Ведьма – ученица мага

Глава 1. Чудесное утро

Вот правду говорят, что утром хорошо просыпается только песок мимо чашки. Хотя песок зачерпнуть Лея не успела, сразу кокнула любимую чашку. Посмотрела на блестящие осколки на полу, вернула тонкую ложечку на стол и попыталась изящной крышкой от вазочки с песком закрыть приготовленную для омлета сковородку. Поймала себя на этом и весело рассмеялась – да уж, утро не самое удачное время дня. Хотя, нет-нет, сегодня – удачное! Чудесное, прекрасное, замечательное! Такое же, каким был вчерашний день!

Вчера случилось сразу много восхитительных событий. Лея закончила школу ведьм и получила диплом. Между прочим, с отличием! Пришло теплое поздравление от любимой бабушки и ее мужа, мага сэра Люксена – наверняка, отправили заранее, бабуленька и не сомневалась, что внучка блестяще закончит школу! Посыльный из банка передал от сэра Люксена еще один подарок – дарственную на его домик в горах.

Но главное – самое, самое, самое главное! – Арден сказал, что любит Лею! Ах, если бы не честное ведьминское слово бабушке, уже вчера вечером они с Арденом стали бы близки, как только могут быть близкими любящие парень и девушка! Он, конечно, страстно убеждал ее… И если бы не данное слово… Ничего, скоро они поженятся, и тогда всё будет можно!

– Всё, всё, всё! – Лея закружилась по кухне вокруг осколков разбитой чашки. Разлетались в стороны полы легкого зеленого халатика, ноги в мягких тапочках выписывали затейливые па, длинные светлые волосы кружились, то и дело закрывая лицо и скрывая яркий румянец на щеках…

– Ку-ку! – укоризненно сказала кукушка, выглянув из стенных часов, изображающих гнездо из веточек.

– Ой! – Лия всплеснула руками. – Я же обещала быть у мэра в полдень!

Караул! – до полдня оставалось всего ничего. А не надо было вчера целоваться с Арденом до глубокой ночи! Вот и проспала.

Лия помчалась в спальню, где на плечиках висело очень красивое, приготовленное вчера как раз для этого визита платье. И к нему – изящные туфельки. Н-да, теперь, чтобы не опоздать, надо лететь на метле. А когда ты на метле, красивое платье никак не наденешь.

«Ну и ладно, – пыталась убедить сама себя Лея, поспешно вытаскивая из шкафа лётный костюм – брюки и рубашку с длинными рукавами. – Я же по делу. Я же не потому что, – щеки опять вспыхнули.

Прийти к мэру попросил Арден, его сын. Вроде как для того, чтобы зарегистрировать дарственную на домик от сэра Люксена. Хотя Лея подозревала, что дело совсем не в этом.

Она торопясь застегнула надежные застежки сандалий – чтобы не свалились в воздухе! Подхватила со стола дарственную, которую вчера показывала Ардену – на какой красивой золотистой бумаге написана! Выскочила в прихожую, протянула руку к метле. И тут словно услышала ласковый, но твердый голос бабушки:

– Никогда – слышишь, Лея – никогда не уноси из дома подлинники документов. Они должны быть надежно спрятаны в твоем тайнике. Куда бы ни шла – берешь с собой только копии.

Лея возмущенно застонала – ну, опаздывает же!

– Только копии! – звучало в ушах. Вот точно бабушка – сильнейшая из ведьм! Давным-давно уехала за тридевять земель, а рулит до сих пор.

Сердито плюнув, Лея вернулась в комнату, снова положила на стол дарственную, рядом с ней чистый белый лист и начала читать нужное заклинание – магическое, кстати, а не ведьмовское. Его тоже заставила внучку выучить назубок бабушка.

Процесс был не то чтобы уж очень долгий, но если опаздываешь…

Когда на столе появились две одинаковые и почти неразличимые бумаги, Лея, сердито вздохнув, прибрала подлинную в тайник:

– Бабуля, видишь, какая я послушная!

Аккуратно свернула лист в трубочку, ринулась за метлой, краем глаза увидев осколки чашки. Да уж, и не позавтракала, и чай не попила, и даже не прибралась, хотя всего-то и надо было рукой взмахнуть и короткое бытовое заклинание прочитать. Потом-потом-потом!

Автоматически наложила на дверь охрану, оседлала метлу и, как вихрь, помчалась в сторону ратуши.

Глава 2. Неожиданный поворот

Она даже почти не опоздала – две минуты ведь не считаются? Взбежала по широкой лестнице на второй этаж, в пустой приемной пристроила в угол метлу, постучала:

– Можно?

Услышав: «да-да», открыла солидную дверь.

– А-а, Лея! Заходи, – мэр, как всегда, приветливый, улыбнулся. Посмотрел лукаво:

– Регистрировать дарственную?

Лея вспыхнула, покивала головой и протянула свернутый в трубочку лист.

– Садись! – махнул рукой на удобное кресло мэр, разворачивая бумагу. Он читал не торопясь, внимательно. А Лея едва сдерживалась, чтобы не ерзать в кресле: она понимала, что сейчас придет Арден, и речь пойдет об их женитьбе. Но ведь наверняка отец с сыном все обговорили заранее? Это же не станет сюрпризом для господина мэра?

Она пыталась заставить себя успокоиться и дышать глубоко и размеренно – как учили делать в школе, если сильно волнуешься. Прислушивалась – вот сейчас откроется дверь… И не обращала внимания на мэра, который что-то написал на дарственной, потом достал тяжелую квадратную печать, приложил к листу, надавил…

– Значит, вы с Арденом решили пожениться?

Лея резко вздохнула, почувствовав, что щеки просто горят…

– Вот здесь распишись, – мэр протянул красивую золотистую ручку и показал на листе место, где надо поставить подпись. Лея медленно, потому что руки заметно подрагивали, вывела свое имя. Тут как раз чуть слышно скрипнула дверь, и вошел смущенный Арден. Он виновато посмотрел на Лею и замер, не дойдя до нее. Она потянулась к нему, начала подниматься с кресла…

– Ну вот, дело сделано, – заметил мэр и с хрустом разорвал какую-то маленькую бумажку.

Лия почувствовала, как ее снова прижало к креслу тяжелой волной. Сознание уплывало, мужские голоса звучали будто далеко-далеко.

– Отец…

– Все нормально. Ты же знал, что мы делаем. Иди, сломай метлу.

– Но Лея…

– Ничего, посидит немножко в башне… Иди-иди…

Дверь снова тихонько скрипнула, а мэр усмехнулся:

– Там и найдут лет через сто ее красивый скелетик…

И все окончательно заволокла тьма.

Глава 3. В башне

Когда Лея очнулась и открыла глаза, то вокруг была глухая темнота. И жутко болела, казалось, что вот-вот расколется от боли, голова. Ну, головная боль для квалифицированной ведьмы не проблема – две минуты, массаж определенных точек, и боль ушла. Зато обрушились воспоминания о том, что произошло в кабинете мэра: неожиданное его нападение (теперь-то понятно, на той порванной бумажке был черный заговор на отключку сознания!), виноватый взгляд Ардена, приказ «сломай метлу»…

«Арден… Арден предал? Этого не может быть! Это неправда! Он меня любит!» – повторяла и повторяла Лея, не чувствуя, как по щекам сбегают горячие соленые слезы. Но в ушах звучало: «Ты знал, что мы делаем… Сломай метлу…» И снова: «Сломай метлу»… Лея не выдержала и разрыдалась.

Но, вообще-то, рыдать куда комфортнее, например, дома, в теплом кресле, и чтобы на маленьком столике рядом стояла чашка горячего чая, а в вазочке лежали вкусные конфеты. А тут, на ледяном полу, в полной темноте – ну, никакого удовольствия! Лея поймала себя на этой глупой мысли, всхлипнула и поднялась на ноги. Как все-таки здесь холодно! И, кстати, а где это – здесь?

Она огляделась ведьминским взглядом, которому темнота не слишком большая помеха. Ну и что – все равно ничего не понятно, какая-то убогая клетушка. Камера! Еще разочек всхлипнув, Лея, поскольку была не только ведьмой, но немножко и магом, призвала на помощь Силу мага. Вытянула руки, дотронувшись ладонями до ближней стены. Ну да, камень. И стена толстенная. А рядом – еще толще, эта, наверное, наружная. Ага, а вот здесь дверь из металла,… а за ней еще что-то. Похоже, это и правда камера в заброшенной тюремной башне. Или, как ее зовут в городке, башне смерти.

Конечно, Лея попробовала открыть дверь – этим магическим заклинаниям успела научиться. Бабушка заставила, говорила: мало ли как жизнь сложится, маг должен уметь открывать любые двери. Юной ведьмочке это понравилось, такие заклинания она учила с усердием, что было далеко не всегда – чаще она сопротивлялась и изо всех сил отлынивала от такой учебы: ну, зачем потомственной ведьме учиться на мага?! Так что до заклинаний высшего порядка не дошла, так, самые простенькие знала – чтобы открыть дверь, если ключи забыла или потеряла, охранные заклинания снять…

А здесь, в этой башне, наверняка были накручены очень сложные заклинания. Мало того, похоже, одну дверь подперли второй! Они что, думают, будто ведьме под силу сдвинуть эту неподъемную махину?!

Бросив бесполезные попытки прорваться через дверь, ведьмочка еще раз осмотрела, насколько получилось в темноте, камеру. Обнаружила, что тут, собственно, вообще ничего нет, кроме стен. Никакой, пусть убогой, лежанки. Ни клочка хоть бы гнилой соломы для подстилки. Ни ведра, ни даже неприличной дырки в полу. Ни крошечного окошка в двери, через которое узникам, она где-то читала об этом, подают еду и воду. Ах, да, мэр же что-то говорил про ее скелет, который найдут только через сто лет. Зачем тогда кормить?

– А вот фиг вам! Все равно выберусь, не будь я ведьмой!

На смену рыданиям пришли злость и решимость сокрушить эти стены! Что там, в любимой школе ведьм, говорили про башню? Что она древняя, и что за всю ее историю сбежать отсюда смог только один маг. Как?

Лея напрягла память – правда, как? Ее такие сведения никогда не интересовали. Кто же знал, что понадобятся…

Ничего так и не вспомнив, Лея решила поразмышлять сама. Что имеем? Толстенные каменные стены. Надо через одну из них пробить выход. Через наружную, конечно! Не рваться же в соседнюю камеру, вдруг она тоже заперта. Вот надо было слушать бабушку, учиться и на мага тоже. Тьфу, на мага!

Глава 4. Воспоминания о прошлом: бабушка

Лея была потомственной ведьмой, чем очень гордилась. И мама у нее была ведьмой, и бабушка, и даже прабабушка, с которой, правда, правнучка ни разу не встречалась.

Себя Лея помнила лет с четырех или, может, даже с трех. Мама, писаная красавица – с пронзительными черными глазами и темными, волной до колен, волосами – дочку не баловала. Малышка привыкла сама тихонько играть в своей комнате или в крошечном скверике у дома. Любимой игрушкой был присланный бабушкой из столицы большой, неуклюжий, толстый медвежонок с мягкой и красивой шкуркой золотисто-коричневого цвета. Как живой! Лея его кормила из игрушечной посуды, выводила, придерживая за лапу, прогулять, потом укладывала спать… Она даже разговаривала со своей игрушкой, сама задавала вопросы и сама отвечала на них. И ни тогда, в детстве, ни после не задумывалась, почему мама почти не разговаривает с ней? Почему не водит погулять? Почему не укладывает вечером в кроватку, не целует в лобик, не рассказывает на ночь сказку?..

Все это стала делать бабушка, которая приехала, когда Лее исполнилось семь лет. Впрочем, бабушка выглядела молодо, скорее, как сестра мамы. Привезла новые игрушки, красивые платьица, чудесные сладости для Леи. Ведьмочка ужасно радовалась и так и не узнала о жестком разговоре между бабушкой и мамой.

– Я не могу на нее смотреть! – шепотом кричала ночью на кухоньке мама. – Она все больше похожа на него! Она глядит на меня его глазами! Она улыбается, как он! Ненавижу!!!

– Девочка не виновата, что ее родители разошлись, – сердито говорила бабушка. – Ты хоть это понимаешь?

– Мама, я не могу! Я боюсь сорваться и высказать ей все про ее папочку! И про нее, про то, как отношусь к ней на самом деле! Да она и сама скоро все поймет, просто пока еще маленькая.

Они разговаривали тогда всю ночь, и бабушка, которая вообще-то приехала из столицы ненадолго погостить, решила остаться здесь, в маленьком городке. А в столицу отправить дочь – пусть развеется, пусть поищет новое счастье.

– Отдам ключи от своего дома, – вздохнула бабушка. – Повару, садовнику и горничной напишу, что теперь ты будешь там жить. Не беспокойся, тебе им платить не надо будет, мой банк платит. Я еще и плату им повышу, чтобы тебя с радостью встретили. Но, моя дорогая, у меня будут два условия.

Бабушка строго посмотрела на дочь.

– Первое – когда будешь уезжать, обнимешь Лею, поцелуешь и скажешь, что ты ее очень любишь. Не кривись – она твоя дочь. И второе условие – раз в год, в ее день рождения…

Тут бабушка увидела злую физиономию дочери и исправилась:

– Хорошо, в праздник первого дня весны, ты должна будешь каждый год, всегда, без исключения, присылать моей внучке поздравление. И подписывать его: «Люблю, целую, будь счастлива – мама». Тогда получишь право распоряжаться половиной моего счета в банке.

Дочь, которая уже было раскрыла рот, чтобы высказать все, что думает о таких поздравлениях, захлопнула его. Удивленно спросила:

– Зачем? Ты даешь мне такие деньги за какую-то бумажку… которую надо присылать всего раз в год.

– Не за бумажку. Просто я хочу, чтобы Лея росла без комплексов. Счастливой. Чтобы была уверена, что мама ее любит. Ты вот знаешь, что я тебя, дочка, очень люблю. Несмотря на твой жуткий характер, несмотря на то, что ты умудрилась разругаться с таким замечательным человеком…

– Он не замечательный! – взвилась дочь – Он…

– Да-да, знаю, что ты хочешь сказать. Наши точки зрения тут расходятся, и это твое право – иметь собственное мнение. Я не вмешиваюсь. Мне только жаль, что ты не поняла, что это такое – быть счастливой с любимым мужем, как была счастлива я. Ладно, это твои проблемы. Но внучку в обиду не дам. Думаю, и тебе будет хорошо в столице, раз ты будешь нормально обеспечена. Захочешь работать – пожалуйста, не захочешь – не надо. И мне спокойнее за тебя.

Вот так все и было – прощаясь с Леей, мама обняла и поцеловала немного этим удивленную дочку и сказала, что было приказано. И на самом деле каждую весну Лея получала большую и красивую открытку, и радостно читала: «Люблю, целую, будь счастлива – мама»…

Глава 5. Не сломанная метла

Арден сидел в мягком кресле в своей комнате и растерянно смотрел в угол. Там стояла метла, которую надо было сломать. Но на это рука не поднялась, метла Леи осталась целой.

Он не понимал сам себя. Да, за Леей он начать ухаживать по просьбе отца. Тот сказал: «Присмотрись к девчонке и потихоньку выведай, что она знает о доме этого надменного мага Люксена. Это очень важно!»

Столичного мага, неожиданно поселившегося в их городке, мэр откровенно не любил, считал чересчур спесивым. Но связываться с ним не рисковал – маг был очень сильный. Вздохнул с облегчением, когда тот отбыл, куда его там позвали, да еще прихватил с собой столичную ведьму (вот ее только здесь не хватало!). Больше об этой парочке мэр и не вспоминал. А потом неожиданно, с подачи своего дяди, заинтересовался тем самым домом, который стоял пустым. Ардену отец ничего не объяснил, но юношу, собственного говоря, это и не больно-то интересовало.

За Леей он приударил с удовольствием – девочка была симпатичная и веселая. И сам не заметил, как легкий флирт перерос во что-то серьезное, когда стал нетерпением ждать каждой встречи, постоянно думал о Лее… А вчера она просто светилась искрящейся радостью, когда получила долгожданный диплом ведьмы! В тот день она была невероятно красивой, близкой, желанной!

Он уже и думать забыл про задание отца. Но вчера тот сказал: Лее принесут из банка дарственную на домик мага. Скажи девочке, что бумагу надо зарегистрировать, пусть придет ко мне в полдень. Арден сказал, и тут же выкинул это из головы.

А сегодня утром был серьезный разговор с отцом. О том, что он ожидает от сына, какие перед ним открываются перспективы и какое ждет богатство. Для этого всего-то надо забыть про ведьмочку.

– Она же тебя просто заворожила! Поэтому выкинь ее из головы и ничему не удивляйся! Скоро ты будешь блистать в столице! – наставлял отец.

Но Арден совсем не ожидал, что отец заклинанием усыпит девушку, а ему прикажет сломать метлу.

Ну, не смог он сломать ее метлу! Он же знал, как Лея дорожила этим подарком своей бабушки! Как обожала летать и вовсю лихачить! И его обещала прокатить – вот как только получит диплом, и руки не будут связаны запретами школы…

– Все еще горюешь по своей ведьмочке? – отец зашел в комнату, как всегда, не постучавшись. – Ты что, уже заделал ей ребеночка?

Арден поперхнулся и сердито посмотрел на отца.

– Ну-ну… У тебя мало поклонниц было? Мы тебе такую найдем, что все попадают! А пока просто поддержи меня. Вот, прочитай.

Мэр бросил на колени сыну листок с каким-то объявлением, ухмыльнулся и вышел. Арден посмотрел на листок, вздрогнул, схватил, поднес поближе к глазам… И окаменел…

А мэр, шагая к гостиной – пора бы и перекусить! – с иронией думал про сына: он что, полагает, будто отец не заметил бережно пристроенную в красный угол метлу? Ничего, у Ардена было уже немало девиц, эта Лея не первая и не последняя. Еще пару дней – и сын отправится в столицу. И уж там найдется для него отличная партия – кто же откажется от жениха с мешком золота? Мэр мечтал, чтобы у его внуков были высокие титулы, и теперь эта мечта почти стала явью. Вот завтра приедет брат, и они, наконец, выполнят, что задумали.

Глава 6. Воспоминания о прошлом: Черная книга

Маленькой Лее было очень хорошо с бабушкой. Единственно, в чем с ней никак не соглашалась внучка – в отношении к магам. Лея страшно гордилась, что она ведьма, а про магов говорила, лишь пренебрежительно скривив губы. И даже слушать не желала, что у нее, может быть, тоже есть способности мага…

Кто в этом виноват, бабушка прекрасно понимала. И весьма сожалела, ведь отец Леи – очень сильный маг, так что был шанс, что и его дочка станет хорошим магом. Во всяком случае, внешне она, и в самом деле, на него очень похожа. Даже волосы светлые!

Бабушка старалась аккуратно, не нажимая, ничего от внучки не требуя, ее мнение о магах изменить. И неожиданно нашла в этом непростом деле замечательного помощника. Выяснила, что год назад в этот маленький городок приехал настоящий, квалифицированный, закончивший столичный магический университет и преподававший там маг Люксен. Поселился в своем доме в пригороде и работал над чем-то непонятным.

Над чем именно, бабушка выяснила, когда пошла к магу знакомиться. Оказывается, вдали от столичной суеты он писал монографию о древних, считающихся потерянными, заклинаниях, пытаясь их расшифровать в старых летописях, восстановить.

Между прочим, общий язык маг и потомственная ведьма нашли мгновенно. Сэр Люксен пообещал начать учить Лею и даже передал для нее Черную книгу, сказал, что это что-то вроде учебника для начинающих магов. А еще, как опытный преподаватель, подсказал некоторые хитрые ходы.

И вот в один из тихих летних вечеров бабушка, повздыхав, сказала:

– Лея, милая, нам надо бы прибраться на чердаке. Я туда заглянула – пылища страшная. Вы с мамой, похоже, ни разу там не убирались.

Ну, надо так надо. И с утра пораньше две ведьмы, подхватив ведра с водой и тряпки, полезли на чердак.

Это был кошмар! Пухлый серый ковер из пыли, стоило сделать по нему хоть шаг, взлетал вверх и медленно оседал на лицо, на волосы, на одежду, заставляя чихать, кашлять и отплевываться. За пару часов работы удалось расчистить только крошечный уголок.

– Эх! – сказала бабушка, в очередной раз пытаясь стряхнуть пыль с платка, которым пыталась, увы, напрасно, прикрыть волосы. – А если бы ты хоть чуть-чуть поучилась на мага, уже знала бы заклинание очистки. И этот чердак вычистила до блеска за пять минут! И полы бы мыть не пришлось, и посуду – все могла бы одним щелчком пальцев сделать!

Убираться Лея, честно говоря, не любила. Впрочем, а кто любит-то? Она подумала, посмотрела на засыпанный пылью чердак и спросила:

– А какое надо выучить заклинание?

Вот так в их доме и появилась та самая Черная книга. А маг Люксен начал потихоньку учить юную ведьмочку самым простым заклинаниям.

Ученицей, однако, она была ужасной – пренебрежение к магам, и ладно еще не ненависть, никуда не делось. Так что от учебы Лея отлынивала, как могла. А уж когда в 10 лет восторженно отправилась учиться в местную школу ведьм, то Черную книгу почти забросила. Ну как же – в школе преподавали такие потрясающе интересные предметы, рассказывали, как варить изумительные настойки из трав, а, главное, учили летать на метле!

Глава 7. Попытка побега

Лея стояла в темноте камеры у самой толстой стены и пыталась припомнить хоть какое-нибудь подходящее заклинание из той ненавистной Черной книги. Ну вот что стоило пролистать ее! Конечно, Лея могла прибраться в своей тюрьме, могла бы помыть посуду… если бы посуда здесь была. Но надо что-то другое. То, что помогло бы пробить многовековую каменную кладку…

Единственное, что пришло в голову – веселое заклинание, которым можно было колотить орехи. Лея даже улыбнулась, вспомнив, как сэр Люксен клал на стол большой орех, произносил пару слов, щелкал пальцами – и тот послушно распадался на две части. У Леи это долго не получалось – орех или вообще не шевелился, или издевательски улетал на пол. Маг не сердился, а только посмеивался. И повторял все еще раз, и еще, и за ним повторяла заклинание сердитая Лея. А потом, неожиданно, она ухватила суть магического приказа – и орех ее послушался! И второй. И третий…

Кстати, те орехи были очень вкусными! Вот бы сюда хоть парочку…

Лея горестно вздохнула и стукнула тем самым заклинанием по стене. Ну-ну! Может, из нее и вылетели три песчинки. Как раз работа на сто лет.

– Чтоб тебя! – вслух возмутилась ведьмочка, ударив по стене кулаком. И замерла. А если?..

Да, магом она была слабеньким. Неумехой, если уж честно признаться. Но вот ведьмой – сильной и уверенной в себе. Знающей. Заслуженно получившей отличный диплом. А если объединить усилия ведьмы и мага? Такого, наверное, никто не делал – или уж ты ведьма, или маг. Но кто мешает попробовать?

Начала Лея с того, что аккуратно отметила для себя небольшой круг на еле видимой стене камеры. Подумала, прикинула, и круг чуть-чуть увеличила – если все получится, не хватало еще застрять в стене! Конечно, никаких отметок не появилось, но ведьминское зрение позволило довольно точно определить место круга. Как учили на уроке мастерства, собрала в кулак волю, сконцентрировалась – и ударила по кругу страшным проклятием разрушения материи. Тем самым, которое выучила самовольно, раскрыв, где бабушка хранит свою секретную тетрадку. Все ведьмовские заклятия из нее не в меру любопытная внучка выучила наизусть. Если бы об этом узнала бабушка, рухнула бы в обморок. Но зато, вот – пригодилось!

Стена не рухнула – рухнула на пол Лея. У нее дико закружилась голова, перед глазами все поплыло, накатила страшная слабость… Лея даже не поняла, что умирает. Но тут на пальце ярко вспыхнуло подаренное бабушкой волшебное кольцо, на котором был антрацитовый черный ворон. Его глаза засветились, и от них к Лее потянулись исцеляющие зеленые лучи…

Когда ведьмочка очнулась, она все еще никак не могла отдышаться. Посидела немного, потом пошатываясь, поднялась. И даже не заметила, насколько потускнели драгоценные камни на кольце, какими мутными стали глаза черного ворона. Бабушка, если бы увидела это, могла бы объяснить, что истрачена вся закаченная в кольцо живая энергия, и теперь не скоро восстановится. А еще бабушка могла бы получить сердечный приступ, поняв, что внучка была на грани…

Лея на всякий случай попробовала кулаком крепость камней – они даже не шелохнулись. Вздохнула:

– Ожидаемо, да…

Еще подождала, глубоко дыша и успокаивая себя: «Все нормально, все хорошо…» Когда почувствовала, что, кажется, наконец, стало лучше, потянулась уже к своей силе мага и стукнула по проклятому кругу заклинанием, которым колют орехи. Шорох посыпавшихся на пол мелких камушков прозвучал сладкой музыкой! Разумеется, особого ущерба стена не понесла, но щербинка на ней обнаружилась.

– Вот так! – сказала сама себе Лея. – Лиха беда начало!

Все-таки заклинание для орехов – это вам не ведьминское проклятие, силы почти не требует. Так что следующие часы Лея «колола орехи». Она была очень голодной, она очень хотела пить, еще больше ей хотелось просто посидеть, сжавшись в комок, пожалеть себя, порыдать, вспоминая Ардена. Но – упрямо повторяла и повторяла простенькое заклинание. Другим таким же обыденным заклинанием очистки выметала камушки из углублявшегося круглого прохода. Между прочим, стена рядом с отмеченным кругом оставалась незыблемой, вот что значит, не тронута проклятием! Ладошкой Лея измеряла, сколько пройдено. «Колоть орехи» пришлось очень-очень долго. Она даже не поверила, когда после очередного «расколотого ореха» в образовавшуюся щель брызнул дневной свет. Получилось!