Её Выбор. Его Любовь

Глава 1. Как уговорить короля

Я открыла глаза.

Закрыла.

Опять открыла.

Это точно не моя спальня. Хотя, моя..

Тяжелые, бархатные портьеры закрывали окна, не пропуская солнечный свет. Над кроватью свисал массивный балдахин, на полу старинный ковёр.. И вообще, обстановка роскошной комнаты напоминала комнату в музее. Стиль классического барокко или около того, к сожалению, я не настолько хорошо разбиралась в дизайне, чтобы сказать точно. Однако логика подсказывала, что даже в отелях и гостиницах такой стиль уже давно нигде не используют – по крайней мере, если не косят под глубокое средневековье. Уж очень выглядит мрачно и тяжело. Тканевые гобелены грязно-зеленых и желтых оттенков закрывали стены, как советские ковры у бабушки в деревне. И хоть все вокруг – и кровать, и размеры окон, и пуфик у позолоченного зеркала кричали о роскоши, все равно создавалось гнетущее и давящее впечатление.

Я тихо поднялась на локтях и огляделась. В голове был туман, было непонятно, как относиться к происходящему. Я была совершенно уверена, что вчера до ночи писала отчет, чтобы новый директор фирмы, про которого шли просто невероятные слухи о придирчивости и жесткости, остался доволен. А потом уснула. И вот теперь рассматриваю розовый пуфик и пытаюсь понять, откуда я знаю, что сейчас откроется дверь покоев, и в нее войдёт моя личная горничная Аурелия с завтраком и предложит налить ванну. Я это знала так же хорошо, как и то, что меня сейчас назовут Ваше Высочество, принцесса Юлианна.

Откуда? Хороший вопрос. Почему я одновременно и Юля – менеджер среднего звена в судостроительной компании, и принцесса Юлианна? В памяти четко были две жизни двух разных, во всем разных девушек. И та, и та была я. Но как это возможно?

Дверь и вправду открылась, а в покои действительно вошла Аурелия. С привычным поклоном она произнесла:

– Ваше Высочество, вы уже проснулись? Сегодня вы ранняя пташка. Разрешите раскрыть шторы?

– Да, Аурелия, можешь раскрыть. И приоткрой окно, за ночь камин немного накоптил – хочется подышать свежим воздухом, – эти слова вырвались непроизвольно и подозрительно легко, как будто мне было не привыкать такое говорить.

Я пыталась осмыслить, откуда знаю, как разговаривать со служанкой, и почему завтрак, материализовавшийся на моей кровати на маленьком столике, такой знакомый и привычный, как будто это те же бутерброды, что я ем всухомятку по утрам. Но при попытке осознать все это голова начала болеть еще сильней, а туман в ней стал путать мысли и мешал сосредоточиться. Чтобы снять наваждение, я (Юля или Юлианна?) несколько раз глубоко вздохнула и потрясла золотыми кудрями. Кудрями? Вроде у меня отродясь прямые волосы были. Прямые как палка. Или нет? Головная боль усилилась, и я резко откинулась на подушки, чуть не залив кровать ароматным кофе.

– Аурелия, приготовь ванну, – раздражение вылилось на ни в чем неповинную служанку, которая вздрогнула, услышав резкий голос своей госпожи. Обычно она слышала капризный, плаксивый, тонкий, раздраженный. Но не грубый и почти злой. Бедная девушка затряслась и, опустив еще ниже голову, пробормотала:

– Сейчас, сию минуту, миледи, – и максимально проворно вылетела из покоев, оставив сердитую принцессу один на один со своими мыслями.

А подумать было о чем. Я знала, что через час должна предстать перед отцом – Его Величеством королем Линсоном Пятым. И знала, о чем пойдет разговор. А вот что говорить ему, не знала совершенно. Поэтому молча жевала круассан и сверлила взглядом дырку в противном гобелене на противоположной стене.

****

– Юлианна, – отец смотрел строго, – мы это уже обсуждали. Я решения не изменю, завтра же отправляйся во Флорентию. Отбор невест для Андриана уже начался, ты последняя, кто приедет.

– Я не хочу надолго оставлять тебя, отец, – я говорю то, что говорила Юлианна ему еще вчера. У меня стойкое ощущение, что я это и была. Хотя.. Я выражала свой протест бы совсем по-другому, не как робкая овечка, боящаяся глаза от пола поднять. И все же мозг вызывал в памяти четкую картину, что именно я это и говорила. – И я боюсь Андриана, про него ходят невероятные слухи, говорят, он – женоненавистник.

Брови у короля сурово сдвинулись. Он поглядел на меня как на дурочку. Да я даже знаю, почему. Вчера он своей дочурке точно на такое же возражение битый час втолковывал, что Андриан – не чудовище, и это просто слухи; что она – наследница Исларии, богатейшего королевства в округе, и для принца будет большой честью взять ее в жены.

Что отбор невест – это просто дань традициям их страны; отцы молодых уже давно договорились об условиях будущей свадьбы, поэтому ничего страшного его дочь-трусиху там не ждет. Вдобавок, ей не нужно быть там постоянно: невесты пройдут отбор, а после, перед объявлением результатов, могут уехать домой. И приехать через неделю. На официальное объявление невесты принца. И вот теперь, когда кажется, что все вопросы уже решены и закрыты, Юлианна задаёт те же самые вопросы и озвучивает вчерашние страхи. Тут есть от чего прийти в негодование.

Да, да, я все это прекрасно понимала. Но что я могу? Говорить от себя? От кого от себя? От Юли, родом из Рязани? Или все же от Юлианы – принцессы Исларии? Что-что, а характером я на нее совсем не похожа. Мне кажется, что она боится всего на свете. Но тогда совершенно непонятно, почему я помню всю ее жизнь так, как будто она моя собственная. Вот и приходится бедному родителю опять отдуваться. Я даже посочувствовала королю Линсону – такой гордый, суровый, решительный, и досталась такая меланхоличная дочь, у которой вечно глаза на мокром месте. Сейчас я понимаю, как тяжело ему было со мной. Хотя Юлианна отродясь всегда считала себя жертвой.

– Юлианна, ступай в свою комнату и готовься к выезду, – устало проговорил родитель. – Я не хочу опять объяснять тебе то, что говорил вчера. Ступай, девочка.

Я на секунду зависла. Я точно знала, как должна была повести себя в этот момент наследная принцесса. У нее прямо сейчас должна была начаться истерика, которая закончилась бы обязательно обмороком. Она должна была бы, обливаясь слезами, жаловаться на жестокость отца и его бессердечность. К своему удивлению, я уже почувствовала горький комок, подступающий к горлу, а так же слезы, собирающиеся в уголках глаз.

Его Величество точно также мрачно дожидался именно этой реакции и был готов к ней. А что ему делать? Вот такая дочь досталась. В его глазах была такая безысходность от предстоящего скандала, что я, другая, вдруг взбунтовалась.

Я-то – не Юлианна. Ну, или Юлианна, но характер у меня точно Юлин. А он – сто очков вперед любому мальчишке-забияке даст. Нет, я не хотела замуж за Андриана, но и устраивать истерики тоже не в моих правилах. Поэтому я осушила слезы и смело заглянула в глаза отцу.

– Хорошо, отец, я буду готова через полчаса. Последний раз я видела Андриана десять лет назад и вполне допускаю, что из дерзкого своевольного мальчишки он мог стать благородным юношей, достойным твоей дочери. Только дай мне обещание, что и я смогу посмотреть на него не предвзято, не с позиции невесты, за которую все решили. Ведь если он хотя бы вполовину так страшен, как про него ходят слухи, то на руку Юлианны.. то есть мою.. найдется еще немало желающих. Свет клином на Флорентии не сошелся. Ведь она нам – не соперник.

Брови Линсона Пятого взлетели по лбу и запутались где-то в рыжей шевелюре. Он смотрел во все глаза на свою дочь и не мог собрать мысли воедино. Конечно, когда ждешь скандала, а тут тебя ожидает разумный собеседник, это обескураживает. Вдобавок, наверняка его ввела в ступор просьба дочери. В этом мире женщины не ставят условий, они слушаются приказов. И могут что-то попросить или вымолить слезами и истериками, если их достаточно любят, или вообще никак. Насколько я понимаю, как разумное существо, здесь женщин не воспринимают.

Но я знала, на чем сыграть – на гордости короля. На гордости за свою страну, за свой народ и на его собственном авторитете. Вот это Линсон Пятый понимал. Себя он очень уважал. Так что, как только отойдет от первого шока, возможно, сможет найти плюсы в моем предложении. Почему Юлианна ни разу не попробовала на этом сыграть, если прекрасно это знала, вместо того, чтобы устраивать бесполезные истерики, мне было совершенно непонятно.

И правда, через несколько долгих минут брови начали возвращаться на место и даже свелись к переносице. Задумался. Похоже, крепко. Ну ничего, я могу и подождать.

– Ты удивляешь меня, Юлианна, – наконец выговорил он. – Возможно, становишься взрослой. Я рад этому. И хоть я считаю, что мне лучше знать, что нужно для твоего счастья, но раз ты просишь меня, то я обещаю не давить на тебя и дать тебе какое-то время. И хочу услышать твою оценку Андриану, когда ты вернёшься с первого тура. Конечно, если ты и дальше будешь проявлять благоразумие. Но ты же понимаешь, что решение в любом случае останется за мной и королем Флорентии.

– Я понимаю, отец, – послушно склонила голову. – Хотя твоему решению я буду доверять гораздо больше, чем решению короля Флорентии.

На этой подхалимской ноте я решила закончить свою смелую кампанию под названием: «первый раз возрази отцу, как существо разумное» и удалиться с глаз долой, дабы все не испортить. На сегодня потрясений с короля хватит. А то, не дай Бог, заподозрит что-либо, или инфаркт на старости лет хватит. А мне еще долго его обхаживать и убеждать, как видимо, придется.

Выходила я из тронного зала довольная собой – это нечеткое то ли "да", то ли "нет" вселяло надежду на то, что Юлианне не придется выходить замуж за Андриана, если я хорошо постараюсь. Ну, или хотя бы успею разобраться, почему я одновременно сейчас имею две личности. Так как пока что, кроме как: «сошла с ума», у меня и идей-то больше нет. Остается понять, кто именно сошел с ума – Юля или Юлианна....

Глава 2. Новый босс

Прошло пару часов, и я, вместе со своей немногочисленной свитой (мы отправлялись недалеко и в дружелюбно настроенное королевство), села в карету. Со мной была уже знакомая мне Аурелия – моя личная горничная, пара фрейлин, которых я знала по именам, но видимо в прошлом не особо ими интересовалась, потому что знания о них были обрывочными и неглубокими, ну и конечно охрана. Вот охраны могло бы быть даже поменьше, но отец любил подчеркнуть, что мы – военная держава. Поэтому меня сопровождал почетный эскорт из тридцати всадников, у каждого из которых на поясе висело оружие, поблескивающее на солнце.

Честно говоря, мне было, в общем-то, все равно. Я совершенно не собиралась замуж, но и сидеть во дворце отца тоже не хотелось, так что было без разницы, где именно я в данный момент нахожусь. Все, что я хотела – это понять, какая из двух моих жизней настоящая; логика подсказывала, что не может быть так, чтобы они обе были настоящие. Где-то тут точно ошибка или, может, помутнение рассудка. В глубине души я все же надеялась, что я – это Юля. Не принцесса, зато абсолютно свободный человек. Свободный в своем выборе, в своих желаниях и стремлениях. Хотя, чем дальше мы отъезжали от дворца отца, тем более невероятным становилось то, что все, что я сейчас вижу – мне мерещится. Уже начали возникать мысли, не придумала ли я эту Юлю, чтобы хоть в мыслях быть свободной..

Тяжелая от мыслей голова наклонилась к мягкой подушке, которыми были обшиты стены кареты, и, незаметно для себя, я провалилась в глубокий сон.

***

Я открыла глаза.

Закрыла.

Опять открыла.

Дежавю какое-то. Только теперь это точно моя спальня.

Я резко села и огляделась. Старенькая, но еще крепкая кровать противно скрипнула. Боже, какой приятный звук! Такой родной! Это действительно моя комната. В моей собственной квартире. Небольшой, но аккуратной, чистой и не старой. Для жителя столицы, особенно моего, двадцатипятилетнего возраста – совсем неплохо. Учитывая, что я заработала на эту квартиру сама. Сразу после школы пошла работать, параллельно получая высшее образование. И такой труд дал свои плоды; это то, во что я верила: трудись, старайся и всего добьешься. Сама. А если не получается – удвой усилия.

Я тряхнула головой, прямые светлые волосы рассыпались по плечам. Приснится же такое! Юлианна! Принцесса! Неженка, не работавшая ни дня своей жизни, избалованная, капризная и совершенно инфантильная. Как только мой мозг мог представить, что я могу быть такой? С другой стороны – насколько реалистично! Я почти поверила!

Я резво вскочила с кровати и кинулась в душ – еще не хватало на работу опоздать! Сегодня первая встреча нового босса со своими сотрудниками и сразу проверка моего отчета. Ну, не только моего, конечно, но мне никак нельзя произвести неприятное впечатление, раз я хочу пойти на повышение. Хотела еще на той неделе поговорить со старым начальником, да только он уехал, а через пару дней мы узнали, что фирма продана.

Я этому была даже рада. Предыдущее начальство совершенно запустило производство, халатно относилось к заказам, не хотело обсуждать новые проекты. А у нового босса, говорят, хватка медвежья. Будем надеяться, что слухи не врут. А то, что придирчив и требователен, так это даже и хорошо – я тоже в работе очень педантична, в отличие от большинства своих коллег. Вот они пусть и боятся.

С этими боевыми мыслями я проглотила такие знакомые бутерброды с ветчиной и сыром. Как мне могло прийти в голову, что моя привычная еда на утро – это выбор из пяти изысканных блюд? А затем я схватила папку с документами, которую забирала домой на доработку, и выскочила на улицу – опаздывать не в моем стиле.

Буквально через полчаса я входила в холл нашего офиса. Судостроительная компания, в которой я работала, занимала целый этаж высотки почти в центре города. И хотя поговаривали, что у компании дела настолько плохи, что нам в скором времени придется съехать, я все же надеялась, что при новом начальстве этого можно будет избежать. Я, как всегда, пришла раньше всех, поэтому занялась приготовлением ароматного кофе в тишине и спокойствии. В голове крутились строчки дурацкой детской песенки, которую зачем-то играли в метро. Мелодия была несложной, но достаточно навязчивой. Какое-то время я пыталась сопротивляться, но потом сдалась и начала мурлыкать себе под нос и выстукивать каблучками в такт.

– Можно и мне чашечку? Боюсь, я сам не смогу разобраться с этим диковинным аппаратом.

Я вздрогнула от неожиданности и повернулась. В полной тишине я и не заметила, как ко мне сзади кто-то подошёл. На меня смотрел высокий, очень высокий мужчина с ярко-зелеными глазами и улыбался. Наверное, слышал мое мурлыканье.

Я запрокинула голову, чтобы смотреть говорящему в лицо, а не куда-то в район грудной клетки. Сейчас я острее осознала, что мои сто шестьдесят, с учетом каблуков, мне мешают выглядеть хоть немного презентабельно, а не как подросток. Лицо мужчины было приятным, но совершенно незнакомым. Широкие скулы, прямой нос и высокий лоб, на который падали почти черные аккуратные пряди волос, создавали впечатление человека волевого, властного и серьезного. А я верила в первое впечатление и в свои наблюдательные способности.

Конечно, я не могу знать всех наших сотрудников лично – раньше у нас было не меньше сотни работников, плюс большая текучка. Но в лицо, все же, я думаю, знаю всех. А вот его никогда не видела. И, судя по тому, что наблюдаю сейчас – он либо из команды нового босса, либо, что не менее вероятно – сам начальник во плоти. Беглого взгляда хватило, чтобы понять, что такой человек вполне может подходить под описание строгого бизнесмена.

Поэтому я улыбнулась и постаралась объяснить:

– Эта машинка старенькая, почти ветеран, со дня основания офиса здесь. У нее управление на каждом этапе ручное, но она очень крепкая – выдерживает в течение восьми лет около сотни голодных сотрудников каждый день. А вдобавок, она варит поистине восхитительный напиток. Поэтому совершенно нет смысла ее менять на более дорогого собрата, она своего рода талисман фирмы. Давайте я вам сделаю чашечку, вы будете внимательно наблюдать за процессом, а в следующий раз попробуете сами, договорились?

Брюнет, слушавший мою длинную тираду с вежливой улыбкой, согласно кивнул и следующие три минуты внимательно наблюдал, как я варю ему кофе. Получив свою порцию, он протянул руку для знакомства:

– Я так понимаю, вы – такой же ветеран этой компании, как эта знаменитая кофемашинка? Рад знакомству и надеюсь на плодотворное дальнейшее сотрудничество. Андрей Владимирович Скворцов, новый руководитель АКОСудоСтрой.

– Я так и подумала, – улыбнулась я. – Юлия Косыгина, менеджер по закупкам. И да, вы правы, я такой же ветеран фирмы, как и старушка, – я ласково похлопала по корпусу кофемашину.

– Вы всегда приходите чуть раньше? – новый директор изучающее на меня уставился.

– Да, довольно часто, так есть время спокойно в тишине попить кофе.

– Ну что ж, не буду вам тогда мешать, – вежливо кивнув и поблагодарив за кофе, Андрей Владимирович направился к своему кабинету.

А я вернулась на свое место и, не спеша, стала потягивать ароматный напиток, глядя в окно.

Ну вот и состоялось знакомство, пусть и немного неожиданно. Первое впечатление новый начальник оставил неплохое – если даже он жесток на работе, как про него говорят, он явно умеет разделять рабочие и личные отношения, вдобавок, достаточно вежлив. Что говорит о профессионализме. Да и глазками похабно не стрелял, как предыдущий директор, на всех особей прекрасного пола. Спокойный, вежливый взгляд – как на будущую коллегу. Во всяком случае, можно будет попытаться пообщаться по поводу повышения.

Так, в прекрасном и боевом настроении, я дождалась начала рабочего дня. А потом мы всей фирмой знакомились с новым начальством и даже успели побывать на общем собрании всех более-менее значимых менеджеров и руководителей отделов. Вот тут-то новый начальник показал себя во всей красе.

Во-первых, из вежливого учтивого мужчины он резко превратился в дотошного и жесткого тирана. С большинства руководителей отделов семь потов сошло за собрание. Было раскритиковано всë: от халатности в наборе персонала и постоянной текучки до махинаций с отчетностью. Троих приближенных к руководству сотрудников он уволил сразу: кого за воровство, кого за отвратительное управление, а кого просто за лень. Когда он успел просмотреть отчеты компании и составить мнение о сотрудниках, было загадкой. Но, в общем-то, я была с ним согласна. Хотя, конечно, методы жесткие. Остальным сотрудникам раздал указания по новой стратегии развития компании и обещал лично всех проконтролировать, как будут исполняться его требования.

– Финансовому отделу подготовить в течение недели документы для подачи в банк. Кредитная нагрузка, на данный момент, для компании непосильна. Будем ходатайствовать о кредитных каникулах. Список документов найдете на своей почте. И все, кто должен сдать мне отчеты, сложите их на столе; до конца рабочего дня я постараюсь с каждым поговорить, – на этой жизнеутверждающей ноте он нас распустил, и большинство вывалилось из кабинета и сразу направилось на перекур.

Я пошла к своему столу, и хотя в своем отчёте я была уверена, все равно суровость нового директора произвела впечатление. Хотелось вытянуться в струнку, как испуганный суслик, и признаться во всех ранее совершенных грехах, начиная с пелёнок. Усилием воли я заставила себя не нервничать и сосредоточиться на новом задании, полученном сегодня утром.

Один за другим в кабинет директора вызывались менеджеры и начальники отделов; большинство выходило быстро, кто-то довольный, кто-то расстроенный, кто-то нервный, но у всех был вид, как будто десять километров пробежали.

– Видела, какой суровый новый начальник? – ко мне на своем кресле подкатила Света из отдела набора персонала. – На собрании я вся перенервничала – наш отдел он распекал больше всего, как будто мы виноваты, что люди устраиваются, а через пару месяцев сбегают! – она закатила красивые глазки и покачала головой, всем своим видом показывая, что уж она-то точно ни при чем. – Но зато, какой красивый! И наверное, ужасно богат, раз решил выкупить нашу утопающую фирму по судостроению, – тут она хихикнула, довольная тонкой аналогией, которую провела.

– Теперь будешь его покорять? – спросила я. – А как же Алексей Юрьевич?

– Ну ты сравнила, – Света картинно закатила глаза, – где начальник отдела бухгалтерии, а где новый босс. Говорят, он не женат и никогда не был – трудоголик. Это как раз то, что я ищу, – она воинственно расправила плечи, выпятив вперед впечатляющий бюст.

Ответить я не успела, так как передали, что меня вызывают. Так что даже хорошо, что я немного отвлеклась на Светку; она, хоть и легкомысленная, но совершенно безобидная и, в принципе, работу свою выполняет неплохо, хоть и говорит, что главная ее цель в компании – найти достойного, состоятельного мужчину для создания семьи. И я не думала в это время о том, какой разговор у меня состоится, поэтому не успела себя накрутить и не нервничала.

– Садитесь, Юлия Владимировна, – кивнул из-за груды бумаг директор. В руках у него был мой отчет, он вглядывался в него, а потом сверял данные с листами на столе.

– Просто Юлия, – ответила я, присаживаясь.

– Хорошо, Юлия, как скажете, – он отложил бумаги и впервые посмотрел на меня. – Сегодня я уже успел поговорить с другими сотрудниками вашего отдела закупок. А утром, как вы успели заметить, уволил вашего прямого руководителя. И, хотя к вам у меня претензий нет, вы должны понимать, что так, как отдел работал ранее, он не сможет больше работать.

– Я понимаю, – кивнула. Мне и правда было интересно, что он придумал. – Скажите, дело ведь не только в том, что нам нужно сократить расходы на закупки, чтобы помочь выбраться компании из долговой ямы?

– Нет, конечно, не только в этом, – Андрей Владимирович на секунду задумался. – Хотя, бюджет в эту сторону действительно придется немного урезать. Но, естественно, не в ущерб качеству. Просматривая отчеты за последние два года, у меня вообще сложилось впечатление, что выбор поставщиков делался по принципу наименьшего сопротивления. Вы, как я понимаю, отвечали за документацию фактически уже заключенных договоров. Никаких проблем в этой сфере я не вижу. Но и не могу оценить ваш потенциал по основному направлению вашего отдела – поиску поставщиков и переговоров с ними. Я знаю, что вы уже давно метите на место начальника вашего отдела. И я готов дать вам шанс проявить себя на ближайших двух-трех сделках. Если докажете, что эта работа вам по зубам – место ваше, – и, не давая мне ничего вставить, продолжил: – Но предупреждаю, то же самое я сказал еще двоим людям из вашей команды. Тем, чья работа у меня не вызвала нареканий. Так как в вашей фирме я недолго, то убедите меня, что именно вы достойны этой должности.

– Спасибо, – я улыбнулась. Примерно такое развитие событий я и хотела увидеть. Было бы странно, если бы мне свалилась новая должность на голову без всякой проверки.

– Ну хорошо. Основной вопрос мы решили. Теперь задам еще один, важный для меня. Который я задавал каждому сотруднику. Как вы знаете, дела у фирмы не очень хорошо идут, и если ничего не сделать, самое большее – через полгода она станет банкротом. У меня есть план антикризисного управления. Но я должен спросить, что вы лично посоветуете сделать, чтобы подняться из лужи долгов?

Я ненадолго задумалась; я всегда знала, что самый большой балласт в фирме – это ее бывший начальник, несколько его приближенных, а также отсутствие должного контроля за сотрудниками и текучка. По сути, сегодня утром все эти проблемы были решены в течение часа. И, как я успела заметить, все крупные проблемы, появившиеся из-за халатности предыдущего руководства, уже решаются во всех направлениях. Что еще можно посоветовать человеку, который так скрупулезно продумывал план поднятия с колен компании, и профессионален в этом?

– Вы слышали о новом государственном гранте из бюджета для судостроительных компаний? – я закинула удочку, не особо надеясь на удачу. И оказалась права.

– Да, но он больше подходит для более крупных фирм. Мы же специализируемся, в основном, на выпуске запчастей и небольших пассажирских катеров, а также моторных лодок. Хотя заявку я уже на него подал.

Подал? Я удивлённо ещё раз посмотрела на нового начальника. Поразительно. Человек всего несколько дней, как владелец фирмы, и уже столько сделал.

– Тогда для срочного спасения компании у меня идей нет, – я улыбнулась. Иногда нужно признавать свои проигрыши.

И уже начала подниматься с кресла, чтобы уходить, когда меня настиг вопрос:

– Но по вашему голосу я могу предположить, что у вас есть какие-то другие идеи.. Я прав?

Я резво села обратно. А он проницательный. И, кажется, дотошный.