Его случайный наследник

Глава 2

Отвечает вроде и спокойно, но от одной интонации у меня мороз по коже идет. Только все эти ощущения длятся секунду, спустя которою Ставров вновь ведет меня по залу и мы занимаем положенные для шафера и подружки жениха места.

Александр молча наблюдает за процессией. А я украдкой изучаю его гладко выбритое лицо, четкий профиль и выразительные скулы. У Александра крупный нос с горбинкой, будто сломанный, однако миллиардеру это лишь придает лоска.

От опасного мужчины просто дух захватывает. Пожалуй, нет других слов.

Однако я отвлекаюсь от созерцания своего спутника и вновь обращаю внимание на молодоженов.

Уверяю себя, что смотрю на лучащуюся счастьем и собственным триумфом Диану, но нет-нет да и взгляд соскальзывает в сторону жениха.

Почему-то именно в эту секунду вспоминаю день, когда Диана влетела в нашу общую комнату…

– Алинка! Алинка! Я беременна!

Резкий возглас прямо в спину и бумаги, которые собирала, рассыпаются из враз ослабевших и задрожавших пальцев. Сердце пропускает болезненный удар, но соседка по общежитию не замечает моего ступора, рывком тянет меня за плечо и разворачивает к себе.

– Я залетела! Получилось! Представляешь?!

Хлопает в ладоши на радостях, а глаза блестят ярко, счастливо.

– Все теперь! Будешь подружкой невесты на моей свадьбе!

Информация льется как из прорвавшегося рога изобилия, а у меня ноги подкашиваются, сажусь на стул и смотрю в лучащееся триумфом симпатичное личико моей сокурсницы.

Мы делим с ней эту комнатку с первого курса. Обе из провинции, только в отличие от меня, тихони-заучки, Диана пробивная, отчаянная, желающая зацепиться в столице любым способом.

Любым…

– Ты уверена?

Задаю наитупейший вопрос, и в ответ подруга подмигивает, достает из сумки три теста, кладет их рядышком в линию, а я смотрю на две полоски, образующие бесконечные параллели, и сердце у меня стучит с перебоями.

– Вот! Все точно! Я бы и тридцать тестов сделала! Но денег хватило только три купить. Так что результат на лицо!

Молчу, необходимо время, чтобы осмыслить то, что сейчас происходит, а происходит, собственно, то, что парень, которому я приглянулась, сошелся с моей единственной подругой.

Часто бывает, наверное, что у красотки-зажигалочки в подругах мышка. Мышка – это я. Никогда не отсвечиваю, не привлекаю к себе лишнего внимания.

Сжимаю пальцы, играю с ногтями. Всегда так делаю, когда нервничаю. Заставляю себя прекратить и поднимаю взгляд на свою бойкую соседку по общежитию. Я встала рано, готовилась к семинару, а Диана так и не пришла ночевать, веселилась со своим парнем. Сейчас она, как всегда, накрашена, с укладкой и на каблуках. Это утром-то, в выходной.

Последний атрибут ее наряда мне уже не нравится. Маленькое создание внутри нужно беречь с первых секунд жизни.

– Вишневская! Я так благодарна тебе! Ты просто самая лучшая! Ты знаешь это?! Если бы не ты… не видать мне Прокофьева в женихах как своих ушей!

Хохочет громко и у нее от радости слезы по щекам начинают течь, а я сжимаю пальцы в кулаки так, что ноготки впиваются в кожу, причиняют боль.

Улыбаюсь. Да, Алина молодец. Алина полная дура…

Отдает мысль в висках.

Диана смотрит мне в глаза, иногда у нее взгляд становится острым, проницательным, за веселухой и душой компании таится хваткая особа, но я по-своему привязалась к этой девушке за три года, учитывая, что ни с кем особо не общалась…

– Я тебе по гроб жизни обязана буду. Если бы не ты, не смогла бы я Илью захомутать!

Откидываю светлую прядку с лица, неожиданно стягиваю резинку с волос и зарываюсь в локоны пальцами. Опять подбираю длинные пряди в пучок.

– Блин, Вишневская, такие волосы, как у тебя, грех прятать в свои гульки. Если бы ты захотела, мужиков бы штабелями укладывала, а не куковала одна над книгами, пока я на свидания бегаю.

Фыркаю.

Мое единственное свидание с парнем за все это время в университете было как раз таки с Прокофьевым.

Пожимаю плечами.

– Я даже не знаю, что мне сказать на это.

– А ничего не говори. Я вот как свою личную жизнь решу, за твою возьмусь! Мы в столице, детка! Здесь через шаг миллионеры, удача рядом, понимаешь?! Нужно просто не спать, а вовремя ориентироваться.

– Диана, а как же теперь твоя учеба?

Говорю совсем не то, что нужно, судя по улыбке Дианы, она относится ко мне как к несмышленышу, которого стоит натаскать и направить на путь истинный.

– Вот ты пока в своих конспектах утопаешь, жизнь проскальзывает мимо тебя. Алинка, я устала тебе вдалбливать! Ты учишься в одном из лучших вузов страны, у тебя сокурсники мажоры, а ты все сидишь, зубрилка такая.

Диана светится, а у меня от ее слов внутри словно все обрывается, с трудом удерживаю лицо.

– Я не могу так, Диан, неправильно это. Нельзя.

– Эх, Вишневская, правильная ты больно, – подмигивает и забирает с тарелки, стоящей на столе, зеленое яблоко, хрустит, прикрывает от удовольствия глаза.

А я встаю, принимаюсь собирать рассыпанные листки моего доклада. Откладываю на край старенького потрепанного стола и сажусь на кровать напротив Дианы.

Девушка действительно выглядит не к месту в этой комнатке. Одежда у нее брендовая. По виду можно предположить, что она столичная. Но это не так. Диана дочь простых учителей из далекой глубинки. Собственно, как и я.

Мы отличаемся как небо и земля, и я до сих пор не могу понять, почему считаю ее подругой.

– Илья сделал тебе предложение? – интересуюсь, чтобы хоть как-то заполнить повисшую тишину.

На что Диана, смачно пережевывая яблоко и чавкая, отвечает весело:

– Нет, он пока о своей свадьбе не подозревает…

Слабо улыбаюсь. Кто знает, кто из нас двоих прав. Жизнь, наверное, рассудит. Но я четко уверена, что привязывать мужчину ребенком – неправильно. Ведь маленький комочек ни в чем не виноват. Невинное дитя.

– Я не верю в историю Золушки, которую с распахнутыми объятиями примут в семью, которая стоит слишком высоко на социальной лестнице.

– Сделает. Вишневская. Илья позовет меня в жены. Иначе…

Диана откладывает огрызок и прихватывает со стола продолговатые тесты с двумя полосками, проводит ими перед моими глазами, машет из стороны в сторону, как победным флагом.

– Я ему такой армагедец устрою!

– О чем ты?

– О том, что у тебя на лице написано, что лучшее, что меня ждет с Ильей, это он мне денег даст и отправит в клинику. Последствия ликвидировать, так сказать.

Прислоняю ладони ко лбу. Голова болеть начинает от всех этих новостей.

– А я тоже не пальцем деланная. Ты прикинь, какой позор ждет фамилию Прокофьевых! Весь универ загудит, если в массы просочится, что сын ректора заделал наследника и не женится на матери своего ребенка! Пойдут сплетни и уже никто не поймет, кто из Прокофьевых так накосячил. Отец или сын! Репутация для таких, как они – все. А ты меня знаешь, я такую шумиху подниму, не отступлюсь.

От этой тирады мне плохо становится. Сердце сжимается и хочется убежать подальше.

– Так что – женится. Как миленький. Я буду бороться не за себя, а за своего ребенка!

Выдыхаю и мотаю отрицательно головой.

– Неправильно это все, Диана, нельзя ребенком мужчину привязывать.

Отмахивается. В глазах слезы вспыхивают, и моя злость отходит на второй план.

– Я люблю Илью, Алинка! С первой секунды, как увидела, втюрилась… Я не знаю, что на меня нашло! Вот бывает такое. Как выстрел. И мне вот здесь больно, – ставит ладонь на грудь, проводит нервно, словно и правда болит, – стоит только подумать, что он со мной порвет, как в глазах темнеет.

– Все равно так нельзя…

– Грех в такого не влюбиться: внешность, возможности, положение. Все при нем. Я, считай, в лотерею выиграла, в огромную столичную лотерею.

Смотрю в лицо Дианы и не знаю даже, что сказать. Илья мне никогда не нравился. Он пригласил меня на свидание, с которого я сразу же захотела уйти, а затем к нам случайно подсела Диана. Мне и полегчало. С радостью я оттуда ушла, оставив этих двоих наедине.

Яркая вспышка фотокамеры ослепляет и обрывает случайный поток воспоминаний, вздрогнув, возвращаюсь в реальность, поднимаю глаза на своего спутника и сталкиваюсь с прицельным взглядом миллиардера.

– О чем задумалась?

Спрашивает проницательно, словно считывает мои эмоции, а я лишь улыбаюсь краешком губ и дергаю подбородком. Уж Ставрову я не стану рассказывать о своих думах и опасениях. Миллиардер вообще последний человек, с которым можно пойти на откровенность.

Не могу понять почему, но чисто интуитивно ощущаю, как он пренебрежительно смотрит на невесту, словно знает тайное…

Рука на моей талии чуть сжимается, словно подталкивая меня, и я сдаюсь:

– Ни о чем, восхищаюсь свадьбой и вообще всем действом, – наконец, отвечаю, чтобы избавиться от неловкой паузы, потому что Ставров опять смотрит на меня и только от одного взгляда у меня мурашки бегут вдоль обнаженной спины.

Роскошный зал ресторана встречает нас множеством цветов, украшений и серебряных подсвечников, которые стоят на круглых праздничных столах. По центру потолка старинная оригинальная люстра, переливающаяся множеством хрустальных слезинок.

На мгновение у меня дух захватывает от окружающей красоты. Кажется, что я оказалась в старинном замке. Хотя, по сути, так и есть, эта усадьба принадлежала именитому древнему роду в свое время.

В самом конце на возвышении места молодоженов. Огромный прямоугольный стол буквально состоит из цветов, а по центру стоят два кресла, очень напоминает это все царское ложе.

Множество гостей. Живая музыка в исполнении приглашенных музыкантов. Мое место на правах подружки невесты именно за этим столом. Рядом с Дианой.

– Алин, у меня стрелки не размазались? – задает вопрос невеста, наклонившись ко мне.

Внимательно смотрю в ее лицо с идеальным ровным макияжем.

– Все ровно, – отвечаю шепотком.

– Профессиональный макияж так быстро не стекает.

Улыбается Диана и бросает короткий взгляд в сторону Ставрова. Миллиардер восседает рядом словно король, лениво наблюдает за торжеством. Гости произносят тосты и дарят подарки. Бархатные коробочки с логотипом элитных ювелирных домов невесте, а конверты жениху.

Я чувствую себя на пиру королей. Не в своей тарелке. Тереблю ножку бокала и делаю осторожный глоток воды, когда ловлю на себе взгляд Александра.

Быстро отвожу свой, но ощущение, что меня рассматривают под микроскопом, не оставляет. И я немного выдыхаю, когда Ставров поднимается со своего места и удаляется в зал, где его сразу же обступают мужчины. Одного взгляда хватает, чтобы понять – со Ставровым обсуждают что-то важное, скорее, спрашивают совет, так как слушают ответ миллиардера очень внимательно.

Заставляю себя переключиться с Александра и наблюдаю за выступлением приглашенных артистов, веселье идет полным ходом, здесь много друзей Ильи. Веселые мажоры гуляют громко, отплясывая в центре зала.

– А сейчас, дорогие гости! Первый танец жениха и невесты! Наши поздравления!

Произносит известный певец со сцены и начинает петь свой знаменитый хит. Жених поднимается и ведет невесту в центр зала.

Подпеваю любимой песне и опять чувствую взгляд. Знаю, кто именно на меня смотрит.

– Устала…

Наконец, возвращается за стол запыхавшаяся и раскрасневшаяся Диана, пока Илья остается в зале и продолжает общаться с гостями.

– Ну ты так и не сделала ничего, чтобы привлечь внимание миллиардера, – осуждающе полушепотом произносит счастливая невеста, а я улыбаюсь в ответ и отрицательно качаю головой.

Ставров явно купается в женском внимании, а я знаю, что ничего общего у меня с этим взрослым искушенным мужчиной быть не может.

Невозможно. Понимаю все, но от этого не легче. Нужно просто переждать. Опять смотрю на жениха, который весело разговаривает с гостями, шутит и в целом выглядит веселым повесой.

Когда в его сторону двигает миллиардер, Прокофьев как-то сразу выпрямляет спину, а я почему-то сравниваю этих мужчин и Илья проигрывает во всем. От манеры держаться до роста. Ставров вообще крупный мужчина, возвышающийся над всеми. Монументальная личность. От него веет хищностью и надменностью.

– Ну что, залипаешь на миллиардера? – проникновенный голос Дианы заставляет вздрогнуть.

– Нет… он просто, не знаю.

– Брутальный самец? – подсказывает невеста, прикусывает губу и продолжает игриво: – Хотя нет, Вишневская, пожалуй, Александр Ставров – идеальный отец для твоего будущего малыша…

– Диана, прекрати! – шиплю, понижая голос, боясь, что кто вдруг услышит подобное.

– Не будь дурочкой, Алинка, у тебя идеальный шанс отхватить миллиардера, понравься ему, не будь букой.

– Я не буду пытаться привлечь его внимание! Это во-первых. Во-вторых, он пугает и, наконец, привязывать мужчину ребенком – неправильно! Ты знаешь мое отношение к подобным вещам. Я просто так не могу.

Щурится, не нравится моя тирада.

– Но сейчас я прямое доказательство того, что очень даже можно.

У нее щеки румянцем идут, злится, а я отвечаю, вздохнув:

– Диан, я искренне желаю тебе счастья, но это не мой путь. Не мой вариант. Да и, мягко сказать, Илья далеко не Ставров… Поэтому наслаждайся своим торжеством, а мою личную жизнь оставь мне.

– Нет у тебя личной жизни, Алина! В девках сидишь, никак с ценностью своей не расстанешься, – говорит иронично и отпивает воды из хрустального бокала, – ты бы и о здоровье подумала.

Молчу, закатив глаза, я за свою невинность не держусь, просто так уж получилось, что нет достойного мужчины.

Правда, подумав об этом, мой взгляд вновь соскользнул в сторону Александра, а сердце предательски забилось от желания узнать, как это – стать женщиной в объятиях такого шикарного, брутального мужчины…

– Как знаешь, Алинка, – прерывает мои мысли задумчивый голос Дианы, – просто любая удавилась бы за такую возможность. Даже я отдала бы все, чтобы на месте Ильи был этот брутал…

Фраза сказана с таким пылом, что я просто вздрагиваю и смотрю в лицо подруги.

– Нет, ну я это так, к слову. Хотя ты права. Ставров не тот мужчина, которого можно склонить к чему-либо…

Поворачивает голову и проговаривает:

– Кстати, Вишневская, он с тебя глаз не сводит.

Машинально смотрю в сторону, куда повернула голову подруга, и действительно сталкиваюсь с огненным взором черных испепеляющих глаз…

И в эту самую секунду у меня почти сердце останавливается и накрывает диким страхом. Александр слишком далеко, вокруг играет музыка, но мне почему-то жутко от того, что кажется, что мужчина мог услышать наш разговор.

Не успеваю отойти от шока, как меня оглушает голос ведущего, исходящий из мощных динамиков:

– Не будем нарушать традиции. Танец свидетелей жениха и невесты. Просим!

Лучащийся улыбкой на миллион ведущий учтиво обращается к миллиардеру, гости начинают поддерживать предложение аплодисментами и одобрительными возгласами, а я впадаю в некий ступор.

Открываю в шоке рот и не знаю даже что сказать.

– Вишневская, соберись! Сюда идет он…

Ударяет меня под столом ногой Диана и начинает улыбаться на камеру, а я не могу раздвинуть губы в улыбке, да чего уж там, дышать перестаю и смотрю, как Ставров идет прямо к нам, игнорируя подобострастные взгляды девушек. Надменный, уверенный в себе. Приближается, как атомный крейсер, взяв курс прямо на меня.

– Потанцуем?

Произносит, протягивая широкую ладонь, и смотрит мне в глаза, а я теряюсь, не знаю, как быть. Торможу и чувствую, как пальчики предательски дрожат.

– Давай, – улыбается Диана и толкает меня в спину.

Спустя секунду, наконец, отмираю и вкладываю руку в широкую ладонь, ощущаю огненное прикосновение и темный взгляд антрацитовых глаз.

Александр легонько тянет меня на себя и, держа за руку, ведет в центр зала. Резко останавливается и одним слитным движением прибивает мое тело к себе. Я даже не понимаю, как он так мастерски проворачивает подобный финт.

Теряюсь и смущаюсь окончательно и, заглянув мужчине в глаза, робко произношу:

– Из меня плохой танцор. Боюсь, я отдавлю вам все ноги.

Пытаюсь шутить, но мужчина не улыбается. Его глаза слишком цепкие, впиваются в меня и на дне этих черных бездн вспыхивает что-то странное, когда Ставров отвечает:

– В танце главный акцент на мужчине. В умелых руках партнерша запорхает…

Улыбаюсь. И, наверное, опять краснею. Как-то двояко воспринимаю все, что он говорит. У этого мужчины агрессивная энергетика самца, уверенного в своих действиях, я тихонечко выдыхаю и решаю сдаться этим умелым рукам.

Раздаются мягкие вступительные аккорды, исполненные скрипкой. Весь зал окутывает романтическая мелодия и неожиданно тематика меняется, убыстряется, становится резкой. Быстрой. Дерзкой.

Касания мужчины обжигают голые плечи и верхнюю часть спины, мне кажется, что я действительно начинаю порхать, ноги отрываются от пола, когда мужчина напротив делает легкие шаги.

Ставров именно ведет меня в танце. Уверенно прижимает к себе за талию. Смотрит в глаза. И в какой-то момент я просто не выдерживаю и отвожу взгляд в сторону, смотрю поверх его плеча.

Только он продолжает крутить меня в своих руках, и после очередного пируэта меня буквально вбивают в широкую грудь.

Несмотря на то, что зал полон гостей, чудится, что мы здесь одни. Нет никого. Как-то слишком нравится чувствовать себя пушинкой в руках огромного мужчины.

Вся интимность происходящего слишком будоражит. Касания горячих рук распаляют и заставляют все внутри трепетать. В какой-то момент я просто не выдерживаю и прерываю зрительный контакт, смотрю либо в сторону, либо поверх плеча Александра.

– Что там интересного разглядела, Вишенка?

Бархатный голос полон каких-то непередаваемых тягучих ноток, распаляет не меньше огненного касания мужских пальцев к моей оголенной коже. Ставров ведет вверх по моей спине, словно поглаживая чуть выпирающие позвонки.

– Алина, – повторяет с нажимом.

– Н-ничего…

– Тогда посмотри на меня.

Даже интонацией подчиняет, заставляя вновь заглянуть в черные глаза, которые сейчас становятся просто непроницаемыми.

– Доверься.

– Сложно, – отвечаю загипнотизировано, глядя в полыхающую черную бездну.

– Не отрицаю. Иногда танец откровеннее интима.

Щеки начинают пылать от подтекста сказанного, но я действительно перевожу взгляд и рассматриваю волевое лицо надменного мужчины.

Красивый он. Настолько, что дух захватывает, и чем больше смотришь, тем сильнее нравится. В нем чувствуется зрелость, опытность, надежность. Действительно хочется довериться, но я прикусываю губу и заставляю себя собраться.

Не хочу лететь мотыльком в огонь, который так манит. Собираюсь и дистанцируюсь немного, насколько это позволяет танец.

Мои маневры не остаются незамеченными. Понимаю по тому, как в уголках твердых мужских губ проскальзывает едва уловимый намек на улыбку.

– Забавная Вишенка…

Произносит нараспев, словно пробуя на вкус мое имя, теряюсь совсем от такого напора и отвечаю тихо:

– Обычная.

Пожимаю плечами и в этот момент Александр делает резкий выпад и заставляет меня выкрутиться вокруг своей оси, опять вбивает меня спиной в крепкую грудную клетку, замирает так на мгновение, а я, наверное, с ума схожу от ощущений жаркой твердости тела мужчины позади меня.

Там не мышцы, там титан, и сквозь тонкую ткань платья я это ощущаю.

– Шаблон рвешь, – жаркий голос опаляет ушную раковину, когда Ставров чуть наклоняется, – Вишенка.

Мурашки бегут по спине, ноги ватные, и хорошо, что мужчина меня держит, иначе упала бы. И все равно даже сквозь марево чувственности слух колют опасные нотки в интонациях.

– Какой именно шаблон? Я не понимаю, о чем вы…

Опять поворот и наши взгляды сталкиваются.

Не отвечает. Разглядывает меня молча. И я наблюдаю, как на дне этих зловещих глаз появляется азарт настоящего хищника.

– Неожиданно, что у невесты водятся такие подруги…

Не сразу понимаю смысл слов, хмурюсь.

– Что вы имеете в виду?

Улыбается краешком губ. Взгляд становится темным, плотоядным и мне, не знаю почему, на ум приходит, что со Ставровым Диана бы побоялась играть в свои игры. Есть в этом мужчине что-то зловещее, несмотря на весь лоск миллиардера в нем есть что-то первобытное, пугающее.

Пауза затягивается, но в этом молчании я слышу ответ. Александр знает причину скоропалительной свадьбы. Становится неуютно, и я выдыхаю, когда у мужчины хватает тактичности не продолжать.

Стоит чуть выдохнуть и расслабиться, как Александр бьет на поражение, дает понять, что видит меня насквозь:

– Своих не сдаешь, да, Алина?

– Господин Ставров, вы пригласили меня на танец, а не на допрос.

Резко делаю шаг назад, хочу прервать этот танец, но мужчина не выпускает из рук, и вдруг на его лице появляется улыбка и я подвисаю от белозубого оскала хищника. По-иному не скажешь.

Холодность исчезает и остаток танца проходит в молчании. Александр смотрит так, что волей-неволей подаюсь на его ауру, энергетику и начинаю двигаться в умелых руках. Он направляет. Действительно в его руках я начинаю порхать на паркете словно бабочка.

Опять поворот и я смеюсь от неожиданности и драйва. Немного путаюсь в длинном подоле кремового воздушного платья, но миллиардер не дает мне упасть, подхватывает за талию, спасает положение, и я становлюсь глиной в опытных руках.

Ровно так, как он пообещал в самом начале танца.

В какой-то момент его близость оглушает, мелодия начинает стихать, я делаю шаг в сторону, чтобы завершить затянувшийся танец, но мужчина не отпускает, он тянет меня за руку и заставляет практически упасть на широкую грудь.

– Постой, Алина. Не убегай…

Опять шепот в самое ухо и взгляд, пока он медленно ведет меня в танце. Слишком близко, слишком интимно, соприкасаясь со мной всем телом, давая прочувствовать литые мышцы, которые скрывает идеально пошитый костюм.

– Я и не собиралась, просто…

Улыбается краешком губ.

– Просто Вишенка решила ускользнуть.

Пытаюсь что-то ответить, но прерывает мой лепет:

– Расскажи мне о себе, – проговаривает спокойно, но в глазах проскальзывает металл. Это взгляд человека, привыкшего управлять и приказывать.

– Нечего рассказывать, – опять пожимаю плечами, – у меня не самая интересная жизнь, учеба, работа. Ничего особенного.

Опять улыбаюсь, не могу оторвать взгляда от черных обсидианов напротив. Что-то странное проскальзывает во взгляде миллиардера. А я понимаю, что хватка у Ставрова действительно стальная, он не намерен выпускать меня из-под своего прицела так легко.

Не знаю почему, но внутренне напрягаюсь. Все волоски на коже дыбом встают. Пугающий он. От него мощью веет.

– Я не знаю, что вам рассказать, – улыбаюсь, слегка смягчая свои слова.

– Ну, например, как вариант, можешь рассказать, как у такой… – пауза многозначительная и дающая додумать нелицеприятное слово, – как Диана, есть такая подруга, как ты…

И в этот момент взгляд Ставрова становится цепким, прищуривает черные глаза. А мне чудом удается не отшатнуться, потому что становится страшно заглядывать в эту черную зияющую пустоту.

– Мы с одного курса, живем в одной комнате в общежитии, и не смейте с таким снисхождением говорить о моей подруге!

Поднимаю подбородок. Да, я во многом с ней не согласна. Многие взгляды Дианы на жизнь не разделяю. Считаю, что она неправа, приняв решение забеременеть, чтобы выйти замуж, но это ее решение. Но они с Ильей скоро станут родителями ни в чем не повинного существа. Поэтому этому надменному типу я высказываться столь пренебрежительно не дам.

– Вы гость на свадьбе, судя по всему, друг семьи, всеми уважаемый бизнесмен, а Диана с сегодняшнего дня стала частью этой семьи, так что, оскорбляя ее, вы оскорбляете своего друга – отца Ильи.

Выпаливаю свою пламенную речь как на духу, щеки обжигает, и я понимаю, что, наверное, сейчас стала пунцовой.

Странно, что Ставров выслушивает весь мой монолог, не перебивает, кивает своим мыслям и отвечает спокойно:

– Вот поэтому и спрашиваю, как столь разные люди умудрились сосуществовать в одном пространстве?