Я стану твоим ангелом

Глава 1

Снегурочка

За панорамным окном просторной комнаты нес волны океан, насыщенного изумрудного цвета, бескрайний и величественный. На горизонте он сливался с пастельно-зеленым небом, по которому плыли такого же оттенка странные плотные облака, напоминавшие пушистые столбики. Завершали эту захватывавшую дух картину, чужую и рождающую в душе звериную тоску, три разноцветных спутника планеты Миритим, размытые очертания белесых колец еще одной далекой планеты и оранжевая звезда-светило.

Сбежавшее облако открыло ярким лучам местной звезды дорогу, и окно стало зеркальным, подтвердив, что все увиденное мной не киберкартинка, а самый натуральный пейзаж. Теперь в отражении красовался вычурный, почти восточный интерьер: кофейного цвета стены с золотым орнаментом, ковер с толстым густым ворсом, низкий столик среди разбросанных вокруг многочисленных подушек для отдыха.

Еще я увидела себя – девушку лет двадцати на вид, стройную, среднего роста, пропорционально сложенную и подтянутую, с округлыми бедрами и небольшой упругой грудью. Золотистые длинные волосы; яркие, слегка раскосые голубые глаза; коричневые брови и ресницы; аккуратная мягкая линия скул; немного вздернутый нос; чувственный рот сердечком. Лицо тоже в форме сердечка, с характерным подбородком. В общем, милое нежное личико, стройное женственное тело. Именно так, лицо и тело, хотя и все остальное, как выяснилось, тоже будет иметь цену.

Золотистое платье с высоким воротом и длиной до пят плотно облегало это прекрасное тело, чтобы яркая, но пустая «оболочка» не посмела широко шагать. Блестящая ткань подчеркивала каждый изгиб фигуры, поза и манера держаться добавляли девичьему образу беззащитности, уязвимости, покорности.

Все, глазеть в окно и на себя не время – необходимо завершить сложный и неприятный для меня обряд приема гостя в доме эмарга. Во время которого всегда проводится ритуальное чаепитие.

На мягких подушках развалился крупный серокожий мужчина-гуманоид с тоненькими пушистыми перышками на голове, вместо волос. На руках, вернее, верхних конечностях, по четыре пальца с тщательно подпиленными когтями, из-под длинных одежд торчали голые четырехпалые ступни, покрытые чешуйками. Про себя я называла их когтистыми лапами. Черты лица гуманоида тоже напоминали птичьи: острые, резкие, с выдающимся острым носом, мелкими зубами и круглыми черными глазами без белка. Хотя, в общем-то, если опустить некоторые расовые особенности и спрятать когти, можно с натяжкой представить, что передо мной страшненький землянин.

В обычной жизни эмарги не носят обуви, чешуя от всего защищает, зато другой одежды на них целый ворох. Нижнее платье вместо белья, поверх еще одно, затем третье и в завершение верхнее – дераса, или кимоно, по-нашему. По цвету дерасы судят о статусе эмарга. На мужчине, которому я должна подать чай, зеленая, означающая невысокий чин и так себе родословную.

Переставив на поднос с отдельного столика, стоявшего у панорамного окна, тщательно приготовленные мной предметы для чаепития, я посеменила к мужчинам. И пусть жутковатые черные глаза условного гостя следили за мной внимательно и оценивающе, опасаться следовало не его. Подчиненный хозяина мне ничего не сделает.

Опустившись рядом с «гостем» на колени у столика, не поднимая глаз, тщательно отработанными плавными движениями я поставила перед ним пиалу с горячим золотистым напитком, исходившим тонким ароматом. Затем опустила в пиалу тоненькую веточку здешнего растения с запахом розмарина, на ярко-фиолетовых иголочках которого застыла золотистая карамель. Карамель начала таять, насыщая цвет чая, обогащая аромат тончайшей сладостью и вплетая в него запах «розмарина», очень полезного растения, придающего пище приятный вкус.

От вкусно-пряного аромата даже самой от удовольствия зажмуриться захотелось, значит, все верно сделала. Удалось! Завершив чайную церемонию, прежде чем подняться, я дотронулась своих губ кончиками пальцев, затем едва коснулась когтистой руки, лежавшей на мужском колене. Он кивнул, разрешив мне встать. Плавно поднявшись и сложив руки одна на другую у талии, глядя в пол, я замерла, ожидая решения хозяина.

Быть может, для женщин эмаргов в таком поведении нет ничего необычного. Но для меня – унизительно и противно, не передать словами, только выбора нет! Пока нет!

Спустя несколько томительных минут, пока сидевший напротив меня мужчина наслаждался вкусом напитка, я услышала довольный голос другого, своего главного кошмара:

– Ну что же, Майя, – оставленное мне имя он произносил «Май-я», в два слога, с ударением на последнем, – значительные усилия и потраченные на тебя средства не прошли даром. Этикет и традиции ты прекрасно усваиваешь, а если знаний не хватает, действуешь интуитивно. Это замечательно.

Господин Маду тоже эмарг, причем высший, с древней родословной, что подтверждало его золотое одеяние. Черты его лица более резкие и хищные, чем у гостя, перья на голове темнее, еще и топорщились в разные стороны, выдавая солидный возраст. Только ничего забавного в нем не было, и золотое верхнее платье, дераса, усиливало впечатление, производимое его важным и уверенным обладателем.

– Благодарю за похвалу, господин Маду, – тихо ответила я, склонившись в неглубоком, обязательном перед высшим эмаргом поклоне.

– Из тебя выйдет идеальная жена. Или наложница. Тут уж все от тебя будет зависеть, – оценил мой проклятый спаситель и хозяин, приоткрыв в усмешке острые мелкие зубы.

Ему нравилось держать всех в напряжении и, казалось бы, нечаянно оброненные оговорки не были игрой слов, а служили предупреждением. В чем уже успела убедиться.

– Вы позволите мне узнать, когда состоится аукцион? – прошелестела я, не глядя ему в глаза.

– Думаю, через неделю объявлю торги. Тебе необходимо отшлифовать домирийский и жамту. Говоря на первом, ты заметно картавишь, а на втором – неприятно булькаешь через слово. Не хочу, чтобы из-за этого на тебя снизили цену, – укоризненно поморщился мой хозяин и, сделав знак рукой пившему чай мужчине, направился прочь из комнаты.

Якобы гость, которому я минуту назад прислуживала, поспешно встал и направился за хозяином, абсолютно уверенный, что и я последую за ними. Я, конечно же, пошла, ведь выбора нет, кроме как сделать несколько шажков до скоростного лифта, затем спуститься на нем на свой уровень и просеменить метров десять до безликой серой двери в таком же безликом светло-сером коридоре.

Даже в выделенной мне комнате невозможно полностью расслабиться. Ведь за мной всюду следили камеры, вся моя нынешняя жизнь под тотальным контролем и мне больше не принадлежала. При моем приближении дверь в гардеробную отъехала в сторону, из ниши выдвинулась штанга, на которой висело несколько платьев, и я с удовольствием сняла и отправила к ним золотой кошмар. Пока переодевалась, невольно сутулилась и закрывалась, испытывая неловкость и стыд. Как можно скорее натянула на себя ставшую привычной серую униформу. Так и подмывало скорчить рожу равнодушно взиравшему на меня «всевидящему оку».

Моя камера походила на будуар в восточном стиле: толстый ковер, низкий широкий диван с множеством подушек прихотливой расцветки, низкий резной столик, кровать на толстых коротких ножках. В стене скрытый гардероб с набором самых разных нарядов для прохождения тестов и экзаменов. И высокотехнологичный санитарный блок, где даже справление нужды и обычные гигиенические процедуры – это часть эксперимента и душевная мука. Все мои выделения проверялись и на основании результатов корректировался рацион, назначались витамины, дозировались физические нагрузки и прочее.

Подопытный кролик, ценный объект научного эксперимента, уникальный товар – вот кто я теперь.

Улегшись на кровать, расслабленно плюхнуться на нее тоже недопустимо воспитанному объекту, я с головой накрылась толстым мягким одеялом. С момента пробуждения я по-прежнему мерзла и только так немного унимала внутреннюю зябкую дрожь и просто по-детски пряталась. Еще под одеялом не надо было бояться, что кто-то увидит, как по моей щеке сползала очередная одинокая слезинка – я отчаивалась найти выход из невероятной, запредельной ситуации, в которую попала, недавно очнувшись здесь. Вернувшись к жизни в огромном многофункциональном сооружении, напоминавшем космическую станцию, которое про себя называла комплексом.

Я, Майя Юрьевна Молчанова, родилась и выросла на планете Земля. По образованию ботаник, не замужем и никогда не была. К моменту моего рождения прекратились все планетарные конфликты. Земляне развили космические технологии и весь тот огонь, который горел в нашей крови, толкая на междоусобные войны, мы направили на освоение галактики. Сперва изучили Солнечную систему, Млечный Путь, но прогресс толкал нас все дальше и дальше.

Со временем мы образовали колонии, где в виду сложных климатических или иных условий оказалось слишком много мужчин и критически мало женщин. Колонии были очень важны для Земли. Поэтому программа переселения женщин стала стратегически значимой и жизненно необходимой, а мнение отдельных индивидуумов – не существенным.

Стоило отдать должное властям, к проблеме подошли со знанием дела. Провели тщательный отбор будущих жен – выбрали физически крепких, здоровых женщин, ментально и душевно нацеленных на создание семьи. Для кого на самом глубинном, подсознательном уровне счастье состоит в семье, любимом мужчине и детях, а не карьерных устремлениях. И я, к своему полнейшему удивлению, оказалась среди этих «счастливиц». Ведь ни в каких отборах не участвовала.

На Земле издавна принято было выходить замуж в двадцать один, по окончании какого-нибудь учебного заведения. К двадцати пяти у большинства землянок рождался ребенок. Это не было обязательным условием, скорее – сложившаяся и поддерживаемая обществом традиция. Вырасти самому, получить образование и дать жизнь следующему поколению, а затем уже сосредоточиться на реализации собственных планов, желаний и мечтаний. Ведь жизнь длинная. Благодаря научным достижениям мы живем не менее ста двадцати лет. Можно все-все успеть самому, помочь детям и порадоваться успехам внуков.

Той наивной Майе Молчановой исполнилось двадцать пять лет, она любила свою работу в столичных оранжереях, музыку и книги. И по мнению родных, задержалась в своих фантазиях, упустила момент, когда другие девушки строили отношения, не заметила или проигнорировала ухаживания парней. За что и поплатилась, оказавшись в списках на переселение и в категории идеальных жен с просроченным сроком. Ведь отбор проводился на основании тех медицинских, психологических и физических тестов, что являлись обязательными на различных этапах нашей жизни.

Моя семья даже порадовалась: дочь наконец вырвется из своего цветущего сада и скоро порадует внуками. Как мои старшие брат и сестра. Но не случилось!

И вот, как говорится, в один прекрасный день десятки транспортников с невестами в торжественной обстановке отправились в дальние колонии. Тот, на котором летела я вместе с тысячами других женщин, погруженных в глубокий анабиоз в специализированных капсулах, потерпел крушение. Возможно, с чем-то столкнувшись, в дальнейшем попал в хвост кометы, и унесло его в дальние дали, неведомые землянам. При всем желании обратной дороги не найти. За время «путешествия» от корабля мало что осталось. И в той «малости», где чудом уцелела моя капсула, не обнаружили каких-либо навигационных или иных управляющих систем. Фактически это был огромный кусок льда…

Об этом мне рассказали здесь, более того, лишь в качестве предположения. Попытка собрать информацию как о Земле, так и миссии в целом большого успеха не имела: какой спрос с обычного ботаника, земляной крысы, как с веселой, не обидной, насмешкой называл меня брат? В астронавигации я абсолютный ноль, да и в технике, помимо бытовых приборов, разбиралась исключительно в пределах своей сферы деятельности. И то на уровне включить-выключить, выбрать режим, а как там что внутри не интересовалась.

Так вот, спустя опять же только боги знают сколько времени, груду металлолома нашли. Случайно. Охотники за рудой и «ничейными» богатствами изучали астероид на предмет редких ископаемых и обнаружили совершенно неожиданный «клад». Под покореженной стальной обшивкой пряталась капсула с замороженной в ней целехонькой представительницей неизвестного и не зарегистрированного в общем реестре разумных рас вида. Снегурочка черным копателям была без надобности и ее сбыли господину Маду – известному в этой части галактики дельцу, не чуравшемуся контрабанды, который, помимо законной деятельности, занимался научными экспериментами и незаконной «чернухой». Однако слыл весьма уважаемым и влиятельным эмаргом.

Сперва я была лишь одной из необычных находок. Древняя капсула из неизведанных далей, с непривычными технологиями «заморозки» для космических путешествий и новый, неизученный вид жизни. Но первое же исследование выявило, что у землян уникальный геном, который идеально совместим с двумя десятками разумных рас. Геном настолько пластичный, что позволит произвести на свет сильное, чистокровное потомство, не отягощенное спором разных генотипов «кто главнее». Наш, земной, просто аккуратно встроится в чужеродный и усилит его естественные возможности.

И это во вселенной, где у многих высокоразвитых рас проблемы с рождаемостью, у некоторых – значительный гендерный дисбаланс, у кого-то рождается больше мальчиков, у кого-то – девочек. Из-за чего происходит повсеместное смешение видов. В связи с чем утрачиваются уникальные способности, свойственные отдельным расам, и накапливаются генетические аномалии.

Поэтому находка, то есть я, уже не просто заинтриговала, а вызвала нешуточный интерес у весьма предприимчивого и умного контрабандиста-ученого, который своей когтистой лапой рулил на «черном рынке» внушительной части галактики, где властвовала раса эмаргов. К несчастью, мое бедственное положение господин Маду решил использовать исключительно ради собственной выгоды. Эмарги в принципе больше всего уважали и ценили деньги. Точнее, дзаны, применительно к этой вселенной. С целью наживы господин Маду пошел на откровенную авантюру: разморозить и оживить найденную Снегурочку.

На мою разморозку, клеточное восстановление и реабилитацию всех жизненных функций и органов ушло три стандартных космических месяца. С учетом временных различий на разных планетах земляне тоже давно ввели стандартизацию и учет общепринятого времени.

Эти первые три месяца были для меня болью, мучениями и страданиями, хотя медики и ученые, работавшие у господина Маду, делали все возможное, чтобы ее уменьшить. Когда подтвердилось, что оживление прошло успешно и все мои функции и мозг сохранены в полном объеме, к дальнейшей реабилитации подключили обучение и… дрессировку, причем, буквально. Меня как собачку натаскивали быть пай-девочкой и послушно выполнять команды.

В ходе обучения я узнала об окружающей Миритим огромной вселенной, которую назвали Тесея, и населяющих ее разумных видах. Информации оказалось много и выдавалась она не мельком и фрагментарно, а основательно и системно. В отличие от Земли и ее колоний, эта вселенная была несоизмеримо старше и масштабнее освоена. Хотя кто знает, сколько меня носило по космическим просторам.

На просторах же Тесеи сотни различных цивилизаций, мономиров, подобных Земле, расовых союзов, торговых альянсов и военных блоков. Мирами здесь называют их владения, в которые входят десятки планет, колоний и станций. В каждом мире свои законы, уклады и традиции, системы власти и политический строй. Больше того, технологически миры тоже значительно друг от друга отличаются. У некоторых даже космических кораблей нет, а в иных мирах у жителей есть собственные звездолеты и не по одному, да хоть целый флот, были бы возможности и желание.

Если я верно поняла по обмолвкам медработников, которые занимались моей реабилитацией, Миритим и в целом мир Эмарг относится к среднеразвитым цивилизациям. Это немного порадовало в процессе коммуникации, ведь эмарги незначительно обогнали землян. Я по наитию догадывалась, с какими целями использовали и как работали окружающие меня вещи. Даже медицинские робомодули были схожи с нашими, пусть и более продвинутые. Так что пещерным человеком или полным примитивом я себя однозначно не считала.

Однако великое множество отличий, как культурно-ментальных, так и технологических, создало в Тесее этакий упорядоченный хаос, где последнее слово за сильнейшим или опаснейшим. И единственное, что старательно защищают совместными усилиями, невзирая на политические отношения, – общие космические пути, которые связывают сотни обжитых планет. Соответственно, в зоне всемирной ответственности находятся корабли, грузовые и пассажирские. Торговля и связь – это святое, по сути, артерии, поддерживающие жизнь вселенной.

В случае споров между мирами стороны обращаются в Галагидис – высший коллективный орган Тесеи, в который входят представители всех зарегистрированных в реестре разумных рас. Правда, и тут своя жесточайшая иерархия силы и влияния.

От всего этого невообразимого разнообразия моя голова пухла и ныла.

Зато благодаря продвинутым технологиям нового мира мое тело вернули к жизни, полноценно восстановили и обновили каждую клеточку. Более того, очистили мой геном от «поломок», тем самым улучшив регенерацию, восприимчивость мозга, повысив энергообмен, чтобы меня хватало на все впихиваемые «нужности». Заодно продлили мою жизнь до ста пятидесяти стандартных лет. Ведь те самые «подходящие и совместимые» со мной будущие покупатели живут именно столько. Нужно соответствовать.

После «очистки» и обновления я слегка изменилась внешне. Пшеничного цвета волосы заблестели, засияли золотом. Голубая радужка стала лазурной. От природы светлая кожа словно излучала здоровье и демонстрировала нетронутую солнцем (даже представить сложно сколько лет, а может и веков) белизну. Губы красить не надо – красные от прилива крови. В общем, новая Майя Молчанова – это более яркая и, пришлось признать, улучшенная версия прежней себя. Однако ни новая жизнь, ни более эффектная внешность не радовали, а пугали до дрожи. Ведь кому больше дано, с того и спрос больше.

Господин Маду потратил на меня внушительную сумму и драгоценное время своих специалистов, о чем нередко напоминал. И, пусть я всего лишь эксперимент, причем один из многих, но все потраченное мне придется вернуть. И способ мне озвучили.

Меня продадут как товар, как уникальный набор генов для получения сильного потомства. Редкую женщину, которая по большинству важнейших критериев совместима с мужчинами двух десятков высокоразвитых рас Тесеи. Как говорится, товар на самый взыскательный вкус и очень большой кошелек.

Поэтому следующие три месяца в меня высокотехнологичным, не менее дорогим и далеко не многим доступным способом «закачивали» необходимые знания. В мое обучение включили языки и письменность рас возможных претендентов, включая всеобщий. Вдруг будет покупатель не из привычного списка. Да-да, мне так прямо и пояснили.

Помимо языков, мне давали необходимые знания по части законодательства этих миров, финансов, истории и космографии планет, природных особенностей. Затем пошла анатомия и физиология наиболее распространенных рас. Их традиции, тонкости восприятия и менталитета. Собственно то, что в будущем пригодится партнерше очень богатого и влиятельного мужчины, которая должна уметь принять его гостей, какой бы расы, страны и общественного статуса они не были. Ей положено разбираться во всем, чтобы не опозорить своего мужчину!

Чудовищные нагрузки, дичайшая усталость, которая, казалось, сроднилась с моим телом и разумом, периодические носовые кровотечения, мучившие меня по ночам кошмары – все это выматывало до предела. Но деваться было некуда, оставалось только терпеть.

Вначале оглушенная известием о путешествии в хвосте кометы и восстанием из мертвых, я вскоре вспомнила, как получила уведомление о моем статусе невесты, прощание с любимой семьей, погружение в анабиоз перед стартом транспортника. Как мы обменивались с другими девушками натянутыми улыбками возле капсул, сильно волнуясь перед пугающей процедурой, потом – холод и темнота. Затем меня вырвали из забытья и с головой погрузили в разрывающую тело боль. День за днем…

И вот, казалось, самое тяжелое позади, боль ушла, позволив распахнуть глаза и внимательно рассмотреть тех, кто занимался мной столько времени и приходил в кошмарах жуткими лицами и тенями, как накрыло волной ужаса и непонимания. Сперва решила, что кошмар продолжается, но со временем пришлось признать: я не сошла с ума. Все происходит на самом деле. Новый мир, новые расы, новые правила, новая жизнь. И здесь тоже предстоит стать идеальной женой, только не в смысле душевной и любящей, а буквально.

Позже, когда я узнала, как выглядят будущие претенденты на мое тело и душу, я словно закуклилась от страха. Жамту оказались похожими на человекообразных многоножек. Домирийцев на Земле бы назвали нагами. Эмарги – люди-птицы. Другие… рогатые, крылатые, хвостатые и чешуйчатые, с пушистыми мордами вместо привычных лиц. Я словно в зверинец попала. Как строить с такими семью?

Вскоре к естественно-географическим дисциплинам присоединили обучение весьма специфическим знаниям, уделив внимание умению ублажать своего господина как физически, так и эстетически. Повезло, что я девственница, сей факт легко и просто подтвердили мои исследователи. И как не состоявшей в интимных отношениях, знания в этом направлении мне давали исключительно через виртуальное пространство, физически не касаясь тела. Без излишеств или извращений, с позиции, если что – будущий муж сам научит нужному. Расширит базу знаний личным участием. Ведь для большинства покупателей невинность – принципиальный пункт.

Теперь к страхам перед человекоподобными претендентами в партнеры, язык не поворачивался называть их «в мужья», прибавился страх интимного процесса, с учетом анатомии, физиологии и специфики исполнения «супружеского долга» со столь необычными мужчинами. Кроме того, в этом мире практикуется суррогатное материнство. Женщину оплодотворяют, затем она вынашивает ребенка. О подобном я думать себе запрещала.

Следующий пласт знаний, который мне внедрили, касался материнства. Не каждая раса ментально способна передоверить свое дитя чужому или постороннему лицу. Слишком много разных заморочек, физиологических в том числе. Поэтому будущая мать должна знать и уметь все сама: как когти на ногах ребенку поточить, как кисточку хвоста вычесать, как роговые наросты на голове почесывать, когда псиэнергия у малыша начнет пробиваться.

Не удивительно, что спустя шесть месяцев я стала напоминать себе сумку, набитую самой разносторонней информацией, которую ежедневно обновляют и закрепляют. Высокотехнологично, с применением виртуальной реальности, намертво впаивают в мою память, синхронизируют с физическим рефлекторным откликом тела, речевым аппаратом, модуляциями голоса… Например, чтобы не забыла уважительно поклониться эмаргу в золотой дерасе. Чтобы не смотрела моджару в глаза, даже если тот с яростью в лицо орать будет. Чтобы могла ощутить и сбросить гипновнушение псиоников цурутши, которые использовали его при любой маломальской сделке, тем самым включая в контракты грабительские условия. Слишком многое меня заставили насмерть запомнить, отчего пухла голова, носом шла кровь, и частенько тошнило от перенапряжения.

Я ощущала себя запрограммированной куклой или клоном прежней себя. Кстати, биороботов здесь тьма тьмущая, их используют повсеместно и во всех сферах. А вот клонов разумных в этой вселенной ни один житель не станет создавать. Не из этических соображений, а просто бессмысленно. Во-первых, запрещено во всех мирах, и наказание создателям – смерть. Для чего Галагидис особенно постарался.

Во-вторых, «реплики» запросто выявляют. Что-то у них с наличием души и генома не так, и это «не так» сразу же определяется при прохождении даже незначительного досмотра в любом космопорте, общественном или правительственном здании. Сигнализация сработает. С учетом того, что все транспортные пути «в законе» и под охраной Галагидиса, клон не сможет покинуть ни одну планету, посетить торговые и медицинские центры, госорганы и прочие. В общем, высший орган управления Тесеи предпринял всесторонние меры, чтобы создание клонов стало совершено бессмысленным и опасным занятием.

Несколько веков назад клонирование в Тесее набрало невиданные обороты. Важные неподкупные индивидуумы без особых проблем «менялись» на управляемых, послушных клонов. Безответно влюбленные или одержимые сталкеры клонировали себе прототипы любимых без разрешения «оригинала». Другие создавали свои копии просто в качестве развлечения или безопасности. В результате наступил глобальный хаос, беззаконие и ужас, ведь любого можно заменить на созданного, а не рожденного. И при поддержке Галагидиса правительствами всех разумных миров Тесеи было принято решение о полном и категоричном запрете на клонирование. Заодно создали оборудование, которое выявляло «репликов».