Гувернантка на выживание или как приручить злюку

За ужином мы с Лео взахлеб рассказывали Деймону о нашем проекте, перебивая друг друга и жестикулируя. Виконт слушал нас с улыбкой, задавая вопросы и внося свои коррективы. Он предложил несколько интересных идей, которые сделают наш домик еще более крутым и функциональным. Я не могла поверить своему счастью – все складывалось даже лучше, чем я могла себе представить!

После ужина мы отправились на поиски подходящего дерева. Лео бегал вокруг, показывая на каждое более-менее подходящее дерево и предлагая построить домик именно там. Деймон терпеливо выслушивал его, а потом вел к следующему. В конце концов, мы остановились на огромном старом дубе, который рос в самой дальней части сада. Он был достаточно крепким и раскидистым, чтобы выдержать вес домика, и достаточно высоким, чтобы с него открывался прекрасный вид на окрестности. Лео был в восторге, а я чувствовала, как между мной и этими двумя мужчинами возникает какая-то особая связь, что-то вроде настоящей семьи. И, возможно, именно это и было моей главной целью с самого начала.

Под дубом мы принялись обсуждать детали строительства, размахивая руками и представляя, как все будет выглядеть. Лео предложил сделать второй этаж с балконом, с которого можно будет любоваться закатом. Мы отсоветовали, так как это было бы слишком массивно и громоздко, да и были у меня опасения насчет дуба. Выдержит ли? Ребенок подумал-подумал и согласился. Незаметно стемнело, и сад наполнился мягким светом луны. Мы стояли, прислонившись к старому дубу, три силуэта, объединенных общей идеей. В этот момент я почувствовала себя по-настоящему счастливой. Может быть, именно ради таких моментов я и оказалась в этом мире? Ощутить жизнь и радость в мелочах?

На следующий день работа закипела. Деймон взял на себя закупку материалов и организационные вопросы. Лео с энтузиазмом помогал таскать доски и инструменты. А я занималась координацией и внесением последних штрихов в чертежи. Работа шла весело и слаженно, каждый из нас чувствовал себя важной частью команды. Деймон, вопреки моим опасениям, не только не комментировал мой рабочий вид, но и сам с удовольствием запачкал руки. Он оказался отличным плотником, ловко орудуя инструментами и давая полезные советы. Лео тоже старался не отставать, хотя иногда ему больше нравилось играть с молотком, чем забивать гвозди.

С каждым днем домик на дереве становился все более реальным. Появились прочный каркас, стены, крыша и даже небольшое окошко. Веревочная лестница уже красовалась, свисая с одной из крепких веток. Я с гордостью наблюдала за результатом наших совместных усилий. Это был не просто домик на дереве, это было место, где мы все вместе могли быть собой, где рождались новые идеи и крепла наша дружба. По крайней мере, моя с Лео так точно. А вот со стороны Деймона были лишь взгляды. Порой жаркие, порой удивленные и заинтересованные. Флирта или каких-то двусмысленностей и намеков в присутствии ребенка он не позволял.

Когда стройка была в самом разгаре, в поместье пожаловала модистка, которая забрала меня на весь день.

Я чувствовала, как сердце сжимается от досады. Модистка! В самый разгар строительства! Бросить Лео и Деймона одних, когда домик почти готов, казалось предательством. Целый день примерки, подгонки, бесконечные разговоры о тканях и фасонах – все это казалось таким пустым и бессмысленным по сравнению с радостным предвкушением завершения нашего общего дела. Я тосковала по запаху свежеструганного дерева, по ощущению шершавой доски в руках, по смеху Лео и спокойному, уверенному взгляду Деймона.

Но, вспомнив о Деймоне, я вспомнила и о своем плане заказать костюм для пробежки и физических упражнений.

– Что, простите, вы хотите заказать? – портница смотрела на меня так, словно я ей бикини сшить предложила, а может, и того похлеще – примерить.

– Я воспитываю мальчика, – начала я вдаваться в объяснения. – А для мальчиков, как известно, очень важны физические упражнения. И потому по утрам у нас пробежки, гимнастика и многое другое. Все, что укрепит его выносливость и физическую подготовку.

– Но для этого обычно нанимают мужчин-гувернеров, – удивилась модистка.

– Ну, не получилось у них найти общий язык с мужчинами-гувернерами. Разговор не об этом, – я не понимала препирательств, что сейчас устроила женщина. Какая ей, собственно, разница, кто именно бегает с Лео по утрам: мужчина или женщина? – Мне нужен костюм для тренировок.

– Но у меня нет таких моделей, и я даже не знаю, как его сшить, – растерянно развела руками дама.

– Я вам сейчас нарисую, – решила я вспомнить свои эскизы, что когда-то рисовала по молодости. Я мечтала быть дизайнером одежды, но жизнь распорядилась так, что я стала воспитателем в детском саду. Но рисовать я любила. Взяла лист бумаги и начала карандашом делать наброски.

Модистка с любопытством наблюдала, как из-под моего карандаша рождается нечто, отдаленно напоминающее спортивный костюм. Я старалась учесть все детали: удобный крой, не сковывающий движения, дышащую ткань, минимум декоративных элементов. Главное – функциональность и практичность. Закончив эскиз, я протянула его портнихе.

Она внимательно изучила мой рисунок, хмыкнула пару раз и, наконец, произнесла:

– Что ж, это… необычно. Но я попробую. Только мне понадобится время, чтобы разобраться в этих… деталях. И ткань придется поискать подходящую.

– Буду вам благодарна, если вы поставите именно это в приоритет, – попросила я женщину, и та кивнула. – Нам еще долго? – мне не терпелось вернуться к стройке.

– Нет, осталось совсем чуть-чуть. Виконт попросил подготовить для вас платья на разные случаи, – объяснила модистка.

– Очень предусмотрительно с его стороны, – сказала я вслух. И очень щедро. В людскую доброту и бескорыстность я давно не верила и потому задумалась о том, что надо бы обсудить с Деймоном эти траты. В общем, выяснить, за чей счет банкет, так сказать.

Ожидание затягивалось, и я чувствовала, как раздражение нарастает. Эти платья, костюм для пробежек… Все это казалось таким неважным. А важным было то, что там строят домик. И без меня! Ну вот как они там без меня справятся? Обязательно что-то да напортачат. Я бы хотела, чтобы сейчас моя жизнь была наполнена запахом дерева, стуком молотка и предвкушением того, что скоро у Лео будет свой маленький домик, а не вот это вот все.

Наконец модистка закончила, и я облегченно выдохнула. Быстро попрощавшись, я поспешила обратно. Мысли мои уже были там, на стройке, вместе с Лео и Деймоном. Мне не терпелось увидеть, как продвинулась работа, и снова почувствовать себя частью этого маленького, но такого важного для меня мира.

Чем ближе я подходила к дому, тем сильнее чувствовала запах свежеструганного дерева. Улыбка сама собой появилась на моем лице. Вот оно, мое настоящее, здесь и сейчас. И никакие платья от модной модистки не могли сравниться с этой простой, но такой искренней радостью.

Подходя к домику, я услышала приглушенные голоса и стук молотка. Лео что-то оживленно рассказывал, а Деймон спокойно отвечал, давая указания. Сердце мое забилось быстрее. Я остановилась на мгновение, любуясь этой картиной: солнце, пробивающееся сквозь листву деревьев, освещало их лица, на которых играли тени от деревянных балок. В воздухе витала атмосфера увлеченности и общей цели.

Я тихонько подошла ближе. Лео, заметив меня, радостно помахал мне рукой.

– Ты вернулась! Мы почти закончили крышу! – закричал мальчик. Его глаза сияли от гордости. Деймон лишь слегка улыбнулся, но в его взгляде читалось искреннее облегчение.

– Мы тут немного запутались с одной доской, – объяснил он, указывая на неровно прибитую доску на крыше. – Но теперь ты здесь, и мы все исправим.

Такая скрытая похвала была бальзамом мне на сердце. Я закатала рукава старой рубахи, что мне выделили вместе со штанами для строительства, и отправилась помогать.

Инструменты уже ждали меня. Я взяла молоток и, присев рядом с Деймоном, принялась аккуратно выравнивать доску. Лео с энтузиазмом подавал нам гвозди и следил за каждым нашим движением. Работа закипела.

Мы с Деймоном заканчивали крышу и спустились вниз, чтобы обсудить кое-какие отступления от чертежа, а Лео изучал дерево. В какой-то момент мое сердце замерло, и я резко обернулась к ребенку. Именно в этот момент его пальцы соскользнули с ветки и он полетел вниз, а я испуганно вскрикнула. Деймон с нечеловеческой скоростью метнулся к Лео в попытке поймать его у земли.

Земля будто глухо застонала, когда Деймон и Лео кубарем полетели на траву. Деймон как-то так ловко крутанулся и оказался под мальчиком, принимая удар на себя. Меня словно парализовало, сердце бешено заколотилось, как пойманная птица. Тишина звенела в ушах, прерываемая только моим сбивчивым дыханием.

Наконец Деймон приподнялся и сел, отряхивая с себя землю и листья. Лицо напряженное, но в глазах облегчение.

– Ты цел? – тихо спросил он, помогая Лео сесть. Мальчик ошалело моргал, но быстро пришел в себя.

– Да, все в порядке, – пробормотал он, ощупывая себя. – Только немного больно.

Деймон ощупал его всего, выискивая царапины, а я наконец-то смогла подойти ближе. Обняла Лео, прижала к себе, чувствуя, как меня трясет.

– Больше так никогда не делай! – прошептала я ему на ухо, еле сдерживая слезы.

– Я же не специально, – ответил испуганно мальчуган.

Деймон убедился, что с Лео все в порядке, и посмотрел на меня.

– Все обошлось, – спокойно сказал он, будто ничего и не было. – Просто оступился.

Но я видела, как он сам перепугался. Руки слегка дрожали, а в глазах мелькнула тень пережитого ужаса. Знала, что он себя не простил бы, если бы с Лео что-то случилось. Он попытался встать, но тут же охнул и снова осел на землю.

– Что с тобой? – испуганно спросила я.

– Кажется, ногу подвернул, – попытался отмахнуться он, но я заподозрила неладное.

– Лео, сбегай за Томсоном, ладно? – попросила я мальчика.

– Да, конечно, – кивнул мальчик. Он тоже испуганно смотрел на дядю, который сидел на траве, стараясь держаться молодцом, но был бледнее полотна.

Лео убежал, а Деймон снова попытался встать, но его повело, и он начал терять равновесие. Я бросилась к нему, подхватила под руку. Он обнял меня, и я забыла, как дышать. Мы стояли слишком близко, это было совершенно неприлично.

Тепло его тела жгло сквозь тонкую ткань платья, а его дыхание опаляло мою щеку. Я чувствовала, как бешено колотится его сердце в унисон с моим. В голове билась мысль, что так нельзя, что это неправильно, но отстраниться не было сил. Его руки держали меня крепко, словно я была единственным якорем в этом мире, за который он может удержаться.

Время остановилось. Мы стояли в объятиях, пока крики со стороны дома не вернули меня в реальность. Я осторожно отстранилась, стараясь не смотреть ему в глаза. Щеки предательски горели.

– Тебе нужно присесть, – пробормотала я, помогая ему опуститься на траву. – Не двигайся, пока Томсон не придет.

Деймон молча кивнул, прикрыв глаза. Он выглядел измученным. Я присела рядом, не зная, что сказать. Неловкая тишина давила на плечи. Украдкой наблюдала за ним, отмечая каждую морщинку на его лице, каждую прядь волос, упавшую на лоб. Никогда прежде я не видела его таким беззащитным.

Вскоре вдалеке показалась фигура Томсона, бегущего со всех ног. Я облегченно вздохнула. Помощь пришла. А вместе с ней и необходимость вернуться в рамки приличий, забыть о мимолетной близости и вернуться к своей роли. Роли прислуги, гувернантки его племянника, и ничего больше.

С помощью здоровенного Томсона Деймона перетащили в дом. Он возмущался, но Томсон просто взвалил его на руки и понес, а мы с Лео шли следом.

Томсон осмотрел Деймона и констатировал растяжение связок, настояв на полном покое. Откуда у горбуна-дворецкого такие познания – тайна, покрытая мраком. Не удивлюсь, если даже дворецкий здесь не так прост, как кажется. Что уж говорить про хозяина дома. Виконта, несмотря на протесты, уложили в постель, а мне велели присматривать за ним, чтобы не вздумал вставать. Лео, взволнованный, не отходил от дяди ни на шаг. Он взял книгу и стал читать вслух. И ему полезно, и неловкость хоть как-то сглаживает.

Я осталась в комнате Деймона, устроившись в кресле у окна. День клонился к закату, окрашивая небо в розовые и оранжевые тона. В комнате царил полумрак, нарушаемый только тихим потрескиванием дров в камине. Деймон лежал в кровати, прикрыв глаза. Дышал ровно и спокойно. Я украдкой наблюдала за ним, размышляя о произошедшем. Этот неожиданный момент близости нарушил привычный ход вещей, заставил взглянуть на него по-новому.

Вечером, когда Лео уснул, я вернулась в комнату Деймона узнать, как он себя чувствует. Он не спал, смотрел в потолок. Увидев меня, слабо улыбнулся.

– Спасибо, что присматриваешь за мной, – тихо произнес он.

– Это моя работа, – ответила я, стараясь скрыть смущение.

– Твоя работа – учить Лео, а не сидеть со мной, – уточнил он.

– Мне не сложно, – ответила я, чувствуя, как заливаюсь краской. Самой неловко от этого вечного румянца на щеках.

Наступила неловкая пауза. Казалось, мы оба помнили об этом мимолетном объятии и избегали смотреть друг другу в глаза.

– Как нога? – спросила я, нарушив молчание.

– Болит, но терпимо.

Я подошла ближе, чтобы подать лекарство. Он взял стакан, и наши пальцы случайно соприкоснулись. По коже пробежала искра. Я быстро отдернула руку, чувствуя, как щеки снова горят. Деймон, казалось, тоже был смущен. Он отвернулся к окну.

– Спокойной ночи, – пробормотала я и поспешила выйти из комнаты.

Всю ночь я ворочалась в постели, не в силах заснуть. Мысли о Деймоне не давали покоя. Я понимала, что должна держать дистанцию, что наши отношения невозможны. Но сердце, словно упрямая птица, рвалось на свободу, к нему.