Няня для дочки Олигарха
- -
- 100%
- +
– Ну… он уволил, но взял на другую работу.
– Какую?! – с подозрением.
– Няней.
– А?
– Б!
– Зоя!
– Не Зойкай. Это правда. Придется теперь жить в его доме. А ты знаешь, ведь после работы в школе, у меня как-то обломалось все внутри. Я боюсь. Мне страшно, что не смогу наладить контакт, да и ответственность это…
– Ты будешь жить с боссом?!
– Валь, ты из всего, что я сказала только это услышала?
– Николаева! Ты! Будешь! Жить! С! Боссом!
– Не ори мне в ухо! Я сейчас оглохну. Не с ним, а в его доме. Ты не слышала? Ему нужна няня. Тьфу ты! Не ему! Дочке его!
– Зоя, ты такая балда. О личной жизни своей подумай. Такой шанс тебе выпал, слышь, – пауза, чувствую Валентина сейчас по привычке наматывает локон на палец в раздумьях, – а раз у него ребенок, может еще и жена имеется?
– Хороший вопрос. Я не знаю. Я туда работать иду, а не
– А полезное с приятном можно и совместить. Твой Коршунов такой, что загляденье! – Пауза, – хотя, да, Зойка, ты права. Не наш это калибр. Увы. Эх, но мужик-то он видный, такой только смотрит, а трусики уже падают…
– Валя!
– Чего Валя, я уже двадцать пять лет Валя, а тебе, монашка, пора уже во все тяжкие.
– Так все. У меня молоко на плите убегает. Перезвоню.
– Какое молоко? – запоздало пищит подруга в трубке, но я уже скидываю звонок.
Достаю с антресолей чемодан, смачно чихнув протираю с него пыль. Я ни где толком-то и не была, поездка на море была лишь раз и то в пределах страны.
Складываю свои скромные пожитки. И в какой-то момент понимаю, что я не знаю что будет, как мне быть, примет ли меня дочка Коршунова…
Да и отвыкла я от детей. Когда только пришла в школы была окрылена надеждами, желанием работать и помогать, а сейчас страшно…
Я уже боюсь дочку олигарха босса. Кого увижу перед собой. Маленькую избалованную девочку, которая есть с золотых ложек и понукает всеми до такой степени, что у нее няни дольше двух недель не задерживаются?!
Тру переносицу. Закрываю собранный чемодан, и чтобы не соскользнуть в депрессию принимаюсь за работу. Не знаешь, что делать – мой окна.
Кто-то из великих психологов как раз кое-что втирал про сублимацию. Вот и я сейчас как засублимирую свою энергию!
Скидываю одежду и натягиваю драную майку с шортами. Наливаю теплой воды в ведро и забираюсь на подоконник.
Спустя пять минут я действительно вымываю стекла и на душе становится легче.
Если беспорядок в душе – наводи порядок в доме. Может и мысли прояснятся.
После помывки стекол, принимаюсь драить полы, объявляю капитальную войну пыли и грязи. Все лишь для того, чтобы не думать о своем боссе, о том, что придется жить в его особняке…
С мужчиной мечты под одной крышей.
Да.
Субординация, Николаева. Твой босс – не мужчина, он демонюка!
Почти без сил выпрямляюсь, в копчике стреляет.
– Дуреха, только бы не надорвалась, – бурчу и воюю с собой, скидываю одежду, чтобы принять душ, шлепаю в сторону ванны, как назойливая трель звонка заставляет подпрыгнуть на месте.
– Кого там нелегкая принесла?!
Накидываю халат и шлепаю к дверям, смотрю в глазок и выдыхаю, точно нелегкая.
– Николаева. Я знаю ты дома! Вижу, как в глазок смотришь! Открывай!
– Нет ее! – рявкаю в ответ.
– Как это нет? А с кем я, по-твоему, разговариваю?!
– С нечистой силой! Домашним барабашкой.
– Хватит! Я сейчас дверь измолочу и всех соседей взбеленю. Помню соседка справа ты говорила, что редкостная старая грымза!
Вот гад. Быстро щелкаю дверным звонком, пока соседка – пенсионерка – божий- одуван, не вышла на лестничную клетку разбор полетов этому подбитому летчику устраивать.
– Чего пришел, Вадим?!
Открываю дверь, но щеколду не снимаю. Не хочу чужих в своей квартире.
– Ну чего ты, Зой, – заглядывает в узкую щель и сует в проем веник, ну ладно не веник, а букет цветов. Ромашки. Мои любимые.
– Чего я?! – спрашиваю удивленно, – я как раз ничего, а вот ты здесь что делаешь?!
– Слушай, ну, хватит дуться. Пришел мирится я.
Букет исчезает из поля зрения, а вот наглая морда моего бывшего появляется.
И я смотрю в его голубые глаза, на в принципе симпатичную мордашку и меня передергивает.
– Я тебе ясно сказала, что, между нами, все кончено. Прощай.
Хочу нажать на дверь, чтобы закрыть, но кроссовок, вовремя просунутый в щель, сводит мои потуги на нет.
Плюс пятерня парня проскальзывает и удерживает дверь. Вся игривость исчезает в моем бывшем, а вот глаза наполняются яростью.
– Открой дверь. Николаева. Поговорим.
Приникаю всем своим телом и не даю хаму оторвать цепочку с корнем.
– Нет! Все кончено, Вадим. Хватит.
– Ничего не кончено. Поговорить надо.
– О чем?! Ты еще скажи, что я тебя не так поняла, что тебе плохо стало и ты упал в постель на голую бабу, а потом у тебя случился приступ эпилепсии и именно поэтому у тебя на ней тело в конвульсиях дергалось?!
– Зоя! Это ты виновата!
– Я?!
– Да. Ты! Сколько можно мужика мариновать?! Сколько ты мне не давала?! Цветочек у нее видители не сорванный!
– А что думаешь сейчас обломится?! Разочарую тебя, Петров.
У Вадима лицо идет пятная, щеки краснеют, а пальцы на двери бледнеют, он прикладывает усилие, и я с ужасом замечаю, как рвется цепочка, как я отлетаю в сторону и дверь в мою квартирку открывается перед парнем весьма нехилой комплекции. Явно крупнее меня и выше. Сильнее.
– Ты что сума сошел?! – кричу и хватаюсь за длинную ложку для обуви. Вытягиваю железяку вперед себя на подобии шпаги.
Парень делает шаг в мою сторону и я недолго думая ударяю его увесистой штуковиной по башке.
– Совсем чокнутая! – взвывает и как маленький прикладывает ладошку к ушибленному темечку. Двухметровая детина, а ведет себя как имбецил.
– Из квартиры моей уйди! И забудь адрес, Петров! – дергаю ложкой из-под обуви и верчу в руках, хорошая оказывается, вещь, вон как пригодилась в хозяйстве.
– Да на тебя никто не посмотрит! Дура!
– Сам дурак.
Опять поднимаю железяку и мой бывший отпрыгивает.
– Пошел вон, а то полицию вызову!
– Чего разорались?! Я уже вызываю! Вона. Взлом с проникновением и нападение. Укотаю тебя милок лет на десять!
Вот не зря человек с утра до ночи ментовские сериалы смотрит через тонкую стенку. Какие познания. Какой жаргон. Киваю в знак поддержки на оханье старушки – соседки.
Боевая бабуленция стоит в подъезде вооружившись зеленым зонтиком. Тоже не плохой вариант. Шваркнет таким вот зонтищем и получит Вадимчик вторую шишенцию. Будет щеголять с мини-рожками на голове.
Жаль я ему не успела изменить. Рога ему подошли бы. А как изменить-то если того самого и не было.
Ладно…
– Так что давай, мухло, дуй отсюдова, пока копыта целы, – бабуся опять поднимает зонт и грозит прифигевшему Вадимчику, кажется, наши разборки в серьез привлекли бабуленцию и моя соседка вышла на тропу войны. Ну ладно. Бдения за порядком в подъезде.
– Да вы все здесь конченые! Уйди с дороги! Старая кляча! – рявкает и одергивает свою одежду, а я спокойно наблюдаю как мой недопарень разворачивается и бежит прочь из квартиры.
Чуть не сшибает Клавдию Валентиновну, но седовласая бабуська грозит ему зонтиком и Петров огибает боевой клинок женщины по дуге.
Шутки шутками, но я жутко испугалась. Только сейчас осознаю это и приваливаюсь к стене.
– Ну ты как, Николаева? – задает вопрос бабуська и я киваю в ответ.
– Терпимо. Могло быть хуже.
Опускает зонтик.
– Да куда уж хуже, дура – девка. Хоть хахаль был. Баба без мужика, как кастрюлька без крышки! Монашка! Для здоровья нужно, а то ты пади из этих… ну… тех самых, – играет седыми кустистыми бровями многозначительно и я мило улыбаясь закрываю перед носом мерзкой бабуленции дверь.
Перемирие закончено. У нас с ней военный нейтралитет. Когда нет общих врагов тире недоброжелателей тире недоумков – мы с ней цапаемся.
Но это не мешает мне каждый раз, когда иду в магазин, стучать в дверь Клавдии Валентиновны и спрашивать, что ей купить в дом.
Так и живем. Дурдом отдыхает…
Глава 5
Наконец-то забираюсь под струи, плещусь и привожу себя в порядок. Когда шлепаю гель на руки меня вдруг как осеняет!
Я буду жить под одной крышей с Коршуновым! Может он и дома ходит в костюмах и в идеально отутюженных накрахмаленных рубашках?
Киборг. Педантичный. Идеальный.
Или все же мой босс может быть простым мужчиной?
Ведь как-то он добился такого рельефа тела, скажем может занимается в тренажерке с самого утра.
Перед глазами сразу же возник образ босса с голым торсом, как капельки пота струятся по атлетичному телу, пока он тягает железяку…
Тело обдает жаром. Вода неожиданно кажется холодной, а капли, ударяющие по моему телу, вызывают шипение.
– Так! Стопэ! Ни в ту степь. Очнись, Николаева!
Быстро заканчиваю процедуры и бегу собирать вещи.
Выбираю себе одежду. Сначала влезаю в джинсы и майку, рассматриваю свое отражение в зеркале. Симпатичная невысокая девушка.
Ну ладно. Вообще-то гномик. Ростом не вышла. Моделям где-то по пузо буду, но все же не без изюминки.
Волосы влажными локонами лежат на плечах, оставляют мокрые разводы на белоснежной майке. Голубые джинсы.
Я сама выгляжу как ребенок!
– Бантика не хватает прицепить на висок и вуаля – выходная группа детского сада.
Морщусь и показываю язык собственному отражению. Не нравлюсь. Злюсь на себя. Ныряю в шкаф и вытаскиваю элегантное платье. Белое. С черным. Чуть выше колена. Приталенное.
– Все равно недостаточно!
Беру сумку и вываливаю ее содержимое на кровать, нахожу косметичку и немного подвожу глаза, хочется быть красивой.
Да ладно! Это не из-за Демонюки!
Быстро заканчиваю с марафетом, влезаю в лодочки на небольшом каблуке. Ну а что. Приходится. Главное, чтобы босс меня Гномом не обзывал, а то пару раз было когда я все же устав от каблуков втихаря меняла обувь на убийственных шпилька на балетки.
– Зорьян Пална, где документы?
– Сейчас занесу!
И забыв переобуться я мчу в кабинет, чтобы натолкнуться на ироничный взгляд Демона.
– Гномик…
Говорит тихо, выдыхает просто, но я это слово по его губам читаю. Меня так и в школе дразнили.
В сердцах отбрасываю сумку. Прихватываю волосы в узел и подпрыгиваю, когда слышу трель телефона.
Номер не знаком, но я отвечаю.
– Зоя Павловна. Я водитель господина Коршунова. Вы готовы?
– Да. Сейчас спущусь.
– Жду вас.
Забираю свой небольшой скарб и бросаю взгляд на выдраенную квартирку. Мило и уютно. Мое гнездышко.
Сердце щемит, но я гоню лишние мысли и иду к дверям. На перевес с чемоданом направляюсь в новую жизнь няни для дочки олигарха…
Спускаюсь по лестницам, выхожу из подъезда и замечаю, что все бабульки на постах. Бдят. Кто и из окна с биноклем. Еще бы. Когда еще в наш двор заезжал подобный автомобиль, с водителем учтиво ожидающим меня у двери.
– Здравствуйте, Юрий, – подхожу к знакомому мужчине средних лет.
– Добрый вечер, Зоя Павловна, это весь ваш багаж? – смотрит на мой небольшой чемоданчик и мне становится даже как-то не по себе.
Неужели мало вещей взяла?
– Та вона чего она Владика-то кинула!
– Та не Владика! Вадимчика!
– О, так у нее еще и Вадимик имеется?!
– А я говорила! Гулена!
– С двумя сразу-то что ли?!
– Вот молодежь пошла!
– Ни стыда! Ни совести!
–Ишь!
– Зато теперь и Вадимчик, и Владик посланы!
– Отцапала себе пади олигарха!
Раздаются громкие шушуканья местной группировки “бабушки на пенсии”, но к слову сказать водитель выдерживает это все стоически, даже бровью не ведет. А вот я немного офигеваю от того, как быстро я обзавелась парочкой ухажеров вместо одного бывшего…
– И правильно сделала, Зойка! Мужик какой! Машина какая! Давай, Зоя! – голос Клавдии Валентиновны перекрывает всех остальных вывалившихся в окна бабусек.
– Не обращайте внимание, это наше местное радио. Совковый домофон – телефон. Перекличка по окнам в общем.
Водитель сдержанно улыбается. Кремень – мужик и забирает из моих рук тяжесть, открывает дверь:
– Прошу.
Ныряю в салон автомобиля, затем не выдерживаю, опускаю стекло вытаскиваю сцепленные ладони наружу на манер жеста победителей. Играю на публику.
Чего уж бабок не порадовать, ну ладно, не по злить.
Святое дело!
– Победа за нами! – кричит в ответ моя бабуська – соседка Клавдия Валентиновна, – берешь олигарха в оборот! И смотри может у него дедок жив еще! Я еще женщина хоть куда! В самом расцвете сил! Не забудь кто сегодня зонтиком тебя спас!
Дверь хлопает, и водитель занимает свое место:
– Весело живете, Зоя Павловна, – наконец не выдерживает Юрий и посматривает на меня смеющимися глазами.
Пожимаю плечами.
– Юмор жизнь спасает.
Кивает в знак согласия, лучше так. А я не хочу плакать. Не хочу сожалеть, что парень, которого, как мне казалось, я полюбила ранил в самое сердце, предал, как в прочем предала и подруга.
Отмахиваюсь от дурных мыслей. Я вообще неисправимый оптимист, хоть и сложно выдерживать удары, но улыбка помогает справляться.
Расслабляюсь и наблюдаю за проскальзывающим за окном вечерним городом. Наконец начинаю думать о том, что ждет меня в особняке Коршунова.
Какая у него дочь? Сможем ли мы поладить?
Открываю телефон и забиваю имя олигарха в поисковик. Выходит многочисленная информация по его проектам и корпорациям, но биография Демона Боссовича умалчивает о его личной жизни.
Я ни где не нахожу не просто фотографий его семьи, но и упоминание о его семейном статусе скрыто.
– Тайна за семью печатями… – выговариваю тихо.
– Вы что-то сказали? – интересуется Юрий.
– Нет, просто мысли в слух.
Мужчина не отрывается от дороги, а я прикусываю губы, чтобы не спросить его о дочке босса, он ведь личный водитель Коршунова, вхож в дом, но за столько времени общения этот мужчина ни разу не обронил ничего о семейном положении моего Демьяна Сергеевича…
Странно все это.
Наконец не выдерживаю и задаю вопрос водителю:
– Юрий, а почему вы ни разу не обмолвились о наличии у Демьян Сергеевича семьи? К чему такие тайны? Почему нужно скрывать собственную дочь?
Мужчина бросает короткий взгляд в зеркало и спустя мгновение раздумий отвечает:
– Не могу ответить на этот вопрос. Подписал документ по неразглашению…
Разговор заканчивается так и не начавшись, а я все больше дума о том смогу ли поладить с девочкой, а… а может и с женой босса…
Ведь дети откуда-то берутся и раз Коршунов скрывал наличие ребенка, то возможно сегодня мне предстоит познакомиться и с его женой.
На этой мысли сердце пропускает удар, а богатое воображение рисует невероятно привлекательную высокую брюнетку, нет лучше блондинку в идеальном костюме, с укладкой и макияжем, а еще улыбкой на миллион…
Почему-то плечи у меня от этой картинки поникают, я уже вижу насколько гномиком выгляжу рядом с такой женщиной…
И как она терпит измены мужа в таком случае? Он же только с моделями и встречается, то и дело отправляю очередной пассии прощальный букет.
Ну не может он быть женат…
А с другой стороны… что я, собственно, знаю своем дьявольском боссе?
Ничего. И пусть все остается так же. Не мое дело с кем и как встречается Демон Боссович и уж тем более наличие, или отсутствие жены – не моя проблема.
За мыслями я не заметила, как мы въехали в элитный район, где вряд выстроились огромные особняки, мелькающие крышами поверх огороженных территорий.
Машина катится неспешно и углубляется до тех пор, пока я не вижу перед собой огромные во
рота, которые распахиваются, являя моему взору огромный домище, который намного массивней всех остальных, которые я видела в элитном поселке.
Камеры, охранники и…
– Ой… мама… эти крокодилы в шипастых ошейниках… что с-собаки?! – не выдерживаю и пищу вопрос в слух.
– Да, хозяин предпочитает бойцовские породы.
– Как мило…
– Любите собачек?
– Как сказать, – делаю паузу, – безумно… только я люблю мопсов… пуделей…
Залипаю на мужчине в форме с ручищами булавами, в которых зажат широкий поводок и огромной черной псине, которая скалит неестественно огромную зубастую пасть…
– Здесь преимущественно ротвейлеры служат, бешенные псы…
– В смысле собачки, или мордовороты, которые их придерживают сейчас?
Легкий смешок и веселое:
– Зоя Павловна, вы в своем амплуа, вы только охранников вдруг псами Коршунова не обзовите, им не понравится, хотя в некоторых кругах бодигарды так и величаются…
– Это в каких таких кругах?
– В некоторых.
Отвечает односложно и дает понять, что тема закрыта, а мне как-то совсем страшно становится.
Это как мне выбираться с этой территории, если охрана такай?!
Ладно, не паникуй, Николаева, ты всего лишь няня, тебя отпустят… Ведь должны отпустить?!
Машина останавливается и на встречу мне выходит мужчина неопределенного возраста. Мило улыбнувшись, он распахивает дверь.
– Рады видеть вас, Зоя Павловна, Демьян Сергеевич предупредил, что вы новая няня, – приторно улыбается мажордом со смешными усиками, как у Эркюля Пуаро, но внезапно в доме раздался страшный грохот и улыбка у мужчины становится откровенно вымученной…
Приподнимаю в удивлении брови.
– Это что там такое? – спрашиваю, но учтивый вышколенный мужчина лишь улыбается.
Ясно. Отвечать на вопросы здесь не любят. Кажется, Коршунов выбирает персонал себе под стать.
Делаю глубокий вдох и под цокот собственных каблучков направляюсь к огромному белоснежному особняку.
Прохожу в холл и буквально утопаю в роскоши, огромная хрустальная люстра красуется в самом центре, свисает вниз со второго этажа, мраморная лестница опоясывает пространство, подобно гигантской анаконде, правда первое впечатление портит огромная клякса, выделяющаяся грязно алым пятном на белом мраморе.
– Ик…
Напоминает место убийства с рачлененкой, ну или флаг Японии на худой конец, рядом замечаю… эм… попу.
Да именно вздернутую попу, обтянутую узкой юбкой, длинные ноги и убийственные шпильки.
– негодяйка, такая… – слышу глухой яростный шепот.
– здравствуйте, – решаю закончить с рассматриванием упругой попенции, как эта самая попа приходит в движение, вернее девушка.
И мой страшный сон оживает.
Модельным отточенным движением пантеры знойная брюнетка выпрямляется и встает в свой полный рост.
Эх мама… и на каких фабриках таких кукол штампуют…
Наконец женщина разворачивается и устремляет на меня яркие синие глаза, обведенные черной подводкой.
– Ты еще кто такая?
– И вам здрасте, – улыбаюсь миленько, как пиранья в аквариуме.
Знакомство явно не удалось. Мы с этой дамочкой не пришли друг другу по вкусу, опускаю взгляд на нехилую такую груди и замечаю кляксу такого же какашечного цвета, а потом до меня доходит, что дамочка – то не брюнетка, это у нее волосы в жиже темной.
Кажется метили в нее, но промазали. Или у нее костюмчик грязеупорный. Словом. Что-то внутри кольнуло меня обидой.
Даже облеванная чем-то странным эта мамзель выглядит так, словно это задумка ее дизайнера, который через секунду запустит эту диву в шмотках за миллион на подиум.
– Госпожа Николаева, господин Коршунов ожидает вас в своем кабинете, – внезапно доносится до слуха голос, и я смотрю в сторону пухленькой домработницы, – прошу пройдемте, я покажу.
– А… так ты новый персонал… – раздается голос дивы. Кстати, все дивы злюки. Ну эта уж точно.
Делаю вид, что не слышу шпильки модели, иду в сторону горничной. По сути, я пока никаких документов дополнительных не подписывала и в нянях еще не значусь.
Делаю несколько шагов, а затем меня вдруг коротит мыслю:
– А что, если эта мегера и есть жена олигарха?! И я только что чуть язык не показала госпоже Коршуновой…
Глава 6
Я шла по коридору, разглядывая убранство. Лоск. Роскошь. Блеск. Изысканная английская утонченность и картины… подлинники скорее всего. Олигарх обладает еще и вкусом.
Под мерный стук своих каблучков я иду, женщина распахивает передо мной дверь. Прохожу внутрь и обнаруживаю, что кабинет пуст.
– Господин подойдет.
Киваю в ответ, и женщина оставляет меня одну. Рассматриваю интерьер кабинета Демона Боссовича и понимаю, что Демонюка все такой же педант с какой-то явной поверотостью на порядке. На столе в ряд лежат ручки, причем если присмотреться, то все предметы лежат попарно.
– Обсессивно компульсивное расстройство как на ладони, – хмыкаю себе под нос, понимая какой эстетический шок переживал Демьян Сергеевич каждый раз при видя творческого хаоса на моем столе.
Ну ладно… ничегошеньки творческого в беспорядке у меня не было. Обыкновенный завал. Правда даже в этой неразберихе я всегда знала, что где валяется и какая бумага, где находится.
Взгляд со стола соскальзывает к стенам и меня буквально молнией пробивает от цвета, от палитры…
– Не может быть… – Это… это… – слов нет, я просто смотрю на одну из самых ярких картин Климта и не нахожусь с ответом, – это… это…
– Думаешь подлинник?
Наконец нарушает молчание кабинета глубокий мужской голос.
Резко останавливаюсь. Подпрыгиваю и тону при виде собственного босса.
Видеть Демьяна Сергеевича таким… это как выстрел прямо в сердце. Педантичный босс в извечном костюме с иголочки сейчас предстает перед моим ошалелым взглядом совершенно иным…
Рукава рубашки закатаны, демонстрируют предплечья, увитые венами и опоясанные какими-то странными … эм… фенечками?!
Не знаю, как называется ряд кожаных ремешков, но выглядит это просто крышесносно и брутально. Может босс еще и на мотоциклах гоняет?
Залипаю. Красивые руки у Демона. Опытные. Мужчина держит в одной руке бокал и медленно помешивает льдинки на дне, играет, вертит из стороны в сторону и до слуха доходит приятное позвякивание.
Сейчас Демон Боссович выглядит словно расслабленный хищник на своей территории. Вальяжно проходит в мою сторону и останавливается в шаге, заставляет поднять голову и смотреть в яркие глаза мужчины.
На мгновение залипаю…
– А разве… разве подлинник не хранится в Австрийском музее, – выдаю шокировано, но босс лишь улыбается краешком губ и выдает свое коронное:
– Безусловно.
Понимаю для себя четко. Врет. Оригинал висит здесь, на стене его кабинета, а там в музее может быть что у годно, только вот не подлинник.
Прикусываю губы. Наконец доходит, что я в принципе не знаю кто такой Демьян Сергеевич Коршунов, а то, что его личность скрывает слишком многое – неоспоримый факт.
– Ну что же, Зорьян Пална, – выдает с расстановкой босс и мне что-то жутчает, – приступим…
Босс подходит к столу и достает из верхнего стопку бумаг. Небрежным движением кладет их на стол и поднимает взгляд на меня.
– Присаживайтесь, Николаева и подписывайте.
Это не предложение. Это прямое руководство к действию, и я приближаюсь, сажусь на стул, тяну документы на себя и готовлюсь погрузится в чтение.
Подписать абы что я не намерена. Мало ли. Может там написано, что я ему почку обязуюсь продать, или вверить в пользование иные части тела.
Фу! Николаева! Фу! Опять не в ту степь.
Только-только фокусируюсь, как голос босса обрывает меня шестизначной суммой.
– Что? – переспрашиваю.
– Что “что”, Николаева?
– Вы назвали сумму. Вот думаю. Мало ли. Вдруг у меня ранняя глухота, или там слуховые галлюцинации.
Поднимаю на Демонюку ошалелый взгляд и мужчина улыбается. Так, как в мультиках черти разные. Зловеще.
Босс не отвечает, берет бумажку и красивым каллиграфическим почерком выводит нули.
Откладывает ручку и переворачивает листочек в мою сторону, а я пару раз хлопаю глазенками.
– Оказывается у меня еще и визуальные галлюцинации…
И считаю нули.
–Эм… Демьян Сергеевич, а вы точно не ошиблись? – задаю малюсенький вопросик – уточнение.
– Нет. Зоя. Не ошибся.
– А вам точно няня нужна?! – прищуриваюсь и смотрю на босса с подозрением.
– Точно.
Отвечает односложно, и я прикусываю губы, что вызывает внимание моего босса. Подобно коршуну фокусирует взгляд на моем лице.
– Я надеюсь мне никого убивать не придется за такие деньжищи?
– Нет.
– Да вы само красноречие, господин Коршунов.
– Не ерничай, Зорьян Пална. За эти деньги я требую конфиденциальность и лояльность. Все, что происходит в стенах моего дома, должно оставаться здесь.
Киваю и приглядываюсь к своему боссу. Красивый до умопомрачения. Жесткий. Жестокий. Такого разочаровать себе дороже. Мужчина откидывается в кресле, демонстрирует широченную грудную клетку с проработанными мышцами, которые ни одна сорочка не скроет, а я неожиданно замечаю под тканью какие-то очертания, словно чернила, наконец доходит, что у Демона Боссовича татуировка…