Внутренний мир: как не потерять себя

Посвящается моей маме –

Гущиной Эмилии Федоровне

От автора

В книге «Внутренний мир – как не потерять себя» автор Сергей Гущин рассказывает о том, как наше восприятие реальности влияет на эмоциональное и физическое состоя-ние, а также на окружающий нас мир и нашу жизнь в целом.

И о том, как исправить свой образ мыслей, если мы чувствуем, что потеряли свое подлинное «Я», что жизнь в тупике и отно-шения с людьми складываются не так, как хотелось бы.

Автор, он же главный герой книги, проведет вас по ла-биринтам своей памяти и своего мышления. Через личные и порой крайне тяжелые воспоминания (уход отца из семьи, бо-лезнь и смерть матери) он сумеет встретиться со своей тем-ной стороной, осознать мешающие ему в жизни убеждения и установки, и в итоге понять и принять себя. В книге много размышлений автора, затрагивающих различные философские и нравственные вопросы: что есть любовь и смерть, что такое страх, и что он дает человеку, как мы познаем мир – и многие другие. С помощью этих лирических отступлений автор также исследует свой внутренний мир, ищет путь к себе истинному. Мы наблюдаем, как он, изменив свое восприятие, осознав себя и свое прошлое, меняет себя, свое настоящее и будущее.

Цель этой книги – научить читателя принимать себя та-ким, какой ты есть, здесь и сейчас, а также напомнить ему, что вся сила уже у него внутри, а окружающий мир – это лишь отражение нашего внутреннего мира, нашего мировосприятия.

© Гущин С. А., 2019

Начало

Домодедово был настолько огромен, что обычному чело-веку запросто можно было в нем потеряться. Аэропорт при этом поглощал в себя невероятное количество жизней – другими словами, жизнь здесь не заканчивалась никогда. Однако души в этом временном пристанище большого ко-личества людей не было, потому что люди большей своей частью мысленно были далеко от того места, где они фи-зически сейчас находились. Их мысли были скорее всего там, куда они стремились попасть с помощью воздушного судна. Собственно, за этим они и прибыли в зал вылета, и сейчас переживали лишь легкое возбуждение от предстоящего полета.

Мужчина, сидевший чуть ли не в самом центре скопища людей, тоже мысленно был далеко от зала, от этих неизвестных ему людей. Но, в отличие от них, в его голове совсем не рисовалась цель его путешествия, хотя он направлялся домой, к своей любимой жене и детям. Наоборот, мозг его находился в полном ступоре, словно внутрь головы залили какое-то желе, которое своей тягучестью будто проникло во все шестеренки, не давая последним создавать что-то похожее на мысли. Правда, одна мысль успела отпечататься четко, и никак не уходила. Это была даже не мысль, а скорее вопрос: «Как так?». Вокруг все дышало возбуждением и будто бы жизнью, однако для мужчины время остановилось, потому что, как он ни пытался сосредоточиться, ответа на вопрос не было. Эмоции полностью покинули его, и когда диктор объявил по громкой связи его рейс, он абсолютно спокойно встал и двинулся в сторону шлюза, где его, как и других пассажиров, уже ожидал лайнер, который собирался доставить его домой. От слова “дом”, выразившегося образом в голове, мужчина вздрогнул. Он неожиданно понял, что совершенно не знает, что его теперь ждет впереди.

Причины

Как же такое могло произойти? Здесь, на этот раз, пришлось изрядно покопаться. Вчера мне звонила одна знакомая, мы с ней проболтали больше часа, и в обычном шутливом разговоре она произнесла: «Скромности тебе не занимать». Мне часто в жизни говорили о короне, которую я якобы себе на голову взгромоздил. Почему-то до поры до времени я считал это отголосками той рабочей среды, в которой я находился. При этом называл это снобизмом, цинизмом, с которым якобы я стараюсь бороться нещадно. Но в этот раз, после этих слов во мне вдруг что-то щелкнуло, насколько же я далек от истины. Истина на поверхности, просто я ее не замечал. Я же заставил мир крутиться вокруг себя. Это же детский эгоцентризм! Таким образом, я опять стал ребенком. Только циничным ребенком с примесью снобизма. И как только я это осознал, причины всех поступков за последние пять лет стали совсем очевидны. В свое время я ушел от Лены только по этой причине, постоянный контроль матери над ребенком. Катюша в моей жизни открыла во мне мужчину, взрослого человека, который принимает решения, совершает поступки, и берет ответственность за их совершение.

Я как будто взлетел – это было настолько здорово! От новой жизни у меня просто закружилась голова. Мне казалось, я могу все, нет преград, которые могли меня остановить. Сила настолько переполняла меня, что я буквально стал суперчеловеком. И всю свою силу, силу любви, я обрушил на близкого мне человека – Катюшу! Никакого страха, никаких сомнений! Но… В какой-то момент силы стали исчезать. Причины, честно говоря, я так пока и не понял. Но в тот момент мы были еще откровенны с моей возлюбленной, и я поделился с ней своими мыслями. Катюша естественно, как любящий человек, смело подхватила эту чашу, чашу любви, и несла ее легко и задорно, ведь на тот момент огонь нашей любви горел очень ярко. А вот тут-то и закрался обман. Ведь когда я сказал, что силы покидают меня, то была договоренность, что мы будем оба поддерживать огонь. Катя честно вкладывалась в наши отношения, а вот я просто расслабился. Оправданием изначально было то, что на первых порах я ОЧЕНЬ много вложил, и, видимо, я и так – герой! Эти мысли и сыграли роковую роль в нашей совместной жизни. Со временем я совсем забыл даже о договоренности. Мелкие подарки по праздникам, и то жутко практические, небольшие знаки внимания. Любые вспышки отрицательных эмоций я гасил легко и непринужденно, имея уже богатый практический опыт, основанный на разных психологических уловках. Сам того не замечая, я скатывался в пропасть. Я превратился опять в ребенка, но только на этот раз очень циничного, эгоистичного и капризного. Когда на меня сильно давили, я начинал разбрасывать «игрушки». Впоследствии я даже назвал это красивым словом – бунт. Хотя бунтом это не было, это просто каприз, свойственный только детям, которые, манипулируя взрослыми людьми, получают необходимый им результат. Вот такой неприятный момент. Уходя от одной девушки-мамы, я сделал из другой еще очень юной девушки тоже маму. Печальное открытие, но, по крайней мере, теперь все стало предельно ясно.

Следствие (начало)

Другой мир. Как это происходит? Наш младший сын периодически уходит в свой выдуманный мир и проводит там некоторое время. Это он называет таким веселым словом – «бесюсь». Забавно смотреть на это со стороны. Похоже, то, что происходило со мной до этого момента, теперь тоже можно назвать этим веселым словом. Но только для взрослого человека это совсем невесело. В огромном количестве психологической литературы авторы утверждают (и я с ними полностью согласен), что источник всех наших проблем кроется именно в детстве. Там строится наше сознание, закладываются все необходимые программы для дальнейшей жизни. Но именно там и рождаются страхи. Детский мозг в силу своей свежести и уязвимости не способен защищаться, эти механизмы ему неизвестны. И как раз из-за этого страхи проникают в подсознание абсолютно беспрепятственно. Проникают туда, как паразиты в желчный пузырь, совсем не планируя оттуда выходить. Их основная задача поражать мозг, который уже в зрелом возрасте вполне сформировался. А мозг, имея психосоматическое управление над всем организмом, начинает разрушать отдельные составляющие части человека. Это лирическое отступление, а дальше по сути. Детство для меня, ну и, видимо, для большинства людей, это некая зона комфорта, голубая лагуна, место абсолютного покоя и защищенности. Где не надо решать какие-то сложные задачи, где в основном только положительные эмоции. Мы вспоминаем детство с улыбкой. Мы смотрим на наших маленьких детей, и волна тепла проходит по телу не только из-за безусловной любви к ним: мы с некоторой завистью часто представляем себя на их месте

Здесь придется немного отступить и рассказать о моем детстве более подробно. Итак…

Детство

«Должны всегда смеяться дети, и в мирном мире жить…» Хоровая песня советских времен «Детство – это я и ты»

Первые воспоминания моего детства – кроватка посередине комнатки. Я в слезах стою и зову маму. Появляется женщина, самая красивая женщина в моем маленьком мире, я что-то чувствую при ее приближении, и мне эти ощущения, видимо, нравятся, потому что сразу становится спокойно и тепло. Она берет меня на руки, и тепло еще больше усиливается, теперь я абсолютно спокоен, я в безопасности и даже не помню, что же вызвало беспокойство.

Еще одно воспоминание (уже позже) – я что-то хочу, но мне этого не дают, я очень громко возмущаюсь, результата нет. Я уже немного могу говорить и называю маму (я уже к тому моменту знаю, как зовут эту красивую женщину) нехорошим словом, результат – мама уходит. У меня происходит осознание того, что в манипуляции я, наверное, перегнул палку, и я начинаю плакать от того, что мама больше не вернется. Мама, видимо услышав изменившийся характер моих эмоций, возвращается и дает мне дольки мандарина, при этом успокаивая меня. Как же все-таки здорово, что она вернулась. Но беспокойство, что она может не вернуться, уже поселилось.

Следующая вспышка – я лежу на диване, мне уже 6 лет, и я снова в расстройстве, слезы тихо скатываются.

Я не понимаю причину, точнее я понимаю, но мысль об этом меня пугает. Подходит мама, гладит по голове и пытается выяснить причину беспокойства, но мне сложно сказать, потому что даже от попытки произнести причину мне становится плохо, я задыхаюсь. Но мама, эта чудесная женщина, обладает магическим даром вселять в меня чувство безопасности и защищенности. Она все-таки успокаивает меня, и я начинаю с прерываниями взахлеб рассказывать…

Последнее событие я прекрасно и очень отчетливо помню до сих пор, и не только событие, но и образы и ощущения. До сих пор эти образы всплывают передо мной, вызывая страшную панику, при которой холодеет сердце. Истинную причину, откуда взялись эти образы, я узнал спустя много лет. Мой лечащий врач-психиатр, к которому я обратился в виду первой вспышки шизофрении (естественно я об этом диагнозе узнал не сам), опытным путем нашел источник беспокойства. И здесь я, уже будучи взрослым человеком, был ошеломлен. Оказывается, заплакав на том диване, я осознал, что мир, такой солнечный и прекрасный, частью которого являюсь я сам, в недалеком будущем будет без меня, и я умру. Мир останется, а меня в нем нет. Детский разум отказывался это принимать. Мысль, по словам врача, возникла из-за того, что я стал свидетелем смерти своей бабушки, которую я очень смутно помню, но, видимо, на похоронах которой я присутствовал, потому как образы, до сих пор преследующие меня, связаны именно с этим событием.

Смерть – звенящая пустота. Что стоит за порогом жизни, никому не ведомо. И понять это детским и даже взрослым разумом невозможно. Спустя много лет я долго пытался искать смысл жизни, чтобы заглянуть за грань бытия. И понять наконец, как этот мир устроен, и стоит ли бояться отсутствия себя в нем. И только сейчас я понял… Хотя, что я понял, будет понятно дальше из повествования.

Мне сейчас вспоминаются эти три события из детства, видимо потому что я чувствую между ними некую связь. Именно здесь закладывалось мое сознание, моя будущая жизнь и то, кем я стал в итоге. Мои детские беспокойства давали возможность добиваться успеха, падать, снова подниматься и двигаться дальше. Сейчас самое время подойти к самой эмоциональной части.

Мои родители

Может, это символично – эту главу я начинаю писать

в день смерти одного из своих родителей – своего отца. Я его плохо помню, потому что он исчез из моего мира еще в детском возрасте. Нет, он не умер тогда, он просто ушел. Уехал к себе на родину в Красноярск. Видимо, оберегая мою детскую психику, мне тогда объяснили, что он поехал в командировку – это было накануне 1 сентября, я должен был пойти в первый класс. Отец ушел, и больше я его никогда не видел. Окончательно и бесповоротно он ушел уже спустя 10 лет, когда я окончил школу и готовился поступать в университет. По какой-то причине именно сегодня в моей голове всплыла эта дата (я вообще очень хорошо запоминаю цифры и даты). Пока не могу найти этому объяснения. Может, когда закончу эти записи, тогда смогу с этим разобраться.

Раз так получилось, именно с отца и начну…

Отец, что я помню о тебе? Думая о тебе, мне очень сложно сообразить, какие чувства я при этом испытываю. Обиду? Любовь? Ненависть? Видимо, первое – обиду, но не на тебя, а на коварство судьбы, что так и не смог с тобой встретиться во взрослом возрасте, поговорить, узнать, чем ты живешь и какой ты человек. Поэтому буду строить твой портрет, исходя из своих детских воспоминаний.

Воспоминание первое – мы всей семьей (о своих других членах семьи я напишу чуть позже) идем в поход. Мне, наверное, лет пять. Со мной рядом мама, отец идет впереди, у него на плечах огромный рюкзак. Мы идем вдоль протоки реки, справа лес, слева, соответственно, вода. Погода отличная, на небе светит яркое солнце, горячий песок, который сквозь сандалии вызывает легкий дискомфорт, теплый ветер наполняет легкие свежим воздухом – все это вызывает ощущение вселенского счастья и радости. Мы останавливаемся где-то на берегу реки, ставим палатку (может, и две – не помню). Целый день купаемся, играем, все просто здорово! Но, оказывается, не очень. В какой-то момент мама начинает с беспокойством смотреть в даль реки, я тоже направляю свой взгляд туда же. Там, ровно посредине двух берегов, виднеется какое-то темное пятно, я не совсем понимаю, что это. И спрашиваю маму, что случилось. Она не отвечает, при этом продолжает вглядываться вдаль. Беспокойство на ее лице усиливается, я это чувствую, и теперь по-новому всматриваюсь в пятно. Тут до меня доходит, что это отец! Но куда он плывет и, главное, зачем? Дальше все вроде просто: он доплывает до другого берега и ложится на песок. Проходит некоторое время – отец поднимается и плывет обратно. Но тут на реке появляется катер-буксир, который в обычное время толкает пароходы, помогая им швартоваться к пристани. Однако сейчас он в гордом одиночестве движется в порт. Пути буксира и моего отца пересекаются, расстояние сокращается. Вот уже мы видим только катер, за которым скрывается голова отца. Катер проходит, на волнах никого не видно – мамино беспокойство достигает предела. Я в свою очередь ничего не понимаю, но вдруг на воде вдалеке вновь возникает голова отца…

Лирическое отступление

Перечитав последнюю страницу книги, возникло ощущение, что по мере продвижения по дороге воспоминаний в поисках себя я постепенно успокоился. На самом деле – это далеко не так. Пока я не доберусь до того дня, с которого я начал делать эти записи, цель не будет достигнута. На одном из тренингов, на котором мне довелось побывать, нас учили добиваться цели. Работали парами, задача одного из участников была, взяв за руку оппонента, провести его один-два, сколько себе угодно, метров. Задача оппонента заключалась в обратном: всеми силами сопротивляться. Разница в весе, пол, возраст участников в паре совершенно не учитывался. Мне в пару досталась женщина чуть старше меня, по весу мы были примерно одинаковы. И мне вдвойне не хотелось ей уступать. Естественно, в первом раунде я упирался как мог, и в итоге не дал себя сдвинуть. Но после того как наш тренер объяснил секрет, мой оппонент, в целом хрупкая женщина, не только сдвинула, но и протащила меня на спине (потому как, упираясь, я упал) несколько метров! Феноменально! Секрет очень прост – ее целью стало не сдвинуть меня (обо мне она в ту минуту не думала совсем) ее целью было дерево, стоящее в нескольких метрах. Когда четко видишь цель (а в нашей жизни представляешь ее), то результат не заставит себя ждать, и неважно, какие препятствия у тебя на пути. К чему это я? На протяжении всей своей жизни я очень часто мысленно веду монологи с разными персонажами, которые окружают меня в моей жизни. Я им что-то объясняю, доказываю, привожу примеры, подкидываю идеи, строю умозаключения. А на днях я вдруг ощутил, что нынешними чувствами и переживаниями мне не с кем делиться, аудитория слишком велика. и пришла идея отразить все свои монологи на бумаге. Постепенно, по мере написания, страница за страницей, я увидел цель – наконец-то разобраться в себе, в причине появления страхов, их влияния на мой разум и, как следствие, на мои поступки, и в итоге потери себя. Цель, которую я очень ясно вижу, и обязательно до нее доберусь. Цель хоть и представляется очень ярко, но движущей силой пока является страх. Страх, что нынешний уклад, быт и многие рутинные составляющие, являющиеся неотъемлемой частью моей жизни, могут меня вернуть обратно, в мою прежнюю жизнь. Очень часто в психологической литературе попадается фраза, что выход из зоны комфорта – это движение вперед. Судя по всему, я вышел из зоны комфорта. Что ж, вперед, и да осилит дорогу идущий!

Мои родители (продолжение)

Итак, следующее воспоминание об отце во мне вызывает какое-то странное беспокойство. В обычной жизни оно даже не появлялось, видимо расположилось очень глубоко, в потаенных уголках моего мозга. Но сейчас я его умудрился достать. Белые халаты… С этими людьми мне довелось видеться и раньше, но обычно встреча с ними была интересной, и результат встречи как правило приносил избавление от различных болевых ощущений, будь то голова, живот, разбитая коленка. В этот раз было совсем по-другому. Появление их в нашей квартире было следствием очень странного поведения моего отца. Сейчас пишу это, и в голове всплывает образ свечи – темная комната, размер комнаты очень сложно представить. Это и неважно, главный объект – это горящая свеча. Ее свет притягивает, и кажется, что весь мир сосредоточен на краю ее пламени. Именно про эту свечу твердил мой отец кому-то, кого я даже не видел в комнате, и с кем он вел активный разговор, перед тем как появились люди в белых халатах. Кроме халатов в моем мозгу отложилось еще одно слово такого же цвета – «горячка»…

Последнее яркое впечатление – мама и отец сидят в зале. Рядом стоит чемодан. Отец задумчив, взгляд у него на редкость ясный. На самом деле он не задумчив – приглядевшись, я вижу слезы. Он молчит, но слезы выдают его. Ему больно. И только сейчас я замечаю, какие у него прекрасные голубые глаза. Да, голубые, большие, яркие, красивые глаза. Я только сейчас начинаю понимать, какой у меня красивый ПАПА!

Можно было бы много еще эпизодов вспоминать о моем отце, но здесь я попытался запечатлеть очень яркие моменты, которые, на мой взгляд, могли каким-то образом повлиять на мою дальнейшую жизнь. Теперь пора перейти к главному человеку моей жизни, который навсегда останется в моей голове самым теплым воспоминанием, – моя МАМА.

Лирическое отступление

Перед тем как изложить свой монолог о маме, хотелось бы немножко отвлечься и уяснить для себя следующее. За последний год круг моего общения значительно увеличился, правда, этот круг – виртуальный, но это, надеюсь, временное явление. У меня появились одноклассники – группа в Ватсапе. К этому кругу я не раз еще вернусь, но сейчас я вспомнил их вот по какой причине. Нам уже достаточно много лет, и несмотря на это, у большинства из моих друзей по школе родители все еще живы (для меня, если честно, это стало небольшим открытием – я давно привык жить без родителей). Это, безусловно, прекрасно, но из сообщений некоторых девчонок я узнал, что их родители болеют, и эти болезни вызывают у них сильное беспокойство, иногда очень эмоционально выматывая. И тут я поймал себя на мысли: то, что я испытал подобные чувства очень давно, – это, наверное, даже хорошо (страшная мысль). Однако перечитав сообщения одноклассников, я вдруг остро ощутил, что горькие события давно минувших лет, когда я потерял маму, вернулись ко мне снова. Вполне возможно, что возвращение в то тяжелое время стало толчком к изменениям в моей жизни, и, как результат, я сижу и пишу книгу. Какие же чувства я испытываю сейчас, глядя на сообщения девчонок об их родителях? Страх – страх потери близкого человека. Если в молодом возрасте я об этом не задумывался, то сейчас я его чувствую всем сердцем. Этот страх сковывает и не дает жить и радоваться жизни, ее удивительному многообразию. Видимо, чтобы побороть этот страх, мне придется вновь пройтись по лабиринту воспоминаний тех лет. Что было до того и стало после.

Мои родители (продолжение)

Ох, мама, мама! Как же я хотел произносить эти слова вслух. И не просто произносить, а чтобы после этих слов ты не только появлялась как образ в моей голове, но и была вполне осязаема. Я до сих пор помню твой запах, твою слегка печальную, но тем не менее красивую улыбку, твои черные яркие глаза, твои морщинки на лбу. Первый вопрос, когда тебя не стало, – почему? Хотя на этот вопрос ты мне ответила еще десять лет назад.

Воспоминание первое – мне лет шесть, это было до того как я бился в истерике, описанной в первой части. Я уже знаю о существовании смерти. И у меня возникает естественный вопрос. Точнее, вопрос возникает после того, как в голове отчетливо всплыла следующая картина: большое поле, вечер, тяжелые тучи на небе, вдали красное зарево. По полю идет отец и несет на руках мою маму, рука ее не обнимает отца, а, наоборот, странно свисает. Я вздрагиваю и отмахиваюсь от страшного видения. Я близок к сильному расстройству, слезы вот-вот хлынут, но мама… Она всегда рядом. Как чувствует – подходит, кладет мою голову к себе на колени и начинает гладить. И тут вопрос все таки произносится вслух: »Мама, ты тоже умрешь?» И она через некоторую паузу отвечает: «Да». Я готов разрыдаться, но она добавляет: «Сынок, это произойдет очень нескоро». Что для ребенка время? Ему один день кажется очень длинным, потому что так много открытий происходит в течение дня. А год кажется вообще неподъемным для осознания детским разумом параметром. Мама – мудрая женщина, и прекрасно это понимает. И когда я спрашиваю про «нескоро», она, продолжая гладить меня по голове, отвечает, что до окончания школы мне нечего бояться. Школа и тем более ее окончание кажутся настолько далекими и недостижимыми, что я мгновенно успокаиваюсь.

Лирическое отступление

«Случайности не случайны»…

Мастер Угвей из м/ф «Кунг-фу Панда»

Свет и тьма. Два слова. Почему мы так радуемся первому и так боимся второго? За одним словом стоит согревающее тепло, за другим – леденящий душу холод. Что сильнее? Когда светит солнце, мы радуемся, дышим, наслаждаемся жизнью, принимаем все ее разнообразие, однако с наступлением темноты все эти чувства куда-то исчезают, как будто какая-то магическая сила с циничной улыбкой извлекает все радужные эмоции из нас. Оказывается, у жизненного разнообразия имеется еще и обратная сторона. Что такое тьма? Это неизвестность, наши глаза – один из важнейших органов чувств, который позволяет воспринимать этот мир, принимать от него любого рода информацию. Следующим этапом другие органы доставляют ее в мозг, последний в свою очередь, основываясь на опыте набранных знаний, складывает информацию в нужный раздел. В темноте зрение, естественно, этой информацией нас не снабжает, и наступает неизвестность. Почему мы так боимся неизвестности, почему она вызывает страх? Пусть даже там, за границей нашего знания, той информации, которую принимает наше зрение, будет очень плохо и даже жутко – что нам даст это великое знание? Соломку постелем, подготовимся морально, сожмемся, зажмуримся? Мы от этого станем меньше бояться? Очень сильно сомневаюсь.

Мне сегодня приснился сон. Я бы его назвал страшный сон. Страшные сны часто повторяются, особенно детские, но этот сон из новых. При свете дня воспроизвести его, конечно, сложно. Но я попытаюсь. Это, наверное, наша Вселенная, звезд не видно, однако я чувствую, что это она. Вокруг темнота, но я почему-то все вижу, хотя полностью отсутствуют источники света. Все очень масштабно и необъятно, я ощущаю присутствие звенящей пустоты. Какие-то безжизненные фигуры, очень похожие на сферы, но я не уверен – просто мой разум их воспринимает так. Посредине расположен огромный диск, периодически с каким-то интервалом (конечно, я понимаю, что понятие времени здесь отсутствует, его просто нет) из ниоткуда, предположительно из этих сфер, появляются серебристые капсулы. Они медленно падают на диск, какие-то задерживаются, а иных втягивает к центру диска, и они как будто проваливаются куда-то. Меня тоже притягивает к центру диска, я в капсуле. Тут оказывается черная воронка, она всасывает меня, и я исчезаю. Через некоторое время вижу ту же картину, только диск уже далеко наверху (опять же у меня такое восприятие, система координат здесь тоже отсутствует), я чувствую, что падаю, вроде нет земного притяжения, но разум передает телу все симптомы падения. Я вглядываюсь в то место, куда мое тело стремительно несет, и холодею от ужаса – вокруг огромная черная субстанция непонятного, но очень страшного происхождения, она бесконечна. Я готов закричать, но.. тут в реальности собака прыгает на кровать, пробегает по моим ногам и возвращает меня в мой мир. В последние дни у меня создалось впечатление, что внутри меня открылись какие-то каналы к определенным участкам мозга, где хранится необходимая мне информация. Поэтому, пока они открыты, я буду собирать и анализировать. Что из этого выйдет, пока не знаю, но вскоре обязательно выясню.