- -
- 100%
- +
Глава 1. РЖАВАЯ ЛЮСТРА
Была ночь. Луна зловеще поглядывала из-за густых облаков. А внизу, посреди густого леса бежала девушка. Казалось, что бедняжку кто-то или что-то преследует. Но самое примечательное это то, что на ней не было обуви. Да, она бежала босиком. И это было удивительно, ведь бежать по мокрой траве и не падать – не так и просто. Позади бедняжки послышался хруст, видимо, его издавал преследователь. Вдали заухала сова.
– Бежать некуда, – прозвучали слова, от которых повеяло холодом.
Девушка преодолела еще пару метров и резко остановилась, будто натолкнулась на невидимый барьер. Она резко развернулась и с ужасом осознала, что попалась в ловушку. Девушка медленно опустилась на землю, и стала наблюдать за тем, как перед ней замерзает трава. Шаг за шагом к ней приближался темный силуэт, ломая замерзшую траву. Несомненно, что холод исходил от него.
– Где они? – властно спросил мужчина. Его белокурые локоны закрывали часть лица.
– Я-я… Н-не знаю, – из рта девушки вырвалось облачко белого тумана. Она дрожала и непрерывно стучала зубами.
Мужчина в темно-синем костюме наклонился к своей жертве и слегка дотронулся до ее руки. Послышался жуткий крик. Рука девушки полностью обледенела.
– Где мои дети? – спросила мужчина.
Девушка толком не могла плакать. Ее слезы сразу же застывали. Из рта и носа вырывались облака пара, а ее тело сотрясало холодом.
– Ты должна знать где они, ведь ты им помогла сбежать. Отвечай! – кричал мужчина.
– Г-господин Гласиум, – голос бедняжки дрожал. – Я-я н-не з-знаю…
– Ты врешь мне! – крикнул мужчина и ударил по обледененной руке девушки. Рука рассыпалась на мелкие кусочки. Раздался душераздирающий крик. После этого лес затих и было слышно лишь завывания ветра.
***
Раздался еще один крик, но этот крик раздался в небольшом двухэтажном доме рядом с Хашвиллем, а не в лесу. Крик исходил от Энни Грин, она дример и учится девушка в академии имени Сноу. Давно она таким образом не будила своих родственников, а именно дядюшку Рудольфа и старшего брата Якова. А еще с ними жил дворецкий по имени Филипп, который совсем недавно у них поселился. Дворецкий выполнял роль защитника Энни по поручению самого ректора АИС, да и он сам был не против от такой роли.
– Мисс Грин! – звал ее Филипп за деревянной преградой.
– Энни, – стучал братец в дверь. – Открой!
– Что случилось? – послышался голос Рудольфа Грина. – Это Энни кричала?
Грин накинула на себя халат, включила свет в комнате и открыла дверь в спальню. Перед ней стояли брат, дядюшка и живая статуя. У Якова были взъерошены волосы, а Рудольф выглядел очень сонным, а у Филиппа горели глаза зеленым пламенем.
– И давно ты запираешься? – хмуро спросил Яков. – Что случилось? Тебе приснился кошмар?
– Дорогая, что тебя напугало?
– Мисс Грин, с Вами все в порядке?
В комнату быстрым ходом забежал зверек. Это был Плуки – любимый питомец Энни. Пурлуки уже умел контролировать свои способности и теперь не всегда преображался в зловещих тварей. За что ему были благодарны домочадцы.
– Со мной все хорошо! – сказал Энни, нахмурившись. Она перебирала в руке медальон Спекера Трага. Она знала, что именно из-за него ей приснился этот жуткий сон. Но простой ли это был сон? Или это все-таки видение?
– Опять кошмары снятся? – сонно спросил дядя.
– Или не просто кошмары? – подозрительно спросил братец.
А Филипп вовсе молчал, он уже был доволен тем, что с мисс Грин ничего страшного не случилось. Плуки вскочил на кровать хозяйки и начал по ней прыгать. А дядя и братец продолжали смотреть на Энни, ожидая от нее ответа.
– Это был просто сон, – вяло ответила Грин, продолжая перебирать в руке медальон. – Я хочу спать!
Грин лукавила, она всем нутром чуяла, что это был не просто сон, что это Древо Подсознания шлет ей видение. Энни четко помнила, как бедняжка с замороженной рукой произнесла имя: Гласиум. Она уже слышала это имя раньше, сначала от родителей, а потом и от ракшаса по имени Юпитер. Принц Гласиум и королева Фрея. Кто же они такие?
– Я хочу спать! – повторила Энни. – Утром приедут Джей и Мэри, мне нужно успеть выспаться, а то буду целый ужасно себя чувствовать! Вы этого хотите?
Яков зевнул, от чего все остальные зевнули, кроме Филиппа и Плуки. Братец хотел что-то сказать, но потом передумал и побрел в свою спальню. Дядя Рудольф пожелал спокойной ночи племяннице и стал спускаться по лестнице. Филипп продолжал стоять в дверном проеме.
– Вы хотите, чтобы я подежурил у двери? – вежливо спросил дворецкий.
– Нет, Филипп, – сонно улыбнулась Грин. – Если ты будешь в гостиной, этого будет достаточно. К тому же, если что, ты довольно быстро бегаешь и успеешь прийти ко мне на помощь.
Филипп поклонился девушке и поспешил вниз по лестнице занять свой ночной пост. А вот Плуки уходить не хотел, он жалобно пискнул хозяйке и сделал невинные глазки.
– Ты уже не маленький, – говорила Энни, поглаживая зверька от чего, тот заурчал. – У тебя же свой пуфик в гостиной, он такой удобный и мягкий!
Девушка пыталась задобрить зверька, но Плуки все же хотел остаться с хозяйкой. Когда он был малышом, то частенько оставался спать у Грин на краю кровати. Сейчас же пурлуки вырос до размеров с небольшую собаку и уже занимал больше места. На его спине отростки увеличились, будто выросли небольшие крылья.
– Ну хорошо, – сказала Энни и увидев, как обрадовался зверек добавила: но только сегодня!
Плуки недовольно пискнул на что Энни подняла брови. Зверек сразу же осознал свою ошибку и понял, что лучше не спорить с хозяйкой. Пурлуки нежно заурчал и прижал мордашку к руке девушки.
Чуть позже Грин выключила свет и подошла к окну. Под светом луны можно было заметить точно такой же домик через дорогу от дома семьи Грин. Он принадлежал семье Коробовых. Как стало известно, они оказались мрачными – прислужниками Некро. И самое обидное, что среди них была Лиза Коробова, подруга детства Энни. Именно она помогла выкрасть Золотое Перо ракшасам. Теперь у Юпитера было два могущественных артефакта: Меч Некро – созданный из дримора, черной энергии и Золотое Перо – созданный из дрима. Но зачем они ему, никто так и не понял.
Пока Энни пребывала в воспоминаниях прошлого учебного года, кое кто в городе Хашвилль готовился к третьему курсу. Мэри Колинс собирала вещи и собиралась к поездке к семье Грин. Лучшая ученица курса не хотела сдавать позиции и в новом году. А после подарка отца, Мэри поняла кем хочет стать. Она хотела пойти по стопам родителей и стать журналисткой. Но перед этим надо закончить академию имени Сноу и стать специалистом по Ментадриму.
Она убрала оставшийся вещи в чемодан и взглянула на часы. Половина третьего ночи. И девушка подумала, что можно и вовсе не ложиться. Мэри включила ночник и села за стол. На столе аккуратно лежали несколько простых ручек, карандаши, чистые листы пергамента и зеленые чернила из чистого Ментадрима. А еще и специальное перо птицы южных садов, только она могла впитать специальные чернила для тайных писем. Мэри не хотела никому показывать статью, которую она писала уже несколько лет. Статью про ее маму Сару Колинс и о ее гибели в Башне Винтера. Хоть дело и давно закрыто, но Мэри чувствовала, что мать погибла не просто так.
Она взяла перо, макнула в чернила и начала писать. Ее расследование было связано с гибелью Томаса и Натальи Грин, а также с Ракшасами, с Некро и непосредственно с Аланом Ившаковым. Мужчина с разноцветными глазами был до сих пор в розыске. И могла ли она подумать, что Ившаков только что отослал Энни новое ментальное сообщение.
"Энни, здравствуй. Я надеюсь, ты примешь это сообщение. Ты готова встретиться? Готова ли ты вступить в наше тайное общество? При встрече я все объясню. Чем быстрее ты поймешь положение дел, тем лучше. Не отвечай на это сообщение, возможно за вашим домом следят".
Энни Грин практически уснула, но ощутила, как в ее сознание пришло сообщение. Точнее пыталось прийти, но ее невосприимчивость мешало сообщению просочиться в ее мозг. Плуки почувствовал, как хозяйка приподнялась и стал ерзать по кровати.
– Тише, тише, – шепнула она зверьку. – Это всего лишь сообщение.
Комнату залил зеленый свет. Энни прочитала сообщение и улыбнулась. Почему-то ей было приятно получать сообщения от Алана Ившакова, хоть и воспоминания первого курса до сих пор жили в ее памяти. Стоило еще раз очистить разум от лишнего мусора.
– Спокойной ночи, – сказала Энни, надеясь, что Алан почувствует ее сообщение без какого-либо применения дрима. Плуки тихонько пискнул, подумав, что это ему сказали.
***
В коридоре послышался скрип, а затем и топот. Это Яков проснулся и побежал вниз по лестнице. Братец явно был голоден. А Энни недовольно выключила будильник. Давно она так рано не вставала. Через час должны были приехать Мэри Колинс и Джей Джонс – лучшие друзья Энни. А еще они были одногруппниками и состояли в одной команде.
– Энни, просыпайся! – сказал дядин голос за дверью. – Ребята скоро приедут!
Раньше бы Энни крикнула в ответ, что уже проснулась и не надо ей ничего говорить. Но то было давно. Скверный характер девушки кардинально изменился. Он стал исчезать ровно тогда, когда Грин научилась высвобождать дрим – скрытую в ней таинственную энергию.
– Ну ты и соня, – сказала Энни, ласково поглаживая пурлуки, а Плуки в ответ сладко зевнул. – Спи, малыш.
Грин быстренько оделась, привела себя в порядок и побежала в гостиную. Друзья должны были приехать с минуту на минуту. Было слышно, как дядя Рудольф возится на кухне. Яков тем временем что-то усердно собирал в гараже. В последнее время братец проводил уйму времени в гараже, видимо, так ему было легче после расставания с Еленой Станко. Вот Энни не понимала, чего же он переживает, ведь его бывшая девушка та еще гадюка!
– Я готовлю блинчики с сыром, – сообщил дядя Руд, услышав, что Энни спустилась в гостиную.
– Хорошо, дядя.
До приезда друзей время еще было. Самое то немного размяться. Вот Энни вытянула руку, вот гостиная залилась светом и можно немного вспомнить тренировки с Алистером. Один взмах за другим. Меч Спектра буквально резал воздух, оставляя за собой белое свечение.
– Потрясающе! – послышались необычные хлопки. Будто два каменных пласта соударялись друг об друга. Это практически так и было, ведь аплодировал Филипп. Все же не легко быть живой статуей, даже аплодисменты получаются с нотками камня.
– Спасибо! – сказала Энни своему другу, а техника испарилась и вместо меча остался небольшой пар, который потихоньку исчезал.
Энни побежала обратно в спальню. Она хотела еще раз проверить все вещи, которые собрала для АИС. На третьем курсе студентам запрещалось ездить домой по выходным. Все каникулы они также проводили внутри академии. А зимой они отправлялись в тренировочный лагерь. Весной же возвращались в академию, где им предстояли экзамены и испытания для перевода на четвертый курс.
Убедившись, что все вещи собраны, Грин поспешила на кухню, где ее ждал готовый завтрак. Дядя приготовил яичницу и выложил на тарелку пару блинчиков.
– Ты начинай кушать, а ребята присоединятся, – сказал Рудольф Грин, наливая чай. – Ты о них не беспокойся, я попросил Ричарда Шторма их сопровождать.
Энни чувствовала, что после тренировки проголодалась, но и друзей дождаться хотелось. Вкуснейший аромат блинчиков и аппетитная яичница сделали свое дело. Грин принялась за завтрак.
– Как же вкусно! – говорила Энни кусая блинчик. – О-очень, в-вкусно!
Филипп тем временем сидел рядом и с любопытством наблюдал за Энни. Он уже очень давно не ел, ведь статуям еда не нужна, да и голода не чувствовал. Но все же ему было хорошо, он вспоминал пиры в белом замке господина Роджерса.
– Кушай, кушай, – сказал дядя Руд, закрывая холодильник. – Опять твой братец в гараже возится. Дай ему желание, он и вовсе там бы ночевал!
А затем профессор Грин ушел в гостиную. А Энни продолжила завтракать. Филипп молча продолжал следить за поглощением еды. Грин уже привыкла к некоторым странностям своего верного защитника и не обращала на это никакого внимания. Она знала, что Филипп хороший и всегда придет к ней на помощь.
– Кажется, я слышу машину, – задумчиво произнес Филипп.
Статуя обладала невероятным слухом и зачастую слышал то, что человек не способен услышать. Даже маленький писк Плуки в момент, когда он на чердаке играл. Или то, как Яков тихо ругался в гараже, когда тот не мог выкрутить гайку.
– Неужели приехали! – вскочила Энни, недоев яичницу она побежала в гостиную, а за ней следом засуетился Филипп.
Скрип колес, хлопки дверей. И в правду, Джей и Мэри приехали. Их сопровождал сам Ричард Шторм – один из лучших пиродримеров в Сомренте. Энни открыла входную дверь и выбежала на улицу, а Филипп занял свое место в гостиной, ему вновь придется притворяться обычной статуей. Никто не должен узнать, что Филипп – живая статуя. Перенос разума из живого существа в неживое – запрещено в Сомренте.
Ричард Шторм уже разговаривал с дядей Рудольфом, а Джей и Мэри поспешно направились в дом семьи Грин. Под конец лета утро было довольно холодное. Энни впустила ребята и крепко их обняла.
– Идемте завтракать! – предложила Энни.
Дивный аромат доносился с кухни, поэтому Джея и Мэри даже уговаривать не пришлось. Джонс особенно был рад блинчикам. Юноша за лето стал еще крепче, видимо, он усердно занимался физическими тренировками. У Мэри же появились темные круги под глазами и это неудивительно, ведь она каждую ночь писала в тайне от всех свою статью. С каждым днем она все лучше понимала, чем хочет заниматься после АИС. Но сможет ли она стать журналистом? Это ведь не так просто, как кажется.
– Акио и Хана тоже хотели приехать, но у них семейные проблемы, – рассказывала Энни. – Увидим их только в АИС.
– Ну и ладно, – довольно улыбнулся Джей. – Не очень-то и хотелось видеть этого огненного упыря!
– Ой да ладно! – сказала Грин. – Ваши эти "мужские" игры всем уже надоели!
Мэри тихо хихикнула, накладывая добавки она уронила лопатку. Девушка виновато посмотрела на Энни, а та в ответ улыбнулась.
– Не переживай, я потом уберу!
Чуть позже пришел Яков, а затем и дядя Грин. И все вместе позавтракали. Целый день ребята занимались тренировками. А вечером в гостиной зажгли камин. Энни приготовила на всех чай. Мэри вызвалась помочь с подносами, но Яков ее опередил.
– Вы гости, – сказал он. – Мы сами все принесем.
А вот Энни не очень-то и верила, что ее брат так сказал из-за вежливости. Колинс частенько роняла вещи и Яков это прекрасно знает.
Совсем скоро ребята отправятся в академию, где им предстоит учеба на третьем курсе. Энни уже исполнилось восемнадцать, и она наконец-то сможет посещать здание с артефактами. Как известно, есть главное здание академии, а по бокам стоят еще два здания. Это библиотека и хранилище артефактов. В библиотеку можно ходить с любого возраста, а вот доступ в хранилище только у совершенолетних. Энни всегда завидовала однокурсникам, они все были старше за исключением Алисы Волковой. Им можно было посещать здание артефактов, но они этого не делали. Только Мэри пару раз посетила ее и то из-за задания по Ментадриму.
– Я-я же тебе говорила, – говорила Мэри, поправляя очки. – Там нет ничего интересного. Куча ненужного хлама.
– Не верю, – крутила головой Грин.
Джей, Акио и Яков играли в карты. Плуки сладко зевал на своем удобном пуфике. Филипп неподвижно стоял рядом с горящим камином. А Энни и Мэри попивали чаек за небольшим столиком рядом с окном.
– Мне нужно ехать в город по делам, – сообщил дядя ребятам. – Вернусь скорее всего завтра. Яков ты за старшего. Не шалите!
– Хорошо, – пообещали ребята.
Энни взяла небольшой блокнот и стала что-то записывать. Мэри поправила очки и подсела поближе к подруге.
– Сказку пишу, – ответила Грин, заметив движение Колинс.
– С-сказку? – переспросила Мэри.
– Ага, – кивнула Энни. – Это все из-за книги "Сказки из снов". Я уже пару месяцев вижу интересные сны и решила сама написать сказку.
– И-и как она называется?
– "Два ледяных брата", – с энтузиазмом ответила Энни Грин. Девушка не стала говорить, что берет сюжет из своих снов.
– И-и о ч-чем она?
И Энни начала рассказывать:
"Давно-давно, в далеких краях существовало огромное, ледяное королевство. И правила королевством сама ледяная королева. Звали ее Фрея. И был у нее сын принц Гласиум.
– Ну что за ужасный день! – недовольно произнесла королева Фрея. – Я не помню, когда последний раз было так тепло. Ужас!
– Матушка, не переживайте, совсем скоро тучи застелют небо и вновь воцарится холод! – попытался подбодрить ее принц Гласиум.
– Надеюсь так и будет, иначе сам знаешь, что будет, если вход в ледяную пещеру растает…
В огромный тронный зал забежали два мальчика. Один был чуть крупнее, но ниже, это был старший из братьев. Звали его Диос. Другой брат был выше, но поменьше в теле. Звали его Дион. На вид им было по двенадцать лет.
– Мама Леда сказала, что нас ждет королева-бабушка, – сказал старший брат.
– Королева-бабушка Фрея, а почему солнце проникло в наши края? – спросил внезапно младший брат.
– Молчать! – строго сказал принц Гласиум – их отец.
Королева Фрея поднялась с трона и спустилась к внукам. От этой женщины веяло холодом, но было видно, что она любит своих внуков.
– Посмотрите, что я сделаю с солнцем! – сказала она.
Братья устремили взгляды в огромное окно. Окно из тонкого, прозрачного льда, а с виду, как обычное стекло. Завыл ветер, небо стало темнеть, тучи перекрыли солнце. Братья улыбнулись, они поняли, что это сделала королева Фрея".
Энни прервала чтение.
– Это пока все…
– Это потрясающе! – воскликнул Джей Джонс.
Энни только заметил, что все, кто был в гостиной, оказывается ее слушали. Парни даже перестали играть в карты.
– Это очень круто, Энни, – похвалил ее брат.
Даже Плуки проснулся и что-то пропищал. Энни аж покраснела от такого всеобщего внимания.
– Д-да, да, они правы, – темные глаза Мэри аж заблестели. – Давай я помогу тебе с ошибками, если хочешь.
– Конечно хочу! – воодушевилась Энни. – Но сначала допишу первую главу. Я заметила, что первые главы всегда тяжело даются, а потом все как по маслу. Мы в школе часто писали сочинения и бывало на несколько глав…
Это был идеальный вечер. Компания друзей, горящий камин и вкусный чай. Но не всегда даже идеальный вечер, заканчивается идеально.
С самой постройки дома, в гостиной висела огромная, старая люстра. Год за годом, стальные балки ржавели из-за воды, которая проникала с чердака во время дождей. Воды было немного, но прошло уже больше двадцати лет. Крепления не выдержали.
Люстра висела над диваном, где сидели Энни и Мэри. Но трагедия не произошла. И причина этому каменный дворецкий по имени Филипп. Именно его острый слух помог вовремя среагировать и нависнуть над девушками. Весь удар массивной люстры он принял на себя.
– Энни, Мэри! – с ужасом крикнули Яков и Джей. А Плуки издал ужасный писк.
Мэри испугалась больше всех. Ведь на ее глазах ожила статуя и рванула в ее сторону. Энни тоже испугалась, но не ожившую статую, а последующий грохот, когда люстра упала на дворецкого. Яков и Джей испугались, они не сразу поняли, что произошло.
Самое главное, что девушки уцелели. Энни хотела помочь Филиппу, но тот помотал головой.
– Мисс Грин, прошу Вас отойти, – сказал он.
Ребята отступили от дивана, а статуя смогла скинуть с себя люстру. Джей и Мэри вопросительно смотрели на Энни и Якова.
– Я вам говорила! – ответила им Грин. – Это Филипп!
– Мисс Грин, я сейчас все уберу, – поклонился Филипп и ушел в хозяйственную комнату.
– Н-но, – Мэри просто не могла ничего сказать.
– Это просто удивительно, – сказал Джей, провожая взглядом статую.
Энни с разрешения Филиппа все им рассказала. Ребята молча ее слушали и ни разу не перебили. Они были в шоке.
– Я-я слышала, что такое возможно, но никогда в это и не верила, – говорила Колинс.
– Извини, что так таращусь на тебя, – говорил Джей, поглядывая, как статуя убирается в гостиной. – Просто это невероятно!
– Джей, как человек, который совсем недавно в мире дрима, заявляю тебе, что и летать тоже невероятно, – деловито заметил Яков.
– Ну, для тебя и Энни да, – улыбнулся Джонс. – А для меня удивительно, что статуя может быть живой!
– Но ребята, – серьезно сказала Энни. – Это большой секрет. Никто не должен знать о Филиппе. Его, наверное, даже не отправят в Лабиринт Трага, а скорее всего уничтожат…
Повисла тишина. Все понимали, что это не шутки.
– Клянусь, что никому и никогда не расскажу про господина Филиппа! – заявил Джей.
Услышав слово "господин", Филипп аж остановился. Ему было глубоко приятно такое слышать. Он бы, наверное, аж покраснел бы, если бы мог.
– Спасибо Вам, мистер Джонс, – поклонился дворецкий, держа обломок люстры в руке.
– Я-я-я, – запиналась Мэри, она тоже понимала серьезность ситуации. – Клянусь, что никогда и ни за что не расскажу о Вашей тайне.
– Спасибо Вам, мисс Колинс, – вновь поклонился дворецкий. – Теперь, когда вы знаете мою тайну, то я могу свободно передвигаться по дому. Поэтому, как только все уберу, я сделаю вам всем горячий шоколад!
Плуки вскочил на диван, с дивана на руку Филиппа, а затем уместился на его голову. Зверек частенько любил там сидеть, а дворецкий не был против. Они все же уже успели подружиться.
– А для Плуки сделаю вкусный бутерброд.
Плуки довольно странный зверек, он не ел корм для пурлуки. Он обожал человеческую еду.
– Плук, плук, плук, – одобрительно издал звуки зверек.
Без люстры в гостиной теперь не так светло, поэтому Энни принесла свечи и зажгла их. А еще она сделала пару шаров света, они потихоньку плавали над диваном и креслами.
– Вот почему Алистер прислал его в лагерь, – дошло до Джея. – Значит он твой защитник.
В голосе Джонса слышались нотки ревности. Он хотел быть на первом месте в этом деле.
– Ага, – кивнула Энни, попивая горячий шоколад.
Филипп приготовил четыре порции вкуснейшего какао.
– Да, я защищаю мисс Грин, ее семью, ее друзей, – ответил Филипп.
Джонс хотел что-то сказать, но передумал. Он прекрасно понимал, что статуя никогда не обидит Грин, а скорее наоборот, будет яростно ее защищать. Филипп это доказал еще при стычке с Коробовой, а то, как он защищал против Ракшасов…
– Хах! Опа! – осознал Джонс. – А ведь Акио то ничего и не знает!
– Нашел чем гордиться, – усмехнулся Яков.
– А почему бы и нет? Мелочь, а приятно!
День оказался весьма долгим, веселым и даже опасным. А ведь ребята даже не добрались до академии. Студенты старших курсов предупредили младшекурсников, что третий курс один из самых сложных за всю учебу. Но ребята об этом сейчас не думали. Весь оставшийся вечер они говорили с Филиппом. Энни конечно же уже слышала эти истории. Дворецкий очень любил вспоминать господина Роджерса и госпожу Тами. Мэри больше всего понравились рассказы про балы в Белом Замке.
– Все красивые, мужчины в элегантных костюмах, а женщины в шикарных платьях. И все кружатся в главном зале под музыку оркестра. Много еды, много питься и веселья. Пиры в Белом Замке самые лучшие во всей Сомренте… – а затем печально добавил. – Были… Когда-то.
– А сейчас замку не помешала бы реставрация, – ляпнул Джонс, вспомнив про испытания в заброшенном замке.
Филипп повернулся к Джею, его зеленые глаза стали тусклее. Дворецкому было обидно такое слышать о замке господина Роджерса.
– Не правда, – поспешно сказала Энни, заметив недовольство Филиппа. – Там вполне уютно и мило!
– Но…
– Джей, заткнись, – нахмурила брови Грин.
Джонс осознал свою нетактичность.
– Я имел ввиду, что там очень даже мило, просто не помешал бы маленький ремонт…
– М-малюсенький, – улыбнулась Колинс.
Глаза Филиппа ярко вспыхнули. Казалось, что он даже улыбается.
– Спасибо вам… Кто еще хочет горячего шоколада?
Все подняли руки, даже Плуки потянул лапу.
– Сию минуту! – с этими словами Филипп удалился на кухню.
– Ну ты и осел, Джонс, – сказал Яков, а девушки покивали.
– Ой да ладно вам, я ничего такого и не сказал!
Энни понимала, что Джей не со зла. Джонс всегда говорил правду и тактичности ему явно не хватало. Филипп тем временем принес еще четыре кружки вкуснейшего какао.
– Спасибо, Филипп, – поблагодарили ребята.
Дворецкому нравилось помогать Гринам. Он чувствовал, что нужен кому-то, что его любят. А это для Филиппа многое значит.
Первым зевнул Плуки, а затем пошла цепная реакция. Единственный кто не зевнул был Филипп.