Кибер-лихорадка

Глава 1

Инструктор Академии Коалиции Кира Даль, Колония, База 3, Бойцовая Яма

– Я вижу, как ты страстно его желаешь. Я тебя не виню; этот Атлан такой чертовски сексуальный.

Слыша как моя подруга произносит эти слова своим милым немецким акцентом, практически заставило меня разразиться смехом. Годы дисциплины спасли меня.

Я повернулась и посмотрела на Мелоди, одарив её своим знаменитым прищуренным взглядом инструктора. Честно говоря, это было моё Не-Шути-Со-Мной суровое лицо копа, но она этого не знала. Это очень хорошо работало на улицах Торонто, но Мелоди была подругой, и, по-видимому, на ней никак не сказался мой тяжёлый взгляд.

Она отвела глаза от Атланского военачальника, который собирался драться в яме, на меня, одаривая меня этим слишком знакомым милым и невинным взглядом.

– Что? Не говори мне, что я не права. Ты пялишься на него как на шведский стол с десертами.

Я отвернулась обратно к сцене перед нами, поджимая губы и надеясь, что мои щёки не стали ярко красными. Хотя я оказывалась это признавать, моя подруга с Земли – и старший кадет – была права. Атлан был прекрасным самцом данного вида. Высокого, темноволосого и красивого было недостаточно, чтобы воздать ему должное. Он должно быть был ростом около семи футов с фигурой, которая наводила меня на мысль, что он мог есть кроссфиттеров на завтрак. Но поскольку он стоял без рубашки, я должна добавить, в бойцовой яме, у него были сильные конечности, секущиеся мышцы мужчины, который выжил в беспощадном бою. Битве. Уничтожении. На нём остались шрамы, и эти шрамы меня возбуждали. Так сильно. Я хотела провести по каждому из них языком.

У него были части киборга, как и у всех остальных на Колонии, обе его руки были покрыты блестящим серебром схем и мышечными имплантатами. У него был толстый шрам на шее сзади, но я понятия не имела, случилось ли это из-за Улья или что-то произошло в битве. После почти года привлечения новобранцев на Колонию для обучения, я привыкла видеть серебряные части у воинов, которые жили здесь. Меня больше не удивляло, когда у бойца имелся сверкающий в его плоти метал. Имплантаты для меня больше ничего не означали, кроме почётных знаков. Он сражался с Ульем, воевал изо всех сил, выжил. Как и каждый на этой планете, и я уважала здесь каждого воина.

Но этот Атлан заставлял находиться моё тело в полной боевой готовности. Я не могла видеть его ног, так как на них были штаны, но его спина и грудь были обнажены. Горячий мускулистый идеал, к которому мне хотелось прикоснуться. И облизать. И погладить. И поцеловать.

Моё тело загудело с удивительной потребностью. Моё либидо впало в спячку в последнее время; как у инструктора, у меня не было никаких дружеских отношений с кадетами в Академии Коалиции, хотя я была всего на несколько лет старше, чем большинство новобранцев. Воздержание не было проблемой. И так как другие инструкторы и администраторы меня не возбуждали, мне было довольно легко следовать своему правилу – никаких мужиков, никакой путаницы. Но глядя на этого Атлана, я облизывала губы. Правило – ни правило, я хотела его.

– Если это он в обычном состоянии, я бы хотела знать, как он выглядит в режиме зверя, – добавила она, наклоняясь и шепча мне на ухо.

Она указала на то, как Атлан ходил взад и вперёд, глядя на своего врага с края боевой площадки, сжимая и разжимая кулаки. Что связывало и напрягало его мышцы и сухожилия в предплечьях. Твою мать. Он, в режиме зверя? Больше, мощнее, более властный. Огромный. Безжалостный.

Моя киска орала меня, да, пожалуйста! А бой ещё даже не начался. Он был непреодолимым…тот интерес, который я к нему испытывала. Примитивным. Я не знала его имени, его жизненной истории. Он даже не приглашал меня на ужин и в кино, и всё равно я его хотела. Мгновенное влечение. Это было не то, что мне рассказывали об Эверийцах и их Помеченных парах. Ничего настолько сильного, что я не могла бы уйти и была бы не способна работать. Но один из Эверийских кадетов ушёл в середине обучения, потому что его отметина пробудилась, и он потерял концентрацию или интерес к чему-либо, кроме выслеживания своей пары и заявления на неё своих прав.

Всё, чего я хотела от этого огромного, шикарного мужчины это…секса на одну ночь. Горячего и грубого. Быстрого и первобытного. Я была такой плохой, но всё во мне кричало раздеться и запрыгнуть на него. Имя. Без имени? Мою киску это не заботило. Я хотела оргазма от мужчины и моё тело решило, что этот Атланский военачальник единственный, кто может мне его подарить.

Его соперник, по карамельному цвету кожи и более резким чертам лица, был Приллонцем. Он расхаживал на дальней стороне ямы, разговаривая с несколькими другими, вполне вероятно обсуждая стратегию. Он был меньше, но это лишь означало, что он был выше шести футов. Два огромных пришельца готовились помериться силами в хорошо известной яме. Судя по количеству народа, наблюдавшего с мест, которые формировали полукруг вокруг бойцовской арены, это было времяпрепровождение в неслужебное время. Гул, шум, который исходил ото всех, дурманил. Все, кого мы встречали на этой планете, были напряжёнными, их груз прошлого, связанный с Ульем, определённо задавал тон. Бойцам нужно было высвобождать ярость и боль, а бойцовые ямы – даже если они просто были зрителями – являлись для этого выходом.

– Ты знаешь, что говорят, – начала Мелоди. – Что размер его ладоней указывает на размер его…

Я рассмеялась, положив руку ей на рот, сдерживая окончание этого предложения. Она пошевелила бровями. Вот тебе и моё хорошо-практикуемое запугивающее лицо.

– Ладно, хватит!

Она и моя киска говорили мне одно – прыгни на гиганта – мой мозг, другое.

Она поджала губы, но я могла сказать, что она страсть как хотела выпалить больше. Наша дружба зашла намного дальше, чем инструктор/кадет. Мы обе были с Земли, единственные две в Академии в этом году. И хотя она была из Германии, а я из Канады, у нас было очень много общего. Особенно нахождение на галактике вдали от дома. Она почти заканчивала свою подготовку в Академии Коалиции и должна была перейти к официальному боевому заданию после окончания учёбы. Я была там инструктором; самая молодая из всех, что работали в Академии. Из-за возраста у меня было больше общего с кадетами, чем с остальными преподавателями.

А Мелоди? Она была бунтаркой и я её обожала. За исключением данного момента. Она не часто могла подшутить надо мной – у нас не было тонны свободного времени, пока я не была её инструктором и, потом, были ещё протоколы по званию, которым мы должны были следовать – и сейчас она наслаждалась. Безмерно.

И было также редко, что нас не было на Зиории. Учебные миссии за пределами планеты проводились в последние несколько недель семестра, и только с теми, кто собирался выпускаться. Это являлось нашим последним шансом, чтобы провести полномасштабные боевые симуляции и постараться подготовить их к тому, что их ждёт. Было ещё несколько инструкторов с Земли, большинство бывшие военные или ЦРУшники. Стратегия. Оружие. Мы называли молодых, агрессивных, наивных новобранцев зиготами. Дети. Все они. С каждой планеты. Они понятия не имели, во что они ввязывались.

А мы, да. Мы знали, что там, снаружи. На данный момент я уже работала с Основной Разведкой более трёх лет, и должность преподавателя в Академии Коалиции являлась моим прикрытием для особо важных операций. Но у мне было и чем заняться с этими новобранцами, и я относилась к этому серьезно. Чем лучше мы делали нашу работу, обучая их, тем меньше из них должно было умереть.

Вот почему мы все находились на Колонии, имитируя миссии с выпускниками этого семестра. Но те завершились, и сейчас у нас была ночь для того, чтобы группа могла расслабиться. Для того, чтобы я могла расслабиться.

Или трахнуть Атлана.

– Он горяч, – протянула я, затем прикусила губу. Когда она закатила глаза, я добавила, – Ладно. Он совершенно великолепен, если тебе нравится такого рода мрачные, задумчивые гиганты. – Я вздохнула. – Которые нравятся мне.

Ох, так сильно нравятся.

– Нет никаких правил, запрещающих заниматься этим с сексуальным Атланским зверем, – ответила она.

– Мы здесь на Колонии для тренировок в подземелье, – напомнила я ей.

Моя специальность заключалась в тренировке незаметности. Входить, выходить, не попадаться. Поскольку, воины знали, как только они попадутся в лапы Улья, для них всё кончено. Никто за ними не придёт. И в девяносто девяти процентах случаев это было так. Что до оставшегося процента, для них существовала О.Р. – основная разведка. В командах по двое или трое, мы атаковывали и отвоёвывали фигурантов высокого ранга.

Это была опасная, но важная работа. Нельзя было позволять Улью взломать мозг члена команды О.Р. Мы знали слишком много. Обо всём.

Два бойца прошли по нашему ряду и мы встали, чтобы их пропустить, оба огромные Приллонские воины. Они посмотрели на нас, как будто мы были конфетами, и сели недалеко, по левую сторону от меня.

Тестостерон зашкаливал. Слишком много горячих воинов. Мы были буквально окружены.

Приллонский дуэт пялился, следя за тем, чтобы я знала, что они заинтересованы. Но я не сводила глаз в данный момент только с одного единственного воина. И он был великолепен. Всё моё тело горело при виде его. Боже, этот Атлан был чертовски горяч. Я сталкивалась с Атланами всего пару раз. В Академии они держались особняком, их инструкторы тоже были огромными Атланскими воинами на тот случай, если один из них потеряет контроль над своим зверем во время тренировки.

Их женщины не превращались в зверей и не сражались в Коалиции, по поводу чего я отказывалась высказывать мнение. Я знала, что их мужчины были большими, протективными, властными.

Дрожь, прошедшая по моему телу, не имела никакого отношения к Приллонким воинам, пересаживающимся ближе, а напрямую была связана с игрой теней на кубиках пресса Атланского бойца. Я хотела облизать их, спуститься вниз…

– Тренировка закончилась два часа назад, – продолжала Мелоди. Почему она всё ещё говорила?

Она снова сидела и разглагольствовала, не обращая внимания на Приллонских воинов и на их очевидный интерес.

– Ты единственная, кто всех нас отпустил и сказал повеселиться в нашу последнюю ночь на планете. Наша транспортировка в Академию планируется только на завтра. У тебя вся ночь.

Она наклонилась ко мне, толкнув меня в плечо своим.

Больше зрителей занимали трибуны, пока всё практически не переполнилось. Они все носили униформу по своему положению и званию по прибытию на Колонию. На каждом воине была лёгкая боевая броня, в основном чёрно-серый камуфляж для сражений в глубоком космосе. Мелоди и я были единственными в униформах Академии, её серая, а моя чёрная, указывающая на мою должность инструктора.

– Я не ищу пару.

Совершенно точно нет. Мужчины всё усложняли. Они были эгоистичными. Всё контролирующими. Трудными. Придурками. По крайней мере те, с которыми я имела дело на Земле. И поэтому, я избегала тех, что в космосе, даже инопланетных красавчиков, с которыми я пересекалась, работая в Академии и занимая должность в О.Р. Воины в О.Р. не были самовлюблёнными, но им абсолютно точно надо было всё контролировать, доминировать и было бы трудно столкнуться с этим в интимном плане.

Мне не нужен был мужчина, который говорил бы мне, что я могу делать, а что нет. Я не готова была остепениться и быть машиной по рождению детей для пришельца, когда были люди, которые нуждались во мне, люди, которых я могла спасти.

Как не смогла спасти своих родителей.

– Кто что-то сказал о паре? Я думала мы тут говорим о горячем сексе, сестрёнка. А он практически кричит о сексуальности.

– Если бы я хотела пару, я бы присоединилась к Межзвёздной Программе Невест, – добавила я, явно проясняя свою позицию.

– Ладно, но у тебя были романы в прошлом? На Земле? Хоть один?

Я пожала плечами в ответ на это. Я оставила Землю. То, что я там делала, не имело отношения к моей жизни сейчас. Хотя, я могла сказать, что никогда не видела такого прекрасного представителя с набором XY-хромосом, как этот сражающийся Атлан.

Внезапно толпа зааплодировала, многие повставали, некоторые приложили ладони ко рту и закричали. Двое бойцов в яме стали расхаживать взад-вперёд. Я не знала как здесь работает это всё, какие правила. Не было никакого ринга, канатов, ни стульев в углах. Ни кап или шлемов. Ни рефери.

– Ну? – спросила Мелоди, и я вспомнила её изначальный вопрос.

– Да, у меня была парочка свиданий на одну ночь, – ответила я, как если бы я была странной, что у меня их не было. – Ничего такого дикого.

Она рассмеялась и указала на Атлана, который двигался к центру ямы.

– Это потому что на Земле нет ничего такого дикого, подобного ему.

Её рука поднялась и она обмахнула себя.

Да, не было.

Два бойца удерживали дистанцию, около пяти футов между собой, пока кружили. Я видела игру мышц по всей спине Атлана, то, как его плечи собирались и расслаблялись, когда его руки двигались перед ним. Несмотря на их размеры и массу, они тихо ступали по земле. Это были не те новички, что в Академии, неопытные и стремящиеся доказать насколько они якобы гениальные и беспощадные. Нет, эти двое встречались с Ульем лично, видели слишком много и были скорее всего пресыщены, мрачны и безжалостны.

Приллонский воин был симпатичным, по-своему. Большой. Мускулистый. Сосредоточенный. Но я едва замечала его. Я не могла оторвать глаз от Атлана.

На основе моей профессиональной подготовки в Коалиции, я знала, что они оценивали друг друга, узнавая доминирующие позиции и остальные индивидуальные привычки. Они говорили друг с другом, их низкие, мужественные баритоны заставляли мою киску с жаром сжиматься. Его голос. Боже. Я наклонилась вперёд, стараясь расслышать их слова. Угрозы. Вызов.

Обычно, насилие не вызывало у меня восторга, но мне пришлось ударить себя кулаками по ляжкам, чтобы не встать и не заорать Атлану прикончить его. Я знала, мой Атлан будет впечатляющим. Его размер. Его сила. Напряжение в его глазах. Я хотела, чтобы он был мощным. Мне нужно было, чтобы он был великолепен. Такая потребность шокировала, но вибрировала в моей крови как слабый электрический ток. Как пульс. И я не могла отвести взгляд.

Я задержала дыхание и ждала первого удара. Это должна быть настоящая схватка.

Атлан изменил направление, поэтому он снова теперь был к нам лицом. Он смотрел на своего противника, предельно сосредоточившись. Его левая нога выставлена вперёд, левая рука поднята, открыта, правая ниже и прикрывает его центр.

– Да! Вперёд, давай, давай! Сделай это!

Слова вырвались из меня с такой жестокостью, которая шокировала. Я хотела услышать удар его кулака о Приллонскую плоть. Я подозревала, что немножко теряю рассудок, возможно слишком остро реагирую, из-за стресса, который испытывала последние несколько месяцев, но я чувствовала себя дикой. Совершенно неуправляемой. Мне необходимо было удовлетворение от наблюдения того, как мой Атлан сотрёт своего соперника в порошок.

Моя киска тоже этого хотела, такая горячая и мокрая, я пульсировала от желания, как будто это была прелюдия, а не бой в яме на том, что было инопланетной тюремной колонией.

По какой-то причине, он перевёл взгляд на трибуны. Улыбнулся, сказал что-то другому бойцу. Мне не нужно было слышать слов, чтобы понять, что это издёвка, и я желала услышать то, что он сказал. Правильно это или нет, но я знала, что это меня заведёт.

Снова, он посмотрел на публику, и на этот раз, его глаза встретились с моими.

Задержались.

Моё сердце ёкнуло. Это было такое странное чувство, как ехать в машине и съехать с возвышенности, ощущение резкого падения, которое делает твою кожу горячей, а на холодном лбу прошибает пот.

– Твою мать, – пробормотала Мелоди.

Я почувствовала, как она схватила мой локоть, вонзилась в него пальцами, но я не повернула голову. Я не могла.

Те тёмные глаза смотрели на меня. Видели меня. Держали меня прикованной к моему месту. Дыхание спёрло в моих лёгких. Мои груди стали тяжёлыми и горячими, и я не могла пошевелиться.

– Эм, Даль. Он смотрит на тебя.

Да неужели.

Атлан, по-видимому, вышел из ступора из-за меня, что казалось нелепо, потому что я была далеко не поразительна в своей обычной униформе, с волосами, завязанными в низкий хвост, он снова начал двигаться, опять кружась с соперником, но продолжал наблюдать за мной.

Мной!

– Ему надерут задницу, если он не сосредоточится на поединке, – проворчала я.

Я прикусила губу, внезапно заволновавшись за большого парня. Рассеянность – не то, что ему сейчас было нужно.

Хотя моим яичникам нравилось то, что я являлась причиной его рассеянности. Моя киска сжималась, мои соски стали твёрдыми от того, как он смотрел на меня. Боже, это было мощно. Это то, что чувствовали Эверийцы, когда пробуждались их отметины?

Нет, это было не то. Я не чувствовала всего этого своей душой. Это я чувствовала всеми женскими частями своего тела. Каждой из них. Это была чистая похоть. Я возбудилась из-за него. Серьёзно так завелась. Я хотела его. Не оставлять, а заставить эту боль уйти. И если он был таким большим везде, как об этом пошутила Мелоди, тогда это будет потрясающая поездочка.

У меня в запасе имелось двенадцать часов свободного времени, я была освобождена от своих обязанностей. Никакого преподавания, никаких миссий для О.Р. Ничего, кроме свободного времени, где я могла облегчить эту боль, которая росла с каждой секундой. И я хотела, чтобы этот Атлан для меня об этом позаботился.

Если он, конечно, не окажется сначала в медицинском блоке.

Приллонец издал громкий рёв и атаковал. Я втянула воздух, когда он набросился, с кулаками наготове. Атлан не отводил от меня взгляд, до самой последней секунды, пока не ударил, молниеносно.

Хрустящий звук ломающейся кости был слышен сквозь шум толпы. Кровь хлынула из носа Приллонца, когда тот упал, как секвойя в лесу, на землю. Его руки не поднялись, чтобы предотвратить падение, указывая на то, что он мгновенно потерял сознание от удара кулаком.

Один удар. Всё, что потребовалось. Битва была окончена.

Атлан сделал глубокий вдох, выдохнул, а я наблюдала за лёгким колебанием его восьми кубиков пресса, когда он так делал. Он бросил на Приллонца быстрый взгляд, посмотрел на команду медиков, которые уже бежали к упавшему воину, затем снова взглянул на меня.

Он прошёл через яму к краю трибун, прямо ко мне, как будто мы были связаны тросом.

Толпа расступилась как Красное море перед Моисеем, и все повернулись, чтобы посмотреть, что привлекло внимание Атлана. Позади него Приллонцу оказывали помощь, его кровь окрашивала землю. Его челюсть находилась под странным углом, явно сломанная.

Ай.

– Эм, Даль, он действительно смотрит на тебя.

Я оглядела тех, кто пришёл посмотреть на бои, и они все тоже смотрели на меня.

Когда я нова посмотрела на Атлана, он поднял руку и загнул палец. Подманивая меня.

Я подавилась. Сглотнула. Он правда говорил со мной?

Я осмотрелась. Все смотрели на меня, ждали, что же я сделаю.

Вот, дерьмо. Всё из-за меня. Мне это не мерещится.

Мелоди толкнула меня и я споткнулась.

– Вперёд, женщина!

Я шагнула вниз на ряд, ближе к нему, обернулась на Мелоди. На её лице играла хитрая улыбка.

– Не делай ничего, чего бы я не сделала. Ну, нет, сделай целую кучу вещей, которых я бы не сделала.

Она кивнула головой, давая мне что-то типа уверенности в том, чтобы я последовала за Атланом.

Я облизала губы, снова подняв глаза на него. О да, я хотела его и он явно хотел меня.

Его кожа была скользкой от пота, что только подчёркивало его играющие мышцы. Он перевернул руку, ладонью вверх, без слов говоря, что я должна её взять.

Я сошла вниз по рядам, прошла один за другим, пока не встала прямо перед ним. Он был таким чертовски огромным, больше чем на фут выше меня, скорее на два.

Должно быть феромоны так и лились из него, потому что всё, чего я хотела, это облизать его шею и ощутить на вкус его солёную кожу. Пробежаться пальцами по его торсу и опуститься к пуговице на его штанах. Сжать его член, ласкать его. Управлять им.

Я хотела им обладать. Погладить его. Оседлать его. Я хотела его, всего его, только для себя. Чтобы он заполнил меня. Заставил меня умолять. Заставил кончить на его огромном…

Его пальцы прошлись по моей щеке, и я задержала дыхание. Ощущение нежного прикосновения привело в замешательство и удивило, учитывая его размеры.

– Моя, – сказал он, его голос громкий, как будто он говорил всем, кто мог слышать, что меня сняли с продажи. Я подумала об унылых взглядах, которые возможно украсили лица двух Приллонцев позади меня, и подавила улыбку.

На данный момент, на сегодняшнюю ночь, он был моим.

Поэтому я вложила свою руку в его, готовая провести безумную ночь с Атланом – и, надеюсь, с его зверем.

Глава 2

Военачальник Анжар, Колония

Мой зверь бушевал. Приллонец, стоящий напротив меня в бойцовой яме, не выбрал второго, который мог драться с ним бок о бок. Или бедный ублюдок был идиотом, или этот упрямый Приллонец не прожил на Колонии достаточно, чтобы выбрать кого-то.

Я бы сделал ставку на второго. Я видел потребность в его глазах. Потребность выплеснуть ярость.

Сделать больно.

Он хотел напасть на меня. Подраться. Не сдерживаясь. Я знал это чувство, это отчаяние, скребущую нужду ударить, пнуть. Избить.

Причинить боль. Кровоточить. Почувствовать что-то настоящее.

Я скучал по кайфу от боя, по эйфории от победы. Когда мы сражались с Ульем, мы были важны для Коалиции. Защищая других. Делая важную работу.

Теперь? Мы добывали полезные ископаемые для транспортной системы. Мы отсчитывали дни и отбивались от скуки с каждым вздохом. Бесполезность. Теперь мы были ничем, и это как глотать лезвие. Больно, от начала и до конца.

– Я собираюсь заставить тебя истекать кровью, Военачальник.

Приллонец тяжело дышал, желая начать битву. Его руки были сжаты в кулаки по бокам, его грудь массивная и мускулистая. Гнев и ожидание закипали.

Я принял вызов. Отвлечься. Единственная вещь, которую я желал больше, чем провести пару часов в этой бойцовой яме, это тёплая, влажная киска. Пару, умоляющую меня, трахнуть её. Попробовать её на вкус. Наполнить моим семенем. Мой зверь начал слоняться внутри меня от этой мысли.

Но для меня не находилось невесты. Никогда не могло. Я проходил тестирование более трёх лет назад, безуспешно. Я считал, что запрет на невест для заражённых воинов был обоснован. Мы были неполноценными. И никогда не будем. Не то чтобы моё мнение имело значение. Большинство воинов здесь подверглись протоколам тестирования Программы Межзвёздных Невест, когда Прайм Найэл снял запрет для изгнанников Колонии более года назад. А мы могли пересчитать по пальцам одной руки невест, прибывших на Базу 3.

Только потому, что он позволил заражённым создавать пары, не означало, что для кого-то из нас была надежда.

Невест здесь было мало. Некоторые говорили, что их присутствие даёт воинам надежду. Но я всегда был реалистом. Для меня не могло быть спасения. Ни одна мягкая, красивая женщина не заслуживала монстра, которого я носил внутри. Он был слишком диким. Я сомневался, что даже легендарные парные браслеты смогут на него повлиять, смогут успокоить животное внутри.

Улей забрал слишком много. Они вынудили меня войти в режим зверя и пытали меня несколько дней. В конце концов, они меня сломали, и моего зверя, и я по-прежнему нёс в себе этот позор.

Мне следовало заставить их убить меня. И когда у Сэта Миллса был шанс, он тоже этого не сделал, забрав у меня тишину смерти. И вот сейчас я жил. И дрался. Не за жизнь или смерть, не против Улья, который всё ещё преследовал всех нас, а в круглой яме на заброшенной планете с остальными испорченными и изгнанными воинами. Не ради спасения людей, а чтобы отдохнуть от однообразия этого нового существования.

Если бы я не был таким ублюдком, я бы это закончил. Но несмотря на все скитания, которые происходили в моей голове, я был одним из выживших. Всегда. С надеждой или без, я продержусь до самого конца, пока мой зверь не впадёт в ярость и они не будут вынуждены меня казнить. Я был слишком упрямым, чтобы умереть.

– Чёртов Атлан. Чего ты ждёшь?

Приллонец ходил кругами. Кружил меня. Его взгляд был полон страха и ярости и ненависти, направленных на него самого. Мы были едины в тот момент, и я знал, что мой взгляд совпадает с его. Сломленный. Мы оба были сломлены.