Страшные сказки народов мира

Но настоящий страх пришёл через несколько секунд. Когда затихло эхо, в наступившей тишине раздались другие звуки. Звуки шагов. Звон шпор. Затем – надрывчатое жужжание и щелчки. Вдруг яркая ослепительная вспышка разорвала привычную уже черноту пещеры. От неожиданности Николь зажмурилась.

– Я ведь говорил, что найду тебя, малышка.

В голосе Кеннета звучала усталость, смешанная с триумфом. Лихорадочно соображая, что же произошло и откуда этот свет, Николь вдруг вспомнила о необычном приобретении, которым на прошлой неделе хвастался перед ней любовник. С какого-то залётного путника он снял диковинный прибор – чудо прогресса: ручной фонарик на динамо-машине. Эта удивительная штуковина могла работать без всякого керосина – достаточно было несколько раз нажать тугой рычажок. Николь читала про такую безделушку в одной рекламной статье, но не придала тогда ей значения. Кто бы мог подумать, что эта мелочь сыграет такую роковую роль в её жизни?

Ослеплённая светом фонаря, Николь почти не видела Кеннета. Но его голос, отражённый от низких сводов пещеры, громогласно звучал у неё в голове.

– Как видишь, бесполезно бежать от меня. Ещё никто не уходил от Чёрного Кеннета.

– Кен, прости, я всё объясню тебе…

– Заткнись, грязная шваль! Я себе чуть руку не сжёг, избавляясь от верёвки. Дурака решила из меня сделать? Знаешь, что случается с теми, кому это приходит в голову?

Николь не видела его движений, но подсознательно поняла, что он недвусмысленно ткнул в её сторону стволом своего револьвера.

– Сейчас ты отдашь мне мой кошель с камнями. А после я подумаю: пристрелить тебя на месте, или оставить подыхать в этой крысиной норе.

– Пожалуйста…

– Камни, – прорычал мужчина.

Николь трясущимися руками стянула с шеи кошель и бросила его в сторону источника света. Кеннет поднял кошель с земли и, открыв его, быстро проверил содержимое, подсвечивая себе фонарём. Удовлетворённо хмыкнув, он приладил кошель себе на грудь, после чего вновь направил луч на Николь.

– Что ж. Всё на месте. Теперь пришла пора прощаться. Знаешь, мне ведь правда было с тобой хорошо. Ты почти заставила меня поверить в то, что я смогу начать новую жизнь. Мы сможем…

– Мы и правда сможем. Дай мне шанс доказать это, молю.

– Я уже попался один раз на эту удочку. Второго раза не будет.

– Погоди! Новый Орлеан! Я знаю, кому сбыть камни с большей выгодой!

– Плевать. Спасибо, что рассказала мне их историю, но всё это ерунда. Тех денег, что я выручу даже за обрезки этих камней, мне с лихвой хватит до конца дней. Прости, малышка, этот разговор мне наскучил.

– Кенни…

– Умри, дорогая.

Николь зажмурилась. Вот и всё. Не так она себе это представляла. Совсем не так. Кеннет издал громкий звук, словно поперхнулся. От звука этого она вздрогнула, но выстрела не последовало. Отчего же он медлит? Почему не стреляет? Что это за странный шум? Словно в ответ на её вопросы раздался оглушительный выстрел, эхом зарокотавший под низкими сводами пещеры. Николь вскрикнула, но не почувствовала боли. Промазал? Она открыла глаза. Фонарь валялся на полу, световое пятно его луча медленно гасло на потолке пещеры. Там, где только что стоял Кеннет, слышалась какая-то возня. Похоже на звуки борьбы. Но… кого? И с кем?

Додумать эту мысль Николь не довелось. Внезапный сильный удар обрушился на её голову. Тьма стала ещё глубже и чернее.

*****

Сначала вернулись звуки. Они приходили откуда-то издалека, будто из-под воды. Слышались шаги и звериное рычание. Через закрытые веки в сознание проникали тёмно-карминовые отсветы. Загудел затылок, а затем эта тупая ноющая боль стала отдаваться и в висках. Ещё через несколько секунд отозвалось и всё тело. Казалось, что целого места на нём не осталось. Николь попробовала пошевелить руками, но почувствовала, что не может. Руки были связаны у неё за спиной. Она с опаской приоткрыла глаза и осмотрелась.

Николь сидела на полу в углу огромной пещеры, посреди которой горел большой костёр. Рыжие блики бегали по сводам пещеры, по потолку и стенам, освещая внутреннее пространство. Вокруг костра собрались какие-то люди. Сфокусировав расплывающееся зрение, Николь присмотрелась к загадочным людям внимательнее. Вид их потряс и ужаснул женщину. Незнакомцев было около десятка. Худые, косматые, практически потерявшие человеческий облик фигуры были обтянуты в грязные лохмотья, некогда бывшие, видимо, джинсовыми штанами и куртками. Они переговаривались между собой вполголоса странными гортанными звуками, больше похожими на звериные рыки, нежели на человеческую речь. Никакие это не люди, скорее чудовища! Один из монстров вдруг повернул голову в сторону Николь и дико зыркнул из-под спутанных волос прямо ей в глаза. Она вздрогнула.

Позади неё кто-то заворочался и застонал. Только сейчас Николь сообразила, что связана не просто так, а привязана к кому-то ещё, спина к спине.

– Что за дьявольщина здесь творится? – раздался за плечом хриплый голос Кеннета. – Вы ещё что за уроды?

На звук его голоса страшилища вокруг костра встрепенулись и замолчали, повернув свои головы к пленникам. Из их рядов выделился один – самый крупный и широкоплечий. Его лицо и плечи были обезображены глубокими шрамами. На месте одного глаза зияла пустота. В зрачке здорового глаза бликами от костра горела нескрываемая угроза. Одноглазый оскалился и двинулся к Кеннету. Склонившись над связанными, он вынул из-за пояса ржавый нож и быстрым движением разрезал путы. Схватив Кеннета за волосы, он швырнул его на пыльный пол у костра. Николь скрестила освобождённые руки на груди и вжалась спиной в стену, наблюдая за происходящим.

Ещё двое монстров подскочили к Кеннету, подняли его за плечи и поставили на ноги. Одноглазый, очевидно, бывший здесь главным, подошёл к мужчине и пристально уставился ему в лицо. Николь обратила внимание на то, что сейчас, в отсветах костра, волевое лицо Кеннета выглядело особенно красиво. Он сплюнул кровью и усмехнулся.

– Ты здесь за старшего, значит? Ну давай, поговорим. Мне плевать, кто вы такие и чем здесь занимаетесь, от кого скрываетесь. Если вы отпустите меня, клянусь, что мстить я не буду. Слово Чёрного Кеннета.

Монстры переглянулись и зашлись нечеловеческим хохотом. Только одноглазый не смеялся, а молча продолжал изучать Кеннета. Затем издал короткий, но звучный рык, после которого все остальные мигом утихли. Главарь протянул руку к кошелю на груди Кеннета.

– Куда ты тянешь свои лапищи, урод? Эта награда не про тебя – только прикоснись к этому мешочку, и я вырву твой оставшийся глаз, а потом вставлю тебе его в…

Кеннет не договорил. Одноглазый жестоким боксёрским тычком ударил его в лицо. Хрустнул сломанный нос. Густая кровь хлынула парню на подбородок. Главарь сорвал кошель с его груди, открыл и, повернувшись к костру, посмотрел на содержимое. Увидев драгоценные камни, он буркнул и забросил кошель куда-то в угол. Сокровище его явно не заинтересовало. Но он отвлёкся на пару секунд, и этого хватило Кеннету.

Ловким приёмом Кеннет вывернулся из рук державших его дикарей. Одного ганфайтер оттолкнул локтем, а второго лягнул ногой в живот. Пока одноглазый разворачивался на шум, Кеннет одним прыжком подскочил к нему и нанёс хлёсткий удар в ухо. Одноглазый попятился на несколько шагов, но устоял на ногах. Кеннет замахнулся для следующего удара, но нанести его уже не успел. Со всех сторон к парню подлетели другие оборванцы и скрутили в жёсткий захват. Главарь снова достал свой страшный нож и вонзил его Кеннету в живот.

Налётчик опустил вниз глаза, словно не веря произошедшему. Он с недоумением продолжал смотреть, как одноглазый умело вспарывает его кожу. Сначала парень от шока молчал, но когда главарь монстров запустил в его раскрытое, словно консервная банка, тело руку и начал тянуть внутренности наружу, пещеру потряс полный страдания крик. Орущему от боли Кеннету вторили куражащиеся чудовища. Они вцепились в тело жертвы, подобно диким зверям. Кто-то душил его, кто-то тянул за волосы, кто-то выдавливал глаза. Одноглазый выудил из живота Кеннета какой-то большой красный комок и впился в него зубами. Это послужило сигналом и для остальных. Десяток челюстей сомкнулись на разных частях тела несчастного разбойника.

Николь зажмурилась от ужаса, но продолжала слышать происходящее. Кеннет уже не орал, а лишь издавал булькающие звуки. Пожирающие его заживо людоеды ворчали от удовольствия. Николь почувствовала тошноту. Треск ломаемых костей отозвался горячей волной в её груди. Женщину обильно вырвало, после чего она провалилась в спасительную черноту.

*****

Какое-то время спустя чернота рассеялась. Реальность постепенно вернулась в сознание женщины, напомнив о том, что она намного страшнее, чем самый кошмарный сон. Окончательно придя в сознание, Николь лежала, не смея даже дышать. Открывать глаза было боязно. Некоторое время она просто лежала, прислушиваясь. Дьявольской вакханалии больше не было слышно. Она лежала почти в полной тишине, лишь изредка нарушаемой потрескиванием углей в костре. Тогда Николь набралась смелости и медленно открыла глаза. Зрение постепенно сфокусировалось, и женщина смогла осмотреться.

Полутёмная пещера была пуста, ужасные обитатели подземелий куда-то делись. Костёр почти прогорел, но угли в нём ещё тлели и иногда выбрасывали вверх маленькие язычки пламени, которых вполне хватало, чтобы осветить мрачное помещение и остатки жуткого пиршества. На лежащую рядом с костром бесформенную груду, когда-то бывшую Чёрным Кеннетом, Николь старалась не смотреть.

Правая рука заныла. Инстинктивно Николь потёрла увечное плечо левой рукой. Сделав это нехитрое движение, она поняла, что людоеды забыли связать её обратно. Не веря себе, она пошевелила ногами. Всё верно. Она была свободна в движениях! Это был шанс. Сейчас главное – не медлить. Женщина поднялась на ноги. Голова кружилась, тело затекло, плечо и нога ныли от боли. «Восстанавливать здоровье после такого приключения придётся не один месяц» – невесело подумала Николь и тут же осекла себя. Какое там здоровье! Первым делом сейчас нужно найти путь к спасению. Следует понять, где находится выход из этих проклятых катакомб.

Николь принялась напряжённо вглядываться в полутёмные своды пещеры. Всё её внимание было нацелено сейчас на поиск заветного выхода, поэтому в первый момент она не обратила внимания на движение в сумраке. А уже через мгновение её сознание сигнализировало: «Опасность!» Николь резко повернула голову туда, где шевельнулось что-то большое. Как раз в эту секунду угли в костре треснули, пыхнув огненным язычком. Родившегося пламени хватило на то, чтобы осветить затемнённый угол. Николь задрожала, осознав свою ошибку. В пещере она была не одна.

В нескольких шагах от неё, с противоположной стороны костра сидел на валуне косматый рыжий каннибал и молча, немигающим взглядом наблюдал за её движениями. Борода его была перепачкана засохшей кровью, а в руке он держал обглоданную кость со свисающими клочьями мяса. Поймав её взгляд, он хищно улыбнулся и медленно поднялся на ноги, издав глухой рык. Николь почувствовала, как у неё задрожали коленки. Девушку снова затошнило. В ужасе она смотрела, как людоед огибает кострище и движется к ней. Она попятилась, и тут же споткнулось об останки Кеннета. Её тело, когда-то гибкое и ловкое, стало вдруг скованным и тяжёлым. Она грузно повалилась на спину. От удара о каменный пол на несколько секунд перехватило дыхание.

Воспользовавшись её падением, людоед в один прыжок преодолел разделяющее их расстояние и присел на корточки рядом с лежащей женщиной, нависнув над ней. Победно оскалившись, он издал утробный звук, обнажив ряд коричневых гнилых зубов. В гуще его спутавшейся бороды виднелись кусочки мяса и жира. Николь снова замутило, на этот раз до жёлтых кругов перед глазами. Монстр схватил её за волосы и притянул голову вплотную к своей вонючей пасти. Тут Николь поняла, что это конец и зажмурилась.

Какой нелепый, глупый конец! Светские рауты, богатые мужчины, украшения и драгоценности, дорогие наряды и ужины в шикарных ресторанах Нью-Йорка и Бостона – всё это казалось теперь каким-то далёким и нереальным сном. А реальность была здесь и сейчас – грязная, мерзкая и остро воняющая могильной гнилью. Где же она оступилась? Когда решилась на эту опасную авантюру с камнями? Или ещё раньше – в Бостоне, с этим кретином Марио? А впрочем, какая уже разница?

Сквозь подкатывающие к горлу волны дурноты, она чувствовала на лице горячее зловонное дыхание монстра. Тут ей на щеку опустилось что-то липкое и мокрое. Язык! Эта отвратительная тварь облизывает ей лицо! От осознания этого чудовищного факта Николь чуть было вновь не провалилась в чёрную бездну бессознательности. На самом краю пропасти её остановил треск раздираемой ткани. Взобравшись на женщину сверху, людоед разорвал рубашку на её груди и теперь елозил своими кургузыми пальцами ей по животу, спускаясь всё ниже.

«Этот ублюдок собирается меня изнасиловать!» – осознала вдруг Николь. Эта догадка придала ей какую-то сверхъестественную силу и решительность. Почувствовав, как вместо тошноты откуда-то из живота вверх по телу растекаются негодование и злость, она открыла глаза. Каннибал сосредоточенно возился с пряжкой на её ремне. То, что она снова очнулась, он упустил из виду. Шевельнув головой, Николь заметила слева от себя на полу какой-то предмет. Протянув руку, женщина схватила его и с приятным удовлетворением отметила, что он весьма увесистый. Резко выбросив руку вперёд, она нанесла удар, вложив в него всю злобу, всю свою ненависть, накопленную за долгие двадцать лет унижений от мужского рода. Всё это время они пользовались ей исключительно как вещью, как куклой для своих утех. А теперь и этот выродок, эта ошибка природы, несчастное исчадие Ада, собирается сделать то же самое. Такой же, как они все! Они все – такие же, как он!

Удар пришёлся точно в висок. Что-то неприятно хрустнуло. В такт этому хрусту вновь треснул уголёк в костре, на мгновение осветив сцену. Людоед больше не возился с ремнем, безвольно свесив руки вдоль тела. Взгляд его помутнел, а из-под косматой шапки волос по правой щеке струилась кровь. В левой руке Николь сжимала окровавленный кошель с алмазами. И как только она сразу не опознала его? Монстр завалился набок, издав ртом сипящий звук. Николь перекатилась по полу и оседлала дрожащего в конвульсиях каннибала. Преодолев огненную боль в правом плече, она перехватила тяжёлый кошель обеими руками и стала методично наносить удары в голову, в лицо, в шею лежащего чудовища. С каждым ударом она представляла себе наглые, самодовольные лица тех, кто встречался ей на жизненном пути. Получай, Фредди Карсон! Получай, сенатор Бегби! Получай, Льюис Хоуп! Получай, проклятый Марио! Получай, Кеннет, мать твою, Блэкуэлл! Получай, папаша, вонючий ты ублюдок, кем бы ты ни был! Получай, получай, получай!!!

Сколько времени она продолжала избивать поверженного противника, Николь не знала. Мужчина под ней давно затих. Кошель насквозь пропитался кровью, а её руки стали мокрыми до самых локтей. После очередного удара тёмные брызги попали женщине в глаз, и она остановилась. Голова людоеда превратилось в месиво. Охватившее Николь ощущение всепоглощающей ненависти схлынуло так же внезапно, как и появилось. Руки снова задрожали. Кошель выпал, шмякнувшись на окровавленную грудь мертвеца. При этом противно хлюпнувшем звуке её вырвало прямо на труп остатками вчерашнего ужина.

Отдышавшись, Николь вытерла рукавом рубашки лицо. Она подняла кошель, сочившийся кровью, накрепко прицепила его на груди ремешками, поднялась. Больше нельзя было оставаться здесь ни минуты. Если сюда вернутся сородичи убитого ей людоеда, ей несдобровать. Нужно было уходить. Привыкшие за время схватки к потёмкам глаза обратили внимание на два зияющих чернотой пятна в противоположных углах пещеры. Одно из этих пятен ведёт к выходу, поняла Николь. Другое же… Другое – скорее всего, в логово каннибалов. Сейчас главное – не ошибиться.

Нужно подойти к каждому выходу и внимательно осмотреть их. Она попыталась сделать шаг, но раненая нога отказалась подниматься слишком высоко, чтобы переступить через мёртвое тело под ней. Острая боль пронзила женщину от стопы до бедра, когда она споткнулась обо что-то металлическое в кармане на лохмотьях, когда-то служивших убитому штанами. «Что бы это могло быть?» – подумала Николь. Мозг сам подбрасывал ей подсказки. Она нагнулась, пошарила по тряпкам, и чуть было не издала ликующий крик. Догадка оказалась верной. Фонарь Кеннета! Чёртов выродок прикарманил ручной чудо-фонарик Кеннета, и теперь он выведет её к спасению!

Мозг лихорадочно работал в поисках решения задачи. Подсвечивая себе фонарем, Николь стала вдумчиво изучать пещеру. Жёлтый луч выхватывал из сумрака сложенные пирамидками человеческие кости, какие-то грязные лохмотья в углу, два мёртвых тела – убитого ей людоеда и Чёрного Кеннета. «Постой-ка, девочка». Николь, стараясь не смотреть на то, что осталось от её спутника, пригляделась к полу вокруг его останков. Ну конечно! Следы. Следы на земляном полу, оставленные их с Кеннетом телами, когда их тащили сюда. Сердце запело от радости. Женщине захотелось истерично рассмеяться. Пришлось зажать себе рот, чтобы не издать слишком громкий звук.

Мысленно поблагодарив Господа, Николь направилась по следу в сторону выхода из пещеры. Несмотря на то, что каждый шаг отдавался в израненном теле болью, она почти не обращала на это внимание. Все мысли были заняты лишь путём к спасению. Освещая себе фонариком дорогу по тесным коридорам, она сосредоточилась на следах в песке. Окружающая обстановка её не занимала. Лишь машинально она отмечала, что тут и там вдоль стен лежат человеческие и звериные кости. Иногда на камне мелькали загадочные письмена, начертанные засохшей кровью. Что означает вся эта дьявольщина, Николь не хотела даже думать.

Коридор вывел её в очередную крупную пещеру. Николь вздрогнула. Она узнала это место. Именно здесь Кеннет настиг её. Здесь она впервые взглянула смерти в лицо. В тот раз оно смотрело на неё из черноты ствола револьвера. Револьвер! Ну конечно! Когда Кеннета схватили, он успел выстрелить, но потом, у костра, револьвера при нём не было. Должно быть, он выронил его где-то здесь. Пятно света забегало по полу пещеры. Спустя пару минут поиски были окончены. Оружие лежало в дальнем углу пещеры, ближе к завалу. Очевидно, во время схватки в темноте его туда запнули ногами. Подняв оружие, она открыла барабан и проверила боезапас. Внутри было три патрона. Маловато, но это лучше, чем ничего. Заткнув револьвер за пояс, Николь почувствовала себя сильной и уверенной. Теперь нужно вспомнить, где находится тот коридор с завалом, через который она попала в этот Ад.

Времени поразмыслить над маршрутом изменщица-Фортуна ей не дала. В глубине пещер раздался дикий вопль. Они обнаружили место схватки и труп своего погибшего сородича, поняла Николь. Нужно было бежать. Полагаясь исключительно на интуицию, Николь быстро похромала по ближайшему коридору. От накатившей паники она почти не чувствовала боли в ногах. Позади неё слышались топот и крики. Преследователи нагоняли её.

Тут луч фонаря, скользящий по стене, будто провалился куда-то, исчез на долю секунды. Щель! Та самая щель! Она каким-то чудом, по наитию, вышла к завалу. Спасение совсем рядом! Всего в нескольких шагах! Вдруг позади неё раздался жуткий рык. От испуга Николь выхватила револьвер и пальнула в темноту наугад. Вспышка выстрела осветила падающего навзничь людоеда. Удачный выстрел почти в упор снёс ему половину черепа, но из-за его спины выбегали ещё трое преследователей, тянущих к ней свои корявые лапы. Николь выстрелила два раза, но уже безрезультатно. Швырнув в монстров ставшее ненужным оружие, она метнулась к спасительной расщелине.

Чтобы проникнуть через завал, Кеннет изрядно расширил ход, и путь наружу оказался значительно проще. Всего десяток футов – и она уже почти преодолела завал. Вдруг чья-то сильная рука схватила женщину за плечо. В ухо прогремел полный ненависти рык. Николь не оглядываясь, со всей силы лягнула преследователя и одним броском вырвалась из его хватки.

Вывалившись из расщелины наружу, женщина споткнулась о лежащую здесь же кирку. Схватив орудие, она обернулась к расщелине, направив в неё луч фонаря. Оттуда, из чёрного лона Преисподней, прямо на Николь вылезал одноглазый предводитель каннибалов. Он хрипел и рычал, протягивал к ней свои когтистые пальцы. Их отделяли всего несколько шагов.

Удар кирки пришёлся одноглазому точно в пустую глазницу. Что-то внутри его головы смачно хлюпнуло и хрустнуло. Главарь людоедов замолк и начал оседать на пол, наполовину застряв в расщелине. Женщина вложилась в удар настолько сильно, что лезвие кирки плотно засело в черепе монстра.

Прижав к груди кошель с алмазами, Николь поплелась в сторону выхода. Сердце бешено колотилось. Боль возвращалась в тело, но это не имело уже никакого значения. Она спасена! Ей удалось выжить в настоящем Аду! Сверкающая дорожка вывела её к спасению. Её ангел-хранитель не оставил свою подопечную. «Матушка, спасибо, дорогая матушка! Когда я приеду в Новый Орлеан, поставлю за тебя свечку в церкви. Нет! Найму самого профессионального архитектора и построю новый храм – самый красивый и роскошный на всем Юге!»

Впереди замаячил выход из проклятой штольни. Израненного лица Николь коснулось дуновение тёплого воздуха, и она уже начала различать еле слышный шелест травы на вечернем ветру. Женщина улыбнулась. Всё кончено. Это было лишь кошмарным сном. Она наконец проснулась…

Погружённая в блаженные мысли, она даже не успела ощутить, как чьи-то грубые руки схватили её сзади за лодыжки и резко дёрнули на себя. Падая, Николь выронила кошель из рук. Из раскрывшегося мешка в сторону выхода из рудника сверкающим потоком рассыпались алмазы. Это было последнее, что она увидела перед тем, как со всего размаху ударилась лицом о камень. Челюсть затрещала, вылетело несколько зубов, кровь из прокушенного языка заполнила рот. Цепкие руки потянули её за ноги обратно, в мрачную глубину рудника. Всё, что могла теперь чувствовать Николь – это лишь невыносимая боль от раздираемой песком кожи на лице. Кричать у неё сил не осталось.

Всего через несколько минут уже ничего не напоминало о только что разыгравшейся здесь драме. У старой таблички с надписью «Рудник Гэллоус» спокойно щипал травку привязанный конь Чёрного Кеннета. Солнце начинало клониться к закату, окрасив прерию в оранжевое. От самого входа в чёрный ненасытный зев штольни вела сверкающая отблесками заходящего солнца дорожка из рассыпанных по полу бриллиантов.