Больше, чем ты знаешь

Корона представляла собой тонкий ободок чеканного золота. Взяв в руки, Рэнд попытался как можно лучше описать ее Клер.

– Тут есть места для всех драгоценных камней, которые полагалось в нее вставить. – Отложив корону в сторону, он вытащил из сундучка следующую шкатулку, поменьше. – Если я прав, тут должен быть рубин.

– Кровь потечет рекой, – процитировала Клер. Несмотря на серьезность, с которой это прозвучало, она не могла скрыть бесшабашные огоньки, которые плясали в ее глазах.

– А я-то гадал, есть ли какой-то смысл в этой тарабарщине, – прозвучал за их спиной голос Маколея Стюарта.

Рэнд и Клер, вздрогнув от неожиданности, разом обернулись. Доктор стоял на пороге пещеры. В руке у него был пистолет. Рядом с ним – Тиаре и Типу; в руках у Типу плясал зажженный факел.

– Доктор Стюарт? – неуверенно спросила Клер.

– У него пистолет, – тихо предупредил Рэнд. Краем глаза он увидел, как оцепенела Клер. Факел, который она держала в руках, сам собой опустился. Рэнд осторожно тронул ее за локоть, напомнив, чтобы она держала его повыше. – С ним Тиаре и Типу.

Когда глаза Рэнда остановились на Тиаре, она слегка покачала головой.

Рэнд, догадавшись, что это значит, тут же поправился.

– Здесь Тиаре и Типу, они не с ним. – Взгляд его снова упал на доктора. – Почему бы Тиаре не взять факел самой? Он слишком тяжел для Типу. Мальчик может его уронить.

Маколей опустил руку на худенькое плечо Типу.

– Не уронит.

– А где мистер Катч? – спохватилась Клер.

– Там же, где вы его оставили.

– Вы… вы избавились от него?

– Он жив, – успокоил Рэнда Стюарт.

Это было не совсем то, что Рэнд имел в виду, и Клер уже открыла было рот, чтобы потребовать объяснений, но прикосновение мужа заставило ее промолчать.

– Где ваши люди, Тиаре? – спросил Рэнд.

Но вместо нее ответил Маколей.

– Они сюда не придут, – проговорил он. – Думаю, все закончится быстрее, если нам не помешают. И к тому же вы успеете обдумать то, что я собираюсь сказать.

Но Рэнд по-прежнему смотрел только на Тиаре. Теперь он уже больше не сомневался – женщина была до смерти напугана. В отблесках факела мертвенная бледность ее лица особенно бросалась в глаза. Именно поэтому Рэнд страшно удивился, когда она, несмотря на то что Маколей пытался ей помешать, неожиданно заговорила:

– Мы явились к вам на корабль вместе с Типу. Только он и я. Никто из моих людей не знает, где мы. Я хотела поговорить с вами… наедине.

– Достаточно, – выразительно помахав пистолетом, оборвал ее Маколей и наставил его на Типу. – Она никак не хотела верить, что вы можете отыскать сокровище, – обратился он к Рэнду. – Но я… я думал по-другому. Вы оба очень умны и сообразительны… не всегда, конечно. – Он перевел глаза на Клер и усмехнулся. – Этим утром я обнаружил в своей каюте вашу тросточку – вот как я узнал, что вы побывали там. Потом обнаружил, что из моего медицинского саквояжа пропал листок с заклятием. У вас было бы в запасе намного больше времени, не будь вы так беспечны. – С гнусной ухмылкой он следил, как к щекам Клер прихлынула краска. – Но даже тогда мне вряд ли удалось бы добраться до вас без помощи Тиаре. Она перевезла нас в каноэ, и я с удивлением обнаружил, что, оказывается, уже бывал в этих местах.

– Я бы предпочел пирогу, иначе трудно пристать к берегу. Маколей кивнул.

– Примерно так мне и объяснила Тиаре. Она все твердила, что, даже знай вы, куда идти, все равно у вас займет немало времени добраться до места. И тут она оказалась права. Судя по всему, вы здесь недолго. – Его глаза обежали кучу деревянных шкатулок, разбросанных по полу возле Рэнда. Некоторые, как заметил Маколей, были открыты. При виде сокровища глаза его засверкали. Он обернулся к Рэнду. – Но в одном Тиаре ошиблась – она твердила, что вам ни за что не пробраться внутрь. Оказывается, никто не знал, как открыть эту дверь. Ни одна живая душа – даже сами жрецы.

– Так пожелал мой предок, – мягко сказала Тиаре.

– Уильям Эбберли, – подсказала Клер. Типу и Тиаре кивнули.

– Только если Гамильтон и Уотерстоун соединят усилия, им удастся открыть вход в сокровищницу, – прерывающимся от волнения голосом сказал Типу. – В тебе должна быть кровь Уотерстоунов, Клер.

– Это заклятие мне дала моя мать, – откликнулась Клер. Что толку объяснять, что в ее венах нет ни капли крови Уотерстоунов? К тому же неизвестно, как отреагирует Тиаре, когда узнает об этом, – тут могла крыться опасность.

– Однако ты никогда не пыталась помочь отцу отыскать сокровище, – вмешалась Тиаре.

– А я и не знала, что он ищет именно его, – возразила Клер, – и не догадывалась, что все это время заклятие было у меня в голове. Впрочем, это ничего бы не изменило. Все так, как сказал Типу: чтобы отыскать дорогу к сокровищу, Уотерстоуны должны объединиться с Гамильтонами. Таково было желание Уильяма Эбберли. Саркастический хохот Стюарта прервал Клер.

– Вот, значит, как вы думаете? Нет, дорогая! Он хотел собрать потомков этих двух семей, чтобы похоронить их вместе с сокровищами! То есть вас обоих, – он кивком указал в сторону Рэнда и Клер. – Объясни им, Тиаре. В конце концов, ведь именно для этого ты и приплыла к ним на корабль! Расскажи им, что решили ваши жрецы.

Типу повернул голову и бросил вопросительный взгляд на мать. Но та смущенно отвела глаза, и факел опять задрожал в его руке.

– Ей бы не хотелось говорить об этом в присутствии матьчика, – объяснил Стюарт. – Что ж, придется мне взять это на себя. Итак, жрецы решили отвести вас сюда. В том случае, если бы вам удалось, отодвинув скалу, подтвердить, что вы те, за кого себя выдаете, вы остались бы здесь – навсегда. Следовательно, убраться отсюда вместе с кораблем вам удалось бы только в случае, если бы вы не проникли в сокровищницу. Тиаре, узнав об этом, по собственному почину явилась, чтобы предупредить вас об опасности. Она решила убедить вас оставить все как есть, даже если вам известен секрет, как отодвинуть скалу и пробраться в пещеру. – Стюарт пожал плечами. – Теперь вам известно, что она опоздала. – Взгляд его на мгновение остановился на заступе и лопате, и он усмехнулся. – Не думаю, что вам удастся даже с их помощью выбраться отсюда.

Едва договорив, Маколей вытолкнул Типу вперед и прижал дуло пистолета к затылку мальчика.

– Эй, ты! – рявкнул он. – А ну держи факел как следует! Малыш попытался обернуться, чтобы посмотреть на мать, и не смог. По инерции сделав несколько шагов вперед, он едва не натолкнулся на Клер. Свет факела упал на сокровища, разбросанные у ее ног, и они разом вспыхнули разноцветным огнем. Глаза Типу расширились.

– А где семь сестер? – шепотом спросил он. Доктор кивнул.

– То же самое хотел бы узнать и я. – Дулом пистолета он указал на тонкий золотой ободок, который по-прежнему сжимал в руках Рэнд. – Это и есть та самая корона? – полюбопытствовал он.

Рэнд с готовностью протянул ее доктору.

– Хотите взглянуть?

Однако Маколей без труда раскусил его хитрость. Вместо того чтобы схватить корону, он отпрыгнул назад и подозрительно уставился на Рэнда.

– Но в ней нет камней! – взвизгнул он. – А мне рассказывали о настоящей радуге самоцветов.

– Мы как раз искали их, когда вы вошли. Хотите, закончим сейчас? Я могу вставить их в корону при вас. – Не дожидаясь, что скажет Маколей, Рэнд снова извлек шкатулку, где, как он полагал, должен был находиться рубин, и осторожно откинул крышку. Сияние драгоценного камня, усиленное двумя факелами, оказалось настолько нестерпимым, что он невольно прищурился. Полюбовавшись им, Рэнд вынул камень и благоговейно вставил его на предназначенное ему место. – Кровь потечет рекой, – проговорил он и потянулся за другой шкатулкой. На этот раз в ней оказался оранжевый сапфир изумительного оттенка. Он легко встал на свое место в короне. – Языки пламени взовьются вверх, – продолжал Рэнд и протянул руку за следующей шкатулкой, в которой, как он теперь уже не сомневался, должен был быть камень желтого цвета. Им оказался еще один сапфир квадратной формы и более светлого оттенка. Взяв его в руку, Рэнд вставил и его в предназначенное ему место.

– Палящее солнце, жара и зной, – пробормотал он вполголоса.

Брови Маколея иронически вздернулись вверх.

– Ваше собственное проклятие, Клер! Какое трогательное совпадение!

Не обращая на него ни малейшего внимания, Клер с помощью Рэнда отыскала следующую шкатулку.

– Это, наверное, изумруд. Выжгут травы под корень, как острый серп.

На ладони у нее лежал грушевидный изумруд не меньше восемнадцати карат весом. Чистота и прозрачность его ошеломили всех, кроме Клер. Одним легким движением она вставила его на место.

– Реки бурные выйдут из русел своих. – На ладони Рэнда засверкал аквамарин. «Куда менее ценный, чем остальные камни, – подумал Рэнд, – и, однако, без него не было бы и радуги – ни один из самоцветов, за исключением аквамарина, не обладает таким потрясающим оттенком голубого».

Следующим появился на свет сапфир глубокого темно-синего цвета, ограненный в форме кохинора. Это было явным свидетельством его происхождения из гор Персии. «Гора света» – так называли их древние. Полюбовавшись игрой камня, Рэнд вставил его в корону. – Дожди беспрерывные будут лить.

– И последний, – нетерпеливо проговорил Маколей. – Откройте последнюю шкатулку!

Вытащив из сундучка последнюю коробочку, Рэнд одним движением открыл крышку. Внутри лежал аметист. Чистый, без малейшего изъяна огромный камень цветом напоминал мокрые от дождя лесные фиалки.

– Затянется небо, – прошептал он. Маколей кивнул:

– Я тоже читал заклятие и знаю его наизусть. – Правда, он предпочел умолчать о том, что не понял там ни единого слова. Все время, что было в его распоряжении, он провел, переписывая рукопись, зашифрованную в зеркальном отражении. – «Семь сестер, проклятье на все и всех. Семь сестер, кубок зла, болезни и стон. В ожидании дня, когда будет успех, только вместе все семеро сядут на трон», – процитировал он в подтверждение своих слов. – Итак, они воссоединились, – продолжал он, протягивая руку. – Вот теперь давайте мне корону, – капитан.

– Конечно. – И с этими словами Рэнд метнул потяжелевший ободок в голову Маколею. Тот угодил прямехонько доктору в бровь. Драгоценные камни, ничем не закрепленные в своих гнездах, снопом ярких искр брызнули в разные стороны. Рэнд упал на колени, Стюарт опоздал лишь на мгновение – он вскинул пистолет и тут же тяжело осел на землю. Рэнд навалился на него сверху, придавив доктора всей своей тяжестью. Отлетевший в сторону пистолет оглушительно выстрелил. Тиаре, испуганно взвизгнув, метнулась к сыну. Подскочившая к нему с другой стороны Клер осторожно забрала у мальчика горящий факел.

– Рэнд?

Ответом ей послужило хриплое ругательство – воспользовавшись моментом, Стюарт ударил Рэнда локтем под ребра.

Клер вдруг вспомнилась схватка между ними в «Хенли», но тогда по крайней мере Бриа говорила ей, что происходит. Она повернулась к Тиаре, но та оставалась странно молчаливой. Клер слышала, как Типу что-то шепчет матери на ухо. Конечно, она не могла разобрать слов, но по интонации поняла, что тот успокаивает мать. И это испугало ее больше, чем все, что случилось до сих пор. Может быть, Тиаре ранена? Или сам Типу?

Сейчас она слышала только шум схватки. Судя по всему, ни одному из мужчин не удавалось подняться на ноги. Пыхтя, они перекатывались по каменному полу, и Клер поняла, что силы противников примерно равны. Вдруг ей пришло в голову, что Рэнд не обязательно должен оказаться победителем, и она похолодела от ужаса.

Вскинув голову, она напряженно вслушивалась. Удары следовали один за другим. Вдруг кто-то толкнул ее, и Клер с размаху упала на сундучок. Шкатулки рассыпались вокруг нее, донесся скрежет металла о камень, и она догадалась, что рука одного из мужчин наткнулась на пистолет. И тут же торжествующий вопль Маколея подсказал ей, кому из них удалось завладеть оружием. Клер в отчаянии закрыла глаза.

Решение пришло к ней мгновенно. Сунув оба факела в сундучок, Клер решительно захлопнула тяжелую крышку. Изнутри до нее донеслось шипение и треск. Крышка мгновенно нагрелась, но вскоре все стихло – видимо, огонь быстро погас. В пещере воцарилась тишина. Слышалось только тяжелое дыхание, но никто не осмеливался двинуться с места – в темноте все сразу стали абсолютно беспомощны.

Но только не Клер. Стараясь не сделать ни одного лишнего движения, она бесшумно подобрала с земли заступ. И прежде чем Маколей Стюарт успел сообразить, что происходит, она нанесла удар.

Присев на корточки, она торопливо нащупала вылетевший у него из рук пистолет и отбросила его в сторону.

– Рэнд? Вот он, возьми. – По неясному шуму она сообразила, что он отодвинул от себя Стюарта и сел. Наверное, сейчас он ощупывает голову, гадая, как ему удалось уцелеть.

– Чем ты его так – заступом? – поинтересовался Рэнд, с трудом вставая на ноги. Царившая вокруг темнота сбивала его с толку. Он принялся шарить в воздухе руками, стараясь обнаружить Клер. – Или киркой?

– Заступом. – Она стукнула им о каменный пол, чтобы дать понять Рэнду, где находится. – Я здесь. – Руки их встретились, и она вложила в ладонь мужа пистолет. – Держи. Думаю, он тебе пригодится.

Рэнд сунул пистолет в задний карман. – Тиаре не ранена?

– Не знаю. – Клер двинулась в том направлении, где была Тиаре, и наступила ногой на рассыпавшиеся по полу шкатулочки с драгоценностями. – Осторожно, Рэнд, сокровища рассыпаны по полу. – Сбросив с плеч моток с веревкой, она перебросила его Рэнду. – Свяжи-ка лучше Маколея.

Опустившись на корточки, Рэнд пополз вперед, пока не наткнулся на тело доктора. Ему вдруг вспомнилось, как его матросы на борту «Цербера» учили Клер вязать морские узлы.

Только теперь, пытаясь связать Маколея в полной темноте, он смог представить себе, какой это адский труд.

– Как там Тиаре? – пропыхтел он.

– Все в порядке – она не ранена. И Типу тоже. – Ощупав брата, Клер не удержалась и крепко расцеловала его в обе щеки. – Просто перепугались до смерти – ведь для них это место проклято. Лучше бы вывести их отсюда, да поскорее, пока у них от страха вообще не отнялись ноги.

Рэнд присел на корточки – и тут же почувствовал под ногой какой-то твердый предмет. Оказалось, это драгоценный камень. Рэнд положил его в карман и иронически усмехнулся.

– Вывести? Но как? Спичек у меня нет, зажечь факел нам вряд ли удастся, а кроме того коридора, через который мы сами прошли сюда, я заметил еще три, и куда они ведут – одному Богу известно. На Катча рассчитывать тоже нельзя – еще неизвестно… – И Рэнд осекся. В голову ему пришла новая мысль. – Похоже, даже ночью не бывает так темно, как здесь. Лично я не имею ни малейшего представления, в какую сторону идти.

Клер лукаво улыбнулась.

– Зато я имею. – Приблизившись на несколько шагов, она кинула ему еще одну веревку. – Обвяжись ею вокруг талии и сделай то же самое с Тиаре и Типу. Только оставь между вами достаточное расстояние, чтобы не наступать друг другу на пятки. Маколей связан?

– Как рождественский гусь.

– Придется тебе его тащить. Рэнд тяжело вздохнул.

– Именно этого я и боялся. Послушай, Клер, ведь будь мы на его месте, этот негодяй наверняка бы бросил нас тут.

– Знаю.

– А мы, получается, потащим его с собой?

– Получается так, – пожала плечами Клер. – Мы ведь не имеем права поступать как он, так, Рэнд? И мы не станем убивать ради сокровища – оно того не стоит.

Рэнд крепко прижал жену к груди.

– Знаешь, благодаря тебе я становлюсь лучше, – прошептал он ей на ухо.

Он прижался к ее губам, и в то же мгновение Маколей, очнувшись, заворочался у него под ногами.

– Дай-ка мне снова заступ, – попросил Рэнд жену и слегка отодвинул ее в сторону.

– Только не очень сильно, – прошептала она.

Встав поудобнее, Рэнд с размаху опустил заступ на плечи Маколея и удовлетворенно улыбнулся, услышав глухой удар и вслед за ним сдавленный стон. Наступила тишина. Отбросив в сторону заступ, Рэнд принялся распутывать моток веревки, который дала ему Клер.

– Это недолго, – бросил он через плечо.

К тому времени как он закончил, Клер уже ждала его у выхода.

– Обвяжи конец вокруг моей талии, – попросила она.

– Готово. – С этими словами Рэнд обернулся и тоскливо посмотрел назад – туда, где осталось сокровище, о котором он мечтал столько лет. Он вдруг вспомнил о том драгоценном камне, который успел положить в карман, – наверняка один он стоит целое состояние. В конце концов, он готов удовлетвориться хотя бы одной из «Семи сестер», пусть это даже будет аквамарин. Что-то подсказывало ему, что Клер вряд ли позволит ему вернуться назад – даже ради всех сокровищ Нового Света.

– Теперь вперед, – скомандовал он, подавив вздох. Типу и Тиаре встали позади Клер. Она услышала шум и сообразила, что это Рэнд взвалил тело доктора на плечо. Только после этого она двинулась к выходу. И тут же веревка дернулась назад – Типу оступился в темноте. Руки Тиаре слегка сжали плечи сына.

– Все в порядке, – подбодрила она его, – в такой темноте Клер видит лучше нас. И на ней нет никакого тапу.

– Нет и никогда не было, – подтвердила Клер.

Не колеблясь ни минуты, она углубилась в один из темных коридоров. Только уже миновав его и оказавшись на пороге второй пещеры, она неуверенно замялась. В ее ушах грохотал водопад, однако позади нее тоже слышался какой-то неясный рокот, и это сбивало ее с толку. Вдруг земля под ногами у них заколебалась, и дрожь пробежала по телу Клер.

– Сейчас все обрушится! – завопил Рэнд. На никто его уже не слышал. Впереди виднелось светлое пятно. Скала у входа была все еще сдвинута в сторону, и в образовавшееся отверстие струился слабый свет.

Подтолкнув Тиаре и Типу к выходу, Рэнд вдруг заметил, как Клер упала, и резко остановился, иначе он просто поволок бы ее за собой. Тело Клер тянуло их всех назад. Развязав конец, обмотанный вокруг пояса, он отшвырнул в сторону Маколея и, крикнув Тиаре с Типу, чтобы те бежали вперед, склонился над неподвижным телом жены.

– Клер! – Рэнд потряс ее за плечо, но она не отзывалась. Ее руки были бессильно вытянуты вперед, тело обмякло. Похоже, она его не слышала. Подхватив жену на руки, Рэнд чуть не бегом ринулся к выходу их пещеры. Тиаре и Типу к тому времени уже помогли Катчу подняться на ноги и увлекли его в проход позади водопада. Плечо и висок у него были в крови. Покачиваясь, он тяжело опирался на плечо Тиаре.

За их спиной из отверстия в скале вырвалось густое облако черной пыли, похожее на столб дыма из окна горящего здания. Рэнд бросился вдогонку за Типу. Первым делом нужно отнести Клер на безопасное расстояние. Положив жену на землю, он бегом бросился назад за Маколеем Стюартом.

Стоявшая в пещере густая завеса пыли ослепила Рэнда. Опустившись на корточки, он, чертыхаясь, шарил по полу в поисках доктора. Отыскав его наконец, он схватил Стюарта за руку и волоком потащил к выходу. Вдруг его рывком поставили на ноги. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы посмотреть, кто это. Единственным человеком, способным на такое, был Катч. Значит, несмотря на рану, он вернулся за ним.

Подхватив Маколея с двух сторон, они ощупью пробирались к выходу. Прогремевший у них за спиной взрыв едва не бросил их всех на землю. Рэнд обернулся, не сомневаясь, что это извержение вулкана и что склона холма, по которому они взобрались сюда, уже не существует. Оказалось, он ошибся. Снаружи, казалось, вообще не произошло никаких изменений. Только сорвавшийся откуда-то сверху обломок скалы закрыл вход в пещеру. Разлетавшиеся веером брызги воды прибили к земле черную пыль, и теперь никто бы не смог догадаться, где был вход в сокровищницу – он просто перестал существовать.

Покачав головой, Катч бесцеремонно свалил тело доктора на песок и вместе с Рэндом зашагал туда, где находились остальные.

– И зачем я только согласился отпустить вас туда одних? – сокрушался он. – А все она! Это она мне не позволила!

– Кто, Клер?

– Нет, Тиаре.

Рэнд отвернулся, пряча улыбку. Бегло осмотрев Тиаре и Типу, он передал их не попечение Катча. Впрочем, не исключено, что это они станут ухаживать за ним. «Ладно, не важно, – решил Рэнд, – сами разберутся».

Он решил заняться женой. Опустившись возле Клер на колени, он заглянул ей в лицо.

– С тобой все в порядке? – встревоженно спросил Рэнд. Однако он и сам уже заметил, что овладевшее ею странное оцепенение прошло. Тело ее больше не казалось таким расслабленным, руки были спокойно вытянуты вдоль тела. Вокруг Клер по песку были рассыпаны драгоценности. Похоже, все, что не было надето на ней, она постаралась прихватить с собой, весело подумал Рэнд.

Не веря собственным глазам он молча покачал головой. Целая буря чувств бушевала в его душе. Рэнд никогда бы не смог найти подходящие слова, чтобы описать то, что он испытывал в этот миг. Он просто смотрел на нее, отчаянно надеясь, что она поймет все без слов.

Вытащив из уха одну из бриллиантовых серег, Клер положила ее на песок.

– Решила, что, в конце концов, они будут смотреться с чем угодно, даже с этим тряпьем, – пробормотала она, и вторая сережка засверкала на песке рядом с первой. После этого Клер тряхнула головой, и на землю посыпались гребни из слоновой кости. Зеленым дождем пролились на песок изумруды. Откуда-то из-за пояса она извлекла массивное, инкрустированное драгоценными камнями распятие. Отложив его в сторону, Клер сняла жемчужное ожерелье. За ним последовали бесчисленные кольца. Два самых огромных были надеты на большие пальцы. Без малейшего колебания Клер сняла их и сверкающей кучкой положила на песок.

Потом, подняв вверх левую ногу, стянула массивный золотой ободок, обхвативший ее бедро наподобие браслета. Онемевший Рэнд, не веря собственным глазам, протянул руку, и Клер положила корону ему на ладонь. Потом опустила руку в карман и извлекла пригоршню драгоценных камней.

– По-моему, они все здесь, – вздохнула Клер, – кроме одного. Как ни шарила по полу, так и не смогла его отыскать.

В первый момент ошеломленный Рэнд даже не понял, что она имеет в виду. Он только растерянно хлопал глазами, глядя на ее раскрытую ладонь. Красный. Оранжевый. Зеленый. Голубой. Синий. Фиолетовый. Не хватало только желтого сапфира.

– Палящее солнце, жара и зной… – С горькой улыбкой Рэнд опустил руку в карман и вытащил тот единственный камень, который ему удалось отыскать. – Я вижу.

В первый раз Клер посмотрела ему прямо в глаза.

– Я тоже.

Его лицо явилось ей как знамение свыше. Клер видела, как отчаяние и надежда боролись в нем, как губы его вдруг дрогнули и приоткрылись, хотя ни единого звука так и не слетело с них – похоже, у Рэнда просто не нашлось слов, чтобы выразить, что он чувствует в эту минуту. Он просто прижал ее к груди так крепко, что она едва могла дышать. Единственное, что Клер смогла сделать в эту минуту, – это смотреть на него.

Солнечные лучи играли в его медно-красной шевелюре. Лицо, словно вырубленное в камне резцом древнего скульптора, было припорошено пылью. Лишь тонкая полоска шрама, поднимавшаяся к виску, по-прежнему четко выделялась на нем. Клер вдруг вспомнила, как миссис Уэбстер сказала, что Рэнда можно было бы назвать даже красивым, если бы не этот шрам. Теперь же она ясно видела, как та ошибалась. Скорее всего она просто никогда не пыталась заглянуть ему в глаза, не видела, как прекрасна его душа, сиявшая в этих глазах цвета лесного ореха – в особенности сейчас, когда в них блестели слезы. Вот они хлынули по щекам смывая пыль и оставляя за собой светлые дорожки, но Рэнд даже не поднял руку, чтобы смахнуть их с лица.

Клер наконец поняла, что зрение вернулось к ней, и на мгновение ею овладел панический страх. Все произошло слишком неожиданно. Яркие краски после привычного мрака, столько долгих дней окружавшего ее, казались слишком ослепительными. Ярко-голубое небо, синева океана, изумрудные листья пальм над головой, сверкавший в лучах песок под ногами – все это заставило ее растерянно заморгать. Она повела глазами и тут же прищурилась – кроваво-красные цветы гибискуса на фоне черных базальтовых скал казались каплями крови, проступившими сквозь землю. Резкий крик чайки заставил Клер поднять голову, и она испуганно шарахнулась в сторону, когда в воздухе мелькнули два ослепительно белых крыла и багряный хвост, похожий на развевающийся флаг.

Клер заморгала. Изображения предметов немного расплылись, но краски оставались по-прежнему яркими. Ее взгляд пробежался по берегу, жадно вбирая в себя все, что она могла увидеть. Вот Тиаре, упавшая на колени перед Катчем: одна фигура цвета меда, другая – кофейно-темная. Пронизывавшая эту сцену аура нежности заставила глаза Клер слегка увлажниться. Типу со всем нетерпением юности приплясывал возле них, изо всех сил пытаясь быть полезным или хотя бы не мешать. Вот он, повернувшись к Клер и Рэнду, улыбнулся, и она увидела, как ослепительно сверкнули на солнце его зубы.