МОЙ 23-й

Стихи

* * *

Если Бог коснулся сердца

И оно забилось в такт,

Значит, было не на месте

И в душе царил бардак.

Коли такт восстановился

И покой настал в душе,

Значит, правильной дорогой

Ты пошел вперед уже.

Не робей, мой друг, не надо,

И не бойся тех дорог,

Что тебе, коснувшись сердца,

Указал когда-то Бог.

* * *

В аромате цветущей лаванды,

Под улыбку кокетливых глаз

Ты явила любви пропаганду

На вульгарно созревший показ.

В уголках темноты, не робея,

Грязным танцем сверкают тела,

И в лице искусителя-змея

Час порока свершает дела.

Мысли портятся в бешеной шкуре,

И бесстыже явившийся нрав

Запускает манящие бури

В центр страсти, охоту начав.

Кровь полощется в искренних водах,

Нежность чувств приподнялась в разы,

И впивается в спину природа

С ожиданьем внезапной грозы.

Гром и молнии вяжутся в нити,

Очертания бархатных душ

Устремляются к солнцу в зените,

Отражаясь в зеркальности луж.

И хранится на звездной галерке

Обаятельный шорох огня,

Что зажгла ты в холодной каморке

Своим ласковым «Я» для меня.

* * *

Ведет измор в сутулость плеч,

Вранье пьянит холодный разум.

А мне бы травушкой прилечь

В степи́ зеленой, где ни разу

Души чертог и не был. Да!

Где баловство кристальной речки,

Где не набросят на года

Упряжек зла и грусть уздечки.

Нырнуть бы в стойло круглых лиц,

Озер мечты глубоководных,

И на поверхности ресниц,

Шероховатостей природных

Оставить след благих трудов

Без рамок лжи и проволочек,

Закаменелых городов,

Без запятых, тире и точек.

* * *

Пишу письмо Вам от руки я,

И, важность бережно храня,

Мое перо – души Мессия —

Ведет строптивостью огня,

Колонны ласковых признаний,

Вскруживших голову мою,

Теряют собственные грани

В формалистическом бою.

В крови бушует вал девятый,

И сердце молвить норовит,

Что застоялый камень святый

По-новоявленному зрит.

О Вы! – признательная щедрость,

Очей зеленых изумруд,

Примите искреннюю вредность

Панегирических причуд.

Гремит затейливая ода,

Кусая нравственную тень.

Пишу я Вам, и гранд-свобода

Теряет вечер, ночь и день.

Невмоготу. Терзает душу

Сей утомительный момент.

И в горле реки строят сушу

Как видный контраргумент.

Быть может, Вы письму не рады

И склонны вовсе не ко мне?

И Вами ставлены ограды

Для недоступности? Вполне

Могу понять сие решенье!

Кто я такой пред Вашим Я?

Поэт. Прозаик. В утешенье

Схвативши чувства за края.

Аль, может, нет? О сердца Дива! —

Прискорбных лет моих мечта,

Дождей косых седая грива

И солнца теплого черта.

Так одинок без Вашей речи,

И белой кожи, и румян.

Час одиночества не лечит

Волны нахлынувшей изъян.

Порывы дышащего слова

Из уст карминовых цветов

Хотелось бы услышать снова,

Завесу сбросивши с фронтов.

В последний шаг мои чернила

Вступают. Голову крутя,

Свечи́ играющая сила

Ко сну стремится, как дитя.

И во концовке по манежу

Постскриптум бережно впишу

О том, что Вами сильно брежу,

И восхищаюсь, и дышу.

Чего же боле в томный вечер

Я мог изречь? Неважно, и

Все остальное лишь при встрече,

Коли ответите взаи…

* * *

Ты, Земля, святой водицей

Смой лихачество грехов

И духовной вереницей

Оживи сердца стихов.

Кнут взмахни из недр самых

В оголтелой суете

Для распятия упрямых

Бесов на святом кресте.

И в борьбе грядущей смуты

Благозвучные «азы»

Не нырнут в углы каюты

Поджидающей слезы.

С миллионом пятен сольных

В голодании веков,

Где с ухмылкою невольных

Поедают дураков,

Бьет начало грустной песни

Ямбом красного словца,

Но скитающийся Вестник

Время сыщет для конца.

И отвагою солдата

Упадет на те места

Долгожданная оплата

За мучения Христа.

* * *

Облик твой листвой не сносен

В суете бродячей.

Злом кружи́т, роняя осень

В чувства. Не иначе.

Голосист и необъятен

Жанр хмурой песни.

И привычен, и понятен

Он в ехидной лести.

Что же так тревожит речи

И суждений воды?

Почему недуг не лечит

Аромат свободы?

Пыль в глазах. Не сходят мысли

От слепой любóви.

Не подняться смело в высь ли

До прохлады в брови?

И не дать рожденью нрава

Колыхать пустое,

Ценность «цельного» – не право

Одного. Иное!..

* * *

Отыщу тебя в поле

Безоблачных дней

И поставлю на роли

Особых кровей.

Говорливые взгляды

Мгновения ждут,

И кружатся наряды

В объятьях минут.

Так безбоязно в реках

Плывут «пустяки»,

Оседая на веках

Делам вопреки.

Исполняются песни

С шершавых страниц

Со словами: «Воскресни,

Царица цариц!»

Примеряй же корону

Во славу и честь,

Ибо ты по закону

Царица и есть.

«Эта неразбериха

И трон не родня»

(Прошептала). Трусиха,

Послушай меня!

Прибедняться негоже

На царства слои.

Важный титул и ложе

По праву твои!

* * *

Что же мне сказать при встрече,

Заглянув в бездонность глаз?

Ищет сердца мысль и мечет

Нечто выдать напоказ.

Дней минувших зимней вьюги

Позабыта колея,

И в запраздничной округе

Тороплюсь поздравить я

С упованием из ряда

Голосистого словца,

Чтобы веяла отрада

В день «восьмого…» без конца.

Ты бери в свои ладоши

Марта теплого лучи,

Восхищайся в яркой ноше

И с безумием кричи!

Улыбнись, окутав взглядом

Неподдельные края,

И возникнут тут же рядом –

Нежность, искренность и Я.

* * *

В чулан повесив брюки,

Пиджак в окрасах славы,

Он взял с надеждой в руки

Святые с полок нравы.

Отбросил без испуга

Ошибочные годы

И с плеч того досуга

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.