Карманница

Глава 1

Шум музыки в клубе давил, разрушая барабанные перепонки.

Но для меня он был привычен, не так раздражал, как чувство голода, которое буквально сводило с ума. Ни о чем не могла думать, кроме еды. Любой: будь то «Гамбургер» в закусочной «Макдональдс» за углом или тарелка горячего супа – не имело значения… организм требовал, орал о потребности в приеме пищи, скручивая в узел пустой желудок!

Привычно задвинув на второй план свои чувства, сосредоточилась на цели прихода: мне нужны были деньги, крайне, жизненно необходимы!

Окинув полный зал клуба, набитый в субботу до отказа, шарила взглядом по танцующим, наблюдая, определяя, выделяя рассеянную жертву. С «клиентом», в этот раз, нужно было не прогадать, потому что крайний раз денег хватило лишь на пол месяца, в противном случае, такие вылазки придется делать чаще…

Сканируя всех, прикидывая возможную выгоду, мысленно просчитывала варианты отхода. Рано. Нужно дождаться, когда время перевалит глубоко за полночь, и мои «клиенты» не будут так держаться за свои кошельки, изрядно набравшись. Я присматривалась, в основном, к мужчинам, потому что они были более платежеспособны… так мне казалось. Подобраться и завладеть вожделенным портмоне, мне – смазливой до приторности девчонке было легче, чем украсть конфету у ребенка.

Встряхнув головой, поняла, что пришла слишком рано и нужно выждать, заняв себя, поэтому, выбрала место в самом углу, за колонной, которая практически полностью меня закрывала от танцующих, присев за барную стойку.

– Выпить?

Я обернулась на голос бармена, обратившего внимание на появившуюся в его поле зрения клиентку.

– Нет, спасибо, не сейчас…

Я понимала, что даже вода в этом клубе мне не по карману. Вспомнив об этом, непроизвольно сглотнула, от невозможности сдержать реакцию организма.

Пожав плечами, услужливый бармен отошел, занявшись смешиванием коктейлей, а я хмыкнула, в нетерпении отсчитывая минуты, постукивая пальчиками по поверхности соседнего свободного стула.

Взгляд летал от одной мужской фигуры к другой, определяя степень опьянения. Ловила улыбки, отвечая тем же, в надежде быстрее поймать в свои сети глупую жертву. Закинув ногу на ногу, оголила бедро, выставляя на обозрение точеные ножки на высоченных шпильках и короткое платьице, едва прикрывавшее меня. Приспустила бретельку с плеча, встряхнув короткими волосами в стиле «каре», красиво распавшимися, придав мне томный вид. Я умела красиво сесть, выгодно преподнося себя, удачно выбрать ракурс поворота головы, сделав акцент на моих пухлых губах. Этого было достаточно для того, чтобы очередной пьяный мужчинка, подойдет и позволит мне завладеть его кошельком, распустив слюни.

Воровала. На это были свои причины.

– Девушка, у вас свободно?

Я обратила внимание на подошедшего ко мне, кивающего на соседний со мной свободный стул, неопрятного вида мужчину. Потный, с неаккуратно заправленной в брюки рубашкой, уголок которой так и остался снаружи, низенький, пузатенький – все как я «люблю».

Мой клиент…

– Конечно, – улыбнулась я, – место пустует.

Убрала руку с поверхности стула, широко ему улыбаясь, разворачиваясь к нему для дальнейшего общения. Как правило, двух бокалов любого алкоголя было достаточно, чтобы все они забывали про осторожность, сраженные моим пристальным вниманием к своей персоне.

– Эй, бармен, – развязано прикрикнул мой сосед, – выпить!

Пошарив в кармане рубашки, достал пластиковую карту Мастеркард, нетерпеливо постучав ею по барной стойке.

Я разочарованно выдохнула. С банковскими картами не связывалась, предпочитая наличные…

– Я – Олег – начал он, – а ты?

– Арина.

– Чем тебя угостить?

– На твое усмотрение, – томно улыбнувшись, ответила я, заметно поправив лямку платья, привлекая его внимание.

Арина. Нужно запомнить. Столько уже было этих «моих» имен! Света, Оля, Аня, Вика… сейчас и не вспомнишь! Сегодня я была Ариной. Бог с ним! Увидев, как передо мной поставили бокал с виски, не удивилась. Никто из них не отличался индивидуальностью. Все пытались напоить, потратив на это как можно меньше денег.

Обыденность моих ежемесячных вылазок наводила тоску…

Меняла только клубы. Все остальное, как впрочем и единственно подходящее для этого платье и туфли, были неизменными. Как не менялись и мои клиенты, начиная с дешевой выпивки, в ожидании закончить вечер в моей постели, они были одинаковы в своих стремлениях, шаря по моему телу полупьяными сальными глазами.

Итог был один – пару часов терпения и я оставалась с их кошельками, а они – без надуманного ими секса.

Хохоча над очередной пошлой шуткой нового ухажёра, я умело дотрагивалась до него, шаря по карманам рубашки в надежде все-таки обнаружить заветный портмоне с наличными. Напрасно. Этот был гол…

Извинившись, под предлогом освежиться, вышла в туалет, оставив пустой для меня образец мужчины в одиночестве и с ожиданием. Этот – не вариант. Плеснув на щеки холодной воды, облокотилась обеими руками по сторонам раковины, опустив голову, приходя в себя. Я не могла сегодня уйти ни с чем! Пустота в желудке подгоняла, заставляя меня действовать. Уйти сегодня без денег означало одно – опять остаться голодной, а завтра идти на вылазку снова.

Упрямо подняла голову, встряхнув волосами, вглядываясь в свое отражение…

Кукольная внешность меня раздражала. На меня из зеркала смотрели большие, карие глаза с золотым отливом, обрамленные густыми темными ресницами, красивым пышным веером, словно акцентом, выделяя их. Чистая, жемчужная кожа, не знающая корректоров тона, полные, пухлые губы, увлажненные не блеском, не дорогой помадой, а смоченные здесь же водой. Стрижка каре, медом волос завершала образ. Все, как всегда. Фыркнув своему отражению, я развернулась, решительно направляясь в зал, когда в коридоре, буквально налетела на свою новую жертву…

– Извините, – прошептала я, всем телом прильнув к шедшему навстречу, вскинув руки на его грудь, как будто в попытке сохранить равновесие.

– Что ты! Это я виноват! – продолжил мужчина, приобнимая меня за талию. – Думаю, что это моя удача!

Окидывая меня взглядом, начиная от доверчиво приподнятого к нему лица, томно приоткрытых губ, до стройной фигурки – млел. Улыбнувшись, мгновенно предложил присоединиться к их небольшой компании…

– Арина, – представилась я.

– Павел.

Прихватив меня за руку, решительно направился к Vip зоне, где я еще не была. Я старалась выбирать себе «кошельки» попроще, но раз так сегодня распорядилась судьба, то почему и нет?! Денег много не бывает…

Подходя, сразу окинула сидевших там взглядом. Трое мужчин, не считая моего нового знакомого, вальяжно раскинулись на мягких кожаных диванах, о чем-то беседуя, не обращая внимание на вновь вошедшего и меня. Трезвые, что для меня было плохо, учитывая, что я привыкла работать с другим, более подходящим для меня контингентом.

Павел, приглашая меня присесть, занял место рядом, сделав приглашающий знак рукой свободному официанту. Все как всегда. Так, да не так…

Пробежалась глазами по не обращающим на меня внимание мужчинам, замечая брендовый портмоне на столе у сидевшего напротив. Бокалы, бутылки с водой, дорогущие телефоны и всего один желанный кошелек…

– Могу я угостить тебя? – обратился ко мне мой очередной кавалер.

– Да, конечно. Напитки на твое усмотрение, – все как всегда, по самой обычной схеме начала я, сексуально улыбнувшись, развернувшись к говорившему, лишь краем глаза следя за происходящим за столом.

Сидевший напротив меня, услышав мой голос, вскинул глаза, сверля меня взглядом. Я посмотрела и замерла, утонув в серой топи его глаз. Стальные, глубокие, как небо перед грозой, привлекающие внимание, заставляющие сглотнуть, сняв напряжение, вызванное хмурым взглядом. Отвернулась, тряхнув головой, собирая тысячи мурашек, побежавших по коже в мешочек решимости.

Я не уйду отсюда без денег!

Стараясь держать эмоции под контролем, взяв себя в руки, начала привычную игру, соблазняя, очаровывая, пробегаясь руками по карманам, к своему разочарованию, находя их пустыми. Только то, недосягаемое портмоне напротив… как красная, раздражающая тряпка для быка!

Откинувшись на спинку дивана, улыбалась говорившему со мной, думая только о том, как могу подобраться ближе, оставшись незамеченной. Сидевший напротив больше не обращал на меня никакого внимания, смеясь над рассказом своих собеседников. А я смотрела только на стол, просчитывая в уме всевозможные варианты событий.

– Арина. Арина!

Я вздрогнула, сразу не сообразив, что обращаются ко мне. Черт! Столько путаницы с этими именами!

– Да, – широко улыбнулась я говорившему со мной Павлу.

– Как ты смотришь на то, чтобы продолжить вечер в более уединенном месте?

– Отлично! – утвердительно ответила я.

Мужчины за столом, неожиданно для меня, тоже куда-то засобирались, вставая с мест, выходя из-за стола, не переставая переговариваться между собой, подарив мне долгожданный шанс и оставив меня один на один с предметами на столе. Схватив желанный портмоне, я тоже встала, спрятав руки в складках платья…

– Ты куда? – удивился Павел.

– Только освежусь и сразу к тебе! – поднявшись на цыпочки, чмокнула того в щеку, мгновенно дезориентируя, прижавшись к его груди.

– Да… Да, иди. Жду тебя.

Дальнейшего разрешения больше не требовалось.

Еще раз извинившись и окинув случайную компанию взглядом, зацепилась за фигуру сидевшего ранее напротив…

Красив. Чертовски!

Но не имея возможности и времени на разглядывание шикарного экземпляра – юркнула в толпу, быстро свернув к выходу…

***

Сердце ухало, с каждым шагом, отдаляющим меня от клуба.

Шум в ушах стоял оглушающий, барабаном отбивающий ритм. Дыхание сбивалось, резонируя с сердцем. Юркнув в первый проулок, прижалась к стене, шумно выдохнув, подняла руки с украденным кошельком, прижимая его к груди. Хаотично открыв, пальцами быстро перелистала содержимое, прикидывая количество купюр, улыбнулась, откидывая голову назад, прислоняясь затылком к стене… в надежде восстановить сердечный ритм.

Два месяца жизни без неприятных вылазок мне обеспечено, если экономить. Конечно, рассчитывала, что наличных будет больше, но учитывая, что их сейчас заменили пластиковые карты – здесь было достаточно.

Глава 2

– Славка! В долг не дам!

Развернулась на голос, улыбаясь хмурой продавщице, стоявшей за кассой в маленьком частном продуктовом магазинчике. Помахала ей небольшой пачкой пополам сложенных купюр, отвернулась, продолжая заполнять продуктовую корзину…

Чай, молоко, творог, пачка замороженных куриных ножек, пельмени, картофель… Сколько всего еще нужно купить, максимально растянув деньги на длительный срок, учитывая, что я уже два месяца не платила за комнату и коммунальные платежи, прикинула, сосчитав, и с сожалением убрала пачку творога из корзинки…

Излишки сейчас лучше не брать. Ведь еще необходимо пополнить почти пустую аптечку, так как поздняя осень уже наступала мне на пятки, подгоняя, пугая промозглой, дождливой погодой. Парацетамол, противовирусные, что там еще нужно при крайней необходимости?! Таблетки старалась не принимать, только сбивая сильнейший жар, в других случаях ограничиваясь лишь горячим чаем, потому, что в наше время лечение – роскошь.

Вспоминая все новые и крайне необходимые траты, не удержавшись и бросив в корзинку пачку самого дешевого печенья к чаю, прошла к кассе, не обращая внимание на фырканье продавщицы в сторону припозднившейся клиентки. Хоть магазинчик и работал круглосуточно, она не жаловала полуночников.

Выкладывая продукты на ленту, была остановлена ее жестом: рубанула рукой по воздуху, как отрезала…

– Сначала долг!

– Все заплачу, деньги есть. Пробивайте. – Заверила ее я, попытавшись сгладить неловкий момент вымученной улыбкой.

Получалось с трудом. Но это было необходимо, так как только Анна Ивановна могла записать продукты в долг, закрывая глаза на сиюминутное отсутствие денег. Как в старые добрые времена, вела записи, записывая в толстенную засаленную тетрадь, лежащую у кассы для безденежных клиентов, задолженность для пенсионеров, таких как я, перебивающихся от возможности к возможности или от зарплаты до зарплаты.

Плюнув на палец, зашелестела страницами «Божьей книги», как мы ее называли, громко пролистывая их и вбивая сумму моего долга за предыдущий месяц в калькулятор. Многозначительно хмыкнув, развернула его дисплеем ко мне, приподнимая бровь…

Пять тысяч. Для меня – баснословная сумма. Цены на жизненно необходимые продукты в столице продолжали поражать.

Отсчитав необходимую сумму, протянула ей. Широко улыбаясь, высоко держа голову, не опускала глаз. Никому, никогда и видом своим не показывала, своего смущения, ни толики стеснения, сомнения и стыда. Никогда не плакала. Даже одна, закрывшись в своей убогой, плохо отапливаемой комнатушке, бывало, голодала сутками, но не позволяла себе раскисать, роняя слезы, считая это роскошью, на которую я не имела права.

– Славка, а деньги откуда? – сразу же заулыбалась тучная продавщица, выхватив у меня купюры, проверяя их на оригинальность.

– Так отчим выслал! Как всегда, раз в месяц! – отрапортовала я, собирая купленные продукты в пакет.

В животе громко заурчало…

Как не кстати желудок снова напомнил о себе, требуя внимания и свою долю. Сколько я не ела? В этот раз не дольше трех дней. Совсем, утоляя голод только кипяченой горячей водой, обманывая организм, преподнося ему это как ароматный чай, убеждая мозг в необходимости сбросить пару лишних килограмм. Я не была рабом своих потребностей. Не было еды – не ела. Могла терпеть, максимально оттягивая очередную, сворачивающую кровь, вылазку.

Звонко цокая каблучками, привлекая внимание подвыпивших гуляк да грабителей, спешила домой, таща ценнейшую для меня сумку с купленными продуктами…

Темнота в проулках не пугала меня.

Здесь я была, как дома. Знала каждый уголок: сначала мусорные баки, вечно полные, разносившие по району жуткий запах, потом, поваленное дерево, которое уже год, как халатно не убирали, не обращая внимание на то, что оно почти полностью закрывает проход в неухоженный двор дома, затем полуразрушенная детская беседка, которую уже давно облюбовали школьники, устраивая там перекуры в тайне от родителей…

Все помню.

Как в тринадцать лет, вынужденно сбежала из дома, на попутках добравшись до столицы в надежде начать новую жизнь. Без документов, на восстановление которых коплю уже не первый год. Оказалось, что без свидетельства о рождении, которое по пьяни сжег мой отчим, я была никто. Абсолютно не существовала. Сейчас – восемнадцать. Документы нужно и можно было купить, чтобы иметь возможность устроится на работу, но цена их была баснословна, по крайней мере, для меня…

Копила, отказывая себе в продуктах, тратя деньги с вылазок только на съем жилья и оплату коммунальных платежей. Часто не промышляла, только по крайней необходимости, боясь быть пойманной. Благо, приторно смазливая внешность привлекала мужиков, которые слетались, словно пчелы на мед… Сраженные, подаренной природой идеальностью, они млели, забывая обо всем, ведомые лишь похотью да дармовщиной, видимо, желая с экономить на «профессионалках в любви». Обхаживали, «петушась», забывая об осторожности и неаккуратно лежащих кошельках, за которыми я приходила, наказывая их, за неосторожность и себя, за излишнюю впечатлительность, потом, пластом отлеживаясь, казня себя, уничтожая, после каждой такой вылазки…

Кукольная внешность, тогда, стала и моим проклятием, погубив меня в те, полные тринадцать лет, когда я случайно попалась на глаза дружкам моего отчима. Со смерти матери, старалась жить незаметно, словно тень, пряча едва формирующуюся фигуру под широкими старыми штанами и балахонистыми кофтами с капюшоном, почти полностью прикрывающие лицо, но, не в тот, роковой, треклятый раз…

Не хочу вспоминать!

Привычно тряхнув головой, подбадривая себя подбадривающим жестом, достала ключ, заходя в подъезд. Такой же темный, пропахший мочой и нечистотами, как и весь район, буквально пропитанный запахом нищеты.

Мой дом…

Заходя, закрывая за собой дверь, сняв туфли, на цыпочках прокралась в свою комнату, стараясь на разбудить остальных квартирантов. Вот уже как два года, я арендовала здесь комнату, не имея возможности на съем полноценной квартиры. Не жалуюсь, ее вполне хватало, да и соседи подобрались на удивление отличные, поэтому и цеплялась за это жилье, из месяца в месяц находя возможности для продления аренды.

Ничего! Осталось совсем немного! Еще пару таких месяцев и заветные документы будут у меня. Устроюсь куда-нибудь, пусть даже в нашу управляющую компанию, полы мыть в подъездах. Судя по вони и грязи в них – либо желающих заняться грязной работой нет, либо они экономят на чистоте, списывая деньги за уборку себе в карман.

Будет паспорт – буду думать!

Проходя в свою комнатушку, прикрывая за собой дверь, первым делом занялась продуктами, заботливо разложив их по полочкам в идеально чистый, пустой, старый холодильник – подарок, оставленный мне предыдущими жильцами. Пробежав взглядом по полным полкам, с удовлетворением прикрыла дверцу, не переставая улыбаться…

Улыбка – мой шанс на выживание!

Любые, самые тяжелые моменты в моей жизни я встречала улыбаясь, назло судьбе, не прекращая дразнить ее, вновь и вновь испытывая себя на прочность. Подойдя к старому, скрипучему шкафу, аккуратно сняла и развесила единственное, подходящее для вылазок платье, протерев и поставив внизу подходящие к нему туфли, тоже единственные, поэтому крайне дорогие для меня.

Напялив домашние теплые штаны и толстовку, привычно надвинув капюшон на глаза, натянула на ноги старые шерстяные носки, как память о прошлом. Когда мне становилось сильно тяжело, я баловала себя этими носками, привезенными с собой из той, прошлой жизни, представляя, что они мамины…

Заварив себе чай, черный, крутой, присела в потрепанное кресло, поджав под себя ноги, обняв горячую кружку руками. Обжигает ладони, больно разогревая организм, разгоняя по телу застывшую кровь. Протянув руку, прикоснувшись к теплым носкам, улыбнулась, благодаря жизнь за удачный день. Понимала, что добром это не кончится, но хотела растянуть фарт, еще чуть-чуть, до возможности устроится на работу.

Протянув руку, взяла украденный сегодня портмоне. Дорогой. Но оставила его совсем не по этому…

В памяти отпечатались, словно клеймом стальные глаза. Завораживающие…

Красивый. Но на таких я мало обращала внимание! Столько их было, мелькающих цветной лентой кинофильма в моей жизни! Идеальные, сражающие своей мужской привлекательностью, манящие своей безупречностью, завораживающие харизмой. Плевать! Синие, зеленые, карие, серые – не суть. Множеством мелькающие по мне глаза, мазнув, ни на миг не оставались в памяти, а эти, стальные, остались невидимым шрамом на теле, оставив фантомный ожог на щеке…

Пошарив пальцами, кроме пластиковых карт, мне не нужных, нашла старое, потертое фото.

Вглядываясь в черно-белые фигуры на нем, с трудом могла различить их очертания: совсем молоденькая девушка, держащая на руках годовалого ребенка, видимо, мальчика. Затертое, наверняка, не единожды просмотренное, такое теплое. Да, даже фотографии могут нести теплоту. Я умела видеть это, ценить, не имея своих. Ни одной.

Безликая. Не имеющая детства, хотя нет, отлично помнящая его: лисой, подкармливаемая соседями после смерти матери, с вечно пьяным, безответственным отчимом, проигрывающим в карты мое ежемесячное пособие по потери кормильца. В воспоминаниях отпечаталось все, даже картофельные отчистки, сваренные мной и растянутые на неделю, подаренные чужой теткой у мусорных баков. Конфеты, печенье, которое мы собирали, от чистого сердца благодаря подающим на кладбище. «Мы», потому, что таких как я было много – никому не нужных, собирающихся в стайки, позже, перерастающих в банды беспризорников.

Но я решила изменить свою жизнь, додавленная обстоятельствами…

Фото из прошлого – для меня роскошь, поэтому и оставила, сохранив чью-то память, казня себя за то, что украла ее. Не этот проклятый, дорогущий портмоне, позволивший мне протянуть пару месяцев жизни, а грубо присвоив себе чьи-то воспоминания.

Вздохнув, посчитав деньги и отложив на долг по аренде за два месяца, поняла, что живу. Пока живу, назло судьбе, дернув ее, в очередной раз, за усы, словно дразня тигра, играя с будущим, еще даже не предполагая, что этим портмоне я вытянула свой жребий…

Глава 3

Прошедшая неделя ничем не отличалась от предыдущей, как впрочем, и от следующей, наводящей тоску серостью и обыденностью пролетающих дней…

Осень не прибавляла настроя, в этом году, поразив обилием дождей. Нескончаемых, монотонных, затянувших все небо пеленой непогоды, которой не видно было ни конца, ни края. Чем холоднее становилось на улице, тем угрюмее и прохладнее – в моей комнатушке. Батарея еле грела, от окна дуло, подбадривая меня утренним сквозняком. Старая деревянная рама в этом году сдалась, уступив бесцветной непогоде, жалобно поскрипывая под единичными, сильными порывами ветра.

Закутавшись в шерстяное одеяло, я накрылась с головой, отвернувшись к стене…

Сегодня не хотелось вставать, желание подольше побаловать себя, повалявшись в постели было нестерпимым. Я вздохнула, прикрыв глаза от удовольствия, наслаждаясь послевкусием виденного сна. В теплом коконе одеяла, не высовывая носа, я вспоминала его яркие моменты, цветными фотографиями отпечатавшиеся в моей памяти…

Сон-воспоминание о моем детстве, тех счастливых моментах, когда была жива мама. Как по воскресеньям она баловала меня само испечённым яблочным пирогом, который манил запахом горячего теста и тонким ароматом спелой антоновки, окутавшим всю квартиру. Вдохнула, в желании вобрать, бесстыдно украв его, лишь мелькнувший в памяти, разбуженной сочным сном…

Деньги закончились.

Думала, что растяну на два месяца, но заплатив по долгам, оставив приличную часть, была взбудоражена новыми необходимыми тратами: сводный братишка, оставленный мной там, в прошлой жизни нуждался в помощи. Забрать его с собой не представлялось возможным. Он оставался со своим горе-отцом. Но я продолжала материально поддерживать его, изыскивая возможности.

В этот раз потребовались теплые вещи. Ведь мальчишки растут быстро! Вот, еще весной был совсем небольшим, тощим утенком, а за лето вытянулся, будто деревце на солнце, окрепнув, чуть возмужав. Одиннадцать. Пять лет назад, когда вышла из дома, хлопком двери окончательно закрыв себе дорогу назад, оставила там шестилетнего не менее одинокого братика. Пусть не родного по крови, но очень близкого…

Вспомнив о нем, разочарованно застонала: столько всего еще нужно купить!

Тех денег, что я переправила вчера соседке Ирине Павловне, которая присматривает за ним, катастрофически не хватит. Ведь нужны осенние теплые ботинки, новая «сменка» в школу, спортивный костюм на физкультуру, верхняя одежда. Да все! И это, не считая новых тетрадей, покупку которых, как оказалось, мы оттягивали с сентября. Практически на каждый предмет – новый, «нужный» учебник, по которому привык работать учитель, без которого, ему, ну никак не обойтись… Только на это около трех тысяч!

А потом новая, платная экскурсия, как оказывается, давно запланированная педагогом и уже забронированным местом для моего неугомонного братика.

Обязательное бесплатное образование в нашей стране убивало меня материально!

Сегодня с утра радовало одно: вчера я нашла подработку! С большим трудом, с минимальной оплатой, но честную, с еженедельным расчетом. Договорилась на мытье подъездов многоквартирного дома с управляющей компанией, которая не будет проводить меня официально, закрыв глаза на временное отсутствие документов. Но это только начало! Как только выкуплю паспорт – закончу вечернюю школу, получив обязательный аттестат. А с ним, как мне казалось, хоть куда!

***

Мыла.

Работа оказалась крайне и неожиданно тяжелой.

Когда устраивалась, не думала, что те копейки, которые мне обещали, достанутся тяжким трудом. Первый подъезд, еще куда ни шло, но остальные восемь – оказались для меня неподъемным, каторжным трудом. Вода, которую приходилось набирать самой, периодически меняя, находилась на первом этаже, и, с учетом постоянного поднятия полного ведра на каждый последующий – я проклинала мою инициативность, но тащила, стараясь как можно меньше пользоваться лифтом, чтобы не ущемлять жителей, постоянной его занятостью.

Уже через два часа – не могла разогнуться.

Привычка мыть пол в ручную сыграла со мной злую шутку. Но, отведенная мной, пара часов растянулась, превратившись в четыре, окончательно выбив меня из сил. Руки, висели плетьми, каждое, малейшее движение отдавало ноющей болью, резью проходившей по всему телу, парализуя.