Суженая из академии Рубенхолл

Рига усмехнулась про себя. Его величество был в своем репертуаре. Он видел наперед, что могло произойти при определенных обстоятельствах, и не дал Регине смалодушничать и отступить от цели. Тем более денег это не требовало.

– Да, я готова! – кивнула кучеру девушка и вышла, прихватив легкую накидку, чтобы не замерзнуть в вечерней прохладе.

Четверка лошадей легко сдвинула карету с места, и ее колеса заскользили по мощеной булыжником мостовой, оставляя позади квартиру, Ами и прежнюю жизнь. Рига понимала, что пришедший мир поменяет все с ног на голову, но не думала, что настолько.

К дворцу его величества они прибыли минут через двадцать. Подъезд к главному крыльцу был плотно заставлен экипажами, хозяева которых желали поучаствовать в ярмарке невест. Девушка даже обрадовалась, мысленно подсчитывая, насколько эта очередь задержит ее появление в главном зале. Только она не рассчитала, в какой карете прибыла на бал.

Когда они доехали до последнего экипажа, пассажиры которого очень сильно надеялись попасть на праздник до его окончания, кучер с помощью специального устройства, усиливающего голос, потребовал:

– Дорогу экипажу его величества! – и что удивительно, экипажи, которые беспорядочной толпой запрудили проезд, мигом сдвинулись, нашли место, и карета с Региной подкатила к главному крыльцу и там замерла. Не успела девушка выдохнуть, как дверь экипажа распахнулась, и перед ней склонился мажордом, протягивая руку в белой перчатке, чтобы помочь спуститься на красную ковровую дорожку, которым было застлано крыльцо дворца.

Она не спеша зашла в просторный холл. Служба в армии научила Регину убирать из своей жизни женскую нетерпеливость. Оглянулась вокруг и, вздрогнув от неожиданности, замерла у огромного, во всю стену зеркала. Из-за стекла на нее смотрела стройная девушка, разворот плеч которой был даже немного вызывающим. Понятие военной выправки с женским телом как-то не вязалось. Выражение лица было непонятным, так как оно пряталось в тени элегантной шляпки с цветами вокруг тульи. Воздушная юбка красивыми складками опускалась до самого пола, образуя сзади небольшой шлейф. Плечи ласково окутывал легкий мех, который хранился в девичьем гардеробе еще с тех времен, когда она сбежала из дому, прихватив его, как что-то более или менее теплое.

– Да, Мариша была права, что сама решила переделать платье. У Ами так красиво никогда бы не получилось, – невольно отметила про себя работу швеи. Поправила белую атласную маску, прятавшую глаза и пошла на звуки настраиваемого оркестра.

Сзади раздался топот каблучков вперемешку с более тяжелыми мужскими шагами.

– Это кто, что за каланча? – поинтересовался тонкий девичий голосок.

– Какая-то королевская подстилка, которая не постеснялась приехать в его экипаже! – вторил ей еще более визгливый голос.

– Тише, девочки, вас же услышат! – осадил девиц ломающийся юношеский басок.

– А что? – фыркнула первая. – Ей правда глаза выколет?

Рига закаменела от обидных слов. Ей хотелось развернуться и сказать, что она не такая, она здесь совершенно не причем. Но девушка посчитала, что это было бы полнейшей глупостью с ее стороны. Поэтому немного затормозила и глубоко втянула воздух. Смесь ромашки и жасмина. Запахи глупости и бравады. Девицы это все говорили не от большого ума. А Регина очень любила неприхотливые цветы с солнышком посредине. И ей всегда было обидно, что ромашковый запах передавал столь неприятную черту характера.

Ти Роуд повернулась в пол-оборота и небрежно бросила через плечо:

– А вам что, завидно? – с тем же независимым видом продолжила свой путь.

Попутчицы застыли, не ожидая отпора. И ей в спину донесся лишь сдавленный смешок сопровождавшего их молодого человека.

Коридор вывел ее в большой холл, где расторопные лакеи принимали верхнюю одежду у прибывших. Лейтенанту очень не хотелось расставаться с меховой накидкой, но и оставаться в ней было бы верхом неприличия. Она со вздохом отдала горжетку лакею, который выжидающе застыл рядом.

По обе стороны от дверей, ведущих в зал, располагались два зеркала. Они давали возможность дамам, да и некоторым особям мужского пола, озабоченным своим внешним видом, взглянуть на себя перед появлением в высочайшем обществе. Регина поспешила к одному из этих зеркал. Придирчиво осмотрела свое отражения, посчитав, что, в общем-то, выглядит неплохо. Разве только декольте низко обрезано, открывает слишком худые плечи и не слишком привлекательную грудь. Вдруг в зеркале увидела ехидное лицо одной из девиц, с которыми имела несчастья встретиться в коридоре. Та показала ей язык и скорчила неприятную гримасу. Рига такое стерпеть не могла и развернулась, чтобы ответить обидчице. И лишь в последний момент поняла, что мерзавка наступила ей на край шлейфа, и теперь половина оборки благополучно оторвалась от платья. Девица же, как ни в чем не бывало, надела на себя маску и, заломив руки, театрально произнесла:

– Ах, простите, так неловко вышло!

А бедная Регина совершенно растерялась и не знала, что делать дальше. Она повернулась спиной к зеркалу и поняла, что шлейф со стороны спины полностью оторван от платья, и на этом месте сияет огромная дыра. Потом фыркнула на саму себя, решительно оторвала оборку, полностью отделив от платья, и получившуюся полоску газа накинула на плечи, пряча то, что смущало ее более всего. Неожиданно ей стало комфортно и очень весело. В армии у женщин не было комплекса открытых ног. Бывало, в походных условиях приходилось и в туалет при мужчинах ходить, надеясь лишь на то, что те честно отвернуться или прикроют глаза. А голые лодыжки? Это же такая мелочь. А вот голыми плечами щеголять ей не довелось. Форма всегда прятала их надежно. И сейчас, прикрыв их бывшей оборкой, она стала удивительно спокойна и почти счастлива. Более счастливой ее мог сделать лишь момент, когда она со спокойной душой сможет покинуть это мероприятие.

Войдя в зал и бросив быстрый взгляд на тюлево-вуальное разнообразие женского общества, которое благоухало на все вкусы и кошельки, девушка постаралась прибиться к одной из стен зала. Неожиданно к ней подскочил невысокий молодой человек и спросил:

– Тира ангажирована на первую мазуринду?

– Н-нет, – заикаясь, ответила Рига и отрицательно покачала головой. Танцевать она, в общем-то, умела, но никогда не любила. На ее жизненном пути не встречалось до сегодняшнего дня ни одного кавалера, с которым она чувствовала бы себя удовлетворительно. И у этого молодого человека, когда он смотрел прямо, а не задирал голову вверх, видела только золотистую макушку. Она уже было собиралась отказаться, когда она, поняв ход ее мыслей, начала протестовать:

– Тира, разрешите представиться – Ион терр Красунский. Я распорядитель бала. И моя святая обязанность пригласить на танец девушек, которые посетили ярмарку невест впервые, чтобы представить их обществу в лучшем свете! – дальше уже негромко добавил:

– А так, я давно и счастливо женат. И на вас никаких более планов не имею.

По его веселому, с хитрым прищуром лицу ти Роуд поняла, что лучше согласиться, чем отказаться. Проще будет. И со вздохом и выражением лица мученицы протянула ему руку в митенке.

– Какая прелесть! – улыбнулся мужчина, поцеловав воздух возле дорого кружева. – Люблю, когда женщины прячут свои ручки. Сразу появляется некий флер невинности и тайны.

Затем терр Красунский подвел Ригу к строю собирающихся танцевать, подал знак рукой, и инструменты одновременно перестали звучать в разнобой, дирижер взмахнул палочкой и бал начался.

Регина неожиданно для себя попала под перекрестные взгляды освальдинского общества. Сложно оставаться незамеченной, когда тебя ведут во главе танцевального строя. Сначала она испугалась, что выплясывать легкую мазуринду с больной ногой у нее не получится. Только музыка заполнила душу забытым восторгом и придала силы. Краем глаза посмотрев на пары, которые танцевали за ними следом, а затем соединились в круг, поняла, что на фоне этого строя они с терром Красунским, пожалуй, выглядят не так уж нелепо.

Служа в разведке, ти Роуд была допущена ко многим тайнам королевства Рубен Элл. Она точно знала, для чего проводятся сии ежегодные сборища, что ищут на них мужчины и девицы на выданье. Здесь никто не смотрит на происхождение и достаток. Ведь возможность зачать наследника одаренного мага и без того несет за собой все эти блага. Это была еще одна статья расходов, на которую Кирхард III не скупился. Внешность и характер тоже не играют своей роли. Ведь истинность сглаживает все противоречия.

Ти Роуд совершенно не хотела быть чьей-то истиной. Если и выходить замуж, то только от большой любви. А так, в ее сундуке чепцы ждали своего часа. А с браком точно закончится военная карьера, и желание учиться в академии будет похоронено под строгим взглядом супруга и шаловливыми ручками ребятишек, которых ей придется рожать.

Лейтенант точно знала, почему все холостые мужчины сегодня без перчаток и с крупными перстнями на пальцах. В обычной жизни ювелирные украшения носили лишь светские модники. Еще она была посвящена в тайну комнаты, из которой его величество любил наблюдать за танцующими, оставаясь незамеченным. Она не даст ему повода говорить о том, что отлынивала от обязанностей невесты на выданье.

После Иона ее пригласил долговязый хлыщ, из-под маски которого выглядывали юношеские прыщи. Девушка почувствовала себя глубокой старухой, но от танца не отказалась, мельком взглянув на вычурный бриллиант в платиновой оправе на руке молодого человека. Ему от нее точно ничего не будет нужно. Поэтому она просто отдалась на волю кадрильи. Когда-то в прошлой жизни, когда она еще не достигла своего роста, родители допускали дочь до балов, в надежде заранее обустроить будущее и спихнуть ее на руки богатому мужу. В их глуши про ярмарку невест и ее роли в жизни молодых девиц даже и не слышали. И сейчас она словно возвращалась в молодость.

Казалось, что сегодня она перетанцевала со всеми. К концу вечера разнылась нога. Девушка решила немного передохнуть, спрятавшись в укромном закутке около окна.

В этот же миг почувствовала кожей, что к ней кто-то подошел. Ноющая боль давала о себе знать, поэтому ти Роуд решила не реагировать, в надежде, что неизвестный постоит, подумает и пойдет искать себе другую жертву.

В это время в приоткрытую створку дунул ветерок, и до чуткого носа Регины донеслась смесь запахов хвои и корицы. Отвращение и обида? Странное сочетание. Она вроде бы никого сегодня не обижала. Любопытство победило, и девушка развернулась, упершись взглядом в крепкий мужской подбородок. Надо же, нашелся мужчина выше ее ростом! Бровь, спрятанная под маской, непроизвольно взметнулась вверх, как бы интересуясь, чем она его обидела, если так не нравится, а взгляд переместился выше и встретился с глазами цвета грозового неба.

– Разрешите пригласить вас на вальрус? – Шерд, она не хотела ни с кем танцевать, скопище эротики и чувственности в одном флаконе. Но именно недалеко от этого места, через большое зеркало сейчас мог смотреть на танцующих король. Поэтому покорно вложила ладонь в пальцы мужчины.

С таким ростом она знала лишь одного мужчину: главу королевской контрразведки, извечного врага среди своих. Казалось, что его иногда побаивался сам премьер Олдерг. Только Линдон терр Раух слыл закоренелым холостяком. И вряд ли бы появился на этом странном сборище.

Крепкие ладони мужчины притянули ее к себе на непозволительно близкое расстояние для обычной жизни, но вполне приемлемое для вальруса. Вальрус был с хитринкой: танцуя под музыку, пары просто сплетали пальцы, лишь иногда мужчина подхватывал женщину за талию, не давая ей упасть. С одой стороны это была самая безобидная поза, которую только может предположить парный танец. Но движения его были таковы, что вначале девушка как бы ложилась сверху на мужчину, который в то время наклонялся назад, делала поворот вокруг себя, удерживаемая его руками. Теперь мужчина двигался в сторону женщины, нависая над ней коршуном, а она пугливой птицей прогибалась в спине. И поворот делали уже оба. И чтобы танец был действительно красивым, тела должны быть достаточно плотно прижаты друг к другу.

Чему была рада Регина, так это возможности почти не перебирать ногами. Это был действительно танец тел, который щадил ее больную ногу.

Хвоя и корица постепенно ушли, давая место пиону – удовлетворение. Девушке даже стало немного смешно: интересно, чем она его удовлетворила?

А при следующем повороте ее взгляд упал на его родовой перстень. Шерд! Он наливался золотом. Это означало лишь то, что она является его суженой. Перевела взгляд на лицо незнакомца. Тот предавался каким-то своим размышлениям и на перстень, как, впрочем, и на Регину не смотрел. В другом случае она на мужчину даже бы обиделась. Но сейчас решила, что это ее счастливый шанс избежать нежелательного замужества и поступить в академию.

Вальрус традиционно исполнялся последним. Поэтому, как только дирижер завершил игру оркестра, она тут же поблагодарила терра и выбежала из зала.

На улице, смекнув, что в случае погони ей от него не оторваться, спряталась за кустами и стала наблюдать за выходом. Через несколько секунд незнакомец выбежал на улицу, рассеянно оглянулся по сторонам, непечатно выругался и вернулся во дворец. Она же выползла из своего укрытия, пока ее не обнаружили там другие гости и гуляющие по парку парочки.

Девушка надеялась, что если король даровал на вечер карету, то обратно она может вернуться на ней же. Так и оказалось. Королевский кучер стоял рядом со своим экипажем прямо напротив крыльца. И его совершенно не волновало, что другим террам и тирам приходилось его огибать, чтобы попасть в свои экипажи. Рига облегченно выдохнула, откидываясь на мягких подушках, и с чувством выполненного долга покатила домой.