В пятницу вечером, после восьми…

Лиз быстрым шагом вошла в офис. Клариссы на месте не оказалось, дверь Балтазара была приоткрыта. По обыкновению, с сумкой наперевес, с картонным стаканчиком в одной руке, в той, которую Джемайма велела не загружать, и ноутбуком в другой, она просунула голову в проём двери и попыталась сказать «Привет» как можно проще. Так, чтобы приветствие было в меру равнодушным, вежливым и в меру весёлым. «Привет» и улыбка. Лиз сделала и то, и другое.

– Где тебя носит Лиз! – набросился на неё Балтазар. На нём была идеально отглаженная розовая сорочка от Пола Смита, и он был небрит. Обычный имидж мужчины, который, как – будто о себе не очень заботится. Но его выдавали слишком ухоженные ногти на руках.

– И зачем тебе телефон, если ты на него не отвечаешь?! С таким – же успехом ты могла бы носить пейджер, может лучше слышала бы его писк.

– А разве пейджеры ещё выпускают?

– Не знаю, как – то не было времени узнать.

– Извини, я проспала. Иногда такое со мной случается, особенно если целую ночь…

– Детали прошлой ночи меня не интересуют! – не дал ей договорить Балтазар.

– О, а что же тогда, может попасть в круг твоих интересов?

Балтазар словно её и не слышал.

– Мне с утра позвонили из нашего лондонского офиса. Им срочно, до вечера нужен новый бизнес – план и презентация. Не будет презентации, журнал возможно, закроют. Скорее всего – закроют, потому что акционеры, по – прежнему не довольны, твердят, что бюджет раздут, проект не прибыльный, не оправдывает их ожиданий.

– Подожди, но журналу всего три года, почему они так быстро решили опустить руки?

– Спроси чего-нибудь, полегче. А лучше, без лишних вопросов, приступай к работе над презентацией.

– Понятно, – подумала Лиз. Ожиданий не оправдал не проект сам по себе, а конкретные люди над ним работающие, и теперь Хемиш пытается спасти собственную шкуру с моей помощью. Хочу я этого или нет, придётся признаться, он намерен тащить меня за собой в пропасть, в любом случае, так что ничего не остаётся, как спасать и собственную задницу тоже.

– У тебя не так уж мало времени, до пяти часов успеешь.

– А что будет в шесть часов?

– На шесть часов назначена встреча с двумя представителями главного офиса, здесь – же у нас. Презентацию будем вести вместе.

– Они что, приехали?

– Ну, да и явятся вечером. Кстати, можешь поработать дома, если тебе удобнее, будет готово, позвони.

– Замечательно. Но пока я доберусь, потеряю время, так что я лучше тут останусь.

– Мне всё равно. Учти: в пять, презентация должна лежать у меня на столе. А теперь иди. А где Хлое?

– Франсуа заболел, и она отпросилась до вечера.

– Вечером до неё не будет никому никакого дела, можешь ей передать, пусть остаётся у себя. И бездельник Себастьян, тоже может не появляться. Мне сегодня нужна, только Лиз Фостер!

– Летаю от счастья!

– Полетаешь потом, а сейчас давай работай.

Лиз вышла от Балтазара. Кларисса объявилась, и вопрошающе смотрела на неё.

– Да не волнуйся ты так, – хотела сказать Лиз, но почему-то просто подмигнула ей, затем направилась к себе в комнату, закрыла за собой дверь, достала свой ноутбук, потом передумала, включила офисный компьютер с огромным экраном, закурила и начала готовить презентацию, от которой зависело многое, а возможно и всё. В промежутке она позвонила Хлое и сообщила ей приятную новость о том, что молодая мама, могла без угрызений совести наслаждаться обществом своего сына попросив только, чтобы та, предупредила Себастьяна – показываться на глаза Хемишу сегодня не стоит. Это могла бы совершенно спокойно сделать за неё Кларисса, но Лиз хотела совсем чуть-чуть, на несколько минут отвлечься, и потом снова засесть за презентацию. О своей находке – о Таше, она решила до следующего дня забыть. Сейчас нужно было сконцентрироваться на вещах поважней.

Важная вещь была готова ровно в пять вечера. Лиз перечитала все слайды и хотела было попросить Клариссу выпечатать завершённую работу, но потом решила что сначала, не мешало бы, показать её Балтазару, его не оказалось в офисе.

– Что – за привычка, пропадать, когда впереди деловая встреча, и осталось до неё всего полтора часа, а он ещё не видел исполненного задания. Когда же всё – таки он успеет его просмотреть? Так и быть, выпечатаю две копии, а затем окончательный вариант, когда Хемиш его одобрит.

Не успела она выйти из комнаты и посмотреть, не вернулась ли на рабочее место Кларисса, как в дверях показался Балтазар.

– Ну что, готово?

– Да.

Лиз открыла файл и стала внимательно следить за выражением лица Балтазара. Он, усевшись в её кресло и облокотившись на стол, быстро переходил с одного слайда на другой.

– Лиз, почему ты так не любишь цифры? У тебя нигде, кроме двух слайдов ничего не сказано о потенциальном росте прибыли. Хотя, с концепцией развития бренда всё отлично.

– Не люблю, потому, что, математические формулы я не очень понимаю, и они мне ни о чём не говорят.

– Ладно, мисс утончённость, цифры и обороты я возьму на себя. Нормально. Можешь печатать. Балтазар быстро вышел из комнаты.

– Можно попить кофе, напечатать успею за десять минут, – подумала Лиз, подошла к автомату с разнообразным ассортиментом этого напитка, забросила монетку и чуть не обожглась горячим кофе. Рана на ладони давала о себе знать. Кларисса, в конце концов, оказалась за своим столом, сидела, уткнувшись лицом в монитор.

– Я сейчас перешлю тебе файл, напечатай его в трёх экземплярах, ладно? – Обратилась она к Клариссе.

– Конечно. – Согласилась та.

Лиз удивляло то, с каким равнодушием Кларисса всегда отвечала на все её просьбы. Впрочем, не только её, но и всех остальных. Она всё выполняла правильно, но без всякого воодушевления.

Кларисса = Зомби! Точно! – Лиз развеселило это сравнение, и она вбежала к себе в комнату. А что, вполне математическое уравнение, может ради шутки вписать его в презентацию? Решив, что всё же не стоит, Лиз быстро сообразила, что оценить шутку сможет Хлое, и тут же ей позвонила. Хлое давилась со смеху, Лиз тоже. Придерживая трубку телефона, она, решив отхлебнуть глоток кофе из бумажного стаканчика, неловко взяла его больной рукой, стаканчик выскользнул у неё из рук, и горячая жидкость пролилась на стол и клавиатуру компьютера.

– Чёрт, Хлое, у меня тут кажется наводнение, я тебе перезвоню. Лиз быстро захлопнула крышку мобильника, и, не найдя ничего лучше, стала чистить стол бумагой. Только, встав из – за стола, она заметила пятна на своей юбке и сорочке. Чёрт! Чёрт! Чёрт! Идиотка!!!! Она помчалась к Клариссе.

– Кларисса, умоляю, помоги, я пролила кофе на клавиатуру! И какой кретин решил поставить, этот чёртов аппарат в офисе! Нельзя быть такой неуклюжей, причём здесь аппарат! – пронеслось у неё в голове.

Кларисса достала какие-то странные непромокаемые салфетки, и стала усердно просушать стол и заляпанный компьютер. Но клавиатура, напрочь отказалась работать. Маленькие буквы не повиновались, мышка заглохла. Надо было всё сушить. Презентация так и осталась не посланной и не напечатанной. Ровно в шесть начиналась встреча.

– У тебя… Лиз пыталась ухватиться, за малюсенький шанс выбраться из надвигающейся катастрофы.

– К сожалению, у меня, как и у всех кроме тебя, для работы в офисе только ноутбуки. – Сообразив, о чём подумала Лиз, ответила Кларисса.

– Мне показалось или она рада?! – спросила Лиз у самой себя, и машинально вынула свой портативный компьютер из сумки. Можно было конечно перебросить файл себе на почту и выпечатать с ноутбука, но времени уже не было, в прихожей у Балтазара, слышались голоса.

– Ты лучше иди, наверное, им надо будет что-то предложить, чай, например, – сказала Лиз и поправила юбку, обращаясь к Клариссе. Два коричневых противных пятна на одежде, можно было увидеть даже с дальнего расстояния, без очков.

– Где Лиз? Кларисса, будь добра, попроси её к нам присоединится, спасибо, – услышала она голос Балтазара, и ей захотелось только одного: поскорей исчезнуть отсюда.

Естественно побег Лиз не удался, единственное, что она успела сделать почти в агонии – нанести помаду на губы.

– Будет что скушать, усмехнулась она и, хотя ноги будто отставали от туловища, всё же вошла в большую светлую комнату для встреч, где за одним концом стола расположились двое: мужчина – Грэхем О’ Кифи, и женщина – Анабель Соммерс.

Балтазар сидел на противоположной стороне и Лиз интуитивно опустилась на стул рядом с ним. Стол был большой и неуютный. Лиз деловито поправила свой ноутбук. Балтазар налил ей минеральной воды в стакан. Лиз пить не стала, хотя в горле у неё пересохло, хотелось хорошенько откашляться.

– Мисс Соммерс, Мистер О' Кифи, рад представить Вам, заместителя главного редактора журнала, мисс Лиз Фостер. Мы с Вами много раз встречались, а вот Лиз, вы видите впервые, она с Вашего позволения проведёт сегодняшнюю презентацию, Вы, конечно же, сможете задать любые вопросы, мы с радостью попытаемся исчерпывающе на них ответить. Надеюсь, после презентации, Вы увидите, потенциал проекта, который видим мы, и нам бы очень хотелось, чтобы наши мнения совпали.

Балтазар перевёл взгляд на Лиз. Лиз встала, улыбнулась, и, вспомнив, как её в университете учили окидывать взглядом аудиторию, прошла в центр комнаты.

Незнакомцы сдержано улыбались.

– Надо было – бы повернуть юбку, промелькнуло у неё в голове. Начинаю на счёт три. Раз, два, нельзя чтобы моя пауза слишком затянулась, и три!

– Спасибо Мистер Хемиш, – начала Лиз не слишком уверено.

– Она нервничает, – отметил про себя главный редактор. – Провалит презентацию, – убью. А если не убью, с удовольствием отдам на растерзание. Хотя Грэхем с Анабель сами её сожрут, с потрохами. А я буду сидеть, и наслаждаться, нет, я буду упиваться этим зрелищем. Где бумаги с презентацией, и почему она вдруг решила, выйти в центр комнаты, как какая-то школьница? Боже, что она несёт! Так, похоже, будет интересно! Представление в самом разгаре – констатировал Балтазар.

Лиз не обладала телепатическим даром, а потому мысли Балтазара до неё не дошли. Она пыталась в его сторону вообще не смотреть. Её аудитория состояла лишь из двух человек. Хемиш был не в счёт. По крайней мере, ей так казалось. С ним она разберётся потом, завтра, если конечно оно, это завтра – наступит.

– Если для Вас библия это «Elle», «Vogue», «L'Officiel» и «Harper's Bazaar», то вы вряд ли найдёте в «Stones» то, что ищете. Множества модных фото – сессий, всевозможных новинок с показов мод или же советов как постричь чёлку, здесь не было, нет, и надеюсь, в обозримом будущем не будет. Это журнал не только для женщин, или только для мужчин. Это журнал, который с удовольствием читают и мужчины и женщины. Люди, которые живут также как мы с Вами, а может гораздо лучше или гораздо хуже нас. Они работают, влюбляются, расстаются, растят детей, обожают, допустим, шоколад с орехами, любят смеяться и хохотать до слёз, предпочитают одиночеству шумные компании, могут целый день просидеть за книгой или перед телевизором, ходят в кино или театр, любят петь, пить и танцевать, курить кальян, а потом запивать зелёным чаем с орехами. Не очень жалуют вниманием политику, обожают животных как вообще, так и своих домашних питомцев в частности. Любят путешествовать. Любят, и жить не могут без своих друзей. Любят думать, искать и находить ответы на сложные и простые вопросы. Мыслят, имеют чувство юмора и здоровую толику цинизма. Курят или бросили, сбросили или набрали вес, бегают или плавают по утрам, или просто играют в компьютерные игры.

Они боятся, сомневаются, переживают, плачут, не уверены, что же будет завтра, и иногда им кажется, что всё лучшее уже позади. Они бывают чуточку рассеянны, но всё же своим духом они авантюрны и рискованны, а поэтому я уверена, они заслуживают, чтобы у них был «Stones». О финансовой стороне, о подсчётах и ожидаемой прибыли, Вас проинформирует мой коллега мистер Хемиш.

Лиз выдохнула. Ей хотелось пить. Она вернулась на своё место, и села, близко придвинув стул к столу.

– Спасибо Лиз, за такую информативную, всеобъемлющую разработку вопроса, – с едва уловимой насмешкой в голосе поблагодарил её Балтазар и начал свою часть презентации. Анабель всё время что-то записывала, Грэхем внимательно слушал, и, как показалось Лиз, удовлетворительно кивал головой.

Что эти двое делали, когда она выступала экспромтом со своей речью, Лиз совсем не помнила. Да, провалы в памяти ни к чему хорошему точно не приведут, грустно – подумалось ей.

– Мы бы хотели продолжить нашу беседу за ужином, – вдруг высказался Грэхем О' Кифи, и оказалось, что вечер пока ещё только начинается.

– С большим удовольствием – согласился Балтазар.

– Лиз, конечно же, к нам присоединится. Не так – ли, Лиз?

– Да, обязательно.

– Давайте встретимся через час в «Гиппо» на бульваре Монпарнас, – предложил Балтазар.

– Договорились! Замечательно! – Анабель заметно оживилась известием о предстоящем ужине, в отличии от Лиз, которая и так недолюбливала деловые ужины, а сейчас чувствовала себя жутко уставшей, но деваться опять было некуда. Проводив гостей, Балтазар вернулся в комнату для встреч. Лиз сидела у стола и нервно курила.

– Фостер, здесь не курят, ты забыла? Я думал, ты бросила.

– Нет, я прекрасно помню и знаю. Вчера не курила, сегодня с утра снова курю. Причём тут курение, нужно запретить, пить кофе, вот это точно!

– Кстати, почему ты поменяла программу презентации, она ведь была немножко другой?

– Немножко?! Я всё поменяла! Пролила, чёртов кофе на клавиатуру, и она заглохла!

– Имей в виду Лиз, если нас прикроют, это будет твоя вина!

– Совсем нет, Хемиш, во всём будет виноват этот дурацкий кофе!

– А ты возьми и напиши, когда тебя с позором выгонят, что в твоём увольнении виноват не я, не акционеры, а тонизирующий, вкусный, чёрный напиток.

– Обещаю, что напишу. Если до того не стану инвалидом, потому – что, свою правую руку, я уже не чувствую, а ты всё время лезешь с нотациями и ехидничаешь!

– Я не ехидничаю, я тобой восхищаюсь, хотя выглядишь ты с этими пятнами на блузке, совсем не так как подобает моему заму.

– А как подобает заму?

– Ну, в мокрой полосатой пижаме, например.

– Иди к чёрту!

– Я понял, что это твоя любимая фраза. Ну что, пошли? Поедем на ужин, на моей машине?

Ничего не ответив, Лиз вместе с Балтазаром вышла на улицу, и, подойдя к его машине, открыла переднюю дверь. Уверена она была только в том, что предстояло провести минимум часа два в обществе людей, которые были ей не очень симпатичны, включая того, кто сидел за рулём и напевал себе под нос какую-то старую песенку из репертуара Фрэнка Синатры.