Сладкий апокалипсис. Ты моя

Пролог

– Зачем ты пришла, рыжая?

– Я просто принесла тебе чай.

– С каких пор ты такая заботливая?

Я прошла к комоду, усиленно сжимая в руках чашку с ароматным чаем. Вернее, были заварены травы, и запах дурманил голову. Чая я давно уже не видела, да и не пробовала. Фарфор пару раз звякнул перед тем, как опуститься на облупленную краску. Хорошо, что он выдал мое волнение только один раз. Я взяла себя в руки. Вернулась к длинной вешалке, похожей на грустную цаплю, пальцы потянулись к поясу плаща. Под ним скрывалось огненно красное платье, под цвет моим рыжим волосам. Под платьем не было ничего, кроме полностью обнаженного тела. Непривычно и странно ощущать себя голой под соблазнительной шелковой тканью. Голой перед мужчиной, которого ты ненавидишь – вдвойне. Хотя, была ли это чистая, неприкрытая ненависть, я так и не знала… Слишком все смешалось, чтобы знать наверняка. Но одно я знала точно: сегодняшний вечер мы должны провести вместе, иначе все рухнет… И мои девочки не будут защищены. Одно дело взять на себя ответственность за команду, другое – довести дело до конца. Восемь жизней. На этот раз я не дам пострадать ни одной.

– Если ты насчёт этого долбанного решения, зря стараешься. Я сказал – приму, значит, приму. В советах я не нуждаюсь. Тем более твоих.

– Я пришла совсем не по этому поводу. Я слышала, что у тебя бессонница. Дария нашла куст валерианы в лесу, это должно помочь.

– Какая забота.

– Ты мне не веришь?

– Не верю. Сначала я должен убедиться, что у тебя нет ножа за пазухой.

– Хорошо, – улыбнулась я и сняла плащ.

Под ним струилось облегающее платье в пол, с разрезом от бедра и внушительным декольте. Спина тоже вся была открыта, вплоть до поясницы. Пусть он убедится, что нож мне прятать негде.

Никогда бы я не решилась одеться так смело, если бы не отчаянье. В заброшенном доме мы с девочками нашли много вещей, за десять лет все сохранилось и даже не выцвело. Твердая двоечка с половиной упиралась в шелковую ткань платья, и я ощутила себя не в своей тарелке. Зато этот взгляд… От него прошлись мурашки по телу. Высокое крупное тело Курта напряглось, и без того крепкие мышцы показали вены. Ты не видел женщин три года, и не имел близости больше пяти лет. Я сама слышала это от тебя, когда ты травил байки со своими людьми. Они такие же, как ты. Они опасны. Но где же теперь твоя злость? В штанах?

– Что все это значит? – спросил он, пялясь на меня во все глаза.

– Что пора найти общий язык. Нам жить вместе, жить здесь, в карантине, больше года. Мы как-то должны взаимодействовать. Без ссор, без конфликтов… И без насилия.

Пахло свежим горным воздухом и хвоей. На высоте, в горном лесу всегда так пахло. В комнате было не так просторно, но зато по-своему уютно. Потёртый диван, пара комодов, рабочий стол, заваленный бумагами с канцелярией и несколько стульев. Здесь же находились оружие и большой камин в углу. Я пришла к нему домой. В самое логово.

Я прошла к столу, где он стоял, словно вкопанный. Поставила чашку у него перед носом, выгнула оголённую спину. Курт был очень высокий и крупный мужчина, поэтому стоял сверху и глядел на меня немигающим взглядом. От этого тоже было не по себе. Лишь бы он не навредил мне… Я была очень хрупкой по сравнению с ним. Белая кожа, тело стройное и крепкое, но совсем не крупное. Рыжая, как он меня называл… Как же страшно… Мне предстояло отдаться врагу, а ведь у меня был только один мужчина. Я была замужем до апокалипсиса, и совсем не подозревала, что ожидает меня в будущем.

– Попробуй чай, пока он ещё теплый. Так будет больше пользы.

Курт молчал.

– Ты меня слышишь?

– Что ты сказала? – Курт всё ещё пялился на мою грудь.

Пора действовать. Я взяла его за руку и повела за собой. Мужчина пошел за мной, словно послушный щенок. Так удивительно, что он совсем не сопротивлялся. Будто вид моей груди отбил у него всю волю, и мозги заодно. Обычно Курт всегда находил, что сказать и возразить ему было нечего. Вкупе с внушительными размерами и жёстким характером этот верзила мог поставить на место кого угодно. Не зря он стал командиром своего отряда… но как оказалось, и на него есть управа. Я постаралась не выдать своего удивления и радости. Когда мы оказались у диванчика, я толкнула его и он податливо плюхнулся вниз. Казалось, Курт был словно в тумане. Я туго сглотнула: пора переходить к делу, а я все жмусь, как нерешительная девица… Нет, нельзя допустить промедления. Вдруг он очнется и все сразу рухнет? Я решительно задрала платье, показав себя и тут же опустила ткань. Возбуждение может свести его с ума… Пять лет без женщины… Это должно закончиться быстро и принести свои плоды. Я надеялась, что это закончится быстро.

– Что же ты делаешь, рыжая… – прохрипел он, не в силах сопротивляться возбуждению.

Он потянул ко мне свои огромные сильные руки, но я ударила по ним ладонью.

– Никаких рук. Никаких хваток. Никакой силы. Я сверху, ты снизу. Иначе я уйду.

– А если я возьму тебя силой, когда ты попытаешься уйти? Ты думала об этом, рыжая, когда приходила ко мне в таком виде? О чем ты вообще думала?

– Если применишь силу, следующего раза не будет.

– Но ведь ты пришла не просто так, – выдохнул он, сглатывая слюну в пересохшем горле, – Ты же меня ненавидишь. Глядишь на меня со злостью. Чего хочешь?

– Об этом поговорим после, – холодно ответила я, задрала платье и уселась на его бедра.

Курт запрокинул голову на спинку дивана, вцепился в ткань сильными пальцами и издал громкий стон удовольствия.

Глава 1. Анна. Поиски пристанища

Это случилось почти десять лет назад. Мне тогда едва исполнилось восемнадцать, но я уже успела разочароваться в жизни. Мой муж меня предал, и вести об ошибке учёных я восприняла с радостью. Глупая маленькая девочка. Мы прожили вместе всего полгода, но этого хватило, чтобы я возненавидела мужчин, а с ними весь мир. Девятнадцатилетие я уже встречала на руинах. Тогда я поняла, что ненависть – удел слабых. Гораздо труднее любить и беречь то, что тебе дорого. Дорогими мне стали девочки, которых я взялась опекать. Им посчастливилось выжить, как и мне. Наверное, мы просто оказались в нужное время и нужном месте. А ещё у нас был иммунитет.

– Анна, мы, кажется, едем не в ту сторону, – тревожно отозвалась Кэтрин, вглядываясь в грозовую тучу на горизонте.

– Маршрут верный, но нам нужно сделать большую петлю по главной трассе, иначе мы застрянем тут надолго. Сейчас у аспергилла сезон размножения, мы можем попасть в их споры, – ответила я, отирая пот со лба.

Как же было жарко… Ненавижу спускаться в мегаполисы в разгар лета. Разруха нагоняет на меня тоску. Облупленные здания, куча покореженных машин, разбитые дороги… Везде скелеты, нагоняющие жуть и бесчисленное количество хищников, которым всегда есть, чем полакомиться. Тут и там были разбросаны кости – людей было много, прежде чем они погибли. А потом стало мало. В такие моменты воспоминаний на меня всегда накатывала грусть.

– Какая большая туча… Надеюсь, это просто ливень, – с ещё большей тревогой сказала Мила.

– Я тоже на это надеюсь, – ответила я, – У нас ещё должно оставаться пара тройка дней, пока тучи спор наберут силу. Нам нечего бояться – у нас иммунитет. Но хищники в тумане могут быть опасны.

Нас осталось всего девять. Я, Мила, Кристин, Кэтрин, София, Дария, Диана, Аллель и Беатрис. Пять лет мы жили в горном поселке на высоте. Как оказалось, недостаточно высоко… Дария, наш медик, говорила, что 500 метров над уровнем моря слишком мало, чтобы споры нас не достали, и нужно подняться выше, но люди не захотели бросать уютные дома и идти в неизвестность. В итоге неизвестность настигла их. Но ведь и я тогда ее не послушала… Впредь буду умнее.

Грибы создали для того, чтобы разъедать пластик. Большое австралийское пятно мусора в тихом океане стало стремительно уменьшаться, к 2089 году оно почти исчезло… Вот только люди в своих кроватях засыпали и больше не просыпались. Сначала десятки, потом сотни… И сразу миллионы. Это была жуткая катастрофа. Но потом стало ещё хуже. Грибы мутировали, человек под воздействием их спор становился агрессивен. Мужчины начали убивать, звери бросаться на все живое, а женщины… Женщины были слишком восприимчивы, и умирали первыми. Они просто падали и не вставали. Выжили только те, у кого был иммунитет. Таковых было немного. Мужчин выживало гораздо больше. Нам повезло найти теплое пристанище, пока весь мир горел в огне. Но за эти годы мы все равно научились выживать, потому что каждый из нас прошёл первые пять лет ада. Пять лет смрада от трупов, споровых туч и страха. А потом споры добрались и до нашего поселения. Мужчины сошли с ума, хорошо, что их было не много. Спастись удалось только девяти женщинам, нам, потому что у всех был иммунитет. Мы не заснули и смогли себя защитить. А потом сбежали. Наше поселение больше не было безопасно, нас нашли споры, найдут и обезумевшие хищники под их воздействием.

Пять дней… У нас есть ещё пять дней, чтобы успеть добраться до Квартейла. Мы уже несколько лет слышим призывы этого небольшого городка, он высоко в горах и принимает всех выживших. Мы решили испытать удачу и двинулись в путь.

– Что-то мотор барахлит, Анна, – наш старенький дом на колесах тянул из последних сил, – топливные элементы на исходе. Не знаю, что прикажет жить первым – мотор или треснувшее топливо, – громко сказала бравая София, сидевшая за рулём и пытавшаяся перекричать ветер, дувший в ржавые щели кузова.

Я тем временем проверяла энергооружие, в котором тоже осталось совсем немного зарядов.

– Этому мотору нужно протянуть всего несколько дней, а потом хоть в пекло, – ответила я, и тут же сглазила.

– Вот черт! – закричала София, с ненавистью ударив по вставшему намертво рулю, – Он-таки сдох!

– Кто? – испуганно спросила Мила, подросток четырнадцати лет с милыми золотистыми кудряшками. Она почти не помнила старый, красивый мир и часто плакала об этом.

– Мотор сдох, – пояснила София, мотнув черной гривой волос. Румянец на бледных щеках выдавал ее гнев, – Выходим.

– Все выходим! – прокричала я, разбудив спящих в конце машины девочек, – Мотор вышел из строя, топливные элементы не стабильны. Мы можем взорваться.

Девочки еле разлепили глаза и сонно поплелись к выходу.

Не знаю, почему они выбрали меня, ведь я была даже не самая старшая. Мне исполнилось двадцать восемь, София на эту роль подходила бы больше. Ей было тридцать и она служила в армии когда-то. Вот только в экстренных ситуациях я действовала быстро и продуманно, собиралась лучше, чем она, может быть, поэтому все считали меня главной. Но я старалась поддерживать равенство. Всё-таки трудно отвечать за все одной. Он и не знают меня слабую, а иногда так хочется ею побыть… Я всегда была эмоциональным человеком, но научилась скрывать свои чувства.

Когда мы вышли и в машину на ходу перестал задувать ветер, стало ещё жарче. Птицы над головой издавали протяжный крик, стоял тягучий полуденный зной.

– Что там, Софи? – спросила я, глядя, как девушка с грустью смотрит под капот.

– Хочешь расстроиться, Анна, или мне можно промолчать? – ответила она.

– Не нужно, и так все понятно.

Куда же мы пешком? Нужно найти какую-нибудь машину на ходу, иначе мы попали в знатную передрягу.

Софи безуспешно пыталась починить фургон, пока я оценивала обстановку. Если сойти с высокого моста в город, можно было найти пару тройку сносных вариантов. Но нас девять, и легковые автомобили бы не подошли. Высоко прокричали чайки, вместе с бризом почувствовала я запах реки.

– Кто-нибудь, заткните их, – проворчала Софи, сетуя на птиц. – Что им от нас надо? Достали. Анна, пальни в них пару раз.

– Ты слишком вспыльчивая, – ответила я вечно раздражительной Софии, – Выстрелы могут привлечь хищников. Только на первый взгляд здесь нет никого, кроме птиц. За каждым углом может быть опасность. Волк или медведь. Здесь много волков. С зоопарков сбежало столько животных, что я не удивлюсь, если мы встретим тигров.

– Или даже крокодилов, – произнесла шатенка Дария, глядя с моста вниз, на реку.

– Или крокодилов, – кивнула я, соглашаясь.

– В армии было проще, – фыркнула Софи.

– Я думала в армии первым делом учат экономить заряды, – поддела я Софи.

Та только хмыкнула.

– Да заткнитесь вы уже! – вскричала она, услышав жужжание над головой.

– Стой, это не птицы, – забилась тревога у меня в груди.

Над нами завис разведывательный дрон. Он был небольшой, но его жужжание ни с чем было не спутать. Да и на птицу он совсем не был похож.

– Точно дрон, – насторожились София, оторвавшись от безнадёжного мотора, – Интересно, чей?

– Чей бы он ни был, они нам не друзья. Никто нам не друзья, помните об этом, – сказала я, снимая энергооружие с предохранителя, – Скорее всего охотники пускают дрон впереди себя, чтобы оценить обстановку. Шустрая штука. Так можно осмотреть весь город. Хорошо экономит время, когда его у тебя нет. Тучи могут наплыть в любой момент, видимо, этот кто-то перестраховывается. Жаль, у нас такого нет. Ничего, и у них его не будет.

Я подняла оружие, нацелилась на дрон и сделала один меткий выстрел. Дрон пискнул, разлетевшись на мелкие кусочки.

– Теперь они слепые, как котята. Нам надо убираться отсюда, и побыстрее, – с тревогой сказала я, – Надеюсь, они ещё далеко. Нужно успеть затеряться в городе.

– Поздно, – выдохнула Мила, глядя на трассу. А я уже слышала звуки добротных моторов. Не таких, как у нас – эти точно были исправны. Это были две машины – массивные черные джипы, битком набитые высокими силуэтами людей. Под ложечкой засосало плохое предчувствие. Только бы это были не мужчины… Но какие насчитывались варианты? В этом мире выживают сильнейшие, а большинство женщин просто заснуло ещё десять лет назад. Нас, с иммунитетом, насчитывались сущие единицы.

– Девочки, назад, – решительно проговорила я, нацелившись на приближающиеся машины.

Глава 2. Анна. Выбор

Машина стремительно приближалась. Я стояла, вскинув оружие, и дрожала. Не знаю, почему я так сильно нервничала, наверное, ещё не стёрлись воспоминания о резне в деревне. Обезумевшие мужчины, отравленные токсинами спор, заснувшие женщины, которые не могли им сопротивляться… Всё ещё было свежо в памяти. Я не забыла бы это и через много лет. Но незнакомцы всегда представляют ещё большую опасность, я нутром чувствовала, что ничего хорошего от них не жди. Издалека были слышны крики и весёлые улюлюканье. Девочки опасливо столпились у меня за спиной, София вышла вперёд и встала рядом, но у неё не было дальнего оружия, оно было только у меня. В руках она держала большой тесак, но что от него проку, когда у незнакомцев стоял огромный пулемёт в кузове. Когда незнакомцы приблизились вплотную, крики стихли. На нас уставились с десяток пар глаз. Да, это был мой худший кошмар. Это были не просто мужчины, а генно-модифицированные солдаты. Ну и чего ты ожидала, Анна? Конечно же, выживает сильнейший. Этих солдат вывели ещё задолго до катастрофы, и при апокалипсисе они выявили феноменальную живучесть. Улучшенный иммунитет, физические параметры, не удивительно что в основном они и выжили. Но они впадали в ярость под воздействием спор как и все другие. Однако, в бою они были гораздо сильнее. Когда дурман проходил, вокруг них оставались только руины и трупы. Такие всегда одерживали победу. Интересно, сколько крови на их руках?

Высокорослый мужчина похлопал по кузову автомобиля, давая знак остальным выходить. Это он главный?

– Эй, кто там? – спросил рослый брюнет с голубыми глазами, – Посмотри-ка, какой улов. А вот оружие вам ни к чему.

– Анна, опусти оружие, – сказала Софи, – Мы не знаем, кто они, но начинать так точно не стоит.

Странно, всегда задиристая София сейчас была за мир, а я наоборот за то, чтобы выстрелить.

Наверное, причина в моей глубокой неприязни, глубокой ране. Отец бросил меня, когда я была ещё совсем маленькая, я совсем его не помню. А муж предал, изменив с другой. Ничего хорошего от мужчин я никогда не видела. Но, наверное, София права, так точно не стоит начинать. Мои личные проблемы могут стать проблемы моих девочек. А они их касаться не должны. Я опустила энергооружие.

– Кто из вас главный? – спросила я.

Их было пятнадцать человек, не менее. Я рассмотрела, что не все они были генно-модифицированными солдатами, только несколько человек из них. Но все они казались крепкими и вооружены до зубов. Их техника ухоженная, новая, с апгрейдом в виде дополнительной брони и оружия. У этих ребят опыта гораздо больше, чем у нас. Случись что, единственное оружие их не остановит, поэтому выход оставался один – не идти на конфликт и постараться найти общий язык.

– Главный, говоришь? – спросил брюнет с голубыми глазами, – Эй, Альберт, позови-ка Курта, – Он что, так и не проснулся?

– Побереги его нервы, он не спал трое суток, – сказал Альберт, среднего роста молодой блондин, – Ему только-только удалось заснуть, босс будет злой, как собака.

– Это плохо, – сплюнул брюнет на сухой ломаный асфальт, – Но ничего не поделаешь, придётся позлить пса. Надейтесь, что к вечеру ни у кого из нас не будет сломана челюсть.

Настала гнетущая тишина. Июльский зной рассёк стрекот сверчков. Снова послышались крики чаек. Все молчали, пока Альберт прошёл до большого чёрного джипа, в кузове которого стоял массивный пулемёт. Альберт пару раз похлопал ладонью по двери кабины и поспешил сделать два шага назад.

– Какого хрена, Альберт? Я же сказал не будить меня, или ты не слышал? Или твои мозги вытекли из ушей?

– Важное дело, шеф, – осторожно произнёс Альберт, не решаясь подойти ближе.

– Если это не толпа медведей и не ядовитый туман, я отверну твою тупую башку.

– Нет, шеф, это не то и не другое…

– Так какого хрена?! – взревел Курт, и я услышала его голос даже через пару десятков метров.

– У нас тут девки, – обескураженно произнес Альберт.

– Чего? – послышался удивлённый бас, – Ты, может быть, шутишь? Какие здесь девки? Или ты нашел сучек из зоопарка? Все девки остались в этом долбанном городе-оазисе, а остальные сдохли.

– Нет, я правду говорю, – убеждал его Альберт, – Здесь девки. Не меньше десятка. Представляете, шеф?

Шеф, как называли его новые знакомые, вывалился из передней кабины, со злостью толкнув дверь.

Я тревожно сглотнула. Уж он-то точно был генно-модифицированным солдатом. На вид ему было чуть больше тридцати, он был таким огромным, что наверняка еле помещался на переднем сидении. Рост – не менее 190 см и мышцы такие крепкие, что могли согнуть лом, не напрягаясь. Недовольный взгляд карих глаз оглянул присутствующих из-под нависшего лба. На крепкой челюсти росла недельная щетина. Действительно, он выглядел злым и уставшим. Красные глаза походили на глаза разъяренного быка. Я пожалела, что эти ребята разбудили такого верзилу. Его звали Курт, так сказали эти солдаты. Курт был одет в тёмно-синюю футболку и армейские штаны. На крепком кожаном ремне висела два бластера. На стальной бицепс крепился энергетический чип, выполнявший роль щита, если активировать потоки. Хотя я была уверена, что такому верзиле щит совсем не нужен. Он в одиночку мог одолеть медведя.

– Это что за чертовщина? – Курт подошёл вплотную. За широкой спиной встали его люди, ровно пятнадцать. Я посчитала их за то время, пока Альберт будил своего босса.

– Интересный расклад. Кто вы и откуда?

– Мы с поселения горы Дельта, – осторожно ответила я, не желая нарываться на неприятности. Курт сразу взял главенствующую роль, а я приняла путь дипломатии. Он сильнее, значит, имеет право задавать вопросы. А я буду отвечать.

– Горы Дельта, – насмешливо сказал Курт, – Это которая по макушку в спорах? Как вы там жили? Эта плоская сопля никого не защитит.

– Она нас не защитила, – ответила я, стараясь сохранить остатки мужества.

– Значит, вы дураки, – сказал Курт, – А дураки обычно не выживают.

– Но мы стоим здесь, перед вами, – недовольно ответила я, – Значит, не такие уж мы и дураки.

– Допустим, – кивнул Курт, – Тогда почему вас только девять?

– Остальные не выжили, – со скорбью призналась.

Мужчины захохотали. Мне казалось, что это продолжалось так долго, что солнце выжгло всю макушку.

– Ладно, хватит драть глотки, – насмешливо сказал Курт, – Всё-таки редкая встреча.

– Редкая? – опасливо спросила я.

– Ты вроде не должна быть дурой, рыжая, раз сошла за главную, – сказал босс, – Сама-то как думаешь?

– Там, где вы живёте, так мало женщин?

– Скажем так, маловато, – ответил Курт, – Настолько мало, что их совсем нет. Поэтому и говорю, что редкая встреча. Эти долбанные споры покосили всех. Говоришь, выжили на горе Дельта, когда облако вас накрыло?

– Да, именно так.

– Я так понимаю, у вас иммунитет?

– Да, у нас у девятерых иммунитет. У остальных, к сожалению, его не было.

– Это хорошо, что иммунитет. Куда направляетесь?

– В Квартейл. Это…

– Я знаю, что это, – перебил Курт, – Значит, вам повезло. Мы живём примерно где-то рядом.

– Правда? – с надеждой выдохнула я, – Вы живёте рядом с Квартейлом?

– Это совсем не место обетованное, как они сами о себе говорят. Но, по крайней мере, там безопасно. Только эту безопасность ещё нужно заслужить.

– Там много людей?

– В мире вообще осталось не так много людей, рыжая. Может быть, в Квартейле наберётся от силы тысячи две-три. К сожалению это всё что осталось.

– Но ведь там безопасно…

– Да, там безопасно.

– Как нам узнать, что вы говорите правду?

– А никак.

Надежда, вспыхнувшая мгновение назад, тут же потухла.

Они могли врать. Он мог врать… Эти люди преследовали свои цели, и эти цели совсем не совпадают с нашими. Незнакомцы навредят нам, обманут. В любом случае, ничего хорошего соседство с ними не принесет. Нужно добраться до Квартейла собственными силами, иначе кто знает, что случиться с нами по дороге туда?

– Вы можете сказать, где находится этот город? – спокойно спросила я, глядя прямо в карие глаза Курта .

– Сказать-то я могу, но какая мне будет от этого выгода? – прищурившись, ответил Курт.

Альберт за его спиной сложил руки на груди, он выглядел довольным, как и остальные мужчины. Курт обернулся, оглянул своих людей, прикинул кое-что, потом повернулся ко мне и посмотрел задумчивым взглядом.

Я знала о чём он думает – о своих людях. Так же, как и я о своих девочках. Если они сейчас нас отпустят, мужчины будут недовольны. Он этого допустить не мог. Солдаты спустились в город за материальными благами, и так получилось, что в этот раз материальными благами оказались мы.

– Неужели вы не можете помочь просто так?

– Ничего в этом мире не делается просто так, рыжая. Я вижу у вас сломался этот дряхлый фургон. Ну и колымага… И куда же вы отправитесь без транспорта? Далеко на таком не уйти, если он вообще заведется, а скоро размножение спор. Пусть у вас иммунитет, но в городе полно хищников. Не пройдёт и получаса, как вас раздерут на части.

Но если мы пойдём с вами, вы раздерёте нас на части, с ужасом подумала я. Что лучше? Быть убитой хищными зверями, или заведомо согласиться на то, что они потребуют. А они потребуют, обязательно. Я знала что, именно. Все знали, что именно. Девочки начали обеспокоенно перешёптываться за спиной.

– Мы как-нибудь справимся без вашей помощи, – сдержанно ответила я, сжимая в руках рукоять оружия. Хотя Курт был и не выспавшийся, его натренированный взгляд заметил это.

– Как тебя зовут? – спросил «шеф».

– Анна.

– Неплохое имя. Только короткое, – сказал босс, – А меня Курт. Так вот, Анна, я командую этими оболтусами. И вам могу выделить теплое местечко. Эй, Альберт, найди-ка место для них.

Альберт направился к кузову, начав передвигать ящики. Курт дал команду жестом, и его люди двинулись вперёд.

Девочки отшатнулись, я вскинула оружие и сразу сняла его с предохранителя.

– Назад! – выкрикнула я, направив дуло прямо в лицо Курту.

– Эй, дамочка, полегче, – он поднял руки, и лицо его стало серьёзным и недовольным, – Хотите гнить здесь, пожалуйста. Мне до этого дела нет. Но если захотите поехать с нами, нужно будет соблюсти некоторые договорённости. Те, кто делал всё бескорыстно, остались греть кости на улицах ещё с десяток лет назад.

Софи выставила вперёд тесак, она уже не уговаривала меня быть дружелюбной, в её взгляде читалась ненависть. Мой голос был твердым