Случившееся завтра

Please, be stronger than your past,

The future may still give you a chance.

Голова раскалывается. Ужасно. Как будто её пронзило острым металлическим штырём изнутри. Тело ломит, внутри пустота. Злая, тяжёлая.

Игорь поднялся на ноги. Где он? Как сюда попал? Что это за место? Какой-то дом. Непростой: на полу узорчатый паркет из дерева дорогих пород и пушистые ковры не из «Икеи», вокруг резная мебель, на стенах картины в вычурных багетах… Настоящее поместье. Надо бы выбраться отсюда поскорее, а то хозяева нагрянут. Или, ещё хуже, охрана. В таких домах кто попало не живёт, а Игорю проблемы не нужны. Хотя странно, что сигнализация ещё не сработала, должна была. Значит, скоро сработает. Запищит сирена, над дверями загорятся красные лампочки, набегут мужики в чёрном с собаками и прижмут его мордой к тому самому дорогому паркету. Да так, чтобы причинить максимальную боль, ничего при этом не запачкав. В сериалах много чего показывают. Блин, что не так с головой?

Потирая виски, на ватных ногах Игорь прошёл из коридора в комнату. Всё как положено: элегантные кожаные диваны, огромные книжные стеллажи, персидский ковёр на полу и его величество камин, над которым вместо телевизора висело очередное полотно в багете. Дорогое, наверное. А что это на нём?..

– Эй! – раздался откуда-то хриплый возглас.

– Привет, – устало ответил Игорь. – Я могу объяснить…

– Не знаешь, где мы? – перебил его незнакомец. – Я очнулся здесь, а как сюда попал…

– И вы тоже? – пробормотал Игорь.

– Что тоже?

– Тоже не знаю, как попал сю…

– Почему тут всё белое?

– Что? – Игорь осмотрелся. От осознания очевидного голову снова пронзила острая боль. Правда, и как он не заметил? Абсолютно всё в незнакомом особняке было кипенно-белым. Ковры, диваны, паркет, книги на стеллажах, всё было цвета свежего, только что выпавшего снега. Что это за место?

Игорь подбежал к панорамному окну и раздвинул занавески. Сквозь стекло он ничего не увидел, потому что и за окном была пустота. Ослепительно белая, уходящая вдаль. Так, стоп. Окно же можно открыть! А из него вылезти наружу. Игорь потянулся было к ручке, но её не было. Петель тоже не было, значит, окно тут было чисто для красоты. Прикоснулся к стеклу – тонюсенькое. Сейчас такие уже не ставят, никаким стеклопакетом тут и не пахнет. Может, его получится разбить?..

Стоило этим мыслям промелькнуть в голове, как из глубины сознания, буквально из-под полы ощущений раздался голос:

«Нет»

Это не он подумал. Но и вслух никто ничего не говорил. Игорь удивленно снова прикоснулся к стеклу.

«Нет. Плохая идея. Не пытайтесь», – ну вот, опять. Что за…

– В книгах ничего нет, – Игорь услышал, как незнакомец хмыкнул из-за спины. В руках он держал толстый фолиант, на страницах которого не было написано ни слова. На столике лежало ещё несколько книг, которые успел достать незнакомец. Все совершенно одинаковые. Вдруг Игорю пришла в голову мысль – он достал из кармана телефон и посмотрел на приём сигнала. Чего можно было ожидать – сети нет. Ещё бы она была в пустоте.

– У вас телефон ловит? – поинтересовался Игорь.

– Что? – спросил незнакомец. – Какой телефон?..

– Обыч… – Игорь развернулся и посмотрел на собеседника. Не очень высокий, с не по возрасту усталыми голубыми глазами. Как будто он видел что-то такое, чего никто никогда не должен видеть. Самое странное – незнакомец был одет в военную форму, и непростую. Жёлто-зелёная гимнастёрка, погоны, на голове тёмная фуражка со звездой. На звезде серп и молот. Портупея, галифе, кирзовые сапоги на ногах. Грудь в орденах. Кажется, настоящие, для костюма слишком добротные. Наверное, участник исторической реконструкции, по-другому не объяснить. Только уж больно хорошо вжился в роль.

– Так какой телефон? – простодушно спросил «солдат».

– Эм… – Игорь почесал в затылке. – Сотовый?

– Какой?

– Люди! – из коридора выбежал запыхавшийся парень. Окинув Игоря и его собеседника обеспокоенным взглядом, он убежал обратно. – Тут ещё люди!

– Товарищ! – окликнул парня солдат, махнув рукой в его направлении. – Да куда ж ты… – он ринулся вслед за «бегуном».

Игорь в недоумении отправился за ним. Боль в голове как раз начала стихать, так что осмыслять реальность стало чуть проще.

Игорь прошёл по коридору во внушительных размеров парадную. Там он увидел ещё двоих парней. Один из них, в светло-голубых «варёных» джинсовых брюках и такой же куртке, стоял на коленях и пытался разобраться с входной дверью. Второй, что вбежал в гостиную, наклонившись, внимательно за ним наблюдал, засунув руки в карманы. На нём были лёгкая белая рубашка и широкие брюки с чёрными туфлями на шнурках. Он тоже очень хотел посмотреть и попытаться что-нибудь сделать, но «джинсовый» ему как будто не давал. На его лице читалось раздражение – видно, что он очень не хотел видеть здесь кого-то ещё.

С дверью и правда не всё в порядке. На огромной тяжёлой деревянной двери, такой же белой, как всё остальное, не было ручки. И петель. Замка, считывателя пальцев или лица – ничего не было. Как будто это заглушка, и её поставили для красоты.

– Как думаете, где мы? – спросил Игорь.

– Не знаю, – отмахнулся парень в джинсовом костюме. – Замка нету, так что…

– В плену, – с неприкрытым ужасом перебил его парень в белой рубашке.

– В психушке. Но твой вариант тоже подходит.

– Вы помните, как сюда попали? – поинтересовался солдат.

– Не-а, – встав с пола и отряхнув брюки, ответил тот, что в джинсах. – Очнулся вон там вот, – рукой он указал на верхушку лестницы на второй этаж. – Думал, голова взорвётся на хер. Где был и чё делал, не помню. Отпускать стало тока щас.

– И вы тоже? – удивлённо спросил Игорь.

– Да.

– И я, – испуганно вставил парень в рубашке.

– Этого встретил в туалете на втором этаже, – сказал парень в джинсовой куртке и закатил глаза, поймав осуждающий взгляд попутчика.

– В общем, мы все непонятно как здесь оказались, – заключил солдат. – Меня Володя зовут.

– Игорь.

– Серж, – представился парень в джинсовом костюме.

– Рома, – кивнул парень в рубашке.

– Очень приятно, – Володя улыбнулся. – Вы, парни, откуда будете? – солдат окинул компанию взглядом. – Тыловики, что ли?

– Из Ма-асквы, – гордо растягивая гласные, ответил Серж.

– И я из Москвы, – кивнул Рома.

– Да, я тоже, – мысленно анализируя внешний вид собеседников, пробормотал Игорь. Военная форма, ситцевая рубашка, светлый «варёный» джинсовый комплект. Странный контраст. Его тёмно-синие джинсы, такого же цвета куртка с воротником из искусственной шерсти, очки в тонкой металлической оправе, тёмно-красная шапка-бини и кроссовки на толстой подошве только усиливали эффект.

– Господа, – аккуратно произнёс Игорь. На это слово Владимир нахмурился, Роман поморщился, а Серж ехидно ухмыльнулся. – Прозвучит странно…

– Почему у тебя на часах нет циферблата? – перебил Игоря Рома, не отрываясь, глядя на его запястье. На нём красовались стальные умные часы с серебристым металлическим ремешком.

– Собственно, о чём я и хотел спросить, – выдохнул Игорь. – Какой, по-вашему, сейчас год?

– Шутишь? Ясно, какой, – тепло улыбнулся Володя. – Сорок пятый! Май!

– Как это, сорок пятый? – прошептал Роман. – Нет…

– А какой, по-твоему? – спросил солдат, не переставая добродушно улыбаться.

– Шестьдесят… четвёртый.

– Ну, вы, парни, конечно, даёте, – рассмеялся Серж. – Сорок пятый, ши-исят четвёртый…

– А какой тогда? – спросил Игорь, осматривая парня.

– Одна тыща девятьсот восе-емьсят седьмой!

– Ну, не для меня, – пожал плечами Игорь, пытаясь звучать непринуждённо. Получилось плохо. – Когда последний раз проверял, был две тысячи восемнадцатый.

– Чепуха какая-то, – раздражённо выпалил Володя, пронзая взглядом Игоря. – Такого не бывает!

– А я-то здесь при чём? – не понял Игорь.

– Из будущего здесь только ты, – скрестив руки на груди, заключил Серж. – Из далёкого, то бишь. В старом добром двадцатом веке машин времени нет. Нам о таком не сообщали, по крайней мере.

– Да какая машина?! – краснея от раздражения, не выдержал Володя. – Фашист он! И вы все! Скачки во времени… Устроили, понимаете ли, Герберт Уэллс… – с этими словами солдат развернулся и быстрым шагом направился в сторону гостиной в надежде найти выход из странного особняка. Роман нахмурился и отошёл в дальний угол комнаты, чтобы его не было видно. Серж с хитрой улыбкой внимательно посмотрел на Игоря.

– Ну так что? Я прав?

– Насчёт чего?

– Машины. Ты ведь из какого-то бюро, «агентства времени»? – было видно, что он очень хотел угадать.

– Нет, – неожиданно спокойно ответил Игорь. – Я тоже не понимаю, как здесь оказался и что происходит.

– Сделаю вид, что поверил.

– И чего ты хочешь?

– Полезных сведений. О буд’щем. – растягивая гласные, произнёс Серж. На его лице всё ещё держалась ухмылка.

– Нет, – немного надменно произнёс Игорь.

– А чё так?

– Не стоит нам друг другу много о себе рассказывать. Даже если никто из нас не сошёл с ума и всё это правда, лишняя информация только всё испортит.

– Каким макаром?

– Эффект бабочки, – раздался высокий голос Романа с другого конца комнаты. – Если раздавишь бабочку в прошлом, это может привести к неконтролируемым изменениям в будущем. Игорь из двадцать первого века, значит, знает больше нас всех. Если он не… – парень покрутил пальцем у виска.

– Да, – кивнул Игорь. – Если я не поехавший. И вы тоже.

– Со мной-то всё в порядке, – заверил Серж. – И бабочек никаких давить я не собираюсь, – он пронзил «шестидесятника» презрительным взглядом. – А вот почему у тебя, – пальцем он показал на Игоря, – часы без циферблата, интересно. Ещё интересно, скока ты за это дело заплатил и тяжело ли достать, – его лицо расплылось в улыбке. – Вещица-то непростая.

– Заплатил достаточно, достать нетрудно, – ответил Игорь.

– В таком случае не возразишь, если я у тя их возьму? – во взгляде Сержа блеснули недобрые огоньки. – В светлом будущем такого добра, выходит, навалом, а вот в голодных восьмидесятых…

– Голодных? – резко спросил Роман. – Почему? Вы чего сделали с нашим миром?!

– Да я ж не в прямом!.. – Серж развёл руками. Он здорово устал от нового знакомого из прошлого и его пронзительного голоса. – Ромашк, какой ты неженка! – парень возвёл руку ко лбу и театрально произнёс. – «Ах, что вы сделали с миром!» – затем он, по-прежнему скалясь, ткнул указательным пальцем в грудь Ромы. – Не мы. Вы. Мы в нём всего лишь живём. Я родился в ши-исят третьем, так чт к сор’шенн’летию ок’зался в мире, каким его оставили вы. Получите, распишитесь. Посмотришь на этого стилягу, так у меня получше вышло. Красивый, ухоженный, с часиками. Скока те лет?

– Двадцать шесть.

– Да лан? – удивился Серж. – Раз так, получается, родился ты в… Девяносто втором, как раз мне в сыновья годишься. Я не твой отец, кстати?

– Нет! – раздражённо ответил Игорь.

– Слава тебе, Господи!

Так не бывает. Нет дыма без огня, всё можно объяснить. Володя пытался сопоставить факты, только вот было бы что сопоставлять? Единственное, что он мог предположить, – плен. Концлагерь. Фашисты ставили какие-то жуткие опыты, и теперь он участник одного из них. Мы победили, но не для всех война закончилась. Кто-то всё ещё призывает к оружию.

Гнев переполнял Володю. Всё в этом доме было не так. Слишком большое, слишком роскошное, слишком мещанское, слишком… Таких домов вообще быть не должно, нигде, никогда! Ни в прошлом, ни в настоящем! Ни, тем более, в будущем! Ни в каком! О чём он вообще думает? Прошлое-будущее, туда-сюда! Будто он верит во всю эту фашистскую ерунду! Белый пол, белый потолок, белая мебель, да что за…

Володя ходил из стороны в сторону. Где-то в парадной говорили эти люди, опять свои сказки о времени друг другу рассказывали. Из всех остальных комнат веяло тишиной и какой-то пугающей пустотой. Солдат не мог найти себе места и вот уже несколько минут беспокойно метался по гостиной. В порыве эмоций он сбросил с себя фуражку. Потом он сразу же её поднял и надел обратно, от отчаяния перевернув белый стеклянный столик с белой вазой и белым цветком. Ничего не разбилось, все осталось невредимым. Всё здесь не так, как должно быть.

Володя подошёл к окнам, раздвинул портьеры и потянулся за ручкой. Пустота пустотой, но хотя бы попробовать выйти из этого буржуйского дома стоило. Ручки не оказалось ни слева, ни справа. Володя решил, что надо обследовать здание. Вряд ли здесь мог быть кто-то ещё, а если и был, то он прошёл от Москвы до Берлина – в каком-то особняке не пропадёт. Солдат раздражённо выдохнул и зашагал по другому, неизвестному ему коридору. Несколько дверей слева и справа, обе без ручек, и яркий свет откуда-то издали.

Это кухня. Огромный белый стол с высокими стульями, потолок с витиеватой люстрой, множество ящичков и шкафчиков для утвари. Такую бы кухню к нему в квартиру… Чистую, красивую, где есть место сразу для всего. Чтобы мама и соседка Клавдия Рудольфовна не делили свободные конфорки, чтобы в огромных раковинах можно было быстро вымыть посуду, и чтобы везде присутствовало это настроение простора и удобства, которым здесь было пропитано всё. Володя улыбнулся, подумав о маме и Маше. Маша… Как давно он их не видел! Как сильно мечтал посмотреть на их счастливые, улыбающиеся лица. Живы ли они? Хоть бы с ними всё было в порядке.

В этот момент Володя упёрся во что-то холодное. Перед ним стоял огромный металлический шкаф с двумя дверями справа и слева. Что это? Не в силах сопротивляться любопытству и обострившейся злобе, – что эти буржуи себе позволяют? – он открыл странный ящик. Внутри была еда. Множество видов сыра разных цветов и форм, молоко, яйца, творог, бесчисленное количество колбас, рыба и разномастные бутылочки с непонятным содержимым. Жёлтое, наверное, горчица. Остальное вызывало вопросы, что-то красное, зелёное, коричневое и белое. А внизу, в маленьких ящичках, фрукты и овощи! Огурцы, помидоры, картошка, яблоки всех цветов, апельсины и… Бананы! Он никогда раньше не видел бананов, и чтобы сразу столько! Кроме них, были ещё какие-то незнакомые фрукты, похожие на сморщенную зелёную грушу. А хлеба не было.

Володя закрыл холодный шкаф и начал исследовать всё остальное. Только сейчас он заметил, что ни один предмет в этом доме не отбрасывал тени. Единственным, кто отражал свет, оказался он сам. Солдат пристально осмотрелся и даже протёр глаза, не в силах до конца понять увиденное. Ничего не менялось, тень и правда была только у него. Неужели всё-таки это… Нет, так не бывает, ему кажется. Желая отвлечься от окружавших его иллюзий, Володя продолжил исследовать кухню. В первом открытом ящичке он обнаружил столовые приборы, все белые и без теней. В другом хранились странные приспособления с множеством кнопочек и рычажков. Не распознав, что это такое, Володя поспешил закрыть его. В третьем было то, что он так сильно хотел увидеть. Хлеб. Много-много, всех форм, размеров и разновидностей. Он никогда в жизни не видел, чтобы у кого-то было столько хлеба. Голодными глазами глядя на содержимое ящика, он пару секунд сдерживал себя, чтобы не схватить первую попавшуюся буханку и не съесть её. Нельзя, это всё ведь чужое… Чужое. Осознание пронзило мысли солдата, как стрела. Всё это кому-то принадлежит! Они ведь, небось, палец о палец не ударили, чтобы это купить! Кулаки, воры! Парень со всей силы захлопнул дверцу. Плевать, что сломается. Толстые всё равно купят новое, они всегда всё покупают. Володя наполнялся гневом. Его лицо покраснело, а карие глаза стали почти чёрными.

– Что делаешь? – раздался высокий голос из коридора. Через пару мгновений показался парень из двадцать первого века, кажется, его зовут Игорь. Он смущённо улыбался и излучал что-то похожее на дружелюбие. Не очень искренно. – Я пытался найти выход, но его нет. С парадным всё понятно, балконов нет, гаража то…

– Что? – резко ответил Володя, не в состоянии отвести свои мысли от захватившего его гнева. Выходивший изо рта собеседника шум до него не доходил.

– А, – бородатый парень кивнул и снова улыбнулся. Не менее фальшиво, чем в первый раз. – Понял. Ты чего?

– В смысле? – спросил Володя и глубоко вздохнул.

– Ты какой-то… – парень пробежался глазами по лицу Володи и попытался перевести тему. – Не нашёл выход?

– Нет, – солдат отвернулся и скрестил руки на груди. У него не было ни малейшего желания разговаривать, особенно с этим… Неизвестно кем.

– Ну ладно, – будто не понимая, что его не хотят видеть, парень пожал плечами и продолжил исследовать комнату. Лучше бы он исследовал что-то ещё. Лучше бы его вообще здесь не было. Этого странного места тоже лучше бы не было.

– Тут есть еда! – вдруг раздался высокий голос незнакомца. От этих слов Володя разозлился ещё сильнее. Еда… Еда буржуев! Он собрал всю волю в кулак, чтобы не заехать им по лицу Игорю, и направился к выходу из комнаты.

Большой дом, здоровый просто. Кто тут живёт, интересно. Миллионер, не меньше. Не очень умный, раз у него тут всё белое. Оно ж пачкается. Если есть прислуга, а её не может не быть, то отваливает им он неплохо. Хотя кто этих богатых разберёт? Серж проходил по многочисленным коридорам и с интересом рассматривал всё, на что падал глаз, не уставая задаваться вопросами о стоимости увиденного. Подсвечники, картины, лепнина, ковры – всё дорого. Прежде что-то подобное он видел только в кино и мог лишь догадываться, – а гадал он неплохо, – как всё это выглядит на самом деле. Хорошо выглядит. Интересно, заметит кто-нибудь, если что-то пропадёт? Хотя… Статья 144 УК РСФСР, до четырёх лет. Нет, так рисковать он не будет. Да и незачем это, побрякушки того не стоят. Воров не любят нигде, об этом не надо забывать.

Серж продолжал ходить по коридорам на втором этаже и заглядывать в комнаты. Ни на одной двери не было ни ручки, ни даже замка. Значит, вряд ли это особняк миллионера. У миллионера было бы много разных ненужных комнат: библиотека, рабочий кабинет, спортзал, бассейн там. Как в кино. А тут всё так, для красоты, бутафория. Раз не особняк, значит, психушка. Остаётся только подождать, когда нагрянут санитары со шприцами и смирительными рубашками.

Осмотревшись, Серж аккуратно продолжил движение по коридору. Откуда-то снизу раздавался грохот хлопающих дверок. Что, неужели кто-то из этого цирка уродов нашёл выход?..

– Эй, – раздался тихий голос. Его обладатель вышел из очередного дверного проёма. А, сердобольный Ромашка-промокашка. – Тут… Посмотри, – жестом нюня подозвал Сержа к себе. Что ему надо?

– Чего тебе? – еле сдерживая себя, чтобы не дать собеседнику по морде, спросил парень и отвёл взгляд.

– Тут дверь…

– И чё? – Серж повернулся, чтобы посмотреть, куда показывал невротик, и не поверил увиденному. Дверь перед ним не была ни резной, ни даже деревянной. На ней точно так же, как и на всех остальных, не было ни ручки, ни замка, но… Что-то странное. Стоило истеричке прикоснуться к двери, как она медленно сама отъехала в сторону, открывая ему доступ к небольшой комнате. – Как, ты сказал, тебя зовут?

– Роман, – чуть более уверенно сказал парень.

– Да, точно, – безразлично ответил Серж. Конечно, он знал, как зовут этого задохлика. Надо же было как-то начать разговор, раз деваться было некуда. Сразу же после этого он отодвинул «шестидесятника» рукой и попытался войти в комнату. Стоило ему сделать шаг, как неизвестная сила пустила слабый разряд тока по всему телу, от кончиков волос до ногтей пальцев ног. Где-то глубоко внутри себя он услышал голос, произнёсший одну-единственную мысль: «Нет!»

– Что случилось?! – взволнованно спросил Роман.

– Я б ответил, если б знал! – раздражённо ответил Серж.

Что за херня? Мало того, что из этого поганого дома нельзя было выйти, все двери внутри него были закрыты, так ещё и та единственная комната, куда можно было войти, била током? Так ведь и это не всё! Какой-то задохлик со щенячьими глазками и писклявым голоском мог спокойно в неё войти, а он, хотя бы немного похожий на настоящего человека, нет?! Что за херня?

– Эй, – Роман обратился к затерявшемуся в мыслях Сержу. – Тут есть ещё одна, – он показал на такую же дверь на противоположной стороне коридора. Она тоже была белой, как и всё остальное в доме, не имела ручки или замка и вообще выглядела, как пустая заглушка. Серж уверенным шагом подошёл к ней, вздохнул и прикоснулся указательным пальцем правой руки. В то же мгновение барьер безо всякого звука медленно отъехал в сторону. За ним находилась небольшая узкая комнатка со шкафом, одноместной кроватью и письменным столом. Всё это, разумеется, было кипенно-белым. Сержу показалось, что комната чем-то походила на номер в гостинце. Всё просто, даже дёшево – ни декора, ни украшений. В остальном доме этого добра было навалом, а тут, видать, сэкономили. Но самое главное… Только в тот момент Серж заметил, что в этом огромном доме ни один предмет не отбрасывал тени. Везде, кроме этой самой комнаты – тут всё было как положено. Будучи более нормальной, чем всё остальное, она смотрелась до ужаса чужеродно. Так же, как и сам Серж.

Володя вернулся в парадную. Ему хотелось держаться подальше от всех. Все они – странные, ненормальные, фашисты. Гнев потихоньку отступал, но его отголоски всё равно ощущались внутри и снаружи. Потемневшие глаза, сжатые кулаки и неприятная пульсация в голове не хотели отпускать. Эта пульсация была его постоянным спутником вот уже несколько лет. Разрывающиеся бомбы, летящие снаряды и град пуль. Громко, даже слишком. Ему так не хватает…

– Ты в порядке? – спросил Игорь. – Выглядишь как-то… Неспокойно.

– Нет, – ответил Володя. Обычно он старался никому не показывать своих слабостей. Нельзя показать то, чего у тебя нет. И быть не может, потому что не должно.

– Ладно, я тебя понял, – сказал парень в странной шапке. Чего он понял?

– Парни… – раздался вдруг высокий голос молодого человека, спускавшегося со второго этажа. – Мы тут…

– Мы нашли комнаты, – выпалил… Серж. Да, кажется, его так зовут. В синих американских штанах.

– В холодильнике полно еды, – добавил Игорь. – Тут, на кухне.

– Какой еды? – спросил Серж.

– Тут есть холодильник? – с удивлением поинтересовался Рома.

– Что это такое? – раздражённо выпалил Володя. Эти… Держать его за дурака вздумали?

– Такой… – начал было Рома, но Игорь перебил его:

– Большой металлический шкаф с едой, на кухне стоит, – на одном дыхании произнёс парень. – Ты туда вроде заглядывал.

– Откуда ты знаешь?

Что этот предатель себе позволяет? Следил за ним?!

– Я просто предположил! – Игорь отшатнулся и выставил руки перед собой, будто защищаясь. – Но еды там и правда полно.

– Комнаты открываются, только если правильный человек дотронется до двери, – будто не слыша слов Игоря, выпалил «рубашка». Роман! Его звали Роман, точно. – Сержа как будто…

– Меня не пустили в комнату, – Серж нахмурился, стараясь не смотреть на Романа.

– Его как будто током ударило, когда он попытался войти в… Мою комнату.

– Твою? Кто эт сказал, что она твоя? – переспросил Серж.

– Ну, раз ты войти не смог, а у меня получилось, значит, в мою, – сжав правую руку левой, ответил Роман. – Там были двери какие-то… Другие, в общем, не как остальные. Я дотронулся до одной, она открылась. Сама!..

– Я до другой – она тоже открылась. Тоже сама, – закивал Серж. Признавать, что Роман был прав, ему не хотелось, но деваться было некуда.

– Биометрический замок, – ровно сказал Игорь, задумчиво глядя на собеседников. – Ты вошёл в ту комнату, потому что замок на двери был настроен на твои отпечатки пальцев, – левой рукой он постучал по подушечкам пальцев на правой ладони, будто собеседники не знали, о чём шла речь. В моём… – он нервно выдохнул, – времени у нас много таких штук.

– В холодном ящике было полно еды… – заговорил вдруг Володя. Он не понимал и половины этого разговора. Какой-то замок непонятный, снова это «будущее», но даже без белых пятен всё это почему-то имело смысл.

– Двери открылись по нашим отпечаткам… – продолжил за него Серж.