Малыш для биг-босса

Глава 1

Надежда

– Опаздываю! Черт возьми, как же сильно я опаздываю!

– Надь, оденься потеплее, на улице ветрено!

– Бабуль, все нормально, погода хорошая, теплая, солнышко! – кричу из коридора, надевая туфлю на непривычно высоком каблуке, прыгаю на одной ноге, пытаюсь справиться с равновесием под звонкий смех моего сынишки, раздающийся из кухни.

– Зонт не забудь! Я вот слушаю прогноз погоды, обещают сильный дождь! – отвечает бабушка и продолжает нараспев: – Ааам, давай, внучок, открой ротик. Кашу есть нужно по утрам, чтобы быть здоровым.

Забегаю на кухню, беру с тарелки нарезанный треугольником кусочек бутерброда и на ходу запихиваю в рот, запивая остывшим чаем. На мгновение останавливаюсь, чтобы поцеловать в пухлые щечки своего сынишку.

– Будь умницей, Брошка моя, – малыш забавно вытягивает губки бантиком и тянет ко мне пальчики, хочет на ручки, но я лишь треплю его вихрастые каштановые прядки, заглядываю в необыкновенно глубокие серые глаза и прикусываю губу. В груди щемит болезненно. С каждым днем малыш все больше похож на своего отца.

– Сегодня у мамочки важный день, пожелай мне удачи!

Крепко обнимаю сынишку и на сердце, как всегда, расцветает нежность. Мой сын – мое все. Сложно быть матерью-одиночкой, но я справляюсь! Ради нашего будущего. Я должна. Благо Татьяна Алексеевна и Вениамин Игоревич всячески помогают. Я вообще многим обязана этим людям…

– Ну куда ты все время бежишь, егоза?

Улыбается Татьяна Алексеевна, которую я также чмокаю в морщинистую щеку.

– Все, не ссорьтесь, я побежала, – отвечаю на бегу, вылетая из кухни, и уже вдогонку слышу:

– Удачи тебе, Наденька!

А затем опять долетает ее коронное:

– Ааам.

Вбегаю в коридор, лихорадочно цепляю папку со своим проектом, на который возлагаю огромные надежды. Деньги нужны и если мне дадут повышение…

Бросаю взгляд на простенькие наручные часы и припускаю быстрее по лестницам.

Не дадут мне повышение, особенно если опоздаю!

Тем более что проект мне предстоит показывать новому начальству. Организацию, в которой я работаю, поглотил крупный концерн, и сегодня я показываю свою работу новому руководству.

Страшно. Но я предпочитаю об этом не думать!

В метро я бегу на всех парах. Утро. Толкучка. Все спешат. На выходе приходится извиняться, но я лихорадочно пробиваюсь вперед.

Нельзя опаздывать! Нельзя!

Наконец, поднимаюсь по лестницам и лечу по тротуару в сторону небоскреба, в котором базируется головной офис фирмы. Раньше помещение снимали для престижа, а как вещали девчонки из финотдела, теперь, когда нас купил «Сталь Альянс», все здание отошло этому гиганту.

Эта очень крупная компания занимает свою нишу на металлургическом рынке. Словом, перспективы для организации открываются огромные, но как говорят, новая метла метет по своему, и я надеюсь, что свою деятельность «Сталь Альянс» не начнет с массовых увольнений и заменой кадров!

Наконец, влетаю в стеклянную карусель двери и бегу к лифтам.

– Захарова! – слышу окрик, поворачиваюсь. – Ты бейдж обронила, – протягивает мне девушка с ресепшена мою пропажу.

Киваю в знак благодарности и забираю ленточку. Успеваю процокать каблучками по мраморному полу холла, затем перехожу на быстрый шаг, но все равно лифт практически щелкает створками перед моим носом, не допускаю этого, подставляю под удар узковатый нос своей лаковой туфли.

Сразу же раздается щелчок, и я проскальзываю внутрь, бросаю скупое приветствие народу, и боюсь пошевелиться из-за толкучки.

Лифт же словно играет на моих нервах сегодня с особой жестокостью, плавно взлетая и останавливаясь практически на каждом этаже, выпуская и впуская новых пассажиров.

Дзинь.

Заветный этаж. Красные циферки мигают, будто приглашая меня выбраться из душного нутра кабины.

Створки открываются.

– Я извиняюсь. Прошу прощения. Простите!

Шепчу, пытаясь вырваться из плена тел, одетых в строгие дизайнерские костюмы. Не в пример моему – дорогие.

Наконец, вываливаюсь наружу и на ходу надеваю бейдж с моей фамилией на шею.

Дурацкая штуковина, как назло, цепляется за мою каштановую гульку с рыжинкой.

Пока иду, пытаюсь как-то пригладить пучок и удержать в руках сумку с папкой и документами.

На секунду застываю, продолжая колдовать с прической, и не даю буйным кудряшкам развалить мою тщательно прилизанную прическу деловой леди. До меня доходит, что вокруг меня прямо сейчас творится настоящий бедлам.

Все бегают, все взмыленные. Странно. Ну ладно я-то опаздывала, а что с остальными случилось?!

– Захарова! Ты чего застыла?! Дуй в общий зал! – командует Регина Эдуардовна. Секретарь нашего бывшего шефа, и берет курс в указанном направлении.

Все бегут, и я также семеню за ними. На лицах людей читается какой-то искренний ужас. Может, и вправду увольнять всех будут?

Нет. Только не это. Мне деньги нужны. Сына поднимать нужно!

Прикусываю в сомнениях губу, вхожу в огромный зал и занимаю свободное место.

– Сначала новое начальство представлять будут, – рядом присаживается полноватая девушка с веселыми зелеными глазами – Антонина. Она работает недавно, но уже является главной сплетницей.

– Они еще не здесь… – выдыхаю с облегчением, поняв, что не опоздала, начальство, как принято говорить, лишь «задерживается».

– А кого представлять будут? Неделю назад же уже приезжали шишки из «Сталь Альянс». Владимир Германович представлял.

Девушка улыбается, приподнимает бровки домиком.

– Нееет, – протягивает нараспев и поднимает указательный палец, подчеркивая значимость своих слов, – «Сталь Альянс» – это лишь дочерняя компания. Там рокировка. Словом, новый хозяин сегодня пожалует. Самый-самый главный. Биг Босс!

Хмурюсь.

– То есть…

Антонина заговорщицки подмигивает, лукавые глаза сверкают, когда она продолжает мою фразу:

– То есть сегодня мы будем лицезреть хозяина «Стальной Империи» миллиардера Баграта Умарова!

Имя… Его имя… Совпадение?!

Мне словно воздух перекрывают. Я, наверное, становлюсь белее мела, но слова коллеги сливаются со звуком распахиваемых дверей, и Тоня не обращает внимания на мое шоковое состояние.

Все взгляды устремлены на высокого широкоплечего мужчину, который заходит в помещение с видом абсолютного хозяина жизни, а я прикрываю в ужасе веки.

Мне на него даже смотреть больно, я боюсь взглянуть в его сторону, чтобы не напороться на острый, как бритва, взгляд графитовых глаз, которые невозможно забыть.

– Боже, какой мужчина…

Восторженно лепечет рядом Антонина.

Решаюсь посмотреть на нового Биг Босса и сердце обливается кровью, потому что мой сын точная копия своего венценосного отца – Баграта Умарова.

Глава 2

Ранее

– Женой мне станешь. Вернусь из командировки и решим вопрос.

Баграт говорит со всей серьезностью, а я на мгновение замираю. Приподнимаюсь с плеча своего первого и единственного мужчины, чтобы заглянуть в бездонные серые глаза, шепчу удивленно:

– Что?

– Ты слышала, Надя. Теперь ты моя невеста. Затем станешь женой и матерью моих наследников.

Прикусываю губу и смотрю в красивое волевое лицо любимого мужчины.

– Ты хочешь жениться на мне?

Опять переспрашиваю. Голос дрожит от переполняющего волнения и страха.

– Я уже сказал свое слово, малышка. Повторять не буду.

– И детей хочешь?!

Краснею отчего-то. Теперь понимаю, почему мой опытный мужчина не использует защиту. Баграт лишь улыбается и в уголках глаз зажигаются веселые морщинки, а у меня кончики пальчиков колет от желания прикоснуться к этому сильному мужчине. До сих пор не понимаю, как оказалась под прицелом его интереса…

Хотя всему виною случайность. Неловкость. Падение в руки брутального мужчины. Волосы застилали взор, а незнакомец отбросил мои буйные каштановые кудри назад, чтобы в следующую секунду выстрелить взглядом пугающих графитовых глаз из-под угольно-черных бровей.

– Хочу. Естественное желание, и ты мне родишь, Надежда моя. Пацана и малышку с твоими глазками.

Улыбаюсь. Сердце в груди трепещет радостно, звонко. Баграт мужчина мечты. Рядом с ним вереницы моделей должны голодными табунами ходить, а он выбрал меня…

Я себя не принижаю, просто трезво оцениваю шансы, и не понимаю, как такое чудо произошло именно со мной.

Опять улыбаюсь. Я влюблена… Влюблена с первого взгляда и до безумия. Он заполнил мою жизнь собой, подарил крылья, ощущение того, что рядом надежный мужчина, в чьих руках можно побыть слабой женщиной…

Вообще Умаров ходячее оружие массового поражения для женских сердец. Волевые черты. Острые, как бритва, скулы. И взгляд…

Проникающий, подавляющий. Заставляющий сердце биться в груди, словно пойманная в клетку птица.

Порывисто целую его губы. Зарываюсь пальцами в чуть длинноватые колючие волосы на широком затылке и делаю глубокий вдох.

– Надя… – тянет своим низким хрипловатым голосом, полным возбуждения.

Прикусывает мою губу. Воздуха ничтожно мало, он доводит до сумасшествия только голосом, одной лишь интонацией и обещанием дикого удовольствия…

– Надежда моя…

Баграт так чувственно всегда произносит мое имя. Со смыслом. Словно я и вправду его надежда…

Касается губами моих губ и у меня мурашки-перышки летят вдоль спины, ударяют по чувствительным нервным окончаниям. Я горю в его руках, касается рукой моей шеи и на мгновение длинные крепкие пальцы сжимаются, словно ощупывают и впитывают в себя биение моего пульса.

– Моя… моя…

Повторяет и целует уже сильнее, набрасывается порывисто. А у меня сердце почему-то бьется отчаянно, словно в преддверии беды. Я цепляюсь за широкие плечи, царапаю ноготками смуглую кожу, которая на вкус напоминает океан, соленый, мощный…

Его объятия – словно тиски. Баграт не умеет быть нежным. Отношения с ним на грани, на острие.

Улыбается. Демонстрирует белоснежный оскал, а мне почему-то кажется, что это зубы хищника, что через мгновение клыки удлинятся и он вопьется ими в свою желанную добычу.

Краснею, наверное, кровь приливает к щекам и взгляд плавится. Никогда не смогу привыкнуть ко всему этому. К брендовым платьям, дорогим подаркам, которые мне не нужны.

Сердце вновь отчаянно напоминает о себе и я выдыхаю тихо:

– Не уезжай…

Хмурит брови. Не любит этот мужчина, когда в вопросы его бизнеса вмешиваются. Он конкурентов своих давит, но на мою фразу лишь улыбается.

– Важные встречи с шейхами предстоят в Эмиратах. Новые сделки. Не капризничай, малышка. Решу дела и вернусь.

И целует так, что заглушает все сомнения. Наверное, я до конца не могу поверить в свое счастье. Что такой мужчина из всех выбрал меня. Чем я могла заинтересовать Умарова? Вопрос…

А сейчас… Он практически делает мне предложение. Да еще и открыто говорит, что хочет, чтобы от нашей связи появились плоды любви…

На глазах наворачиваются слезы.

– О чем думаешь, малышка?

Улыбается уголками пухлых, резко очерченных губ, касается края моего глаза и ловит капельку слезы, дрожащую на кончике ресничек.

– Все это так стремительно…

Пожимаю плечами и укутываюсь в одеяло посильнее, прикрывая свою наготу, но Баграт легонько цепляет его своими сильными пальцами, лишает меня спасительного укрытия и прижимает к кровати, удерживая вес тела на сильных руках. Ведет носом по моему, а я просто дурею от терпкого запаха мужчины, от его напора, чувствую, что Умаров нацелен продолжить наши игрища, и пищу тонко, уже утопая в чувственном порыве:

– Разве нам не рано?

Опускаю глаза, упираю взгляд в мощную широкую грудь мужчины с проработанными мышцами.

Баграт Умаров один из самых влиятельных людей города. Богатый. Жестокий бизнесмен, скорый на расправу, а я…

Я не понимаю, как у нас закрутилось, как простая девчонка попала в постель к такому властному мужчине.

– Не хочу терять время. Ты – моя.

Говорит и накрывает мои губы, а я лечу в потоке страсти, не подозревая, как болезненно будет падать с перебитыми крыльями под каток безжалостности этого мужчины…

Сейчас

– Господин Умаров. Прошу.

Распинается миловидная женщина из совета директоров. Ольга Александровна. Баграт просто кивает и проходит к своеобразной трибуне. Высокий. Сильный. Все такой же невероятный. И жестокий. Он изменился. И вместе с тем остался прежним.

Умаров окидывает собравшихся пристальным проницательным взглядом, а я с тонким писком съезжаю вниз по сиденью стула.

– Что же мне делать… что?!

Выдыхаю сквозь сжатые зубы и меня накрывает приступ неконтролируемой паники. Бросаю затравленный взгляд в сторону стеклянной двери.

Бежать. Немедленно. Спасаться!

Мозг отдает сигналы бедствия, но дорогу к моему спасению преграждают два телохранителя Умарова. Короткостриженые мужчины входят вслед за своим шефом и становятся по обе стороны от выхода.

Перекрывают путь к спасению.

Даже если я побегу, вереща, как в лучших фильмах в жанре хоррор, меня схватят, просто заломят руки назад, словно преступнице, и потащат прямиком под серебристые очи мужчины из моих кошмаров…

– Это не выход… – кусаю губы.

А что если я просто поднимусь с места и направлюсь на выход спокойной походкой от бедра, мало ли, девушке нужно в уборную?!

Тоже не вариант. Поскольку все остальные присутствующие сидят, я поднимусь со своего места…

Меня заметят…

Неожиданно меня осеняет шальной мыслью. Какова вероятность, что Умаров меня не узнает?

Ну правда. Все же прошло время. «Около трех лет» – подсказывает внутренний голос. Я могу сказать, сколько дней мы не виделись вплоть до минут, но не хочу напоминать себе, насколько я все еще неравнодушна…

Я изменила внешность, отрастила волосы и отстригла себе челку, вспоминаю, что ношу при себе еще один атрибут защиты и быстро копошусь в сумке, спустя мгновение на моем носу уже красуются очки со стеклами без диоптрий.

Но самое главное…

Я сменила фамилию. Глупость совершила. Огромнейшую. Стоящую так дорого. Но у меня не было других вариантов.

Если бы Баграт знал, на что только я ни пошла, чтобы спастись…

Но он не знает, и я надеюсь, не узнает никогда…

Может, встать и уйти?!

Тарабанит в мозгу мысль. Не отпускает.

Вдруг он не заметит бегство сотрудницы?!

Черт! Паника подступает, накатывает волнами и каждый последующий удар все сильнее отдается болью.

Он не должен меня узнать! Не должен знать, что у нашей связи есть продолжение с его глазами…

Только бы выбраться из этого зала, а дальше… дальше бежать! Бежать так далеко, как только можно.

Мысли затапливают. А проклятое сердце бьется в груди с такой силой, что ребрам больно.

Взгляд прилипает к таким знакомым и родным чертам. Умаров с годами выглядит еще более взрослым, матерым, хищным.

– Надя, что с тобой?!

Наконец, на мое мельтешение обращает внимание Антонина.

– Надя… Чего ты там копошишься?! Ручку уронила, что ли! – дергает меня за рукав сорочки и заглядывает в мое явно бледное лицо. – Ну хватит ерзать на стуле. Отвлекаешь!

Шикает на меня и отворачивается. Я, похоже, мешаю ей созерцать явление Биг Босса.

Дура. Не смотри на него. Опускаю глаза и рассматриваю спинку стула впереди меня. Вон там в углу небольшой скол, а рядом кто-то шариковой ручкой забавлялся, видимо. Школу вспоминал.

Не помогает. Опять думаю о побеге. В огромном количестве людей у меня есть хрупкая надежда на спасение.

Не выдерживаю. Смотрю на мужчину и все внутри отдается трепетом и мурашками, которые бегают по всему телу и заставляют сомкнуть коленки сильнее.

Столько времени прошло, а моя болезнь все так же неизлечима. Один взгляд в сторону моего демона и меня накрывает. Даже надежды на спасение не остается…

Цепко оценив собравшихся, Умаров, наконец, произносит:

– Доброе утро.

Секундой ранее я думала, что случился апокалипсис. Но он не просто «случился», он начался!

Голос. Его голос… насыщенный, спокойный, продирающий насквозь. Как ножом по сухожилиям.

Не забыла. Не смогла. Таких мужчин не забывают…

Он стреляет контрольным прямо в сердце. Без шансов.

Я слышу его слова, но от меня ускользает смысл сказанного. Шок слишком велик. Рука вцепляется в излишне длинноватую челку и перебирает пряди, дурацкая привычка.

Не смотри на него, Надя… не смотри… может, и ОН тебя не заметит…

Убеждаю себя мысленно, но все же не удерживаюсь, глаза сами находят высокого мужчину. Сейчас он стоит у окна и свет утреннего солнца подчеркивает ширину и мощь мужского силуэта.

Там под безукоризненным костюмом скрывается тело настоящего атлета. Не изменился он. Все такой же матерый, разве что более зрелый. Взгляд экранирующий. Там холод арктических ледников с непробиваемыми пластами.

Цокот женских каблуков напоминает удары молотка по глухой бетонной стене. Обращаю взгляд на довольно симпатичную женщину. Раньше к Ольге Александровне я относилась абсолютно равнодушно.

Ну птица высокого полета, руководитель отдела. Но сейчас…

Я замечаю все старания женщины выглядеть привлекательно. Меня буквально ослепляют бриллиантовые блики ее серег, макияж глаз также слишком выразительный, а деловой костюм стального оттенка с юбкой-карандаш слишком сильно обтягивает нижние девяносто женщины.

Укол в сердце.

Нет. Я не ревную! У меня нет никаких прав на эмоции.

– Уважаемые коллеги, я спешу поздравить всех нас с успехом. Отныне мы являемся частью крупного концерна «Сталь Альянс». Сегодня сам генеральный директор почтил нас своим присутствием. Господин Умаров принял решение о скорых изменениях во всей нашей организации, которые он будет курировать лично…

Женщина распинается, а до меня долетает ее излишне воодушевленный высокий голос. Все старания Ольги Александровны привлечь внимание миллиардера тщетны.

А я не отрываю глаз от статного брюнета.

Уверенный в себе, свободный от моральных оков. Почему-то кадрами проскальзывает все то непотребство, которое он вытворял со мной в постели и не только там…

Баграт раскрепощен. Это чувствуется даже при взгляде на его шикарное тело, закованное в доспехи делового костюма-тройки, который лишь эффектно подчеркивает угрожающую красоту и грацию хищника.

Умаров берет слово. Не любит этот мужчина, чтобы кто-то брал контроль в свои руки, вот и сейчас Ольга Александровна остается не у дел вместе со своей пламенной речью.

Но по мере того, как миллиардер говорит, я все больше скатываюсь в отчаяние…

Глава 3

– Я информирован, что сегодня как раз планировались презентации новых проектов. Ну что же… Я заинтересован услышать нечто оригинальное, и если будет новый подход, инновационное виденье, то я буду рассматривать реализацию проекта и возможные инвестиции в развитие.

Умаров говорит спокойно. Но каждое его слово падает подобно бетонной плите на мою бедовую голову. Биг Босс не уйдет. Он намерен выслушать своих сотрудников!

То есть…

Он будет присутствовать на моем выступлении…

Нет! Нет! Что же делать?!

– Также на основании сегодняшних презентаций я решу, как именно будет идти вливание моего нового приобретения в структуру «Сталь Альянс».

Голос Баграта. Словно металл, покрытый бархатом. Отвожу взгляд, коленки дрожат и пот выступает на спине.

Я чувствую себя загнанным в угол зверьком, который жаждет спасения, ищет его, но не находит. Впереди лишь матерый хищник. Стоит ему выпустить свои когти и меня больше не будет…

У меня ничего не останется…

Он отберет!

Пальцы начинают дрожать. Мой сын. Никто не знает, что у меня есть ребенок. Я скрыла факт наличия у меня малыша, когда устраивалась на работу.

После того, как получала отказ за отказом с формулировкой – «увы, вы нам не подходите», а на вопрос «почему?» – тонкий намек, что сотрудницы на больничном им не нужны, я пошла на отчаянный поступок.

Не отметила в резюме, что у меня есть малыш, а в бухгалтерии и не заметили.

Повезло…

Может быть, впервые за очень долгое время, когда сердце стучит все сильнее от страха перед Багратом, я мысленно радуюсь, что никто на работе не знает о моей Брошке.

Сын только мой! Только у моего ребенка – глаза его отца…

Даже то, как хмурит темные бровки, так напоминает…

Не думать! Не плакать! Не сейчас, Надя. Не сейчас…

– На этом мою приветственную речь можем считать оконченной, – чувствую скупую иронию в голосе Биг Босса и опять как магнитом тянет посмотреть в надменное лицо Умарова.

Баграт вновь сверяется со своими часами, подчеркивая, что его время стоит безумно дорого и размениваться по пустякам он не намерен.

Легкая ухмылка на красивом лице.

– Время поджимает. Конкуренты пашут. Так что не расслабляемся!

Биг Босс с юмором, но его шутки могут быть остры, как дротики, вспарывающие плоть.

Не могу заставить себя не смотреть на моего мужчину…

Так. Надя. Стоп.

Умаров никогда не был твоим. Ты была юной, глупой, влюбленной.

Разум талдычит одно, а я, не отрываясь, смотрю на босса. Баграт все так же статен и широкоплеч. Хотя нет. Он стал еще мощнее, брутальнее. Он словно заполняет собой все пространство. Доминирует. Дает четкий сигнал всем собравшимся, что в нашей корпоративной стае появился новый вожак. В нем интуитивно чувствуется угрожающая, подавляющая сила альфы, который только одним взглядом заставляет пригибать шеи.

В моем случае буквально. Если бы могла – стала бы невидимкой и выскользнула отсюда и бежала… бежала прочь, чтобы не видеть Баграта. Не скользить взглядом по атлетичной фигуре, не отмечать, как со вкусом и строго он одет, как брюки подчеркивают сильные ноги с проработанными мышцами, которые на ощупь напоминают гранит.

– Мечта… Биг босс… просто, черт его дери, моя сладкая эротическая фантазия…

Приторно вздыхает рядом Антонина, а я смотрю на ее восторженное лицо и удивляюсь, как она еще слюни не начала пускать в прямом смысле этого слова и не закапала тут все.

Не по зубам он нам, детка. Баграт может свернуть шею не заморачиваясь. Он чудовище в идеальном деловом костюме.

– Итак, – Умаров второй раз бросает короткий взгляд на свои часы, которые явно стоят на порядок дороже, чем машины у многих из собравшихся, – времени не теряем.

Разворачивается и в гнетущей, буквально давящей тишине идет к столу, присаживается, чуть подтянув брюки.

Эффектный. Демонический. Чудовищный.

Ненавижу!

– Конечно, господин Умаров. У нас сегодня презентация, – подобострастный голос Ольги Александровны срабатывает подобно триггеру.

Слышится шелест блокнотов и звяканье ручек. Сотрудники приготовились внимать.

Пальцы сжимаются в кулаки, я чувствую себя как смертник, осужденный на неминуемую казнь.

Вот сейчас. Через секунду. Через крохотное мгновение меня вызовут на ковер.

А Баграт услышит мою новую фамилию…

Как сумасшедшая принимаюсь копаться в сумке. Что я ищу?! Нет у меня с собой ни газового баллончика, ни средств самозащиты.

Да и смешно это. Что я могу противопоставить этому мужчине?!

Прикрываю глаза и молюсь, чтобы вызвали не меня, чтобы была хоть малейшая отсрочка, а дальше я придумаю, как отсюда сбежать, как спастись, как сохранить мою тайну…

Тайну с такими же серыми глазами…

Я прошу все силы мироздания помочь мне, но они глухи. Умаров явно имеет договор с самим чертом. Ольга Александровна сверяется со своим планшетом.

Секунды промедления растягиваются, как желе, и обрываются резко, когда женщина поднимает голову и произносит четко:

– Захарова. Прошу вас подойти к трибуне.

Взрыв. Мой личный, персональный взрыв масштаба атомной бомбы, который прозвучал в абсолютной тишине.

Прикрываю веки. Дышу. Вдох-выдох. Но ощущение такое, что кто-то просто перекрыл мне кислород. Затянул удавку на шее.

Это конец.

Распахиваю глаза и смотрю на Биг Босса. Баграт не реагирует на мою чужую фамилию. Его взгляд устремлен на бумаги, которые рассматривает, держа в руках именную вензельную ручку, делает отметки на полях.

Я знаю эту его привычку. Он – педант и изучает любой вопрос досконально. Фиксирует важную информацию и особыми знаками отмечает то, что подлежит дополнительной проверке.

Умаров не доверяет никому. Очередной росчерк ручки и я словно оказываюсь в прошлом.

– Опять работаешь…

Наклоняюсь к своему мужчине и заглядываю через плечо, замечаю необычные каракули на полях документов, с которыми работает Баграт.

– Интересные у тебя пометки.