потянула к ней руки в ответ, желая прекрепко обнять свою малышку, но вовремя спохватилась. Я для неё чужая, и мои истеричные действия могут напугать девочку и всё испортить на начале. Терпи Есения. Пять лет терпела значит и ещё немного потерпишь.

Аккуратно отстранилась и заглянула в детское озорное личико.

– Помилуй, тигрица, – состроила боязливую рожицу. – Только посмотри на меня – кожа да кости. Давай я лучше помогу тебе с охотой.

– Давай! – девочка мгновенно приободрилась. – На кухне есть злой гиппопотам, и не даёт мне конфет!

Едва сдержалась от смеха, представив в роли грозного гиппопотама Веру Александровну.

– Арсения, прекрати сейчас же! – ласково, но настойчиво донеслось со стороны лестницы. – Беги поиграй в саду.

Поиграй в саду?! Что и такое теперь возможно в этом доме?

Мордашка маленькой проказницы стала заметно мрачнее, и дочка, поникнув, ретировалась, а я встретилась взглядом со статной дамой. Длинные блондинистые волосы богато смотрелись на фоне дорогого фешенебельного платья. Она была не старше меня, но весьма изысканная манера поведения и лоск явно прибавляли ей десятку другую.

Арсения… Посмотрела вслед девчушке и в груди пребольно сжалось. Почему он назвал её именно так?

– Здравствуйте, – незнакомка широко улыбнулась и поспешила присесть со мной рядом. – Простите, что заставила ждать. Я – Евгения Волкова… Точнее будущая Волкова.

От этих слов внутри всё упало. Волкова? Чья Волкова?! Боже, прошу только не это!

С трудом собрала свои кусочки и посмотрела в испытующие глаза девушки. Карие, прожигающие насквозь, подобно рентгену, но… Пустые. Этакая куколка в красивом обличье и… Чем-то похожая на меня. Только выше ростом и размером груди, как у теледивы.

– Есения Назарова… Я по рекомендации Игоря Матвеевича, – пояснила я, улыбнувшись ей, как можно милее. Интересно, этой даме известно что-нибудь обо мне?

– Да-да, Игорь предупредил о вас, – девушка устало обмахнулась платком. – Жарко. Не желаете воды или соку?

– Воды, – кивнула я.

– Лидия, будьте добры, стакан воды и соку, – молвила Евгения, выглядывая из-за меня..

Обернулась. Женщина, открывшая мне дверь, оказывается материализовалась позади. Лидия кивнула и скрылась в направлении кухни.

– Мой жених уехал в командировку и забрал с собой нашего дворецкого, – скривилась хозяйка дома. – Теперь вот перебиваемся.

Я натянула участливую улыбку.

– Честно говоря, собеседовать вас должна не я, а отец ребёнка, но, увы, у моего ненаглядного срочные дела в Петербурге, которые он не мог отменить. К счастью, Маркуша склонен доверить выбор няни мне, так как шаловливость этой несносной девочки уже изрядно досаждает.

Последняя фраза о дочери, заставила меня ощетиниться. Что ты имеешь против моего ребёнка, белобрысая сучка?! Видимо, заметив моё резко изменившееся лицо, Евгения добавила:

– Нет, не поймите неправильно. Я люблю свою будущую падчерицу, но иногда устаю от неё. Марк всё позволяет ей – вот и избаловал девочку. Арсении нужен человек способный не баловать, а воспитывать, обучать и занимать чем-то полезным, и это под силу именно няне.

– Вы правы, – кивнула я, стараясь задобрить будущую работодательницу.

О том, что это невеста моего Марка, поняла теперь точно, поэтому с трудом подавляла в себе желание потаскать мерзавку за белобрысую шевелюру.

– Конечно решать в любом случае необходимо отцу Арсении, поэтому могу предложить вам пару дней просто постажироваться и познакомиться с подопечной. Всё, само собой, оплачивается, даже если мы не подойдём друг другу.

– Да, я согласна.

Конечно я согласна. Даже если Марк вышвырнет меня из этого дома за шкварник, то я хотя бы эти пару дней побуду с дочкой.

– Отлично. Тогда сдайте ваши документы начальнику охраны. Наша служба безопасности проверит их.

В гостиной вновь, подобно джинну из бутылки возникла Лидия и поставила стаканы с напитками на журнальный столик. Я благодарно кивнула ей.

– Есения! – с верха лестницы до слуха дошёл до боли знакомый голос.

Я тут же встала и повернулась к источнику лицом – Игорь Матвеевич. Мужчина на фоне своей болезни порядочно сдал, но старался держать марку. Недуг выдавал лишь землистый цвет лица и ссутуленная спина. Отец Марка и несостоявшийся муж моей мамы осторожно спустился по лестнице вниз, а я поспешила обнять его.

– Наконец-то ты здесь, девочка, – ласково произнёс он и нежно обхватил моё лицо руками.

Я открыто улыбалась мужчине, сморгнув набежавшую слезинку.

– Что ж, оставлю тогда вас наедине, – вежливо откланялась Евгения. Ей явно не терпелось заняться личными делами, а появление будущего свёкра, облегчало задачу.

– Спасибо, Женя, – кивнул ей мужчина, и тоскливо прошёлся пальцем по моему шраму на щеке. – Я бы собственноручно придушил мерзавцев за то, что испоганили прекрасное лицо моей девочки.

– Это уже в прошлом, Игорь Матвеевич, – мягко убрала его руки и понуро опустила голову. – Надеюсь, вы ничего не сказали своему сыну?

– Ты просила не говорить, хотя стоило бы…

– Не надо. Для меня сейчас важнее всего дочка. Она такая красавица, – с печальной радостью посмотрела на Игоря Матвеевича.

– Да, Сеня полностью пошла в тебя. Такая же живая, добрая и смелая. И ей очень не хватает материнской ласки. Как бы Марк не любил её и не баловал, но мать нельзя заменить. Тем более это не под силу чужой женщине.

Я кивнула и тут же спохватилась:

– Игорь Матвеевич, что же мы стоим? Пойдёмте присядем, – и подхватив отца Марка под руку, опустилась с ним на диван.

– Всё нормально, доченька. Не беспокойся за меня. Расскажи мне лучше как ты? Когда увидел тебя в больнице в том состоянии, думал с ума сойду.

– Я уже в норме, – заверила с уверенностью и снова потёрла шрам на щеке. – Заживает, как на собаке. Нога правда иногда ноет в переломе, но терпимо. Ссадины и ушибы зажили.

– А что с теми мерзавцами?

По коже пробежал озноб.

– Не знаю. Полиция говорит, что тела так и не нашли, – я задумчиво уставилась мимо Игоря Матвеевича, вспоминая весь ужас того дня. – Тишина уже почти два года.

В груди невольно защемило, а челюсть свело от этих слов. Отец Марка вздохнул и заботливо сжал мою руку.

– Еся, если бы ты обратилась ко мне раньше.

– Вы бы ничего не смогли сделать, Игорь Матвеевич, – покачала я головой. – Я благодарна вам за помощь в реабилитации и лечении. Без вас нам бы с мамой пришлось туго.

– Ты мне как дочь, Еся, – мужчина снова улыбнулся. – И мне плевать, что происходит между тобой и моим сыном. Рад, что ты снова с нами. Я бесконечно благодарен судьбе, что свёл нашу семью с тобой. Ты наш ангел…

– Жаль, что так думаете только вы, – печально подернула уголком рта.

– Поговори с ним. Я уверен, он поймёт. Марк до сих пор любит тебя, хоть и виртуозно скрывает это.

– Не могу, Игорь Матвеевич. Как сказать такое?! Он убеждён, что я предала его, бросила в тюрьме. И по мне, пусть думает и дальше так. Я не смогу сказать, что стала секс-рабыней, чтобы спасти его.

– Но почему? – не понимал мужчина. – Есения, если Марк узнает правду, то наконец посмотрит на всё по-другому. Он имеет право знать, и твоя дочь имеет право на мать…

– Он уже сказал ей, что я умерла, – дрогнувшим голосом молвила я. – Переубеждать сейчас девочку в обратном очень жестоко. Игорь Матвеевич, поймите, если я предстану сейчас перед ним то, первое что он сразу сделает, это вышвырнет меня на улицу, и я даже пикнуть не успею, не то, что объясняться. Марк всегда был вспыльчив и горяч.

– Да, тут ты права, – кивнул мужчина, соглашаясь. – Лучше переждать.

– Поэтому мне нужна ваша помощь. Только вы всегда умудрялись сдерживать своего сына. Прошу, Игорь Матвеевич, помогите мне. Я обязана здесь пробыть как можно дольше, ради Арсении. С вами он не сможет тягаться.

– Я постараюсь, Еся. Но сын изменился. От прежнего Марка не осталось и следа. Теперь это робот. Железка без души и сердца. Парень больше не выражает своих чувств, стал педантичен до зубовного скрежета и всецело погружен в работу. Из всех нас только Сеня видит его настоящим.

В груди сжалось. Да, Марк закрылся. Если раньше это был раненый жизнью зверёк, которого просто нужно было успокоить и приласкать, теперь это волк навсегда потерявший свою волчицу. Чтобы не чувствовать боли, её нужно перекрыть – равнодушием, работой и организацией.

– У него есть невеста, думаю, не всё так плохо, – я грустно пожала плечами.

– Не невеста, а ходячая кукла с обложки модного журнала. Марк отныне общественная личность – конференции, совещания, приёмы, вечеринки. Он обязан посещать их, чтобы быть в курсе всех событий и вести семейный бизнес, в котором очень освоился и преуспел. Только мужчине за тридцать быть на данных мероприятиях одному негоже. Вот и завёл он себе Женю – красивая, элегантная, знает, как себя вести в высшем обществе и не мешает. Элитный аксессуар к смокингу.

Я брезгливо скривилась, не веря, что Марк способен так обращаться с девушкой. Хотя… О чём я? Раньше он вообще бил женщин и увлекался садо.

– Деда! – в гостиной снова появилась улыбающаяся Арсения и метеором кинулась Игорю Матвеевичу в объятия. – Деда, мне скучно! Поиграй со мной. Ой, а ты всё еще тут?! – и девочка, повернув ко мне свои янтарные глазки, улыбнулась более радостно.

– Сеня, познакомься, – дедушка призвал девочку к вниманию, – это Есения. Она будет твоей няней.

– А кто такая няня? – удивилась дочка.

– Няня – это… Это почти, как мама, – нашёлся мужчина, и мои ладони крепче сжали подол платья. – Она будет всё время с тобой рядом – гулять, заниматься, играть.

– Играть?! – Арсения оживилась ещё больше. – А она много игр знает?

– Очень много, – не выдержала я и шаловливо коснулась кончика её носа. – Я уверена, мы с тобой подружимся.

Дочка смущенно улыбнулась и плотнее прильнула к своему деду.

Комната няни не обладала просторностью. Клаустрофобия мигом дала знать о себе, и я поспешила распахнуть окно.

– Потерпи пока так. Благо на дворе лето. Если всё получится я организую тебе комнату в бывшем Зимнем саду.

Бывшем? Растерянно уставилась на мужчину.

– Я уже говорил тебе, что сын очень сильно изменился, и это один из первых симптомов. У меня даже сложилось впечатление, что он начал всё делать с точностью наоборот. Всё, что раньше было его отличительной чертой он искоренил в себе – живопись, сад, растения, конюшня. Зато теперь злостный трудоголик и медийная личность.

Тоскливо посмотрела на отца Марка, чувствуя свою вину с каждым словом всё сильнее. Да, мой любимый мужчина избавился от всех качеств, за которые я полюбила его. Бросил вызов самому себе и… Справился. А я? Я – нет. Я по-прежнему люблю своего нежного, ранимого и ласкового зверя.

Встреча с прислугой была очень бурной и эмоциональной. Вера Александровна плакала в три ручья и не выпускала меня из крепких рук. Савелий и садовник тоже не скупились на объятия. Расспрашивали о жизни, журили, что сбежала от них на столько лет и искренне возмущались, что я не намерена составить конкуренцию новой пассии Марка.

– Не, она конечно ничего, – это "ничего" Савелий очертил у груди полукругом, – но ты нашему женофобу больше подходила.

– Естественно, дуралей, – ворчливо развела руками повариха. – Еська же наша. А та дылда? И где он её себе только откопал? Лахудра!

Я не сдержала улыбки, понимая их недовольство. Знала, что не со зла, потому что они очень любили меня и, не покривив душой, была уверена, что были бы не против видеть в роли молодой хозяйки дома.

Уже позже, я настойчиво просила не афишировать, кто я такая, особенно дочери и невесте Марка.

– Бедная ты моя, – по-бабьи пискнула повариха и утерла веки уголком фартука. – Родную дочку нормально не обнять и не рассказать кто ты ей на самом деле.

– Не сейчас, Вера Александровна, – похлопала женщину по руке. – Но сдаваться я не намерена. Мне нужно время.

На службу с радостью заступила прямо с утра следующего дня. Малышка ещё сладко спала, когда я вошла в детскую. Тихонько подошла к кровати и заглянула в девчачье личико. Пухлые щёчки, губки бантиком, а одуванчик кудряшек рассыпался по подушке. Осторожно погладила по щёчке и чуть приблизившись втянула в себя детский запах.

Арсения причмокнула и немного пошевелилась, недовольно поморщившись.

– Сеня, утро доброе пришло, – ласково пропела я, нежно погладив детскую ручку.

Девочка приоткрыла один глаз и нехотя пискнула.

– Вставай, малыш, – более настойчивей прошлась рукой по её головке. – У нас с тобой сегодня куча дел. Мы же не успеем, если ты продолжишь спать.

Арсения тяжело села на кровати и потёрла кулачками веки.

– Какие дела? – в глазёнках искреннее любопытство

– М, самые нужные и интересные. Сперва приберём твою постельку, потом найдём красивое платье и сделаем модную причёску.

– Хочу косички! – тут же оживился ребёнок.

– О да, тебе они очень пойдут, – пригладила кудряшку у виска. – Потом надо обязательно позавтракать, а то сил не будет.

– Ты будешь завтракать со мной? – уточнила дочь.

– А как тебе хочется?

– Давай вместе, – решила девочка и хлопнула себя по коленкам. – Одной скучно.

– Давай! Тогда бегом встаём, – и протянула к ней руки. – Иначе, тебе принесут завтрак сюда.

Девочка прислушалась и вскочила, попав в мои поддерживающие объятия. Смеясь и играючи застели постель, умылись и сделали две забавные косички, из которых так и стремились вырваться колечки кудряшек. Выбрали самое красивое платье из белоснежного хлопка с васильковой оторочкой по подолу и рукавам. Внутренне благодарила Бога за то, что подарил моей дочке такого любящего и щедрого папу. Невооруженным глазом было видно, что Марк души не чаял в нашей дочери и абсолютно ни в чём ей не отказывал. Подумать только, эта маленькая женщина окончательно излечила мужчину от гинофобии.

Вера Александровна была приятно удивлена появлению маленькой гостьи в кухне.

– Ох, ничего себе, кого это к нам занесло! – повариха всплеснула руками, глядя на оробевшую девочку.

Судя по взгляду Арсении, поняла, что дочь здесь редкий гость и не исключено, что ей вообще запрещено появляться в данном крыле дома. И правда нечего хозяйской дочери торчать среди прислуги. Да, не похоже это всё на моего Марка. На моего прежнего Марка.

– Ты за конфетами что ли с утра пораньше?

Девочка энергично помотала головой и посмотрела на меня, словно прося помощи. Коснулась крохотных плеч Сени, ободряя своим присутствием, и также энергично пояснила:

– Не хотим мы ваших конфет, тёть Вера. Хотим большую порцию каши с фруктами, бутерброд с сыром и джемом и компот. И побыстрее, пожалуйста! Пока нас тут не засекли, – последнюю фразу сказала шепотом.

– Ну и задали вы мне задачку, – в нашей же манере ответила женщина.

– А мы поможем, правда? – и заговорщицки улыбнулась Арсении.

– Поможем, – с готовностью кивнула девочка.

– Ура! – повариха ласково ущипнула малышку за щечку и вернулась к плите, начиная готовить наш заказ.

Я же изъяла из холодильника хлеб, абрикосовый джем и сыр.

– Я нарезаю сыр, а ты мажь хлеб джемом, – распределила дальнейшие обязанности. – Возьми вот эту ложку… Только осторожно. Да, давай покажу как.

Ребёнок углубился в хлопоты на кухне, помогая нам накрывать обеденный стол, а после за обе щёки уминала кашу, требуя, чтобы и обед сегодня прошёл здесь.

– Что тут делает ребёнок? – вошедшая в кухню Лидия, мгновенно возмутилась.

– Попались, – состроила рожицу Арсения и уткнулась носом в свою тарелку.

– Мы завтракаем, – не смущаясь, ответила я и демонстративно, сунула ложку с кашей в детский ротик.

– Девочка питается у себя в комнате…

– А вы почему не питаетесь у себя в комнате? – парировала я.

– Ну знаете, – Лидия вспыхнула.

– Пищу принимают в местах отведённых для этого – кухня, столовая, ресторан. Но никак не комната, – улыбнулась я и незаметно подмигнула дочери.

– Умная чересчур? Ладно, посмотрим, что на это скажут хозяева, – фыркнула женщина и удалилась из кухни.

– Ябеда, – надула губки Арсения, расстроенно посмотрев той вслед.

– Точно, – поддержала я девочку, а после ободряюще тронула за курносый носик. – Не обращай на скучных взрослых тёток внимание. Доедай, а потом займёмся твоим самым любимым делом.

– Играть! – снова оживилась Сеня и задергала ножками

– Во что же? – поинтересовалась я.

Девочка задумалась, прикидывая что-то в голове.

– Ты вчера обещала поохотиться со мной.

– Поохотиться? – уточнила я, соскребая с тарелки остатки каши. – Да, вроде что-то такое было. Ты, кажется, собиралась меня слопать?

Сеня озорно засмеялась и помотала головой.

– Не-ет, ты слишком костлявая.

Я и Вера Александровна переглянулись и засмеялись вместе с малышкой.

– Ты чересчур наблюдательная девочка, – ласково коснулась кудряшек на детской головке. – Тогда, что требуется от меня?

Девочка вскочила с места и, прихватив пустую тарелку, спешно бросила её в раковину. После окинула меня радостным взглядом и, взяв за руку, потащила за собой.

Слегка приоткрыв в изумлении рот, смотрела на плюшевые игрушечные лапы, огромные тигриные уши и длинный хвост.

– Тигр?! – уточнила я, нехотя глянув на своё чадо.

– Тигрица, – кивнула девочка, уточнив. – А я вожак… Амазонка.

– Правда? Но ты не очень похожа на амазонку, – улыбнулась ей, покачав головой.

Девочка окинула скептическим взором своё платье.

– Почему? – жалобно вопросила она.

– На тебе платье принцессы, но никак не воинственной женщины.

Дочка понуро насупилась, явно расстроившись, но я поспешила ей на помощь.

– Кажется, я видела в твоём гардеробе суперский топик с тигриным принтом и леггинсы с бахромой. Прикид, что надо, поверь мне. Потомственная амазонка.

Ребёнок тут же приободрился, готовый к метаморфозам.

И моя гусеница стала супер-бабочкой, а может быть наоборот. Топ и леггинсы нашлись в платяном шкафу, вместо двух косичек мы сделали одну. Черной и зелёной акварельной красками раскрасили её чудную детскую мордашку. Чей-то, возможно папин, кожаный ремень послужил нам вместо плети, как у Индианы Джонса, а пояс с оружием смастерили из старых носков и колгот.

Я же по сценарию Арсении обязана быть её питомцем, то есть тигром. Нацепила на себя плюшевые лапки, тигриный хвост и ушки. Для антуража добавила и себе макияж в виде чёрного носа, усов и пары полосок на щеках. Один из них как раз неплохо замаскировал шрам.

– В саду водится пару зверей, – шептала Сеня, незаметно от посторонних глаз ведя меня вниз. – Один старенький, а второй помоложе. Он довольно крупный поэтому только ты справишься.

Я тихонько прыснула со смеху, озорно улыбаясь и крадясь за своей воительницей.

– Если крупный, то точно справлюсь, – тем же тоном заверяла девочку, готовясь к охоте.

– Не смейся, он тебя услышит! – замахала руками девчушка, веля схорониться. – Жди сигнала.

Озорно кивнула ей, притаившись за деревом. Внутри предполагала уже увидеть изумленное лицо нашего садовника. Лишь бы инфаркт не хватил старика.

– Фас! – закричала моя маленькая амазонка.

Я выпрыгнула с громким протяжным рыком из-за дерева и растопырила свои плюшевые кошачьи лапами.

– Какого черта? – изумлённый и чуть испуганный голос мужчины травмировал координацию.

Боже мой!

Попятилась назад и, запутавшись в собственном липовом хвосте, начала падать. Благо сильные руки тут же поддержали, поймав навесу и прижав к крепкому телу.

Изумруды так давно полюбившихся мне глаз растерянно уставились на меня сверху вниз, рассматривая, пока голова и сердце смогли проделать чумовой путь от счастья встречи до тихого отчаяния.

Марк…

Глава 2 Заговорщики

МАРК

Сделка сорвалась. Я потратил целые сутки! Мать вашу! Целых двадцать четыре часа! Для моего плотного графика это просто настоящая катастрофа. Алексей Олегович благоразумно помалкивал, хоть и видел всю дорогу его недовольную физиономию, а Самату только в радость смотаться за хозяйские дарма в другой город, мир посмотреть.

Дело Самата после моего чудодейственного освобождения затянулось ещё на пару месяцев, но Эмиль Ринатович, всё же сумел вытащить моего друга-сокамерника на свободу. Правда на воле Рикше оказалось некуда идти. У жены новая семья, сын погиб, а собственное дело в смутное время пришлось продать на дюжину тупых и недобропорядочных адвокатов. В результате, предложил ему место своего телохранителя и по совместительству шофёра, обеспечив щедрым окладом, вкусной едой и крышей над головой.

Дело Садыкова закрыли почти два года назад после известия от местной полиции, что мужчина считается без вести пропавшим. Его машина сорвалась, видите ли, с моста в реку. Мразь! Легко отделался от меня. Семью Кирилла трогать не стал – я всё же не последняя скотина. Пусть живут.

Что касалось Есении, то перестало болеть сразу же, как сказал дочери, что её мать умерла во время родов. Даже как-то сам поверил в это. Пару раз ещё в течение года слышал тихие беседы Надежды Витальевны с Игорем. Женщина то и дело всхлипывала в объятиях моего отца, жалуясь, что дочь почти не общается с ней. Еся звонила матери раз в месяц и ограничивалась лишь короткими фразами.

– Она другая, Игорь, – однажды невольно подслушал их беседу в гостиной. – Это…это словно не моя Есения. Мы говорим не более двух минут, как по графику – ни больше ни меньше. Она даже о дочке не спрашивает. И голос… Голос, словно Еся отпахала двое суток без отдыха. Я пытаюсь выпытать у неё адрес, напроситься к ним в гости, но они вечно переезжают, по её словам. Что мне делать, Игорь? Я так с ума сойду.

– Что делать? Вы серьёзно, Надежда Витальевна? – вспыхнул тогда я, не устояв от негодования в своем укрытии. – Ваша дочь счастлива в браке и не хочет, чтобы вы её беспокоили. На хрена ей мать, если она даже на собственную дочь забила?

– Марк, перестань, – попросил папа. – Мы не знаем всех обстоятельств…

– Каких обстоятельств? – скривился я, поражаясь глупой привычке отца верить в кого-то до последнего. – Есения – законная жена Альберта. Она ясно и чётко сообщила вам всем об этом. Даже от дочери, не гнушаясь, избавилась ради него…

– Хватит! – в гневе оборвала мою колкую тираду мать Есении. – Глупый мальчишка! Видимо, и ты не любил её никогда, раз так и не понял какая она на самом деле. Я её мать, и знаю свою девочку. Я чувствую, у Есении есть серьёзные причины вести себя так. Еся безумно любила не только тебя, дурака, но и свою не родившуюся малышку, поэтому никогда и никому не поверю, что она бросила собственное дитя. Уж я-то её знаю, в отличие от некоторых! Материнское сердце не обманет.