Суженая из академии Рубенхолл
- -
- 100%
- +
Регина сделала шаг вперед и, как положено по этикету, развернулась лицом к присутствующим, по-мужски отвесила легкий поклон и повернулась обратно к ректору.
– Но это же мой подопечный! – то ли восхитилась, то ли возмутилась профессор Маринда.
– Илга, никто у вас учеников не забирает, – примирительно ответил ректор. – Тем более у нас даже факультета такого нет. Просто с ним будут проводить дополнительные занятия по менталистике, не более того. Об этом попросил его величество. Основной же курс аспирант будет проходить под вашим началом. А сейчас прошу всех пройти по своим комнатам в общежитие. На обустройство вам отводится два часа. Потом ждет обед, а после обеда начнем занятия. Расписание получите в постоматах, которые есть в ваших комнатах. Ливингстоун, главный дух-хранитель академии проводит вас.
Молодые люди с интересом завертели головами, надеясь увидеть привидение. Но к их разочарованию вперед вышел то самый пожилой мужчина, который встречал их на входе:
– Адепты и аспиранты, прошу следовать за мной! – и снова, никого не ожидая, пошел по направлению к длинному коридору, который уходил из холла вглубь здания. Его черная мантия колыхалась от быстрой ходьбы, как у любого другого человека. И лишь присмотревшись внимательнее, Рига заметила, что между полом и мужчиной есть небольшой просвет. И он не идет, а как бы плывет в воздухе.
Девушка не знала, заметили эту особенность спутники или нет. Но особого страха или волнения больше не высказывал никто. Пройдя по коридору, спустившись, а затем, поднявшись снова, они оказались в длинном помещении. С одной стороны было что-то вроде холла с диванами и креслами, а с другой вплотную друг к другу были налеплены двери, словно гнезда ласточек на скале.
– Комнатки, наверное, очень маленькие, раз между дверьми совершенно нет пространства! – подумала про себя Рига. Кто-то из шедших рядом точно такие же мысли высказал вслух.
Дух тут же уловил брошенную фразу, развернулся в их сторону, высокомерно выгнув бровь, окинул притихших адептов взглядом холодных, бесцветных глаз и нравоучительным тоном выдал:
– Не беритесь судить о том, что не знаете! Двери расположены таким образом для вашего удобства и удобства преподавателей. Само помещение расположено в пространственном кармане. Поэтому от недостатка площади вы страдать не будете. Фамилии подписаны на дверях. Ищите свои комнаты, располагайтесь, чувствуйте себя как дома, но не забывайте, что в гостях!
Все тут же расползлись вдоль стены, разыскивая свои имена.
– Ой, мы с тобой рядом! – раздался возглас Гертруды, стоящей возле немного растерянной Бруни.
На дверях второй девушки было четко выведено: Брунгильда Гаусс. Ей, похоже, не очень нравилось собственное имя, поэтому она его постоянно сокращала. А сейчас имя стало достоянием общественности.
Свою дверь Рига нашла в самом углу. Она была предпоследней. Бросив беглый взгляд на последнюю, девушка поняла, что имя владельца на ней отсутствует. Похоже, комната осталась свободной или ее житель еще не прибыл.
Распахнув свою дверь, девушка замерла на пороге. Ей достались настоящие королевские покои! Большая, светлая гостиная, уютная спальня с кроватью под балдахином, ванная, оборудованная по последнему слову магии и даже гардеробная, в которой стояла небольшая софа. Видимо для того, чтобы было удобнее переодеваться.
– Как раз для моих трех платьев! – рассмеялась она. И в этот же миг почувствовала, как напряжение отпускает тело. Она будет учиться! Вокруг больше нет войны, над головой мирное небо, а Регина ти Роуд аспирантка знаменитой академии. И у нее есть не только дар, которым она владела в совершенстве, но и зачатки магии. Здесь ей должны помочь их развить.
Девушка продолжила осмотр своих новых владений. В гостиной на столе стоял постомат. Он был совсем крохотный, не чета тому, который был у девушки дома. Хотя чему тут удивляться? Домашний был даром от его величества. А этот малыш был общественным достоянием. Рига подхватила его на руки и повертела во все стороны. К разочарованию он был настроен лишь на академию. Передать сообщение Ами, что у нее все в порядке, не получится. Придется ждать выходных, чтобы сходить в близлежащую деревню и воспользоваться услугами местной почты.
Посмотрев на часы, она поняла, что времени еще достаточно. Приняла ванну с ароматной пенкой, которая стояла на полочке рядом, вытерлась пушистым полотенцем и уже хотела выходить, когда ее внимание привлек пузырек с чем-то ярко-синим и надписью на старолаинийском языке. Немного поднапрягшись, она попыталась вспомнить то, что когда-то учила в школе. И если девушка не ошиблась, то на этикетке было написано: «Для роста волос». Проверять действие средства уже не было времени. Поэтому пробу было решено отложить на потом.
Выйдя из комнаты, обнаружила пустой коридор и сиротливо сидящую на диванчике Тьяну.
– А где все? Уже ушли в столовую? – спросила она у нее.
– Какая столовая! – фыркнула в ответ Тьяна. – Гертруда с Брунгильдой (второе имя было сказано с явной издевкой) не могут насладиться своим счастьем и спорят, у кого комната лучше.
– А ты чего здесь сидишь? Или их споры надоели? – тут внимание Риги упало на чемодан, который так же сиротливо стоял у дивана. – А почему чемодан стоит не в комнате?
– У Гертруды в комнате всего лишь одна кровать. На меня там места нет. Я же пока не адептка, а всего лишь в качестве горничной. Вот она и велела мне располагаться здесь. Сказала, что договорилась с начальством. Они возражать не будут, – говорила Тьяна это, не поднимая глаз, покрываясь легким румянцем. Рига легонько втянула воздух, чтобы определить причину ее смущения. Оказалось, что девочке было стыдно. Но непонятно за что? То ли за саму себя и свое незавидное положение, то ли за сестру, которая так немилосердно с ней поступила, выставив в коридор.
– Знаешь что, – неожиданно предложила Рига, – у меня в апартаментах огромная кровать. Там целый батальон может лечь, и им тесно не будет. Но если тебя это смущает, есть еще софа в гардеробной.
– Ой, делить с тобой постель неудобно, – Тьяна еще сильнее залилась краской. – Но если ты не возражаешь, софа бы меня вполне устроила!
Регина не стала ждать, пока в голову девочки заползут разные мысли и появится тысяча отговорок. Она молча подхватила ее чемодан и вернулась к себе. А Тьяне ничего не оставалось, как идти следом.
Заведя девушку в гардеробную, Рига скомандовала:
– У меня в наличии всего три платья. Поэтому распаковывай свой чемодан и обустраивайся!
Тьяна немного затравленно огляделась по сторонам и тихонько пролепетала:
– А если я не буду успевать прислуживать вам и сестре? – глаза девочки в этот миг были похожи на блюдца и, казалось, готовы вот-вот наполниться слезами.
– А я разве хоть слово сказала о том, что мне нужно прислуживать? Я не инвалид, руки ноги на месте. Поэтому вполне справляюсь с самообслуживанием, – еще раз посмотрела на девочку, усмехнулась и уже более ласково сказала:
– Не тушуйся! Кидай свой чемодан, и пойдем обедать, иначе останемся голодными.
Тьяна тут же улыбнулась, являя миру свои очаровательные ямочки, вздохнула с облегчением и, прихватив старшую подругу под руку, пошла с ней в столовую.
Столовая встретила девушек многоголосьем. Народа в академии оказалось намного больше, чем могло показаться на первый раз. Они пристроились в конце очереди и в скором времени подошли к раздаче. Что удивительно, поваров видно не было. Лишь мерцал экран с изображением блюд. Желающий перекусить прикасался пальцами к выбранному блюду, то с приглушенным звуком выезжало в окне под экраном. Поэтому было неудивительно, что очередь двигалась очень быстро.
Тьяна выбирала блюда первой. Регина, пока ее ждала, невольно прислушалась к диалогу преподавателей, вставшей за ней следом.
– Слышал удручающее известие? – уточнил невысокий мужчина с седыми бакенбардами.
– Что нас почтит своим присутствием Линдон терр Раух? – уточнил высокий в золотистом жилете. – Слышал. Но говорят, что он не с проверкой едет, а якобы учиться.
– Не может быть! – первый удивленно округлил глаза.
Это сообщение неприятно царапнуло слух девушки. Герцог никогда не вызывал у нее теплых чувств, хотя они практически и не были знакомы. Разведка, где служила Рига, добывала информацию на благо государства. А контрразведка искала компромат на разведчиков, в том числе. И поэтому две, казалось бы, параллельные службы друг друга недолюбливали. Глава же контрразведчиков еще славился тем, что любил наряжаться и обольщать женский пол. И если со вторым Рига как-то могла смириться, считая, что мужчины взрослеют не раньше сорока, поэтому и тянутся к женскому полу, то любовь к нарядам сухой и аскетичный офицер понять не могла.
Тут подошла ее очередь делать заказ, и она отвлеклась от мужского разговора, позволив себе, возможно, впервые в жизни, отдаться своим желаниям и взять пять пончиков с изюмом, большую кружку с какао и мясо с картофелем. Без последнего она вполне могла бы обойтись, но вспомнила сурово нахмуренные брови Ами и побоялась ослушаться ее нравоучений.
– Ты столько сможешь съесть? – удивленно вскинула бровки Тьяна. – Да еще мучного и сладкого?
– Моя няня, – назвать Ами прислугой у Риги не повернулся язык, – утверждает, что мне нужно немного поправиться. А без сладкого и мучного, боюсь, это не получится.
Эта легкая болтовня отвлекла девушку от размышлений о разговоре двух преподавателей и герцоге. И они, весело улыбаясь, пошли к свободному столу. Минут через двадцать, когда с пончиками было покончено, в зал вошли Гертруда с Брунгильдой.
– Хорошо, что ты успела поесть! – благосклонно кивнула сестре Гертруда. – Приготовь мне васильковое платье для занятий и почисти дорожное платье.
Затем наманикюренным пальчиком подманила ее поближе и прошептала на ухо:
– Влюбляться тебе еще рано! Но если ты узнаешь у этого Роуда, есть ли у него девушка, я так и быть, не скажу об этом родителям! – и с горделивой осанкой удалилась к раздаче.
Тьяна чуть сдержала улыбку:
– Рига, она тебя за мужчину приняла! Я не стала разочаровывать сестру. Может, сказать, что ты женат?
– Можешь просто передать, что я девушками не интересуюсь! – улыбнулась Регина, представляя, как вытянется лицо этой неприятной особы. – Мне мужчины нравятся.
Глава 6
И хотя его величество Кирхард III мечтал, чтобы Линдон появился в академии незаметно, мечтам его не суждено было сбыться. Пришло тревожное письмо из Эверелла, и начальнику службы безопасности необходимо было перепроверить изложенные в письме факты. А Макинрид уже предупредил, что в академию прибывает его светлость, вызвав ажиотаж и возбуждение среди преподавателей.
Адепты и аспиранты, за редким исключением, пока пребывали в счастливом неведении.
Терр Раух в Рубенхолле не учился, несмотря на то, что именно эта академия носила титул королевской. Король побоялся отправлять на занятия единственного внука, пока тот был слишком мал и слаб. Когда парень подрос, набрался силы и освоил магию, то уже не захотел ехать туда сам, считая, что ему вполне хватает домашнего обучения. Отрицать это было сложно, так как занимались с ним лучшие магистры королевства. Поэтому молодой мужчина даже не представлял, что такое студенческая жизнь.
И сейчас он с растерянным видом сидел в ректорском кабинете и не мог понять, почему ему не положена прислуга и как он будет жить вместе со всеми.
– Ваша светлость, это большой пространственный карман. И если вам покажется мало места, вы сможете переделать по своему усмотрению.
– А как я буду жить без камердинера? – продолжал возмущаться Линдон. – Только мой Мэрдок умеет завязывать галстук узлом «Ляжка нимфы».
Тут он, конечно, слукавил. С галстуком прекрасно справлялся и сам. Но можно же поторговаться?
Ректор буквально подавился воздухом, услышав наименование узла, про который все рассказывали, но почему-то шепотом.
«А ведь он действительно похож на ножки женщины, которые она закинула одну на другую!» – неожиданная мысль промелькнула в мозгу Макинрида, пока он разглядывал шейный платок герцога. – «Интересно, у меня получится его скопировать?»
Макинрид давно и безуспешно страдал по декану факультета зелий и ядов, и умение завязывать такой сложный узел, как он считал, могло ему помочь в покорении женщины. Но вот так с ходу сдаться он не мог! Поэтому вслух высказал совсем другую мысль:
– Ваша светлость! В академии титулов нет. Здесь все друг друга зовут по именам. И вы теперь просто Линдон Раух. И больше никак. Это помогает сгладить сословное различие между адептами. А также, про галстуки пока придется забыть. У нас нет строгой формы. Но выделяться из толпы учащихся я бы вам по известным причинам не советовал.
Линдон насупился, но промолчал, думая о чем-то своем. Его черные брови сурово сошлись на переносице, а взгляд потемнел. Ректор в этот момент отчетливо понял, почему даже самые уважаемые мужи королевства боятся этого, по сути, мальчишку. От герцога пошла ощутимая волна недовольства, вызывая неприятные ощущения у окружающих. Правда, понять это мог лишь главный магистр академии, который владел даром эмпатии. Остальные перемену собственного настроения объяснить попросту не смогли бы.
А Раух неожиданно улыбнулся, резко сменив атмосферу в кабинете, пожал плечами и сказал:
– Что ж, раз есть правила, то он едины для всех. Кто меня поводит до отведенных покоев?
–Э-эм… – ректор немного замялся, думая, как лучше поступить. Но потом вспомнил слова самого герцога и сказал:
– По нашим правилам вас может проводить дух-хранитель Ливингстоун. А если вам не нравиться общаться с призраками, вполне можете сами найти дорогу.
– Почему бы и нет? – криво усмехнулся молодой мужчина. – Призраки тоже люди, правда, бывшие. Давайте вашего сопровождающего!
Тут же из стены появился сухопарый старик в длинной мантии и поклонился фактическому наследнику престола:
– Ваше высочество!
– О, нет! – Линдон отрицательно помахал перед собой ладонями, – я всего лишь герцог. И предлагаю вам об этом не забывать.
– Простите, ваша светлость! Я всего лишь озвучил то, что увидел перед собой, – старик учтиво склонил голову. – Пойдемте, я вас провожу.
– Терр Макинрид, надеюсь, услышанное останется между нами? – напоследок уточнил терр Раух, вопросительно изогнув бровь.
– Я уже все забыл, ваша светлость! – тон ректора резко сменился. Одно дело обучать герцога, и совсем другое наследника престола. Хотя он давно мог сложить два плюс два, но никогда не заморачивался этим вопросом. Не слишком ли убогие покои предоставили новому аспиранту королевских кровей? С другой стороны, его величество сам велел выделить Линдону эти апартаменты. И если мужчина действительно сильный маг, как про него рассказывают, то вполне сможет воспользоваться возможностями пространственного кармана.
Герцог же, придя в комнатенку на студенческом этаже, немного взгрустнул. Он был готов ко многому, но не к этому чулану с узкой кроватью, колченогим стулом у стены и столу, покрытому обыкновенной клеенкой. Саквояж с его вещами был свален в угол.
– М-да, Мэрдоку тут явно жить негде! – усмехнулся он, завалившись прямо в сапогах на кровать. – Что ж, попробую пару месяцев протянуть. На войне часто было намного хуже.
Надо отдать должное Линдону, он никогда не чурался солдат и офицеров, которые были в его подчинении. Мог вполне уснуть прямо в казарме, если для отдыха отводилась лишь пара часов, поделиться с солдатом последней краюхой хлеба и не побрезговать тем, чем они делились с ним. Только это было на войне. Сейчас же был мир. И молодой герцог считал, что может претендовать на элементарные удобства и прислугу, полагающиеся ему по статусу. К сожалению, ректор был иного мнения. И в академии командовал он.
Время уже давно перевалило за полдень. На занятия, которые должны были вот-вот закончиться, сегодня он опоздал, поэтому вечер решил потратить на обустройство собственного жилища. Что там ректор говорил про карманы?
Первым делом Линдон решил оборудовать у себя санузел. Негоже истинному наследнику престола темными ночами бегать до туалета. Обычно в такие моменты люди наиболее уязвимы. На войне даже было негласное правило: солдата, севшего под кустик, не трогать. Герцог взмахнул рукой, перебрал пальцами, словно подзывал к себе кого-то невидимого. Потом резко выкинул руку вперед и в сторону, словно разрезая пространство. Подчиняясь его воле, комната увеличилась. Появилось место для санузла. Теперь нужно было его оснастить сантехникой.
Терр Раух точно знал, что из пустоты ничего не рождается. И маг может просто переместить кем-то созданное. Он, как честный человек, не мог себе позволить обворовать кого-то из подданных. Поэтому решил забрать оборудование из своих покоев во дворце деда, которыми ближайшее полгода пользоваться не планировал. Потом можно будет с таким же успехом вернуть все на свои места. Снова пасс рукой, и в комнату влетели унитаз и раковина, повинуясь магии хозяина, встали на указанные места и магически же подключились к местным коммуникациям.
Линдон и предположить не мог, что в это самое время его дед проверял покои внука. И чтобы не бежать к себе, решил справить нужду в его туалете. Кирхард III не спеша развязал завязки на штанах, приспустил их и уже начал присаживаться, как почувствовал какое-то шевеление. Оглянулся и с удивлением заметил, что сантехника медленно растворяется в воздухе и исчезает.
– Не думал, что он так быстро начнет осваиваться! – усмехнулся про себя дед. – Интересно, что было бы хуже: сесть прямо голым задом на пол или появиться вслед за унитазом в академии прямо со спущенными штанами?
К однозначному выводу его величество не пришел, сожалея, что об этом комичном происшествии и не расскажешь никому. Вот если бы была жива его любимая жена… Но что грустить попусту? Обратно Амалию уже никто не воротит. Если только внук найдет ее убийц, и даст деду возможность отомстить за смерть любимой женщины.
А Линдон даже не подозревал, какая трагикомедия чуть не разразилась на другом конце королевства. Он с той же педантичностью переправил сюда свою кровать, стол, мягкую мебель, все больше и больше раздвигая пространство. Когда осталось лишь создать гардеробную, пространство неожиданно перестало ему подчиняться.
– Правильно, я и так с этой стороны слишком много захватил! – решил терр Раух и развернулся в другую сторону.
К его великому удивлению новое разворачивающееся пространство не было пустым. Свободными были лишь шкафы, которые медленно обретали очертания в его комнате. Только под конец вышел конфуз: в его покоях проявилась софа с сидящей на ней девчушкой лет семнадцати. Малышка пару секунд сидела с вытаращенными глазами, а потом завизжала как рибунский паук, который утратил способность плести сети и убивает жертву своим криком.
– Тихо! – Линдон шикнул на девицу. – Никто тебя убивать не собирается!
Та пару раз хлопнула глазами и неожиданно спросила:
– А что вы собрались со мной делать?
– Для начала понять, откуда ты здесь взялась?
– Я не взялась, я спать собиралась, – на глаза девушки навернулись слезы. – И вдруг пространство искривилось, и я оказалась здесь.
Ответить Линдон не успел, так как дверь с грохотом открылась, и на пороге появился мальчишка-отравитель, которого так холил и лелеял дед.
– Тьяна, что случилось? Почему ты оказалась в чужой комнате? – тут же поинтересовался он. Герцог посмотрел на незваного гостя и неожиданно сам для себя завис, разглядывая долговязую, худощавую фигуру.
Волосы парня были достаточно длинными, закрывая уши. А сейчас торчали во все стороны. Брови, наоборот, были удивительно изящными и в своем изяществе удивительно знакомыми. Но где мог их видеть, хозяин комнаты не помнил. С юным отравителем он виделся всего лишь пару раз и никогда внимательно к нему не присматривался. Худое тело прикрывала простая белая рубаха, застегнутая в спешке лишь на две пуговицы на груди. Подштанники плотно облегали ноги, которым позавидовала бы любая барышня. Окончательно добили Линдона голые ступни мальчишки. Он пару раз перевел взгляд на свои голые ноги, а затем вернулся к его.
Ступни были узкими и стройными, пальчики удивительно длинными и розовыми. Линдон хмуро посмотрел на свои крепкие пальцы с ровно подстриженными ногтями, покрытые толстыми черными волосками, и вернулся к созерцанию ног юноши. Что-то его сильно смущало, но что, он понять не мог.
Из размышлений его вывел голос неожиданного гостя:
– Терр, мы ждем ваших объяснений!
Герцог, кашлянул, прочищая горло и, изображая смущение (а может, смущаясь на самом деле) ответил:
– Простите! Ректор разрешил мне с помощью пространственного кармана увеличить свою комнату. Я, похоже, забрал все возможное свободное пространство и нечаянно вторгся в личные покои этой милой девушки. Кажется, вас зовут Тьяна?
Тьяна же совсем успокоилась и теперь не выглядела испуганной мышкой. Она по-деловому оглядела покои соседа, тем более что тот не успел установить двери и все пространство было как на ладони. Подошла к унитазу, с умным видом потыкала по нему пальцем и уточнила:
– Позолоченный?
– Обижаешь, золотой! – хмыкнул Линдон. Он, честно говоря, считал это излишеством, но дед где-то вычитал, что золото обладает оздоровляющими свойствами. Поэтому во дворце посуда и сантехника были изготовлены из этого металла.
Девица хмыкнула, что-то пробормотала себе под нос и скомандовала:
– Рига, пойдем!
Затем развернулась в сторону герцога и таким же приказным тоном велела ему:
– Немедленно верните все, как было! И мы ждем извинений, иначе донесем руководству! – при этом недвусмысленно скосив глаза на золотую штуковину.
– Тьяна, зачем ты так! – попытался возразить паренек. Но подруга не дала ему больше сказать ни слова, утащив за собой. Он лишь услышал обрывок их разговора. Молодая красотка с ямочками на щеках шипела не хуже горной гюрзы:
– Как ты можешь в таком виде предстать перед посторонними! Это, по крайней мере, неприлично!
Очень неприлично. Линдон был согласен с ней на сто процентов. Потому, что как только он закрывал глаза, перед его взором тут же появлялись ступни соседа с розовыми пальчиками.
– Тьфу, наваждение какое-то! – дальше последовали непечатные слова. Мечтать о мужских ступнях, пусть даже таких изящных, терр Раух считал верхом извращений.
Он тяжело вздохнул, почесал подбородок и взмахом руки отправил гардеробную на место. Затем посмотрел с сожалением на свой родной унитаз. Но решил, что это всего лишь вещь, которую всегда можно заменить. И тем же жестом отправил сантехнику соседям. Потом подумал, что самому тоже что-то нужно для отправления естественных потребностей. Поэтому повторил заклинание и призвал другой унитаз из гостевого туалета своих покоев.
……………………………………………………………………………
А в это время его величество Кирхард III закончил воспоминания о любимой Амалии и пошел искать, где он сможет доделать то, что не успел. Зашел в гостевой санузел, развязал завязки на штанах и начал присаживаться. Но, наученный предыдущим горьким опытом, все-таки оглянулся. И увидел, что сюжет повторяется: унитаз медленно таял в воздухе и через секунду исчез. Тогда его величество не на шутку испугался, решив, что это не проделки внука, а возможно какое-то проклятье, наложенное на его королевский зад. Проклятийники в Освальдине были делом обыденным. И сколько с ними не боролись, изжить до конца не могли. Его величество решил, что первому министру нужно будет дать поручение прошерстить возможные места их обитания еще раз.
Глава 7
Вчерашние занятия показались интересными только Регине. Все остальные аспиранты мечтали быстрее перейти к практике. А вот в ее жизни практики было слишком много. И девушка с интересом вникала в историю зельеварения и теорию ядознания, удивляясь, как они связаны между собой и как оказывается просто все, когда знаешь теорию связей.
А еще она очень была рада, что Тьяна согласилась жить вместе с ней. Рига не любила шумных компаний, но и о полном одиночестве не мечтала. И сейчас с утра снисходительно смотрела на картинку, как девочка носилась суетливо из угла в угол, боясь опоздать к старшей сестре, которую нужно было одеть, уложить прическу и сказать пару фраз о том, как Гертруда хороша. Без этого, как утверждала сама сестрица, ее день был бы не наполнен вдохновением.
Ти Роуд же сохранила привычку раннего подъема и за полчаса до подъема была уже полностью собрана и готова к началу нового дня. Единственное, что портило ее настроение, это близкое присутствие терра Рауха. Сбылись самые худшие ожидания: начальник контрразведки поселился в соседнюю комнату, да еще и умудрился прихватить часть ее гардеробной прямо вместе с Тьяной. Помещений Риге было не жалко, они ей практически были не нужны. Но не таким же образом? И, интересно, терр на каком факультете решил обучаться? Что-то ей подсказывало, что это всего лишь политический ход или маневр. Скорее всего, королю нужно разнюхать какую-то тайну, которую нельзя поручить никому другому, кроме своего воспитанника.