- -
- 100%
- +
Глава 1
САША
Сумка с продуктами оттягивала руки настолько, что орангутанг мог принять меня за своего сородича. Кажется, купила всё: макароны, сливки, лоток куриных бедрышек, два пакета молока, хлеб, бутылка минеральной воды, любимое печенье, банка быстрорастворимого кофе и плитка шоколада, обязательно с цельным фундуком. Пальцы почти атрофировались, но я понимала, что нужно зайти в пункт выдачи местного маркетплейса. Пришли книги, которые жду уже целую неделю. У меня впереди два выходных, и этого мне хватит с лихвой, чтобы прочесть всё.
Кряхтя и матюгаясь на свою одинокую женскую долю, доползла до пункта выдачи и замерла. У порога, прямо напротив высокой лестницы, стояла одинокая коляска. Покосилась внутрь и в возмущении обнаружила, что там младенец. Ничего себе! Ну и мамаша! Я бы ей голову открутила на месте папаши. Ужас! Как можно оставить несмышлёное дитя на улице без присмотра?! Ведь столько преступности кругом! Похоже, мамаша недалёкого ума раз так халатно относится к собственному чаду.
Имея упрямый и волевой нрав приняла решение дождаться горе-матушку и провести ей разъяснительную беседу. Однако, время шло, но кукушка не объявлялась. Малыш закряхтел, начав негромко похныкивать. На вид младенцу не более месяца, и судя по цвету вещей, девочка. Кошмар! Неужели так сложно носить эту кроху с собой? Точно уши откручу! Похоже мамаша самая настоящая малолетка.
Малышка обиженно крякнула и заскулила.
– Тш-ш, – схватилась за ручку коляски, начав покачивать. – Не плачь. Сейчас мамка твоя вернётся, а я настучу ей по ушам, уж прости.
Кроха, то ли чувствуя чужака, то ли угрозу своей родительнице усилила плач, больше походящий на ультразвук.
– Ну ладно не буду. Только скажу пару ласковых. Тш-ш не плач. Ты когда спала была намного милее. Чёрт, – руки невольно потянулись к ней.
Хорошенькая, откликнулась женская суть с материнским инстинктом. Не давая отчёта своим действиям, потянулась к плачущей крохе и осторожно взяла на руки.
– Привет, красавица, – с интересом разглядывала цветовую гамму одеяла и шапочки.
Не успела ничего толком сообразить, как сзади кто-то налетел и больно сжал плечо.
– Убрала руки от моей дочери! – раздался над ухом злобный мужской голос, не обещающий понимания и тем более любезностей.
Скосила взгляд на звук, чувствуя, как поджилки замерли. Супер! Я же ещё и виновата.
– Докажи, что твоя, – ляпнула в ответ
– Сверну тебя в дугу за три секунды, не посмотрю, что баба, – весомая угроза, и я бы уже давно дала стрекача, если бы он не преградил дорогу.
– Три секунды? Не многовато? – зачем-то передразнила зверя и сжалась, храбро ожидая расправы.
– Положи её в коляску, немедленно, – повторил он более сдержанно, но суровей.
– Ладно, не кипятись… Я лишь хотела помочь крохе, а родителю надавать оплеух, за то, что оставляет младенца без присмотра, – повернулась к коляске и уложила орущее чадо в его утробу.
Тут же ощутила болезненный пих в плечо. Посторонилась, видя, как мужчина сунул вниз транспортного средства небольшую коробку, абсолютно не собираясь успокаивать своё дитя.
– Ты точно отец? – моя профессиональная натура всё никак не мирилась со статусом этого дикого мужика.
Ну правда, на него же без слёз не взглянешь – небрит, волосы в разные стороны, приличных размеров пятно на рукаве. Откуда этот чёрт вообще вылез?! Как бродяга, ей-богу.
– А ты мент что ли? – рыкнул в ответ этот самый бродяга, вселив в меня ещё больше подозрений.
– Документы на младенца покажи, умник, – снова окрысилась я и вцепилась в рукав его куртки.
– Да пошла ты, – зло скривился мужик и вырвал локоть из моей хватки. Виртуозно справился с тормозами на колёсах коляски и, умело подхватив транспортное средство, вырулил на тротуар. – Шизанутая!
От резвого толчка бродяги ручка пакета с продуктами лопнула и часть припасов вывалилась на землю. Твою дивизию! Выдохнула воздух негодования, глядя как провиант разбегается по тротуару во все стороны.
Бродяга злорадно хохотнул и, одарив дьявольским черным взором, укатил под аккомпанемент неумолкающего младенца. С трудом сдержалась, чтобы не уподобиться нахалу и не продемонстрировать довольно красноречивый жест. Если он и правда отец малышки, то малой дико не повезло. Боюсь представить, какая там мамаша.
Присела на корточки и собрала продукты обратно в пакет, перехватив его в руке, как мешок. К счастью, идти до дома недалеко. Чёрт! За книгами так и не зашла. С порванным пакетом теперь неудобно тащить. Зараза! Зарычала себе под нос, сдаваясь обстоятельствам. Инициатива наказуема – вот теперь коротай вечер за телевизором.
Дома ждали кот Валера и баба Нюра, что волею судьбы стала мне и мамой, и папой, так как мои родители медийные личности и больше находились в разъездах, чем с любимым чадом.
– Ты чего такая взъерошенная? – удивилась ба, посасывая вставной челюстью банан. – Опять троллейбус догоняла?
Криво ухмыльнулась старушке и вошла в квартиру. Жили мы в новом доме. Папа продал «брежнёвку» бабы Нюры ещё в том году, добавил верхом и приобрёл эту трёшку. Нам бы с ба хватило и двушки, но родители, что иногда всё же заглядывали к нам, любили своё отдельное от меня и матушки пространство.
Я же целиком и полностью посвятила себя педиатрии. Да, мечтаю в будущем стать выдающимся детским хирургом, но пока оттачиваю навыки в поликлинике и учусь дальше, повышая квалификацию и опыт. К счастью, совсем недавно меня перевели по месту жительства, поэтому времени появилось больше, так как не нужно тратить время на дорогу. Многие соседи меня уже знали в лицо и даже прибегали за советом вне рамок моего рабочего графика.
– Нет, ба, – выгрузила я продукты на стол. – Сцепилась с мужиком на улице.
– Милая, ты опять всё перепутала, – причмокнула бананом баба Нюра. – Мужиков клеят, а не цапаются с ними.
– Не в моём случае, – констатировала я и присосалась губами к коробке с соком. После уличного стресса хотелось пить как никогда.
– Приходила Алла Михална, – ба как обычно не вдавалась в подробности всех моих приключений. – Ей снова мешает твой самокат в подъезде.
– Она будто сама не мешает подъезду? – снова нахмурилась я и, разложив весь провиант, с чистой душой направилась в свою комнату.
– Она боится, что он может взорваться, – пожала плечами ба. – Опять вечерних новостей насмотрелась.
– Передай ей, что я взорвусь быстрее и опасней, – криво улыбнулась старушке и закрыла дверь, желая побыть наедине.
Слышала ещё пару фраз от ба, а после шаркающую поступь.
Взглянула на себя в зеркало. И правда, я сейчас ничем не лучше того бродяги – щёки горят, волосы в разные стороны и кажется тушь под левым глазом смигрировала на щёку. Ненавижу снегопады!
Подтёрла фингал и прибрала волосы в хвост. Ничего страшного, я же не на работе и тем более не на свидании. Хотя стоило бы прислушаться к вечным напутствиям двоюродной сестры. Девушка всегда должна быть на высоте, так как неизвестно где и когда может повстречать своего принца. Может именно поэтому на моём пути либо бродяги, либо алкаши, либо господа из стран ближнего зарубежья. Не судьба мне быть королевой. Королей нынче всех разобрали, тем более в нашем спальном районе.
Утро понедельника встретило очередным снегопадом, поэтому решила подстраховаться и воспользоваться водостойкой тушью. Женщины-коллеги давно нарастили себе ресницы, забыв о косметике, а я не могла, так как бесилась от лишней тонны на веках, не говоря уже о плохом зрении и ношении линз. Нет, мне проще так, по-старинке.
Сегодня в поликлинике "день здорового ребёнка", поэтому приём начался с восьми утра и до двенадцати дня. Спешно пообедав, отдала в регистратуру кипу карт и взяла список новорождённых на моём участке. Девять адресов. В голове составила маршрут, начиная от самого дальнего до самого ближнего. Ближний вообще оказался моим соседом из четвёртого подъезда. Вот и отлично. Им и закончу рабочий день.
Обойдя нужные адреса, перед последним заскочила наконец за книгами. Всего шесть книг – справлюсь, но к несчастью лифт в нужном подъезде оказался сломан и мне пришлось топать пешком на седьмой этаж. Перед нужной дверью почти простонала, пытаясь отдышаться. Думаю, родителей этого чада не воодушевит моя взмыленная персона.
Предусмотрительно постучала, но открыли лишь на третий раз.
– Уже начал думать, что вы сгинули, – недовольное бормотание мужчины и взору предстал тот самый хамовитый бродяга, но в домашнем трико, обнажённым торсом и бутылочкой детского питания в руке. – Эй… Я ждал педиатра, а не мента.
Нахмурившись, возмутился хозяин квартиры, явно вспомнив меня и нашу перепалку на улице, а я так и не смогла отвести взгляд с крепкого мужского торса. Нет, не бродяга, а бог!
Глава 2
САША
– Ну и долго так пялиться собираетесь? – раздраженно всколыхнулся красавец-бродяга и мгновенно потерял ко мне интерес, когда из недр его просторной, но чуть мрачноватой квартиры донёсся недовольный плач.
Мужчина махнул на меня рукой и поспешил на зов.
– Я тут, всё. К нам в гости пришли, родная. Тш-ш. Идём-ка на ручки.
Не поверила своим ушам, когда голос этого грубияна вдруг кардинально изменился, став мягким и напевным. Натянула на сапоги бахилы и, обработав руки антисептиком, двинулась на звук.
Детская хоть и была просторной с хорошим ремонтом и вполне дорогостоящим интерьером, но всё же удручала. Плотно задернутые шторы, пеленки, небрежно брошенные на кресло-качалку, аж три открытые упаковки подгузников разных размеров, косметические средства в беспорядочном состоянии и расправленный диван, на котором похоже постоянно спят. На пеленальне упаковки с влажными салфетками, присыпки и все возможные крема и средства по уходу.
При патронаже я обязана составлять отчёт о содержании новорождённого и здесь слегка затруднялась дать оценку. Да, у малыша есть всё необходимое, только похоже родители слегка не понимают, что именно нужно их ребёнку.
– Я ваш педиатр – Идинова Александра Юрьевна, шестнадцатый участок. Решили сразу на смесь переводить малышку? – скептически глянула на банку с питанием.
– Нет у нас молока, – в голосе шикарного папочки вновь чувствовалось раздражение и обида на весь мир.
Ничего себе! Такой грозный, но не смог убедить свою благоверную кормить малышку грудью, а не этим суррогатом. Похоже, тут у мамашки свои таракашки, либо нет лактации. Надеюсь, второе.
– Я напишу в рекомендациях смеси для малышки и мамы, чтобы появилось молоко. Такое бывает, если, допустим кесарили, – влилась я в рабочий процесс, ища в сумке ручку и бумагу. – Мама может потом сцеживаться и хранить молоко в холодильнике. Поверьте, это намного лучше, чем смеси…
– Вы должно быть издеваетесь? – лицо мужчины болезненно скривилось. – Молока нет, потому что, нет матери. Хотя, если эта ваша смесь настолько чудотворна, что может вернуть нам маму с того света, то, пожалуй, мы с дочкой не откажемся.
Сказал, как ударил по телу бетонной стеной. Тут же прикусила язык, мгновенно поняв, почему в этой квартире всё так противоречиво. Вроде присутствует дух ожидания младенца и тут же это обрублено на корню неясной тёмной аурой то ли депрессии, то ли скорби. Теперь понимаю причину – траур. Он отец-одиночка и внезапно не просто лишился любимой женщины, но и взял на свои плечи уход за крохой. Молодой отец явно в растерянности, которую во сто крат увеличивает горечь утраты.
– Извините, я не знала, – кажется в эти секунды простила ему всё. – Мне очень жаль.
Малышка у него на руках закуксилась, и бродяга тут же перевёл внимание на неё.
Пронаблюдала за его действиями, отметив лишь пару недочётов в уходе. Он старается. Возможно, спрашивает советы, читает интернет, но справляется. Да, не столь идеально, как женщина, но пытается. Тепло и уважение к этому мужчине медленно и уверенно поползло по венам. Он учится, а моя задача помочь. Я же педиатр!
– Теперь позвольте мне провести осмотр малышки, – и сделала приглашающий жест к пеленальне, прося уложить туда малышку.
Ершистость отца девочки здесь испарилась, и мужчина покорно отнёс кроху на указанное место. Лиза вновь недовольно закряхтела, когда мне пришлось распеленать её и снять подгузник.
– Вес девочки ещё маленький, поэтому вам подойдёт нулевой размер. Пуповину стараемся не мочить во время купания. Обязательно воздушные ванны без подгузника, чтобы избежать раздражения на коже. Туалет для девочек проточной водой движением спереди-назад.
Пропальпировала малышке животик, проверила роднички, оценила рефлексы. Девочка здорова, хоть и немного худая.
– В роддоме малыши обычно немного сбрасывают в весе, но потом набирают, как положено. Это нормально. Гулять на улице начинаем постепенно. Сначала по полчаса два раза в день, а потом постепенно увеличиваем до двух часов. Шторы советую задвигать лишь ночью. Малышке нужен витамин Д, не говоря уже о том, что на зрение это так же влияет. Купать при температуре воды примерно 37 градусов. В кроватке никаких игрушек, тяжелых одеял и подушек, во избежание апноэ или удушья. Кормить пока по требованию, а потом постепенно выводить на режим. Водичкой поить тоже не забывайте. Выпишу вам бифидобактерии.
Пока говорила заезженный набор рекомендаций, заметила, как забавно шевелятся уши у мужчины. Бедолага, пытается всё запомнить. Не знаю, что двигало мной в этот момент – может нестандартность ситуации или его чрезмерно растерянный вид – но я вдруг написала на патронажном листе номер своего сотового.
– Не поймите неверно, но я оказывается ваша соседка. Только из другого подъезда. Шестнадцатая квартира. Если вдруг понадобится совет… Может и помощь. Звоните по этому номеру.
– Благодарю, но не понадобится, – нахмурился он, и взгляд этот совершенно не понравился.
Ничего себе! Он похоже решил, что я к нему клеюсь. Типа красивый и одинокий вдовец в трудной жизненной ситуации нуждается в женской заботе. Ха! Размечтался!
– Дай бог, – тоже нахмурилась в ответ. – Через три дня второе патронажное посещение. Приду либо я, либо медсестра. Постарайтесь привести детскую в божеский вид для отчёта, пока соцопека не создала вам проблем.
Последнее отчеканила конечно в сердцах, чтобы не воображал, что он такой крутой и неприступный. Гордость ещё никому не помогала.
– Доброго вечера, – бросила на ходу и, забыв про бахилы и книги, выскочила вон из квартиры.
Злость и обида на этого вдовца возросла дома в тысячи раз, когда поняла, что из-за него снова осталась без книг. Да что ж такое-то! Возвращаться за ними принципиально не стала, ещё решит, что я нарочно оставила их.
– Внуча, тут к тебе Серёжа приходил сегодня… – заворковала ба.
– Опять тунеядничает, – буркнула в ответ, снимая пуховик и сапоги.
– Он кажется в отпуске. Звал тебя в кино сегодня.
Кино? С ним? Скука. Нет. Я лучше сериал какой-нибудь посмотрю.
– Я устала, – отмахнула от приглашения давнего нудного приятеля и, чмокнув бабу Нюру, прошаркала в комнату.
Плюхнулась на кровать, блаженно расслабляя мышцы. Прикрыла веки, невольно отматывая плёнку памяти назад и вспоминая минувший день, где самой яркой и запоминающейся частью оставался тот отец-одиночка.
Да, я злилась на него, но само положение мужчины вызывало сочувствие наравне с уважением. Он же мог скинуть с себя эту ответственность, отдав малышку опеке или ближайшим родственникам, но не сделал этого. На своём профессиональном веке, я честно говоря впервые вижу столь ответственного папу, хоть и немного ершистого, и непутёвого.
Мама малышки вероятно умерла после родов. Кровотечение – обычно самое распространённое явление. Кошмар. Как должно быть сейчас тяжело этому внеземному вдовцу одному с младенцем на руках. Но моя совесть чиста. Я предложила свою помощь, оставила номер сотового. Сам решит, как с этим быть. Навязываться тоже не намерена.
Остаток вечера провела, релаксируя в ванной с бокалом вина, а после, посмотрев какую-то романтическую комедию, завалилась спать.
На работу сегодня было к одиннадцати, а вызовов по адресам пока не поступало. Неспешно собралась, поглядывая на телефон. На завтрак овсяная каша с яблоком и чашка кофе. Бутерброд с говядиной и грибами взяла на работу в качестве ланча. Глядя в последний раз на себя в зеркало, подпрыгнула от неожиданности – рингтон телефона оглушил комнату. Поспешила уменьшить звук – бабуля ещё спит. Что за дела с утра пораньше? С работы обычно пишут в мессенджере. Глянула на дисплей – номер не определён. Снова спамы? Любопытство пересилило, и я приняла вызов.
– Слушаю, – ответила строже обычного, готовясь вновь услышать рекламу товаров или кредита.
На другом конце слегка замялись, а потом:
– Александра Юрьевна… Это… Это отец Лизы из девяносто восьмой квартиры. Вы вчера были у нас…
– Да, – в груди что-то ёкнуло и напряглось. Он позвонил?! Похоже случилось серьёзное. – Помню. Что-то с Лизой? – имена своих подопечных я некогда не забывала.
– У Лизы кровь в пупке…
Глава 3
САША
– У неё кровит пупок. Не знаю почему, – в голосе мужчины чувствовалось сильное волнение и страх. – Может вчера задел при купании. Что делать? Скорую вызывать?!
– Нет-нет, – в груди тут же отлегло. – Просто очистите пупок перекисью, а потом снова намажьте зелёнкой. Скорей всего, попала вода. Ранку надо подсушивать.
– Как это очистить? – в голосе мужчины послышался детский страх.
– Ватной палочкой.
– Как?! Прямо туда залазить?!
Похоже он из тех детей, которого родители пугали развязанным пупком, если долго ковыряться в нём.
– Да. Не бойтесь…
– Нет, я не смогу. Пожалуйста, вы не могли бы? Я вам заплачу за вызов… Прошу вас!
– Хорошо, я сейчас подойду, – согласилась, но не смогла сдержать улыбки. Такой взрослый, но как ребёнок.
К счастью, на сей раз лифт работал, а дверь хозяин квартиры распахнул сразу же. Видуха его изменилась лишь наличием футболки, небритое лицо и взъерошенные волосы – уже давно его визитная карточка.
– Спасибо, что пришли… Проходите.
Проведя нужную процедуру перед приёмом пациента, прошла в комнату, где всё так же царил хаос. Лиза сопела в кроватке, и я осторожно обнажила район пупка. Тёмно-бордовая сукровица прилично выступала из ранки.
– Дайте мне, пожалуйста, ватные палочки, перекись водорода и зелёнку, – шепотом скомандовала я.
Отец девочки уже был вооружён всем необходимым и протянул мне.
– Перекисью прямо обильно смачиваете ранку и прочищаете палочкой. Не бойтесь, там ничего не развяжется и Лизе не больно, – уверенно начала чистить ранку, сменяя палочку за палочкой. – Очищаем полностью от сукровицы, а потом зелеёнкой. И так утром и вечером пока ранка не затянется. Будет ещё подтекать, но не переживайте, это обычный процесс заживления. Если конечно заметите покраснение по краям пупка и набухание, то сразу же звоните мне.
– Ясно. Спасибо большое, – кивнул вдовец, нервно сжимая в руке пелёнку.
– Вы купили бифидобактерии, которые я вам вчера прописала?
– Д-да, но ещё пока не давал, – в глазах прочла снова растерянность. – Сейчас будем завтракать, разберусь.
– Если хотите могу показать, – смилостивилась я. – Всеё равно уже пришла.
В небесных глазах заметила сомнение, моё присутствие его то ли смущало, то ли нервировало. Приготовилась уже отступать к выходу, но тут прозвучало интересное.
– Да, покажите, пожалуйста. И ещё… Я купил стерилизатор для детских бутылочек, но кажется читаю инструкцию вверх ногами.
Подавила улыбку умиления и кивнула.
– Сейчас разберёмся. Где у вас кухня?
Вдовец пропустил меня вперёд, жестом направляя по коридору. Квартира примерно той же планировки, что и моя, только кажется коридор чуть больше и есть гардеробная. На кухне примерно такой же беспорядок. Немытая тарелка в раковине, коробка из-под пиццы на столе и крупицы просыпанного сахара.
На лице мужчины уловила явное смущение за увиденное, но сталь его голоса велела думать о насущном.
– Лекарство в холодильнике, – проследовал к нему.
Обратила внимание на довольно модную холодильную камеру. Явно для большой семьи. На дверце красовались магнитики и фото девушки. Его жена? Хотелось рассмотреть покойную получше, но вдовец будто специально заслонил фото собой и протянул мне упаковку с бифидобактериями.
– Благодарю, – приняла лекарство и осмотрелась, ища доступ к питьевой воде. – Давать советую из ложечки, чтобы лекарство попадала полностью в организм. Из бутылочки кроха может недополучить его. Немножко добавляете в колбочку теплой воды. Препарат тут же растворяется в ней и, вылив на чайную ложечку, аккуратно даёте Лизе перед кормлением.
Вдовец снова шевелил ушами, склоняясь надо мной. Тепло от мужчины исходила скупо, но мне захотелось почувствовать его мужской аромат, невольно ассоциируя его с теми брутальными самцами из книжных романов, только… Кажется, что кроме детских срыгиваний и памперсов, он больше ничем пока не пахнет.
– Теперь со стерилизатором разберёмся, – мило улыбнулась отцу Лизы и закрутила головой, ища нужный объект. – Вот, – мужчина подошёл к небольшому аппарату и принялся вертеть его, нажимая на кнопку старта, но в ответ сенсор горел красным индикатором ошибка. – Я уже проверил всё, даже под плату залез, но глухо.
С минуту мыслила, глядя на оборудование и на пустые бутылочки, что стояли рядом. Взяла их и скидала в ёмкость, закрыла крышку и нажала пуск. Стерилизатор тут же пискнул благодарностью и начал свою работу.
– Боюсь он просто не хотел работать в холостую, – снова улыбнулась я мужчине.
В ответ получила его первую улыбку. Чуть виноватую и смущённую, но довольно приятную нежели этот оскал.
– Простите, кажется меня уже переклинило.
Невольно залюбовалась, представив его без этой жуткой бороды и подстриженным. Должен быть аполлоном, только я это вряд ли увижу.
Лиза негромко начала попискивать из детской, мгновенно обеспокоив папу.
– Проснулась… Черт! А я не успел приготовить питание, – и в панике забегал по кухне, хлопая шкафами.
– Идите к ней, я сделаю, – поймала вдовца за руку, останавливая.
Мужчина замер, глядя на меня чуть пришибленным взглядом, а после опустил взор на наши руки. Отдёрнула ладонь, боясь, что он вновь неверно поймёт сей жест.
– Покажите, где смесь, вода и пирометр.
Отец Лизы, вынуждено выдал мне всё необходимое и со словами благодарности вылетел из кухни.
Оставшись наедине в обители кастрюль и сковородок, начала с интересом разглядывать мебель. Кухня обставлена стильно и довольно практично. Хорошая умная техника, свежий ремонт и… Пустой холодильник. Вот почему на столе упаковка от пиццы. Бедняга, похоже нормальное питание тоже сейчас не в его компетенции.
Микроволновка пискнула, и я достала бутылочку. Смерила пирометром температуру и чуть добавила холодной воды, доводя до нужных показателей. Хорошенько встряхнула, глядя на фото девушки на дверце холодильника. Красивая. Если это и правда его жена, то очень понимаю всю боль утраты. После такой женщины, смотреть на любую другую тошно.
Прихватила уже готовое лекарство и поспешила в детскую, где недовольный плач Лизы становился всё требовательнее.
– Настойчивое дитя, – улыбнулась я. – Подержите, – всучила отцу бутылочку и наклонилась к малышке, что раскачивалась в руках родителя. – Сперва лекарство, а потом ням-ням, – заворковала я, умело споив крохе препарат.
Лиза закряхтела, проглотив раствор, а следом тут же получила свою смесь. Впилась в соску и умолкла, сладко причмокивая.
– Приятного аппетита, красавица, – нежно коснулась лысоватой головки.
Сей жест похоже снова смутил вдовца, и мужчина поспешил отойти от меня.
– Спасибо, Александра Юрьевна, – официально отчеканил он. – Там на тумбочке мой кошелёк. Возьмите, пожалуйста, нужную сумму за вызов и консультацию.
Вот теперь стало обидно. Я от чистого сердца, а он мне тут деньги вздумал совать.
– Оставьте себе, – буркнула я, совестливо посмотрев на него. – Я пришла ради своих книг, а не денег.
– Книг? – не понял он, округлив глаза. Отлично, вчера он даже не заметил мою забытую ношу, значит стоит всё там же.
– Я понимаю, у вас горе и сложный период, но, если вы будете хоть чуть-чуть доброжелательнее с соседями, с вас не убудет. Всего доброго!
И прихватив книги, покинула жилище, столь нелюдимого мужчины. Да, у него траур, но я тоже не на помойке себя нашла.
В поликлинике день пролетел незаметно. Зима – самый сезон простуд и вирусов. Поэтому народ у кабинета убыл лишь к последнему часу. На вызовы отправила медсестру, а сама осталась заполнять амбулаторные карты. Карту Лизы нашла ближе к концу и притормозила, читая документ. Родилась семнадцатого ноября. Вес два девятьсот семьдесят. Рост пятьдесят один сантиметр. Мать Лукиных Юлия Леонидовна. Отец – Лукиных Владислав Олегович.