Любовь рикошетом, или Правило бумеранга

Пролог

Капли дождя монотонно барабанили по лобовому стеклу моего старенького «Форда». Раздражали, но сегодняшняя непогода была под стать настроению. Я, уже в который раз за сегодняшний вечер, потянулась к бардачку и достала оттуда пистолет. Оружие привычно легло в руку, металл приятно остужал горячую ладонь, холодом стали напоминая мне о том, для чего я здесь. Не удержавшись, бережно погладила деревянную накладку на рукояти большим пальцем и вернула его на место. Осталось совсем немного…

В салоне автомобиля тихо, фоном играла музыка, но я не слышала ничего, отсчитывая удары своего сердца. Оно стонет в предвкушении давно продуманного возмездия или это ноет дождь, тяжелыми каплями продолжая отбивать свой заранее запланированный ритм, словно отсчитывает секунды до начала моего четко выверенного плана.

Я снова посмотрела на яркую вывеску ночного клуба и перевела взгляд на его двери, рассматривая центральный вход. Машину припарковала так, что она была полностью скрыта, намеренно спрятана мной в темноте от любопытных глаз. Посмотрела на часы и тихонько застонала от разъедающего меня нетерпения…

«Неужели обманул?!»

Сама я не знала и никогда не видела своего жестокого врага, но, по словам не в меру разговорчивого человека из его близкого окружения, я точно знала, что сегодня он будет здесь, в клубе. Эта ночь станет для него последней. Я жила этой маниакальной идеей должной справедливости вот уже два года, начиная с семнадцать лет. Месть стала смыслом моей жизни. Жгучая ненависть к нему заставляла меня вставать с кровати каждое утро и любыми путями идти к своей цели.

Совсем скоро…

Снова посмотрела на часы, но быстро перевела взгляд, следя за светом фар подъехавших к дверям ночного клуба машин. Он. Задержала дыхание, стараясь выровнять пульс и потянулась к бардачку за пистолетом, но, решительно отдернула руку, как только увидела, что из дорогих автомобилей вышли несколько мужчин. Растерялась. Со спины я не смогла четко определить свою жертву. Ошибка в таком деле была невозможна. Я не убийца. Я – каратель.

Следя за тем, как шумная компания мужчин, весело смеясь, заходит в двери клуба, я быстро протянула руку к пакету на переднем пассажирском сидении и достала оттуда новенькие красные туфли на умопомрачительной шпильке. Для удобства открыла водительскую дверь и переобулась, сняв и закинув удобные кеды «Converse» в тот же пакет, быстро откинула его назад. Посмотрев на себя в зеркало заднего вида, аккуратно накрасила губы ярко-красной помадой, в тон своему платью и вышла из машины, взяв с собой только маленькую клатч-сумку. План был продуман мной досконально, поэтому, приступив к одному из, до тщательности просчитанных, вариантов я уверенно зашагала в сторону клуба, стуча высокими каблучками.

Никто не должен пострадать. Только он.

1 глава

Очень неуютно чувствовала себя в таком образе. До неприличия короткое платье постоянно задиралось, оголяя бедра, поэтому, периодически нервно его одергивая я быстро прошла прямиком в сторону бара. Присела на высокий стул, стыдливо пряча бесстыдно оголившиеся на показ длинные ноги. Но, вспомнив причину своего здесь появления, выпрямила спину, решительно встряхнула головой, расплескав шоколадного цвета кудри и дерзко закинула ногу на ногу, пытаясь привлечь к себе внимание. Но не всех. Я мечтала притянуть взгляд лишь одного мужчины в этом переполненном зале и для этого готова была сыграть роль приманки для хищника, на которого объявила смертельную охоту.

Высматривая в толпе желанную жертву я пытливо рассматривала мужчин, разыскивая единственного, до отвращения ненавистного.

Глаза въедливо просматривали одну мужскую компанию за другой, поочередно отметая, пока взгляд не притянуло, словно магнитом…

Мужчина, явно, выделялся из своего шумного и веселого окружения: статью, разворотом плеч, безупречным, чеканным профилем. Он совсем не улыбался, но даже на расстоянии, я заметила, как блестят его глаза, но не от смеха, а каким-то особым, жутким, дьявольским блеском, заставляя меня задрожать от нетерпеливого предвкушения мести.

Он.

Я знала о нем и совсем не знала его, начиная с семнадцати лет, слушая только рассказы душевнобольной матери.

Он – Демьян Северный. Один из трех «криминальных королей» по прозвищу Ветер.

Проверяя себя, всматривалась в его лицо, пытаясь найти единственную значимую деталь о которой рассказал мне его приближенный – большой шрам на правой щеке. Только он мог гарантировать мне, что это именно тот человек-зверь, которого я ищу два года. Но мужчина не поворачивался ко мне изъяном, не позволяя привести в исполнение уже вынесенный и вполне заслуженный ему приговор.

Компания мужчин была навеселе, что, несомненно, облегчало мою задачу. Вокруг них уже крутились хорошенькие девушки, словно стайка разноцветных птичек. Старались привлечь к себе внимание танцами или откровенным флиртом, любыми способами, чтобы выделиться среди себе подобных.

Я же не отводила глаз от его лица.

Будто почувствовав на себе мой взгляд, он совсем незначительно дернулся, повел плечом, словно сделал попытку скинуть с себя мое навязчивое внимание. Но сделать это теперь не просто. Если я выбрала цель, то она уже точно будет поражена. За годы, подаренные биатлону, я научилась концентрироваться на мишени. Сейчас я отчетливо видела ее очертания на нём…

«Ну же, повернись!» – молила я. – «Покажи мне метку на своем лице! Дай мне убедиться в правильности своего безошибочного выбора!»

Но он, легко, отмахивался от моего пристального интереса, как от докучливой мухи. Не поворачивал ко мне головы, как будто совсем не обращал на меня внимания, хотя, совершенно точно, уже ощутил мою прямую заинтересованность. Я видела, как затрепетали ноздри хищника, пытаясь уловить едва ощутимый запах охотничьего азарта. Заметила, как он слегка прикрыл глаза, стараясь почувствовать направление, где притаилась жертва, сделавшая попытку поддразнить его…

Только он очень ошибался. Мишенью сегодня была не я, а он.

Необходимо было увести его из клуба. Нужно, чтобы мы с ним остались наедине. Только тогда я смогу привести в исполнение приговор и остаться жива. Умирать вместе с ним, из-за него, я хотела меньше всего, хотя полностью и не исключала эту возможность. Месть, горечью правды разъевшая мне душу, заставляла согласиться на любую безумную авантюру. Я искренне считала, что у меня все получиться, ведь план был продуман мной до мелочей…

Отложив маленькую сумочку, которую неосознанно, нервно теребила пальцами, на барную стойку, я встала и сделала шаг в сторону танцпола. Легко смешавшись с девушками-птичками, кружившими вокруг нужной мне компании мужчин, я подбиралась ближе к своей цели. Все, что мне было необходимо – это заинтересовать, привлечь к себе внимание одного единственного, самого неуловимого.

Но он не смотрел…

Не обращал внимания не только на меня, а вообще брезгливо игнорировал круживших вокруг девушек, прислушиваясь только к разговору друзей за большим столом. Сам в нем не участвовал. Лишь изредка, едва уловимо, кивком головы выказывал свое неодобрение услышанному. Много ли он пил сообразить не могла, так как его бокал был всегда полон. Но бутылки на столе быстро сменяли друг друга, поэтому я не исключала варианта, что ему периодически подливали виски, не забывая подкидывать в напиток лед. Было бы значительно легче, окажись он мертвецки пьян.

Сквозь клубную музыку я услышала громкий взрыв хохота, прозвучавший для меня подсказкой, что важный мужской разговор за столом подошел к концу. Теперь мой выход. Прикрыв глаза, я подняла вверх руки, нисколько не заботясь о том, что платье максимально обнажило мои длинные ноги и начала плавно двигаться, красиво изгибаясь, подчиняясь звучавшему ритму. Я знала, что он смотрит. Почувствовала его холодный взгляд, который лишь ненадолго задержался на мне, оценивая фигуру. Не более.

«Не получиться…» – до крови царапала мое сознание предательская неуверенность. – «Ничего не выйдет…»

Но я продолжала танцевать. Один трек плавно переходил в другой, а его вниманием завладела другая привлекательная девушка. Весь четко выверенный план летел к чертям!

«Ну уж нет! Сегодня он только мой!»

Обойдя конкурентку, я чуть одернула свое платье и, проходя мимо их столика, нарочно покачнулась на высоченных каблуках-шпильках и, неуклюже взмахнув руками, плюхнулась… прямо ему на колени.

– Извините, – пробормотала я, под дружный взрыв мужского хохота.

Сделала попытку встать, но это движение он моментально пресек, ладонью, крепко удерживая мое обнажившееся бедро, пальцами больно впиваясь в напряженные мышцы. Я медленно подняла глаза, вверх, по его груди, потом, по линии шеи, до подбородка… Задерживая взгляд на раздраженно поджатых губах, рассматривала грубый, уродующий его лицо шрам, который рассекал правую щеку до самого виска… А потом уставилась в его глаза: черные, страшные, без единой эмоции в них. До дрожи пустые, но необъяснимо притягивающие, словно жуткая бездна.

Он. Ветер.

Теперь сомнений не осталось.

И моя жажда мести разгорелась огнем дьявольского азарта, словно кто-то, с легкой руки, подкинул дров в костер моей и без того обжигающей ненависти. Больно! Так больно, что нервы, с силой, скручивает, словно в толстый канат, вплетая в него капроновые нити отвращения. Единственный ритм, который сейчас отбивает моей сердце – он мой. Я уже не упущу его. От этой мысли мои губы растягиваются в широкой, искренней улыбке, а он моргает, прерывая наше зрительное противостояние. И это единственная, подаренная мне реакция…

2 глава

– Ветер, отдай девчонку мне, – услышала я, – не поймет она твоих предпочтений.

Меня накрыло мужским дружным хохотом, словно волной. По телу побежали первые мурашки отвращения.

– Забирай, если с тобой пойдет, – холодно, безэмоционально ответил Демьян и начал ссаживать меня на вмиг освободившийся рядом с собой стул.

Но я обняла его за шею и своими пальцами намертво впилась в напряженные мышцы. Он на мгновение замер. А я склонилась ближе, к самому уху и тихо, чуть задевая его мочку губами, только ему прошептала:

– Я с тобой…

Впервые за весь вечер я увидела, как его губы тронула едва заметная ухмылка и он так же тихо ответил:

– Зря.

А потом наклонился ко мне еще ближе и, словно животное, жадно втянул ноздрями воздух рядом с моей шеей…

Я поежилась. Боялась лишь одного. Только бы этот зверь не уловил запах моего отвращения. Мне казалось, что я пропиталась этим приторным ароматом насквозь. За прошедшие два года моя душа просто выгнила от ненависти к нему. Это чувство день за днем, месяц за месяцем изнутри разъедало мою плоть и она, годами, ошметками тлела на моих костях.

Визуально это было совсем не заметно. Я прекрасно выглядела, продолжала заниматься биатлоном, но уже не профессионально, а теперь как любитель, поэтому моя фигура оставалась идеальной, мышцы крепкими и упругими, тело гибким и быстрым. Кожа от долгого и частого занятия спортом на свежем воздухе всегда была чистой, перламутровой, светящейся здоровьем. Только вот я больше не чувствовала себя здоровой. От всепоглощающей ненависти к нему я гнила заживо…

Но он не почувствовал. Откинулся на спинку своего стула и, глядя на собеседника, раздельно отчеканил:

– Девчонка сегодня со мной.

– А завтра? – не унимался тот.

– А завтра – забирай. То, что останется.

Ответ прозвучал так жутко, что мужчины за столом замолчали, а тот, кто завел никому не нужный диалог, сглотнул. Я видела, как судорожно дернулся его кадык и он первый отвел глаза.

Внутри предательски, жалобно застонал инстинкт самосохранения, но, глупо проигнорировав его, я выдохнула и расслабленно откинулась спиной к Ветру на грудь, молчаливо выказывая свое предпочтение, игнорируя услышанный мной разговор. Он иронично хмыкнул или я не расслышала тихое, сказанное мне слово «дура», но отчетливо почувствовала, как он ладонью, притиснул меня ближе к себе, собственнически распластав ее у меня на животе.

Сейчас он так близко, что мне до омерзения неуютно. Поэтому, поерзала, стараясь найти наиболее комфортное положение своего тела, но сделала только хуже, мгновенно, ягодицами почувствовав возбуждение мужчины. Попытка слегка отодвинуться ни к чему не привела. Он лишь теснее прижал меня к себе…

Оттягивать задуманное смысла не было, поэтому я, показательно откинула голову ему на грудь и томно предложила:

– Может быть уйдем сейчас?

– Пожалеешь, – холодно ответил он.

– Точно нет, – искренне, с горячностью прошептала в ответ. – Никогда не пожалею.

– Игорь, – обратился Ветер к сидящему за столом мужчине, – уезжаем. Сейчас. – Ловко приподнял меня, аккуратно направляя в сторону выхода и встал следом. – Сумочку девочки забери с барной стойки.

Как только я услышала четкий приказ – мурашки страха медленно поползли вверх по моим ногам…

Оказалось, что с самого начала этот хищник увидел меня. Сразу заметил. Отчетливо выделил. Кто из нас был сегодня охотником вопрос спорный и второстепенный. Но главное не это, а то, кто из нас останется жив.

Уже выходя из клуба, забрала свою сумку-клатч у подоспевшего Игоря и остановилась перед открытой для меня передней дверцей стального внедорожника Lamborghini Urus.

– А как же моя машина?

– Дай ключи. Игорь поедет за нами.

Лишь секунда на раздумья и я открыла сумочку и бросила мужчине ключи. Но, поспешно вспомнив о спрятанном в бардачке пистолете, в два шага преодолела расстояние до своей машины и, дождавшись звукового сигнала разблокирования дверей, нырнула в салон. Быстрым движением переложила оружие в свой клатч и, улыбнувшись Игорю, пожала плечами:

– Помаду забыла…

– Бывает, – хохотнул мужчина.

Громко стуча каблучками, вернулась к стальному монстру и ловко запрыгнула на переднее пассажирское сиденье. Ветер даже не повернул ко мне головы, словно я для него явление временное, совершенно незначительное, абсолютно не достойное внимания. Плевать. Мне не интересна степень его заинтересованности мной. Существенно только то, что я увлечена им настолько, что у меня дрожат пальцы от нетерпения, поэтому я сжимаю их, сминая ткань своей сумочки. Чувствую ладонью спрятанный пистолет и успокаиваюсь, пытаясь скрыть свои эмоции.

«Он легко прочитает их» – убеждаю себя.

Но эйфория от предстоящей, казалось бы легкой победы уже кружит мне голову. Я даже сейчас могу посмаковать ее фантомный вкус на кончике своего языка.

– Пристегнись, – неожиданно, его слова нарушают ход моих мыслей и я слышу рёв мотора.

– Ты же выпил. Может, я поведу?

– Я не пью. Очень редко, – делает грубую поправку Ветер и выжимает педаль газа.

Стальной внедорожник резко трогается с места, так агрессивно, что меня откидывает назад, спиной на сиденье и я лихорадочно шарю по боковой панели руками, следя за дорогой, стараясь наощупь найти пассажирский ремень безопасности.

– Помочь? – не смотря на меня спрашивает мужчина.

– Нет, все в порядке, я сама.

Манера вождения автомобиля может много рассказать о характере самого водителя. Взрывной, шквальный, порывистый Ветер. Свое прозвище он получил отнюдь не из-за фамилии Северный. Сейчас я на себе почувствовала его промозглый скоростной напор…

Повернула голову и посмотрела на профиль сидящего рядом мужчины. Уродливый шрам, занимавший всю правую сторону его лица, в свете фар встречных машин так испугал меня, что я, случайно, выронила свою сумочку себе под ноги. Глухой стук ее падения был отчетливо слышен в напрягающей тишине салона автомобиля. Сделала попытку нагнуться, чтобы поднять, но тут же была остановлена ледяным, тихо прозвучавшим «позже»…

И вот только сейчас отчетливо осознала крайнюю степень глупости моей сумасшедшей идеи. Повернула голову и посмотрела назад. Видя, что Игорь едет прямо за нами, тихо сглотнула царапающий комок волнения, который застрял у меня в горле.

– Не получится.

– Что? – переспросила я.

«Он обо всем догадался! Догадался! Понял!» – ритм сердца бешено застучал в ушах.

Паника, вдруг охватившая меня, начала отбивать дробь на моих, и без того расшатанных, нервах. Предательски задрожавшими, скрюченными от страха пальцами я вцепилась в ремень безопасности и, медленно поворачивая к мужчине голову, еще раз тихо переспросила:

– Что?

– Сбежать не получиться, – повторил он.

От услышанного, чувство облегчения запульсировало в голове, выбрасывая в измученный переживаниями организм поток первых эндорфинов. Глупая радость побежала по венам, разнося по телу мнимое счастье. Не сдержав наплыва эмоций, я, вот уже второй раз за этот вечер, заразительно улыбнулась мрачному мужчине. Пусть считает, что эта улыбка подарена ему. На самом деле все внутри меня пело, звенело от ликования, что все шло по моему плану.

Мы подъехали к дому с обшарпанным фасадом прямо над входом которого висела непримечательная, почти выцветшая вывеска с неброским названием мотеля. Понятно, что одноразовых девок он по шикарным отелям возить не будет. Вполне возможно, что администрация данного сомнительного заведения закрывает глаза на его «предпочтения», а, может, и подчищает за ним.

Но так даже лучше. Здесь, явно, нет камер слежения. Да и персонал мотеля, скорее всего, не слишком запоминает на время приходящих сюда девушек-гостий, предпочитая закрывать глаза на странные развлечения своих постояльцев.

Как только Ветер остановил машину и разблокировал двери, я выпрыгнула из нее. Обойдя ее, подошла к своему «Форду», который Игорь припарковал прямо за нами. Выйдя из автомобиля, он бросил мне ключи от машины и я их ловко поймала, заслужив от него полуулыбку-одобрение.

– Спасибо, – робко поблагодарила его.

– Игорь, не жди. На сегодня свободен.

Я вздрогнула от неожиданности и властного голоса, прозвучавшего совсем рядом, над моим ухом. Спиной почувствовала мужчину, подошедшего ко мне почти вплотную. Захотелось сделать большой шаг вперед, чтобы увеличить расстояние между нами, но я сдержала себя и осталась стоять на месте, позволяя мужчине грубо нарушить мою зону комфорта.

– Пойдем, – прозвучал приказ.

Я развернулась вслед за ним и зашагала в сторону входа в мотель. Проходя мимо своей машины он, вдруг, внезапно остановился и тихо спросил:

– Сумочку забирать не будешь?

Меня словно ледяной водой окатило! Не просто холодной, а с острыми кусками льда в ней, которые, словно град застучали по моей голове.

– Да, да, конечно буду! – живо затараторила я.

Он молча щелкнул ключами, разблокируя двери своего авто, и я нырнула вниз, за потерянным ранее клатчем. Быстро нащупала его рукой и выпрямилась, прижав к своей груди.

Больше мы нигде не останавливались. Зайдя в мотель, я поморщилась от неприятного, раздражающего глаза тусклого освещения. Ветер прошел мимо вскочившей со своего стула администраторши, лишь кивнув ей, явно зная дорогу к нужному ему номеру. Он больше не обращал на меня внимания. Совсем. Не говорил со мной, не пытался прикоснуться ко мне, не оборачивался, чтобы посмотреть иду ли я следом за ним.

Я шла. Отставая от него всего на пару шагов. Каждый сделанный мной шаг все ближе подводил меня к цели. Я с нескрываемой ненавистью смотрела на совершенную фигуру идущего впереди меня мужчины и отсчитывала секунды, приближающие меня к желанной победе над ним…

Коридор был пуст. Только мы. Вот она- возможность все решить здесь и сейчас, но я медлила. Моя месть может еще немного подождать, погрызть меня изнутри. Я настолько сжилась с ней, что боялась, не знала, как буду существовать потом, без изводящей меня одержимости этим человеком.

Он, все так же, молча открыл дверь номера и первым вошел внутрь. Щелкнул выключателем и небольшую комнату скупо осветила единственная лампочка на потолке. Без колебаний я зашла следом за ним и закрыла за собой дверь.

– Мне нужно сделать пару звонков, – не оборачиваясь ко мне бросил мужчина, – можешь раздеться.

Пройдя к наглухо зашторенному окну он, брезгливо, двумя пальцами приоткрыл пыльную портьеру и выглянул на улицу. Все еще стоя ко мне спиной, достал из кармана мобильный и сделал вызов.

Я же так и осталась стоять у двери. Нас разделяли не более пяти шагов.

Сердце замедлилось.

Дыхание пришло в норму.

Больше не было переживаний или накрывающей меня эйфории от того, что у меня все получилось. Сейчас я была абсолютно спокойна. Почти неслышно открыла свою сумку-клатч и достала оттуда пистолет. Сняла с предохранителя. За годы в биатлоне каждое мое движение было быстрым, отточенным до автоматизма.

Я знала, что не промахнусь.

3 глава

Секунда… Вторая…

Я задержала дыхание, чувствуя подушечкой указательного пальца холод курка.

Стоит мужчине чуть шевельнуться и выстрел последует незамедлительно. Я отчетливо вижу воображаемую точку у него на затылке. Черную, как в тех тренировочных мишенях, которые привычны моему глазу. Но он, словно зная, что сигналом к выстрелу послужит любое его движение, неожиданно замер. В мертвой тишине обшарпанной комнаты я отчетливо слышала, как кто-то, с кем он разговаривал еще секунду назад взволнованно переспрашивает «все ли в порядке». Но мужчина собеседнику больше не отвечает.

Секунда… Вторая…

Я хочу выстрелить не в человека, стоящего в пяти шагах от меня. Для меня он – искусственная цель. Предмет, предназначенный для тренировочной стрельбы. Страха убить нет. Есть техника, отточенная годами.

Но он не двигается, а я не могу нажать на курок.

Мои мишени тоже неподвижны. Почему именно с ним, сейчас все пошло не так – разберусь потом.

А сейчас, за секунду, с одним глухим ударом своего сердца, преодолеваю расстояние между нами и со всей силы, оглушающе бью его по затылку рукоятью пистолета. Его телефон летит на пол. Я вздрагиваю под треск разлетевшегося корпуса. Ветер, как подкошенный, падает. Прямо на меня, поэтому я делаю пару шагов назад, позволяя ему рухнуть к себе под ноги…

«Может быть, так будет легче?» – спрашиваю себя.

Замираю над ним. Не просто перестаю дышать, а даже сердце, кажется, больше не стучит, стараясь не отвлекать меня на подсознательный подсчет пульса. Еще раз поднимаю оружие, прицеливаясь в лоб распластанного передо мной мужчины. Осталось самую малость – просто нажать на курок. Только просто ли?! Палец не слушается моего приказа. Он будто стал отдельной частью моего тела, зажившей своей жизнью…

Ненавижу так сильно, что хочу убить! Эта ненависть со временем стала патологической. Желаю его смерти искренне, неистово, как никогда ничего не желала и не прошу у судьбы больших подарков. Мне нужна только его жизнь. За ней я пришла. Я мечтала забрать ее так долго!

Два года, бережно лелея план своей мести, я глупо считала, что мне, с моими навыками в стрельбе, будет легко убить человека. Один щелчок спускового крючка и этого монстра больше нет. Не будет моих бессонных ночей, не будет монотонных однотипных дней, слипшихся в один вязкий кусок серого безжизненного пластилина. Все это время я готовилась и выжидала лучший момент, всей своей измученной душой стремилась к развязке и вот она. Второго такого шанса может не быть…

Еще раз подняла руку, прицелилась и… с разочарованным выдохом опустила пистолет, с трудом снимая одеревеневший палец с нагретого курка.

В нерешительности застыла, рассматривая абсолютно беззащитного сейчас мужчину. Понимала, что время идет на минуты, что совсем скоро он придет в себя. Нужно завершить начатое сейчас или уходить.

Секунда… Вторая…

«Дура!» – кляла себя.

Но решение мной уже принято.

Все внутри меня с ним не согласно и изъеденный ненавистью организм скручивает от фантомной боли. Но я, игнорируя желания своего черного от злости сердца, мучительно застонав, разворачиваюсь и уверенным шагом иду к выходу. Уже там поднимаю свой клатч, ранее брошенный мной на пол и решительно поворачиваю ручку, щелкая дверным замком. Но, поддавшись шквалу навалившихся негативных эмоций, быстро возвращаюсь назад к неподвижному мужчине. Нагнувшись к нему, достаю из сумочки свою помаду и рисую ей на его лбу красную мишень.

Пусть знает, что я еще вернусь за ним. Обязательно. Как только учту совершенные сегодня ошибки и буду окончательно готова к этому.

От ненужных сейчас размышлений меня отвлекает все еще работающий, мигающий новым входящим звонком, телефон, который уронил монстр. С силой наступая на него, окончательно добиваю хрупкий гаджет. Так я смогу выиграть необходимое мне время. Смотрю вниз, под ноги и замечаю первые, дезориентированные движения мужчины. Слышу негромкий полустон или тихое ругательство. Разбираться не хочу. Как оказалось, сейчас я еще не готова к этому.