Служили два товарища

Глава первая

Информатор сообщил о том, что в ближайшие дни Брюнет собирается брать квартиру. Он же указал адрес и фамилию ее владельца. Это сообщение принес в отдел его начальник, майор Гусарев.

Собрать данные о хозяине объекта предстоящего нападения банды оказалось несложным делом, это был высокопоставленный работник Министерства внешней торговли, проведший большую часть своей неплохо сложившейся жизни не на горячо любимой Родине, а в горестной разлуке с ней, за границей. А потому считающийся более чем обеспеченным человеком. И не одобрить выбор Брюнета было просто нельзя.

Что же касается банды Брюнета и ее предводителя, то это имя стало известно в отделе относительно недавно. Однако за короткий срок ему удалось завоевать известность как в своей среде, так и у тех, кто боролся с нею. Банда Брюнета сумела осуществить несколько дерзких, а главное на удивление грамотно для новичков в этом непростом ремесле спланированных ограблений квартир. Было очевидно, что Брюнет предпочитает действовать наверняка, по хорошей наводке, после тщательной разведки и проработки всех деталей. Да и не разменивает себя на мелкие дела, а всякий раз уходит с более чем солидной добычей в руках. И при этом с момента своего появления он оставался неуловимым, словно тень.

Информации о нем с каждым днем поступало все больше, но при этом она была какая-то отрывочная, малополезная и пока никак не помогала выйти на след преступника. Его способность ускользать из-под носа оперативников вызывала у них даже некоторое восхищение и уважение к его бесспорным талантам.

Что касается его прозвища, то он получил его за колер своих волос, таких же черных, как соответствующего цвета крем для обуви. Да и вообще, по свидетельству тех немногих, кому выпала удача его лицезреть, он являлся счастливым обладателем весьма привлекательной внешности; по некоторым свидетельствам женщины при виде этого смуглого, черноволосого высокого красавца таяли, как мороженое под южным солнцем. И вот теперь впервые оперативники получили шанс накрыть Брюнета и его банду.

Единственное, что пока было не ясно и чего информатор не ведал, когда Брюнет отправится на свой преступный промысел. Все же попытки раздобыть эти ценные сведения другим способом не дали результата.

Оперуполномоченные Валерий Некрасов и Виктор Новиков уже пятые сутки околачивались возле дома внешнеторгового работника. Условия для проникновения в квартиру были самые благоприятные, всю семья беззаботно пребывала на даче, жилище пустовало. Ну а то, что там постоянно дежурили двое сотрудников МУРа, об этом, естественно, никто не знал, кроме ее хозяина. Однако Брюнет не появлялся. За это время муровцы изучили все окрестности, визуально они уже узнавали многих обитателей двора и даже их собак, которых они регулярно выгуливали. Некоторые жильцы даже стали на них коситься, постоянно видя, как эта подозрительная парочка из двух крепких парней крутится в их дворе.

Разумеется, иногда оперативников сменяли, но все же основная нагрузка по внешнему наблюдению за домом падала на них. В отделе остро не хватало народу, так как в эти летние дни часть сотрудников отправились в отпуска, оставшиеся же были заняты на других операциях, так как криминогенная обстановка в городе была такая же жаркая, как и погода. Не держать же бог знает сколько времени целую оперативную группу, если неизвестно когда появятся преступники да и появятся ли вообще, весьма здраво рассуждало начальство. Не исключено, что информация о намерении банды, была ложной или же планы домушников изменились. Правда в ближайшем отделении милиции был сформирован специальный отряд, готовый выехать на подмогу по первому сигналу.

После небольшого перерыва, когда на дежурстве в этом опостылевшем дворе их не надолго сменила другая такая же пара горемык-оперативников, Некрасов и Новиков вновь вернулись на прежнее место дислокации. Дом представлял из себя шестнадцатиэтажную башню с одним подъездом. Квартира располагалась на пятом этаже. Проникнуть внутрь этого довольно безликого сооружения было непросто, так как вход преграждала запертая дверь, за которой сидел привратник. И до тех пока он не выяснит, к кому направляются посетители, не свяжется по телефону с жильцами квартиры, он никого дальше подъезда не пустит.

Еще в первый день, когда была получена информация, связались с хозяином квартиры. Тот пришел, как в море при шторме, в большое волнение и его долго успокаивали, обещая, что ничего страшного не произойдет, нажитого долгим и честным трудом весьма немалого имущества, он не лишится, просто в его доме некоторое время подежурят оперативники. И все же под покровом ночи из комфортабельных аппартаментов внешнеторговца было вывезено все ценное.

Валерий Некрасов и Виктор Новиков вместе со всем отделом уже не один месяц гонялись за Брюнетом. А потому полученная информация их по началу сильно обрадовала. Это был тот шанс, упустить который было бы просто непростительно. Но на пятый день настроение у них сильно поменялось, это странное безделие при постоянном деле тяготило все больше и больше.

Они сидели на лавке, слизывали с палочке мороженное, которое за эти дни стало вызывать у них едва ли не аллергию, – и молчали. К этому моменту их дружба насчитывала уже почти семь лет, отсчет которых начался с того самого памятного для обоих дня на первом курсе института, когда они оказались рядом на одной скамье в большой, сооруженной амфитеатром лекционной аудитории. Симпатия между ними возникли очень быстро, она была основана на прочном фундаменте любви к спорту, веселому проведению досуга и неподдельного интереса к выбранной профессии. Оказалось, что они оба мечтают об одном: о работе в оперативных органах. Такой редко встречающийся симбиоз увлечений и пристрастий не только сблизил их, но и сохранил эту близость на все последующие годы. И когда учеба оказалась законченной, они попросили направить их на работу в одно подразделение.

Сейчас Валерий Некрасов смотрел на своего одновременно партнера и друга с некоторым недоумением. Обычно умеющий себя сдерживать Новиков явно терял терпение. Виктор то и дело поглядывал на часы и всякий раз после этой процедуры, сильно мрачнел. Но самое удивительное было даже не это, а то, что подобное поведение Виктора Валерий наблюдал уже далеко не первый раз. На его же осторожные расспросы следовало непривычное молчание; обычно откровенный с ним Виктор явно не хотел «колоться» о том, что с ним происходит.

– Пять дней коту под хвост, – мрачно произнес Новиков, и Валерий мысленно согласился с этим определением, дни ушли именно в то место, куда указал Виктор. – Надо снимать наблюдение и засаду, вряд ли Брюнет к нам пожалует, – продолжил Новиков. – Может, что-нибудь почувствовал, может, просто передумал. Квартира стоит пустая, а он все не идет. Так же не бывает.

– Гусарев сказал: еще два дня и сматываем удочки. Глупо рыбачить, когда нет никакого клева.

– Два дня, их еще вытерпеть надо. Будь проклят этот Брюнет, из-за него мы тут словно прикованные к этому месту цепями. А он где-нибудь развлекается или готовит новое ограбление совсем в другом месте, где мы его не ждем.

Внезапно Виктор со злости бросил в урну недоеденную порцию мороженого.

Во двор въехала машина «Скорой помощи» и остановилась возле подъезда. Из нее вышли трое мужчин в белых халатах с саквояжами и быстро исчезли в доме. За то время, что оперативники тут дежурили, пикапы «неотложки» приезжали уже несколько раз, а потому подозрение это обстоятельство не вызвало. Дом под самую крышу был набит высокопоставленными пенсионерами очень преклонного возраста, и услуги родной медицины им были более чем необходимы.

Внезапно раздался сухой треск выстрелов. Оперативники вскочили со скамейки и устремились к подъезду. До него было метров пятьдесят. Оттуда выскочило трое тех самых «врачей». Первым навстречу им бежал Виктор; еще на занятиях физкультурой в институте он всегда обгонял своего друга. И на этот раз этот забег не стал исключением. Внезапно один из бандитов остановился и поднял пистолет, нацелив его в грудь Новикова. Расстояние было всего два-три метра и промазать с такой дистанции было труднее, чем пронести вилку мимо рта.

С этого мгновения Валерий больше не отдавал отчета в своих действиях, просто какая-то неведомая сила внезапно подняла его в воздух. До сего момента он и не предполагал, что способен на такой одновременно невероятно длинный и стремительный прыжок. Он ударил прямой ногой вытянутую вперед руку с пистолетом в тот самый миг, когда палец преступника готов был нажать на курок. Пуля ушла в сторону.

Пока Валерий поднимался с земли, Виктор попытался задержать преступников, но тот, что был с пистолетом, оттолкнул его и прыгнул в машину. За ним тот же прием проделал и его сообщник. Однако третьему он не удался; Виктор и, подскочивший к нему Валерий, повалили двумя ударами его на землю. У бандитов в автомобиле не возникло и мысли прийти к нему на помощь, вместо этого они стремительно сорвались с места. И буквально через несколько секунд пикап «Скорой помощи» исчез из подворотни.

Они скрутили задержанного и повели его в квартиру, где была устроена засада. Тот не сопротивлялся, только мрачно переводил глаза с одного оперативника на другого.

Уже в прихожей они едва не наступили на лужу крови. Из комнаты доносились стоны. Они вошли туда и увидели лежащего на диване раненного оперативника, плечо которого перевязывал его напарник.

– Врачей вызвали? – спросил Виктор.

– Да, сейчас приедет «Скорая» и наряд милиции. Слава богу, пуля прошла по касательной. А у вас что?

– Одного скрутили, двое улизнули, – мрачно ответил Валерий. – Так что один два в их пользу. – В том, что бандитам удалось удрать, он чувствовал свою вину. У них были все шансы поймать всех троих.

– Брюнет, как только мы открыли дверь, сразу же выстрелил. Мы ничего не успели сделать, – пояснил оперативник. – У него просто мгновенная реакция. Запомните это, если будете за ним еще гоняться.

Виктор и Валерий одновременно посмотрели друг на друга и на их лицах отразилась одна и таже мысль: эти слова в самом деле стоят того, чтобы их не забыть.

Приехала «Скорая помощь», бригада криминалистов, вслед за ней примчался майор Гусарев. Он был явно раздосадован тем, что так долго проводимая операция закончилась неудачно, его даже почти не порадовал факт задержания одного члена бригады. Он недовольно смотрел на своих подчиненных, и Валерий старался не встречаться с ним взглядом – уж больно большая концентрация осуждения была в глазах начальника. Зато Виктор чувствовал себя гораздо спокойней, перед очами начальства он явно не хотел показывать наличие у него комплекса вины из-за того, что только что случилось.

Задерживаться в квартире не было больше смысла, все было предельно ясно.

– Едем в контору, – приказал Гусарев. Естественно, эти слова не относились к раненному, его путь лежал в больницу.

Глава вторая

Пока они пробирались по городу, Валерий думал о том, что им с Виктором ждут не слишком приятные минуты; как не крути, но эта их вина, что они упустили двух бандитов. Он взглянул на друга и обнаружил, что тот снова нетерпеливо посматривает на часы; по его лицу было видно, что его занимают совсем иные мысли.

– Будет разнос, – тихо прошептал Валерий, чтобы сидевший на переднем сиденье Гусарев не услышал бы его слов.

– Переживем, – буркнул Виктор, потом вдруг наклонился к Валерию. – Мы его поймаем, даже если он спрячется в берлоге белого медведя на Северном полюсе.

Некрасов кивнул головой, он тоже думал об этом.

Но разноса по большому счету не было. Конечно, Гусарев выразил свое неудовольствие тем, как развивались события и как действовали оперативники, но по сравнению с тем, что он периодически устраивал, на этот раз можно было с полным правом сказать, что в его кабинете царила почти дружеская атмосфера. Было ощущение, что его голову занимала какая-то мысль.

– Начальство очень недовольно тем, как мы сработали, – сказал Гусарев. – Они считают, что мы это сделали непрофессионально, особенно при попытке задержать бандитов. Вы среагировали слишком поздно, потеряли много времени, не проявили должной бдительности. И как следствие таких высокопрофессиональных действий, – в голосе Гусарева зазвучал редкий гость – сарказм, – соответствующий результат. Конечно, это был очень хитрый с их стороны трюк, никто не ожидал, что они приедут на машине «Скорой помощи» в этот переполненный инвалидами дом, Но это не снимает с нас ответственности за неудачу. – Он вдруг посмотрел на сидящих за длинным столом двух друзей. – Я пытался доказать, что вы только начинаете свою работу, еще не набрались опыта, не знаете многих их приемов. – Начальник отдела сделал многозначительную паузу. – В общем принято решение дать вам возможность себя реабилитировать, вам поручено довести это дело до победного финала, поймать Брюнета и его сообщников. Один из них в наших руках, это дает нам отличный козырь в нашей игре с Брюнетом, если не туз, то уж валет это точно. Так что приступайте немедленно. Вы поняли, вам дана неделя, ровно через семь дней Брюнет должен сидеть тут передо мной в наручниках и давать показания.

Некрасов и Новиков вернулись в свой кабинет. Валерий посмотрел на своего друга и увидел на его лице решительно-злое выражение. Оно было хорошо знакомо ему, так как появлялось всякий раз, когда Виктор чувствовал себя чем-то или кем-то задетым, обиженным, несправедливо обойденным. Он вдруг становился совсем другим человеком, очень сосредоточенным, всецело направленным на решение поставленной задачи. Валерий всегда завидовал этому его умению и даже пытался ему подражать. Но не очень успешно, ему не хватало способности концентрироваться на чем-то одном..

Когда дружат двое людей, то неизбежно один становится ведущим, другой – ведомым. Такого деления не избежала ни одна пара на свете. Что же касается их дуэта, то Валерий признавал первенство друга и не пытался его оспаривать; слишком оно было для него очевидным. Но это первенство было весьма своеобразным; во-первых, оно никогда не подчеркивалось ни одним из них, а во-вторых, для Валерия это было скорей естественное состояние, он смотрел на Виктора как на человека, который делает его жизнь надежней и уверенней. Но в свою очередь и Виктор ценил их дружбу не меньше Валерия; будучи по натуре более самостоятельным и независимым, он одновременно с этим нуждался в присутствие близкого себе человек, способного ослабить тиски одиночества, от которого он сильно страдал. Хотя по своей природе он был весьма общительным, но не уживчивый характер затруднял общение с другими людьми.

– Надо немедленно тащить сюда этого парня, он все нам сейчас выложит, – возбужденно произнес Виктор, недобро сверкая глазами. – Позвони, чтобы привели.

Валерий кивнул головой и снял трубку. Он разделял настроение друга. Им тоже владело желание как можно быстрей разобраться с пойманным преступником.

Только сейчас у них появилась возможность как следует разглядеть свою добычу. Это был молодой парень, немного моложе их, к обоюдному удивлению оперуполномоченных он больше походил не на уголовника, а на студента. Приятное, умное лицо, которое правда изрядно портил большой надувшийся синий диск под глазом – зримый результат их стыки.

Хотя Некрасов и Новиков сгорали от нетерпения получить нужную им информацию, допрос начали, как положено.

– Фамилия, имя, отчество? – спросил Новиков.

Парень угрюмо молчал.

Виктор не стал ждать, пока у него прорежется желание отвечать на вопросы, он подошел к нему и взял за воротник куртки.

– Слушай меня, парень, – тихо сказал Новиков, – если ты не будешь подробно, со всеми деталями отвечать на наши расспросы, то сегодня вечером мы тебя поместим на ночь в одну камеру. Есть у нас такой гостиничный номер, туда мы специально собрали любителей красивых мальчиков. А ты как никто их подходишь, твое появление будет встречено долго не стихающим «ура». А утром ты выйдешь оттуда, вернее тебя вынесут оттуда инвалидом на всю оставшуюся жизнь. Ты понял, какое великое удовольствие тебе предстоит испытать?

Разумеется, официально такой прием был относился к категории запрещенных, да и никто в такую камеру его помещать не собирался, хотя бы по той простой причине, что она отсутствовала в реальной действительности. И Некрасов не любил, когда Виктор использовал этот трюк на допросах.

Но в данном случае, хотя и скрепя сердцем, Валерий оправдывал его применение; каждая минута на вес золота, а этот парень собрался поиграть в молчанку.

– Будешь говорить или я отправляю тебя в гости к собранным тут у нас педерастам?

– Буду, – едва слышно произнес задержанный.

– Давай все сначала, только быстро! Как тебя окрестили родители?

– Сергей Геннадьевич Волков.

– А как в миру зовут Брюнета?

– Анатолий Полукеев, – неохотно ответил Волков.

– Где ваша малина? Говори адрес! – прикрикнул Новиков на него, так как почувствовал, что парень все еще не желает отвечать.

Волков продиктовал адрес, Валерий зафиксировал его на бумаге. Виктор посмотрел на своего напарника и друга.

– Надо брать группу и и дуть немедленно туда.

– Вряд ли они там, зная, что этот субчик у нас, – кивнул Валерий на задержанного.

– И дураку понятно, что их там уже нет. Но ехать туда все равно надо. А вдруг… Да и обыск может что-то дать. – Новиков обернулся к Волкову. – Рассказывай все об этой малине.

У дома, где снимал квартиру Брюнет, они оказались через сорок минут. Это был новый район, со всех сторон их окружали чащобы одинаковых, словно проросших из одного семени, домов. Они вошли в подъезд, поднялись на лифте. Дверь была закрыта, на ее взлом ушла пара минут.

Все указывало на то, что хозяин покинул квартиру совсем недавно и в большой в спешке. На полу валялись груды одежды, причем ее было очень много и самой разной, а на кухне даже еще не до конца остыл чайник. Валерий и Виктор невольно переглянулись; у него еще хватило выдержки побаловаться перед дорогой чайком.

Обыск, несмотря на всю его тщательность, не принес особо заметных результатов. Правда были найдены несколько вещей, похищенных из ограбленных квартир. Но само по себе это не имело большого значения; то, что эти ограбления были дело банды Брюнета, они не сомневались и раньше. И все же когда они уже собирались уходить, произошло то, чего они ждали меньше всего. Внезапно молчавший все это время телефон, обрел голос. Виктор решительно взял трубку. И сразу по его лицу стало видно, что он явно не ожидал этого звонка.

Виктор кивнул Валерию, тот подскочил к телефону, и они вместе стали слушать.

– Эй, опера, как вы там обживаетесь в моей квартирке. Извините, что не прибрано. Очень хотелось вас встретить как полагается гостеприимному хозяину, но не получилось. Вы уж не обижайтесь, но придеться вам потерпеть. Надеюсь, в следующий раз приму вас с большим радушием. Зато дарю все то, что там есть, можете не волноваться, мне этого уже ничего не надо. Скоро у меня будут барахло гораздо больше и лучше. Ба, да я вижу, что вас там сразу двое, вы бы подошли к окну, чтобы я получше бы вас разглядел.

– Он где-то рядом, – прошептал Валерий, – он видит нас.

Виктор зажал трубку рукой.

– Попытайся его поискать, только не отсюда, а из кухни.

Валерий бросился на кухню и приник окну, из которого было видно сразу несколько многоэтажных домов. В каком он из них, как определить? Отсюда это сделать невозможно. Огорченный этой неудачей, он вернулся в комнату.

Между тем разговор продолжался. Валерий снова приник к трубке.

– А может, ребята нам стоить познакомиться, вы теперь, думаю, знаете, как меня зовут, Волчок уже поди раскололся. Вам теперь за мной еще долго гоняться, а я даже не знаю, как к вам обращаться. Не то буду называть операми, «фараонами», «мусорами». А разве культурные люди так разговаривают друг с другом?

– Издевается, сволочь, – прошептал Виктор. – Беги в соседнюю квартиру, звони на телефонную станцию, пусть определят номер.

Брюнет не услышал, не то догадался о намерении оперативников.

– Очень приятно было с вами поговорить, да не могу больше, не то еще засечете телефон. Да и пора в другую нору. А эту можете не искать, я тут оказался случайно. А спорнем на штуку, что вы ее все равно не разыщите? Да нет, куда вам, вы и денег-то таких в жизни не видели. – Брюнет рассмеялся. – Ну я пошел.

– Мы тебя найдем! – вдруг прокричал в трубку Виктор. – Скоро найдем!

Они выскочили на улицу, но сколько они не бегали между домов, Брюнета так и не обнаружили. Пару раз им казалось, что впереди шагает некто похожий на него, но во всех случаях это оказывалось ошибкой. Обескураженные, они вернулись в покинутую судя по всем признаком навсегда квартиру Брюнета, закончили обыск, отпустили понятых и понуро поехали в «контору», как они называли между собой учреждение, где работали.

Они доложили своему начальнику о постигшей их неудаче; тот не слишком этому удивился этому, а принял данный факт как должный. Он как-то грустно посматривал на своих подчиненных, словно еще зная, как с ними поступить: то ли наказать, то ли отпустить с миром, как людей, которым уже ничем не поможешь.

– Что же я по-вашему должен доложить начальству? – риторически спросил Гусарев. – Должен сказать, что бандит издевался над сотрудниками нашего управления, был совсем рядом от них, наблюдал за ними в бинокль, а то и без оного, глумился над ними по телефону, а они ничего по сути не предприняли, сносили все его поношения, как малые дети. Да, не такой работы я от вас ожидал, ребята. Может, вы выбрали не ту профессию, может, вам переквалифицироваться в кого-нибудь другого, например, в адвокатов.

Виктор и Валерий знали: на языке оперативников совет «переквалифицироваться в адвокатов» означал в лучшем случае если не полное, то частичное несоответствие служебному положению.

– Я чувствую, этот Брюнет еще попортит нам нервы. Очень странно он себя ведет. Вы обратили внимание?

– Обратили, – от имени их двоих ответил Виктор.

– Чутье подсказывает мне: в ближайшие дни его вряд ли обнаружим, скорей всего на некоторое время он ляжет на дно, будет ждать, пока поднятая им буря не утихнет. Можно не сомневаться, что надежную берлогу для этого он приготовил заранее, иначе не вел бы себя столь нагло. Что нам остается, как вы полагаете?

Новиков и Некрасов пристыженно молчали, ожидая услышать самое настоящее откровение И оно прозвучало:

– Надо собирать информацию о нем, все, что только можно, любую мелочь, даже если она относится к эпохе, когда он сидел на горшке или ходил в коротких штанишках в детсад. Теперь мы знаем его настоящее имя, так что собирать сведения будет легче. Плюс у нас есть этот Волков. Его тоже как следует надо бы изучить. И обязательно еще раз как следует потрясти, он должен выложить о Брюнете не только что знает и помнит, но что что забыл и не знал. Может, обнаружится какая-нибудь ниточка, малюсенькая зацепочка. Никогда неизвестно, что может привести к цели. Вы поняли?

– Да, – по очереди ответили Некрасов и Новиков.

Гусарев также по очереди посмотрел на каждого из них, затем на часы.

– День был тяжелый, можете сегодня отдохнуть. А завтра приступайте. Только помните, у вас очень мало времени.

Они вышли из здания управления и смешались с густой вечерней толпой. Настроение у обоих было такое подавленное, что даже не хотелось разговаривать. А потому несколько минут они шли молча.

Первым нарушил молчание Новиков.

– Пошли в подвальчик, – предложил он. – Самое время напиться.

«Подвальчиком» они называли пивбар, который в самом деле располагался в подвале в нескольких кварталах от МУРа. Место было довольно злачное, там можно было встретить в большом количестве самый разнообразный сброд: вышедших недавно из тюрьмы рецедивистов, торговцев наркотой, а также другие разновидности человеческой мрази и порока. Но это было единственное место, где можно было дешево утолить вдруг возникшую жажду. Но если бы кто-нибудь из завсегдателях этого почтенного заведения однажды бы узнал, в каком ведомстве получают зарплату их соседи по столику, не исключено, что им бы не поздоровилось.

Чтобы оказаться в пивбаре, они спустились по лестнице вниз. Воздух здесь был такой прокуренный, столь густо насыщенный испарениями всеми любимого напитка, что так и казалось, что ни одной молекулы кислорода здесь уже не осталось и все дышат этой ужасной смесью. Валерий встал в очередь к стойке, а Виктор отправился на поиск кружек, так как они тут были всегда в большом дефиците. Их надо было взять со стола, затем отдать в мойку и ждать, пока работница бара в вечно грязном халате поставит их в моечную машину, а затем вернет эти драгоценные сосуды их временным владельцам.