Рождение Азербайджанской Республики: национальное движение в 1917-1918 гг.
- -
- 100%
- +
. В них собраны материалы, отражающие взаимоотношения национальных движений закавказских народов, деятельность различных азербайджанских партий в Закавказском Сейме и правительстве, характерные особенности и различия их подходов в отношении к основным проблемам политической ситуации в начале 1918 г.
Часть исторических документов по истории национального движения в 1917-1918 гг. опубликованы за рубежом. Среди них необходимо особо выделить изданный в Турции стенографический отчет I Всероссийского съезда мусульман (1-11 мая 1917 г. Москва).10 Книга представляет интерес как с точки зрения выявления места и роли Азербайджанского национального движения в общем русле освободительной борьбы мусульманских и тюркоязычных народов Российской империи, так и для определения политических взглядов азербайджанских лидеров.
При исследовании некоторые сведения мы почерпнули из сборника «Программные документы мусульманских политических партий. 1917-1920 гг.» (Оксфорд, 1985).
Для понимания темы определенный интерес представляют также печатные источники советского периода, хотя в них подлинные обстоятельства, в которых развивалось Азербайджанское национальное движение в 1917-1918 гг., характеризуется «с точностью до наоборот».11 Тем не менее, данная группа источников позволяет детально проанализировать как негативные последствия теоретической и практической деятельности большевистской партии в Азербайджане, так и ее политику в отношении национального движения. Подобного рода источники незаменимы и для раскрытия истинной сущности т.н. «национальной политики» большевиков, которая в закавказском регионе своим главным острием была направлена против национально-освободительных устремлений азербайджанского народа.
Справедливости ради отметим, что советские печатные источники, опубликованные в 20-е гг., по сравнению с последующими подобного рода изданиями, относительно менее тенденциозны12, поскольку в этот период составители документальных сборников еще пытались сохранить видимость объективности и научности. С этой целью в данные сборники, наряду с документами «максимально отображающими жизнь большевистской организации»13, включались и материалы, проливающие свет на различные стороны деятельности национального движения. Примером тому является документальный сборник «Революция 1917 года в Азербайджане (хроника событий)», составителями которого являлись С. Беленький и А. Манвелов. Опубликованные в нем материалы позволяют проследить процесс возникновения и развития национальных комитетов в Азербайджане, деятельность «Мусавата» и других национальных партий в ходе выборов в Учредительное собрание и их позиции по основным проблемам текущего момента.
Ценным подспорьем по разнообразию аналитического и фактического материала, позволяющим более точно охарактеризовать различные идейно-политические течения внутри национального движения, проследить расстановку сил в нем, степень влияния среди народных масс азербайджанских национальных партий, предпосылки и направленность их деятельности на разных этапах исследуемого нами периода являются периодические издания самых различных направлений, среди которых такие, как «Каспий», «Ачыг сез», «Азербайджан», «Наш путь», «Иттихад», «Заря», «Знамя труда», «Гуммет», «Бюллетень Диктатуры Центрокаспия и Временного президиума Исполнительного комитета», «Жизнь национальностей», «Известия Бакинского Совета», «Бакинский рабочий», «Известия мусульманского комитета» и др.
Сегодня, когда старые представления советской исторической науки относительно Азербайджанского национального движения 1917 – 1918 гг., оказались несостоятельными, интересы настоящего и будущего этнополитического развития азербайджанской нации ставят перед историографией вопрос о необходимости объективной оценки событий тех лет с точки зрения общечеловеческих ценностей, а не классовых интересов.
Именно с этих позиций в данной работе мы стремились проанализировать исторические предпосылки становления национального движения в качестве самостоятельной идейно-политической силы и определить основные этапы его развития, установить причины его внутриполитической дифференциации и проанализировать идейно-политические доктрины основных течений освободительной борьбы, охарактеризовать взаимодействие и степень разногласий между основными национальными партиями и т.д. В работе выдвинут ряд положений, полемических по отношению к некоторым устоявшимся представлениям о процессе формирования и эволюции национального движения.
Исторические предпосылки возникновения азербайджанского национального движения и характеристика его основных этапов
Этнополитические процессы в Азербайджане в XIX веке и некоторые аспекты формирования азербайджанской нации
Азербайджанское национальное движение имеет глубокие исторические корни и было подготовлено всей предыдущей многовековой борьбой азербайджанского народа за свободу и независимость своей Родины. Однако исходным моментом зарождения национального движения следует считать начато XX столетия, когда в процессе формирования азербайджанской нации как исторически обусловленной этносоциальной системы были достигнуты значительные результаты, которые, в свою очередь, явились закономерным итогом глубоких этнополитических и социально-экономических процессов, происходивших в азербайджанском обществе в течение всего XIX в.
На рубеже XVIII-XIX вв. азербайджанский народ переживал одну из самых трагических страниц своей истории – эпоху феодальной раздробленности. На территории страны существовали многочисленные независимые и полунезависимые государственные образования – ханства. Неизбежные спутники феодальной раздробленности – частые и бессмысленные с общенациональной точки зрения войны между ханствами, перманентная борьба за власть между различными группировками внутри каждого из них, резко замедляя этноконсолидационные процессы у азербайджанцев, в конечном итоге, привели к окончательному краху экономики и военно-политическому ослаблению страны.
Это сделало Азербайджан относительно легкой добычей могущественных соседей – Ирана и России. Длительная борьба между этими государствами за овладение Азербайджаном закончилась в 1828 г. подписанием Туркменчайского соглашения, согласно которому северо-азербайджанские земли были аннексированы Россией, а южные области Азербайджана вошли в состав Ирана.
Последствия феодальной раздробленности оказались весьма трагическими для судеб азербайджанского народа. Этническая территория азербайджанцев была расчленена между двумя соседними империями и с этого момента развитие двух частей азербайджанского этноса пошло обособленными путями.
В своем движении на Восток, в том числе, на Азербайджан, Российская империя исходила из европоцентристской концепции мира. Ее суть заключалась в представлении о том, что движение на Восток – движение в пустоте, по землям, никому не принадлежащим, а встречающиеся на пути колонизаторов этнические образования не более чем скопища, банды. Вообще, мир в рамках имперского сознания отчетливо делился на «цивилизованный» и «нецивилизованный».
Из этого следовали два главных вывода. Первый: на «дикие» народы не могут распространяться нормы международного права. И второй: жестокость – единственное эффективное средство общения с «дикарями», устрашение и подавление – единственный язык, на котором можно разговаривать с «нецивилизованным» миром. Российский вице-канцлер А.М. Горчаков по этому поводу отмечал, что «азиатские народы по преимуществу уважают только видимую силу, нравственная сила ума и интересов образования еще нисколько не действует на них».14
Подлинным полигоном для применения этих имперских принципов стал Азербайджан, где «водворение общечеловеческих понятий» Российской империей осуществлялось с особой жестокостью и целенаправленностью.
Делая ставку в своей колониальной политике на Кавказе на христианские народы региона, Россия стремилась приуменьшить роль и значение мусульманского, в том числе и азербайджанского, этнического фактора. С этой целью царским правительством велась активная политика, направленная на изменение этнодемографической ситуации в регионе. Только в первые годы нахождения северо-азербайджанских земель в составе Российской империи, в основном из Иревана, Нахчывана, Карабаха, Шурагеля, Памбака и Лори в соседние страны было выселено и переселилось около 100 тыс. мусульман, среди которых преобладали азербайджанцы. Основной причиной их переселения являлись невыносимые условия, созданные царской администрацией в Азербайджане. Причем, русское правительство не только не стремилось удерживать азербайджанцев, а наоборот, провоцировало их к переселению.
Причем значительную часть выселенных и вынужденно переселенных азербайджанцев составляли представители знатных родов. Дело в том, что по условиям Туркменчайского договора на территориях Карабахского, Нахчыванского и Иреванского ханств запрещалось селиться или проживать азербайджанцам, «носившим публичные звания или имеющим некоторое достоинство, каковы суть: ханы, беки и духовные начальники или моллы, кои личным примером, внушениями и тайными связями могут иметь вредное влияние на прежних своих сородичей, бывших в их управлении, или им подвластных».15 Как нетрудно догадаться подобный шаг русских властей был продиктован необходимостью лишить азербайджанцев на этих землях политических и духовных руководителей, что, значительно снизив их сопротивляемость колониальной политике России, облегчало задачу вытеснения азербайджанцев из этих территорий.
Одновременно с этим на указанные азербайджанские земли переселялись армяне из Ирана и Турции. Только по официальным данным в течение трех лет – с 1828 по 1830 г. – в Закавказье было переселено свыше 40 тыс. иранских и 84 тыс. турецких армян. С учетом же неофициально переселившихся армян, их численность превышала 200 тыс. чел.16, подавляющая часть которых разместилась на территории Азербайджана. В итоге, лишь в Иреванской и Нахчыванской провинциях удельный вес армян в общей численности населения в период с 1829 по 1832 г. увеличился с 23,5% до 50,1%, а их абсолютная численность выросла в 3,3 раза. А доля азербайджанцев в этих провинциях за соответствующий период снизилась с 69,3% до 45,2%.17
Переселение армян в пределы Азербайджана с высокой интенсивностью продолжалось и в последующие десятилетия XIX в. Всего к началу XX столетия в Закавказье было переселено более 1 миллиона армян, значительная часть которых расселилась на азербайджанской территории.
Наряду с армянами, начиная с 30-х гг. XIX в., в Азербайджан переселялись русские сектанты и раскольники – молокане, духоборы, субботники и др., но в количественном отношении последние значительно уступали армянским переселенцам. Так, в 1849 г. в Азербайджане были размещены 2 109 русских семей.18
Переселенческая политика русского правительства привела к сокращению этнической территории азербайджанцев. В результате массового переселения армян значительно снизилась численность азербайджанцев в северной и центральной части Эриванской провинции, а также в Шурагель-Памбакской зоне. По той же причине уменьшился удельный вес азербайджанцев в Нахчыванской провинции, нагорной части Карабаха, в Зангезурском, Гейчинском, Гернибасарском, Дарачичакском, Даралагезском и др. магалах т.н. «Армянской области». Отметим, что в момент образования т.н. "Армянской области", состоящей из исторических азербайджанских земель Иреванской и Нахчыванской провинций, в них проживало 107 224 чел., из них азербайджанцев 74 260 (69,3% от общей численности населения), 7 489 курдов (7,0%), 324 йезида (0,3%) и 25151 армян (23,4%).19
Мощным орудием русского правительства в осуществлении основных целей своей колониальной политики являлась административная система. Лишая народы права на сохранение какой-либо формы государственности, царизм при реализации административно-территориальных преобразований в регионе абсолютно игнорировал принцип этнического единства и территориальной целостности народов. Административно-территориальные реформы, проведенные в середине XIX в., привели к тому, что этническая территория азербайджанцев было разделена между Бакинской, Елизаветпольской (Гянджинской), Тифлисской, Иреванской губерниями, Дагестанской областью и Загатальским округом. Данное положение без существенных изменений сохранялось вплоть до 1917 года. Таким образом, в составе Российской империи Азербайджан как собирательная административно-экономическая и политическая единица не существовал.
Попытки расчленения целостности этнической территории, одной из важнейших условий формирования нации, создающей естественную базу для этнополитического, культурного и экономического сплочения, несомненно, в определенной степени замедлили процесс этнополитической консолидации азербайджанцев. Однако, несмотря на все свои старания русское правительство было бессильно перед объективным ходом истории, приведшим в конце XIX – начале XX в. к кардинальным качественным и количественным изменениям в экономической и социально-политической жизни Азербайджана.
Данный период стал этапным в переходе азербайджанского общества от феодализма к капитализму, и, следовательно, в процессе формирования азербайджанской нации. Эти годы ознаменовались бурным экономическим развитием и утверждением капиталистических отношений в Азербайджане. В итоге, к исходу первого десятилетия XX в., составляя всего 0,4% территории и 1,4% населения Российской империи, Азербайджан производил до 5% промышленной продукции империи и обладал 8% численности ее фабрично-заводских рабочих. Поэтому не случайно, что еще в 1897 г. 13,7% самодеятельного населения Азербайджана было занято в промышленности, тогда как в целом по Российской империи даже в 1913 г. этот показатель не превышал 9%.20
Азербайджанская промышленность имела многоотраслевую структуру. Ведущую роль в ней играла нефтедобывающая промышленность, которая развивалась высокими темпами. За 30 лет (1873-1903) добыча нефти в Азербайджане увеличилась более чем в 170 раз. По уровню добычи нефти Азербайджан в 1897 г. сравнялся с США, а в 1898 г. обогнал их, заняв первое место в мире.21
Нефтяная промышленность Азербайджана по уровню социально-экономического развития находилась на самой высшей ступени капиталистического развития. Шел интенсивный процесс концентрации нефтедобычи в руках нескольких крупнейших монополистических объединений, которые по своей структуре принципиально мало отличались от современных капиталистических концернов США, ФРГ и других стран.22 Значительное развитие получили отрасли, связанные с нефтедобычей: нефтепере-рабатывающая, химическая, металлообрабатывающая, строительная промышленность, энергетика, морской и железнодорожный транспорт. В структуре азербайджанской промышленности значительное место принадлежало меднорудной и медеплавильной, различным отраслям легкой и пищевой промышленности.
В результате развития капиталистической промышленности росли азербайджанские города. Рост городского населения в Азербайджане значительно опережал общий рост населения. В 1873 г. городское население Бакинской и Елизаветпольской губерний составляло 132 008 чел., а в 1897 г.– 259 254 чел., т.е. примерно за четверть века возросло почти в 2 раза. Особенно высокими темпами увеличивалось население Баку, ставшего общенациональным городским центром. С 1864 по 1897 гг. население Баку увеличилось с 14,7 тыс. чел. до 112 тыс. чел., т.е. почти в 8 раз. Возрастало значение других азербайджанских городов – Гянджи, Шуши, Нухи, Шамахи, Нахчывана, которые играли все большую роль в общественно-культурном развитии азербайджанского народа.
Концентрация в городах национальной буржуазии, трудовых слоев народа, учащейся молодежи и интеллигенции превращали их в национально-организующие центры. Вместе с тем, роль городов зачастую была противоречивой, т.к. крупные азербайджанские города, в частности Баку, являлись не только центрами притяжения национально-патриотических сил, но и очагами русификации. Тем не менее, несмотря на эти обстоятельства, городские центры сыграли важную роль в становлении и развитии Азербайджанского национального движения.
Более медленно развивались капиталистические отношения в азербайджанской деревне. В ее поземельном устройстве все еще господствовали докапиталистические производственные отношения, хотя капиталистический способ производства пробивал себе дорогу и в сельском хозяйстве, и оно все больше приобретало товарный характер. Это проявилось прежде всего в специализации отдельных районов на производстве одного или двух видов сельскохозяйственных культур. При этом особенно быстрыми темпами развивались чисто товарные отрасли сельского хозяйства – хлопководство, шелководство, табаководство.
Результатом развития капитализма в азербайджанской деревне явилось усиление процесса классовой дифференциации и превращение зажиточных крестьян в сельскую буржуазию. В руках сельской буржуазии – кулаков и других предпринимательских элементов – находились 8,6% всех хозяйств. Однако, около одной трети всех хозяйственных операций принадлежала этим хозяйствам, что отражало их реальное положение в системе сельскохозяйственного производства.23
Кроме указанных хозяйств, в конце XIX в. в деревне появились ряд капиталистических хозяйств, владельцами которых были нефтепромышленники. На путь капиталистического хозяйствования вступали и некоторые бекские хозяйства. Успехи, достигнутые в капиталистическом переустройстве экономики Азербайджана, в основном подготовили социально-экономическую базу формирования азербайджанской нации.
Безусловно, проблема формирования азербайджанской нации заслуживает, ввиду своей сложности и неразработанности, специального исследования. В нашей работе мы затрагиваем лишь те ее аспекты, которые представляют несомненный интерес для понимания особенностей путей зарождения и развития Азербайджанского национального движения.
Развитие капиталистических отношений в промышленности и торговле, усиление товарного производства и товарно-денежных отношений в деревне повлекли за собой кардинальные изменения в социальной структуре азербайджанского общества. Возникли характерные для буржуазного общества классы и социальные группы – национальная буржуазия, интеллигенция и рабочий класс.
Характерной особенностью процесса становления азербайджанской нации являлось то, что он начался и протекал в условиях жестокого национального и социального гнета со стороны русского колониализма. Данное обстоятельство оставило свой отпечаток на эволюции капиталистических отношений в Азербайджане.
Экономика Азербайджана находилась в тисках колониального гнета. Ключевые позиции в ней принадлежали иностранному, в частности, русскому капиталу. В этом отношении очень характерной была ситуация в нефтяной промышленности. Так, к началу XX в. из 167 нефтепромышленных предприятий Азербайджана, представителям национального капитала принадлежало 49, или 29,3%. Причем, азербайджанские капиталы были заняты, по преимуществу, в мелких, и лишь частично, в средних предприятиях. В группе предприятий с производственной мощностью более 10 млн. пудов нефти в год азербайджанские предприниматели вообще не участвовали.24
Экономическая политика русского правительства, направленная на превращение Азербайджана в аграрно-сырьевой придаток метрополии, сознательно ограничивала предприниматель скую деятельность азербайджанской национальной буржуазии в обрабатывающей промышленности и, в первую очередь, в тех ее отраслях (например, текстильной), которые могли бы превратиться в конкурентов собственно русской промышленности.
Однако, несмотря на ограничения, связанные с колониальной политикой русского царизма, и конкуренцию со стороны иностранных капиталистов, азербайджанскому национальному капиталу удалось овладеть определенными позициями в нефтедобыче и нефтепереработке. Более прочными были ее позиции в металлообрабатывающей, шелковой, легкой, пищевой и некоторых других отраслях промышленности. Значительной была прослойка азербайджанской буржуазии в торговле. Ей принадлежала большая часть морских судов, плавающих на Каспийском море.
Следует подчеркнуть, что, в целом азербайджанская национальная буржуазия по сравнению с иностранным капиталом была еще слабой. Национальной буржуазии недоставало не только средств, но и влиятельных связей, опыта хозяйственной и политической деятельности. Преобладающая часть азербайджанских капиталистов являлась предпринимателями в первом поколении. По своему образу жизни они еще во многом несли на себе традиции тех слоев населения, из которых недавно вышли.
Тем не менее необходимость борьбы за место под солнцем, против конкуренции инонациональных элементов сделали азербайджанскую буржуазию одним из активных участников национального движения. Невозможно также переоценить роль национальной буржуазии в борьбе против феодальных пережитков, в зарождении новой азербайджанской культуры, и в целом в национальном развитии.
Наряду с азербайджанской буржуазией формировался национальный рабочий класс. Высокие темпы роста азербайджанской экономики, в частности, бакинской нефтяной промышленности, требовали большого количества наемных рабочих. Основным источником формирования национального рабочего класса была азербайджанская деревня, из которой обезземеленные крестьяне уходили в города на заработки, пополняя собой ряды пролетариата. Другим важным источником формирования пролетариата служили отходники из Южного Азербайджана.
Основная часть национального рабочего класса сформировалась в ведущих отраслях производства – нефтедобывающей и нефтеперерабатывающей промышленности, железнодорожном и водном транспорте, и т.д., что создавало условия для складывания наиболее устойчивых, потомственных кадров пролетариата, не одним своим поколением связанных с наемным трудом.
Конечно, в Азербайджане процесс формирования устойчивых кадров потомственных рабочих находился лишь на начальной стадии. Азербайджанцы представляли основную часть низкооплачиваемых, неквалифицированных рабочих, а их доля среди должностей, требовавших высокой квалификации, была относительно низкой. Большинство азербайджанских рабочих было связано с деревней, хотя главным источником существования для них уже являлся наемный труд в промышленности, процесс интеграции в единое социальное целое промышленных и сельскохозяйственных рабочих был еще далек от завершения, положении сельскохозяйственного пролетариата сохранялось много феодальных пережитков. Несмотря на все это, в азербайджанском обществе появился новый класс, отличающийся новым строем жизни, новым уровнем материальных и духовных потребностей.
Ввиду еще недостаточной социальной консолидированности, азербайджанский рабочий класс не играл ведущую роль в национальном движении, хотя азербайджанские рабочие активно участвовали в национально-освободительной борьбе.
Во второй половине XIX в. формируется национальная интеллигенция, призванная удовлетворять интеллектуальные и идеологические потребности основных социальных групп азербайджанского общества. Несмотря на свою малочисленность, национальная интеллигенция сыграла решающую роль в осознании азербайджанским народом своих социальных, политических и национальных прав. Интеллигенция сравнивала положение своего народа и более развитых наций, впитывала идеи национального освобождения и демократии, что ускоряло идейно-политический прогресс общества и стимулировало процесс формирования азербайджанской нации. Поэтому вполне закономерно, что именно азербайджанская интеллигенция стала руководящей и главной движущей силой национального движения. Из ее рядов вышли политические вожди и идеологи Азербайджанского национального движения.
В целом, социально-политические сдвиги, происшедшие в Азербайджане на рубеже XIX-XX вв., существенно изменили социальный облик азербайджанского общества. С появлением в этот период национальной буржуазии, промышленного и сельскохозяйственного пролетариата, а также национальной интеллигенции, этносоциальная структура азербайджанского этноса в основных чертах приобрела признаки, присущие нации.
Составной частью процесса образования азербайджанской нации являлось формирование национального самосознания на качественно новой основе. В этой связи необходимо напомнить, что путь становления национального самосознания у азербайджанцев был тернистым и противоречивым. Еще к середине XIX в. самосознание азербайджанцев имело «ярусную систему», важнейшими компонентами которого были:1) осознание причастности к конфессиональному (исламскому) макроареалу; 2) принадлежность к тюркской языково-племенной общности; 3) принадлежность к конкретной тюркской народности – азербайджанским тюркам; 4) принадлежность к конкретному региону (ширванцы, нахичеванцы, карабахцы и т.д.); 5) узколокальная (местная) соотнесенность и характеристика.
Отмеченные компоненты азербайджанского самосознания не противоречили друг другу, хотя функциональная значимость каждого из них не была одинаковой и постоянной. Соотношение между компонентами менялось в зависимости от исторической ситуации. Так, к началу XIX века для азербайджанского этноса был характерен относительно низкий уровень этнополитической консолидации, т.к. религиозная и региональная принадлежность были сильнее этнической идентификации. Подобное положение было обусловлено особенностями исторического развития Азербайджана – господством ислама и отсутствием политического единства страны.