Мой чокнутый сводный дракон

Точнее — не я, а моя глупость. Я стою в ванной комнате особняка лорда де’Варго, в этом дурацком пеньюаре, который мама купила мне накануне, и пялюсь на обнаженную спину парня.

Вода стекает по его лопаткам, по рельефным мышцам, по татуировке на левом плече — черный дракон, расправивший крылья. Я замираю. Мой мозг кричит: отвернись, дура, но глаза приклеились к этой картине, как бабочка к паутине.

Шум воды стихает.

Он поворачивается.

Я вижу его лицо — острое, злое, красивое до невозможности. Мокрые черные волосы прилипли ко лбу, глаза цвета расплавленного серебра сужаются, когда он замечает меня.

Я взвизгиваю.

— О боже! — я отшатываюсь назад, спотыкаюсь о порожек. — Простите! Я не… я думала… здесь никого нет!

Мои щеки пылают огнем. Я пячусь к двери, дергаю ручку.

Дверь не открывается.

Замок заело. Конечно. Потому что сегодня недостаточно унизительного произошло, давайте еще, как говорится. Я дергаю сильнее — бесполезно.

— Отлично, — шепчу я. — Просто отлично.

Сзади раздается шаги по мокрому кафелю. Я замираю. Мое сердце колотится где-то в горле.

Он подходит ко мне вплотную. Я чувствую его запах — влажную кожу, сандал и что-то металлическое. Мой взгляд падает вниз, на его руки. Медленно, очень медленно он наматывает полотенце на бедра. Я смотрю в пол, но уголком глаза все равно вижу, как ткань ложится на талию, на мышцы пресса…

Господи, за что?

— Нравится? — его голос низкий, с хрипотцой. — Или ты хочешь, чтобы я снял его обратно?

Я вскидываю голову, собираясь огрызнуться, но слова застревают в горле. Он стоит так близко, что между нами едва ли ладонь. Он опирается рукой о дверь прямо над моим ухом. Я в ловушке. Я прижата к дереву двери, а надо мной нависает мокрый, разъяренный незнакомец, которого я, кажется, только что увидела голым. Хотя почему, кажется? Не кажется.

Он смотрит на меня сверху вниз — с высоты своего роста, с высоты своего презрения.

— Слушай, — цедит он. — Я не знаю, кто тебя подослал. Ты — третья за неделю. Поклонницы, фанатки, шпионки отца — мне плевать. Но если ты еще раз сунешься в мою комнату, я тебя вышвырну в окно. Поняла?

Я зажмуриваюсь. Я думаю, что сейчас он меня поцелует. Нет, не поцелует — ударит. Или… я не знаю. Сердце бешено бьется о ребра.

Но вместо этого я слышу щелчок.

Он открывает дверь. Одной рукой.

— Выметайся, — бросает он.

Я распахиваю глаза, хватаюсь за ручку и буквально вываливаюсь в коридор. Падаю на ковер, подскакиваю и бегу, не оглядываясь, вниз по лестнице, пока не врезаюсь в маму.

— Лия! — мама придерживает меня за плечи, и я чувствую, как ее пальцы впиваются в мой пеньюар. Она окидывает меня взглядом — растрепанные волосы, пылающие щеки, сбившееся дыхание. — Что случилось? Ты белая как полотно.

Я замираю. Язык прилипает к небу. Что я должна сказать? Мама, я только что видела какого-то парня, наверно гостя свежеиспеченного отчима , голым, застала его в душе, и он решил, что я его фанатка — без ума от него?

Я качаю головой, пытаясь придумать хоть что-то, но в голове пульсирует только его лицо. Мокрые черные волосы. Серебряные глаза. Полотенце на бедрах. Господи, Лия, прекрати.

— В ванной… — выдыхаю я. — В моей комнате. Там что-то с кранами. Я хотела найти другую, забрела не туда и… дверь заело. Я испугалась.

Я вру. Ужасно. Но мама, кажется, верит.

Она вздыхает и проводит рукой по моим волосам, заправляя прядь за ухо.

— Ах, дорогая. Лорд де’Варго хотел модернизировать дом, но не успел переделать ванные комнаты в твоем крыле. Там всё еще старая магическая проводка и замки с характером. Я попрошу его прислать мастера, — она делает паузу и окидывает меня выразительным взглядом. — А сейчас — переоденься. Прилично. Мы ждем гостя к завтраку.

— Гостя? — я хмурюсь, пытаясь стряхнуть с себя образ мокрой спины. — Кого?

Мама улыбается — той улыбкой, которая обычно означает, что она что-то задумала, и я, скорее всего, не буду в восторге.

— Приехал сын лорда, Кайден. Он будет работать в академии, куда ты поступаешь. Ассистентом ректора по темной магии. Представляешь? Вы будете учиться в одном месте. Возможно, он даже сможет присматривать за тобой.

Мир останавливается.

Кайден.

Тот парень. С драконом на плече. С серебряными глазами. Который только что пообещал вышвырнуть меня в окно.

Он в академии. Он — старший ассистент. Он будет присматривать за мной.

Я делаю глубокий вдох и чувствую, как где-то в груди рождается нервный смешок. Я его подавляю.

— Прилично, — повторяю я механически. — Переодеться. К завтраку. Поняла.

Мама кивает и уходит, а я остаюсь стоять в коридоре, глядя на лестницу, ведущую вниз, в столовую.

Там будет он.

Кайден де’Варго.

Мой сводный брат.

Мой чокнутый сводный дракон, тьфу, в смысле брат.

Я спускаюсь в столовую ровно через пятнадцать минут. На мне темно-синее платье — скромное, с закрытыми плечами, которое мама купила мне с рук в местной лавке. Оно пахнет лавандой и старым деревом. Я чувствую себя переодетой куклой.

Мама сидит за длинным столом рядом с лордом де’Варго — высоким мужчиной с сединой на висках и добрыми глазами. Он мне нравится. Он хотя бы улыбается.

А напротив них сидит он.

Кайден.

Он уже переоделся. Черная рубашка, темные брюки, волосы убраны назад. Он выглядит как идеальный портрет аристократа-дракона: холодный, надменный, смертельно красивый.

Когда я вхожу, он поднимает голову.

Его глаза скользят по мне — с ног до головы, оценивающе, будто я — экспонат на ярмарке. На его губах мелькает тень усмешки. Он явно узнал меня. Но его лицо остается невозмутимым.

— Лия, дорогая, — лорд де’Варго встает. — Познакомься, это мой сын, Кайден. Он будет учиться с тобой в академии. Вернее, работать. Но вы обязательно подружитесь.

Я выдавливаю улыбку.

— Очень приятно, — говорю я тоном, который, надеюсь, звучит вежливо, а не как скрежет зубов.

Кайден медленно поднимается. Он тоже кланяется — едва заметно, насмешливо.

— Взаимно, — его голос теперь звучит еще ниже, еще бархатистее. — Надеюсь, сестричка, ты не против, если я буду присматривать за тобой в академии. Там бывает… опасно.

Он делает акцент на «опасно». Я сглатываю.

— Я справлюсь, — отвечаю я, глядя прямо в его серебряные глаза. — Я не из тех, кто легко пугается.

Его усмешка становится шире.

— Посмотрим.

Лорд де’Варго смеется и хлопает сына по плечу.

— У вас будет время узнать друг друга. Кайден, покажи Лие академию сегодня. Мне нужно уладить дела в городе.

Кайден склоняет голову.

— Как скажешь, отец.

Он смотрит на меня, а у меня мороз по коже пробегает и скапливается где-то в районе копчика.

Завтрак тянется бесконечно.

Я сижу за столом как на иголках, пытаясь не смотреть в сторону Кайдена, но это невозможно — он сидит прямо напротив меня, и каждый раз, когда я поднимаю глаза, я натыкаюсь на его взгляд. Серебряный, холодный, изучающий. Он ест с идеальными манерами — никакой спешки, никакой неловкости. Я же чувствую себя максимально неуклюже.

Я тянусь за чашкой чая и роняю вилку.

Звук падающего металла режет тишину. Замираю, чувствуя, как краска заливает щеки. Отлично, Лия. Просто отлично.Я наклоняюсь, чтобы поднять её, но Кайден оказывается быстрее.

Он ныряет под стол и поднимает вилку раньше меня. А затем — я чувствую это — его пальцы смыкаются на моей руке.

Не грубо. Не больно. Но достаточно, чтобы по моей коже пробежал электрический разряд. Я вскидываю голову и встречаюсь с ним взглядом. Он смотрит на меня из-под ресниц, и в его глазах — что-то тёмное, опасное. Он медленно отпускает мою руку, но перед тем, как убрать пальцы, проводит большим пальцем по моему запястью.

По моей коже пробегают мурашки. Целая армия мурашек. Я чувствую, как жар разливается по телу, начинаясь от места его прикосновения и заканчиваясь где-то глубоко в груди.

— Осторожнее, сестричка, — его голос звучит так, будто он смеётся надо мной. — Вилка — опасный предмет.

— Спасибо, — выдавливаю я и выдергиваю руку, как будто обожглась.

Мама бросает на меня странный взгляд, но ничего не говорит. Лорд де’Варго увлеченно рассказывает о планах по модернизации особняка. Я не слушаю. Я просто пытаюсь пережить этот завтрак.

Наконец трапеза заканчивается. Я вскакиваю из-за стола так быстро, что стул едва не опрокидывается.

— Я… мне нужно привести себя в порядок, — бормочу я и почти бегу наверх, в свою комнату.

Но моя комната не спасает меня. Чтоб принять душ, надо идти в ту самую ванну, в которой всего каких-то полчаса назад мылся Кайден.

Я стою перед дверью, сжимая ручку, и чувствую, как сердце колотится где-то в горле. Не думай об этом. Не думай. Он просто принял душ. Люди принимают душ. Это нормально.

Я открываю дверь.

И перед глазами всплывает картинка: мокрые волосы, вода, стекающая по лопаткам, татуировка дракона, и… о боже— я вижу его подтянутый, упругий зад, когда он поворачивается ко мне. Я зажмуриваюсь и трясу головой, пытаясь стряхнуть это видение.

— Прекрати, — шипю я себе под нос. — Он — чокнутый. Он — твой враг. Он… у него отличная фигура, но это не важно!

Я быстро умываюсь, чищу зубы и завязываю волосы в хвост. Холодная вода помогает немного прийти в себя, но я все равно чувствую, как горят щеки, когда я спускаюсь вниз.

В холле меня ждет Кайден.

Он стоит, прислонившись к колонне, скрестив руки на груди. Черный плащ ниспадает до пола, сапоги блестят. Он выглядит так, будто сошел с обложки книги про темных лордов.

— Готова? — он поднимает бровь.

— Да, — я делаю глубокий вдох. — Но, знаешь, я могу добраться до академии сама. Правда. Я уже взрослая. Я найду дорогу.

Его взгляд становится тяжелым. Он медленно отклеивается от колонны и делает шаг ко мне.

— Ты едешь со мной, — его голос не терпит возражений. — Это не обсуждается.

— Но я…

— Лия, — он наклоняет голову, и в его глазах мелькает что-то опасное. — Ты в чужом мире. Ты понятия не имеешь, ни о порядках ни о правилах этого мира и кого ты можешь встретить по дороге в академию. И если с тобой что-то случится, мой отец снимет с меня шкуру. Так что садись в экипаж и не спорь.

Я раскрываю рот, чтобы возразить, но он уже разворачивается и идет к выходу, даже не оглядываясь.

— Идем, — бросает он через плечо. — Мы уже опаздываем.

Я сжимаю кулаки и иду за ним, мысленно проклиная его красивое лицо, его мерзкий характер и всю эту ситуацию.

Экипаж оказывается маленьким. Очень маленьким.

Когда мы забираемся внутрь, я оказываюсь прижатой к нему плечом к плечу. Я чувствую его запах — сандал, металл и что-то древесное. Я пытаюсь отодвинуться, но места нет.

Кайден смотрит прямо перед собой, но краем глаза я замечаю, как на его губах играет довольная усмешка.

— Уютно, — замечает он.

— Ужасно, — поправляю я.

— Одно другому не мешает.

Я закатываю глаза и отворачиваюсь к окну.

Экипаж мерно покачивается на ухабистой дороге. Я смотрю в окно, но вижу только отражение Кайдена в стекле. Он сидит с непроницаемым лицом, но я чувствую его напряжение. Воздух между нами такой плотный, что можно резать ножом.

— Знаешь, — наконец произносит он, не поворачивая головы. — Я подумал и решил, что нам стоит сразу расставить точки над i.

Я медленно поворачиваюсь к нему.

— О чем ты?

Он наконец смотрит на меня. Взгляд тяжелый, холодный, будто я — насекомое, случайно залетевшее в его идеальный мир.

— О нас. О том, что мы теперь формально родственники. Но это ничего не значит. Ты для меня — никто. Пустое место. Жительница немагического мира, которая даже не представляет, какой удачей было родиться среди людей, а не среди тех, кто тащит на себе этот хрупкий баланс.

Я открываю рот, но он продолжает, не давая мне вставить ни слова.

— Вы, немаги, думаете, что мир крутится вокруг вас. Но вы даже не представляете, сколько магии уходит на то, чтобы поддерживать вашу реальность. Вы паразитируете на нас, даже не зная об этом. И ты — одна из них.

— Паразитируем? — повторяю я, чувствуя, как внутри закипает гнев.

— Именно, — он щурится. — Поэтому держись от меня подальше. В академии мы не знакомы. Ты меня не знаешь, я тебя не знаю. И не вздумай афишировать, что мы хоть каким-то боком родственники. Это поставит под удар мою репутацию.

Я чувствую, как щеки заливает краской. От обиды. От злости. От унижения.

— Знаешь что, Кайден? — мой голос дрожит от едва сдерживаемой ярости. — Мне плевать на твою репутацию. Я не собиралась воровать твою популярность. Поверь, я бы с радостью осталась в своем мире, где люди хотя бы не смотрят на других свысока только потому, что умеют колдовать.

Он открывает рот, но я не даю ему ответить.

— Мой папа погиб, — мой голос срывается, но я беру себя в руки. — Погиб в автокатастрофе. Я не выбирала этот мир. Не выбирала твоего отца, не выбирала тебя. Но у меня нет выбора — я должна жить здесь с мамой, пока она счастлива. Но через месяц мне исполнится восемнадцать, и я съеду в общежитие. И тогда ты меня больше никогда не увидишь. Никогда, слышишь?

Наши глаза встречаются. В его взгляде — что-то промелькнуло. Удивление? Сожаление? Нет. Скорее раздражение.

— Месяц? — переспрашивает он с усмешкой. — Ну что ж. Это будет самый длинный месяц в моей жизни.

— Взаимно, — цежу я сквозь зубы.

Мы замолкаем. Экипаж резко тормозит, и я слышу голос кучера:

— Прибыли, господа.

Я не жду ни секунды. Хватаю свою сумку и вылетаю из экипажа, едва не споткнувшись о подножку. Вдыхаю свежий воздух и чувствую, как земля под ногами твердая и реальная. Вокруг снуют студенты в черно-золотых мантиях, кто-то смеется, кто-то спорит. Я оглядываюсь на исполинское здание Академии Драконов — башни, уходящие в облака, витражи, переливающиеся всеми цветами радуги.

Но сейчас мне не до красот. Я ныряю в толпу, смешиваясь с потоком студентов, и слышу за спиной раздраженный голос Кайдена:

— Да чтоб тебя… Ветрова, стой, номер документа… ты хоть знаешь, где твой факультет?!

Я не оборачиваюсь. Я просто исчезаю в море мантий, оставляя его стоять у экипажа. Пусть злится. Мне плевать. В следующем месяце я уеду в общежитие, и мы больше никогда не увидимся. Ведь правда же?

Я сжимаю ремешок сумки и ускоряю шаг, прогоняя прочь предательские сомнения.

Глава 2.

ФРА

Я бегу, не разбирая дороги. Сердце колотится где-то в горле, а в ушах все еще звучит его голос: «Да чтоб тебя… Ветрова, стой!»

Как будто я собираюсь слушаться.

Толпа студентов вокруг меня волнуется, как живой организм. Кто-то смеется, кто-то спорит о расписании, кто-то тащит огромные стопки книг, парящих в воздухе. Я оглядываюсь по сторонам, пытаясь найти хоть какую-то табличку с указателем.

— Простите! — я ловлю за рукав парня в темно-синей мантии с золотой окантовкой. — Я новенькая. Не подскажете, где списки распределения по факультетам?

Парень — светловолосый, с веснушками и добрыми глазами — улыбается мне.

— Первый курс? Ищешь свой факультет? — он кивает куда-то влево. — Главный холл, там огромная доска объявлений. Увидишь толпу — значит, пришла по адресу. А какой у тебя факультет?

Я замираю. Я понятия не имею. Мама что-то говорила про распределение, но после встречи с Кайденом вся информация вылетела из головы.

— Я… не знаю. Меня не распределяли.

Парень удивленно поднимает бровь, но не задает лишних вопросов. Просто машет рукой и исчезает в толпе.

Я иду к главному холлу.

И да, толпа там действительно огромная. Студенты всех возрастов толпятся вокруг массивной доски, на которой золотыми буквами светятся списки. Я проталкиваюсь вперед, игнорируя недовольные взгляды, и наконец нахожу свою фамилию.

Ветрова Лия

И рядом — название факультета.

Факультет Резонанса и Адаптации (ФРА)

Я хмурюсь. Никогда не слышала о таком. Звучит… странно.

— О, смотрите! Еще одна «резонансница»!

Я оборачиваюсь на голос. Позади меня стоит компания из трех девушек. В центре — высокая блондинка с идеальной укладкой и острым, как лезвие, взглядом. На ней мантия белого цвета с серебряной вышивкой — дорогая, явно не стандартная форма. По бокам стоят брюнетка и рыжая — типичные подпевалы, с одинаковыми насмешливыми улыбками.

— Амелия Вандербильт, — представляется блондинка, хотя я ее не просила. — А ты, наверное, очередная выскочка из своего немагического мира. Решила испытать судьбу ?

Я чувствую, как несколько взглядов упираются в меня. Но я делаю глубокий вдох и улыбаюсь.

— Привет. Да, я Лия. Приятно познакомиться.

Я протягиваю руку. Амелия смотрит на мою ладонь, как на грязную тряпку, и не пожимает ее.

— Ой, не надо этой твоей немагической дружелюбности, — фыркает она. — Я слышала, ты попала на ФРА.

Она произносит это так, будто говорит «ты попала в выгребную яму».

— И что это значит? — спрашиваю я, стараясь сохранять спокойствие.

Брюнетка хихикает, прикрывая рот ладошкой.

— Факультет Резонанса и Адаптации, — поясняет Амелия с преувеличенной вежливостью, будто разговаривает с умственно отсталой. — Специальное место для тех, у кого проблемы с магией. Те, кто не может нормально колдовать. Кто слишком слаб, чтобы попасть на нормальный факультет. Или…

Она делает паузу и смотрит на меня с прищуром.

— …или те, у кого магии вообще нет. Его специально открыли для таких как ты, из немагического мира. Ну, тогда понятно. ФРА — помойка для неудачников. Там учат хотя бы не убиться бытовым заклинанием.

Рыжая добавляет, усмехаясь:

— Говорят, у них даже драконов нет. Они просто сидят в подвалах и изучают теорию, пока нормальные студенты летают.

Я сжимаю кулаки. Внутри все кипит, но я не хочу показывать им, что меня это задевает.

— Спасибо за информацию, — говорю я максимально спокойно. — Буду знать, где искать свою «помойку». А вы идите, не задерживайтесь. А то вдруг ваш факультет без вас развалится.

Амелия прищуривается. Ее улыбка становится опасной.

— Осторожнее, девочка. ФРА — не то место, где стоит гордиться своим положением. Если тебе повезет, ты доползешь до выпуска. Если нет… — она пожимает плечами. — Ну, несчастные случаи бывают даже в академии.

Она разворачивается и уходит, сопровождаемая своими подпевалами. Я остаюсь стоять в центре холла, чувствуя, как взгляды пронзают меня со всех сторон.

— Не обращай внимания, — раздается голос сбоку.

Я оборачиваюсь. Рядом стоит девушка с короткими рыжими волосами, в мантии темно-серого цвета. На груди — значок ФРА.

— Амелия — стерва, каких поискать. Но она права в одном: наш факультет не в почете. — Она протягивает руку. — Меня зовут Рина. Я тоже с ФРА. Идем, я покажу тебе дорогу, пока ты не заблудилась окончательно.

Я выдыхаю. Впервые за сегодня кто-то протягивает мне руку помощи, а не пытается укусить.

— Спасибо, Рина. Я Лия.

— Знаю, — улыбается она. — Я слышала, как про тебя наша ФРАша рассказывала.

Я неловко смеюсь.

— ФРАша? — удивленно переспрашиваю девушку.

— Это прозвище нашей деканши, — подмигивает Рина. — Идем. Нас ждут подвалы, пыльные книги и полное отсутствие драконов. Добро пожаловать на ФРА.

Я иду за Риной через лабиринты коридоров, и с каждым шагом академия становится все менее похожей на то величественное здание, которое я видела снаружи.

Мы минуем широкие мраморные лестницы, минуем залитые солнцем галереи, где студенты в белых и золотых мантиях снуют с важным видом. Рина уверенно сворачивает в боковой проход, и вдруг мы оказываемся в узком коридоре с каменными стенами, освещенном тусклыми магическими светильниками.

— А почему ФРА в подвале? — не выдерживаю я.

— Потому что мы — позор академии, — спокойно отвечает Рина, не оборачиваясь. — Шучу. Ну, почти. На самом деле наш факультет — один из старейших. Просто его основали задолго до того, как магию начали делить на сильную и слабую. Тогда считалось, что любой дар ценен, даже если он не похож на огненные шары и превращение в дракона. А сейчас после объединения миров, когда в академию могут поступать и не маги, именно на этот курс решили определить таких студентов.

Она останавливается перед массивной дубовой дверью, испещренной странными символами. Я всматриваюсь — они пульсируют тусклым синим светом, будто дышат.

— ФРА изучает не магию как силу, — продолжает Рина, нажимая ладонью на центр двери. — Мы изучаем магию как суть. Как она течет, как резонирует с миром, с предметами, с людьми. Поэтому нас и называют «резонансниками». Мы не умеем запускать файерболы, но мы чувствуем магию так, как ни один дракон не чувствует.

Дверь со скрипом открывается, и я замираю.

Я ожидала пыльный подвал с обшарпанными стенами и сломанными партами. Того, что насмешливо описывала Амелия.

Но передо мной — зал.

Огромный, круглый, уходящий куда-то ввысь, где теряется потолок. Стены здесь не каменные — они живые. Опутанные корнями и лианами, которые светятся мягким золотистым светом. По корням бегут искры — будто по венам течет магия.

В центре зала — старое, огромное дерево. Не настоящее, но сотканное из света и теней. Его ветви раскинулись над головами студентов, которые сидят кто на полу, кто на подушках, кто на подоконниках высоких арочных ниш. В воздухе пахнет травами, старой бумагой и чем-то сладким — то ли медом, то ли дымом.

И тишина.

Здесь тихо. Не гробовой молчание, а какая-то глубокая, наполненная тишина. Слышно, как шелестят страницы, как кто-то бормочет заклинания себе под нос.

— Это… — я теряю дар речи. — Это не подвал.

— А мы говорили, что подвал? — усмехается Рина. — Просто вход не сразу найдешь. Амелия и ей подобные думают, что мы сидим в сыром подземелье. Пусть думают. Так спокойнее.

Она подходит к одному из студентов — парню с темными кудрями, который что-то пишет в огромном фолианте. Тот поднимает голову и с интересом смотрит на меня.

— Новичок? — спрашивает он. — Та самаяпро которую говорила ФРАша?

— Она самая, — кивает Рина. — Лия, знакомься. Это Итан. Староста нашего курса.

Итан встает и протягивает руку. Его рукопожатие теплое и уверенное.

— Добро пожаловать на ФРА, Лия. Мы здесь все немного странные. Но это потому, что нас не учат быть «нормальными магами». Нас учат быть теми, кто мы есть.

Я улыбаюсь. Впервые за сегодня искренне.

— Звучит обнадеживающе.

— Идем, — Итан машет рукой. — Я провожу тебя к деканше. Она ждала тебя.

Мы проходим между корнями, которые расступаются перед нами, будто живые. Студенты провожают меня любопытными взглядами, но никто не смотрит враждебно. Кто-то кивает, кто-то улыбается. Одна девушка с длинной косой цвета воронова крыла поднимает руку в приветственном жесте, не отрываясь от книги.

Я чувствую, как внутри отпускает тот узел, что скрутился после встречи с Кайденом и Амелией.

Мы подходим к круглой двери, вплетенной прямо в ствол светящегося дерева. Итан стучит три раза.

— Войдите, — раздается голос. Мелодичный, но с хрипотцой.

Дверь открывается, и я вхожу.

Кабинет деканши — это, наверное, самое необычное место, которое я видела в этом мире. И я видела уже немало.

Стены здесь отсутствуют в привычном понимании. Вместо них — тьма, усыпанная звездами. Будто мы находимся не в кабинете, а в центре ночного неба. Пол — прозрачный, под ним течет река. Настоящая, с рыбами, которые светятся изнутри.

За столом — нет, не за столом. За изогнутой ветвью дерева, которая служит партой, сидит женщина.

На вид ей около сорока, но глаза у нее старые. Очень старые. И мудрые. Темные волосы собраны в пучок, из которого выбиваются пряди с сединой. На ней простая мантия серого цвета, но на груди сверкает брошь — маленький дракон, свернувшийся в кольцо.

Она смотрит на меня, и я чувствую, как ее взгляд проникает в самую душу.

— Лия Ветрова, — говорит она. Из немагического мира. — Ее голос звучит одновременно в ушах и где-то глубоко внутри. — Я — декан Сольвейг. Староста факультета Резонанса и Адаптации.

— Очень приятно, — выдыхаю я.

Сольвейг улыбается. В ее улыбке есть что-то теплое и одновременно печальное.

— Садись, Лия. Нам нужно поговорить.

Я сажусь на мягкий пуфик, который оказывается на самом деле большим грибом. Он слегка пружинит подо мной.

— Ты удивлена, — говорит она не вопросительно, а утвердительно. — Ты ожидала увидеть серые стены, старые парты и затхлый запах?

— Честно? Да, — признаюсь я.

— ФРА не любит показывать свою истинную суть тем, кто не готов ее увидеть, — Сольвейг переплетает пальцы. — Ты — особый случай. Ты не просто из другого мира. Ты — первый человек за двести лет, кто попал к нам без капли магии. Все остальные студенты, из твоего мира, кто поступил в академию, так или иначе наделены магическими способностями.